Точка возврата. Чужая шкура

Пролог. Двести метров до посадки

Февраль 2023 года. Бахмут. Артём Савельев — 21-летний студент из Подмосковья, мобилизованный пять месяцев назад. Его группа — Седой, Бес и сам Артём — идёт на штурм опорника в частном секторе. За двести метров до лесопосадки мир «ломается»: Артём оказывается в трёх метрах от молодого украинского солдата. Они стреляют одновременно. Оба падают. Оба произносят последнее слово — «мама». Артём умирает. А потом тишина бьёт в виски похмельем и запахом чужой прокуренной квартиры.

Глава 1. Похмелье

Артём приходит в себя в чужом теле — в квартире самарского бандита по кличке Штырь (Лёха). Ему 25 лет, он бандит, у него татуировки, сломанный нос и шрам. Артём в ужасе смотрит в зеркало: тело чужое, но взгляд — его собственный. В дверь стучит Паша — друг Лёхи. Выясняется, что на дворе 8 февраля 1993 года. Артём умер в 2023-м и очнулся в прошлом, за девять лет до своего рождения. Паша говорит, что в час дня у них «стрелка» с чеченцами на Кировском рынке, и Граф ждёт Штыря.

Глава 2. Стрелка

Паша везёт Артёма на стрелку. По дороге Артём узнаёт, что Лёха — «голова» в банде, умеет говорить и решать вопросы. На пустыре у Кировского рынка их ждут Граф, Циркуль и новенький, а напротив — четверо кавказцев во главе с Шамилём. Шамиль утверждает, что армянский торговец Гарик платит им с августа, и предъявляет расписку. Артём берёт бумагу, смотрит на неё и замечает: текст написан одной рукой, подпись — другой, чернила разные, а сгибы свежие (бумаге две недели, а не полгода). Он предлагает спросить самого Гарика. Гарик признаётся, что расписку его заставили подписать под угрозой ножа. Шамиль с позором уезжает. Граф доволен, но удивлён: «С каких пор ты в бумажках понимаешь, Штырь?»

Глава 3. Новая жизнь

Вечером Артём, оставшись один, запирает дверь и его начинает трясти. Он находит общую тетрадь, вырывает исписанный лист и начинает писать: «8 февраля 1993 года. Меня зовут Артём Савельев. Мне 21 год. Я родился в 2002 году и умер в 2023-м. Пишу, чтобы не сойти с ума и ничего не забыть. Что я помню о будущем:» — и до глубокой ночи записывает всё, что помнит: приватизацию, дефолт, Чечню, башни в Нью-Йорке, «Норд-Ост» и Беслан, 2014 год и Крым, всё, что ведёт к серому небу над Бахмутом. Теперь у него есть тридцать лет форы, чтобы не допустить войну — и чтобы тот украинский парень с прыщом на подбородке доучился в своём вузе и не погиб от его пули.