Новинки » 2019 » Декабрь » 24 » Михаил Ланцов. Николай Хмурый. Империя очень зла!
11:16

Михаил Ланцов. Николай Хмурый. Империя очень зла!

Николай Хмурый. Империя очень зла!

Михаил Ланцов

Николай Хмурый. Империя очень зла!

 
c 30.01.20 (380) 365 р.предзаказ
 
  -20 % Серия

Героическая фантастика. Только новинки

Наш современник гибнет в теракте на железной дороге... но только для того, чтобы очнутся в теле своего тезки - Николая Александровича в момент железнодорожной катастрофы 1888 года. В этот раз Александр III и Георгий Александрович погибли. В этот раз Николай стал Императором на 8 лет раньше... и это СОВСЕМ другой Николай.


Возрастное ограничение:16+
М.: Эксмо, Яуза, 2020г. (январь)
Серия: Героическая фантастика. Только новинки!
Тираж: 2500 экз.
ISBN: 978-5-04-108305-2
Страниц: 384
Внецикловый роман.
Иллюстрация на обложке П. Трофимов.

Задняя обложка Николай Хмурый. Империя очень зла!

Пролог

Николай Александрович отпил немного кофе из миниатюрной, поистине жлобской  чашечки  и  уставился  ничего  не видящим взглядом за окно. Высокоскоростной поезд мчал его вдаль от Парижа. Несмотря на кризис и всеобщую политическую истерию , он все еще держался... а вместе с ним и его бизнес. Но легче не становилось. Вот и сейчас он пытался найти способ обойти совершенно дурацкие запреты и обес­печить взятые на себя обязательства по поставке промышленного оборудования.
В вагон-ресторан он не пошел. Шумно. А здесь было можно подумать и попытаться просчитать предстоящие переговоры. Надежды немного, но он все равно хотел попробовать. Вдруг удастся найти подход? Хотя кого он обманывал?

Тяжело вздохнув, он еще раз глотнул кофе. С разочарованием посмотрел на керамическое донце пустой чашки и с сожалением поставил ее на блюдце. И тут его взгляд зацепился за странного сотрудника железной дороги. Тот был одет в широкую накидку, явно предназначенную для другой погоды, и глаза имел натурально безумные.

-    Аллах-бабах! - вдруг выкрикнул этот странный индивид. Дернул что-то. И в Николая Алексан­дровича ударил яркий свет. А потом, следом, что-то упругое... бесформенное... и очень сильное, то, что играючи вжало его в кресло до такой крайности, что, казалось, перехватило дыхание и затрещали кости...

Но ненадолго. Казалось, он пару мгновений пробыл в таком зажатом состоянии. Потом морг­нул, тряхнул головой, пытаясь избавиться от этого наваждения, и оказался на неудобном деревянном сиденье в каком-то антикварном вагоне-ресторане. А перед ним - незнакомые люди в старомодной одежде, напряженно смотрящие на него с беспокойством в глазах. За окном же медленно ползли пейзажи. После порядка трехсот километров в час, с которыми летел поезд Париж - Лион, теперь ка­залось, что состав едва движется, подозрительно покачиваясь и опасно поскрипывая. Общую идил­лию портил только лишь каменноугольный дым, аромат которого угадывался в воздухе...

-    Avec toi tot1t est Ыеп? - поинтересовалась юная особа с неподдельным участием в голосе.
Но ответить Николай Александрович не успел. Раздался очень неприятный и громкий звук, как если бы  лопнула крупная  металлическая  деталь, и вагон стал заваливаться, падая под высокую на­ сыпь... Все замелькало перед глазами. Перекошенные ужасом лица. Стены . Потолок. Фрагменты еды... или это была не еда? Ну вот наконец все утихло. Во­ круг была темнота и какая-то гудящая, прямо-таки звенящая тишина в ушах.

Какой у меня странный финал...-    пронеслось в голове Николая . Он только сейчас успел осознать, что там, в поезде Париж - Лион, его жизнь оборвал религиозный фанатик и убийца-психопат, хотя, вероятно, отличий в  этих  эпитетах,  по  существу, и не былоо. Это было так странно - лежать и думать о том, как умер. И куда он загремел? Это что, та­ кой ад? Скучный . У того, кто его придумал, не было ровным счетом никакой фантазии . А если не ад, то что? И главное - почему все так по-дурацки?

Потихоньку слух восстановился, и Николай Александрович отчетливо стал слышать дыхание людей где-то рядом. Разное . Где-то неустойчивое и рваное, где-то мерное, где-то вообще сдавленные  хрипы... а где-то там, за непонятным барьером, роль кото­рого выполняли, вероятно, обломки вагона, разда­вались даже крики...

А потом на него нахлынули, словно волна, словно ураган, какие-то слова, мысли и чувства, закрутив­шие Николая в круговороте воспоминаний . Такие чужие и далекие, и такие близкие, яркие, сочные, объемные и фактурные. Они оказались настолько увлекательными и сильными, что он перестал слы­шать и видеть все вокруг...

Сколько это продолжалось? Он не знал. Но первое, что он увидел после возвращения в этот сон, оказался лейб-медик. Тот нагло совал ему под нос какую-то склянку с чем-то вонючим. Почему он решил, что перед ним лейб-медик? Ну так форма была характерная, да и знал он его... почему-то... Наконец, поморщившись, Николай Александрович выдавил из себя:
-    Merde.

Почему по-французски? А как ему разговари­вать во Франции? Ведь где произошло крушение? Да, одежда странная. И вообще непонятно, откуда все эти люди взялись. Но мало ли у него какие сбои в работе сознания из-за контузии или какой еще травмы мозга?

Кто-то что-то буркнул в сторону, и его начали куда-то укладывать. Вроде как даже на импрови­зированные носилки. Этого еще не хватало! - пронеслась в голове шальная мысль. Чувствовал он себя погано, но все тело прекрасно ощущал. А не­ домогание сводилось к отвратительному настрое­нию и легкой тошноте. Видно, сотрясение все же заработал. Не самый плохой исход. Такой близкий взрыв мог и убить. Хотя галлюцинации интересные. Когда еще такие посмотришь? С этими мыслями Николай Александрович оттолкнул назойливые руки и попытался встать. На удивление, это полу­чилось вполне успешно. Тем более что те самые руки, что пытались уложить его на носилки, стали всемерно помогать подняться.

Он встал. Встряхнул головой и уставился на свежий труп человека в пяти шагах от себя. Это была женщина в годах. Доской обшивки ей пробило груд­ную клетку. И он ее знал... откуда-то знал... Помнил. В нос ударил запас парного мяса, крови и не­чистот, что  непременно   сопровождают   смерть. У смерти характерный запах, и это отнюдь не цветочный букет. Стало страшно. Очень. Слишком уж странные это галлюцинации.  Такие  натуральные. И удивительно реалистичная картинка и запах. Он протянул руку и провел пальцами по обломку до­ски, подспудно отмечая, что тактильные ощущения также на очень высоком уровне.

Так это что получается? Неужели это не сон? Неужели это реальность? - остро прозвучала в его голове мысль. -   Нет... так не бывает... Бред...,> Он от­ шатнулся  от  покойной. Окинул  взглядом  <, полян, у> и обалдел  от  того,  насколько  все  было  бестолково и неустроенно. Люди, конечно, пытались что-то делать, но не все и как-то вразнобой. Прямо иллюстрация на тему того, что анархия и  самоорганиза­ция народных масс - полный бред и безнадежная мечта экзальтированных идеалистов. Толку от их действий почти не было. А стоны раненых, завален­ных обломками, хорошо были слышны.

Николай Александрович попытался взять командование на себя. Начал приказывать, но говорил на французском. Отчего люди хоть и слушали его, да понимали далеко не все. Минуты через три-четыре его это достало. Он с раздражением глянул на одного такого непонятливого. Тот заглядывал  ему в рот, ловя каждое слово, но, очевидно, ничего не понимал. Посему Николай вздохнул и еще раз по­ пытался втолковать поручение.

-    Не разумею я, Ваше Императорское Величество, - наконец страдальческим голосом произнес этот мужчина.
-    Императорское Величество? - невольно переспросил Николай Александрович уже по-русски. Скорее на автомате, чем осознанно. - Чего ты та­ кое мелешь?
-    Так батюшка ваш... Александр Александрович ... преставился... - извиняющимся, прямо-таки дрожа­щим голосом сообщил собеседник.

Николай Александрович схватился за голову. Бред. Бред! БРЕД! Какой император? Что он несет?! И отца его звали не так. Да, Александр, но Анатольевич . Да и вообще... почему он в казачьей форме? Что вообще, черт побери, происходит?! А впрочем, какая разница? Император? Подчиняются? Ну и бес с ними! Сейчас главное - дело делать. А с осталь­ным потом разберется. Поэтому, взяв себя в руки, Николай начал командовать этими людьми по-русски. И они , что удивительно, охотно подчинялись. И весь тот хаос, что окружал место железнодорож­ной катастрофы, в считаные минуты заменил деловитый порядок...
 


Часть 1
НИКОЛАЙ КРОВАВЫЙ
- Хороший? Плохой?
Главное - у кого ружье!


Глава 1

1889 год, 3 февраля.
Санкт-Петербург


Первые минуты и даже часы после попа­дания Николай Александрович не за­думывался ни о чем, кроме дела. Люди
же умирали. И он не мог просто так взять и начать рефлексировать. Дурные мысли накатились позже, когда ему удалось уединиться в вагоне прибывшего из Харькова поезда. Несмотря на всю неказистость этого самого обычного состава, ему выделили при­ лично места. Во всяком случае, достаточно, чтобы побыть одному и подумать. Так-то по-хорошему нужно было отдыхать, но в эти часы ему было сов­ сем не до сна.


К прибытию в Санкт-Петербург рефлексия в це­лом прошла. Не тот у него был характер, чтобы истерики устраивать. Да - шок Да - полное непо­нимание того, как это все произошло. Ну и что? Он же не всеведущий. А в этом мире, без всяких сомне­ний, есть масса того, что еще долго не смогут даже предположить.
Но главное, пришло осознание - он попал. Во всех смыслах этого слова. Теперь вынужден отду­ваться за милого хипстера Ники, известного  так­ же как Его Императорское Величество Николай II Александрович. Того самого, что стал главным по­зорищем России в ХХ веке, конкурируя за первое место в этом деле с Хрущевым и Горбачевым...

То есть картина  При плыли.  Ведь если  по уму, то у него был только один сценарий поведения - принять   сложившуюся    ситуацию    как    данность и попытаться вьжить. Хотя бы тут. Ведь, по сути, там, в скоростном поезде,  идущем  на  Лион,  погиб не он, а цесаревич. Опосредованно, конечно. Бедолагу ведь вышвырнуло из тела ворвавшимся туда инородным сознанием, которое, в свою очередь, поспешно эмигрировало из своего былого обиталища. От несчастного цесаревича остались лишь воспоминания, обрывки мыслей да кое-какие навыки. И все.

Николая Александровича немного беспокоил тот факт, что в железнодорожном крушении погиб император. Об этом событии  он  и слышал,  и читал. В реальности этого не было. А тут вот - пожалуйста. И император, и второй его сын - Ге­оргий, а еще младшая дочка - Ольга. Почему так? Единственным объяснением, которое придумал наш герой, стало отсутствие предопределенности . То есть заранее ничего не известно. И раз событие произошло еще раз, то и кубики кинули заново с совсем другим результатом.

Впрочем, иллюзий от того, что вьDкил и стал им­ператором, да еще на восемь лет раньше, Николай Александрович не испытывал. И на то были очень веские причины. Он плохо знал историю  эпохи и региона. Только какие-то ключевые даты или выборочные эпизоды с персоналиями . Но и этого хватало, чтобы вкупе со сведениями покойного предшественника и взрослым, зрелым и неплохо развитым умом нарисовать ужасающую картинку.

Несмотря на устоявшиеся стереотипы, из послед­него трио  императоров собственно самодержцем был только Александр 2. Да, странный и непоследо­вательный либерал . Но правил он самостоятельно и самодержавно. Этакий просвещенный либеральный тиран.

Александр III, сменивший отца в 1881 году, к пре­столу совершенно не был подготовлен. Хуже того - пошел характером в мать. Из-за чего за внешним фасадом крупного, крепкого и довольно бруталь­ного мужчины скрывался рохля и подкаблучник Страной же по факту правила его супруга - Дагма­ра. Насколько это вообще возможно при столь опосредованной схеме управления .


Эта маленькая, хрупкая женщина держала в сво­их крохотных кулачках не только яйца мужа-уваль­ня и детей, ходящих по струнке, но и всю остальную страну. Однако ей хватало ума оставаться в тени, из-за чего создавалась иллюзия могущества лич­ности Александра III. О том, что это совсем не так, Николай Александрович узнал, только попав сюда. Покойный Император был не страшный русский медведь, а милый плюшевый мишка, чем пользова­лись без всякого зазрения совести все, кому не лень. Ведь Мария Федоровна не всегда была рядом и не всегда могла надавать по рукам всяким интриганам. Что влекло за собой самые кошмарные последст­вия. В частности - серьезное усиление великих князей - братьев Императора.

Вот и выходило, что, вступив на престол, Нико­лай Александрович оказывался критически стеснен властной мамой и не менее амбициозными дядями. Ситуация усугублялась еще и тем, что он сам был полно ценным продуктом эпохи и окружения. От природы неглупый малый страдал от того, что его голова была забита религиозной чепухой, посеян­ ной там Победоносцевым. А достаточно твердый характер, немало взявший от волевой мамаши, был совершенно вывихнут откровенно идиотским вос­питанием и не позволял ему действовать в должной степени жестко и решительно. Особенно по отно­шению к близким людям.

И чем дальше, тем ситуация становилась хуже. Великие князья прирастали могуществом , Мария Федоровна ширила и укрепляла свой двор, пре­ вращая его в альтернативный центр власти. В до­ вершение всего Николай  Александрович вляпал­ся еще и в Алису, которая только усугубила и без того мрачное  положение  дел. То есть с  1881  года в Российской империи начал стремительно про­грессировать кризис власти, а ее саму стали раз­рывать внутренние противоречия . На самом верху. Как в той басне про Лебедь, Рака и Щуку. Кто во всем этом был виновен? Прежде всего Александр II, который допустил наследование империи сыном­ рохлей. У него было из кого выбирать, но он о том не думал. Завершили же <,картину маслом,> родители Николая II, не только распустившие великих кня­зей, но и изуродовавшие сына бестолковым воспи­танием...

И вот в это тухлое  болото  влетел  наш  герой. К счастью, не успев вляпаться в Алису . Но это помо­гало не сильно. Однако осознание само по себе - важное дело! Если не понимаешь, что происходит, то и разрешить этой беды не удастся. Но, несмотря на некоторый оптимизм, что делать, обновленный Николай Александрович пока не знал. Ведь за дя­ дями стояли реальная власть, сила, деньги и воору­женные люди, верные и обязанные им. Пойди их задвинь. Мигом оливкой подавишься. О печальной судьбе Павла Петровича наш герой  и до того знал и, что любопытно, почерпнул немало деталей из воспоминаний реципиента. Тот тоже о нем неред­ко думал, видно, неспроста . Поэтому наш герой...
Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить бумажную книгу
5.0/4
Категория: Героическая фантастика | Просмотров: 672 | Добавил: admin | Теги: Николай Хмурый, Михаил Ланцов, Империя очень зла!
Рейтинг:
5.0/5 из 4
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх