Новинки » 2021 » Январь » 29 » Алексей Вязовский. Я спас Рим. Том 1
13:39

Алексей Вязовский. Я спас Рим. Том 1

Алексей Вязовский. Я спас Рим. Том 1

Алексей Вязовский

Я спас Рим. Том 1

Дата последнего обновления: 28 января 2021
готовность 20%
Пишется на author.today

Жанр: Альтернативная история, Попаданцы во времени


Две реальности и две смерти. Третья попытка Алексея Русина.
Продолжение серии "Я спас СССР". Герой прежний - эпоха совсем другая. Очень непростая эпоха.

 
Я спас Рим. Том 1


Глава 1
Или́! Или́! лама́ савахфани́!?


Вселенской силы крик ударил по голове, прошелся пылающим пламенем по нервам и мускулам. Я застонал от боли и с трудом открыл глаза. Тряслись стены вокруг меня, плясала масляная лампадка на грубо сколоченном столе, с противным скрипом распахнулась и снова захлопнулась входная дверь. Я лежал на деревянной лежанке, покрытой какой-то ветошью, и мое тело все еще вздрагивало от спазмов. В голове и сейчас стоял этот пронзительный мужской крик. Он словно жил во мне. Вдох-выдох. Спокойно! Я это уже все проходил… Второй раз будет легче. Вдох-выдох...

Стены перестали трястись, в воздухе повисла густая мелкая пыль. Лампадка замигала, но через миг огонек выправился и снова стал ровным. Открылась дверь, в помещение заглянул невысокий мужчина с факелом. Одет незнакомец был в сегментную лорику древнеримского легионера. На голове его красовался шлем с плюмажем. О, господи, это куда же меня занесло-то...?

- Испанец, ты жив? - мужчина сделал несколько шагов и поднес к моему лицу факел. В его свете я смог наконец разглядеть легионера. Плотный, мускулистый, со шрамом на правой щеке. Глаза черные, живые. Говорил военный на латыни. Но при этом я его отлично понимал! При переносе в другую реальность разблокировался дар Логоса? Ну, хоть что-то…

Кряхтя, я сел на лежанке, сплюнул на пол кровавую слюну. Пыль уже немного улеглась, снаружи слышался какой-то шум и лязг металла. Топали люди, испуганно ржали кони.

- Vivus sum - на латыни ответил я, и это прозвучало так естественно, словно она была моим родным языком.

/Я жив/

Узнать бы еще теперь свое новое имя. Что-то латинское по идее должно быть. Я принялся незаметно себя ощупывать. Короткий ежик волос на голове, длинный античный нос, довольно густые брови, и лицо вроде бы без шрамов… А новое тело явно молодое, хоть и не юное, вроде бы без увечий.

- Парни, Марк в порядке - крикнул в открытую дверь чернявый. Ага, ...значит, теперь меня зовут Марк. Вполне себе обычное латинское имя, данное видимо в честь бога войны Марса.

В помещение, которое судя по многочисленным лежанкам и запаху пота, оказалось обычной солдатской казармой, гремя железом, один за другим, вошли еще восемь легионеров.

Где я? Последнее, что отложилось в памяти - это как на меня несется белая Волга, тьма, затопившая глаза ее шофера, и мои руки, с силой выворачивающие руль машины, чтобы уйти от лобового столкновения. Визг тормозов, удар, крик Вики и ...наступившая вдруг тишина.

- ...Наш Испанец все проспал - ко мне подошел центурион, командир местной “роты” легионеров, о чем говорил поперечный плюмаж на его шлеме. Взглянул равнодушно и отошел. Я выдохнул, еще раз сплюнул кровью на земляной пол - кажется, прикусил свой язык, пока был без сознания.

Легионеры начали снимать доспехи и, отдуваясь, рассаживаться вокруг большого деревянного стола в центре казармы. Чернявый со шрамом помог мне подняться и сесть, озадаченно потрогал мою голову.

- Петроний, а у него тут кровь....

- Это я язык прикусил - поясняю легионерам и, оглядевшись по сторонам, подхватываю с лежанки серую тунику. Путаясь, начинаю ее натягивать - вот и испачкал голову кровью.

Латынь из меня просто льется рекой, я даже не задумывался ни секунды над переводом. А еще говорят “умерший язык”... Помню, мы изучали ее в университете, когда проходили античность и средневековье, но весьма поверхностно. Так что нынешнее знание латыни - это точно не мое личное наследие с истфака.

Центурион пожал плечами, давая понять, что ему до меня мало дела, и тоже начал разоблачаться.

- Ну и день сегодня выдался... К Оркусу такие поганые деньки!

На скамью полетел шлем, потом лорика. Под доспехами оказался пожилой мужчина лет пятидесяти. Седой, худощавый. Ему сразу освободили место во главе стола, налили что-то из глиняного кувшина в бронзовый кубок. Судя по запаху - вино. Центурион одним махом выпил, вытер ладонью массивный подбородок. Башка моя гудела, но любопытство историка брало верх - наблюдать за живыми легионерами было очень интересно.

Чернявый легионер вставил факел в держатель в виде высокой треноги и тоже сел за стол, не раздеваясь.

- Лекаря все одно нет, терпи до возвращения в Кесарию - центурион окончательно потерял ко мне интерес и повернулся к чернявому - Эй, Гней, а ты не усаживайся. Сходи-ка разузнай, что там во дворце у Пилата творится. Сильно ли он разрушен. И вернулся ли уже Лонгин Сотник.

Я покачнулся и закашлялся, поперхнувшись от услышанного. Вот оно значит как… Понтий Пилат. Лонгин Сотник... А фраза “Или́! Или́! Лама́ савахфани́” - это стало быть последние слова слова Иисуса на кресте: “Боже мой, Боже мой! Для чего ты меня оставил?!” Неужели эти слова здесь слышал только я?

Я снова повалился на лежанку, закрыл глаза. Так я в древнем Иерусалиме?! Ой-ой-ей… куда меня закинуло-то!

- Полежи Марк, переведи пока дух - за столом снова забулькал кувшин - Проклятая Иудея… - я услышал как тяжело вздохнул Петроний - Все у них тут не как у людей.

Стукнула дверь за Гнеем, легионеры начали негромко переговариваться. Опять в кубки полилось вино, застучали по доскам стола игральные кости. Интересно, а одежду Христа стражники тоже успели разыграть? Моя голова просто раскалывалась от нахлынувших мыслей. Новая реальность, древний мир, Воскрешение Христа...

- Это уже третье землетрясение - раздался чей-то сочный бас - за три года, что я тут служу.

- Эй, Марк! - Петроний встал из-за стола, подошел ближе, потряс меня за плечо - Тебя точно не приложило по башке? Выглядишь ты хреново и молчишь все время.

- Могут быть еще толчки - я снова вернулся в вертикальное положение, переборов головокружение. Глас Христа все еще звучал отголоском во мне. И я отвечал Петронию лишь для того, чтобы меня дальше не мучили расспросами - Надо бы выйти наружу.

Мне нестерпимо захотелось вдохнуть свежего воздуха. Да и глинобитные стены казармы что-то не внушали особого доверия. Эдак моя вторая “ходка” закончится, даже толком не начавшись. Я потер лицо руками. Жена! Не родившийся ребенок! Там, в другой реальности... Верные друзья, конечно, в беде не оставят, но на душе тяжело так, словно сердце из груди живьем выдрали.

- Да все уже, не трясись ты - обладателем сочного баса оказался крупный одноглазый легионер - мускулистый такой, просто “косая сажень в плечах” - Тряхнуло-то слабенько...

Никто из римлян даже не пошевелился, чтобы встать. Видно уже привыкли к местным слабым землетрясениям. В Риме ведь тоже временами потряхивает, Везувий лишь дремлет до поры до времени.

- Зачем только чужих богов гневили с этим проповедником? - центурион вернулся за стол, шумно уселся на скамью - Их тут как блох на собаке, и если каждого распинать, никаких крестов не хватит… И вообще это плохая примета.

- Петроний, это же политика! - одноглазый принялся точить меч - Ты же был во дворце, сам видел: Пилат не хотел суда, это у фарисеев подгорало с этим Иешуа. Тоже мне нашелся “царь иудейский”…

- Умолкни, Дион - центурион пристукнул по столу ладонью - Не нам об этом судить. Я слышал от верных людей, что этот Иешуа был не прост. Чудеса совершал…

Все замолчали. А через какое-то время опять стукнула дверь, и вошел вернувшийся Гней.

- Во дворце разрушений нет, так… посуда побилась - легионер накинул плащ, взял из стойки копье - В городе все тоже спокойно, слава богам. На обратном пути я встретил Лонгина Сотника. Он велел моему контубернию идти в караул, охранять гроб

- Какой гроб? - удивился Петроний - И чего это Лонгин в моей центурии распоряжается?

- Он же примипил легиона - примирительно произнес Гней - Эй, Марк, ты как? Голова уже прошла?

Я, вздрогнув, кивнул. Спустил ноги с лежанки, пережидая легкое головокружение. Лежать в казарме и дальше не было никакого смысла, пора бы осмотреться снаружи.

- Тогда собирайся, с нами пойдешь.

- Так, а что там с гробом, Гней? - Петроний поднялся из-за стола

- Во дворец прибежали первосвященники Анна и Каиафа, просили поставить караул у гроба - тело-то Иешуа отдали Синедриону. Дескать, волнения в городе могут быть, этот “царь Иудейский” обещал воскреснуть на третий день… Опять же знамения плохие: землетрясение, и в главном иудейском храме надвое разодралась завеса.

- Как Синедриону отдали?! - удивился центурион, но совсем не обещанию мессии воскреснуть и даже не знамениям - Это ж они осудили его? Ничего не понимаю.

- Там все непонятно - пожал плечами Гней - В Синедрионе у Иешуа, оказывается, друзья были. Иосиф Аримафейский. Богач какой-то. Он-то тело с креста и забрал. Дал на лапу Лонгину, тот и разрешил. Пилат злой, как Оркус.

- А нас теперь опять гонят по иудейским делам! - зло сплюнул одноглазый - От этих первосвященников только и жди подлости какой...

- Так и есть - центурион тоже начал облачаться - Либо ученики сопрут тело и скажут, что воскрес, либо фарисеи с левитами надругаются над трупом. Много он им крови попил. Пойду с вами, погляжу, чтобы все ладно было. Эй, Марк! Ты не уснул?!

Я на автомате встал, бросил взгляд на стойку. Слава богу, контуберний Гнея уже разобрал доспехи - остались видимо мои лорика, меч-гладиус и шлем. Поглядывая краем глаза на соседей, я начал облачаться.

Чувствовал я себя при этом, как на съемках исторического кино. Вот главные актеры, а вон статисты. Шутят, переругиваются, даже рыгают. А ведь послезавтра состоится одно из самых важных событий в человеческой истории. Воскрешение Христа. Или не состоится?

*****

На улице было прохладно. Градусов десять от силы. Все-таки начало апреля, да и солнце уже зашло, вечер. Пронизывающий до костей ветер заставил меня накинуть на плечи старый, потертый плащ, который я прихватил со своей лежанки в казарме.

Контуберний построился в маленькую колонну по двое и через дворцовый двор вышел в Иерусалим. Сразу пахнуло гнилью и отбросами. Темный город будто вымер. Свет двух факелов едва разгонял тьму на узких, мощеных белым камнем улочках. По левому бедру хлопали ножны с мечом, гремели доспехи. Тело быстро само подстроилось под тяжесть лорики. Вышли мы почему-то без щитов и копий - из оружия лишь гладиус, да дорогой, украшенный чеканкой кинжал за поясом. Его я тоже нашел в стойке с оружием. Судя по тому, что его никто не взял, он принадлежал мне.
Сам Иерусалим не произвел на меня сильного впечатления. Здания были в основном одно- и двухэтажными. Последние с большими арками, в глубине которых были двери лавок, по ночному времени закрытые. Людей на улицах совсем мало, и тех толком не удавалось рассмотреть - горожане, завидев наш отряд, быстро сворачивали в переулки. Женщин не было совсем, даже местных “магдалин”. Лишь на помойках спокойно рылись большие серые крысы. Вот уж кто нас совершенно не боялся.

Некоторое скопление народа наблюдалось в воротах огромного приземистого здания с четырьмя колоннами. Толпа мрачных горожан мужского пола, одетых преимущественно в коричневые шерстяные накидки, слушали левита - худого, бородатого старика с посохом. Некоторые из горожан - видимо, знатные иудеи - имели на головах сложные тюрбаны. Именно они стояли ближе всего к оратору и держали факелы. Я расслышал несколько фраз на арамейском и удивительное дело - вполне их понял! Видимо, мои новые способности одной латынью не ограничиваются. Бородач вещал прихожанам о земных родителях Иешуа бен Пандиры. Дескать, отцом казненного возмутителя спокойствия был вполне себе земной человек - римлянин Пандир. Именно с этим связано нежелание Пилата отдавать на суд его сына-полукровку - Иешуа.

- Вот же крысы поганые! - выругался Петроний, который явно тоже понял смысл ночной проповеди - Опять римляне им плохи. Давно пора их храм разрушить до основания! Именно здесь рассадник всех этих зелотов...

- И как следует порыться в его подвалах - согласно зашумели легионеры

- А ну заткнулись все! - рявкнул центурион - Голосите словно бабы.

Я пригляделся к строению с колоннами и в очередной раз почувствовал себя эдаким туристом во времени. Это же Второй Иерусалимский Храм! Его начали строить еще во времена Кира Великого, продолжили при Ироде, а лет через тридцать разрушат во время первой иудейской войны. Собственно, римляне во главе с будущим императором Титом и уничтожат это главное культовое сооружение всех евреев. Останется от него только знаменитая Стена Плача, возле которой иудеи и будут молится два последующих тысячелетия.

Пока шли вдоль стены храма, я все прислушивался к себе, копаясь в голове. Увы, никаких воспоминаний от прежнего обитателя тела у меня не осталось - по крайней мере пока они никак не проявились. Зато сколько новых подарков оказалось! Я теперь знал целых шесть древних языков! Греческий, латынь, арамейский, коптский, аккадский и шумерский. Зачем нужны были последние три - пока оставалось загадкой. Надеюсь новый посланник Логоса посетит это реальность и даст мне какие-то инструкции. Иначе... Я опять прислушался к себе. Сердце опять сжала тревога. Как там Вика?

В новом теле, я все также имел полный доступ к своей прежней памяти. Чтобы не терять зря времени, нашел лекцию про погребение Христа, что нам читал на историческом факультете МГУ профессор Зайцев. Внутренним взором быстро просмотрел все четыре Евангелия и Деяния Апостолов. Подробнее всех ритуал с опечатыванием гробницы и приставленной к ней стражей описал Матфей.

Поправив меч на перевязи, тоскливо вздохнул. Так вот же она, эта стража - топает в себе калигах по древнему городу. Жаль, что в свое время не стал тратить время на чтение апокрифов. Так бы в памяти остались еще и неканонические Евангелия. А лишняя информация мне сейчас не помешала бы.

- Что-то ты сегодня молчаливый - толкнул меня бок здоровяк Дион - Прямо не узнаю нашего шутника Марка.

- Над тобой бы качались стропила - тихо огрызнулся я - посмотрел бы я тогда на тебя.

- Да у вас в Испании не меньше трясет, чем в Иудее. Ты же в стольких переделках бывал! - укорил меня одноглазый - Мы же стояли плечом к плечу против варваров.

- То варвары - вздохнул я - А погибнуть вот так, по глупому, в завале… Слушай, Дион - решился я - А напомни, какой нынче год?

Это только кажется, что дату легко вычислить по распятию и воскресению. На самом деле все было совсем не просто. У тех же евангелистов лишь сказано, что Иисус умер при императоре Тиберии, во время наместничества в Иудее Понтия Пилата, в пятницу. Но Тиберий правил с 14 по 37 год. Пилат управлял Иудеей с 27-го года, и также по 37-й - итого: 10 лет. Зазор для произошедших и будущих событий оставался огромный.

- Точно стропила тебе на башку упала! - засмеялся здоровяк - Нынче 4-й год 202-й Олимпиады.

- А от основания Рима?

Одноглазый запнулся, почесал в затылке - Вроде бы 788-й...

Ага. Примерно так я и думал. Идет 19-й год правления императора Тиберия. А значит, на дворе сейчас 30-й год новый эры. 30-й, а не 33-й. И то ли с прежней моей реальностью здесь есть расхождения, то ли церковники и историки наши чего-то напутали.

Кроме распятия Христа, из важных событий в эти годы остается еще заговор Сеяна. В нем участвует куча римских сенаторов и родственников Тиберия. Сейчас каждый второй высокопоставленный патриций в Риме спит и видит, как бы избавиться от нынешнего императора. Уж больно многим он наступил на ногу своей политикой жесткой экономии государственных финансов. Сам при этом ни в чем себе не отказывает.

Вообще-то, Римская империя сейчас на пике своего могущества. Захвачена Испания, больше половины Европы, все Средиземноморье, Египет, африканское побережье, Ближний Восток… Легче перечислить что осталось в мире не под тяжелой пятой римских легионов. Варварские племена в Евразии, Парфянское царство, Армения, Дакия, Аравия раздробленные Индия, да Китай... Это если не брать в расчет другие континенты, на которых, если честно, никакой стоящей цивилизации пока вообще нет.

- Что приумолк, Марк? - Дион весело сплюнул на землю - А помнишь, как ты подпилил жердь в отхожем месте шестой центурии? И парни опциона Флавия рухнули в дерьмо?

Легионеры вокруг заржали, вспоминая подвиг моего предшественника.

- Тихо вы, жеребцы! - усмехнулся Петроний - Глядите, уже подходим.

Мы вышли за крепостные стены, обогнули холм, который здорово напоминал Голгофу, вступили в сад. К моему удивлению здесь была довольно густая растительность - высокие деревья, кустарники, трава... И это все в пустынной Иудее! Я задумался о том, что может быть эта реальность пошла по другому пути? Ладно, Христос и 30-й год. Историки до сих пор спорят в каком году произошло распятие. Но природа-то... Или опустынивание могло возникнуть на Ближнем Востоке в более поздний период Античности?

*****

Само кладбище производило странное впечатление. Сад закончился - пошли сначала крупные валуны, а потом и вовсе скальные “выходы”. Тропинка виляла между камнями и спустя четверть часа блужданий среди скал мы попали в настоящий карьер с вырубками.

Уже на подходе к пещере я почувствовал биение Слова внутри. Оно нарастало, звучало в голове торжественным набатом. Я невольно сбился с шага и даже начал отставать. Успел уже отвыкнуть от этого непонятного “подарка” Логоса.

- Эй, Испанец… - ко мне обернулся центурион - Что с тобой? У тебя из носа кровь идет.

Легионеры стали на меня оглядываться, Гней достал из-за пояса какую-то тряпку и кинул мне, чтобы я утерся. Несколько раз глубоко вздохнул, приходя в себя, с трудом прибавил шаг и снова влился в строй.

Зайдя в карьер мы оказались на большой площадке с каменными заготовками - саркофагами. Карьер заканчивался скалой и пещерой в ней, закрытой крупным валуном. Рядом стояло две группы громко спорящих людей. Справа в неровном строю мялись бородатые мужики в стеганках. В руках они держали круглые щиты и копья. Завидев нас, подтянулись, плотнее сбили свои ряды. Всего я насчитал двадцать два пехотинца. Впереди, гордо задрав подбородок, стоял коротышка со сложной чалмой на голове, его накидка была густо вышита золотой нитью. Борода завита в косички, а с висков свисали длинные пейсы.

- Сам Анна пожаловал - зло прошипел Петроний - Тесть первосвященника Каиафы.

Слева от группы, прямо у валуна, стояли два богато одетых еврея. Оба высокие, и тоже в расшитых золотом и серебром хитонах. Они громко переругивались с Анной. Завидев нас, оба бросились к центуриону.

- Петроний - на хорошей латыни начал первый мужчина. Его лицо украшал большой нос, который в будущем назвали бы шнобелем - Скажи ему ты! Нельзя осквернять могилу.

- А мы не осквернять пришли! - визгливо закричал тесть первосвященника, и тоже на латыни - Я всего лишь повесил печать храма на вход в пещеру. Знаю, я этих назаревских учеников… Украдут тело, тайком схоронят и будут потом шляться по городу, кричать, что Мошиах пришел на землю и уже воскрес.

- Анна, прекрати богохульствовать! - второй мужчина, широкоплечий, с рыбьими глазами навыкате начал наступать на коротышку - Иешуа - великий Учитель, праведник и знаток Закона Божьего. Его слушали тысячи людей, а вашими интригами он был распят! Грех падет на тебя Анна и на твоего зятя Каиафу до пятого колена!

- Замолчи! Заткнись Иосиф! - продолжал вопить в лицо рыбьеглазому коротышка - Вы с Никодимом тайком поддерживали этого лжепророка, выкупили тело с креста… Вас обоих ждет суд Синедриона!

- А ну заткнулись все! - рявкнул Петроний, кладя руку на рукоять гладиуса - Контуберний в линию!

Мы быстро перестроились из колонны в ровный ряд, сделали слитный шаг в сторону спорщиков. Навстречу нам шагнули “бородатые”. Копья они держали остриями вверх, но ситуация явно накалялась.

- Никодим - центурион повернулся к “носатому” - Что тут происходит?

- Анна оскверняет похороны - мрачно ответил Никодим - Мало ему был при жизни богохульства над Учителем…

- Ты же из фарисеев - удивился Петроний - Какой он тебе Учитель? Ладно, продолжай...

- Как велит нам Закон, я принёс смирну и алоэ. Обмыл тело. До наступления темноты мы с Иосифом успели обвить Учителя пеленами с благовониями, как заведено в нашем народе. Одели в погребальную плащаницу. Потом уложили в гроб - Никодим кивнул на пещеру - читали молитвы. И тут пришел этот…! - еврей сплюнул в сторону Анны.

Тот аж подпрыгнул от ярости, но сдержался и промолчал.

Я почувствовал легкий тычок в бок. Стоящий рядом Дион кивнул мне на камень. Часть его была заклеена большой сургучной печатью размером с тарелку. Увидел эту печать и Петроний.

- Пилат послал нас сюда охранять гроб Иешуа - грозно сказал центурион - Храмовая стража зачем здесь? Печать для чего?!

- Затем! - визгливо крикнул Анна - От этих назаретян-сектантов чего угодно можно ожидать! Дадут денег и… - тесть первосвященника осекся

- Так ты обвиняешь прославленных римских легионеров во взяточничестве?! - Петроний шагнул к Анне и схватил его за грудки. Легко приподнял коротышку над землей. Храмовая стража качнула копьями, мы тут же взялись за мечи. Шаткое равновесие покачнулось, но все же устояло.

- Нее..т - прохрипел иудей, хватаясь руками за наручи Петрония - Этого я не говорил!

Пока центурион воспитывал Анну, я прислушивался к Слову. Оно звало, требовало. Меня просто тянуло немедленно зайти в пещеру!

- Я сейчас сорву твою печать - Петроний опустил коротышку на землю - Войду и сам осмотрю тело. Ясно?! А потом запечатаю вход в гробницу своей печатью.

Иосиф с Никодимом насупились, но промолчали. Спорить с центурионом было себе дороже.

- И со мной свидетельствовать пойдут... - центурион обернулся к нам - Гней и… ты Марк.

Я вздрогнул, когда Слово в моей голове разразилось победным звоном.

Петроний сорвал печать, брезгливо отбросил ее в ноги первосвященнику. Мы с Гнеем тем временем, дружно навалились на валун, и с огромным трудом откатили его в сторону, открывая проход в пещеру. И тут я пошатнулся, хватаясь рукой за скалу, потому что из пещеры вдруг ударил такой концентрированный поток Света, что я на секунду ослеп.

- Марк, что с тобой? - мне на плечо легла рука центуриона - Выглядишь бледным - краше в гроб кладут. Иди обратно, позови вместо себя Диона.

- Нет, я... справлюсь - Слово в голове совсем сошло с ума. Звучало оно так громко, что казалось, вот-вот оглохну. И при всем желании я уже не смог бы туда не пойти.

Первым в пещеру зашел Петроний. За ним Гней. Третьим я. Внутри яркий сияющий Свет стал более мягким, приглушенным. Я машинально перекрестился, медленно подошел к вырубленному в камне гробу. Нет, ну, неужели легионеры сами не видят как сияет тело Христа?! Мне что - одному это доступно?!

Воздух в пещере был густо пропитан благовониями, а тело, лежащее на каменном ложе, плотно обвито широкими лентами, словно большой кокон. Сверху его еще и обернули плащаницей. Мой взгляд невольно остановился там, где под плащаницей находилась голова мессии. По телу вдруг побежали мурашки, словно сквозняком потянуло, а короткие волосы встали на загривке дыбом.Сквозь плащаницу проступило удивительно прекрасное мужское лицо, на которое хотелось смотреть вечно. И почему-то опять это видел только я один. Хотя легионеры видимо что-то тоже почувствовали.

- Центурион - произнес запнувшись Гней - Мне тут что-то не по себе, пойдем уже…

- Мурашки по коже - согласился Петроний - Марк, ты чего рукой у груди водишь, сердце прихватило?

- Мессия умер за нас всех на кресте...

Эти слова вырвались помимо моей воли, и я вдруг почувствовал, как Свет полностью заполняет меня до краев, входя при этом в странную, необычную гармонию со звучащим Словом. Мгновенно зажил пораненный язык во рту, тело наполнилось энергией до такой степени, что казалось еще вот-вот и взлечу. Я стал различать самые мелкие детали этой пещеры. Вот стоит рядом с гробом деревянный кубок. Неужели это знаменитый Грааль, в который собрали кровь Христа после распятия? А вот мраморная плита с древними символами. На ней Никодим бальзамировал и пеленал Христа

- ...значит, Крест это знамение и символ его - сумбурно закончил я мысль - он защищает и очищает.

- Пошли-ка отсюда, парни - центурион попятился к выходу - В каких только переделках я не был, но такого еще не видел…

- Марк! - испуганно воскликнул Гней - Смотри, у тебя руки светятся!

Я опустил растерянный взгляд на ладони. Они и правда слегка светились.

- Отраженное излучение - пробормотал я про себя, тоже пятясь к выходу из пещеры.

- Эй, римляне! - на выходе раздался противный голос Анны - А вы заглядывали под пелены? С этих сектантов станется подменить труп своего лже пророка!

Время замедлилось, звуки отдалились и стали тягучими. Еле слышно потрескивали факелы в руках храмовой стражи, люди словно превратились в мух, застывших в янтаре. Под грозное звучание Слова, я медленно, повернулся к замершему передо мной Анне. Левой рукой схватил его за нижнюю челюсть, резко дернул вверх. Правой выхватил кинжал из ножен, после чего сверху вниз, сквозь сжатые зубы ударил клинком в рот Анне. В последний момент меня попытался перехватить Петроний. Но он двигался слишком медленно, слишком предсказуемо. Я просто отвел руку вместе с лицом фарисея в сторону и полоснул во рту кинжалом слева направо. Анна только начал кричать, храмовая стража и легионеры сделали первый шаг в нашу сторону, а я уже вырезал коротышке язык. Я?! Вырезал?!!

Увернувшись от Петрония и присоединившегося к нему Гнея, я перекинул кинжал в левую руку, выхватил меч, и одним прыжком вскочил на камень. Поднял гладиус вверх, к небу. И направил свет, что жил внутри меня, в свой клинок. Он полыхнул ослепительно белым. Легионеры, Никодим с Иосифом - все закричали, закрывая глаза руками. Стражники так и вовсе попадали на землю, потеряв сознание. Что я творю…?!
 
Форум Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения.
5.0/1
Категория: Черновик | Просмотров: 430 | Добавил: admin | Теги: Том 1, Я спас Рим, Алексей Вязовский
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх