Новинки » 2022 » Июнь » 9 » Владислав Морозов. Охота в атомном аду. Охотник 5
15:48

Владислав Морозов. Охота в атомном аду. Охотник 5

Владислав Морозов. Охота в атомном аду. Охотник 5

Владислав Морозов

Охота в атомном аду. Охотник 5



 Новинка в 2022

09.06.22

 
с 08.11.22 (1095) 898 р - 18%

 
  04.06.22 (1301) 950р. -27%

 
  -27% Серия

 Военно-историческая фантастика

  -27% автор

 Морозов Владислав Юрьевич

Пятая книга цикла, начатого романом «Охотник на вундерваффе».

С теми, кто пытается изменить ход истории у наших далеких потомков разговор короткий: за «хронопреступниками» отправляется «охотник», который казнит их на месте, без суда и следствия.

Для нашего современника Андрея Черникова подобная неблагодарная работа «охотника на попаданцев» стала привычной. Но сейчас ему приходится действовать в атомном аду Третьей мировой войны, начавшейся в октябре 1962-го года, когда «Карибский Кризис» перешел в горячую фазу и межконтинентальные ракеты все-таки ушли на цель со своих стартовых столов.

Сможет ли Андрей выполнить задание, если ему надо поймать попаданцев, маневрируя между отступающими в панике войсками НАТО и азартно преследующими их армиями «Восточного блока» во главе с советскими танковыми дивизиями?

М.: Эксмо, Яуза, 2021 г.
Серия: Военно-историческая фантастика
Тираж: 2000 экз.
ISBN: 978-5-04-111978-2
Страниц: 480
Пятый роман цикла «Охотник».
Иллюстрация на обложке А. Руденко.

 
Купить все 5 книг серии  Охотник со скидкой -  



Все описанные ниже события вымышлены, любое сходство с реальностью носит исключительно случайный характер.
Содержание цикла:


1. Охотник на вундерваффе (2018) 
2.
Охотник на попаданцев (2019)
3. Охота на охотника (2020)
4. Охотник на шпионов (2020)
5. Охота в атомном аду (2021)

 
Литрес

Книга 1

Владислав Морозов. Охотник на вундерваффе

Охотник на вундерваффе

 

Если жизнь сложилась так, что ты, совершенно неожиданно для самого себя, прямо с реконструкторских «игрищ» попал в самое пекло Великой Отечественной войны, – гордись, что судьба выбрала именно тебя!

Ставший старшиной-танкистом Андрей Черников понемногу осваивает нелегкую науку побеждать, в меру своих сил сокращая поголовье врагов. Однако вскоре выясняется, что по другую сторону фронта коптит небо мерзкий тип, который старается отдалить победу Красной Армии, снабжая врага высокотехнологичными образцами техники, называемой немцами «Вундерваффе» – чудо-оружие.

К чему приведет дуэль двух «темпонавтов»? Что окажется сильнее – мощь советских танковых армий или «всемогущество» единичных вражеских машин с запредельными характеристиками?

 

229.00 руб. Читать фрагмент
Купить книгу

Книга 2

Владислав Морозов. Охотник на попаданцев

Охотник на попаданцев

 

Продолжение романа «Охотник на вундерваффе».

Наш современник Андрей Черников уже успел приобрести опыт перемещения во времени, отвоевав четыре года на Великой Отечественной войне.

Однако теперь ему предстоит новое и куда более сложное задание. Необходимо найти и уничтожить трех «темпонавтов», которые отправились из 24-го века в 1953 год и устроили там Третью мировую войну с полномасштабным использованием ядерного оружия.

Человечество смогло пережить апокалипсис и даже не одичало, но при этом образовалась новая, альтернативная реальность, где армии Советского Союза захватили всю Европу, включая Англию.

Под видом сотрудника спецслужб ОВД (Организации стран Варшавского Договора) Черников облетит полмира, побывав на полях битв отгремевшей войны, и станет свидетелем новой победы социалистического блока.

 

219.00 руб. Читать фрагмент
Купить книгу

Книга 3

Владислав Морозов. Охота на охотника

Охота на охотника

 

Продолжение приключений нашего современника Андрея Черникова в прошлом веке, начатых в романах «Охотник на вундерваффе» и «Охотник на попаданцев».

Теперь роли поменялись – на Черникова, летом 1944 года пытающегося вывезти из Третьего рейха беременную агентессу, ведут охоту не только фашистские спецслужбы, но и прибывшие из далекого и «светлого» будущего недоброжелатели, имеющие боевую подготовку на уровне элитных бойцов штурмового батальона.

Из-за спешки и прямого предательства срываются не только основные, но и запасные варианты эвакуации, а дорога к точке сбора проходит через пылающие фронты и границы охваченной безумием мировой войны Европы. И непонятно, что ждет Андрея в финале спасательной операции – награда или пуля в затылок!

 

219.00 руб. Читать фрагмент
Купить книгу


4
Охота в атомном аду
    Все описанные ниже события вымышлены, любое сходство с реальностью носит исключительно случайный характер.
Часть 1

ПОСЛЕДНЯЯ ОСЕНЬ
Как я даже не попытался спасти мир

Пролог

ВАМ ЗАДАНИЕ, ИЛИ ТЕБЯ ПОСЛАЛИ — ТЫ ПОШЁЛ
    «Ох и времечко! Ну и времечко!»

        Будённовец Петя Трофимов.

        Л. Пантелеев, рассказ «Пакет»

Россия. Урал. Северная окраина

г. Краснобельска. Поздний вечер 22 июля

20… года


С момента моих прошлых шатаний под пулями, во время «служебной командировки» в карельские снега 1940 года прошёл без малого год. Разумеется, в течение этого «интересного времени» произошло много чего. В основном, естественно, не особо позитивного, что уже стало практически привычно.

Ну, про свалившуюся на всех нас, и правых и виноватых, всемирную эпидемию (тут я подумал — а ведь о чём-то подобном даже никто из наших бабушек и дедушек припомнить не сможет, поскольку раньше ничего такого точно не было, как выражаются в народе «старожилы ни хрена не помнят, поскольку им отшибло память», а «старожил» — это, судя по всему, такая специальная должность для запутывания историков будущих эпох, ну очень пожилой персонаж, который на все вопросы односложно отвечает, что он этого не помнит, хоть режь его) лишний раз повторять не буду — уже, что называется, в зубах навязло. Один мой приятель считает, что «для полного счастья» нам всем теперь не хватает только падения из космоса «камушка», из разряда тех, один из которых, когда-то, ну очень давно, вырыл Мексиканский залив. Как говорил, правда, по другому поводу, Индиана Джонс — поосторожнее надо с мечтами, они и сбыться могут…

Однако вроде как пережили и это, причём легче чем наши «заклятые друзья» — и понимание в людях есть, и вакцина наша оказалась качественнее, чем у них, да и покойников у нас набралось примерно столько же, сколько ежегодно бывает, если просуммировать жертвы ДТП и отравлений суррогатным бухлом (нет, конечно, у нас тоже не без проблем, но их причина вполне стандартна — вековая дурость, усугублённая социальными сетями), а вот в «самой прогрессивной стране мира» (Североамериканских Штатах то есть, как некоторые думают) трупов образовалось вполне сопоставимо с их потерями во Второй мировой войне. Вроде пустячок, но тем не менее…

Кстати, а кто-нибудь заметил, как в одночасье изменилась общая риторика вражеско-злопыхательской пропаганды? Раньше они орали, что «на Западе живут лучше, чем в России», а теперь, почему-то разом забыв про всю эту «лучшую жизнь» и прямые сравнения и сопоставления (поскольку сравнивать, увы, больше нечего), вдруг начали говорить о том, что «в России жить плохо», без малейших попыток эту мысль развить. Но если у нас всё плохо, то где хорошо? И к какому такому «светлому идеалу» сейчас надо стремиться? Самое смешное, что ответ прост — нету такого идеала, поскольку на дворе стоит мировой кризис, который перемелет всех без исключения и не отскочит никто.

А вообще, куда нынче катится этот мир, понять сложно. Чувство у всех как у того витязя на распутье, только сейчас «витязь» этот чётко знает, что куда он ни свернёт, везде жопа, без вариантов. И вернуться назад уже нельзя — это тоже непременное условие этой долбаной «игры». Так что и идти куда-то вроде бы надо, но и боязнь сделать хуже сдерживает любые порывы.

Увы, но при этом почему-то совсем не сдерживаются пришедшие к власти за океаном путём феерического обмана и шантажа (ну наконец-то!) престарелые маразматики и безмозглые истеричные бабы, все эти толстосумы и миллионщики с ультрарадикальными замашками, которые, вместо того чтобы медленно и аккуратно сползать на дно, вполне готовы шумно и быстро утянуть туда за собой всё остальное человечество — его-то господам из Белого дома на холме уж точно нисколько не жалко. Не зря же этот их нынешний, говнодержавный дедушка несёт с высоких трибун столь лютую пургу, заставляющую думать, что он либо вообще конкретно не в себе, либо затяжная деменция и достижения заокеанской фармакологии выковали из него конченого экстремиста-камикадзе, готового принести в жертву не многих, а вообще всех без исключения. Только вот ради чего, собственно, нужны такие жертвы, они там, у себя, почему-то помалкивают, во всяком случае — пока. И даже представительная тусовка на берегу Женевского озера, от которой ждали очень многого, решительно ничего по этой части не прояснила, поскольку все тамошние договорённости (если их вообще можно так называть) свелись к известной формуле из вестернов: не надо делать резких движений. Только вот незадача-то — в вестернах никто почему-то не имеет привычки держать паузу — обязательно кто-нибудь да начинает стрелять первым. Вот и делайте выводы…

Так что пессимисты (а оптимистов в наше время практически нет) в краткосрочной перспективе ждут новый передел мира (от рынков до госграниц), а значит, развязывания новой глобальной войны, тем более что «золотой миллиард» уже вовсю намекает, что в эпидемии опять виноваты мы с китайцами. Весь вопрос лишь в том, откуда всё начнётся (в плане географии тут выбор богатейший — уже не только Украина или Сирия, но и Белоруссия с Кавказом или Средней Азией) и как далеко зайдут в плане используемых огневых средств и методов. Хотя, с другой стороны, умирать никому не хочется, да и не очень-то и понятно, как, в случае чего, вообще собираются воевать наши нынешние оппоненты — их здравоохранение и от вируса-то конкретно захлебнулось, а что будет, если всерьёз ударить по ним чем-то, пусть даже и не ядерным, куда они побегут и кто им на выручку прибежит? Особенно учитывая, что, по факту, США больше не сверхдержава (и, что характерно, для осознания этого не потребовалось ни одного выстрела!), коли уж они официально заявляют, что отныне будут разговаривать с нами только после того, как Россия пустит под пресс или, как минимум, передаст под «международный контроль» сразу несколько классов своего нового стратегического вооружения (видимо, потом они нас сразу сильно полюбят, будут в попу целовать взасос и денег дадут — ага, лет тридцать назад мы всё это, помнится, уже слышали). А всё это, между прочим, означает, что в данный момент мы оказались сильнее их в военной области, и технически, и технологически. Так сказать, ещё одна приятная «мелочь».

И это без учёта натуральной «лысенковщины» в заокеанской науке и того, что устроили в Североамериканских Штатах черно… нег… афро… (блин, да как их теперь вообще можно называть, чтобы тебя при этом с гиканьем не закидали калом за «неполиткорректность»?!), ну то есть те, чья жизнь вдруг ни с того ни с сего стала «иметь значение» (а жизни тех же, когда-то зачищенных под ноль, американских индейцев, почему-то, как обычно, не в счёт?) и которые теперь требуют себе вагон разных пряников, вплоть до отдельного государства и сколько-то там триллионов долларов компенсации за годы рабства, причём «знаменем» их борьбы и где-то даже полубожеством стал законченный рецидивист и наркодилер, неоднократно судимый, в том числе и за разбой на большой дороге. Чудны дела твои, Господи, но лично я давно предполагал, что со всеми этими «Голодными Играми», «Дивергентами», последней версией «Планеты Обезьян» и прочей подобной лабудой, где симпатии авторов и зрителей всецело на стороне разных сопливых бунтарей или неожиданно заговоривших шимпанзе, американские красавцы вырулят именно куда-то в эту сторону и на почве нынешней «тоталитарной толерантности» перегрызут друг другу глотки если и не по половому, то уж точно по расовому вопросу. И, самое смешное — я угадал! Отмена разделения прежних призовых, фестивальных номинаций на «мужскую» и «женскую» кинороли это, увы, только начало. Посмотрим, как тот же Голливуд теперь будет работать по новым, «ультралиберальным» (честно говоря, подобный «либерализм» и нацистам не снился) лекалам в условиях, когда, к примеру, любовь и секс между гетеросексуальным белым мужиком и столь же белой и во всех отношениях нормально ориентированной бабой уже считается как минимум экстремизмом, а как максимум — извращением…

Вот и выходит, что мои хитромудрые работодатели из будущего, столь любезно и ненавязчиво просветившие меня насчёт кризиса общества оголтелого потребления, «затяжного периода системного упадка и деградации мировой цивилизации» и аж двух последующих за ним мировых войн, полностью правы — именно в эту сторону всё и катится. И уж они-то это знают наперёд.

Ну а куда именно мы все выплывем, если не потонем, — это тайна, покрытая мраком, тем более что при самом благоприятном развитии событий теперь впереди у человечества минимум несколько лет нищеты, стагнации и прозябания, а если упадок растянется на десятилетие-другое, то это получится вообще практически навсегда, по крайней мере, в недлинном с точки зрения возраста вселенной «локальном промежутке» жизни отдельного человека.

А скольким вроде бы считавшим себя вполне «здравомыслящими» за последнее время уже напрочь снесло чердак на почве «любовной размолвки с бытием» по поводу того, что прежним этот мир не будет уже никогда, но осознавать это ой как не хочется?! И скольким ещё предстоит пережить это «сгорание предохранителей»? Ведь рано или поздно (когда таки будут пропиты «последние подкожные») до всех этих «хозяев жизни» и «профессиональных вольнодумцев и карбонариев» дойдёт, что мир, существующий только в пространстве их смартфонов, окончательно схлопывается и теперь, для того чтобы просто жить, им по-любому придётся привыкать к простому, незамысловатому физическому труду и учиться сажать морковь с картошкой, поскольку, к примеру, «актёр больших и малых академических театров», «исполнительный директор», «туристический менеджер», «мастер модельер-стилист», «фитнес-инструктор класса гранд-мастер тренер», «элитный брадобрей из барбершопа» в ближайшей долгосрочной перспективе точно не будут относиться к числу сильно востребованных профессий, как, впрочем, и разные прочие IT-шники, блогеры, сомилье, экологи, косметологи, логисты, имиджмейкеры и т. д. и т. п. Впрочем, в полном отчаянии они вполне могут окончательно расшатать и обрушить этот уже сильно накренившийся мир на головы всем нам и себе (ну да, чем так жить — нехай будет конец света) — увы, но такой вариант тоже нельзя исключать…



В общем, до сего дня «гости из будущего» меня не тревожили, и я уже начал помаленьку забывать, что они вообще существуют. Окружающий дурдом постепенно устаканился, а работа, за которую платили мало и куда менее регулярно, чем раньше, то была, то нет. Как обычно, в июле на дворе стояла удушливая жара, не особо спадавшая после захода солнца, и даже думалось в пропахшей пылью, раскалившимся асфальтом и выхлопным газом атмосфере замусоренного прокисшими липовыми и тополиными ошмётками июльского города как-то с трудом.

В общем, я сидел в квартире в полном одиночестве и читал. Книжку отнюдь не развлекательную и не предназначенную для «средних умов», а именно «Комментарии к русскому переводу «Похождений бравого солдата Швейка» Ярослава Гашека», солидный том, толщиной едва ли не большей, чем сам роман. Хотя, если совсем честно, я её перечитывал уже не в первый раз. Лично меня подобное чтиво всегда успокаивает, поскольку оно полезно хотя бы с точки зрения развития серого вещества под черепной коробкой, а для историка так и вообще познавательно во всех отношениях Потому что мало кто просекает все нюансы и тонкости краеведения, этнографии, географии и прочих деталей и мелочей столетней давности, которыми переполнен роман не слишком любимого сейчас на собственной родине Я. Гашека (это у нас в его честь до сих пор улицы названы, а за что его любить нынешним вестернизированным чехам, если он во время российской Гражданской войны с самого начала воевал за красных?) и которые были когда-то «за ненадобностью», или по незнанию, проигнорированы отечественными переводчиками этой книги. Собственно и отечественная дерьмократическая ботва изначально держала Гашека скорее за антивоенного и даже антиармейского писателя — ведь у нас с недавних пор (и это началось задолго до «Солдата Чонкина») просто обожают тех, кто имел или имеет обыкновение кидать говном в чьи бы то ни было армию, государство, прошлое — короче говоря, «бунтарей», борющихся против всего и сразу. Как, помнится, говорил один, вдруг неожиданно и горячо возлюбивший генерала Власова жирный ублюдок из телевизора, «лучшее, что можно найти в подобных произведениях — насмешка над армейской дисциплиной и бюрократией, а также патологическая ненависть к любому государству». Хотя, честно говоря, Гашек писал не совсем о том, и, к примеру, для меня эта его книга прежде всего некий очень яркий «портрет эпохи», правда, локализованный в пределах тогдашней Австро-Венгрии.

И в момент, когда я изучал 339-ю страницу «Комментариев» с оригинальным текстом «Куплетов о бравом канонире Ябуреке» (слева чешский текст, справа буквально подстрочный русский перевод), я ощутил какое-то едва ощутимое шевеление за своим левым плечом, а затем в тёмном углу комнаты деликатно кашлянули. Подняв глаза от книжной страницы, я оглянулся и понял, что очередная «пауза», похоже, закончилась — здрасте вам, как говорится, «Не ждали», картина Репина.

В общем, в трёх метрах от меня сидела, деликатно сведя вместе и сдвинув в одну сторону коленки, всё та же Блондинка. Только вид у неё на сей раз был какой-то старомодный. Белое, приталенное, со слегка расклешенным подолом платье длиной чуть ниже колен, с рисунком (или как теперь выражаются, «принтом») в красно-зелёный цветочек (сразу не рассмотрел — маки это были или, скажем, розы?), чулочки телесного цвета, характерная причёска (длина волос до шеи, но всё очень тщательно завито и уложено), цацки в ушах и на шее, а также белые остроносые туфли и поясок (и на лаковых «лодочках», и на ремешке я разглядел замысловатые золотистые пряжки — ты посмотри, прямо-таки в едином ансамбле всё выдержано!) за версту отдавали стилем киноподелок из «золотых лет» Голливуда, по-моему, примерно конца 1950-х — начала 19б0-х. Прямо-таки полупрофессиональный Пин-Ап — «королева всех бензоколонок», блин…

И, мрачно глядя на ту, что хуже татарки (ну, то есть незваную гостью), я мало-помалу начал укрепляться в уверенности (надо сказать, что подобное приходило мне в голову уже давно), что какие-то их гады-психологи из будущих времён в такие вот моменты ставят на мне дополнительные, непотребные опыты. Дескать, а какова будет реакция подопытного на тот или иной внешний облик неожиданно появившейся перед ним мадам? Типа, встанет у него на неё или, наоборот, опадёт? Ведь у каждого из нас в голове свои, индивидуальные тараканы. Небось даже диссертации пишут на эту тематику, засранцы.

А может, и какие-нибудь шустрые ребята из тамошнего «техотдела» на всякий случай отрабатывают детали возможного внешнего облика своих сотрудников, ведь заранее никогда не известно, в каком голографическом образе безопаснее всего представать перед тем или иным среднестатистическим homo sapiensoм — Охотницы на Вампиров в чёрном латексе, английской королевы или, скажем, Одри Хепбёрн? Тему насчёт последнего я просёк сразу же. Ведь внешний облик гостьи был снова прорисован как-то уж слишком тщательно, и её фигура выглядела словно подсвеченной изнутри (в вечерней полутьме это выглядело не очень естественно), но при этом и Блондинка не отбрасывала никакой тени (вот тут любой, искренне верующий в потусторонние силы и прочую чертовщину, на моём месте непременно обосрался бы), говорила, практически не открывая рта (но я всё слышал), да и диван под ней не промялся ни на миллиметр. А стало быть, она опять явилась ко мне в уже привычном виде голограммы, которую невозможно поиметь, задушить, застрелить и прочее. С ней, увы-увы, можно только умные разговоры разговаривать. Ну а коль скоро в гости ко мне она так просто, без весомого повода, не заходит, всё это было явно не к добру. А ведь вроде бы сегодняшний день начинался вовсе не плохо…

— Вы посмотрите, какую к нам красивую тётеньку замело! — выдал я, по возможности, ехидно, слегка изменённую цитату из бородатого кино про любовь и голубей и, отложив книгу, спросил:

— Ну, и чем обязан?

— Рада видеть тебя в добром здравии, — сказала Блондинка, изобразив на голографическом личике дежурную улыбочку, и добавила несколько более официальным тоном: — Большой привет тебе от нашего руководства!

Вот хоть бы раз конкретизировала, как именно зовут их руководителя или руководителей, а то вдруг я являюсь исполнителем приказов какого-нибудь суперкомпа, внешне выглядящего как простой металлический или пластиковый шкаф нейтрально-серого цвета?!! Конечно, осознание подобного факта было бы мне очень неприятно, зато выглядело бы куда честнее. Хотя в целом разговор сразу же вошёл в привычное, проторённое русло. И опять она мне «тыкала», я называл её подчёркнуто-уважительно на «вы». Всё как всегда…

— Так, — хмыкнул я. — «Спасибо тебе дед от всей Красной армии, сам нарком Ворошилов приедет руку жать»? Что-то не нравятся мне подобные прелюдии. Колитесь, мадам, — опять работёнку нашли бедному мальчишечке? Покрывать крыши во время дождя?

— Угадал.

Н-да, для того чтобы понять, зачем она каждый раз является ко мне, вовсе не нужно быть экстрасенсом или ясновидящим. Тут всё не просто, а очень просто…

— А что случилось? — осторожно уточнил я.

— Ну, если кратко — опять чёртовы «изменяльщики истории» зашевелились.

— Да ну? — изобразил я безмерное удивление. — Я-то, грешным делом, думал, что вы их всех давно переловили или перестреляли, с моей и божьей помощью…

— Ну, как принято говорить в вашей стране — всех не перестреляешь. Не унимаются они. Вот не понимают эти люди, или не хотят понимать, что любая попытка как-то изменить прошлое даёт на «выходе» всего лишь возникновение очередной альтернативной реальности. И всё, ничего более…

— Н-да, порой очень сложно понять, где проходит эта тонкая, незримая грань между фаталистом и простым долбоёбом, — удачно сформулировал я. — Но я-то, честно говоря, полагал, что у вас, в «прекрасном далеке», такие вещи всем ещё в средней школе вдалбливают прямо-таки как таблицу умножения!

— Отнюдь. Тебе уже неоднократно объясняли — всё, что связано с хроноперебросками и темпоральным полем, у нас имеет определённый гриф секретности. Примерно как любые военные или атомные исследования в вашем времени. То есть про это слышал почти каждый, но о реальном положении дел в этой сфере знают единицы, что удобно.

— Да помню я это. Просто шучу. Кстати, почему я?

— Вот зачем ты каждый раз задаёшь этот странный вопрос, ответ на который сам давно прекрасно знаешь? Во-первых, — у нас просто нет никого другого, а во-вторых, у тебя есть реальный, соответствующий опыт.

— А действительно, чего же я, червяк ничтожный, каждый раз про это спрашиваю? Извиняйте, вырвалось. Ну и что мне предстоит на сей раз? Спасать или предотвращать?

— Нет. Предстоит примерно то же, что ты уже однажды делал в 1962-м. Только на сей раз всё несколько проще…

— Это в каком смысле «проще»?

— А в таком, что сейчас не надо никого брать живым, допрашивать и что-то выяснять. Надо их всего лишь ликвидировать, особо не стесняясь в средствах и методах. Серьёзным минусом является только то, что времени у нас в этот раз почти нет.

— То есть?

— Они решили больше не повторять ошибок своих предшественников-единомышленников и не стали тратить время на «подготовительный период». Решили не пытаться убедить в чём-либо местных власть имущих, а просто как можно быстрее развязать глобальную войну, которая «всё очистит и обнулит». Поэтому они свалились сразу туда, куда им нужно. И наша фора составляет от силы несколько дней, а, увы, не лет, как в тот раз. И они сразу же начали действовать…


— Хорошенькое начало. Если так — где прикажете их искать и что мне с ними потом делать?

— Ну, как раз с поисками всё обстоит не так уж плохо. Поскольку мы уже наработали кое-какой опыт, то сразу же пустили по их горячим следам нашего, если можно так выразиться, человека.

Эта фраза насчёт «можно так выразиться, человека» сразу же насторожила меня, но я смолчал.

— А я там тогда зачем? — уточнил я. — Пусть этот ваш «можно так выразиться человек» и поотрывает им бошки!

— Будешь руководить. Тем более что ты этот период достаточно хорошо знаешь.

Фраза насчёт «руководить» сразу напомнила о бригаде синтетических киллеров, которой я действительно немного покомандовал в прошлый раз. Тогда я вроде бы справился, хотя и не скажу, что мне это сильно понравилось. Но, судя по только что прозвучавшему единственному числу, на сей раз это точно будут не «четыре брата-акробата». Ну а насчёт 19б0-х она, в общем, права. Можно считать, что я это время более-менее изучил. Поскольку оно интересно (по крайней мере, лично мне) во всех отношениях. Тогда люди ещё не утратили смекалку и фантазию, и какую область ни возьми, музыку, моду, кино, литературу, науку, автомобили, самолёты, космические полёты, политику и прочее — везде всё выглядело свежо, оригинально и где-то даже красиво. И опять-таки один раз я действительно уже побывал там, хоть это и был не наш, «базовый», 1962 год, а некий альтернативный, но, как говорится, не суть…

— Допустим, — согласился я. — Но позвольте уточнить, а кто вообще такой этот ваш, пущенный по горячим следам, «если можно так выразиться, человек»? Делайте со мной что хотите, но в этой формулировке я изначально чую некий подвох!

— Ну да, это, скажем так, не совсем человек. И, вообще-то, ты её знаешь. Это та самая Катарина с личным номером 1313, она же Графиня, с которой ты как-то, в 1944-м, немного попутешествовал по Европе и южнее…

При этой фразе я даже инстинктивно дёрнулся (ну не смог ничего с собой поделать), словно отгоняя нечистого…

— Лядь, да что же это? — вполне искренне изрёк я вслед за этим. — Она? Опять? На хрена?!

— А что такого? — изобразила удивление Блондинка. — Нормальная бионическая м-мм… б-бб… ж-жж… ну то есть… штукенция, убойная и универсальная. До очередного пресловутого «цикла обновления с сопутствующим перерождением» ей ещё лет тридцать пять или около того. Так что она молода, свежа и готова на всё.

— Ну да. И на кой буй вам-то такая «радость»? Тем более что это же вроде бы «уникальный, штучный товар», в чём вы меня сами тогда убеждали путём обмана и шантажа. Прямо-таки плешь проели на эту тему. И я, толком не зная, с чем я имел дело и зачем всё это было нужно, обеспечил её доставку, и что же я вижу в итоге, спустя какое-то время? Всего лишь то, как вы столь нерационально используете этот самый «штучный товар»?

— Почему это «нерационально»? Хотя да, ты же не в курсе, что её оставили в нашем полном распоряжении. Поскольку за время пребывания в прошлом она набрала огромный массив совершенно уникальной информации, да и про сам процесс хронопереброски благодаря некоторым её исключительным способностям мы тоже узнали много нового и интересного. Ты-то чего занервничал? Ведь у тебя с ней вроде всё вполне нормально прошло…

Похоже, в данном случае слова типа «она» и «её» употреблялись моей собеседницей только постольку, поскольку слово «штукенция» — женского рода. Тут куда правильнее было бы говорить «оно»…

— Ага, может, оно и так. Я, конечно, не знаю, сняться ли андроидам электрические овцы, но только подсознательно я её всё равно боюсь, поскольку видел, на что эта мадам способна. Это же не какая-нибудь нормальная «железка по имени Анна Николаевна», действующая по пресловутым, азимовским законам роботехники. Она в критической ситуации будет спасать себя, а не меня!

— А здесь-то какая твоя печаль? Не вижу в этом особых противоречий — она для нас действительно важнее, поскольку почти непрерывно собирает информацию. А для тебя гибель на задании означает всего лишь возвращение в исходную точку, без малейших последствий?!!

— Тоже верно. И чего я это, в самом деле? — изобразил я раскаяние, переходящее в непонимание.

— Вот-вот. И вообще, зря ты так Поверь, вне перезагрузочного состояния это нечто.

Ну-ну. «Это» — тоже правильное словечко в данном случае. Насмотрелся я уже на это «нечто». Однако развивать данную тему дальше я пока не стал.

— И куда конкретно идти? — спросил я вместо этого.

— А в октябрь 1962-го.

— Никак Карибский кризис?

— Да.

— Почему?

— Потому что эти недалёкие уроды сочли, что не будет лучшей возможности разрушить «весь мир насилья до основания».

— А это затем? Хотя, по идее, тут я действительно с вами согласен. Они правы, в истории планеты было чертовски мало столь острых моментов, когда ядерные арсеналы находились в полной боевой готовности и требовали лишь одного — нажатия пресловутой «красной кнопочки». И наши ракеты на Кубе на расстоянии «прямой наводки» от Штатов стояли только тогда, единственный в истории раз. А учитывая, что в 19б0-е так называемая «защита от дурака» ещё не была доведена до совершенства, любой случайный пуск или выстрел мог легко стать тем самым камушком, который вызывает сметающую всё на своём пути лавину. И у них, судя по всему, есть из чего выбирать. То есть для начала они вызывают ядерную войну? И где именно они планируют это сделать?

— Естественно, в Европе.

— Ну да, удобно и логично. Сплошные набитые тактической авиацией с подвешенными «спецбоеприпасами» аэродромы, ракетные пусковые позиции плюс атомная артиллерия, ядерные фугасы и прочее. А как именно они начнут? Гроссмейстеры будут играть е2-е4, или придумают что-то посложнее?

— Да если бы знать… Они знают вполне достаточно о потенциале тогдашних ядерных силах обоих сторон, и рабочих вариантов у них должны быть разработаны десятки. Но, по идее, твоя напарница уже должна отследить направление, куда они направят свои усилия в первую очередь.

— Боюсь спросить, а сколько их всего?

— Пятеро. Трое мужчин и две женщины. Изначально было десять. Троих сумели взять живыми, один был убит при аресте и ещё один погиб при переброске.

Одновременно с этими словами в воздухе передо мной последовательно возникли пять качественных, трёхмерных портретов. Ну то есть как портретов — одна за другой передо мной возникали головы «целей», а также их фигуры в полный рост. От последних, по-моему, было особенно мало толку, тем более что самые интересные места (первичные половые признаки то есть) на них «политкорректно» затушевали, от чего ростовые изображения выглядели обряженными во что-то типа облегающих тренировочных костюмов — по этим изображениям можно было судить разве что о их комплекции и росте, а удовольствия от просмотра никакого. А в целом сам процесс отдалённо напоминал некую сцену в стиле «Звёздных войн» — тишина, полутьма и один или несколько странно одетых персонажей как бараны на новые ворота таращатся на нечто светящееся, сгущающееся прямо перед ними. Только я не был вождём повстанцев из Далёкой Галактики, да и рассматривал я не голографические схемы шаровидной Звезды Смерти, а всего лишь видел личности тех, кому очень скоро предстояло стать обыкновенными покойниками.

Что тут сказать — одного взгляда на эти потенциальные мишени мне было достаточно для чёткого понимания того, что это, похоже, был не какой-нибудь бунт недовольных чем-то профессионалов (по элементарной логике — должны же у них там, в этих отдалённых от нас столетиях, быть какие-нибудь специально натасканные «хронодесантники» или «хронодиверсанты»?), а просто явные, очередные запуки какой-то «золотой молодёжи» из безмерно отдалённого будущего, чей круг узок и которая страшно далека от народа.

Во-первых, никто из предъявленной мне для ознакомления пятёрки «плохишей» по своему облику явно не тянул на возраст двадцать семь — тридцать лет. Всем им было лет по двадцать с небольшим, ну максимум двадцать пять, то есть это были не «мужики и бабы», а скорее всё-таки «мальчики и девочки». И вот это было самое хреновое, поскольку, как правило, не представляющие что такое настоящая смерть сопляки, которым всё по хер, категорически не ценят ни собственную, ни чужие жизни. Специфический, но полезный опыт 1990-х (когда проблемы часто оперативно устранялись вместе с теми, кто их создавал), а также дальнейшего общения с «поколением ЕГЭ» показывает, что, если этих диких тварей профилактически не загасить в самом начале, потом не оберёшься хлопот — будет явный перерасход по части истраченных боеприпасов и избыточное количество ненужных жертв и разрушений.

А ещё хуже было то, что при всём при этом в их личиках сквозил явный болезненный оттенок чего-то очень не хорошего — у одного из парней (самого толстого из троицы), то ли лысого, то ли просто бритого наголо, было уж слишком серьёзное для его возраста лицо (высокомерно-барственный взгляд выдавал в нём отнюдь не тривиального ботана, а как минимум непризнанного кем-то доморощенного гения-самоучку с запущенной формой мании величия), а двое других, судя по выражениям их физиономий и глаз (смотрели так, будто целились), выглядели то ли просто психами, то ли явными фанатиками (я такие глаза в те же 1990-е, было дело, видел разве что у сектантов, которые тогда агитировали на улицах и в подземных переходах за «Белых Братьев» и Сёко Асахару). Да и обе девки были явно не лучше. Одна из них, полноватая, внешне была вообще никакая. Вторая выглядела чуток посимпатичнее, но глаза у обеих были ещё более пустыми, чем у парнишек-подельников. Такой взгляд бывает, к примеру, у конченных торчков. Хотя мне-то с их лиц, как говорят в народе, точно воду не пить. Неужели дошло до того, что у них, там, коррекцией прошлого уже занялись и какие-то наркоманы?
Читать Форум Узнать больше Скачать отрывок на Литрес Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить электронку Купить бумажную книгу Купить бумажную книгу Купить бумажную книгу
4.3/3
Категория: Новая книга про попаданца | Просмотров: 1019 | Добавил: admin | Теги: Охота в атомном аду, военно-историческая фантастика, охотник, Владислав Морозов
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх