Неприкаянный. Меняющий реальность

Глава 1. Преступление и наказание

– Ты нам что обещал?! Ты говорил – новая жизнь! А выходит та же крепость! Да ещё и девок наших покрали!

Мужик разорялся так, что лицо раскраснелось, того и гляди, удар хватит. Хотя нет, такому ничего не станется. Эдаких горлопанов ничем не проймёшь. Если уж завелись, то не остановишь. Тем более, если на то есть причина. А у него имеется. Правда, как и у других четверых крестьян, хмуро смотрящих на меня. Двое из них с окровавленными повязками, над третьим трудится врач, пытаясь стабилизировать, чтобы доставить в больницу, аэроплан уже поджидает на лётном поле.

Они оборудованы у каждого селения, хотя из всей аэродромной обслуги только мачта с ветровым конусом. Сделано это вот на такой экстренный случай, чтобы можно माधव задействовать авиацию. На автомобиле раненого можно и не довезти, а так у него шансов больше. Опять же, узнав о происшествии, можно куда быстрее добраться до места. Края тут неспокойные, хунхузы пошаливают.

Наши поселения давненько не трогали, но, как видно, позабылся урок, или другая банда на той стороне завелась. Я случайно оказался в Биробиджане, когда узнал о происшествии в Головино. Девчата отправились на реку полоскать бельё, тут-то их и прихватили хунхузы.

– Нет, ты рожу-то не вороти, ты мне… – Мужик попёр буром и осёкся, поймав в душу кулак Николая.

– Достал, – коротко произнёс здоровяк и отшвырнул крикуна в сторону.

– Староста, толком поясни, что случилось? – потребовал я.

– Так ить всё сказал по трубе этой, тели…

– По телефону, – подсказал я.

Связь – первое дело, и уж тем более в приграничных районах, куда захаживают хунхузы, а потому, как ни дорого, телефонные линии мы прокинули до каждого подшефного села. Вернее, до заготконтор «Росича», селяне ведь поголовно должники концерна. Ну и для управления это удобно.

– Ага. По нему, значит. Девки пошли бельё полоскать, тут хунхузы. Когда кинулись, похватали ружья и за ними. Но те на нас засаду устроили. Эти, – кивок в сторону раненых, – отцы тех девиц, слушать ничего не схотели, буром попёрли, их и подстрелили. Ну, мужики и стушевались. Постреляли малость, не без того, но далее за ними идти побоялись. Опять же, раненые на руках.

– Понятно. А этот? – Я кивнул в приходящего в себя крикуна.

– Кирилл. Его дочку тоже покрали. Только он всё по селу бегал и ругался, а за околицу так и не вышел. Дрянь человечишка. Всё высматривает, у кого всходы лучше, у кого картоха уродилась, у кого корова приплод дала, да на долю свою тяжкую жалится. Зато любит брюхо почесать да на сеновале поваляться. Всё к тому идёт, что, как и прежде, в батраки подастся. Потому как только на прокорм с землицы и берёт, а долг банку отдавать ему нечем.

– Понятно.

Долины вдоль рек Бира, Биджан и Архара активно возделываются. На сегодняшний день к тем казачьим станицам, что имелись вдоль Амура, в этих краях появилось двадцать новых сёл, которые активно расширяются. Благодаря внедрению тракторов уже подняли порядка сотни тысяч десятин пашни. И дальше площадь возделываемых земель будет только расти. Сейчас идут изыскания, а в недалёком будущем планируем начать мелиорацию. Какие-то площади уже отвоевали у леса и уже начали корчевание пней.

Кроме этого, построили завод удобрений и комбикормов. Не скажу, что крестьяне сразу прониклись необходимостью их использования, но разъяснительная работа всё же сделала своё дело. Ну и радует такой момент, как отсутствие колорадского жука. Урожайность картофеля в этих краях такая, что мне остаётся лишь головой качать. Реально вторым хлебом получается…

– Олег Николаевич, доклад с патрульного самолёта, – подбежал ко мне Ерофей.

Так-то границу охраняют казаки, но я посчитал правильным усилить их шестью вооружёнными Ц–2 за счёт концерна. Полевые аэродромы устроили у застав в районах устьев рек Бира, Биджан и Архара, вдоль которых и располагались наши сёла и основные сельскохозяйственные угодья. С одной стороны, оно вроде и в копеечку влетает, но с другой, это окупается, потому что сегодняшний набег первый за несколько лет.

– Говори, – коротко бросил я своему старшему телохранителю.

– Наблюдают две большие лодки на правом берегу Амура. Десяток вооружённых мужчин и с ними пять девиц. Скрылись в зарослях протоки. Судя по всему, это они.

– Ясно. Вылетаем.