Новинки » 2020 » Июнь » 20 » Александр Михайловский, Александр Харников. Освобождение Ирландии. Путь в Царьград - 6
23:47

Александр Михайловский, Александр Харников. Освобождение Ирландии. Путь в Царьград - 6

Александр Михайловский, Александр Харников. Освобождение Ирландии

Александр Михайловский, Александр Харников

Освобождение Ирландии. Путь в Царьград - 6

  новинка Эксклюзив на Литрес
 

с 23.04.20

18.06.20  (367) 330 р. Скидка 10%
 
Югороссия и Россия — вот два государства в Европе, которые стали самыми могущественными и влиятельными силами, определяющими мировую политику. Югороссия, невесть откуда появившаяся в 1877 году, обрушила Османскую империю и на ее обломках построила державу, удивительную и таинственную. Ведь югороссы — это люди из XXI века, попавшие в XIX век вместе с российской эскадрой, направленной к берегам Сирии. После Османской империи наступила очередь Британии, которая сделала все, чтобы не дать Югороссии и Российской империи воспользоваться плодами победы в русско-турецкой войне 1877 года. Но две России — новая и старая — не намерены прощать обиды. Экспедиционный корпус русских войск под командованием генерала Скобелева отправился к берегам Персидского залива, а Югороссия подготовила восстание в Ирландии. Побежденные же в Гражданской войне конфедераты собираются взять реванш за поражение. Весь мир замер в ожидании событий, которые изменят течение истории.





М.: АСТ, СПб.: Издательский дом «Ленинград», 2019 г. (март)
Серия: Военная фантастика
Тираж: 3500 экз.
ISBN: 978-5-17-121483-8
Страниц: 384
Выпуск 176. Шестой роман цикла «Путь в Царьград».
Иллюстрация на обложке В. Гуркова.

Содержание цикла:

1. Путь в Царьград (2014)  
2. Афинский синдром (2014)  
3. Встречный марш  (2014)  
4. Бремя русских (2016)  

5. Затишье перед бурей (2019)
6. Освобождение Ирландии (2020) нов
    


 
Книга 1,2,3,4

Александр Харников, Александр Михайловский. Царьград (сборник)

Царьград (сборник)

 

Зимой 2012 года эскадра российских кораблей, направленная к берегам Сирии, неожиданно проваливается в год 1877-й. Уже началась очередная Русско-турецкая война. Войска императора Александра II готовятся к форсированию Дуная. И русские моряки не раздумывая приходят на помощь своим предкам. Эскадра с боем прорывается в Проливы и захватывает Стамбул – древний Царьград.

Выходцы из XXI века решили создать на обломках Османской империи новое государство – Югороссию. Новым соседям рада Греция, но Британская и Австро-Венгерская империи в гневе – кто посмел вторгнуться в сферу их интересов?

Но, как оказалось, даже могучей Британии эскадра пришельцев из будущего оказалась не по зубам.

 

279.00 руб. Читать фрагмент
Купить книгу

Книга 4

Александр Михайловский, Александр Харников. Бремя русских

Бремя русских

 

Война закончилась, но бои продолжаются. Югороссия – страна, появившаяся на карте мира после победоносной для России войны с Турцией 1877 года, начинает государственное строительство. При этом она оказывает активную помощь идеями и кадрами Российской империи, в которой правит сейчас новый монарх – царь Александр III. И похоже, что прозвище «Миротворец» ему в этом варианте истории не получить.

Экспедиционный корпус русских войск под командованием генерала Скобелева начал поход в Персию. С помощью Югороссов готовится восстание в Ирландии, чтобы раз и навсегда скинуть ненавистную для жителей Зеленого острова власть англичан. А побежденные в Гражданской войне конфедераты собираются взять реванш за поражение. История все больше и больше становится непредсказуемой.

 

229.00 руб. Читать фрагмент Купить книгу

Книга 5

Александр Харников, Александр Михайловский. Затишье перед бурей

Затишье перед бурей

 

Югороссия стала фактором мировой политики. Как государство она появилась на свет в 1877 году, когда из XXI века в XIX перенеслась эскадра российских кораблей, направленная к берегам Сирии. Югороссия возникла на обломках Османской империи и в союзе с Россией начала наводить в мире порядок.

Экспедиционный корпус русских войск под командованием генерала Скобелева отправился к берегам Персидского залива. Югороссия подготовила восстание в Ирландии. А побежденные в Гражданской войне конфедераты собираются взять реванш за поражение. Весь мир замер в ожидании событий, которые изменят течение истории.

 

229.00 руб. Читать фрагмент Купить книгу


Александр Михайловский, Александр Харников. Освобождение Ирландии
Книга 6

Пролог

Железной метлой Югороссия вымела британцев из Средиземного моря. Ею захвачены Мальта и Гибралтар. Войска «Белого генерала» Скобелева движутся на юг, готовясь обрушить колониальную державу, созданную британцами огнем и кровью, обманом и подлостью. Наступает время, когда население Ирландии наконец избавится от многовекового гнета своих жестоких и алчных соседей.

Югороссы и подданные императора Александра III оказывают помощь всем, кто восстанет против британцев. Ведь в Библии написано: «Мне отмщение, и аз воздам». Месть за насилия, убийства и грабежи обрушится на головы тех, кто считал себя хозяевами мира.

Об этом не забывают и бывшие солдаты армии конфедератов, потерпевшие поражение в Гражданской войне, но не смирившиеся с участью побежденных. При поддержке югороссов они готовы снова сразиться с янки, чтобы освободить свою родину от «саквояжников».

Россия копит силы, ибо, к сожалению, единственное, с чем считаются в этом жестоком мире — это сила. Ведь еще нет ни Лиги Наций, ни ООН, и все противоречия между государствами решает исключительно сила оружия. Закон джунглей царит также и в политике, и в экономике. И чтобы выжить в этом мире, надо всегда иметь под рукой оружие. И верных союзников. И то и другое у Российской империи имеется…
 



 
Часть 1
ГОЛОС СВОБОДЫ

18 (6) февраля 1878 года. Латеранский дворец, кабинет Пия IX, епископа Рима, викария Христа, преемника князя апостолов, верховного первосвященника Вселенской церкви, Великого понтифика, архиепископа и митрополита Римской провинции, раба рабов Божьих

Пий закашлялся. Эх, не уходила болезнь, не уходила. Еще день, два, если повезет — неделя или даже две, и болезнь, мучившая его уже десять лет, прекратит его земное существование и отправит на небеса, к Его Небесному отцу. В этом Пий был уверен не меньше, чем в том, что солнце встает на востоке и садится на западе. Но вот почему Отец Небесный не призвал его в январе, когда, казалось, каждый вздох мог стать его послед- ним?

Только лишь для того, чтобы сделать последнее, что ему было предначертано в этой жизни — не допустить распространения православной заразы, укоренившейся не только на еретических русских территориях, но даже в католических Литве и Польше, находящихся под властью безбожных русских. Ведь Ирландия была областью, которая осталась католической, несмотря на триста лет гонений со стороны последователей безбожного Генриха VIII. Он горько рассмеялся — того самого Генриха, который до того получил от папы Льва X титул Fidei Defensor — «Защитник Веры»...
 
Именно наследникам этого  короля-предателя и должна была помочь в Ирландии булла папы Пия IX. А вступятся ли потом за него англичане, как обещали, папа не знал, но догадывался, что англичанам сейчас, в общем-то, не до него. Но еще хуже было хоть в чем-то уступить московитам — схизматикам-ортодоксам.

Как рассказали его верные польские духовные чада, в Сибири, в каких-то Тунке и Иркуте триста польских священников со дня на день ожидают лютой казни. Конечно, по словам поляков, ожидают они казни уже не менее десяти лет, и вроде их до сих пор не казнили. Но это уже не так важно. Все равно эти схизматики даже хуже турок.

Положение с делами на Востоке было и без того совершенно нетерпимым для католической церкви. Но чуть больше полугода назад, совсем рядом, в Черноморских проливах возникла совершенно новая, страшная угроза для Святейшего престола. Православный крест над собором Святой Софии папа Пий воспринял как личное оскорбление, а возникновение Югороссии, как воскрешение из небытия павшей под ударами турок Византийской империи, бывшей самым древним врагом католицизма.

Сокрушив Оттоманскую Порту, пришельцы из бездны тут же создали государство православных русских, греков и болгар, распространив свое влияние не только на Балканы и Анатолию, но даже на такие исконно католические территории, как Ирландия и Куба. Мало было папе одних русских, чья империя расположилась на пятой части суши, так вдобавок к ним объявились и еще одни — сильные, дерзкие, не признающие никаких авторитетов, вооруженные ужасным оружием, и к тому же обеспеченные, как они сами говорят, покровительством Господа нашего Иисуса Христа.

О том, что будет, если верно последнее утверждение, папе даже не хотелось думать. Тогда Римская католическая церковь должна будет пасть, как до нее пали утратившие Божье благословение учения Ария, павликиан, монофизитов и манихеев. Нет, с этим надо было что-то делать! Сдаваться без боя папа Пий не собирался.

Кроме понтифика, в кабинете присутствовал лишь кардинал Джованни Симеони, сидевший за потемневшим от времени письменным столом, согласно преданиям привезенным папой Григорием IX вместе со ста- рым и весьма неудобным стулом из Авиньона в Рим в 1377 году. На этом древнем стуле, как и множество его предшественников, и восседал в данный момент верный секретарь папы Пия IX. Сейчас он с тревогой смотрел на папу — тот редко смеялся вслух, тем более без видимой причины, а смех его, похожий на карканье, мог быть и предвестником предсмертной агонии.

«Да, — подумал Пий, — Джованни есть что терять. Папой его не выберут, он слишком молод, а у нового понтифика, скорее всего, будут свои любимчики».
—    Джованни, — сказал папа, улыбнувшись уголками губ, — не бойтесь, я пока еще не сошел с ума. Давайте начнем работу над энцикликом.

—    Ваше святейшество, — склонил голову секретарь, — не утруждайте себя, я и сам могу написать эту буллу.
—    Нет, мой друг, — покачал головой папа, — это, вероятно, будет моя последняя булла. Поэтому давайте  я продиктую вам основные ее положения, а вы сделаете из них полновесную буллу и добавите подробности, какие вы сочтете нужным.
—    Но, ваше святейшество, — возразил секретарь, — вам необходимо срочно показаться врачу...

—    Дорогой мой Джованни, — грустно усмехнулся папа, — врачи — это люди, которые не пускают меня к моему Небесному Отцу, и к тому же они делают это весьма неумело. Давайте обойдемся без них. Так что приступим к делу. Начнем мы так: «Ради вящей славы Божией» — «Ad majorem gloriam divinam».

—    Я готов, ваше святейшество, — кардинал Симеони взял в руки перо и начал писать.
—    Итак, первый пункт, — задумчиво пожевав губами, произнес папа. — Некий русский схизматик по имени Виктор объявил себя Виктором Брюсом, потомком короля Эдуарда Брюса. Нет никаких доказательств, что он действительно является таковым. Действительно, откуда в этой еретической России могли появиться потомки благоверного короля? А он именно оттуда. Следовательно, он самозванец, поддерживаемый этими исчадьями ада, от рук которых погибли тысячи невинных католиков.

Пий подумал мельком, что, конечно, не такие уж польские повстанцы были и невинные — иезуиты, чьей тайной сети в русских Привислянских губерниях могла позавидовать любая разведка, негласно докладывали, что русские вели себя менее жестоко, нежели сами польские мятежники. И живописуемое поляками массовое убийство польских священников в Сибири — не более чем выдумки польских пропагандистов. Но тем не менее православные — самые старые и непримиримые враги Святого престола. Они уже восемьсот лет не признают над собой главенства и непогрешимость римских наместников святого Петра.

—    Второе, — откашлявшись, продолжил диктовать
папа Пий, — сей Виктор — православный схизматик, следовательно, он враг нашей святой матери Католической Церкви. Джованни, обоснуйте это как следует. Вспомните отлучение их лжепатриарха Церулария...
 

—    Его отлучил даже не папа, а всего лишь глава нашей делегации в Константинополе, — усмехнулся Джованни.
—    На что он не имел никакого права, — добавил Пий. — Но кто, кроме нас с вами и пары церковных историков, знаком с подобными мелочами?

—    Хорошо, ваше святейшество, — согласился кардинал Симеони, — я найду все необходимые обоснования.
—    Третье, — продолжил папа. — Некоторые чада нашей святой Католической Церкви признали сего Виктора законным королем Ирландии.

—    Я все понял, ваше святейшество, — кивнул секретарь.
—    Четвертое. Любой сын Католической Церкви да не признает сего самозванца королем, под страхом немед- ленного анафематствования.
Скрип пера на бумаге на мгновение прервался. Симеони робко возразил:
—    Ваше святейшество, но наши английские «друзья» — еще худшие еретики. Ведь православные верят почти в те же самые догматы, что и мы.

—    Пятое, — с нажимом сказал папа, словно не слыша, что сказал ему кардинал Симеони, — Спаситель сказал, что кесарево кесареви, а Богово Богови. В Ирландии кесарь — королева Виктория. И добрые католики обязаны чтить королеву и ее наместника, а также тех, кто исполняет ее волю. В том числе и ее солдат.

Симеони с удивлением посмотрел на понтифика.
—    Ваше святейшество, но именно ее солдаты убивали, калечили и насиловали добрых католиков в Корке на Рождество. И в Ирландии это знают все. Или почти все.

—    Конечно, Джованни, — папа Пий отмахнулся от настырного кардинала, словно от назойливой мухи, — и вы это знаете, и я это знаю, и население Корка, полагаю, это тоже знает. Именно потому нам необходимо подавить мятеж и воцарение сего, с вашего позволения, короля в самом зародыше. Тогда подобные эксцессы не будут повторяться. Кардинал, я прилягу на часок. Раз- будите меня, как только булла будет готова, и я должен буду ее подписать.


18 (6) февраля 1878 года. Куба, Гуантанамо.

Сэмюэл Лангхорн Клеменс, главный редактор «Южного креста»
—    Джентльмены, а вот и наш первый номер! — выкрикнули Чарльз и Артур Александер, вбежав в домик нашей редакции с небольшой пачкой газет. Первый экземпляр Артур протянул мне. Я впился в него глазами. Так-так... Слева — наше «незапятнанное знамя», с косым крестом и звездами на нем.

В середине —«SOUTHERN CROSS», большими буквами, а под ним — «Est’d 1878» — «создан в 1878 году», и придуманный мной лозунг: «The rumors of Confederacy’s demise have been greatly exaggerated» — «Слухи о кончине Конфедерации оказались сильно преувеличены».

А вот справа — изображение одного из самых ярких созвездий на южном небе — Crux — «Южного креста».

Проводив Оливию и дочек, я переехал в небольшой домик рядом с редакцией, в самом центре югоросского «яхт-клуба». А вечером Игорь и Надежда пригласи- ли меня к себе посидеть, поговорить о жизни, как это принято у русских. И вот, после великолепного ужина и бутылочки превосходного португальского вина, при- везенного «Колхидой» в последнем рейсе, Надежда по- шла спать, а мы с Игорем остались сидеть за бутылочкой русской водки. Мне очень не хотелось уходить домой, а Игорь меня не гнал, наверное, сообразив, что мне очень не хотелось возвращаться в свое холостяцкое обиталище. И вдруг он неожиданно посмотрел на часы — уже было за полночь.

—    Сэм, — сказал он, — пойдем, я тебе кое-что хочу показать.
Мы вышли на террасу дома, ту самую, где я когда-то нашел свою Ливи в компании с Надеждой, и Игорь указал рукой куда-то в направлении горизонта. Я присмотрелся и увидел там четыре звезды в форме то ли креста, то ли воздушного змея, и еще одну поменьше — между правой и нижней вершинами.
—    Что это? — спросил я.
—    Южный крест, — ответил Игорь, — думаю, это будет хорошим названием для твоей новой газеты.

Идея оказалась удачной. Несколько дней подряд редколлегия спорила о логотипе газеты. Но когда я предложил с одной стороны косой крест нашего знамени, а с другой — величественное созвездие Южного полушария — обратите внимание — ЮЖНОГО! — Чарльз Александер, один из сыновей моего заместителя, Питера Веллингтона Александера, сел за стол и полчаса сосредоточенно работал, после чего теперешний логотип был утвержден единогласно.

А вообще это было, наверное, единственное серьезное разногласие с момента моего приезда. На второй день после прибытия в «яхт-клуб» Игорь отвез меня в домик, приготовленный для редакции «Южного креста». В нем я нашел с полдюжины молодых ребят, из которых мне был знаком лишь Генри Уоттерсон, и два человека постарше меня. Когда же мне представили моих новых сотрудников, то я оторопел. Двое из них, те, которым было за пятьдесят, оказались светилами журналистики Конфедерации — Питер Александер и Феликс Грегори де Фонтейн. А остальные — такие, как вышеупомянутый Генри Уоттерсон, а также Френсис Уоррингтон Доусон, Генри Грейди, Роберт Олстон — считались лучшими молодыми журналистами нынешнего Юга.

Я, конечно, сразу же попытался уговорить Александера — во время войны лучшего редактора Юга, да и, вероятно, всех штатов, южных или северных — заменить меня на моем посту. Но тот лишь отрицательно покачал головой.
—    Сэм, — твердо произнес он, — я согласился при- ехать на Кубу только тогда, когда узнал, что именно вы будете нашим главным редактором. Нам нужен человек помоложе, и с таким, как у вас, чувством юмора.
—    А когда это было, Питер? — поинтересовался я.
—    Перед самым Новым годом, Сэм, — ответил Питер Александер.
Я оторопел. Тогда я еще и не собирался принять предложение моего друга Алекса Тамбовцева. Похоже, что югороссы знали меня лучше, чем я сам... Или же, действительно, все дороги ведут в Рим, и рано или поздно я должен был оказаться здесь, на Кубе.

А Феликс Грегори де Фонтейн редактором быть не хотел — он был прирожденным репортером, да еще каким! Как ни странно, но он был родом с Севера, из Бостона. И когда Линкольн отказался выводить гарнизон из форта Самтер в Чарльстоне, Феликс поехал туда осветить это событие. И практически сразу же переметнулся на сторону Конфедерации. Его очерки — часто с поля боя или из порядков Армии Конфедерации — стали эта- лоном военной журналистики даже для северян.

На мой вопрос, кем он себя видит, он только пожал плечами.
—    Сэм, — немного помедлив, ответил он, — десять лет назад я бы попросился на войну. А сейчас, увы, я для армии буду только обузой — ноги болят, спина болит, годы уже не те. Но все равно, пошлите меня куда-нибудь...
А молодым было все равно, лишь бы им было по- интереснее. И я предложил такую структуру — Питер, Артур и Чарльз останутся в Гуантанамо. Я отправлюсь на Корву и возьму с собой Уоттерсона, Грейди и Доусона. А Феликс с Робертом и парой молодых ребят поедут в Константинополь. Согласились все, кроме Чарльза. Тот грустно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

А когда я уже собирался отправиться домой, услышал от него:
—    Мистер Клеменс, возьмите меня с собой!
Я остановился, обернулся, и Чарльз затараторил со скоростью митральезы:
—    Мистер Клеменс, русские дали мне фотокамеру и научили фотографировать, — сказав это, он показал мне небольшую коробочку. — Мистер Клеменс, возьми- те меня с собой на войну!
—    А где твоя камера, пластины, как ты будешь все это проявлять? — с недоверием спросил я.
—    Пластины для этой камеры совсем не нужны, мистер Клеменс, — быстро ответил Чарльз. — Вот, смотрите! И он навел ее на мое лицо, нажал на какую-то кнопку, после чего перевернул коробочку. Я обомлел. На зад- ней стенке был изображен ваш покорный слуга — к тому же фото было цветным! Причем четкость снимка была такой, какую невозможно было себе представить на наших обычных камерах.
—    А теперь я ее могу напечатать, — гордо сказал Чарльз, — и у вас через несколько минут будет фотокарточка.
—    Нет уж, нет уж, такой фотокарточкой только детей пугать... — пробормотал я, — Ну ладно, завтра я поговорю с твоим отцом.

Питер долго сопротивлялся, но в конце концов сдался.
—    Другие родители посылают детей в пекло битвы, — сказал он, — а мой пойдет на войну всего лишь журна- листом... Только не рискуй его жизнью без надобности, хорошо, Сэм?
—    Хорошо, Питер, обещаю, — ответил я. — А пока пойдем, распределим работу для первого нашего номе- ра. Его нам нужно делать особенно тщательно.

У меня уже были готовы статьи: «Кровавое Рождество» и «Одиссея молодого южанина» — о приключениях Джимми Стюарта. Вместе они занимали четы- ре полосы из шестнадцати. Де Фонтейн попросился взять интервью у Нейтана Бедфорда Форреста — да, этот человек, которого северная пресса изображала как исчадие ада, тоже был здесь. Именно он поведет Добровольческий корпус в бой против англичан. Александер — у Джефферсона Дэвиса; кроме того, он будет вести репортажи о заседаниях воссозданного правительства Конфедерации — в этом ему нет равных. Мо- лодежь разобрала других членов правительства, а также Игоря Кукушкина. Я решил, что будет лучше, если про него напишу не я — все-таки так уж вышло, что мы с ним очень быстро стали близкими друзьями. А себе на десерт я оставил Джуду Бенджамина.

Тем же вечером я постучался в двери небольшого домика, такого же, как тот, в котором поселили меня. Идя к Джуде Бенджамину, я ожидал увидеть сгорбленного, седобородого старичка-еврея с неизбывной мировой грустью в темных глазах... Но, когда дверь открылась, я увидел человека, которому я бы дал от силы лет пятьдесят — на самом же деле мистеру Бенджамину было уже шестьдесят шесть.

—    Марк Твен, разрази меня гром! — воскликнул ми- стер Бенджамин, увидев меня.
Читать Форум Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить электронку Купить бумажную книгу Купить бумажную книгу
5.0/7
Категория: Военная фантастика | Просмотров: 1873 | Добавил: admin | Теги: Освобождение Ирландии, Александр Михайловский, Александр Харников, Путь в Царьград
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх