Новинки » 2021 » Январь » 28 » Алексей Калинин. Сердце Маски 1
22:08

Алексей Калинин. Сердце Маски 1

Алексей Калинин. Сердце Маски 1

Алексей Калинин

Сердце Маски 1

 

с 28.01.21

Жанр: боевое фэнтези, героическое фэнтези, юмористическое фэнтези, попаданцы

Меня убили... Убили не отморозки в подворотне, а самые могущественные Боги нашего континента. Но мне был дан шанс вернуться и отомстить Сонму зажравшихся ублюдков. Правда, вернулся я в теле попаданца обычного русского парня, у которого были свои принципы и свои взгляды на происходящее. И сколько же я должен буду потратить нервов, прежде чем моя месть свершится, а маска отправится домой?


Авторы: Алексей Калинин, Гриз Ли
Возрастное ограничение: 18+
Дата выхода на ЛитРес: 28 января 2021
Дата написания: 2020
Объем: 290 стр.
Правообладатель: ЛитРес: Самиздат

 
Сердце Маски 1

Глава 1

«Собака лает, а дракон летит себе дальше»

Хихитайская народная мудрость.

 

Я был с кисен, когда в дом на полной скорости врезался пассажирский дракон…

Эта крылатая тварь вышибла стены, разнесла на куски пол и потолок. Что самое обидное – эта дрянь помешала моему утреннему сексу с Лизь Низь. Красивую гейшу с низкой социальной ответственностью отшвырнуло в сторону и расплескало цветным гобеленом по белой стене.

Только взглянув в мутные зрачки дракона, я понял, что гейша была подослана не просто так. Своими страстными криками голодной чайки Лизь Низь заглушила свист кожистых крыльев огромного ящера. А я-то поверил, что она со мной по любви, или на крайний случай из-за денег…

На драконьей морде меня вынесло из Небоскреба Веселого Раздолья и понесло над грязным городом Мосгав. Я закусил амулет, в виде когтя на шнурке, чтобы не потерялся, и приготовился потихоньку умирать. Откуда взялся этот амулет – я не знаю. Однако, он всегда был со мной. Вот и сейчас, когда смерть коснулась ледяной рукой шеи, я не стал отбрасывать этот предмет в сторону.

Умереть…

А что? Надо было и мне когда-то сдохнуть, а это не самая плохая смерть, не правда ли? Если вы думаете иначе, то попробуйте найти дракона и повторить такую штуку – вот тогда вы со мной согласитесь.

Я пробовал делать мудру Освобождения, но пальцы накрепко прилипли к чешуе дракона. Энергия Ци плескалась во мне, но не находила выхода – я был обездвижен, чтобы выплеснуть её. Явно это дело рук не последних магов нашего материка…

В моём мире нет пороха, нет нефти, поэтому нет огнестрельного оружия и машин, зато есть магия боевых искусств и есть Сонм Богов, который поделил между собой основные роли в жизни общества. И, судя по всему, Сонм Низших Богов сейчас решил прийти за мной.

Кто я?

Я был удачливым грабителем и состоял в клане Изгоев. Самая низшая клановая ступень, но и самая боевая. В моём клане в основном находились грабители, воры, убийцы и даже была пара адвокатов. И наш клан в большинстве своём состоял из неудачливых выходцев мира Извне.

Я был исключением.

Наверное…

Меня нашел в лесу мой отец – лесной разбойник Режь Нож. Он же вырастил меня и помог встать на ноги. Он же в пьяном угаре придумал мне имя – Сиджар Грозный. Так себе имечко, честно говоря, но отец всегда ржал, когда называл меня так и вспоминал, как нашел чумазого младенца в канаве.

К сожалению, карьера лесного разбойника коротка, особенно под влиянием противодействия Низших Богов. Отца скоро не стало и мне пришлось самому выживать в этом трижды проклятом мире.

Красть, грабить, похищать… Удача была на моей стороне до поры до времени, а сейчас это время закончилось…

Против меня выступил самый могущественный клан нашего материка. Низшие Боги…

Чудовищной силы ветер приклеил мускулистые руки к ледяной чешуе, животом упер в царапающую верхушку драконьего носа, а ногам позволил болтаться над пропастью из стекла и бетона. Я не мог пошевелиться – определенно моё тело находилось под влиянием заклинания Стальной Неподвижности, созданного Сонмом Низших Богов.

Энергия Ци с такой силой придавила меня к чешуе, что я отчетливо слышал, как хрустели кости. Двадцать Низших Богов одновременно отдавали магию, чтобы пленить меня.

Драконий язык беззастенчиво нахлестывал меня по заду. Малоприятные ощущения, скажу я вам. Меня так в детстве отец наказывал.

Похоже, что пришел мой последний час. Вдобавок ещё нос зачесался, и это тоже прибавило страданий…

– Похоже, что пришел твой последний час, Сиджар Грозный! – раздался громоподобный голос. – Вот теперь ты станешь совсем-совсем мертвый! Мы победили!

– Муд Ло? – я выплюнул амулет. – Ты ли это?

Пока я не верил ушам, из-за роговых наростов дракона высунулась довольная рожа моего заклятого врага – предводителя Сонма Низших Богов. Эта слащавая харя настойчиво просила кирпича и если бы у меня не были скованы руки, то я с удовольствием удовлетворил бы её просьбу.

Я попробовал дернуться…

Увы. Заклинание Стальной Неподвижности держало крепче эпоксидной смолы. Старинное, грозное, способное сковать члены даже самого огромного дракона. Вот же уроды – знали, что другими способами меня не одолеть. Поодиночке я мог бы перебить всех Низших Богов, просто руки не доходили…

Они же сделали упреждающий ход и решили убить меня первым. А ведь в моих планах даже не стояло их уничтожение…

– Я хотел взглянуть на тебя в последний раз, прежде чем ты погрузишься в ядовитые воды Мосгав-реки. Я помню каждое твое преступление против власти! И ты вспомни всё, когда будешь растворяться в смертельной кислоте! – проорал Муд Ло, заглушая голосом вой ветра.

– Ты всегда был подлым трусом, Муд Ло! Даже сейчас ты остаешься подлым трусом! А завтра ты будешь ещё подлее и всё равно останешься трусом! Я никогда не трогал ваш клан! Но я вернусь, Муд Ло! Я обязательно вернусь, и моя месть будет невероятно сокрушительна! – крикнул я, когда увидел, что дракон подлетает к излучине реки.

– Всё, что ты совершил, касалось наших денег и нашего влияния! А теперь пришел наш черед мстить тебе, Изгой! Аха-аха-аха! – расхохотался мой заклятый враг и взмахнул рукой.

Тут же тело моё стало свободным и легким, как перышко павлина в центре урагана. Дракон хлопнул кожистыми крыльями и завис в воздухе. Заклинание спало, а вместе с ним, с драконьего носа сверзился и я, под воздействием сил инерции и гравитации. Хорошо ещё, что успел зубами снова схватить амулет.

Это был мой последний шанс! Надо было цепляться за всё, что только возможно.

Вот вы бы за что уцепились?

Я извернулся в воздухе в стиле Яростного Тигра, выпрямился в стойку Голодного Богомола и выпустил из себя весь объем энергии Ци, которые накопил за долгие годы тренировок. Моё тело стрелой понесло к дракону…

Увы, я не смог зацепиться за изумрудные пластины на шее дракона. Не смог упереться в золотые пластинки на груди дракона. Мои пальцы скользнули по рубиновой чешуе на животе дракона. И уже в последний миг, когда я должен был полететь и упасть в кислотные воды Мосгав-реки, у меня получилось выбросить остатки энергии Ци и ухватиться левой рукой за хвост дракона.

Понимаю, что это бесчестье и срам для такого великого воина как я, но жить хотелось неимоверно. Я был готов цепляться за любую соломинку.

Да, блин! Я вцепился в хвост дракона. И не стыжусь этого! Мне хотелось жить!

И ещё чесался нос!

Нос и хвост никак не связаны между собой, но вдруг вам захочется узнать подробнее о моем состоянии.

Дракон взревел от боли, и рев его был подобен грохоту камнепада, но я лишь крепче сцепил пальцы. Дракон взвился под самые лазурные небеса, но я держался. Сверху кричали Низшие Боги, но я не обращал на них внимания – я держался. Муд Ло бесился над головой, но я всё равно держался!

Мои зубы хрустнули на амулете и на язык попало несколько капель такой горькой жидкости, что едва не стошнило. Я предпочел думать, что это была моя кровь…

Во время этого дракон исполнял фигуры высшего пилотажа, но я держался…

Меня болтало из стороны в сторону, как блоху между ног отплясывающей гейши, но я держался!

И только в тот миг, когда дракон штопором пошел вниз, возле меня возник старец в сияющих одеждах.

Время замерло. Я даже заметил, как рядом с глазом в воздухе завис лепесток сакуры. Остановка Времени! Такое заклинание под силу только сильнейшим магам нашего Истинного мира.

Старец горделиво помахивал длинными тараканьими усами и бесконечной бородкой в форме ослиного хвоста. Его размашистые брови шевелились на ветру подобно морским водорослям. Парящие в воздухе одежды раздувались парашютом на сухом теле. Старец ни на чем не держался, казалось, что его тащило ветром, как лепесток цветущей сакуры во время урагана.

О! Да это же один из Высших Богов. Херанука Похлебалу. Мда, редкий гость на нашем материке…

– Сиджар Грозный, прекрати вести себя недостойно и прими смерть, как подобает герою! – воскликнул старец.

– Фуй бебе! – промычал я и сложил из трех пальцев свободной руки мудру отрицания.

Если бы я ответил, как положено, то выронил бы амулет, а мне этого категорически не хотелось.

– Неужели ты настолько хочешь жить, что готов уподобиться жалкой блохе? – с горечью в голосе воскликнул старец.

– Уху! – я кивнул в ответ на этот глупый вопрос.

Похоже, что не только у меня одного возникла ассоциация по поводу насекомых между ног.

Я старательно пытался нащупать хотя бы какую-нибудь точку опоры, чтобы перехватиться удобнее. Увы, пассажирский дракон не имел в своей броне никаких изъянов – они ухудшали аэродинамические характеристики. Я только чудом сумел зацепиться за небольшой выступающий кусок…

– Ха-ха-ха! Ты мерзкий тип, Сиджар Грозный, но ты самый сильный из Изгоев и смог не раз досадить Низшим Богам. Смог напомнить им, что не всё в этом мире решается через боль и угрозы. Ты знаешь – Низшие Боги начали терять уважение к нам, Высшим Богам… Они подумали, что могут подняться на ступень выше… Мы решили подарить тебе жизнь, но ты должен доказать Солнечным Небесам, что достоин такого подарка и можешь одолеть всех Низших богов. Правда, ты должен сделать это в другом, новом теле. В теле пришедшего к нам человека ИЗВНЕ… перемещенца!

– Уху! – яростно промычал я, когда почувствовал, как пальцы соскальзывают с точки опоры.

– Да будет так. Сейчас же ты должен оставить это тело, но вернуться в момент Радостного Появления! Придет очередной перемещенец ИЗВНЕ, и ты займешь его тело. Как только произойдет принятие нового члена Мосгава, так ты сразу же ощутишь свободу…

– Фуй бебе! – рукой я снова сложил мудру отрицания.

– Да как же ты не понимаешь – Низшие боги не оставят тебя в покое, а с новым телом сможешь стать невидимкой среди них. Всё зависит только от тебя и от прокачки энергии Ци. Ты согласен?

Я кивнул…

В ту же секунду лепесток сакуры сдуло прочь, а время снова возобновило свой бег. Высший Бог пропал. Мои пальцы разжались, а сам я полетел вниз. В смердяще-кислотные воды Мосгав-реки.

Я видел очень довольную рожу Низшего Бога Муд Ло. Видел улыбки других Низших Богов. Видел улетающего дракона. Я всё это видел до тех пор, пока не рухнул спиной в обжигающие воды.

В моё тело словно впились мириады разъяренных пираний. К моим ушам словно присосались оголодавшие пиявки, а позвоночник от удара о водяную твердь пожелал пожелал рассыпаться на кусочки. Но всё это было лишь физической болью.

Душевная боль жгла гораздо сильнее – я жаждал мести!

Я рванулся наверх, к последнему глотку раскаленного воздуха, и заметил расплывающимся зрением, как ко мне чуть ниже спустился дракон. Из последних сил я выбросил вверх сложенную мудру отрицания.

Затем наступила темнота. Темнота была такой темной, что боялась сама себя и старательно пряталась от себя в самой себе.

Если вы вдруг попытаетесь разобраться в предыдущем предложении, то можете даже не стараться – только на смертном одре для вас наступит просветление.

Такое же просветление наступило и для меня – сначала сверкнула искорка вдали, потом она показалась крупнее, а потом… Потом я пригляделся и понял, что ко мне летит золотой дракон. Непонятно откуда падающий свет играл на его чешуе, крыльях, когтях.

Величественное существо подлетело ко мне и зависло в воздухе, лениво помахивая крыльями. Я украдкой оглядел себя – меня не было. То есть я был сгустком темноты, который висел среди таких же сгустков. Зато плюсом для меня было откровение – нос уже не чесался.

– Сиджар Грозный, ты умер, – с пафосом произнес золотой дракон.

– Я в курсе, – ответил я, пожав несуществующими плечами.

– Но ты успел в последний миг пролить кровь феникса и оказаться рядом с одним из драконов.

– Так вот что было таким горьким… Тот коготь был амулетом, который я никогда не снимал, – зачем-то я сообщил золотому дракону.

– И тебе повезло – пролив кровь феникса, ты стал побратимом драконов, – величественно сказал дракон.

– Не вижу связи!

– Ты слишком ничтожен для понимания сущего…

– Да я и срущего-то иногда не очень понимаю, – парировал я.

А что? Меня уже нет. Я всего лишь сгусток – что дракон может сделать сгустку? Развеять? Пффф, напугали суши бамбуковыми палочками.

Вот если бы вы стали сгустком тьмы, то упустили бы шанс нахамить дракону?

– А ты шутник. Будь ты живым – сожрал бы тебя последним, а так… Ладно, слушай бестелесный наглец. Между драконами и фениксами издревле идет война…

– Как между кошкой и собакой? – перебил я.

– Можно и так сказать. Но у нас величественнее, пафоснее и гораздо разрушительнее. Мы победили фениксов! Их больше пятисот лет никто не видел, но миллион лет назад была произнесена клятва, что кто прольет кровь феникса, тот станет побратимом дракона. Тебе удалось стать нашим братом…

– А то, что я летел, держась за хвост брата – это считается нормальным? – снова перебил я.

Дракон полыхнул огнем!

Вот честное слово, пыхнул так, что рассеял темноту. Недалеко, но сильно. И ничего…

Дальше тоже оказалась темнота. Мы находились в таком темном месте, что даже страшно было подумать, не то, чтобы попытаться осмыслить. И да, я был сгустком темноты. Объемной кляксой в чернильной пустоте.

– Какой же ты всё-таки наглец! – взревел дракон. – Я пытаюсь донести до тебя, что тебе очень сильно повезло, а ты…

– А я беспокоюсь о том, что не нанес ли ущерба своим побратимам? Я же переживаю за честь и достоинство летающих ящериц…

– Ладно, – выдохнул дракон. – Вижу, что у нас не получится нормального разговора. Но и отпустить я тебя просто так не могу. Я должен дать тебе подарок и сначала, вот с самого начала, пока ты не заговорил, я хотел подарить тебе сердце дракона. Чтобы ты стал таким же смелым, храбрым и решительным. Но ты сам определил свою судьбу. У тебя будет чешуя дракона, чтобы смог защититься…

– Такие же большие чешуйки? А кое-что другое нельзя? Хотя нет… я же и с чешуйками ходить нормально не смогу, а другой подарок и вообще будет по земле волочиться. Если только через шею обернуть и в тапочек заправить…

– Наглец! Ты обретешь рискованность, своенравие и изобретательность. И… Думаю, что из-за твоего длинного языка тебе это пригодится – дарю тебе чешую и драконью ярость. Правда, исходить она будет не из сердца…

– А крыльев в запасе нет? Я бы полетать не отказался, – снова прервал я дракона.

– Я бы проглотил тебя за дерзость, но я знаю, что у тебя есть миссия от Высших Богов… Мы увидимся, когда ты справишься с ней. Прощай, дерзкий Изгой.

– Что, даже не чмокнешь на прощание? Эх, а ещё побратимом назвался. Так как насчет другого подарка? Вот разделся бы я перед гейшей, а у меня длинный х…

Хлоп!

Дракон взмахнул лапищей и меня отбросило так далеко, что он исчез из вида. А ведь я всего лишь имел в виду хвост! А что? Это было бы прикольно.

Меня потянуло в черный водоворот и выбросило…


Глава 2

«Если человек родился, то он родился»

Хихитайская народная мудрость

 

Меня выбросило в огромный зал. Демоны Подземного мира, какое же тут всё огромное!

Я побежал…

Я побежал? Да нет, это тело, чьими глазами я всё видел, побежало. И побежало на четырех мелких лапках.

Да как же так-то? Я в мышонке? Это тот самый обещанный перемещенец?

Херанука Похлебалу посмеялся надо мной?

Но нет! Я даже выдохнул – на противоположной стене увидел дракона в схватке с фениксом. Скорее всего, я всё ещё нахожусь в Истинном мире, а в мышонка попал по ошибке.

Мышонок отпрыгнул назад из огромного зала, потом осмелел и выглянул из норки. Двуногие не шевелились, не мяукали и не бросались с выпущенными когтями. Они молчали. Слушали. В Изумрудном замке всё настолько погрузилось в тишину, что из дальнего крыла отчетливо доносились крики королевы.

Мышонок притаился возле расписного гобелена. Я наблюдал за происходящим его глазами. За мохнатой спиной было темно, как в погребе, где постоянно пахло скисшим виноградом и стояли большие бочки. Малыш не отрывал глаз от сидящих в тронном зале мужчин. Суровые и страшные они смотрели на огонь, а тот в ответ разбрасывал тени по залу и весело прыгал по сухим поленьям.

Слуги боялись потревожить тяжелые думы Кон Унга, короля русочейских земель. Величественные предки угрюмо взирали с ростовых портретов на крупного мужчину. Сегодня он должен стать отцом. Сегодня должно всё свершиться…

Бородатый властитель сжал в ладони тыльник меча Тысячи Воплощений, уставившись в камин невидящим взором. Придворный маг Ша Ман с тревогой взирал на побелевшие костяшки пальцев короля – ещё немного и рубин из навершия распадется, брызнет алыми осколками.

И ведь я знаю их имена! Точно, я откуда-то это знаю, но вот откуда? Ведь Великий остров закрыт от остальных трех материков…

Я видел глазами мышонка, что повелитель ждал доброй вести, но черная мысль о дурном исходе дела не давала ему растянуть губы в улыбке. Он боялся и в то же время радовался…

Король не верил в древнее проклятие, но оно всё также довлело над ним…

О, как прекрасны были эти мгновения и каким жутким волнением они наполняли сердце русочеев в Изумрудном замке!

Королева Да Ма рожала первенца. Это был тот самый ребенок, которого они ждали на протяжении долгих двадцати лет.

Многие лекари только разводили руками, их жест повторяли и маги. Все были бессильны победить женскую немощь. Каких только снадобий не принимала королева, каких заклинаний не шептали над ней знаменитые волшебники…

Всё было бесполезно. Пока не свершилось чудо. Настоящее чудо…

И это чудо могло послужить началом конца!

А я всё это знал! Вся эта информация почему-то была мне известна!

Отчаянный мышонок промчался к длинному столу и замер у толстой ножки, стараясь унять бешеный стук сердца. Он уже раз проделывал такое путешествие, и тогда ему посчастливилось найти большой кусок вкусного тофу. Но в тот раз в зале никого не было…

Мышонок осмотрелся по сторонам – вроде бы огромные двуногие не заметили его броска. Можно попытаться отыскать еду. Короткие перебежки не увенчались успехом – под столом ничего не осталось. Жадные двуногие сегодня всё съели. Всё-всё-всё, даже самой маленькой крошки не оставили.

У-у-у, жадюги! Я бы обязательно кинул краюху хлеба этому крохе.

Мышонок затаился, когда один из двуногих тяжело вздохнул.

– Ша Ман, почему я позволил дать жене тот настой? – спросил король.

Придворный маг протянул королю кубок с ключевой водой. Кон Унг лишь повертел его в руке, любуясь игрой света на украшающих стенки самоцветах, и взглянул на мага.

– Вы схватили последний шанс за рога. К тому же, яда в том сборе не было, а многие свидетели хорошо отзывались о ведьме Лунного Леса… И этот настой был единственным шансом победить королевское горе.

Король снова вздохнул и отставил бокал. Он опять положил ладони на навершие меча-цзянь, Меча Тысячи Воплощений, и устремил взгляд в огонь.

– Сын восьмого короля заключит союз с сыном древнего рода Фениксов и вместе они перестроят Истинный Мир, – произнес негромко Ша Ман. – Проклятый сын восьмого короля всегда будет притягивать беду и горе для друзей… Если же обоих сыновей убьют, то к драконам вернется память и тогда эре людей придет конец. Так гласит молва о последних словах Повелителя Сонма Богов, Нефритового Дракона.

Король только упрямо поджал губы. Он был восьмым властителем с той поры, когда прозвучало проклятие…

Мышонок перебежал к крайней ножке, замер и выдохнул – не заметили. Серым комочком он метнулся обратно к гобелену и протиснулся в темную щель. Маг краем глаза проследил за бегущим малышом, но отогнал мысль метнуть огненный шар в мелкую тварь – день рождения не должен омрачаться смертью, даже такой ничтожной.

 Голод пощипывал изнутри также, как делала мама-мышь, когда трепала провинившегося мышонка за загривок. За небольшой промежуток времени, от мига открытия глаз и до настоящего момента, мышонок уже потерял трех братьев из восьми. Ему необходимо быть осторожным, чтобы дожить до следующего утра.

Если бы он только знал, что его ожидает, то сразу бы бросился в обжигающие объятия пламени камина.

Мышонок побежал в свой самый заветный уголок, где точно сможет поживиться чем-нибудь съестным. Да, там постоянно крутился рыжий кот, которому однажды не повезло попасться под руку подвыпившего стражника. Однако и уцелевшим глазом мохнатое чудовище способно разглядеть шевеление в любом темном уголке кухни. Зато там всегда была еда…

Была одна надежда на то, что в этот вечер к молоденькой кухарке заглянет гость, который на дух не терпел кошек…

Сердечко мышонка радостно забилось, когда он издалека услышал густой, тягучий бас молодого лорда Смель Чака, пятого сына министра Мосгава. На Великом острове он обучался военному делу, но пока что больше всех прочих наук преуспел в деле покорения женских сердец. Судя по мурлыкающим ноткам, парочка уже на половине пути к тому моменту, когда ничего не будут замечать, сливаясь в страстных объятиях.

Оставалось немного подождать…

Ну, я тоже был не прочь понаблюдать за любовными играми.

– Подождите, лорд Смель, я не… я не могу… – жарким шепотом сказала девушка-кухарка. – Моя помощь может понадобиться Старой Грымзе…

Мужчина на миг отпрянул, а потом снова вернулся к исследованию темноты под юбкой кухарки:

– Перестань, Куайда, тебя никто не призовет. Сейчас королева рожает, а после рождения наследника престола всем будет не до еды. У нас ещё есть пара часов в запасе…

– Нет, подождите, – у кухарки получилось оттянуть требовательную руку лорда. – Лучше… О Истинные боги, я сейчас сойду с ума… Лучше расскажите, как забеременела королева…

– Зачем рассказывать? Я лучше покажу! – пряжка ремня оттянулась на одно деление.

– Нет-нет-нет, расскажите, а это мы оставим на потом, – женская слабая рука накрыла пряжку.

– Демоны Подземного мира, неужели тебе это сейчас так важно? – нахмурился мужчина.

Женщина кивнула и потупилась, как будто впервые встретилась на кухне с этим красивым молодым мужчиной. Мышонок терпеливо ждал, хотя голод щипал изнутри всё сильнее.

– Ладно, расскажу, хотя об этой истории не знает только глухой, – вздохнув, произнес лорд Смель Чак.

Куайда высвободилась из его рук и налила вино в бокал. Мужчина отпил, притянул женщину к себе и начал рассказывать:

– У короля и королевы долгое время не было детей. Поговаривали, что наше королевство и вовсе может остаться без наследника. Что это проклятие драконов ударило по королеве. Сонм Богов трех материков уже начали предъявлять претензии на Великий остров, но его пока удавалось отстоять. Король уже почти отчаялся покачать на руках сына, когда к нему привели древнюю старуху и главного конюха. Нищенка прижимала к груди небольшой мешочек так крепко, словно внутри хранился дух, поддерживающий её существование.

Конечно же Куайда знала эту историю. И мышонок слышал её раньше, но слушал в очередной раз и удивлялся – почему они не занимаются любимым делом и не слепнут в порыве страсти?

Куайда же не хотела отпускать лорда от себя, хотела удержать мужчину. Она сама не знала – почему, но какое-то тоскливое сосущее чувство заставляло её спрашивать и слушать лорда.

И гладить его по волосам.

И любоваться блеском глаз…

Да поцелуй же ты его наконец!

– «Настой жизни». Именно так нищенка назвала зеленую россыпь высушенной травы. И по её уверениям этот настой поможет королеве забеременеть. Взамен лишь одно желание – король должен позволить ей перерезать пуповину… Странное желание, странный настой, странная старуха. Сначала король хотел прогнать её прочь, да ещё и всыпать десяток плетей, чтобы напрочь отбить охоту издеваться над его горем, но за старуху вступился главный конюх. Грум рассказал, что этот настой позволил ни разу не родившей кобылице Ветрунице понести… Да и другие люди говорили хорошее о ведьме Лунного Леса…

Куайда провела рукой по щеке лорда. Стало почему-то ещё тоскливее, как бывает, когда расстаешься с родным человеком навсегда.

– Ты же знаешь, что если у короля не родится наследник, то Великий остров должен будет преклониться перед Сонмом Богов и отдать им себя в полное владение. Истинные Боги покинули наш мир вместе с уходом Фениксов, так что приходится считаться с Высшими, Средними и Низшими Богами, которые преклонялись перед драконами… Но как же гнусно находиться под их властью…

Мышонок решил, что сейчас самое время, чтобы подбежать к небольшому кусочку хлеба под столом. И надо же такому случиться, что именно в этот миг взгляд Куайды упал на пол. Женщина не стала визжать, всё-таки мыши не такая уж большая редкость для старого замка. Нет, она схватила черпак и без замаха швырнула в маленькую тень.

Промахнулась…

Чуть не убила, дрянь такая!

Громкий звон заставил мышонка подсочить на месте и дать деру к спасительной щели. Сердечко стучало в бешенном ритме, когда он мчался по черному проходу куда глаза глядят. Ему казалось, что кухарка гонится за ним, чтобы влупить по загривку огромной блестящей штукой. И после этого мама-мышь грустно вздохнет, что ещё один сын не вернулся после вечерней пробежки.

Нет!

Мышонок должен выжить!

Он должен бежать!

Как раз за поворотом был закоулок, где можно спрятаться, а страшная кухарка пробежит мимо!

Дурачок, он уже выбрался из кухни, но всё ещё боялся остановиться. Я только вздохнул и приготовился смотреть дальше.

Мышонок грациозно вынырнул под очередной гобелен огромной комнаты и затаился, пытаясь заставить сердечко стучать не так оглушительно громко. Лишь бы пронесло, лишь бы…

– Ваше величество, ваш сын родился, – негромко проговорила старушка возле огромной кровати, на белой простыне которой расцветали алые пятна.

– Мой сын? – слабо донеслось с кровати.

– Да, ваш сын, – кивнула старуха и бросила помощнице. – Позови короля. Скажи, что родился наследник.

Всклокоченная девушка кивнула и опрометью бросилась прочь. Через несколько секунд раздался её истошный крик:

– У короля родился сын! У короля родился сын!

Мышонок притаился, оглядывая большую комнату, фигуры грозных воинов у стен, гобелены и свечи… Везде горели ароматные свечи и терпкий запах заставил мышонка чихнуть. Легкий чих совпал с первым криком ребенка.

Комнату заполнил громкий и требовательный ор младенца, который победно приветствовал этот жестокий мир, покинув мягкую и теплую утробу.

Мышонок удивился – как у такого маленького создания хватает силы кричать так отчаянно и громогласно? Вот бы ему такие голосовые связки, а то кроме жалкого попискивания и не вырывается ничего.

А я…

Мне этот крик показался знакомым. И королева на кровати, и даже старуха… Где-то я всё это видел… Неужели мне показывается видение из прошлого? Из моего прошлого?

– Король очень сильно хотел сына… Хотел и получил, – бормотала старуха, покачивая на руках истошно орущий комочек. – Какой же он тяжелый… сразу чувствуется внутри огромный запас энергии Ци.

– Мальчик, мой мальчик, – прошептала женщина на постели. – Какой же он красивый…

Мышонок спрятался чуть дальше, когда за дверью послышался лязг, затем деревянный створ распахнулся и в комнату ворвался запыхавшийся король. Он замер на пороге. Его глаза оказались прикованы к кричащему младенцу.

Осторожно, словно шагая по тонкому льду, король подошел к старухе. Он суровой горой завис над ребенком, и мальчик смолк – почувствовал рядом присутствие отца.

Кон Унг посмотрел на свою жену, которая слабо улыбалась с кровати. Да Ма родила ему сына. Самое красивое в мире дитя.

Наследника!

Продолжение рода…

Какой же бледной любимая показалась ему при свете свечей…

– Король, я выполнила своё обещание. Пора тебе выполнить свою часть договора, – еле слышно произнесла старуха.

– Ты хотела перерезать пуповину, – произнес король. – Перерезай же и получи награду у казначея…

– Меч Тысячи Воплощений, ваше величество, мне нужен королевский меч-цзянь, – прошелестела старуха.

Мышонок видел, как сверкнули глаза Кон Унга, как вспухли желваки на небритых щеках. Потом король кивнул и с легким шелестом меч Тысячи Воплощений покинул ножны.

Серая, почти черная полоса вороненной стали отразила свет многих свечей, на миг мышонку показалось, что в мужской руке загорелся длинный язык пламени. Алый рубин придавал ещё большее сходство с пылающим факелом.

Как только король не обжигался?

– Будь осторожнее, – сказал король.

– Да, ваше величество, – кивнула старуха.

Она сказала помощнице зажать пуповину в двух местах и коротким взмахом перерезала нить, связующую мать с ребенком. Несколькими ловкими движениями оба конца пуповины оказались перевязанными.

Кон Унг снял с шеи небольшой амулет в виде черного когтя на простой холщовой нити, и надел его на головку сына.

А вот этот амулет был мне знаком! Ещё как знаком! Именно его я прокусил, когда падал с дракона! Неужели малыш это я?

Королева продолжала слабо улыбаться, наблюдая за лицом мужа. В этот миг его взгляд стал теплым-теплым, как в тот день, когда они впервые встретились на торжественном приеме в честь подписания мирного договора между Сонмом Богов и Великим островом.

В тот день они влюбились с первого взгляда…

– Дай же… Дай мне ребенка, – произнес Кон Унг.

Старушка с ребенком в руках походила на бабушку, которая укачивала непослушное дитя и рассказывала древнюю легенду. Она протянула ребенка королю, а тот почти принял маленькое создание в широкие ладони.

Мышонку стало скучно, к тому же ничего съестного здесь не наблюдалось. Он почти отправился обратно, когда женский вскрик заставил его повернуть острую мордочку в комнату. Теперь же страшные двуногие выглядели взволнованными.

Старушка уже не походила на добрую бабушку. Теперь, прижав лезвие меча к шее ребенка, она была похожа на злую ведьму из старых сказаний, которыми пугали непослушных детей. Седые космы растрепались, желтый клык показался наружу, нос птичьим клювом навис над морщинистым подбородком. Мерзкое хихикание напоминало скрежет когтя по оконному стеклу. Она парила в метре от пола, а её нищенское рубище колыхалось, как будто под порывами ветра.

– Ты… ты… тварь, – пророкотал король. – Забирай всё золото королевства, но отдай… отдай мое дитя.

– Не надо! Прошу, не надо! – простонала с кровати Да Ма.

Испуганная помощница сжимала её руку и смотрела во все глаза на страшную старуху. Ведьма всё также мерзко хихикала и отходила к окну.

– Кон Унг, твоему сыну суждено вернуть в этот мир Фениксов. И это было предрешено ещё задолго до твоего рождения. Древнее проклятие сильнее людей. Но Сонм Богов не хочет этого и переделает судьбу на свой лад. Кровь королей не должна разбудить крылатых властителей! Он не должен стать гибелью для Сонма Богов! Не будет никакого союза двух сыновей Великой Крови!!!

Удар острого локтя заставил окно распахнуться. Ведьма взлетела на подоконник. Порыв ветра прошелся по комнате и проглотил язычки свечей, погрузив комнату в темноту. Свет далекой луны проникал сквозь витражи и вычерчивал на мраморе пола тени предметов. Он мертвенным светом залил пространство внутри комнаты.

– Оставь!!! Оставь моего малыша!!! – металась на кровати королева.

Король исподлобья смотрел на чудовище, которое сначала даровало надежду, а сейчас безжалостно уносило её прочь. Старуха в шевелящихся лохмотьях, с развевающимися на ветру волосами и сверкающими глазами выглядела страшнее смерти, когда та приходила за очередной жертвой. Сталь верного королевского меча всё также упиралась в горло младенца. Король мог поклясться, что алая капелька показалась на вороненной стали.

Кон Унг сжимал кулаки, но сейчас он был бессилен что-либо сделать.

Выхватить меч у стоящих рядом самурайских доспехов и попытаться сразить ведьму? Не успеет.

Лук? Не успеет даже взвести тетиву.

– Прощайте, русочеи! Драконы отомстят за свой прерванный род!!! – мерзко захихикала старуха и упала в темноту.

Пронзительный крик раздался с кровати, и королева откинулась на подушки. Помощница в растерянности застыла возле неё.

Чего же ты стоишь, дуреха? Прыгай за ведьмой!

Король же бросился к окну и яростный вопль вырвался из груди. Он увидел, как старуха приземлилась на широкую спину огромной мантикоры, и та взмыла в ночное небо. Летящая фигура огромного льва с крыльями на миг закрыла лик луны, а после стрелой понеслась в сторону Черных гор.

– Мой король! – в комнату вбежал маг Ша Ман.

Стражники и прочие слуги не решились входить в королевские покои.

Маг хлопнул в ладоши и огненный вихрь разлетелся по комнате, заставив языки свечей снова разгореться ярким пламенем. Он за несколько мгновений оценил обстановку и кинулся к окну. Успел заметить тень мантикоры, которая скрывалась вдали.

– Эта ведьма похитила моего сына! Она украла его… Ша Ман, сделай что-нибудь! – Кон Унг круто развернулся и схватил мага за грудки.

– Да, мой король. Сейчас, сейчас… – засуетился маг, доставая из рукава какие-то мешочки.

Секунды текли. Мучительно долгие, мучительно опасные. С каждой секундой шансы на спасение сына уменьшались. С каждой утекающей секундой король седел всё больше… Он беспомощно смотрел, как маг выхватил один из мешочков и торжествующе поднял над головой.

– Вот! Вот он! Теперь мне нужен доброволец, способный догнать ведьму…

– Я! – гаркнул лорд Смель Чак и протиснулся в комнату. – Возьми меня, маг!

– Я сам могу, – быстро сказал король.

– Нет, ваше величество, вы нужны королевству, – тут же перехватил его руку маг. – А вы принц, лорд Смель Чак, вам…

– Я пятый сын. Высших чиновничьих постов мне не видать, как своих ушей. А тут есть шанс отличиться! Король Кон Унг, я буду счастлив сражаться за вас, – молодой человек преклонил колено.

Король обнял молодого человека.

Маг тут же кивнул и воскликнул:

– Лорд Смель Чак, вот ваш конь, и он догонит мантикору ведьмы.

Мышонок почувствовал, как его словно бы сжала невидимая рука и протащила в комнату. От вида страшных двуногих слабый писк вырвался из мохнатой груди. Мышонка подняло в воздух и пронесло к Ша Ману, а тот сунул в серебристый мешочек пальцы и вытащил щепотку светящегося порошка.

Малыш пригодился… А ведь Ша Ман его чуть не убил…

Я же смотрел во все глаза. Запоминал…

– Быстрее, Ша Ман! – выкрикнул король.

– Я и так спешу, ваше величество! – отрезал маг. – Выходор! Прикарута! Тарабон!

Мышонок от ужаса зажмурился, когда светящийся порошок посыпался на его голову. Первые песчинки словно прожгли череп насквозь, но это ощущение длилось всего лишь мгновение. Следом пришло облегчение и…

Сила!

Неимоверная сила разливалась по телу мышонка, казалось, что попадись ему сейчас одноглазый кухонный кот – облезлая тварь лишится и второго глаза.

Спина почему-то затрещала и выгнулась. Шерсть взъерошилась на загривке, заскрипела.

Заскрипела? Почему?

Мышонок распахнул глаза и удивленно заклекотал, когда увидел вместо мягкой шерстки черные, как ночь, перья. А ещё вместо задних лап появились какие-то крючковатые отростки, а вместо передних…

Он взмахнул двумя огромными крыльями и поднявшийся ветер снова едва не затушил свечи. Страшные двуногие стали почему-то одного роста с ним, даже чуть ниже. И они продолжали уменьшаться.

Присутствующие смотрели, как маленький мышонок превратился в могучего орлана. Маг поманил орлана за собой, тот послушной собачкой вышел на балкон, чуть дальше того окна, откуда выпрыгнула ведьма.

– Догони её! Не дай Сонму Богов одержать верх, – руку лорда Смель Чака сжали твердые пальцы короля.

– Но если…

– Никаких «если». Боги не должны сломать последний оплот, – твердо сказал король. – Мы не можем склониться перед их гибельной властью!

– А как же мальчик?

Король отвернулся, чтобы никто не видел, как из глаза невольно выскочила слезинка.

– Иди, лорд Смель Чак, и делай, что должен! Пока я чувствую на груди теплый след от когтя Феникса – мой сын жив!

Орлан почувствовал, как на его спину запрыгнуло тело двуногого, и оттолкнулся от мрамора балкона, раскинув широкие крылья. Воздушные потоки тут же ударили в перья и понесли недавнего мышонка вперед. Магическая сила помогала ему не сбиться с пути. Двуногий не мешал, он затаился на спине и словно прилип к перьям.

Демоны Подземного Мира!

Я лечу!!! Пусть в теле мышонка, который стал орланом, но я лечу!!!

Ночной ветер свистел в ушах, звезды равнодушно взирали на летящую крылатую фигуру. И мышонок ощутил восторг от упоения полетом. Он видел раньше птиц, но никогда не думал, каким счастьем те обладают, перемещаясь по поднебесью.

И пусть сверху горят серебристые огоньки, а снизу непроглядная темень, но само ощущение полета наполняло грудь радостью и хотелось кувыркаться и пищать…

Вскоре земля кончилась и заблестела лунная дорожка на поверхности земли. Орлан парил над морем, рассекая мощными крылами воздушные потоки. Перешеек был длинным, но вскоре закончился и он. Под преследователями раскинулись земли материка Конорея.

На фоне звездного неба впереди показалась точка. С каждым взмахом крыльев эта точка становилась ближе.

– Не бойся, малыш, – послышался со спины голос двуногого. – Мы делаем хорошее дело и правда за нами.

От точки отделился синий шар и быстро полетел в сторону орлана. Бывший мышонок почувствовал, как двуногий тянет своим весом влево и поднял правое крыло, уходя от снаряда. Синий потрескивающий шар пролетел так близко, что двое летунов услышали явственный треск.

Такой звук мышонок слышал один раз, когда кухонный кот ластился к хозяйке и терся о её шерстяные чулки.

– Не бойся, всё будет хорошо, – похлопал по шее двуногий, и орлан вернулся в первоначальное положение.

Ещё пять шаров пролетели мимо них, пока орлан настигал юркую мантикору. Со спины крылатого чудовища озиралась на них седая ведьма, которая сжимала в левой руке малыша, а в правой у неё зарождался новый шар. На коленях поблескивал меч с алым рубином в навершии.

– Отдай ребенка, ведьма! Отдай и я тебя отпущу! – прогремел двуногий.

– Умри, мальчишка! – взвизгнула ведьма и седьмой шар полетел в них.

На этот раз орлан не успел уклониться и закричал от дикой боли. Синий огонь распространился по телу и сковал судорогой все члены. Он с трудом взмахнул крыльями в последний раз и успел ощутить, как двуногий прыгнул с его спины на мантикору. Орлан нырнул вниз. Сверху раздались громкие крики, плач младенца и лязганье оружия.

Воздушные потоки продолжали поддерживать тело орлана, и он парил на них, снижаясь не так быстро, как если бы сложил крылья. Звездное покрывало ночи отдалялось с каждой секундой, а темная земля приближалась.

Орлан пытался взмахнуть крыльями, но они всё также оставались недвижимы. Земля становилась всё ближе и ближе, когда на него свалился добавочный груз. Падение ускорилось, и верхушки деревьев острыми пиками встретили падающего орлана.

Ветви ломались под тяжестью падающей птицы, со спины слышался истошный крик младенца. Орлан не мог ничего поделать с падением. Он не мог зацепиться за скользкие ветви и только вскрикивал, когда очередная ветка пронзала его тело.

Твердая земля выбила остатки воздуха из легких, а на вдох уже не хватило сил. Орлан заметил, что двуногий скатился с его спины и замер рядом, прижимая к себе надрывающегося ребенка.

Ребенок кричал громко, отчаянно. Однако, даже сквозь крик орлан услышал приближающиеся шаги. Шаги были легкими, уверенными, мало походившими на шаркающую походку старухи.

Орлан увидел, как возле его головы опустился запыленный сапог, и кто-то поднял ребенка на руки. Мальчик почти сразу же замолчал. Меч-цзянь с рубиновым навершием также поднялся в воздух и исчез из поля зрения орлана. Следом сапоги умчались прочь.

Орлан вздохнул. Гигантская птица съежилась, перья втянулись и превратились в мех. Маленький мышонок увидел, как возле лежащего двуногого опустилась страшная мантикора и закрыл устало глаза. Он уже не слышал, что шептала ведьма возле лорда Смель Чака.

Он не слышал ничего. Только оставалось горькое чувство от того, что мама-мышь не дождется сына обратно. Последний вздох мышонка произошел одновременно с яркой вспышкой…
 

Глава 3

«Если верблюд плюнет в стадо – стадо утрется.

Если стадо плюнет в верблюда – утонет горбатый»

Хихитайская народная мудрость

 

Меня выбросило в новое место…


2
Читать Узнать больше Скачать отрывок на Литрес Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить электронку
4.0/1
Категория: Новая книга про попаданца | Просмотров: 302 | Добавил: admin | Теги: Алексей Калинин, Сердце Маски 1
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх