Новинки » 2019 » Октябрь » 14 » Валерий Большаков. Целитель. Спасти СССР!
20:32

Валерий Большаков. Целитель. Спасти СССР!

Валерий Большаков. Целитель. Спасти СССР!

Валерий Большаков

Целитель. Спасти СССР!


новинка
c 01.10.19 ( (424) 297 р.
 
  с 02.10.19 349 279р.
  -20 % Серия

Героическая фантастика. Только новинки

Он не такой, как все. С виду – моложавый «предпенсионер», головастый инженер-программист, с вызовом именующий себя «совком». Но это с виду…
Михаил Гарин «по совместительству» — целитель. Он может помочь там, где официальная медицина бессильна. Гарин скрывает свои сверхспособности, спасая людей лишь тогда, когда совесть не позволяет пройти мимо. И еще у Михаила Петровича есть две мечты – исправить постыдные ошибки, допущенные в прошлом, и спасти СССР.
И вот сбывается первая мечта… Мише Гарину снова шестнадцать, а на дворе – 1974 год. Он ученик девятого класса в небольшом южном городке. Вся жизнь впереди! И всего каких-то десять лет, чтобы уберечь от распада первое в мире государство рабочих и крестьян. Время пошло…


М.: Эксмо, Яуза, 2019 г.
Серия: Героическая фантастика
Выход по плану: сентябрь 2019  
ISBN: 978-5-04-105805-0
Страниц: 352
Иллюстрация на обложке И. Варавина.

 
ГЛАВА 1
Пятница, 19 октября 2018 года, поздний вечер.
Щёлково, улица Парковая


- Помогите! По...
    Отчаянный девичий крик разнесся по безлюдной улице, взводя нервы. Я сразу узнал хрустальный голосок Леночки Рожковой. Резко оглянулся и увидел тонкую фигурку, окруженную  нахохленными парнями, мнущимися в свете уличного фонаря. Словно четыре темных беса хоровод водили вокруг беленького ангелочка.

И я, как истинный мракоборец, кинулся спасать и карать.
Страху не было, хотя я и в десанте не служил, и никаким убойным приемчикам не обучен. Просто умею переходить на сверхскорость, когда надо.

<Спасибо   деду  за  хорошую  наследственность!>  - мелькает в голове. Старый, в бытность свою сержан­том НКВД в одиночку брал матерых агентов Абвера, а раненых товарищей лечил наложением рук. Видно , я в него пошел.
<Вот ведь уроды!> -    Я вызверился, увидев, как старшак с перекачанной, бесформенной тушей хлестнул Лену наотмашь, да так, что ее снесло к фонарному столбу. Там стояли еще трое. Добры молодцы, гогоча, отпасовали девушку обратно, но и она  не сплоховала - с налету ткнула в старшака кулачком.

Тот зарычал, схватил Лену за нежную шейку, а  <три    богатыря> кудахтали  от  восторга  и хлопали себя по ляжкам.
Завидев благородного рыцаря, спешившего на выручку к прекрасной  даме,  <богатыри> угрожающе шагнули навстречу.
<В едином порыве, -  подумалось мельком. -  Трое  на одного!>
-    Стопэ!  -    крикнул  мне  <богатырь>  с   томным лицом потасканного альфонса.
-    А ну, дергай отсюда! - с угрозой набычился его дружок, кудрявый молодчик. Рукава своей тол­стовки он закатал до локтей, выставляя напоказ мускулистые руки, сине-красно-зеленые от сплошных татушек. - Резче!

С ходу вырубаю кудряша, косившего нечестивым цыганским  глазом,.  <Альфонс>  сделал  попытку  пробить мне печень с правой, но тут я ускорился и не отделался заурядным блоком, а врезал кулаком, ломая противнику локтевой сустав.

Третий <богатырь> счел себя лишним, и я оказался в шаге от главного отрицательного персонажа.

Лена, потерявшая сознание, беззащитно раскинулась на увядшей траве, а старшак нависал над нею  в образе чудовищного творения Франкенштейна - сильно сутулясь, вжав маленькую голову в борцовские плечи, свесив длинные ручищи, бугрящиеся мышцами.
На сытеньком лице все еще стыло выражение злобного торжества, но уже пробивалась растерянность  и  даже обида -    урод не понимал, кто ему все портит. Наконец он углядел меня - и обрадовался. Зря.



Я не стал его убивать. Дпя начала заехал носком ботинка в пах - бесформенный здоровяк согнулся, широко разевая рот и пуча глаза. Ухватившись за не­ мытый чуб старшака, я крепко приложил его носом об колено, тут же вздернул и добавил локтем в че­ люсть, доламывая лицо. Качок выстелился на газоне, утробно мыча, и перекатился на грязный асфальт.
Всё, больше мне никто не мешал, и я присел возле недвижной Рожковой - мои пальцы бережно огла­дили лебединую шею девушки , на которой уже про­ ступали синяки.

<Повреждено дыхательное горло... - отмечаю с мертвящим испугом. - Смещены позвонки... Задет шейный сегмент спинного мозга...'>
Лена не дышала, и пульс не прощупывался.

Я положил ладонь на приятную выпуклость, рас­тягивающую платье слева. Понятия не имею, что за энергию рождает мой организм, какую потаенную силу он передает, но я точно знаю - она стекала сейчас с моих пальцев, обволакивая Ленкино серд­це, струилась по центральной нервной, пробуждая мозг девушки от смертного сна. Но успел ли? Вдруг слишком поздно?!

<Очнись, очнись, маленькая! - взмолился я. - Ну пожалуйста!>
Рожкова вздрогнула, вдохнула сипло , захрипела, открывая глаза, полные страдания.


- Ничего не  говори! -  поспешно сказал  я, уни­мая бурную радость в душе. - А то будет больно. По­ терпи немножко, маленькая...
Трепещущие веки Леночки набухли слезами, со­леные капли потекли по щекам, губы вздрагивали, то ли улыбку силясь выдавить, то ли искривиться от боли.

<,Всё, позвонки на месте, шейный сегмент без по­вреждений... - Я осторожно провел по девичьей шее обеими ладонями, восхищаясь чудной гладкостью и бархатистостью. - Мягкие ткани...  Мягким  тканям мы поможем...  Залечим  мягкие  ткани... -  Отрешась от земного, сосредоточился, даже глаза закрыл, что­ бы не отвлекаться на внешний мир. - И трахее по­ собим... Вот так... Порядок, ...>

-    Спассибо... - вымолвила Лена.
-    Не за что, - облегченно улыбнулся я и подхватил девушку на руки. - Пойдем отсюда.
Рожкова очень ослабла, да и во мне жила немалая усталость. Так всегда бывает, если слишком щедро делишься этой своей энергией.

<,Да пребудет с тобой Сила!> -    шарахнулась мысль. Я свернул в тихий переулок, плотно забитый автомобилями - машины стояли впритык, жались по­лированными боками, - и тут меня догнал пронзи­тельный крик
-    Ленка!

Цокот каблучков ускорился - подбегала Наташа Томина, подруга Леночки . Они вместе снимали квар­ тиру напротив моей - и непонятно, как уживались . Две противоположности.
Лена - спокойная и молчаливая, даже холодно ­ ватая с виду. А вот Наташа порывиста и непоседлива. И плохое, и хорошее переживает  одинаково  бурно, но неглубоко. Проходят считаные минуты после горчайших слез, и Наташка уже улыбается, готовая смеяться и радоваться миру.

-    Что с ней? - накинулась на меня Томина и взволнованно зачастила: - Она живая? Я из окна смо­трю, а тут... Так, в халате, и выбежала! Это Грицай ее? Ленка ему отказала, а он... Она живая? Ты ее спас? Да?

-    Да вот, проходил мимо, - прокряхтел я, - дай, думаю, окажу первую медицинскую помощь... От­крой дверь.
Наташа бросается к гулкой двери подъезда и рас­пахивает ее настежь, пропуская меня в парадное - сразу потянуло куревом, под ногами захрустела, за­ клацала отставшаяся кафельная плитка. Плечом я задел почтовые ящики, и те возмущенно лязгнули. Жаль, что в пятиэтажках не ставят лифтов...
Лена - стройная, высокая... и далеко не пушинка. Лучше б ее подружку тащил, Наташка - миниатюрная шатенка...
Мы поднялись на третий этаж. Томина рывком отворила дверь квартиры и торопливо зацокала в спальню.

-    Сюда! Сюда! - послышался ее высокий звон­кий голосок.
Я вхожу бочком, проношу свой драгоценный груз и опускаю на кровать. Двуспальное ложе, сработан­ное из настоящего дерева, проскрипело с тихим за­ визгом.
-    Да я бы сама... - стеснительно пробормотала Лена.
-    Лежи, - наметил я улыбку. Присев с краю, по­ звал: - Наташ!
-    Я здесь! - Томина появилась в дверях с ноут­буком в руках. Странно поглядывая на нас, она по­ ставила бук на старомодный буфет, нажала кнопку.
    

-    Постельный режим, - веско сказал я под нехи­трую мелодийку <Виндоуз>. - Есть пока не надо, но пить можно. Будет больно если, зовите меня. Ладно?
-    Ага! - Наташа покладисто тряхнула головой.
-    Только не стесняйтесь! Ночью прижмет - будите! Не надо боль терпеть.
-    Не буду, - бледно улыбнулась Рожкова.
-    Выздоравливай ... - проворчал я с долей смущения, лишь сейчас заметив, что все это время дер­жал ладонь на гладком Ленкином бедре и гораздо выше ладной коленки.
<Ну, хоть какая-то плата за лечение! - подумалось мне. -   Будет что  вспомнить  перед сном...>
Наташа выбежала провожать.

-    Спасибо тебе! - выдохнула девушка.  -  Не  знаю, что бы я делала, если бы... Если бы...
Всхлипнув, она бросилась ко мне, прижалась, крепко обнимая за шею и словно пригибая к себе. Наташины губы были сухими  и будто  припухшими. Я взволновался, но девушка уже отступила, проведя ладошками по моей куртке.
Последнее <спасибо> прошелестело как <Пока>.
-    Спокойной ночи, - мягко улыбнулся я, переступил порог и аккуратно закрыл дверь.

Среда, 21 октября 2018 года, день. Москва, Ярославский вокзал

Тепло никак не хотело покидать московские улицы. Осень выжелтила парки и скверы, устлала ли­ствой пожухлую траву, а похолодание все задержи­валось. Кое-где деревья облетели до полной графич­ности - сплошная прорись ветвей, голых и черных, колыхалась над тротуарами, расчерчивая небо хао­тичным, но четким узором.
И ни единого  облачка,  предвещающего  мокроту и слякоть! Глубочайшая,  пронзительная  синь  распахивалась  над крышами  мегаполиса  - ,    < унылая пора>
сгустила бледную летнюю лазурь, словно выцветшую на солнце, размалевала ею  небосвод,  не  жадничая, не скупясь на яркость и сочность колера. Пусть хло­потливые носители разума налюбуются вдосталь си­невой небес, пока не накрыла их зимняя хмарь, на­дышатся пусть печальной свежестью, настоянной на прели и тревожном запахе дальних снегов!

Я вздохнул, легко и бездумно. Прищурившись, из­ мерил взглядом шпилястую гостиницу <Ленинградская>, да и пошагал к вокзалу - все свои резюме я благополучно раздал по десятку адресов. Можно бы­ ло возвращаться - с чувством исполненного долга.
Поток таких же, как я, жителей Замкадья, подхва­тил меня, закрутил и донес до самой платформы. Время ожидания не затянулось, вскоре подали электричку, и я занял место согласно купленному билету. Жизнь налаживалась.

Довольно улыбнувшись, поерзал, умащиваясь по­ удобнее, вздохнул и стал смотреть в окно - на пер­ рон, на озабоченных пассажиров, носившихся с руч­ной кладью. Отъезжающие и провожающие будто нарочно устроили <показательные выступления> для одного зрителя - меня.
Они то и дело роняли пакеты и сумки, тепло закутанная малышня раз за разом вырывалась у них на свободу, ковыляя прочь и восторженно смеясь. Молоденькие   родительницы   суетились, бабушки кудахтали  встревоженно,  собирая  своих  <Птичек>, <зайчиков> и   прочих херувимчиков.
А я ощутил легкую печаль. Это со мной бывает. Даже в последние недели, переполненные радостным возбуждением, мои душевные горизонты то и дело туманились, мрея серенькой меланхолией.

Не может человек быть счастливым долгое время. Мгновения счастья скоротечны, они как блики на воде в солнечный день - блеснуг, уколют глаз иглистым высверком и тутже меркнут.
Я опять вздохнул, но не длинно и тоскливо, как умею, а успокоенно. Печаль преходяща, а вот недви­жимость вечна. Улыбка тронула мои губы. Сегодня у меня ма-аленький праздник. Праздничек.

Ровно месяц назад я приехал на Ярославский вок­зал, покинув суровый, неустроенный, экзотичный, опостылевший Дальний Восток, где провел, счи­тай, почти всю свою жизнь. Годы и годы проползли, прошли, пролетели, а оглянешься - и вспомнить нечего. Нет, случались, конечно, приятные моменты, но они тонули в вязкой, тоскливой черноте буден.
Наверное, я бы так и не уехал, если бы не развод. Так бы и длился мучительный союз с любимой жен­щиной, которой я был не нужен. Никак я не сочетал­ся с Дашиными хотениями и понятиями, вечно я ей что-то доказывал, но так ни в чем и не убедил.

Я проиграл.
Мы оба проиграли. Когда я садился на скорый по­езд в Хабаровске, то не облегчение чувствовал долго­жданное, не освобождение запоздалое, а опустошен­ность.
Я покинул единственного родного мне человека...

...На Дальний Восток, на самый край дремотной Азии, я переехал в 74-м, вместе с родителями, поки­ нув цветущую и теплую, но бедноватую Украину.
В том самом году доктор технических наук, светило микроэлектроники Филипп Георгиевич Старое разру­гался с партийными органами, бросил все -  и уехал во Владивосток, где возглавил отдел в тамошнем Ин­ституте автоматики и процессов управления. Старое хорошо знал моего отца, вот и слал письма, уговари­вая и  зазывая  к себе в ИАПУ -    скучно ему было без своих  <старосят> 1•   

1 ,,Старосятами,> называли себя сотрудники и ученики
Ф. Староса.

  Папа  долго  колебался,  не  зная,  на что решиться, но потом убедил себя, что в Первомай­ске ему ничего не светит - и подался к Тихому океану. Помню, тем далеким летом мы встали очень ра­но, пяти еще не было. Шли пешком в синих, теплых сумерках, чтобы успеть на поезд <Одесса -   Москва>. Я тащил оттягивавший руку чемодан, смутно различая дорогу, и был преисполнен неясных надежд.
Они не оправдались. Я же не знал тогда, что пере­езд станет всего лишь отправным пунктом в целой череде утрат и разочарований, имя которой моя жизнь.

Уезжая, я потерял друзей. И подруг тоже - мне так и не довелось побывать в сказке под названием
<Школьная любовь>. На новом месте все было чужим, порой враждебным ко мне, незваному пришельцу.

Я вздохнул. Ох, и люблю  же я  поныть!  Никому не пожалуюсь, главное, в себе буду держать всю эту разъедающую душу щелочь, настой исковерканной жизни. И кто же поверит, что я - редкий оптимист? А ведь так и есть! Я всегда, наперекор любой дей­ствительности, истово надеялся на лучшее, верил, что все будет хорошо. А когда позитив запаздывал, выжимал его из того, что было, из негатива - хоть капельку, хоть намек на плюсик...
-    Ваш билет, пожалуйста, - развеяла мысли по­ жилая и грустная с виду контролерша в выглажен­ ной форменке. Доказав, что не <заяц>, я вытянул но­ги и нырнул обратно в поток сознания.
...И вот она - сбылась мечта. Всё, что нажил непо­сильным трудом, - всё это я выложил за двушку в Подмосковье. В Щёлково.

Местечко приличное, мне  нравится  -  и в каком­ то часе езды от МКАД. Всегда хотел жить поближе к Москве - этот город мне дороже разных парижей и  лондонов.  В  <Лондонграде>  я,  правда,  погостить не сподобился,  но  на  столицу  Франции  наглядел­ся вдосталь. И больше тамошнее черно-белое кино смотреть не хочу.

Поезд тронулся, я бросил взгляд на часы. 13:39.
Точно по расписанию.

...В сентябре мне стукнуло шестьдесят . Именно в этом возрасте умер отец. Рак прибрал его, и я до сих пор чувствую вину, которую не искупить  вовек  - ведь я мог, мог вылечить папку, но мы так редко пересекались! А когда свиделись, было уже слишком поздно  -    четвертая стадия. Тут никакие сверхспо­собности не помогут.
Отец не зря считался классным инженером и не­ плохо зарабатывал на новом месте, но  так ничего  и не скопил. И стоило тогда всё бросать? Уехать на край  света  <за  длинным  рублем>, защитить  доктор­скую - и упокоиться на запущенном кладбище?
Иногда думаю, а не стал ли и для него ошибкой тот давний переезд? Но кто же ведает судьбу?

Может, мое возвращение, <на запад>, как даль­
невосточники зовут европейскую Россию,  как раз и есть исправление житейской помарки отца? Ко­нечно, биографию уже не перепишешь, и ушедшего не вернешь, но хоть что-то, хоть как-то, хоть краешком...


Вечер того же дня, Московская область, Щёлково

Поход в <<Пятерочку,> на Зубеева занял у меня целый час. Сосиски кончились, хлеба была нехватка, ну, и к чаю чего-нибудь вкусненького душа требова­ла. Набив съестным пакет, бодро пошагал к своему новому ПМЖ.
После напряженной сутолоки, которую задавала московская толпа, я не поспевал перестроиться на подмосковную размеренность. Тутошняя неспеш­ность даже раздражала, щёлковцы будто следовали заповеди  <,Не спешите жить!,>.

Да и, правда, чего зря суету разводить? И я побрел экономичным шагом верблюда в Кара-Кумах . У монумента  <, Слава  героям ,> свернул на Парковую. Улица мне нравилась своей провинциальностью - тихая, зеленая, застроенная в три-пять этажей. Истинное
<Замкадье>.
А вот и мой новый приют, новая нора для разведенного, куда можно забиться, отсидеться - или от­ лежаться, зализывая раны...
Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить бумажную книгу Купить бумажную книгу Купить бумажную книгу
4.4/5
Категория: Героическая фантастика | Просмотров: 1385 | Добавил: admin | Теги: Спасти СССР!, Валерий Большаков, целитель
Рейтинг:
4.4/5 из 5
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх