Новинки » 2022 » Сентябрь » 15 » Наталья Бульба. Целительница. Первое испытание
10:03

Наталья Бульба. Целительница. Первое испытание

ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА. ПЕРВОЕ ИСПЫТАНИЕ

Наталья Бульба.

Целительница. Первое испытание

Книга 2
новинка сентября

с 15.09.22

Жизнь — дама коварная. Стоит расслабиться, как мир тут же перевернется с ног на голову. Именно это и произошло с Александрой. Но, казалось бы, при чем здесь она, пусть и талантливая, но всего лишь целительница?
И ведь ни при чем, если не принимать во внимание еще один ее талант — оказываться не в то время и не в том месте.
Или все-таки наоборот? В то время и в том самом, нужном месте!



Бульба Н.В. Целительница. Первое испытание: Роман / Рис. на переплете В.Успенской — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2022. — 283 с.:ил. — (Романтическая фантастика-718).
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 1 000 экз.
ISBN 978-5-9922-3488-6

Содержание цикла Целительница

1. Целительница (2021)  
2. Целительница. Первое испытание (2022)  
3. Целительница 3
2
Целительница. Первое испытание

Глава 1

Машина стояла во дворе.

Нет, не так! Моя! Новая! Маленькая! Машинка! Стояла! Во дворе!

— Ключи, документы, — передал мне Данила Евгеньевич свидетельства собственности над этим чудом.

Маленьким. Натертым до блеска. Черненьким чудом с огромным розовым бантом, привязанным к водительской двери.

— Круто! — восхищенно протянула, пристроившись рядом со мной, Юля. — Дашь покататься?

— Юля! — одернул ее Данила Евгеньевич.

Я только засмеялась. И ведь помнила, что меня ждет подарок, но забыла. Как-то все вылетело из головы.

Последняя неделя выдалась не спокойной. Но это если не сравнивать ее с той, что была до нее.

А так…

В моей курточке, в которой ходила в ночной клуб, была камера. Запись велась с момента, как вышла из дома в тот злополучный вечер и закончилась лишь после того, как Андрей ее отключил. Уже после выстрелов.

Мне и так ничего особо не грозило — операция проводилась стрелковым клубом совместно с полицией и была одобрена Трубецким-старшим, запись же сняла даже малейший намек на обвинения.

А они могли быть. Внучка князя Ушакова! Андрей проговорился, в какой тот был в ярости, когда узнал, что именно инкриминируют Антонине. Употребление магических наркотиков, серия убийств…

На записи моего лица не было. Допрашивали в стрелковом клубе, чтобы исключить малейшую возможность утечки информации. В материалах дела я фигурировала по инициалам.

Единственные из тех, кто мог «сдать» — Антонина и парень, ставший ее сообщником.

Но ни один, ни второй ничего сказать не могли. Распад личности. По слова Людмилы Викторовны, счет в их случае и так шел на дни, а ранение и факт задержания стали спусковым крючком, который сорвал лавину, окончательно убив тех, кем они были.

Ну а Светлана…

Невольная жертва, невольная соучастница, обеспечивавшая не только контакт с девушками, но и алиби.

Она и так была не в себе, что я заметила еще в больнице, а после откровений, как именно ее использовала Антонина, полностью перестала осознавать реальность.

Страшная история.

История, которой могло не быть, если бы…

Наркотик, который принимала Антонина, разрабатывался в фармкомпании, принадлежавшей Ушаковым.

Естественно, не как наркотик, а как препарат, улучшающих когнитивные функции у пожилых людей. Когда стало понятно, какими могут быть побочные эффекты, проект закрыли, а все наработанное — утилизировали.

Как оказалось, не все.

Об этом рассказал Трубецкой-старший. Естественно лишь после того, как устроил нам всем головомойку.

Как он кричал!

Признаться честно, было страшно. Он хоть и крепок телом, но столь сильные волнения не очень полезны для мужского организма, о чем я ему и поведала.

Лучше бы молчала.

Второй его заход выглядел еще более драматично. Для нас.

Оставшиеся до начала учебы дни я проводила либо в стрелковом клубе — как сказал Андрей, восстанавливала форму, либо вместе с Данилой Евгеньевичем и Людмилой Викторовной в Академии. Юля тоже занималась повышением своей квалификации — писала цикл статей о простых людях.

Моя идея, но я, если признаться честно, даже не думала, что Юля ею воодушевится. И если первая заметка явно была написана из-под палки — не чувствовалось в ней души, то следующая уже воспринималась иначе. Искренне.

Парням тоже досталось. И первой мыслью, которую до них попытались донести, была ответственность. Не за самих себя, за нас с Юлей.

Если не брать во внимание тот факт, что мы тоже, вроде как, ни кисейные барышни, то такой подход лично мне импонировал.

Игоря, Антоху и Трубецкого-младшего я постоянно видела в стрелковом клубе. Но не на стрельбище, а на полосе препятствия. Тоже… восстанавливали форму.

А вот Илья пропал. Не в прямом смысле, конечно, выпал из нашей компании.

Не знаю, как остальные, но я об этом не жалела. Неприятный осадок остался от родственников отца. Если бы не княгиня… Князь на роль любящего дедушки точно не подходил.

Встречаться нам с ребятами не запрещали. В свободное от остальных забот время, не позднее девяти часов вечера и только под присмотром охраны.

Андрей назвал подобное меры расплатой за неспортивное поведение. И неважно, что это самое неспортивное поведение он мог пресечь еще в самом начале.

В этом был весь Андрей. Он всегда говорил, что люди учатся только на своих ошибках. А то, что подстраховывал…

Он — мой крестный. Кому, как не ему заботиться о своей крестнице?!

— Ты во сколько сегодня заканчиваешь? — вернула меня в реальность Юля.

Прежде чем ответить, вспомнила расписание. Первым стояла приветственная речь ректора первокурсникам. Затем — вводная лекция. Потом — экскурсия по Академии.

За эти полмесяца Академию я узнала не хуже, чем флигель, в котором жила, но откалываться от коллектива не собиралась. И так освобождена от части практических занятий, зачет по которым сдала, работая в больнице санитаркой и медсестрой.

— Думаю, в двенадцать буду уже свободна, — прикинула я расклад по времени.

— Тогда предлагаю потом пересечься и посидеть с парнями. А то у них с завтрашнего дня казарма. Видеться будем только по выходным.

— Согласна, — кивнула я, мельком посмотрев на Данилу Евгеньевича, который разговаривал с вышедшей на крыльцо Людмилой Викторовной.

К Тамаре Львовне он сегодня собрался ехать без меня. Тоже, похоже, давал возможность провести последний более-менее свободный день с друзьями.

— Тогда сбросишь мне сообщение, — улыбнулась я ей и, помахав рукой чете Соколовых, направилась к машине.

Сняв бант, открыла свое чудо. Бросив украшение на пассажирское кресло, устроилась на водительском.

Документы в бардачок, вдавить кнопку START, руки на руль…

На курсе восемьдесят три человека. Двоих дополнительно взяла в свою группу Людмила Викторовна. Одного — тот самый Березин, который с таким энтузиазмом пытался завалить меня на экзаменах.

В Академии наставники едва ли не индивидуально работали с каждым студентом. Дар хоть и назывался одинаково — целительским, но у каждого свои нюансы. Кому-то хорошо удавалась диагностика, кто-то прекрасно справлялся там, где нужна была нейтрализация. А были и универсалы. Вот с ними проблем больше всего. Требовали особого внимания.

В группе Людмилы Викторовны, куда попала и я, таких большинство. Но, как она говорила, оно того стоило. Самая востребованная категория целителей.

Подъехала я к Академии за двадцать минут до девяти. Выбрала место на стоянке и…

За рулем человек меняется — доказанный факт. Вот лично во мне тут же просыпается кровожадность. Выйти и набить некоторым особо ретивым морду. И неважно, что я — девушка. Девушки, если их учить, тоже способны надавать по физиономии.

Пристроила свой джип через две машины от опередившего меня наглеца. Прихватив рюкзачок — сегодня было можно, вышла на улицу.

Погода выдалась, как на заказ. Тепло, ярко светит солнышко. И не облачка.

Точно погодники постарались. Хоть и запрещено без особых на то причин, но сегодня такой причиной был общий праздник.

Закинув рюкзачок на плечо, поставила машину на сигнализацию. Вышла на тротуар.

У спорткара, занявшего приглянувшееся место, стояли двое парней. Точно не первокурсники, но в форменных костюмах нашего факультета. Темно-синий костюм-тройка.

Мое появление они не пропустили. Буквально вцепились взглядом, словно поймали в аркан.

Когда подошла ближе — выход со стоянки находился в той стороне, один криво усмехнулся, но сдвинулся, пропуская.

— Тачка — крутая, а сама…

Фразы он не закончил. Совсем рядом взвизгнули шины… Я оглянулась, тут же улыбнувшись.

Ну, вот не может Антоха по-другому. Везде ему нужно устроить показуху.

Впрочем, с таким спортивным кабриолетом, как у него, можно. Что машина, что водитель — оба хороши. А с учетом курсантской формы гвардейского, имени Его Императорского величества, общевойскового училища, так вообще неотразимы.

— Саш!

Кричал не Антон — Игорь, сидевший справа от Мещерского. Толкнув дверь, выскочил, неся впереди себя огромный букет ярких гербер. Подойдя, сунул цветы мне в руки, щелкнул каблуками и исчез. Вместе с Тохой и его машиной.

Вот это я понимаю! Тщательно спланированная операция.

Поймав себя на том, что улыбаюсь, посмотрела на наблюдавших за всем происходящим парней.

Показав язык — выглядели парни обескураженными, прижала букет к груди и направилась к Академии.

Будем считать, что день задался. А что будет дальше…

Загадывать не стоило. Стоило просто жить!

А цветы… Цветы я отдам Людмиле Викторовне. Они, конечно, красивые, но я любила другие.

* * *

В нашей группе двадцать два человека. Парней шестнадцать, но у большинства дар средний или даже немного ниже. Но этому есть объяснение. Тем, кто посильнее, прямая дорога в полковые целители. Там и статус другой, и возможности.

А еще среди них был Иван Струпынин, двоюродный брат Антона. Как говорится, неожиданная встреча.

Девушек — шесть. С тремя из них мы вместе сдавали экзамены на первом потоке. Подружиться — не подружились, но хотя бы знали друг друга по именам. Есть на что опереться.

— Теперь о практических занятиях.

Приветственная речь ректора была короткой. Несколько слов об истории Академии. О том, что теперь уже нам предстояло продолжать летопись славных дел ее студентов и выпускников. О мастерстве преподавателей и наставников. Ну и о базе, на которой предстояло оттачивать свой дар.

Академия готовила специалистов по четырем направлениям. Целительское, прикладное, бытовое и теоретическое.

И если с первыми тремя все понятно: целители — лечили, прикладники заканчивали магами-инженерами в разных областях, бытовики работали со всем, что облегчало повседневную жизнь, то с теоретиками ситуация выглядела значительно интереснее.

Фактически, именно они двигали вперед магическую науку. Изучая ее законы, открывали новые области применения и описывали основы, позволявшие создавать более эффективные магемы.

Звучало, конечно, красиво, но… По факту, многие из тех, кто становился выпускником этого факультета, затем преподавали в лицеях или других учебных заведениях, где проходила начальная подготовка одаренных.

В Академии в этом году таких было сто сорок человек. И практически все — парни.

Как сказала одна из моих новых знакомых — Аня Филоненко, кто не хочет работать руками, идет думать головой.

Так это или не так…

Наш преподаватель в лицее был умельцем на все руки. Пусть и имел слабенький дар.

— Расписание все видели. С завтрашнего дня у вас начинается блок подготовки младшего медицинского персонала. Проще сказать, санитара.

— А зачем это нам? — приподняв руку, поинтересовался один из парней, сидевший рядом со Струпыниным.

— Представьтесь, пожалуйста, — без малейшего намека на неудовольствие, попросила Людмила Викторовна. — Чтобы все знали наших героев.

— Виктор Бабичев к вашим услугам, — поднявшись, склонил он голову.

— Внучок князя Бабичева, — чуть слышно прошептала Аня. — Тот еще тип.

Я — кивнула, давая понять, что приняла к сведению. А сама пыталась вспомнить, откуда знакома фамилия? И ведь слышала, но… Скорее всего это было достаточно давно, чтобы благополучно забыть. Да и контекст… Когда разговор важный, каждое слово впечатывается в память.

— Что ж, господин Бабичев, объясняю, — выйдя из-за кафедры, направилась к окну Людмила Викторовна. Подошла. Остановившись, посмотрела вниз.

Аудитория, в которой расположились, находилась на втором этаже. Там же, где и кафедра практического целительства.

— Так вот, — развернувшись, продолжила она с той же улыбкой, — хоть вы в детстве и в совершенстве освоили горшок, вряд ли это поможет справиться с уткой, судном или мочеприемником. А без этого, — она развела руками, — в целительстве никуда. Представьте себе богатого, но абсолютно беспомощного пациента, к которому в связи с его пограничным состоянием нельзя подпустить даже опытную сиделку. Вот тут-то и пригодятся навыки санитара. Захочет ваш пациент помочиться, а вы тут, как тут.

Кто засмеялся первым, я не заметила, но спустя несколько секунд хохотали уже все. Включая Бабичева. Сноб — не сноб, но на шутки он не обижался.

— А так как этому мифическому пациенту, скорее всего, потребуется поставить не только утку, но и капельницу, — дождавшись, когда мы успокоимся, продолжила Людмила Викторовна, — вслед за подготовкой младшего медицинского персонала, вы перейдете к следующему этапу собственной эволюции — обучению на квалификацию медицинской сестры.

— Или брата, — вновь подал голос Бабичев.

— И брата — тоже, — прежде чем вернуться к кафедре, благожелательно кивнула Людмила Викторовна. — От практических занятий по дисциплинам освобождены Иван Струпынин, Анна Филоненко и Александра Салтыкова.

— А это еще почему? — подал голос уже другой парень.

И вот почему им больше всех надо?!

— Потому что эти трое прислушались к рекомендациям для поступающих на целительский факультет нашей Академии и отработали положенные часы до начала учебного года. О чем у них есть соответствующие документы, подписанные руководителями тех медицинских учреждений, где они и проходили подготовку.

— А что они будут делать, пока мы будем осваивать утку, судно и мочеприемник? — не сдался Бабичев.

— А они в это время, — продолжая сохранять удивительную невозмутимость, посмотрела на Бабичева Людмила Викторовна, — будут заниматься на кафедре медицины катастроф.

— Так это же третий курс? — Виктор ясно не собирался отступать.

— А вам завидно? — чуть склонила голову к плечу Людмила Викторовна.

Выглядела она сегодня великолепно. Не зря профессор хмурился, глядя ей вслед. Догадывался, что не одно мужское сердце забьется сильнее при виде ее.

— Есть немного, — с некоторым вызовом сознался тот. — Я, может, тоже хочу.

— Для вас — по субботам с девяти до пятнадцати, — тут же кивнула Людмила Викторовна. — Аудитория триста один в нашем корпусе.

Мы с Анной понимающе переглянулись. Это же надо было так ловко поймать в изящно расставленные сети. Вариантов отказаться у Бабичева не было — до потери репутации не дотягивало, но все равно пятно. А за ним подтянутся и другие. Потому как не просто факультатив, а с третьим курсом.

А это уже серьезно. По-взрослому.

— Раз возражений нет, невыясненным остался последний момент, — перевела тему Людмила Викторовна. — Кто из вас был в морге?

Первой руку подняла Анна. Затем Иван. Потом я. Затем еще четверо. И среди них Бабичев.

— Прекрасно! — кивнула Людмила Викторовна, тут же сделав пометки в журнале. — Будете старшими в тройках. И если ко мне вопросов нет…

Вопросов не было. Были эмоции. И даже больше, чем хотелось.

— Эй, подожди! — ухватили меня за плечо, когда я была уже на полпути к стоянке.

— Руки убрал! — огрызнулась я, остановившись. Пусть скажет спасибо, что узнала по голосу, а то без отработки приемов освобождения от захватов, которым учили Андрей с Ревазом, не обошлось бы.

— Убрал, убрал! — не стал нарываться Бабичев, опуская руку. Обойдя, встал напротив, преграждая путь. — Ты из каких Салтыковых?

— А что в вашем роду этикету не обучают? — неприязненно посмотрела я на Виктора.

Там, в аудитории, он вел себя хоть и несколько вызывающе, но все-таки в рамках приличий. Сейчас же его поведение граничило с оскорблением.

— Да ладно, — вроде как улыбнулся он. — Ты же из провинции?

— Это позволяет тебе вести себя по-хамски? — уточнила я, заметив появление у выхода пары знакомых лиц.

— Слушай, детка, — подался ко мне Бабичев.

— Какие люди! — насмешливо протянул подошедший вместе с Игорем Трубецкой.

Бабичев оглянулся…

— Саш, — предложил мне руку Игорь, — тут без тебя разберутся.

Я кивнула, ухватилась за подставленный локоть. Конечно, и сама могла за себя постоять, но…

Знать, что тебя есть, кому защитить, для девушки очень приятно.

— Как вы здесь оказались так вовремя? — уже выйдя на стоянку, спросила я у Игоря.

Очень хотелось оглянуться, но я сдержала порыв. Для драки не дойдет — не тот повод, а уж в умении убеждать словесно Трубецкой-младший был неподражаем.

— Иван Тохе прислал сообщение, что этот тип на тебя глаз положил. Как только нас распустили, рванули сюда.

— Беспокоились? — остановилась я у своей машинки.

Та, на которой приехали парни, стояла у самого выхода.

— За Виктора, — ухмыльнулся Игорь. — А то пришлось бы потом труп прятать.

Сказано было настолько серьезным тоном, что я сначала даже опешила. Неужели они обо мне такого плохого мнения. Затем вспомнила о проснувшейся утром собственной кровожадности и была вынуждена признать: трупы — не трупы, но мало ли чем все могло закончить.

И только потом поняла, что это — шутка.

Засмеялись мы оба. И неважно, что повод вроде как был разный.


Читать Узнать больше Скачать отрывок на Литрес Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить электронку
0.0/0
Категория: Новая книга про попаданца | Просмотров: 217 | Добавил: admin | Теги: Романтическая фантастика, Первое испытание, Наталья Бульба, целительница
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх