Новинки » 2019 » Август » 2 » Павел Корнев. Ритуалист. Том 1. Некромант. Небесный эфир 2
10:34

Павел Корнев. Ритуалист. Том 1. Некромант. Небесный эфир 2

Павел Корнев. Ритуалист. Том 1. Некромант

Павел Корнев

Ритуалист. Том 1. Некромант.
Небесный эфир 2

  Скоро в августе
  с 10.08.19
  -35% автор

 Корнев Павел Николаевич

  с 02.08.19
 Подписка закрыта

От сотворения мира небесный эфир пронизывает все сущее, а люди и нелюди сплетают из него чары и направляют их на благо себе и во вред другим. Магистр Вселенской комиссии по этике Филипп Олеандр вон Черен выслеживает чернокнижников из числа ученого люда, но чем дальше, тем сильнее закручивает его водоворот чужих интриг. Враги идут по пятам, магический жезл и пара покрытых колдовскими формулами пистолей больше не способны гарантировать безопасности. Нужны надежные помощники, которые прикроют спину и не воткнут в нее нож, как бы им того ни хотелось…





Павел Корнев. Ритуалист 1. Некромант
Корнев П.Н. Ритуалист: Фантастический роман в двух томах. Т.1. Некромант. / Рис. на переплете М.Поповского — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2019. — 282 с.:ил. — (Фантастический боевик-1174)
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 5 000 экз.
ISBN 978-5-9922-2929-5
ISBN 978-5-9922-2935-6(т.1)

Павел Корнев. Ритуалист. Том 1. Небесный эфир 2

Возрастное ограничение: 16+
Написано страниц: 340 из ~340
Дата последнего обновления: 02 августа 2019
Периодичность выхода новых глав: примерно раз в 5 дней
Дата начала написания: 24 мая 2019
Правообладатель: Автор

 
Часть первая. Ведьма
Глава 1
1
Ночь или день. Тьма или свет. Сон или боль.
Ночь дольше. Тьма чаще. Сон – почти беспрестанно. И не сон даже, а плотное и вязкое забытье, в котором тонули чувства и разум; тонуло все, даже боль. Проявлялась она, лишь когда начинал рассеиваться мрак и понемногу из небытия выплывали смутные силуэты окружающих предметов. Огненные пальцы тут же принимались терзать внутренности, а малейшая попытка пошевелиться вызывала судороги и корчи.
Тогда меня прижимали к тюфяку и вливали в рот теплое сладкое питье. Молоко, мед, лесные травы; маковый настой. И я проваливался во мрак, в благословенное забытье, а откуда-то из неведомого далека вслед за мной летела заунывная колыбельная. В немудреной песенке не удавалось разобрать ни слова, но это не имело ровным счетом никакого значения. Я засыпал.
Засыпал и пробуждался. Раз за разом, день за днем, ночь за ночью. Пока однажды не проснулся и не обнаружил, что боли больше нет. Ну, почти нет…

Чья-то рука приподняла голову, и к губам поднесли блюдечко, но я захрипел, не желая пить дурманное зелье.
– Воды!
Слово вырвалось сиплым хрипом, обожгло пересохшее горло, заставило закашляться, но меня услышали и поняли. И даже сочли нужным исполнить просьбу.
Вода! Чистая вода! Ангелы небесные, до чего хорошо! Я жадно глотал, присосавшись к деревянному черпаку, потом без сил откинулся на подушку и шумно выдохнул. Голова закружилась, тени взвились и пошли кругом. Какое-то время удавалось балансировать на самой грани беспамятства, а затем свет окончательно померк.
– Не сейчас!
Хлесткая пощечина вырвала из мягких объятий забытья, к губам вновь поднесли блюдце. И снова я не пожелал пить теплое молоко, приправленное медом, маковым зельем и настоем лесных трав.
– Не надо…
– Тогда не спи! – потребовали от меня. – Не засыпай, слышишь?
– Слышу… – просипел я, пытаясь продраться через паутину беспамятства.
Меня ткнули ножом. Да! Клинок угодил в поясницу, и я истекал кровью, полз неведомо куда. Потерял сознание и должен был умереть, но не умер. Не умер ведь?!
Я вздохнул поглубже и хрипло кашлянул; боль наждаком продрала нутро. Нет, не умер! Ни на небесные палаты, ни на пыточные запределья мое нынешнее пристанище нисколько не походило. Неужели кто-то из добрых горожан наткнулся на истекающего кровью чужака, приволок к себе и взялся выхаживать? Чего только не случается в этой жизни!
Сил оторвать голову от подушки не было, да и темень комнату заполонила слишком уж непроглядная. Не видно было ни зги; взгляд различал лишь смазанные силуэты.
Тени, тени, тени. Одна из них разговаривала со мной и дала напиться. Молодая женщина или даже девушка. Голоса зачастую обманчивы, но женщина или девушка – точно, здесь ошибки быть не могло.
Я попытался подняться, но меня тут же скрутил приступ сухого кашля, а когда кое-как удалось подавить его и отдышаться, силы окончательно иссякли. На этот раз отказываться от молока я не стал.

Ночь или день. Беспамятство или свет. Тьма или боль. Впрочем, нет, все было не совсем так. Вместо дня – утро, вместо света – густой полумрак, а боль затаилась и утихла, лишь изредка царапая своими острыми коготками спину. Я чувствовал себя гораздо лучше прежнего. Куда лучше, нежели того стоило ожидать.
И вновь колыхнулась одна из теней, мне приподняли голову и поднесли ко рту кружку.
– Пей!
Я послушался, и глоток заполнил рот горечью травяного настоя. Напиток провалился вниз теплой волной, позволил немного расслабиться и отогнать уже подступивший к горлу кашель.
Напоив, целительница позволила мне опуститься обратно на подушку и отошла, враз растворившись в тенях; в темноте она ориентировалась словно сова. Я же почти ничего не видел, только различал слегка светившийся край неплотно задернутой шторы.
Попробовал вдохнуть поглубже и попытался распознать наполнявшие помещение запахи. Травы, травы, травы. Плотный и даже душный аромат множества трав властвовал здесь безраздельно. Да еще – запах болезни и вонь нечистот. Но это уже от меня.
Второй вдох разжег в груди огонь, меж лопаток заворочалась болезненная ломота. Меня скрутил приступ хриплого кашля; показалось, будто еще немного и выхаркаю собственные легкие, но рядом тут же возник женский силуэт. На этот раз я беспрекословно осушил блюдечко молока и в изнеможении распластался на тюфяке.
Спать! Ничего иного мне сейчас попросту не оставалось…

День. Свет. Слабость.
На этот раз в комнате оказалось непривычно светло; солнечные лучи проникали через забранные слюдяными пластинами оконца. Я с трудом оторвал голову от подушки и огляделся. Первое, что бросилось в глаза, – это висевшие на стенах пучки сушеных трав. Меж них хватало матерчатых мешочков, и весь этот, выражаясь ученым языком, гербарий наполнял помещение сонмом невообразимых ароматов и запахов.
А еще – окованные железом сундуки, монументальная печь с полатями, стол с кухонной утварью и полки, сплошь заставленные стеклянными бутылями и банками, глиняными кувшинчиками и горшочками, деревянными бочоночками. Больше всего хижина походила на обиталище знахарки. Да и куда бы еще приволокли раненого, если не к целительнице?
Я попытался перевернуться на бок и сползти с тюфяка, но в груди немедленно разгорелось жгучее пламя и легкие начал рвать невыносимый кашель. Пришлось повалиться обратно и замереть в ожидании, когда, наконец, минует приступ.
Скрипнула дверь, с улицы ворвались клубы морозного воздуха, закружились над полом, быстро развеялись. Хозяйка скинула длинную шубу, посмотрела на меня, осуждающе покачала головой и принялась разуваться. Затем наполнила из стоявшей на столе кастрюльки глиняную кружку, подошла и дала напиться. Кашель отступил, и я с облегчением перевел дух.
Целительница оказалась совсем молодой еще девчонкой с волосами, отливавшими тусклым серебром, и льдисто-серыми, едва ли не бесцветными глазами. Невысокая, бледная и худенькая, в простом невзрачном платье. А вот лицо выглядело очень живым и выразительным, правда, сейчас его сковало непонятное напряжение. Узкая ладошка с длинными тонкими пальцами вытерла выступивший у меня на лбу пот; я собрался с силами и прохрипел:
– Где я?
Маска напряженного отчуждения треснула, в уголках девичьих глаз залегли смешливые морщинки.
– Здесь. Ты – здесь. Лежишь на тюфяке в моем доме.
Я был не в настроении шутить, каждое слово рвало легкие болью, разжигало в груди огонь, разливалось меж лопаток мерзкой ломотой. Ангелы небесные! Да что со мной такое?!
Несколько неглубоких вдохов помогли собраться с мыслями, и я продолжил расспросы:
– Кто ты?
Девушка задумалась и ответила далеко не сразу.
– Знахарка, – в итоге сказала она, а после явственной паузы добавила: – Меня зовут Марта.
Говорила знахарка на северо-имперском наречии чисто, но как-то слишком неуверенно, словно сначала фразы строились на каком-то другом языке. Ей определенно не хватало практики.
– Филипп, – представился я и сглотнул, пытаясь избавиться от неприятной щекотки в горле, предвестницы сухого и злого кашля. – Как я сюда попал, фрейлейн Марта?
Из голубовато-серых глаз с необычайно крупными зрачками враз пропало всякое веселье. Марта поправила шерстяное одеяло и, глядя куда-то в сторону, произнесла:
– Я возвращалась из города, когда наткнулась на тебя. Ты истекал кровью. Замерзал.
Девичье лицо помрачнело, вспоминать о случившемся знахарке точно не хотелось. И я не мог ее за это осуждать. Все же не каждый день натыкаешься ночью на раненого незнакомца.
Важно было совсем другое: она не оставила меня умирать. Не бросила, хоть и могла, а выходила. Это дорогого стоило.
– Моя рана… – просипел я, тщетно пытаясь перебороть кашель. – Она…
– Зажила, – уверила меня Марта. – Но на ее лечение ушли все мои силы, а ты слишком ослаб и замерз, начались лихоманка и грудная холодянка. Летом я бы не допустила такого, а сейчас лес спит. Придется полагаться на отвары.
Названия болезней ни о чем не говорили, и оставалось лишь надеяться, что они не прикончат меня, как едва не прикончил загнанный в спину нож. А раны в пояснице я и в самом деле больше не ощущал, словно и не пропарывало плоть стальное острие.
– Лес спит? Тебе не хватает трав? – выдавил я из себя и стиснул зубы, из последних сил удерживая в себе кашель.
Марта странно глянула на меня, затем подтвердила:
– Именно так, – но подтвердила с едва скрываемой усмешкой, будто говорила с неразумным ребенком.
Не в силах больше сдерживаться, я принялся выкашливать собственные легкие, тогда знахарка поднялась от тюфяка и отошла к столу. Вскоре она вернулась с теплым молоком, молча и решительно влила его мне в рот. Не подавился лишь чудом.
– Спи! – приказала Марта. – Тебе надо больше спать!
Я кое-как отдышался и спросил:
– Долго я здесь?
– Не слишком.
– А точнее? Какой сегодня день?
Думал, ответа уже не дождусь, но сквозь подступающую дремоту все же расслышал:
– Вчера начался стужень.
Миг я силился понять ответ знахарки, потом коротко выдохнул:
– Ангелы небесные!
Стужень! Народное название двенадцатого месяца!
Я провалялся в бреду без малого три седмицы!
 
Читать Скачать отрывок на Литрес Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить электронку Купить бумажную книгу
5.0/3
Категория: Черновик | Просмотров: 815 | Добавил: admin | Теги: Том 1, Небесный эфир 2, Павел Корнев, Ритуалист
Рейтинг:
5.0/5 из 3
Всего комментариев: 1
avatar
0
1
  • Дата последнего обновления: 13 июля 2019
avatar
Вверх