Новинки » 2021 » Январь » 16 » Лебэл Дан. S-T-I-K-S. Долгая дорога в стаб
20:45

Лебэл Дан. S-T-I-K-S. Долгая дорога в стаб

Лебэл Дан. S-T-I-K-S. Долгая дорога в стаб

Лебэл Дан

S-T-I-K-S. Долгая дорога в стаб

 
с 14.01.21
 

Жанр: боевая фантастика, параллельные миры

Когда просыпаешься и не можешь вспомнить вчерашний день, а потом с ужасом осознаёшь что даже твоё имя покрыто мраком – то невольно задумываешься о том, что пора прекращать употреблять алкоголь. Но когда приходит понимание, что помимо имени и вчерашнего дня в памяти не осталось совсем ничего – вот тогда приходит паника.
Можно спросить у окружающих "кто я?" и скорее всего тебе ответят, но кто сказал, что это будет правдивый ответ? Спрашивать надо у тех, кто знает. Но и они не факт что ответят правдиво. А если ответят, то только перед тем как лишить тебя жизни по той простой причине что ты – очередной фраг, новая абилка или просто крупица опыта.
Тебе необходимо выжить. Просто выжить в мире Континента. Где нет правых и виноватых. А есть лишь постоянно голодные твари и кучка иммунных, ежесекундно борющихся за жизнь.

Из серии: S-T-I-K-S
Из серии: Миры Артёма Каменистого
Возрастное ограничение: 16+
Дата выхода на ЛитРес: 14 января 2021
Дата написания: 2020
Объем: 300 стр.
Правообладатель: ИДДК
 
S-T-I-K-S. Долгая дорога в стаб

Глава 1

Жизнь первая. Бомж – это судьба

Новичок, вас приветствует новый мир. Он красив и сулит вам множество незабываемых моментов, не всегда позитивных. В связи с этим помните, что количество ваших возрождений ограничено, а заработать новые непросто.

Вы вот-вот станете частью Континента. Вы возрождены на кластере 504-33-78. Регион – Третья Высокогорная равнина. Текущее количество возрождений – 99 жизней (стартовое). Текущие задания: выжить, искать, узнать тайное, помочь, задать правильный вопрос. Текущий статус – старт первой попытки. До перезагрузки кластера осталось 100 секунд. Подсказка: вызов полноформатного контекстного меню – команда «Меню»; вызов всех или отдельных шкал на активный экран – команда «Показатели» с добавкой «Все» или названием требуемых шкал. Показатели вызываются аналогично. Все элементы меню масштабируемы, можно изменять их цвета, степень прозрачности, внешний вид и расположение.

Удачной игры.

 

Перед тем как проснуться, когда мозг отдаёт команду на пробуждение, в сознание иногда проникают звуки из внешнего мира. Ты вроде бы ещё спишь и даже видишь сны, но в этот же самый момент отдалённо слышишь происходящее вокруг тебя.

Мне снилось, что я брёл куда-то по пустым бетонным коридорам. Нескончаемые тоннели иногда заканчивались массивными лестницами, ведущими вверх и вниз. По своеобразной закономерности сна я выбирал тот или иной путь – спускался или поднимался. Во сне мне было важно куда-то дойти и что-то там, в той неведомой конечной точке сделать. В мире грёз я помнил, куда мне надо, и даже оперировал своеобразной логикой, далёкой от той, что бывает у нас, когда мы находимся в сознании.

Перед глазами то и дело возникали какие-то надписи, не поддающиеся прочтению и расшифровке. Да и в сам смысл написанного вдаваться не хотелось, просто было незачем.

Остановившись у очередной вертикальной развилки, посмотрел налево – оттуда доносился странный, доселе неизвестный звук, которого в этих коридорах раньше не было.

Звук был особенный – не особо громкий, но полный внутреннего напряжения. Казалось, что кто-то захлёбывается: можно было различить глотательные звуки с определённой частотой.

Открыл глаза и немного проморгавшись, уставился на источник звука. Прямо перед моим носом сидел здоровенный чёрный кот, вываливавший на грязную чёрную землю содержимое своего желудка.

– Брысь! – естественная реакция на подобное действие вылетела из меня автоматически.

Кот как-то жалобно мяукнул и отпрыгнул куда-то в сторону, а я наконец-то поднял голову и огляделся.

– Чего? – помимо моей воли из моего горла вырвался вопрос.

А удивляться было чему – маленькое помещение, явно подвального типа, скудно освещённое лампочкой под низким потолком. Куча грязных фуфаек, на которых я лежал, такая же куча непонятного тряпья по другим стенам помещения и ужасный запах немытых тел вперемешку с запахом мочи, а ещё тяжёлый смрад переработанных организмом сивушных масел.

Обстановка бомжатника, сильно болевшая спина и жуткий голод, терзавший желудок – всё это доставляло дискомфорт, но почему-то не особо сильно тревожило. Было нечто такое, что заставляло сжиматься в непонятных судорогах мою внутреннюю сущность. Назвать это «нечто» душой не позволял какой-то запрет. Но именно это понятие, как ничто другое подходило для объяснения, творившегося со мной.

Мне было страшно до содрогания души. Так страшно, что я даже представить себе не мог, что так бывает. И причиной этому страху было то, что я не мог вспомнить кто я. Непонимание, необъяснимая тревога и твёрдое убеждение, что если я не пойму кто я такой, то всё – мне конец. Это чувство порождало бурю эмоций, которые выразились в дрожащих коленках и дикой сухостью во рту.

Пять секунд мучений, совмещённых с панической атакой, и странное наваждение схлынуло так же внезапно, как и наступило.

– Дерьмо! – громко выругался, испытывая прилив бодрости от собственного голоса.

С трудом поднялся с лежанки и осмотрелся, пытаясь сообразить, а где это собственно я нахожусь? Этого подвала я не помню. Я вообще ничего не помню, даже себя. Вытянул вперёд руки, расстегнул не по размеру великоватую куртку, задрал футболку, оттянул трусы, внимательно осмотрел всё тело – по внутренним ощущениям вроде как всё моё. Но откуда, например вот этот шрам на левой руке, я не знаю. Или в каком году мне вырезали аппендицит, тоже не помню. И какой год сейчас, я тоже не в курсе.

И всё же – кто я? Каких-либо воспоминаний в голове не было совсем. А так не бывает. В реальности не бывает – это я откуда-то знал точно. Знание в голове есть, а вот откуда оно там, непонятно. Напряг мозг в попытке вспомнить хоть что-то. Сморщил лоб, пытаясь таким образом придать дополнительную мощность мозговым извилинам, но добился лишь того, что в висках стрельнуло болью и заломило в затылке.

– Мммать! – откинулся назад на грязную мешанину тряпок и прижал руки к черепу в попытке унять боль.

– Болт? Проснулся уже? – послышался прокуренный женский голос со стороны левой лежанки.

Боль мгновенно перестала терзать мою пустую голову, и я повторно открыл глаза.

Со стороны лежанки на меня смотрела маленькая голова в старой советской шапочке. Петушок, так вроде её раньше называли. Небольшое шебуршение, и на свет появилось остальное тело женщины. Лицо с небольшими оспинами, нескладное тело в непонятном тряпье, ранее бывшим каким-то платьем, чёрная кожаная куртка.

– Ага, проснулся, – хрипло отозвался я, не зная, чего собственно говорить дальше и как вообще реагировать.

– Серый! – надрывно крикнула «мадам». – Подымайся, на дело идём. Болт встал уже.

Ещё одно шебуршение, и теперь уже справа на свет появился ещё один житель местного бомонда. Высокий худощавый мужчина, кутающийся в длинное чёрное пальто, с балаклавой на голове, спущенной так, что видны были только глаза. Подняв её наверх и показав всем практически беззубый рот, он выдал.

– Дык и не сплю давно. А идти надо, да.

– Это что, сон? – я с силой потёр виски ладонями, в сильнейшем желании проснуться.

– Болт, ты чего? – ко мне подобралась пока неизвестная мне «леди» и положила руки на колени. – Опять ни хрена не помнишь?

– Не помню… – на автомате отозвался я, и сбросил её руку со своего колена.

– А я говорил, что сивуха галимая, – отозвался Серый. – Не хрен было её в одинокого хлебать. Поделился бы, может, и мозги сегодня соображать стали.

– Какая к чертям собачим сивуха! – я резко вскочил с лежака, охнув от стрельнувшей в спине боли. – Что тут, мать вашу, вообще происходит?! – меня трясло от непонимания. – Я что, грёбаный бомж?!

– Чего сразу бомж-то? – обижено поднял вверх подбородок Серый. – Свободный житель мира, – в его голосе прослеживалась даже какая-никакая патетика.

– Не верю… – я прислонился к стенке и сполз вниз.

И ведь действительно не верил. Не могло такого быть! Не чувствовал я в себе бесхребетности и желания плыть по течению жизни куда кривая выведет. Наоборот, была здоровая злость, желание изменять мир и изменяться самому. Бомж?! Ну, уж нет! Это либо какая-то злая шутка, либо очень глупый розыгрыш.

Я на такое не подписывался! И мне здесь не место. Надо выбираться отсюда, нечего политесы с этими вот разводить. Выберусь, найду людей, у них поспрашиваю, или до больницы доберусь. Ещё можно в полицию обратиться и личность свою установить. Вариантов масса, но сначала всё же задам пару вопросов.

– Как меня зовут?

– Болт, как ещё? – расплылся в беззубой улыбке Серый.

– А город какой?

– Где? – на меня смотрели честные и непонимающие глаза собеседника.

– Здесь! Вокруг, – обвёл я руками пространство, подразумевая это самое «вокруг».

– Так это… наш…

И такого типа ответы следовали на все вопросы, что бы я ни спрашивал. Ни слова конкретики, а лишь непонимание и отговорки. Валить. Валить быстрее отсюда к нормальным людям.

– Выход где? – я поднялся и посмотрел на мадам.

– Там, – она махнула рукой в сторону низкого проёма.

Шагнул в указанном направлении и окунулся в темноту. Блин, не видно же ничего. Тут сзади подошёл Серый, и от него послышался странный звук, как будто раскручивалась маленькая динамо-машинка. Так, собственно, и оказалось. Простой ручной фонарь, принцип работы которого заключался в быстром нажатии рычажка, что в свою очередь раскручивал механизм динамо-машины, которая и вырабатывала электричество, дающее свет.

Он прошёл вперёд, освещая пространство перед собой. Я молча направился за ним, слыша, как в кильватер пристроилась единственная дама, пыхтя как паровоз. Проблемы у неё с лёгкими что ли?

Миновали ещё четыре тёмные комнаты, и вышли к свету. Отодвинул в сторону долговязого – немного грубовато, но на это было плевать. Для меня свет сейчас был олицетворением конца всех моих злоключений. И я хотел как можно быстрее выйти из сумрака, что окутывал мои воспоминания.

На высоте полутора метров от земли находился низкий проём, или точнее, грубо сделанная дыра в бетоне, к которой я и устремился. Встал на специально установленный деревянный ящик, подтянулся, охнул от стрельнувшей боли в спине, но всё равно попытался выползти наружу.

Как только я начал подтягивать себя вверх, позвоночник перестал гнуться, где-то в районе таза резануло болью так, что руки непроизвольно разжались, и я кулём повалился на землю.

– Видать, совсем с башкой плохо, – обратился Серый к собеседнице. – Забыть, что спина как не родная – это надо неделю бухать со страшной силой.

– Ага, – поддакнула мадам.

Подперев поясницу руками, я встал и обратился к долговязому.

– Чего у меня со спиной?

– Так ты год назад, когда мы от ментов драпали, с гаража на Железнодорожной навернулся. Причём удачно так навернулся… Прям спиной на бетонный блок, что под снегом лежал. Ага. Три месяца потом в больничке куковал. Тебе все наши обзавидовались. Курорт всё же, мать его итить, – после длинного монолога Серый смачно сплюнул.

– И что потом? – решил я узнать подробности.

– Ай! – с силой рубанул воздух ладонью Серый. – Нихрена хорошего. Витька потом тоже попробовал, как ты.

– Чего попробовал? – потерял я нить разговора.

– Ну… это… на курорт, в общем. Сиганул спиной с гаража на бетонную хреновину и всё… Нет Витьки больше. Промахнулся чуток и прям башкой об угол, так что мозги все наружу.

Это сейчас со мной всё взаправду происходит? Все эти бомжи, блещущие интеллектом Витьки и прочее? Выездные гастроли дурдома, не иначе. Валить надо отсюда! Куда – не знаю, но валить однозначно.

– Подсоби! – скомандовал я бомжам и снова подтянулся к выходу.

Те, как ни странно, послушались и сноровисто вытолкали меня на улицу. Видать, не первый раз эта операция происходит.

Выход оказался под балконом первого этажа и был не особо заметен для вылезающего, поэтому сразу попытавшись распрямится, я больно ударился головой. Выругался и прополз немного вперёд. Убедившись в наличии свободного пространства, поднялся на ноги.

Яркий свет полудня ударил по глазам, заставив зажмуриться и прослезиться. Привыкнув к яркому освещению, огляделся по сторонам. Обычные коробки панельных домов. Считать количество не стал, а просто принялся вглядываться в окружающую обстановку. Должно было быть что-то, за что зацепится глаз и включит нейронную цепочку в мозге, отвечающую за память.

Подъезды, лавочки, урны, дорога, машины… Всё обычное и понятное, но совершенно незнакомое…

– Болт! Ну чё? – сзади раздался голос «примадонны».

– Имя у меня какое? – я обернулся и уставился на «сожителей», в надежде что солнечный свет, или то, что мы уже не в подвале, изменит их мозговую деятельность.

– У кого? – почти синхронно выдала парочка, уверив меня в напрасности моих ожиданий.

– Как. Меня. Зовут?! – рыкнул я так, что бомжи немного присели, а из ближайшего окна раздался лай какой-то шавки.

– Так… это… Болт, – запинаясь и не на шутку испугавшись, выдал Серый.

– Давно я с вами? – в очередной попытке докопаться до истины, задал я вопрос. Последняя попытка вытащить хоть какую-то информацию из пропитых напрочь мозгов.

– Давно, – чему-то мечтательно улыбнулась «мадам», и меня почему-то передёрнуло от звука её голоса.

Хотя почему «почему-то»? Я прекрасно осознавал почему. Я ведь, по всем данным, дружок этой вот «дамы». А раз мы дружили, то значит и… организмами, тоже дружили, скорее всего. Воображение у меня развито хорошо, как мне кажется, и вот, вольно или невольно, в сознании мелькают неосознанные картинки этой самой дружбы. Бли-и-ин….Пусть это будет розыгрыш! Глупый, затянувшийся розыгрыш!

– Чего повылазили, черти окаянные? – надрывный крик бабки у ближайшей скамейки оторвал меня от неприятных размышлений. – А ну пошли атседова! Щас внука позову, он вас вмиг в бараний рог скрутит! – для придания веса своим словам, старая потрясла в воздухе видавшей виды клюкой.

В ответ на спич бабки женская часть нашей общины разразилась такой тирадой, что кажется, завяли все цветы в радиусе километра. Такой отборной и площадной брани я не слышал не помню сколько, но явно давно.

Сплюнул досадливо под ноги и направился к ближайшему выходу из коробки. За мной потянулась моя ватага. Так, эти пассажиры мне совершенно не нужны. Развернулся и, напустив на себя грозный вид, прикрикнул на них:

– Я иду один! Шагайте куда хотите, мне без разницы. Пойдёте за мной, поколочу! – и сжал правый кулак перед лицом Серёги.

Сопровождающие намёку вняли и поспешно ретировались в неизвестном направлении. Я же вышел из коробки домов на проезжую часть.

Поднял голову вверх и уставился на табличку с названием улицы. «Уральская 7». Я где-то на Урале? Возможно, конечно, но не факт. Сколько городов в России с улицей Ленина? Тысячи? Наверное, больше. Так почему не может быть сотни городов с улицей Уральской?

Улица продолжается и налево и направо, на той стороне дороги тоже есть дома. Ничем не примечательная улица с редкими кустарниками по краям тротуаров. И ничего знакомого…

Я смотрел на проезжающие мимо автомобили и думал: «А что дальше?» В больницу идти, или само пройдёт? Возможна потеря памяти из-за чрезмерного употребления некачественного алкоголя? Ещё как возможна! Может, просто переждать, да и вернутся ко мне воспоминания?

Что я вообще помню про состояние амнезии? Разрозненных воспоминаний много, но чтобы как-то собрать их в кучу надо бы прогуглить этот вопрос. Прогуглить? Точно! Есть же поисковые системы и всё прочее. Надо только разжиться телефоном или планшетом, только вот кто одолжит бомжу девайс на пару минут? Я бы одолжил? А вот это вряд ли. Или всё же попробовать?

Оглянулся на прохожих и только сейчас обнаружил одну немаловажную деталь. Практически все, кто шёл пешком по улице, повторяли одну и ту же последовательность действий. Доставали телефоны, смотрели на них, тыкали пару раз пальцами в экран и разочарованно кривились, после чего убирали девайсы в карманы или сумочки. Некоторые после такой процедуры зачем-то смотрели в небо.

Понять, что это за многочисленная пантомима труда не составляло – связи нет. А ещё в городе нет электричества. Как сообразил? А троллейбус стоит с грустно повисшими рогами, а при нём водитель, ругающий городские электросети.

Город без связи и электричества, а у меня амнезия. Связаны между собой эти события? Был бы я героем какого-то романа, то связь была бы однозначной. Только вот я не герой. Я, судя по всему, бомж. Странный такой бомж, который совершенно не хочет быть бомжом. Типа пил всю жизнь, а потом, оп-па… Проснулся и решил, что такая жизнь не для него. Натянуто как-то, нет? Да и сама версия, что я накануне пил до потери памяти, не кажется правдоподобной. Где жуткий сушняк? Где головная боль и слабость во всём теле? Нет их. Ничего такого. Есть жуткий голод и периодические боли в спине, а вот абстинентного синдрома нет.

И вот тут ещё одна неувязочка – не верится мне что-то, что обычный, заурядный бомж знаком со словом «абстинентный». Может и знать, конечно, но маловероятно.

Значит, надо топать в больничку. Без полиса меня примут? Вроде бы нет. Ну, если не примут, то хоть что-то посоветуют. Да и что-то делать всегда лучше, чем в потолок смотреть.

Прошёл пару кварталов, по пути спрашивая у прохожих дорогу в ближайшее медучреждение. Три раза послали, два раза быстро удалились, а один раз достали газовый баллончик, и если бы не моё быстрое покидание места общения, быть мне ещё до кучи со слезящимися глазами.

Не для общения мой внешний вид – это факт. Да и пахнет от меня, мягко выражаясь, не фиалками. Это ладно, это мы переживём. Но найти источник информации всё равно надо. А ещё надо найти чего-нибудь перекусить, и передохнуть тоже надо, а то спина болит всё сильнее и сильнее.

Присел на скамейку в ближайшем скверике и подставил лицо солнечным лучам. Хорошо так припекает – жарковато даже. Не лето ещё, это чувствуется, но и не ранняя весна. По ощущениям, май на дворе. Двадцатые числа где-то. Закрыл глаза и растянулся на скамейке, вытянув ноги. Хорошо-то как… и спина в таком положении меньше болит.

– Эй! Чепушила! Чего тут расселся? Вали давай! – по вытянутым ногам сильно ударили, напрочь убив ощущение умиротворения и гармонии с миром.

Открыл глаза и уставился на двух парней. Подростки, лет семнадцати на вид. Обычная одежда, ничего примечательного, телосложением тоже особо не блещут. Чего им надо? Самореализация за счёт сирых и убогих?

– Чего уставился? – меня снова пнули по так и не убранным ногам.

Складывалось такое ощущение, что я попал в художественный фильм и меня играют втёмную. Декорации конечно правдоподобные, и графика на уровне, но что-то не то…

– Парни, давайте жить дружно? – я подтянул ноги к себе и постарался придать своему голосу миролюбивые нотки.

– Ты чё, бомжара, опух?

Ко мне полетел носок ботинка левого подростка и если бы я вовремя не отпрянул назад и не убрал голову с траектории движения, то лежать бы мне уже на брусчатке скверика. Потому как удар пусть и был не особо профессиональным, но резким и с переносом веса на ударную поверхность.

Я вроде бы миролюбивый человек, если судить по внутренним ощущениям, но подставлять левую щёку, когда долбанули по правой, не привык. Рывок к ближнему малолетнему садисту, правым кулаком пробиваю ему в живот, глубоко так, с оттягом.

Ударил, и сам заорал от боли в пояснице. Нельзя мне совершать резкие движения, нельзя. Сверху прилетел удар по шее, неумелый, но с криком и злостью, так что я вылетел со скамейки и растянулся на брусчатке скверика. Через секунду последовал новый удар, теперь уже по почкам.

Вот же суки! Скрючился, развернулся лёжа и ударил ногой в ближайшую мне коленку. Ощутимо хрустнуло, и парень заорал от боли. Всё, этот уже не боец. Как и я, впрочем. Спина горела огнём и каждое движение отдавало такими толчками боли, что хотелось выть не переставая. Надо сматываться, и побыстрее, пока второй не очнулся.

Я кое-как поднялся на четвереньки и посмотрел в сторону второго парня. Тот со смешно выпученными глазами валялся на спине и держался за живот. Секунд десять у меня в запасе есть, пожалуй. Шажок, ещё шажок, так и не встав с четверенек. Под аккомпанемент криков от воющего парня со сломанной ногой я стал удаляться.

Послышался топот ног, обутых в тяжёлую обувь, и мне в голову прилетело чем-то увесистым. Сознание из ослабевшего тела вылетело мгновенно. Только что всё видел и чувствовал, а тут удар и темнота. Перед глазами промелькнули какие-то надписи, но так быстро, что мозг не успел уцепиться за них.

Правда, как оказалось, в реальности я отсутствовал недолго. Сознание, так же как покинуло меня, так и вернулось, резко, рывком. Ощутил себя лежащим на животе, на полу куда-то едущего автомобиля. Дёрнулся, скривился от уже привычной боли в спине и попытался перевернуться на спину. Не получилось. Во-первых потому как руки сзади были скованы наручниками, а во-вторых, мне этого не позволили.

– Лежи смирно, болезный, – грубоватый и немного глухой мужской голос остановил мои поползновения.

– Куда едем? – я немного поёрзал и принял почти удобное положение.

– Догадайся, – хохотнул явно работник полиции.

Ехали недолго, минут семь всего, так что и отдохнуть-то толком не получилось. Выгрузили меня из «буханки» быстро – дёрнули за ноги, вызвав очередной приступ боли и поставили на ноги. Как оказалось, внутри ментовской буханки мы с сотрудником правоохранительных органов ехали не вдвоём. Был ещё и третий пассажир – парень, которому прилетело от меня в живот. Был он тих, молчалив и даже несколько заторможён, как мне показалось. Переживает, видать, что сейчас родителям позвонят и ему достанется по первое число.

– Проходим! – быстрая команда от сотрудника полиции, и мы понуро входим в четырёхэтажное серое здание, на котором белыми буквами на синем фоне написано «Полиция».

На левой стороне от входа красноватая табличка «Отдел полиции № 1» и ниже – к какому городу он относится. Только прочесть я не успел, нас уже завели в здание. В проходной, поставили лицом к стене, наскоро проверили карманы, а потом повели в местные камеры.

Решётчатая дверь, коридор с ответвлениями. Меня повели в левое, за которым находился ещё один коридор с камерами. В первую слева меня и завели.

– Лицом к стене, – команда которую я послушно выполнил.

Звон ключей, и мои руки освобождают от наручников.

– Тут пока посидишь, – попрощался со мной конвоир.

– Командир! – повернувшись, отвлекаю его от запирания решётки. – А дальше вообще что? Ну, я тут надолго?

– Ты как в первый раз, – даже удивился рослый полицейский.

– А всё же?

– Ну… – тот закрыл дверь, почесал роскошные усы и выдал: – Часа два посидишь, потом мы тебя оформим и дальше отправим. Хотя… – он снова почесал свою гордость, – наверное, сидеть тебе тут не два часа. Сегодня день странный. Все как с ума посходили, весеннее обострение у психов, что ли?

Договорить и дать предсказание ему не дал дежурный, влетевший в коридор.

– Никит, бегом в оружейку! На Лермонтова массовая резня! Уже шесть трупов!

Выпалив сногсшибательные новости, дежурный умчался, а мой провожатый коротко выругался и тоже убежал, гулко стуча ботинками по полу.

– За чё чалишься? – на меня из противоположной камеры смотрел лысоватый мужичок с обколотыми до синевы руками. На правой руке характерная татуировка с именем владельца – «Боря».

– Солнце с какими-то придурками не поделил, – буркнул я, и оглядел камеру.

Смотреть в принципе было не на что. Лежанка из металла, накрытая старым матрацем и всё.

– Бывает, чё, – глубокомысленно выдал «сосед». – Меня Сизый кличут. А есть чё? – уставился на меня с ленинским прищуром этот самый «Боря».

– Болт, – коротко представился я, и тут же разочаровал собеседника: – Ничего нет.

– Жаль, мля… – тот сплюнул на пол через решётку и удалился вглубь своей камеры.

– Сизый, а нас кормить будут? – крикнул я ему вдогонку.

Показываться сосед не стал, а крикнул с лежанки:

– Ну, ты чисто клоун, Болт. Ты ещё спроси, когда баб приведут.

Плохи дела, чего тут скажешь. Еды не будет, планы на будущее туманны, да и вообще ситуация так себе. Что мне могут инкриминировать? Драка в общественном месте с нанесением лёгких телесных? В самом крайнем случае так и будет. Выход какой? Да хрен его знает!

Когда не знаешь что делать – ляг и поспи. Ситуация может и не изменится, но хоть будешь отдохнувший. Вот и я сейчас не нашёл другого выхода кроме как лечь на матрац и попробовать покемарить, пока за мной не придут. Как это ни странно, но уснул я быстро. Вот вроде бы только что терзался тяжёлыми мыслями, а тут раз – и сплю уже.

Разбудил меня странный звук, который я не смог распознать. Это был даже не звук, а некий отголосок моей собственной мысли, что требовал немедленно проснуться. Не настаивал, не просил, а именно требовал.

Сонно зевнул, потёр руками глаза, сел на лежанке. Спину снова стрельнуло, но немного мягче, чем раньше. Звук снова повторился, и я посмотрел в ту сторону, откуда он раздавался.

– Твою налево! – я подскочил с кровати и, шипя от боли, скакнул в сторону, подальше от решётки.

Испугаться было от чего – на меня смотрел «бывший» Сизый, и не просто смотрел, а тянул руки сквозь свою решётку, при этом урча, как кот-переросток. Мерзко, утробно и совсем не по-человечески. Люди издавать такой звук не способны. Даже великие шаманы народов Севера, когда пытаются вызвать духов предков. Пустой взгляд, тускло блестевший «рыбьим» отблеском, как бывает у покойников, был наполнен голодом и желанием добраться до очень вкусного куска мяса. До меня.

– Что ты такое? – вслух выдал я, подходя ближе к решётке, чтобы рассмотреть вблизи возникшую ситуацию.

От звука моего голоса «Сизый» заурчал ещё протяжней и противней, так что по коже пробежали мурашки, после чего принялся биться об решётку головой. На эту его новую тональность отозвались ещё три таких же отвратных звука дальше по коридору.

«Их тут много» – пришёл мне в голову неутешительный вывод.

А кого это «их»? Это вообще кто? Или правильнее будет – что? По внешнему виду, или, вернее, по признакам – это чистый покойник. Это я про бывшего Борю. Других я не видел, но предполагаю, что от моего соседа они вряд ли сильно отличаются. С другой стороны, эта тварь дышит, по крайней мере в лёгкие она воздух себе загоняет, это точно. Неправильные зомби? А типа, есть правильные?

Так. Тут про другое думать надо, а именно, чего теперь делать-то? Я относительно защищён – в камеру они вряд ли попадут без ключей. Но ведь и я отсюда не выберусь! Так, стоп! Какие к чертям зомби? Что за Голливуд, блин? Их ведь не бывает, я это точно знаю. А если их не бывает, тогда кто вот это вот такой голодный и музыкальный? И те, которые за стенками ему подпевают, кто?

Минуту я напряжённо думал, пытаясь найти выход из ситуации. Не нашёл. Подёргал решётчатую дверь – ну, а вдруг не заперта? Ага, как же – та даже не дёрнулась, стояла как монолит.

Неожиданно из коридора раздались шаги, негромкие и немного шаркающие. И кто же это такой неугомонный в гости к нам пожаловал? Я отошёл к дальней стене и в ожидании присел на корточки. Ждал недолго. Всего через полминуты к моей камере неспешно подошёл «дежурный». Такой же урчащий и голодный, если судить по его реакции.

Он протянул ко мне руки сквозь решётку и, уставив мёртвые буркала прямо на меня, выдал особо высокую ноту. И чего тебе надо, тварь? Понятно, конечно, чего. Только вот мне от этого легче не становится.

Так мы и провели следующие пять минут – дежурный тянул ко мне руки, урча как маленький трактор, а ему вторили заключённые. А я, так и не встав с корточек, неотрывно смотрел на его кобуру. Первую минуту на кобуру, вторую на ремень перекинутого за спину автомата. Третья ушла на разглядывание его разгрузки и гадание, сколько всего подарков там может быть. Четвёртая была занята отвлечёнными мыслями о чём-то эфемерном и несущественном. О единорогах, девственницах и бабочках. Вот такой убогий у меня полёт мысли на отвлечённые темы оказался.

Зачем я так делал? А я знаю? Просто пришло понимание того, что мозг получил всю необходимую информацию и ему надо подумать. А чтобы ему лучше думалось, надо немного освободить оперативную память и результат скоро будет.

Откуда опять знаю? Это проснулся навык из той, прошлой жизни. Откуда он, не помню, но вот пользоваться им могу.

После пятой минуты я встал и короткими шагами подошёл к дежурному, внимательно следя, как будет меняться его поведение. Особо сильно поведение не изменилось: полицейский всё так же тянул ко мне руки и урчал. Остановился я, когда до вытянутых рук неправильного зомби осталось сантиметров двадцать. Тот неожиданно для меня дёрнулся вперёд в попытке ухватить, но прутья решётки ему этого не позволили.

– Шустрый, – неодобрительно покачал я головой.

Так, информация получена, информация усвоена, пора приступать к делу. Снова отошёл от решётки и подошёл к матрацу. Нагнулся и внимательно его рассмотрел. Вроде ничего невыполнимого в моём плане нет, так что приступим.

Через пятнадцать минут, за которые ничего не поменялось за пределами моей камеры, у меня на руках был матрац, развороченный на лоскуты, из которых я сплёл приличной толщины полуметровые верёвки в количестве четырёх штук.

Взял в руки первую, потянул на разрыв, переждал приступ боли в спине и счёл её годной для моих планов. После чего проверил остальные, которые тоже вполне годились. После чего связал их в одну большую верёвку, на конце которой сделал хитрую петлю. Ну, понеслась…

Приблизился к тянущимся рукам дежурного, набросил на его запястья петлю, затянул. Другой конец верёвки протянул к металлической лежанке и, использовав её круглые ножки-трубы на манер блока, натянул импровизированную цепь до упора. Потом через ещё один «блок» крепко завязал оставшуюся часть.

Снова подошёл к урчащему существу и проверил, как работает моя задумка. Зомби немного отклонился в мою сторону, заурчал ещё протяжнее, но и только. Поняв, что нужный момент настал и больше медлить нельзя, я метнулся к решётке, не обращая внимания на резкую боль в области поясницы.

Припал на одно колено, левая рука со скоростью пули выстрелила сквозь решётку, схватила пистолет, выдернула его из кобуры, а ноги уже отталкивали меня на спину. Ещё падая, руки начали действовать без участия мозга – переместили флажок предохранителя вниз, передёрнули затвор. Из пистолета вылетел патрон, что я заметил лишь краешком сознания. Упав на спину, немного довёл сбившийся от удара прицел и выпустил две двойки – две в корпус, две в голову.

Дежурный обмяк и, повиснув на решётке, перестал урчать. А я пытался унять взбесившуюся от боли спину. Мне как будто десяток раскалённых гвоздей воткнули в позвоночник и медленно двигали ими в круговых движениях. Сжав зубы, постанывая и шипя от боли, я тихонько костерил всех на свете, не забыв бомжей, малолетних придурков, свою амнезию и зомби. По последним прошёлся отдельной строкой, с упоминанием их нетрадиционной половой ориентации, не забыв про их всеобщую мать, и вообще.

 

Уничтожен заражённый. Уровень – 0. Вероятность получения ценных трофеев – 0. Получено 2 очка к прогрессу ловкости. Получено 2 очка к прогрессу меткости. Получена 1 единица гуманности.

 

В период моего подвывания перед глазами промелькнула красная надпись, которую я и прочесть-то не успел – мигнула и пропала. Отметил краешком сознания, что произошло какое-то несоответствие с законами реальности, да и забыл. Не до того было.

Боль приутихла минуты через три. Не ушла совсем, но, по ощущениям, количество гвоздей убавилось на порядок, и можно было подняться на ноги. Подняв с пола цилиндрик патрона, отстегнул магазин и вставил вылетевший патрон обратно.

– А вы, товарищ дежурный, устав нарушаете, – кряхтя как столетний дед, я поднялся на ноги. – Кто патрон в патроннике держит? Нельзя так, нельзя. Вы ведь не спецура какая, чтобы разрешение на такое иметь.

Сказал, поднялся и призадумался. Интересный я всё же бомж получаюсь, да? Откуда мне знать о такого рода нюансах? Посмотрел на пистолет в руке – стандартный ПМ. Ничего необычного и примечательного. Поставил на предохранитель и засунул за пояс.

– И стрелять я тоже, оказывается, умею, – рассматривая места попадания пуль в полицейского, глубокомысленно изрёк я. – На короткие дистанции, уж точно.

Пули легли строго в те места, в которые целился – две в центр груди, и по одной в переносицу и центр лба.

Проснулся Сизый, дёрнув свою решётку резким рывком – мозг опять отключился. Моя правая рука дёрнулась, и во лбу моего соседа появилось не предусмотренное конструкцией отверстие.

– Спи спокойно, Боря, – на автомате выдал я подобающую случаю фразу и отшатнулся от появившейся перед глазами красной надписи.

 

Уничтожен заражённый. Уровень – 0. Вероятность получения ценных трофеев – 0. Получено 1 очко к прогрессу ловкости. Получено 2 очка к прогрессу меткости. Получена 1 единица гуманности.

 

Что за ерунда? Моргнул, и надпись пропала, но прочесть я её успел. Заражённый? Не зомби? В смысле, человек, который болен, и его можно спасти? Если дела обстоят таким образом, то всё плохо. Очень плохо! Я не помню дословно уголовный кодекс, но точно знаю, что за хладнокровное убийство двоих человек меня по голове не погладят, это к гадалке не ходи.

Попал? Вполне возможно, но есть нюанс. Даже два. Первый – в соседних камерах томятся ещё трое урчащих ублюдков, желающих моего тела. И второй, и он же главный. Дежурный ведь тоже был «заражённый». И кто сказал, что он снаружи один такой? Вдруг там все такие? И если всё так и есть, то не пошёл ли УК далеко и надолго?

Придя к душевному равновесию, плавно, чтобы максимально не тревожить спину, я принялся за разоружение покойника. Автомат за спиной оказался обычной «ксюхой», а в разгрузке нашлись два магазина к пистолету и три к автомату.

Богатый хабар! Но на этом мародёрка не завершилась. Отойдя от двери на пару шагов, я принялся вышибать замок одиночными выстрелами из «укорота». Встал так, чтобы возможный рикошет не прилетел в меня. То ли попал удачно, то ли хлипкие они от рождения оказались, но хватило всего трёх пуль.

Вышел в коридор, склонился над полицейским и задумчиво посмотрел на его обувь, а потом на свою. Размер совпадал, и через некоторое время я щеголял в новых ботинках. Хотел и остальное снять, да только вот кровью всё было заляпано чрезмерно. Снял только разгрузку, кое-как оттёр бурые пятна не заляпанными участками одежды убитого. Надел, подтянул в нужных местах.

Всё, тут закончили, пора выбираться наружу. Или проверить всё здание? А надо ли мне это? А мне вообще, что надо? Ну, во-первых, всё же вспомнить, кто я. А во-вторых… вот тут уже думать надо, что именно «во-вторых». Потому как целей у меня появилось превеликое множество, и какая из них главнее, пока не ясно. Понятно, что при всей этой свистопляске, что происходит вокруг, цель номер один – выжить, что бы я до этого не говорил про память. А уже потом можно задумываться над проблемами с памятью.

С первостепенной задачей определились? Вроде как да. Какой план действий? Задумался. и снова поймал себя на мысли, которая уже мелькала в голове: а чего это я спокойный как удав, да и к тому же целеустремлён как каток, летящий с обрыва? Менты, зомби, стрельба… А я как был уравновешен, так и остался таким, если не считать кратковременных вспышек гнева и испуга с паникой. Но это всё реакция организма на раздражители, схема там простая – увидел раздражитель, впрыснул определённый гормон. Так вот с чего я спокоен? Прошитые в мозговой БИОС алгоритмы поведения, работающие как моторная память? Хорошо, если так.

Ладно, задерживаться не будем, пора выбираться из здания. Осмотром помещений пусть кто-нибудь другой занимается.

Известный уже мне коридор и открытая дверь. Пустая комнатка дежурного и ни одной живой, или заражённой души. Пистолет сунул в кобуру, тоже снятую с покойника, а в руки взял автомат, переведя его на стрельбу очередями.

В распахнутом настежь, или если выражаться точнее, снесённом к чёртовой бабушке дверном проёме виднелась улица. Напротив стоял жилой двухэтажный дом, а за ним, треща шифером, горело какое-то строение. Дым от пожара поднимался высоко над зданием и запах гари уже добрался до меня.

Массовые беспорядки в городе? Или чего похуже? После того, что я видел и слышал, я и второму пришествию не удивлюсь, и даже массовой высадке марсиан. Хотя всё что происходит сейчас, похоже на бред или сон. А может, я действительно валяюсь где-то обдолбанный до зелёных соплей и просто брежу? Или мне снится абсолютно реалистичный сон? Ну, не бывает ведь такого в реальности, чтобы зомби ходили, и надписи перед глазами возникали, как в какой-то виртуальной игрушке!

Чего? Что я только что подумал? Как в игре? Быстро глянул по сторонам, в надежде увидеть лаги в подгрузке текстур, грустно усмехнулся. Это многое объяснило бы, но чего нет, того нет. А всё же, похоже ведь это всё на игру?

Прийти к каким-либо дальнейшим умозаключениям мне не дал взрыв, раздавшийся откуда-то с левой стороны улицы, и басовитый звук выстрелов из тяжёлого пулемёта.

«Недетским калибром пуляют, – неожиданно возникла мысль в голове. – Да, – сам с собой согласился я. – Не «семёрка», однозначно».

Мысль пролетела и ушла, а я, снова припав на колено, направил укорот в дверной проём. Со стороны взрыва послышались радостные крики и гомон нескольких человек. Радуются люди, только вот чему? Удачно попали и поразили цель? А какая тут может быть цель, в мирном городе? И вообще, кто стреляет? Тяжёлым вооружением обладать могут только армейцы, вряд ли у рядового состава полиции на вооружении может быть что-то наподобие КПВТ. Или может? Хотя есть же БТРы у спецназа полиции, а вот на них как раз пулемёт Владимирова и стоит.

Глянуть бы надо, тем более, что выстрелов больше не слышно. Я привстал и, тихонько пригибаясь, подошёл к дверному пролому. Выглянул влево. Деревья мешают, не видно ничего, да и по массивной лестнице, ведущей в здание, спуститься надо. Спускаться? А собственно, почему нет? Обстановку всё равно разведывать придётся.

Я спустился по лестнице и осторожно подошёл к краю здания. Так, теперь осторожно выглядываем. Дальше по улице бронетранспортёра не было, как и спецназа полиции. Там даже военных не было. Только десяток непонятного вида людей на странного вида автотранспорте и… И моё сбывшееся предсказание.

На проезжей части лежал марсианин. Или альфацентаврянин, или андрометянин какой, не суть ни разу. Короче, это тело было явно не земное, на нашей матушке-планете таких не водится, это однозначно. И никакая амнезия не могла меня заставить забыть, что Земля вдруг стала проходным двором для гостей из других миров.

– Ну ты и урод… – покачал я головой, пытаясь высмотреть подробности.

Крупная тварь, размером с маленького носорога с огромными гипертрофированными плечами и под стать им грудью, с длинными и мощными руками, достающими до колен. Руки чудовища заканчивались удлинёнными когтями, странно поблёскивающими на солнце. Здоровенный, вытянутый вперёд подбородок, и пасть, которой позавидовал бы крокодил-переросток. Лысая голова, низко посаженные глаза под выступающими вперёд надбровными дугами. Вся тварь какая-то тёмная и в необычных наростах, больше похожих на многогранные пластины, из которых торчали недлинные, но явно острые, немного изогнутые шипы.

– Это да, – послышалась усмешка откуда-то слева. – Знатный уродец.

Я резко повернулся в сторону голоса и успел заметить, как из воздуха начинает проявляться фигура бородатого мужчины с автоматом Калашникова в руках. Не обрезка, как у меня, а вполне нормального, и даже модернизированного. И дуло этого автомата смотрело мне прямо в лицо.

– Не балуй, парень. Тихонько, без спешки, положи автомат на землю. Так же медленно вытащи пистолет и тоже опусти, – в голосе бородатого не чувствовалось угрозы, но выполнять его требования отчего-то не хотелось.

– Фигасе! – послышался ещё один голос, только теперь справа. – Батон, ты видел, чтобы такие прикинутые нулёвки встречались? Сам на вид бомж бомжом, а уже с двумя стволами!

Медленно, чтобы не вызвать ненужных реакций. я повернул голову в сторону второго говорившего. Это оказался низенький мужичок с очень живым лицом, жующий жевательную резинку. Он тоже был одет в камуфляж, а в руках держал странного вида винтовку, распознать которую сходу не получалось.

– Континент велик, – степенно выдал бородатый. – Бросай, больше повторять не буду, – снова скомандовал он.

На этот раз я команду выполнил – от двоих, да ещё вставших так, чтобы не перекрывать друг другу сектора обстрела, мне не уйти. Я наклонился, болезненно скривившись и шикнув от боли.

– Болит чего? – с какой-то странной интонацией спросил бородатый.

– Спина не рабочая, совсем, – выдал я правду, замечая, как переглянулись после моего ответа камуфлированные.

– Мужики, а что вообще происходит? – задал я мучающий меня вопрос. – Нашествие инопланетян? – и кивнул в сторону твари, возле головы которой копошился мужик в таком же камуфляже, как и эти двое.

– Типа того, – хохотнул низенький. – Только пришелец тут ты.

Глава 2

Жизнь первая. Автомат не панацея – нужен танк

– В смысле? – я не особо понял, о чём говорит обладатель непонятной винтовки.


Читать Форум Узнать больше Скачать отрывок на Литрес Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить электронку Купить бумажную книгу
4.0/1
Категория: S-T-I-K-S | Просмотров: 407 | Добавил: admin | Теги: S-T-I-K-S, Лебэл Дан, Долгая дорога в стаб
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх