[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Константин Калбазов. Скиталец 2
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:28 | Сообщение # 1
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline


Продолжение приключений нашего современника оказавшегося в мире живущего по игровым реалиям. Архипелаги, корабли, князья, бояре, пираты, противостояния государств, морские схватки и непрерывное развитие, дабы занять достойное место во вновь обретенной жизни.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:30 | Сообщение # 2
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 1

Остров Вольвик

Масляная картина завершена

Получено 200 опыта к умению «Масло 1» — 4000/4000

Получена новая ступень «Масло 2» — 0/16000

Для дальнейшего развития необходима Наука 3

Получено 20 опыта к умению «Художественная кисть 3» — 20/16000

Получено 15 опыта к умению «Перспектива 3» — 0/16000

Невозможно начислить опыт «Перспектива 3», необходима Наука 3

Получено 15 опыта к умению «Композиция 3» — 0/16000

Невозможно начислить опыт «Композиция 3», необходима Наука 3

Вы изучили все умения на уровне второй ступени. Получена возможность совершенствования таланта «Художник 2» до следующей ступени.

Получено 200 избыточного опыта — 106718

Получено 200 свободного опыта — 11828

Вот так вот. Сподобился наконец. Закрыл-таки вопрос с «Художником» и теперь его можно развивать дальше. Остается понять только, как? Его наставник явно не потянет курс высшего образования. Любитель, пусть и не самоучка. Художественное училище он еще закончил, а вот в университет ему дорога была заказана.

Есть такие люди, у которых присутствует страстное желание, но нет таланта. Они целиком и без остатка отдаются холсту, вкладывают в него всю душу, верят в то, что творят настоящие шедевры, которые не способны оценить их современники. А им между тем доверяют только расписывать стены и потолки присутственных мест.

Вот и Анри был из таких. Рисовал он посредственно. Учил, впрочем то же. Обучение сводилось к тому, что Измайлов упирался в какой-то вопрос и задавал его своему наставнику. Получал в основном расплывчатый и бессвязный ответ недоучки. Но этого хватало для того, чтобы в дело подключались его дар и подросшая Разумность. Основываясь на крохах информации, ему удавалось получить правильные ответы на интуитивном уровне. Иначе и не сказать.

Случалось, что решение приходило методом от противного. Получив ответ Анри, Борис впадал в ступор, так как картинка в его голове не складывалась. Это не могло работать так, как говорил наставник. Приходилось напрягаться, воплощать полученный совет в жизнь и исходя из полученного результата вносить изменения, получая при этом противоположный, но правильный ответ.

Вообще-то, имей он под рукой самоучитель и дело двигалось бы куда быстрее. Но к сожалению французским он владел хуже некуда. Разговаривать худо-бедно, на невероятном суржике, при активной поддержке языка жестов, еще получалось. Но этого явно недостаточно для чтения книг и уж тем более специальной литературы. Можно было заказать книгу из России. Но сроки доставки заказа его не устраивали категорически. До полугода. Шутка! Правда, заказ он все же сделал. Но уже для следующей ступени.

Здесь же пошел другим путем. Приметив на набережной Анри Борис обратился к нему с просьбой консультировать его по вопросам живописи. Разумеется не бесплатно. Работы свои он наставнику не показывал, заверяя, что ему стыдно демонстрировать свою мазню перед столь одаренным художником. Да, он врал. И что с того. Он не вселял в молодого француза ложные надежды. Тот ими и без того переполнен.

Н-да. Все же уровень работы с маслом на второй ступени куда сложнее чем на первой, ознакомительной. Он без понятия сколько времени уходит на написание одной картины в его мире. Но подозревал, что всяко-разно получается меньше, чем здесь. Ну хотя бы потому что краски наверняка сохнут гораздо быстрее.

Если брать в среднем, то на одну картину у него уходило порядка двадцати четырех часов. Вот только они были растянуты на срок, минимум в две недели. Одна из которых уходила на то, чтобы основательно просох только подмалевок. Считай та же грунтовка. Только выполнен нейтральным цветом, соответствующим общей концепции картины. Он выступает эдаким фоном на который потом ложится сама картина. Не суть важно. Плюсом к этому необходимо давать подсыхать остальным слоям красок, чтобы они не смешивались.

В этой связи, чтобы ускорить процесс обучения и получения опыта, он одновременно трудился над пятнадцатью картинами. Пока одни подсыхали, он писал другие. Хм. Да. Пожалуй теперь он мог сказать, что пишет, а не рисует. Н-да. Почерк конечно пока еще корявенький. Но даже он наблюдает прогресс…

Паспорт ему выписали уже на следующий день. В консульстве по отношении личностей Москаленко и Яковенковой никаких сомнений не возникло. А как следствие и их ручательства оказалось достаточно для того, чтобы выписать паспорт Борису. Тем более, что он изъявил желание задержаться на Вольвике. Как результат у консула появилась возможность сделать запрос в паспортный стол Голубицкого. Что Бориса ничуть не тревожило.

Еще бы и весточку отправить Рыченкову, что мол с ним все в порядке. Да присутствовали опасения, что полицейский сыщик может пасти его на предмет получения почтовых отправлений. А ведь к гадалке не ходить, Елисей Макарович сообщил ему о беде с подопечным.

Помог все тот же консул. Выслушав историю Бориса, он предложил сообщить о случившемся в пароходную компанию, дабы оттуда известили капитана «Тюльпана». За что Измайлов был искренне ему благодарен. Все же, на чужбине это не дома. В окружении чужаков русские куда дружнее.

Девушки пробыли на острове еще неделю, после чего отбыли на очередном пароходе. И нет. Не домой. Они продолжили свое путешествие. Единственно Москаленко отстучала телеграмму своему боярину, чтобы тот выслал пару тройку телохранителей, с которыми они должны были пересечься уже в пути. Признаться, данное обстоятельство несколько удивило Бориса, но и только.

Постоянными любовниками Елизаветой Петровной они так и не стали. Она навещала его номер еще пару раз, пока он не съехал с гостиницы на небольшую квартиру. На этом их отношения и прекратились. Н-да. Как и с Катей. Боярышня даже смотреть в его сторону не желала. Игнорировать не могла, в силу своей воспитанности и не чванливости, но здоровалась словно выплевывая слова через губу. Обидело ли его это? Да ни… Хм. Вообще-то обидно конечно. Вот прямо по детски. Но не до трагедии.

Весь арсенал Москаленко оставила ему. Во Франции отношение к владению оружием довольно строгое, чего не сказать о колониальных владениях. Тут оно только приветствовалось. Разумеется, если владеет им установленное лицо, вне зависимости от гражданства.

Две винтовки он сдал в оружейный магазин, обменяв их на приспособления для снаряжения патронов. Забрасывать стрельбу в его планы не входило. Уж больно полезное умение. Денег же, чтобы еще и покупать патроны откровенно мало. Вот и решил по старой памяти снаряжать их самостоятельно.

Помимо того, что стрелял на стрельбище, еще и ходил на охоту, благо остров был богат дичью. Сдавал добычу в одно бистро, где столовался, в обмен на скидку. Самому ему мясо хранить ведь негде.

Нежданно-негаданно, через месяц своего пребывания на острове, он вдруг узнал, что является владельцем парового катера. Ну как владельцем. Ввиду необходимости обеспечить вещественному доказательству сохранность было принято решение о передаче его на ответственное хранение одному из участников инцедента. Правда, при этом, пусть и не великие, портовые сборы оплатила казна. А ему, что…

Картины писать Борису нравилось. Это не монотонная работа по рисованию набросков. Здесь он реально творил. Причем имея в одновременной работе до пятнадцати картин на разную тематику, сумел хорошо разнообразить сам процесс. И тем не менее, отвлекаться нужно. К тому же это возможность для прокачки появившегося умения «Навигатор». Ну и опять же, брал уроки у одного из рыбаков по управлению парусами.

Кстати, добился неплохих результатов выходя в море. Бог весть, по какой причине, но консул ничуть не был против его прогулок и даже более дальних походов. Борис отчего-то решил, что российского представителя вполне устроит если катер пойдет ко дну. А может причина в расписке оставленной Измайловым о принятии суденышка на ответственное хранение. Да без разницы. Вот не мог он отказать себе в удовольствии выходить в море. Нравилось ему и все тут!

Кроме всего прочего, получилось сделать еще три изобретения. Сам не ожидал. Ну и как всегда, вышло как-то само собой. Понадобились ему подрамники, для того чтобы натягивать холсты и он пошел к местному столяру. Оно и сам управился бы, но под это дело пришлось бы покупать инструмент.

В мастерской увидел местные шурупы, которые сильно походили на евровинты. То есть имели не конический наконечник, а цилиндрическую форму. Поэтому прежде чем их вкручивать, нужно было просверлить отверстие близкое по диаметру. Получается конечно прочно, но все же как-то мешкотно и пользуют их не так часто. Все больше гвозди.

Почесал в затылке да и пошел в порт к токарю. Объяснил что ему нужно. Управился он не сразу, но все же сподобился, выточил пару дюжин шурупов с наконечником привычной Борису конической формы. Результат, упавшие опыт и свободное очко.

Потом столкнулся с проблемой небольшой комнатушки квартиры и большим числом холстов, которые нужно было распределять для просушки. Решил развесить их на стенах.

Поначалу-то он хотел как в свою юность, выстрогать обычные чопики да вогнать их пробитые в стене отверстия, благо хозяин не возражал. За отдельную плату конечно же. Однако, потом решил попробовать заработать и на этом. Купил местных шурупов. Выстрогал чопик в форме усеченного конуса. Просверлил. Распилил вдоль, чуть не доходя до конца. Вбил в отверстие и ввернул шуруп.

Система благосклонно оценила его старания. Правда и дальше вырезать дюбеля он не стал. К чему такие сложности, если можно и по старинке обойтись. Главное он с этого получил, остальное приложится, когда вновь встретится с Рыченковым и Носовым.

А под это дело вспомнил еще и про анкера. Воспользовавшись услугами слесаря и токаря заработал еще опыта, а главное дополнительное очко. Да плюс взял пятую ступень, а упершись в потолок еще одно выменял на свободный опыт. Сейчас осталось чуть да маленько, чтобы обзавестись очередным и вновь улучшить свою Разумность.

Н-да. А вот со ступенью вышел облом. Пятая подразумевает под собой получение первого возрождения. Но Система нарисовала ему кукиш. Возрождение он получит в момент, когда ему исполнится восемнадцать лет. Ну один в один, как в молодости, когда после автошколы ДОСААФ получил водительское удостоверение с пометкой действительности с момента совершеннолетия.

Обидно. Н-да. А еще и страшно было какое-то время. А ну как погибнешь и тогда это все. С концами. На охоту ходить перестал. К катеру и близко не подходил. Но ничего. Потом попустило. Да и хорошо, что так-то. Вот достало все время бояться и шарахаться от тени. Человек ко всему привыкает. Ну или окончательно съезжает с катушек. И слава богу, что последнее не его случай…

Протирая кисть ветошью отошел от мольберта и посмотрел на картину со стороны. Особо не разгуляешься, комната все же небольшая. Ничего так получилось. Это уже десятая работа результатом которой он остался доволен. Не сказать, что нравится прямо все. Глаз видит огрехи, а руки тянутся к кисти. Но в общем и целом, не отпускает ощущение, что да, можно и лучше, но картина готова. И желания все замазать, как раньше, не возникает. Опять же, Систему не обманешь. Уловив момент завершения она выдала лог. Теперь хоть на пупе извернись, ни единого очка не добавит. А для него сейчас как бы первичен именно опыт.

Хм. Ну, вообще-то, не только он. Конечно сомнительно, чтобы он получил сколь-нибудь значимую сумму. Все же Борис никто и звать его никак. Но в его положении будешь рад и мелочи. Как той же скидке на питание в бистро. Как оказалось, денег у него не так чтобы и много. Финансы таяли с завидной регулярностью. Краски он конечно готовил сам, но ингредиенты на их изготовление приходилось покупать. И, кстати, писать картины маслом, оказывается куда дороже акварели.

Снял полотно с мольберта, повесил на стену и прикрыл тканью, чтобы никакая муха не вляпалась, внося свою лепту. Всякие там авангардисты пока еще не в моде, а потому могут не понять. Тем более, что картина уже завершена. Эту партию он собирался отвезти на соседний Германский колониальный архипелаг и выставить на продажу в тамошней галерее. Точно так же, как поступил в свое время с акварелями. Только очень надеялся, что в результате он все же вернется обратно на Вольвик, а не окажется в кочегарке какой-нибудь калоши.

Он успел получить лог о завершении следующей картины, когда в дверь постучали. Да требовательно так. В груди тут же поселился неприятных холодок. Думать над тем, чтобы это могло значить он не собирался. Первое что сделал это подхватил оба револьвера, который всегда держал неподалеку.

— Откройте, полиция!

Ага. Ситуация немного прояснилась. Но только самую малость. Что он такого натворил? Пристрелил на охоте не того кабана? Разрешение на охоту у него кстати имеется. И вообще, отстрел кабанов тут только приветствуется. Было дело, один умник решил разнообразить флору и завез сюда несколько особей. А на острове у них не нашлось конкуренции. В купе с их плодовитостью и обширной кормовой базой в виде сельхозугодий они превратились в настоящую проблему. Ну да, не суть важно.

Не чувствуя за собой никаких грехов, Борис и не подумал прятать оружие, пока не убедится, что это действительно полиция. Признаться, шевельнулась мысль, что это может быть сыскарь с Морозовского.

Однако когда он открыл дверь, увидел двух знакомых полицейских. Квартальный и офицер криминальной полиции, тот самый, что надзирал за ними в гостинице в день их прибытия. Едва увидев у него в руках оружие, они тут же засуетились, кинув руки к своим кобурам.

— Тихо, тихо, месье, — отбрасывая оружие на кровать, вздел руки вверх Измайлов. — Я только хотел убедиться в том, что это действительно полиция, а не воры прикрывающиеся честным именем полицейских.

— Н-ну т-ты, — неопределенно дернул подбородком тот, что был в гражданском. — Собирайся. У комиссара к тебе есть несколько вопросов.

— Надеюсь, консула уже известили?

— Разумеется, — проходя в комнату, и потянувшись к револьверам, произнес оперативник.

— Я арестован?

— Пока нет.

— В таком случае оставьте мое имущество, каковым является и оружие, которым я владею совершенно легально.

— Умный?

— Да уж не дурак, — коверкая слова, ответил Борис, вперив в полицейского твердый взгляд.

— Собирайся, — оставив в покое оружие Измайлова, произнес тот.

Жаль конечно, что все так вышло. Если бы не конфликт, то можно было бы вызнать, что собственно говоря произошло. Но теперь об этом можно было не мечтать. Единственно чего он добьется, так это обострения ситуации. Вот уж чего и даром не нужно.

Когда они прибыли в полицейский участок консул был уже на месте. Все же хороший мужик, Павел Максимович. Сейчас между прочим послеобеденная сиеста, а он собрался и уже прибыл на место. Да еще и ревностно так осмотрел своего подопечного, не в наручниках ли. Вообще-то, он печется не столько о Борисе, сколько о престиже Российского царства и царя в частности. Если все кому не лень будут походя трепать его подданных, авторитета ему это не добавит.

Хм. Мысли об обеде заставили заурчать живот. Если бы не эти архаровцы, он бы уже сидел в своем бистро и уплетал за обе щеки заслуженный обед.

— С вами хорошо обращались? — поинтересовался консул у Бориса, когда их провели в довольно просторный кабинет.

— Да, Павел Максимович. Претензий, не имею. Правда и не понимаю, чем вызван этот арест

— Задержание, месье. Пока всего лишь задержание, — произнес вошедший в помещение комиссар.

Кстати, на довольно неплохом русском. Не сказать, что путешествующие россияне были редкими гостями на центральном острове архипелага. Но все же это не повод для изучения языка. С другой стороны, как-то плевать, что послужил причиной.

— И в чем дело? — полюбопытствовал консул.

Похоже его известили о факте задержания, но не посвятили в причину.

— О службе вашего соотечественника на итальянском капере.

— Вы правильно заметили, он служил на итальянском капере. Однако когда капитан «Розы» повел себя в нарушении международного права, предпочел оставить службу на борту пирата, — развел руками Демин.

— Однако, у нас есть основания полагать, что Измайлов является итальянским шпионом.

— Измайлов является гражданином Российского царства. Буквально вчера пришел исчерпывающий ответ относительно его личности, включая фотографическую карточку. А так же подтверждение, что он пропал при невыясненных обстоятельствах в порту Сана.

— Это не помешало ему оказаться членом команды капера. И с таким же успехом он может оказаться вражеским шпионом.

— Месье Базен, сдается мне, что причина в вошедшем вчера на рейд Вольвика некоего крейсера «Кентена», который изрядно получил по зубам от парусно-винтовой яхты. Предполагаю, что часть членов экипажа пострадало и капитан теперь жаждет справедливости. От того и поднял шум.

— В любом случае, мы должны во всем разобраться.

— Непременно. Вы можете допросить Измайлова.

— Для начала, я хотел бы взглянуть на его Суть.

— Борис Николаевич, — многозначительно произнес Консул.

Н-да. Теперь тут нет Москаленко с Яковенковой и поручиться за него некому, а потому придется заголяться. Вот только сделать обмен на опыта на свободное очко, да загнать его в разумность.

Ступень — 5

Опыт — 0/64000

Свободный опыт — 28

Избыточный опыт — 106918

Свободные очки характеристик — 0

Сила — 1.22

Ловкость — 1.21

Выносливость — 1.25

Интеллект — 1.42

Харизма — 1.05

Умения — 16

(Навыки — 1)

(Умения — 7)

Смотрите люди добрые. Не жалко. Их конечно же интересует вовсе не показатели его характеристик. На них они скорее всего взглянули только вскользь. Правда, не избавься он от свободного опыта, то они сильно удивились бы столь высоким показателям. А так, все вполне пристойно. Но их интересует история контрактов. А вот тут полный облом. Последний контракт с «Тюльпаном».

— И как такое возможно? — вздернул бровь комиссар.

— Я не заключаю договора по Сути, господин комиссар, — пожал плечами Борис.

— А еще, вы хорошо стреляете и у вас задраны показатели избыточного опыта.

— Именно.

— По моему, у командира «Кентена», есть все основания предъявить вам претензии.

— Нет у него никаких оснований, — оборвал консул. — Измайлов никогда не отрицал, что служил на капере. Я повторюсь, служил, месье Базен. У нас есть показания девиц Москаленко и Яковенковой, полностью оправдывающие действия Измайлова.

— Но они не могут служить доказательством того, что он не является итальянским шпионом.

— Согласен. Но в таком случае, проводите следствие, изобличайте, представьте хоть какие-то доказательства, кроме надуманных обвинений обозленного капитана «Кетена». И если у вас нет на то достаточных оснований, вы не посмеете поместить подданного русского царя за решетку. Иначе я гарантирую вам международный скандал.

Дело закончилось лишь тем, что Бориса допросили. После чего отпустили в сопровождении Демина, который и не подумал оставлять Измайлова в одиночестве. Вообще-то, будь это английский или германский остров, ну или хотя бы Франция не была в состоянии войны с Италией, то так легко Борису не отделаться. Однако нагнетать обстановку с единственным союзником французские власти все же не решились.

Нет, это не консул проинформировал Бориса о причинно-следственных связях и политической конъектуре. Просто в какой-то момент, Измайлов вдруг обнаружил в себе тягу к чтению газет и стал проявлять любопытство относительно окружающего его мира. Лично он относил возросшую любознательность на серьезно подросшую Разумность.

Хм. Вот интересно, а не пора ли ему валить отсюда по бездорожью. Ведь могут и не оставить в покое. Посоветоваться с консулом? Или уйти по-английски. Хм. Пожалуй не получится. Не хватало еще обзавестись неприятностями в России. Ему же мало неприятностей.

— Кстати, Борис Николаевич, в консульство на ваше имя пришла бандероль и письмо.

— Благодарю, Павел Максимович, — с уважительным поклоном, произнес Борис.

— Не за что.

Демин легонько так кивнул и уселся в свой паромобиль. Подвезти Измайлову он конечно же не предложил. Что ничуть не удивительно. И без того, столько времени потратил на простого моряка.

Борис же прикинул, что пока дойдет до консульства, время сиесты как раз закончится. От нетерпения засосало под ложечкой. Бандероль это непременно самоучитель, больше нечему. Письмо… Одно из двух, либо Рыченков, либо боцман Елисей Мкарович. И от того и от другого получить весточку он будет только рад.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:31 | Сообщение # 3
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 2

Ничто не забыто


Здание консульства было выстроено в типичной французской колониальной манере. Стены из красного кирпича, с отделкой оконных и дверных проемов. Что выглядело несколько угрюмо. Вообще, светлый цвет стен куда подошел бы этом климату куда больше. Но по большей части, постройки города были именно такими. Вот составленные из дикого камня и оштукатуренные, те все больше щеголяли побелкой. К тому же и стены были потолще, так что в них было несколько прохладней. Михаил как раз и жил в одном из таких домов.

Отчего эти мысли? Ну, а о чем ему еще думать. Если едва переступив порог, он тут же оказался чуть не в парилке. Правда, справедливости ради, когда заработали вентиляторы на потолке стало не в пример легче. Сравнительно недавнее изобретение, получившее распространение в первую очередь именно в жарких колониальных владениях.

— Здравствуйте, Алина Витальевна, — поздоровался он с канцелярской служащей, как раз опустившуюся на стул по ту сторону стойки.

— Здравствуйте, Борис Николаевич. Как поживаете? — из вежливости поинтересовалась девушка.

При этом она лишь мельком взглянула на него, сосредоточившись на поисках каких-то бумаг, в одном из ящиков на краю стола. Ничего удивительного в том, что они знакомы. Все русские непременно проходили через консульство, и в той или иной степени знали его работников. Как впрочем и друг друга. В особенности, если останавливались в городе на достаточно долгий срок.

Не сказать, что Борис был частым гостем. Но у них с Алиной Витальевной сложились чуть не приятельские отношения. Вышло это как-то само собой. Бывает такое, что с первого взгляда человек вызывает у вас симпатию. При этом ни о чем ином, кроме вежливого обмена парой фраз при встрече, речи не шло.

— До недавнего времени я был практически счастлив, — наигранно вздохнув, произнес Измайлов.

— Я слышала о надуманных обвинениях. Павел Максимович был буквально взбешен. Не удивлюсь, если «Кентена» покинет рейд Вольвика в самое ближайшее время. Поговаривают, что господин де Линь пользуется покровительством самого военного министра Франции. Но международный скандал ему точно не спустят с рук. А с нашим Павлом Максимовичем это может получиться очень даже просто. Распишитесь, пожалуйста, — протянула она ему две квитанции.

— Паспорт смотреть не будете? — искренне удивился Борис.

— Я вас умоляю. Какой паспорт, ведь я же его вам и выписывала, мило улыбнувшись, возразила девушка.

Борис обмакнул перо в чернильницу, поставил подписи и присыпал песком, который затем стряхнул в желобок стойки.

— Прошу.

— Ага. А вот это ваше, — протянула она ему объемную бандероль и конверт.

— Чем я могу вас отблагодарить, Алина Витальевна? Может чашечка кофе, в бистро «У Поля»?

— Думаю простого спасибо, будет более чем достаточно, — и вновь милая улыбка.

— Спасибо, Алина Витальевна, — прижав руки к сердцу и бросив на девушку отчаянный взгляд, с придыханием произнес он.

— Идите уж, воздыхатель.

— До встречи, — погрозив ей пальцем, нарочито многозначительным тоном произнес он.

Выйдя из канцелярии, Борис взвесил в руках бандероль и направился в кабинет консула. Обед у Демина уже прошел. Сиесту он провел в полицейском участке. Очень может быть, что свой полуденный отдых он послал лесом и сейчас на рабочем месте. Правда, сегодня у него нет часов приема. Только в экстренном случае. Каковым его вопрос не назвать. Но вдруг.

В приемной никого, кроме секретаря. И то же девушки. В последние несколько лет список профессий в которые допускаются женщины постоянно растет. К примеру еще пять лет назад невозможно было представить за этим столом девушку. Обычно это был удел начинающих молодых и ушлых клерков. И да, непременно лично преданных своему начальнику.

А ничего так, молодец Демин. Идет в ногу со временем. Набрал в персонал женщин. Их тут между прочим чуть не половина. Хотя, скорее всего многие из жен служащих консульства, потому как практически у всех на пальцах обручальные кольца. В той, прошлой жизни Бориса, это было обычной практикой в загранпредставительствах. Он сталкивался с подобным не однократно.

— У вас что-то срочное? — поинтересовалась миловидная девушка, с высокой прической, строгом платье и выглядящих инородно нарукавниках.

— В принципе нет. Просто, коль скоро я уже оказался здесь. И вопрос-то так, пустяковый.

— Прошу прощения, у Павла Максимовича сегодня не приемный день.

— А вы не можете ему передать, что к нему на прием просится Измайлов.

— Измайлов? — уточнила она, перелистывая свой блокнот для записей.

— Да, барышня. Измайлов.

— Присядьте, — поднимаясь из-за стола произнесла девушка.

Прихватила свой блокнот с карандашом и направилась в высокую дверь. А хороша. Вообще, все они тут стройные, точеные и в то же время миниатюрные. Быть может причина в том, что кроме черни, все остальные непременно носят корсет. И наверняка от этого мучаются. Н-но, ч-черт! Красиво же!

— Прошу, — через минуту выйдя из кабинета, и отходя в сторону, произнесла она.

О как! Признаться не ожидал. Но оно и к лучшему. Поспешно поднявшись, пока консул не передумал, чуть не вбежал в кабинет. И только в этот момент сообразив, что вот такое ребячество не пристало взрослому мужчине. Н-да. Только молодость и порывистость порой так и прут изо всех щелей.

— Что еще случилось? — Вперив в него строгий взгляд, поинтересовался консул.

— Я только хотел уточнить, коль скоро в отношении меня полиция не вынесла никаких ограничительных мер, я могу покидать остров?

— Несомненно. Но при прохождении необходимых таможенных и пограничных процедур.

— А если я пожелаю сделать это на известном вам катере?

— Он находится на вашем ответственном хранении. Если есть желание рисковать, извольте. Не смею больше задерживать.

Видно, что Демин греется и готов послать его к черту. Он-то небось подумал, что просьба о приеме связана с продолжением недавнего инцидента, а тут на тебе. Поэтому Борис поспешил ретироваться. От греха, так сказать.

Выйдя из консульства Измайлов направился в сторону летнего сада. Хм. Тут он вообще-то круглый год летний. Ну да не суть важно. На территорию его ясное дело никто не пустит. Это только для чистой публики и лиц их сопровождающих. Все как в России и любой другой цивилизованной страны, или колонии куда ступила нога белого человека.

Однако по наружному периметру у ограды расставлены лавки, которые находятся в тени деревьев как самого сада, так и посадок на тротуаре. Строятся здесь довольно вольготно, без оглядки на средневековую архитектуру, а потому и места хватает. Получается вроде и не сад и в то же время эдакая серединка на половинку. Тротуар широкий, стоят различные торговцы, из-за забора слышна музыка духового оркестра, мимо прохаживается различная публика.

Правда, для Бориса главное это музыка и возможность посидеть в тени, овеваемой легким морским бризом, отчего не так жарко. Народу на улицах прибавилось, сиеста прошла и люди потянулись из домов. Площадки кафе практически забиты. Впрочем, его туда не пустят, максимум на что он может рассчитывать это бистро. Есть между прочим и весьма приличные. Н-но… Понятно, в общем.

Присев на лавочку он в первую очередь вскрыл письмо. Развернул листок и в его руках тут же оказались две сторублевые банкноты. Хм. И как только их не скоммуниздили. Впрочем, бумага у конверта плотная, плюс само письмо. Сомнительно, чтобы можно было что-то рассмотреть на просвет. Так что, подобное воровство тут пока не процветает. Ну или ему повезло. Только зря они так-то. Если кто приметил бы денежку, то при таком наваре «потерять» письмо проще простого.

Едва начал читать, ровные строчки каллиграфического почерка Носова, как на него тут же обрушилась площадная брань Рыченкова. Он даже представил как это старый ворчун стоит над своим другом и настаивает, чтобы он непременно именно так и записывал, слово в слово.

Поток площадной брани сводился к тому, что они рады его обнаружению, а у самих стариков разбойников все в полном порядке. Причем настолько, что сумели малость привести в чувство Проскурина. Пока рано что-либо говорить, но на момент написания письма тот уже неделю не употреблял спиртное, заглядывая в рот новому коку, Капитолине Сергеевне.

Пристроив Бориса на «Тюльпан», Рыченков направился на один из дальних островов Ахтырского архипелага и присмотрел там одну древнюю проститутку. Вернее все же будет сказать, бывшую. Она уж давно была в прислугах в одном из борделей. В свое время была знатной мастерицей в своем ремесле. Помнил ее Дорофей Тарасович, еще по бытности своей.

Но годы берут свое, никуда не деться. Доживала свой век женщина, а уже и бабка шестидесяти годочков. Впрочем, так и не обзаведшаяся ни детьми, ни внуками. В приличных борделях подают не только плоть и вино, но можно имеется и своя кухня. Вот и кухарила, снисходительно посматривая на молоденьких козочек.

Предложение Рыченкова сводилось к тому, что он обеспечивает ей курс регенерации медицинским артефактом. Молодости это ей не добавит, но избавит от многих болячек. Не всех. «Аптечки» они разные бывают, причем не только по количеству зарядов, но и по качеству. Дальше все в ее руках. Сумеет охмурить старичка и пробудить в нем жажду жизни, будет ей и артефакт получше, и рост ступеней, и дополнительное возрождение.

Женщина думала недолго и дала свое согласие. Дальше дело техники. Уволить прежнего кока, да поставить на его место Капитолину Сергеевну. Что говорится, пустить козу в огород. Ну она и развернулась. Во всяком случае, пока все в полном порядке. И это радует.

Еще Рыченков интересовался, не собирается ли Борис возвращаться на «Тюльпан». Мол Елисей никуда не денется, примет обратно. А вот это пожалуй дудки. Измайлов не мог себе представить все свое сегодняшнее хозяйство в баталерке. Во-первых тесно. Во-вторых, темно, а ему нужен свет. Между прочим, специально выбирал светлую комнату. Как результат приходится терпеть лишения из-за жары. Третье, тишком да бочком при таких раскладах уже не получится. Наконец, исполнение обязанностей баталера все же съедает не так уж и мало времени.

Словом, он уже серьезно перерос свои прежние запросы. Даже сегодняшняя квартира едва покрывала его запросы. От жилья попросторней он точно не отказался бы. И ввиду изменившегося финансового положения, этот вопрос нужно будет пересмотреть.

Написали, что для связи лучше использовать обратный адрес на конверте. Взглянул. Вот значит как. Ахтырское княжество. Хотя имя указано Носова. Конспирация. Пожелание стариков сводилось к тому, чтобы он отправил на это имя телеграмму, с подтверждением своего местоположения и названием банка, в котором откроет счет. Дабы они могли выслать ему денег.

Советовали не задерживаться надолго в одном месте. Мол, покатайся по свету, поглазей по сторонам. Хотя конечно если бы под присмотром надежного человечка, то оно как-то спокойней. Ага. Как же. Сто процентную гарантию может дать только кладбище. Уж на что Елисей Макарович порвал бы любого как тузик грелку, ан нет, и на старуху бывает проруха.

Вспомнили и о патентах. Копеечка к копеечке капало исправно. И этот ручеек постепенно разрастался. В особенности гровера. На них и вовсе нашлись два покупателя, которые хотели выкупить права на корню. Но деды не повелись на сладкий пряник. И правильно сделали, между прочим.

Хм. Ему бы еще найти какой-нибудь вариант передать им права на все свои последующие изобретения. Но тут был небольшой затык. Не хотелось связывать с этими изобретениями свое новое имя. Пусть уж лучше все будет завязано на прежнем. Пока не окрепнет, лучше лишний раз не высовываться. То есть, придется отложить до лучших времен. Поди за годик ничего страшного не случится.

Закончив читать и перечитывать письмо, Борис вскрыл бандероль с самоучителем. Серьезный такой труд. Если опустить на голову, сотрясение головного мозга, при наличии оного, обеспечено. Открыл вступление и тут же испытал разочарование от обилия отсылок к различным трудам признанных мастеров кисти. А это означает одно. Опять придется оплачивать заказ и ждать пару месяцев, пока он дойдет сюда. И это в лучшем случае.

Одна надежда, что его одаренность все же скажет свое веское слово. Положительный опыт имеется. Ведь многое он познавал на интуитивном уровне. Потому как старики разбойники правы, не стоит ему слишком уж задерживаться на Вольвике. Да, пожалуй он все же сменит место пребывания. Денег у него пока в достатке, благо не шикует, а ведет достаточно скромный образ жизни.

С другой стороны, деньги лишними никогда не будут. Так то, выждет пару деньков, пока краска подсохнет, да повезет свои творения на продажу. Здесь выставлять как-то не хочется. В пределах ста миль есть два архипелага, под контролем Англии и Германии. Надо бы определиться, куда двинуть.

Сунул письмо во внутренний карман. Книгу под мышку. Дошел до урны и выбросил в нее оберточную бумагу. Ну как урна. Обычный деревянный ящик, обитый жестью и выкрашенный в зеленый цвет. Но! Нигде больше Борис ничего подобного не встречал. Он конечно мало где был. Однако полюбопытствовав у местных выяснил, что эта новинка только год назад появилась в Париже усилиями столичного градоначальника.

Губернатор архипелага решил не отставать и поспешил ввести новшество здесь. Штрафы за разбрасывание мусора просто конские. Так что, хочешь что-то выбросить, верти головой в поисках приметного ящика. Благо стоят они непременно на каждом перекрестке, а так же у всех заведений и магазинов.

А эт-то еще что за… Взгляд Бориса зацепился за троих французский военных моряков, беседующих со знакомым полицейским. Завсегдатай бистро Рауля, куда Измайлов сдавал мясо. И тот эдак подбородком кивнул в его сторону. Конечно не факт. Но на рейде стоит только крейсер «Кентена». Какая к ляду гордость! Ноги!

Борис отвернулся, и двинулся вверх по улице. Моряки за ним, размашистым шагом. Да целеустремленно так. Как пить дать, решили посчитаться. Вот же, укурки. Борис побежал. Оглянулся. Бегут за ним. Вообще-то убежать не проблема. Даром что ли изводил себя два года. За семь месяцев всю форму растерять еще не успел. А эти и курят, и алкоголь хлещут, так что всяко разно долго не продержатся.

Вот только все время бегать не получится. По ходу, полицейские решили пойти другим путем. Попросту сдали обидчика морячкам. Убить может и не убьют, но морду набьют качественно. Но ведь получиться может по разному. А там, своя рука владыка. Замотают дело, да подвесят его сушиться, пока само не отвалится. Только ему уже будет все равно.

Так что, нужно решать. Причем жестко, но желательно не радикально. Лишнее это. Вот что ему мешало после участка сначала вернуться домой за револьверами! Сейчас бы разобрался на раз, а там в консульство. Впрочем, туда он еще сбегает. Но потом. Пусть знают, что не все коту масленица.

Подпустил преследователей шагов до пятидесяти. Многоквартирный дом. Открытая дверь. Полутемная парадная. Забежал вовнутрь и сразу в угол.

Морячки влетели по очереди и тут же остановились. Слишком уж резкий контраст между светом и густым сумраком. Дыхание тяжелое. Видно, что бег дался нелегко. Так что, они ничего кроме себя не слышат. Если конечно же не шуметь слишком сильно.

А Борис и не собирался. Скользнул за спину последнему и с размаху опустил на голову книгу. Тот опал, словно тряпка. Вряд ли наповал. Но оглушило качественно. Второй резко обернулся, тут же получил ногой в пах и подвывая переломился вдвое. И вновь в дело ступила книга. Глухой удар и тело распласталось на товарище.

Третий выхватил нож, но с атакой вышла заминка, так как нужно было перебраться через бесчувственные тела товарищей. И вновь в дело вступила книга. Борис попросту швырнул ее в лицо моряка и тот среагировал ожидаемо, отбивая летящий в него предмет. Незначительное, но все же преимущество, если не ловить ворон. Борис подался вперед и выбросил перед собой ногу метя в душу.

— Хек-к!

Мужик не переломился, лишь отступил на пару шагов, но дыхание его все же сперло. Приходя в себя машет перед собой ножом. Никаких сомнений, в себя придет быстро. Похоже Борис слегка смазал удар.

Пока мысль об этом проносится в голове со стремительностью молнии, он перешагнул через бесчувственных противников сдергивая через голову пиджак. Захлестнул им руку с ножом. Треск взрезаемой ткани. Не еда. Главное, оружие временно нейтрализовано. Вновь удар ногой, на этот раз в живот, вкладывая в него всю массу тела. Мужика опрокинуло на деревянный пол. Навис над ни и на добивание кулаком по затылку. Стук головы о пол. Тишина. Только надсадное дыхание самого Извайлова.

Наклонился над обеспамятевшим и пощупал живчик. Порядок. Двое других так же живы. Надел пиджак с прорехой, подобрал книгу с резаной дырой. Осмотрелся. Хорошо все же, что среди этой троицы не оказалось какого-нибудь быка. Не то, сомнительно, что получилось бы управиться.

Опять подумалось о револьверах. Но это потом. А сейчас бегом в консульство. Демин его точно прибьет. Но лучше он, чем оказаться в камере с сомнительными перспективами оттуда выйти. Мало ли какие разборки случаются между уголовниками. И вообще, арестанты имеют дурную привычку вешаться. Это он конечно нагнетает, но кто его знает, насколько сильно обиделся капитан «Кентена». По ощущениям сильно. А потому, лучше перебдеть, чем недобдеть.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:32 | Сообщение # 4
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 3

Неожиданное предложение


Знакомая приемная. Только на этот раз он тут не по своей воле, а вызван. В смысле приглашен, конечно же. Хотя смысл от этого не больно-то и меняется. Он не дворянин, чтобы отмахиваться от подобного. Да даже купец, несмотря на свои капиталы, десять раз подумает, прежде чем поступит подобным образом. Так что, едва получив весточку, Борис тут же поспешил предстать перед очами консула.

Ну, он-то допустим поспешил. А вот их благородие не спешат что-то его принимать. Сидит в приемной уже битых два часа. Хорошо хоть вентилятор на потолке исправно работает. Не сказать, что прямо хорошо, но все же прохладней чем в его квартире. Впрочем, там он может себе позволить находиться в легкой свободной рубахе. Тут же вынужден находиться в пиджаке. Уже новом. Сюртук по статусу не положен. Ага. Все-то у них тут так. Те же купцы в кафтанах и никак иначе.

С момента инцидента с французскими моряками прошло четыре дня. Вопреки ожиданиям Бориса, внешне все прошло тихо и гладко. Правда в узких кругах буря поднялась нешуточная. Там вроде как едва даже до поединка не дошло. Уж больно Демина задело то, что его решили проигнорировать. От заверений капитана и комиссара, что они не в курсе выходки их подчиненных Павел Максимович попросту отмахнулся. Это не имеет никакого значения. Они несут всю полноту ответственности за своих людей. Точка!

О поднявшейся буре ему по секрету поведала служащая Алина Витальевна. Ей даже где-то было жаль молодого человека попавшего в жернова сильных мира сего. Оно конечно местного разлива. Но и этого более чем достаточно.

Несмотря на то, что крейсер «Кентена» вчера покинул рейд, похоже ничего не закончилось. И яркое тому подтверждение вот этот вызов. Похоже высокие договаривающиеся стороны пришли к некоему консенсусу. Измайлова же вызвали, чтобы обозначить его дальнейшие действия.

Небольшой колокольчик на углу письменного стола тонко тренькнул, возвещая о том, что хозяин кабинета призывает к себе секретаря. Борис глянул на настенные часы. До обеденного перерыва пятнадцать минут. А там сиеста и раньше четырех вечера ни о каких делах не может быть и речи. Неужели его теперь будут донимать постоянными вызовами и держанием в приемной, пока он не плюнет и не покинет Вольвик. Вообще-то, он уже готов. Вообще никакого желания появляться во французских владениях.

— Павел Максимович вас ждет, — произнесла вышедшая из кабинета девушка.

Поднявшись со стула хотел было поозорничать и подмигнуть красавице. Но вовремя спохватился. Это не Алина Витальевна из разночинцев. Не поймут-с. Из благородных будут, к тому же замужняя-с. Поэтому просто поблагодарил и прошел в высокую дверь.

— Здравствуйте, Павел Максимович, — войдя и отвесив приличествующий поклон, поздоровался Борис.

— Здравствуй, любезный. Ох и задал же ты мне задачку, — сразу взял быка за рога консул.

— Я не желал причинять вам неудобства, ваше благородие. И в мыслях не было. Но право, не мог же я стоять и ждать пока меня прирежут. Понимаю, что в этом случае у вас головной боли было бы поменьше. Но мне как-то жить хочется.

— Да понимаю, я тебя братец. Понимаю. Хорошо хоть не удумал никого на тот свет спровадить. Все легче. Вот, держи, — протягивая бумагу, произнес консул. — Это решение французской комиссии по призовому праву. Учитывая то, что ты находился на одной из воюющих сторон и дезертировал, руководствуясь международным правом, спасая незаконно удерживаемых гражданских и прочая, и прочая, комиссия решила что ты можешь владеть захваченным тобой катером на праве приза. Но при этом в ты обязан уплатить трехдневный срок пошлину в пятьдесят франков. Или же, передать судно Франции за вознаграждение в двести франков. Решай сам.

Сумма вроде как и солидная, но это если позабыть об одном нюансе. Подобный катер стоит больше тысячи франков. Цена самого корпуса не больше двух сотен. Остальное приходится на паровую машину автомобильного типа.

Кстати, если продать, то выйдет гораздо больше. Так что, все за то, чтобы уплатить сбор и оформить катер на себя. Иное дело, что потом придется долго искать покупателя. Все же сумма немалая. Если только ни повезет и в порт войдет судно потерявшее свое маломерное паровое суденышко. Сегодня иметь их на борту не прихоть и не мода, а необходимость.

— Благодарю, — принимая бумагу, только и смог произнести Борис.

— И вот что, братец. У тебя есть эти же самые три дня, чтобы покинуть Вольвик. Как раз послезавтра намечен выход английского парохода «Дункан». И лучше бы вообще не появляться во владениях Франции. Ну или эдак, с большой оглядкой. Господин де Линь, весьма злопамятная личность, с хорошими перспективами карьерного роста. Учти это.

— Я все понял, ваше благородие. Позвольте вопрос?

— Ну?

— Я обязан покинуть остров на этом пароходе или могу выбираться по способности?

— Ты ничего не обязан братец. Более того, если желаешь проявить упорство, можешь остаться на Вольвике. Только учти, что тебе тут не рады, а консул может прикрыть далеко не от всех неприятностей.

— То есть, я могу не продавать катер?

— Можешь. Хотя я бы продал не задумываясь. Путешествовать в одиночестве на такой малютке, дурная затея, братец. Тем более, вблизи сомалийских архипелагов. Впрочем, это уже решай сам. Не смею задерживать.

Итак, ему тут не рады. Ну, в принципе чего-то подобного и следовало ожидать. Признаться он уже и сам подумывал убраться отсюда. Причем подальше от французских и итальянских владений. А в этих краях практически все архипелаги находятся под их рукой. Собственно и война-то началась из-за оспаривания одного единственного острова с обнаружившимися богатыми залежами антрацита. А уголь здесь и сегодня, это серьезные перспективы и толчок к экономическому росту. Словом, то еще яблоко раздора.

Однако есть парочка архипелагов принадлежащие Англии и Германии. Почти равноудаленные от Вольвика, в диаметрально противоположных направлениях. Конечно пробираться все одно придется меж владений Италии, Франции и никому ненужных островов. Номинально они конечно принадлежат одной из сторон. Но на деле до них нет никому дела и аборигены проживают там своим укладом. Ну и пиратствуют. Не без того.

Кстати, бриты непременно влезли бы в эту свару, благо имеют базу на которую можно опереться. Разработка месторождений каменного угля, да еще и высокого качества неизменно ударит по их кошельку. Основные поставки черного золота замкнуты на них.

Однако пока предпочитают оставаться в стороне. Русские имеют дурную привычку строго следовать букве достигнутых договоренностей. А значит, в случае вмешательства третьей стороны непременно придут на помощь Франции. Что чревато большой войной.

В любом случае пока идет конфликт, ни о каких разработках угольных копей не может быть и речи. Да и после ее окончания, наладить промышленную добычу, это далеко не два пальца об асфальт. А если начнутся разного рода неприятности типа эпидемий, разбойных налетов, бунтов среди рабочих. В конце концов все может просто загореться. Конечно поджечь угольные пласты вот так в одночасье не получится, но это ведь смотря как стараться.

Отчего он уцепился именно за самостоятельное путешествие? А разве тысяча рублей чистой прибыли недостаточные основания? Люди рискуют жизнями и за куда меньшее. Так что, оно того стоит. Однозначно.

Итак, необходимо выбрать куда именно направиться. Ну вот не хотелось ему избавляться от катера. Наоборот, примысли о путешествии, в груди екало и под ложечкой появлялся зуд нетерпения. Какая уж тут к ляду каюта на пароходе! Своим ходом, под парусом! Едва представил себе это, как по спине пробежалась волна возбуждения.

Это он серьезно так заболел морем. И уж тем более, после того, как научился управляться с парусами. Не сказать, что Борис сравнится с известными путешественниками яхтсменами. Но и они ведь с чего-то начинали. Тем более, что в океан он пока выходить не собирается. Пока? Хм. Ну что же, будет время, будет пища.

А выбирать пожалуй нужно английские владения. По меньшей мере, он хоть как-то знает язык. Чего не сказать о немецком. Вот уж где кроме «хендехох» и «Гитлер капут» он ничегошеньки не знает. А, ну еще школьную присказку — дер квакен, дер болотен, дер шлеп, дер шлеп, дер шлеп.

Хотел было не откладывая в долгий ящик направиться в резиденцию губернатора, чтобы уплатить пошлину и получить документы на право владения катером. Но вовремя сообразил, что вот-вот начнется полуденная сиеста и ничего-то ему не светит. Поэтому пошел к себе на квартиру, с попутным заходом в бистро. Нужно же пообедать, а то какая работа с урчащим животом.

Сон после обеда он считал дурной затеей и напрасной тратой времени. Потому как тогда световой день насмарку, а писать при керосинке, даже с зеркальным отражателем идея не из лучших. Ночь как раз лучше посвятить сну.

Поэтому послеобеденное время он посвятил картинам. Заодно успел довести последние штрихи на двух остававшихся незавершенными полотнах. Теперь дат им просохнуть, и порядок. За пару дней они конечно полностью не высохнут. Но по меньшей мере будут готовы к транспортировке. Кстати, надо бы заказать специальные ящики, для их перевозки. Что-то вроде пчелиного улья с рамками.

Вопрос с оформлением документов решился на раз-два. Выложил требуемую сумму, ему тут же выписали бланк из которого следовало, что отныне он владелец парового катера. Все. Свободен как ветер.

Навестил плотника, рассказал, что именно ему нужно. Тот уловил смысл сразу. Размеры рамок у него были и так, поэтому обещал все изготовить в лучшем виде.

Далее направился в порт. Катер дело хорошее, но помнится натерпелись они неудобств. Поэтому не помешал бы парусиновый тент на сборном каркасе. Он и от солнца прикроет и случись дождь можно переждать. А еще натянуть его между бортами, что поможет избежать заливания волной. Не полностью, но существенно.

Кроме того, решил увеличить топливный бак. Он один, места ему много не надо. А вот топливо лишним не будет точно. Тем более, что оно жидкое. Это с углем проблем практически никаких. А вот с нефтепродуктами есть кое-какие трудности. Правда, при случае можно обойтись и маслом. Но теплотворность у него серьезно уступит печному топливу, а как следствие повышенный расход и меньший запас хода.

Лодочный мастер выслушал все, что от него требовал заказчик с олимпийским спокойствием и предложил не маяться дурью, а взять простую деревянную бочку из под керосина. Дополнительный объем почти в сто пятьдесят девять литров топлива обеспечит порядка тридцати трех часов непрерывной работы машины при экономичном ходе. А это ни много ни мало, порядка двухсот шестидесяти четырех морских миль.

Оставалось только купить печное топливо. Впрочем, стоило оно не так дорого. Так как являлось всего лишь отходами поучаемые при выделении столь необходимого в быту керосина. И представляло собой смесь из различных фракций. Его выход в разы выше, чем у керосина, и далеко не весь он находит своего потребителя. Все еще имеет место практика выжигания. Когда емкости под отходы переполняются излишки просто сбрасывают в море и выжигают. Как по мнению Бориса, натуральное варварство. Но местных пока вопросы экологии не волнуют.

Потом прикинул, как он будет расхаживать с здоровенным ящиком для картин. Понятно, что плотник наберет его из тонкого штакетника. Но на круг все одно получится изрядно. Извозчик это прекрасно, но он ведь проедет не везде. Борис не дворянин, чтобы с ним считались служащие порта и пропускали на территорию. Вывод. Придется переть эту бандуру на себе. Ну или переносить картины по частям.

Носильщики положены только господам. Попробует хоть один из них подхалтурить перевозя вещички черни. Вылетит со своего места как пробка из бутылки. Для них есть возчики с громоздкими повозками и большими колесами. Серьезный агрегат, если не сказать больше.

Стоп. А ведь действительно, он не видел ничего компактного. Вообще это мысль. Вдруг получится выклянчить у системы еще одно очко. С этими мыслями он направился в велосипедный магазин. Отойдя в отдел запчастей, он купил заднюю ось с двумя колесами от детского трехколесного велосипеда.

Покинув магазин он пошел прямиком к столяру, и вооружившись блокнотом нарисовал ему что именно желает получить. Должно было выйти не такое легкое изделие как из тонкостенных труб, но в общем и целом, вполне приемлемая складная тачка. И на катере места много занимать не будет. Словом то, что надо.

Впрочем, на самотек это дело он не пустил. Мало ли, что он мог упустить в процессе прорисовки чертежа. На практике он всегда что-нибудь да вылезет. Столяр упершись в проблему может решить ее на свой манер. Причем ему придется над этим ломать голову. Борис же, зная, что ему нужно сможет принять решение сходу.

Правда столяр воспротивился было подобному подходу. Но заверение, что на размере его заработка это никак не скажется, успокоило мужчину. Поэтому нахождение в мастерской им было воспринято вполне благосклонно. А уж когда он убедился в том, что парень знает с какой стороны браться за инструмент, то и вовсе успокоился.

Как и предполагал Борис, изделие получилось громоздким и тяжелым. Разумеется, в его понимании. Он четко представлял какими именно должны были быть изменения. Но тем не мене изделие работало. Даже полочка складывалась, благодаря небольшим дверным петлям, установленным в несъемном положении.

Он гений! В смысле, он конечно же вроде как и так гений. Н-но-о… Понятно в общем. Плюс семь тысяч опыта и заветное очко характеристик, что говорит о важности изобретения. Столяр, осматривал получившееся изделие. И уже прикидывал как его можно облегчить его еще больше. А главное как использовать, кроме перевозки ящика, короба и чемоданов. Получалось, много чего. Весьма удобная в хозяйстве штука.

Деньги за работу столяр брать не стал. Никаких сомнений, на некоторое время его мастерская перейдет на изготовление вот таких изделий. Он не опасался неприятностей из-за отсутствия лицензии на изготовление тачки. Ну кто станет гоняться за каждым ремесленником. Глупо же. Вот если какое мало-мальски серьезное производство, тогда совсем другое дело. А ремесленники кустари… Смешно, ей богу.

Параллельно с этим он изучал полученную книгу. Пришлось конечно ее подлечить. Ибо досталось увесистому учебнику в ходе известного инцидента. Но ничего существенного. Как любил говаривать один его знакомый, на ход не влияет.

Зато выяснилась одна приятная деталь. Лекций собранных в самоучителе оказалось вполне достаточно для усвоения материала. О многих моментах в них упоминалось вскользь, лишь общими фразами. Но в случае с Измайловым, ему хватало даже этих намеков, порой достаточно жирных, а нередко и едва различимых, чтобы находить правильные ответы.

Напрягало то, что там были отсылки к конкретным примерам, то есть полотнам, где можно было увидеть воочию технику и результат письма. Каждый раз упоминалось несколько примеров, с отсылками в галереи где выставлялись полотна. Только у него не было возможности их посещать. А потому снова и снова приходилось доверяться своей интуиции экспериментировать, получать результат, зачастую не удовлетворяющий его восприятие, и повторять все снова.

Впрочем, как бы ему не хотелось, а уделять достаточно много времени изучению живописи он не мог. Что поделать, его одолевали иные заботы, и поджимали сроки. Время негласного ультиматума истекало и лучше бы уложится в обозначенные рамки.

Стук в дверь отвлек его от очередного эксперимента со светом. В нем все росла убежденность, что вот сейчас он непременно получит искомый результат. От усердия он даже приоткрыл рот и высунул язык. Поэтому ничего удивительного в том, что робкий стук заставил его едва ли не вызвериться. Попробуйте одернуть человека увлеченного чем-то с головой. Рад он этому не будет точно.

Резко распахнув дверь, он увидел простого мальчишку, лет двенадцати. Такие нередко крутятся вокруг присутственных мест, в надежде заработать какую мелочь на посылках. Держать постоянного курьера накладно. Вот и пользуются услугами мальцов. Случаи утраты корреспонденции были кране редкими. Детвора пробавляющаяся этим подрастала и уходила во взрослую жизнь, на их место становились другие, но приемники строго следовали прежним традиций. Ведь если у клиентов не будет доверия, то не станет и промысла. Так что, способ проверенный и достаточно надежный.

— Месье Измайлов?

— Да, это я.

— Это вам, — с легким поклоном произнес малец.

Борис достал из кармана мелкую монетку и сунул в детскую ладошку. Делать это совсем не обязательно. Отправитель уже оплатил услугу. Но Борис иначе поступить не мог. Впрочем, это было свойственно многим. Подобное двойное вознаграждение побуждало посыльных быть куда расторопней.

Хм. Итак, что-то изменилось. Его вызывал консул. Отъезд Борис запланировал на рассвете. Отбыть необходимо немедленно? В принципе у него уже все готово. Остается только добраться до порта и развести пары. Так что, тут проблем никаких. Если только еще чего не случилось.

На этот раз его в приемной держать не стали. Едва он появился, как секретарша скрылась за дверью и тут же вышла обратно приглашая его пройти. И данное обстоятельство его напрягло особо. Вот куда он опять вляпался!?

— Здравствуйте, Павел Максимович.

— Здравствуй братец. Как твои дела?

— Если вы имеете ввиду мой отход, то я убываю завтра на рассвете.

— Похвально. Радует, что мы друг друга поняли. Борис Николаевич, у меня есть к тебе просьба.

Ого! По имени отчеству! Его! И что же такое сдохло в мировом океане, коль скоро творится эдакая невидаль.

— Я готов помочь, если только это в моих силах.

— В твоих, братец. Даже не сомневайся. Ты ведь знаком с Бочкаревой?

— Алиной Витальевной?

— Именно. Дело в том, что вчера вечером на нее напали на улице. Двое пьяных моряков отчего-то решили, что перед ними девица легкого поведения и были слишком настойчивы. Защищаясь она пристрелила их обоих. Ей удалось сбежать. Но ее хорошо рассмотрели несколько свидетелей. Уверен, что полицейский художник уже составил словесный портрет. Ее поимка всего лишь вопрос времени.

— Но ведь она защищалась.

— Братец, ты можешь поверить в то, что я имею возможность ее отстоять, но не стану этого делать?

— Н-нет, — вынужден был признать парень.

— Она будет ожидать тебя на мысу Ленуа. Вот возьми, — выложил он на стол пятидесятифунтовую банкноту.

— Благодарю, но я сделаю это не за плату.

— Не сомневаюсь, Борис Николаевич. Но деньги тебе все же не помешают. Так что, как говаривал один бродяга — дают, бери, бьют, беги. Завтра, на мысу Ленуа.

— Непременно, Павел Максимович.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:32 | Сообщение # 5
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 4

На мысу Ленуа


Утро выдалось пасмурным. Ч-черт. Всю неделю стояла ясная погода. Да она тут летом редко пользуется. Ага. Январь на дворе, а у них лето. Южное полушарие. Такие дела. С другой стороны, не так уж далеко от экватора, поэтому тут с временами года полный швах. Вот и мучается от нескончаемой жары. Впрочем, должен признать, что уж успел малость попривыкнуть и от тех мучений, что были вначале, не осталось и следа.

Но как бы то ни было, случались и здесь непогожие деньки. И обычно они сопровождались волнением на море. Ну или штормами. Вот уж чего не хотелось бы. Взгляд сам собой зацепился за отрывной календарь на стене. Твою в гробину душу мать нехай. Тринадцатое января! Пятница! Здесь у этой даты был свой символизм.

Ну вот кто ему мешал отбыть не сегодня, а вчера? И ведь завтра уже не получится. Так-то он мог вполне выйти из порта, пройти вдоль берега и пристать у какой-нибудь рыбацкой деревушки. Ясное дело, что его приметили бы армейские патрули. Время военное, а потому территорию постоянно патрулируют. Плюс устроены стационарные наблюдательные посты с системой оповещения. Но документы у него в порядке, а потому неприятности не успели бы его нагнать. Уже завтрашним утром он отбыл бы восвояси.

Однако, ввиду повисшей на его шее девушки, поступить подобным образом он не мог. Нужно спасать Алину Витальевну. А чертова дюжина… Да и пусть ее. Катер у него хороший. Опять же, есть поблизости острова, где можно переждать непогоду. Да и непогоду ли. Ну пасмурно. Однако на улице вроде бы ветра нет.

По очереди спустил вниз свой ящик с картинами. Вслед за ним последовала большая парусиновая сумка в форме саквояжа. И повисши на плече чехол с английской винтовкой. Снести все это разом у него пупок развязался бы.

Зато внизу, под удивленным взглядом хозяина квартиры, он разложил свою тачку и погрузив на нее вещи спокойно покатил по мостовой. Найти извозчика в столь ранний час было практически нереально. Если только у борделя. Только там кутили до утра. Впрочем, судя по полной тишине, сопровождавшей его на припортовой улице, извозчика сейчас найти можно только у гостиниц. И то сомнительно.

Н-да. Вот так смотришь вокруг и невозможно поверить в то, что эта пустынная улица, от стен домов которой отражаются его одинокие шаги, и есть сосредоточие порока и греха этого города. Впрочем припортовая улица не способна избавиться от следов указывающих на ее природу. Свежие лужи блевотины, битое стекло, подтеки ставшиеся от пролитого пива, бурые пятна очень похожие на кровь и повсюду мусор.

Еще пара часов и служащие заведений начнут мести и отскабливаться улицу. Часов в семь здесь появятся блюстители порядка. Во избежание неприятностей с наступление темноты они стараются здесь не появляться. Эдак и сами пострадают, и какого перепившего бедолагу подведут под монастырь. Так что, в ночь это варево бурлит в своем котле без какого-либо контроля.

— Месье Измайлов, бригадир национальной полиции Нуаре, — приставив два пальца к обрезу цилиндрической кепки, представился крепко сбитый мужчина средних лет.

У него за спиной стоят еще парочка, званиями поскромнее. Стажеры. Вообще, все что касалось званий иностранных государств, для Бориса было темным лесом. Он попросту не понимал, к чему было так изгаляться. Впрочем, они наверняка тихо дуреют с русской системы званий. Так что, тут они пожалуй квиты.

— Очень приятно, бригадир, — останавливаясь и приподнимая фуражку произнес Борис. — Я в курсе, что мне лучше покинуть порт еще до того, как славные жители этого города выйдут на улицу. И как видите, я уже на пути выполнения данного условия.

— И это похвально, — проигнорировав ироничный тон парня, с самым серьезным видом произнес полицейский.

— В таком случае, я пойду?

— Откройте ваш ящик.

Измайлов без возражений позволил досмотреть все свои вещи. После чего стражи порядка сопроводили его до катера, который так же подвергся обыску. Хотя, чего там обыскивать. Небольшой носовой отсек под капотом с небольшим люком, да дополнительная бочка под топливо. Даже палубы нет.

— Господин бригадир, если вы скажете, что ищите, может я смогу вам помочь? Я еще не сошел с ума ссориться с властями и полицией в частности.

— Мы ищем служащую русского консульства, госпожу Бочкареву.

— Алину Викторовну?

— Вы ее знаете?

— Разумеется я ее знаю. Но, что она натворила.

— Позавчера ночью совершила двойное убийство на припортовой улице.

— Где?

— Вас не удивляет, что она убила двоих человек?

— Это меня меньше удивляет, чем само место, — откровенно ответил Борис.

— Приличная девушка?

— До этого момента у меня не могло быть и тени сомнений по этому поводу, — искренне ответил он.

— Берегись скрытного человека и не лающей собаки, — пожав плечами произнес бригадир.

С французским у Бориса не очень, но он все же без труда узнал эквивалент русской поговорки — в тихом омуте черти водятся. Вот уж и впрямь, не в бровь, а в глаз. Ведь голову был готов отдать на отсечение в том, что Бочкарева порядочная девушка, а тут вдруг такое. Да шок просто!

— Прошу прощения. Ящик понятно. Она туда поместилась бы. Но к чему было обыскивать мою сумку?

— На предмет женских вещей. Все нормально, можете отходить. Н-да. Хотя я такое решение умным не назову, — окинув взглядом пасмурное небо, произнес он.

— Боюсь, что если я немедленно не выйду в море, то уже к вечеру буду в камере.

— Скорее к полудню, — не стал его разочаровывать Бригадир.

— Ну вот видите, — разведя руками, произнес Борис.

— Удачи, господин Измайлов. Моя рука говорит о том, что она вам понадобится.

Кинул два пальца к обрезу кепи, подал знак своим помощникам и они направились по деревянному настилу причала к берегу.

— Здорова, Борис, — когда полицейские ушли, подошел к нему сторож с дробовиком на плече.

Мужик средних лет, довольно крепкого сложения следил за сохранностью яхт лодок и катеров частных владельцев. За что те вносили плату в портовую кассу. Впрочем, не забывали подбрасывать мелкую монету и непосредственно сторожам, поощряя их таким образом к более ревностному исполнению своих обязанностей.

— Привет, Поль.

Запалив горелку котла и оставив ее прогреваться, Измайлов поднялся на причал и не чинясь пожал руку сторожу. Эти в основном из неудачников и зачастую из пропойц. Вот отдежурит худо-бедно свою смену и непременно побежит пропивать заработок. На дежурстве ни-ни. А то ведь желающих на это место столько, что только оступись, вмиг вылетишь.

— Уезжаешь?

— Прогоняют, — сунув мужику мелку монету, ответил Измайлов.

Вообще-то, мог бы и не давать денег. Он ведь здесь больше не появится. Но вот не смог. От него не убудет. А Поль, хотя и любитель заложить за воротник, службу нес исправно. В полицию никого не сдавал. Ибо неправильно это. Но мелких воришек гонял исправно. Так чего обижать-то напоследок.

— Это понятно. По своей воле в такую погоду в море лучше не выходить. Ты вот что, пробеги вдоль берега, тут милях* в трех есть небольшая бухточка, с высокими берегами. С суши тебя рассмотреть можно, только если встать на самый край скалы. У меня все кости ломит, точно тебе говорю, будет даже не шторм, а буря.

*Французская миля — 2,22 км

— Спасибо, так и сделаю. Ну, прощай.

— Удачи.

Они вновь пожали друг другу руки и сторож пошел к своей будке.

Из гавани вышел под парами. Не хотелось бы вот так, на старте расходовать топливо. Только ничего не поделаешь. Небо затянуто серой хмарью, но исчез даже слабенький бриз, дувший со стороны берега. Вот так и напрашивалось — затишье перед бурей. Борис не суеверный, но даже он посчитал, что для сегодняшнего дня и без того хватает дурных примет, чтобы поминать еще что-то.

Бывают такие моменты, когда даже прожженные атеисты взывают к боженьке, потому как иной надежды попросту нет. Вот и сейчас, слишком у много разного негатива свалилось в одну кучу, чтобы от всего этого отмахиваться.

И куда его черти несут? А главное, объяснил бы кто, что с ним творится? Только полный придурок будет желать шторма, покидая надежную стоянку в утлом суденышке. Но вот ловит себя на том, что с одной стороны откровенно боится возможного шторма, с другой стороны жаждет его, и уж точно ни в коем случае не отвернет.

С выходом в море ничего не изменилось. Пасмурное небо, полный штиль и бодро рассекающий водную гладь «Садко». Имя катеру он дал буквально вчера, выведя его на борту славянской вязью. В принципе в этом нет никакой необходимости. В документах значится паровой катер и его размерения. Все. До более детального документирования столь незначительной собственности дело еще не дошло. А потому и название суденышка дело сугубо личное, не регламентируемое никакими правилами.

Мыс Ленуа находился в пяти милях от города. Не морских, зато французских, а они побольше будут на четыреста метров. Уже с полвека как де факто на морских просторах победила английская система мер. Бог весть, как лаймам удалось этого добиться. Возможно причина в том, что они всегда имели самый многочисленный флот. А еще, благодаря налаженному выпуску навигационных приборов и принадлежностей, развитая и довольно точная картография. Как бы то ни было, но наряду с национальными мерами расстояний, все активно пользуют и британские. Как и их карты.

По морю до точки придется проделать не меньше десяти миль. На этот раз морских. С учетом экономичной скорости катера в восемь узлов, расчетное время прибытия через час с четвертью. Но скорее всего дольше. Торопиться, даже с учетом портящейся погоды причин никаких. Правильно сказал Поль, забьются в бухточку, да переждут напасть. Знает он это место, благо покатался вдоль берега.

Он был уже в паре миль от мыса и даже начал изучать его в трубу, дабы приметить девушку. Как вдруг услышал выстрел. А наведя оптику приметил и дымок, плавно поднимающийся в небо, при полном безветрии. Следом еще один. Еще. Перестрелка вспыхнула как тот самый порох, разом превратившись в частую трескотню.

Алина Витальевна заняла позицию как раз на самом мысу, эдакого клина, вдающегося в море метров на двести. Со своей позиции она имела возможность простреливать пространство перед собой, ровное и открытое как стол. Борису не видно, но опять же, он там бывал. Кроме того, она могла вести огонь и по узкой полоске пляжа, с обеих сторон подбирающихся к вершине.

Из-за высокого берега нападающих Измайлову видно не было. Но никаких сомнений, что они наступали. Уж больно скорую стрельбу вела Бочкарева. Винчестер. Никакое другое оружие не способно предоставить подобную скорострельность. Правда, при условии наличия удобной позиции. Скоба Генри для комфортной перезарядки требует простора.

Борис увеличил подачу топлива на форсунки и одновременно с этим, переместил вентиль подачи пара, в положение полный ход. «Садко» ощутимо начал прибавлять в скорости. Вода звонче заструилась вдоль бортов. Н-да. Укрыться в уютной бухточке уже не получится.

Экая она боевитая! Волей-неволей восхитишься. Расстреляв патроны из трубчатого магазина, она довольно споро восполнила боекомплект и вновь открыла огонь. Слышались и ответные выстрелы. Правда, не так часто, как палила она. Однозарядки серьезно проигрывали магазинной двенадцатиразрядной винтовке.

Вот интересно, она там хоть что-то видит? Позицию девушки затянуло сизое облако порохового дыма. Девушка прекратила стрелять, загоняя в магазин патроны, оглянулась в его сторону. Бог весть, рассмотрит ли она, но Борис поднял руку и помахал, давая понять, что он спешит на помощь. Увидела. Помахала в ответ и опять вернулась к своей винтовке.

Он правил прямо на мыс, а потому видел оба пляжа сходящихся углом к вершине мыса. С обеих сторон бежали по два морпеха. Измайлов видел их как на ладони, но поделать ничего не мог. Слишком далеко. У него не возникло даже тени сомнений, стоит ли помогать Бочкаревой. Вопрос был только в том, как это сделать. Пока, все что он мог, это выжимать из машины всю ее мощность до последней капли.

Девушка заметила опасность и метким выстрелом подстрелила одного из тех, что приближались справа. Второй поспешил укрыться за камнями. Пробираться через их мешанину куда безопасней, но не идет ни в какое сравнение с влажным песком, ровным как асфальт.

Морпехи слева встали на колено и попытались достать девушку, выстрелив чуть не дуплетом. Однако, с результативностью у них оказалось так себе. Пули выбили облачка пыли из камня, за которым укрывалась девушка. Дожидаться результата они не стали, поспешив покинуть пляж и укрыться среди валунов. Алина Витальевна еще успела выстрелить прежде чем они скрылись, но не попала. Приподнялась над урезом, сделала два поспешных выстрела, скорее всего, чтобы обозначить, что она контролирует обстановку. И вновь посмотрела на Бориса, поспешно заталкивая патроны в боковое окошко.

К берегу Борис подошел со стороны, где на пляже оставался только один морпех. И уходить намеревался так же, под углом. Чтобы мыс прикрывал его от парочки, укрывшейся в камнях. Бочкарева видела подходящий катер, но покидать свою позицию не спешила. Вот и умница. Не хватало только, чтобы она весело повизгивая бросилась к спасению. Эдак их тут тогда обоих положат.

Выстрел! Над камнями на склоне поднялось облачко дыма, а мимо Бориса прожужжала пуля. Француз решил достать Измайлова спешащего на выручку. Ему уже пожалуй и наплевать на то, что эта девица ухлопала в городе пару забулдыг. Зато не безразлична гибель как минимум одного товарища, все так же неподвижно лежащего на песке.

Борис подхватил винтовку и прицелился в то место, откуда был произведен выстрел. Ветра нет. Дистанция порядка двухсот метров. Оружие пристреляно. Позицию это воин не сменил. Измайлов отчетливо видит частично выглядывающую красную кепи. Он даже может в нее попасть. Другое дело, что нет уверенности, в поражении самой цели. Есть. Красное пятно приподнялось, а под ним обозначилось светлое. Борис потянул спуск. Винтовка привычно толкнула в плечо, а перед ним возникло сизое облако, которое тут же сместилось, накрыв самого стрелка, а затем осталось позади.

Рассматривать результат некогда. С одной стороны, присутствует уверенность, что попал. С другой, вот он берег, и пора перехватывать управление катером, иначе выскочит на песочек, чего допустить никак нельзя. Им только с мели сдергиваться не хватало.

— Алина Витальевна, вниз! — перекладывая реверс и пуская «Садко» в левый разворот, выкрикнул парень.

Девушка поняла его правильно. Сделала несколько поспешных выстрелов, как по фронту, так и по флангу, одаривая своим вниманием всех преследователей. Они не дураки, прекрасно понимают, чем это вызвано, так как видели подход катера. Иное дело, что достать его не могли, а теперь он в мертвой зоне. Так что, сейчас начнут менять позицию. Но несколько секунд она несомненно выиграла. Осталось этим воспользоваться.

Бочкарева подхватилась и побежала вниз по склону. Оставалось только удивляться, как ей удается скакать козочкой, будучи в юбке и туфельках на среднем каблучке. Борис пожалуй проиграл бы ей будучи в штанах и более удобных ботинках. Хотя-а, справедливости ради, это относилось к тому, прежнему Борису, из привычного и родного ему мира. В этом, он пожалуй обставил бы ее. Но справедливости ради, все же не с легкостью.

Бог весть, отчего он думал именно об этом. И еще непонятней с какого перепуга залюбовался молоденькой красоткой, демонстрирующей даже не столько ловкость, сколько грацию. И это в то время, когда положение у них, мягко говоря не очень.

Катер как на ладони. Над урезом обрывистого берега появился один из морпехов и вскинув винтовку выстрелил в девушку. Стреляй он в Бориса и возможно обился бы результата, потому как суденышко уже замерло на зеркально неподвижной водной глади. Время для прицеливания у него было. Но тот предпочел выбрать девушку и пуля лишь выбила из камня облачко пыли и каменной крошки. Зато Измайлов вскинув свою Мартин-Генри не промахнулся, всадив кусок свинца ему точно в грудь.

Перезарядился и появление следующего уже не пропустил. Хотя и промахнулся. Старый вояка распластался в траве, едва только увидел облачко выстрела. Так что пуля лишь сбила его кепи.

Вместо того чтобы броситься к катеру, девушка подбежала к одному из валунов из-за которого выудила кожаный саквояж. Нечего сказать, удачно он подошел к берегу. А если бы она оставила свои пожитки с другой стороны мыса? Вот было бы веселье, ибо по ее виду было понятно, вещички она не бросит.

Пока Бочарева добиралась до катера, он успел выстрелить еще трижды. Каждый раз загоняя французов в укрытие, заставляя их вести поспешный и практические неприцельный огонь. Один из бойцов устроивший себе позицию в стороне, все же сумел взять тщательный прицел. Но по счастью не попал. Пуля вжикнула рядом с Борисом и с глухим бульканьем вошла в водную гладь, в нескольких метрах позади него. Ответным выстрелом он так же не сумел достать француза, но зато заставил его укрыться.

— Запускайте машину! Уходим! — выкрикнула девушка, забрасывая в катер винтовку и саквояж.

Потом подпрыгнула сама, навалившись на борот животом, и чуть накренив суденышко. Измайлов не стал задавать глупые вопросы и бросаться ей помогать, вместо этого он подал в машину пар и та отозвалась перестуком пришедшего в движение механизма. За кормой забурлила вода взбитая винтом. Направление он уже придал, и руль зафиксировал, поэтому вскинув винтовку в очередной раз выстрелил в противника.

Французы не отмалчивались. Рассредоточив его внимание, они открыли огонь сразу из четырех винтовок. А вскоре появилась и парочка остававшаяся за мысом. По ним отстрелялась Бочкарева, лихо орудуя рычагом. И надо сказать, не безрезультатно. Рядом с морпехами появилось несколько пыльных облачков, а сами они поспешили скрыться в укрытии.

Девушка тут же перенесла огонь по французам остававшихся наверху, добивая магазин. И опять Борис увидел парочку облачков взбитых губительным свинцом. И это при том, что дистанция уже хорошо за две сотни метров. Да она просто снайпер.

Так отстреливаясь они удалялись от берега, и вскоре сумели выйти из под огня. Борис критически осмотрел катер, на предмет повреждений. Порядок. Машина работает исправно, котел нигде не сифонит, хотя в деревянном кожухе и видна отметина от одной из пуль. Измайлов сделал выводы из прошлого опыта столкновения с сомалийцами.

— Здравствуйте, Алина Витальевна, — наконец произнес он.

— Здравствуйте, Борис Николаевич, — снимая с себя патронташ и с недовольным видом осматривая свое мокрое платье, ответила она.

— Можно натянуть парусину в качестве перегородки и вы сможете снять с себя мокрое, чтобы просушиться.

— Опыт многодневного совместного плавания с двумя девицами?

— Разумеется. Только вот есть ли смысл в этом. Мне тут все хором предрекали шторм, — приметив упавшие первые капли дождя, усомнился он.

— Смысл несомненно есть, Борис Николаевич. У вас найдется запасная одежда?

— Найдется конечно. Только и она очень скоро вымокнет, — приметив, что к начинающемуся дождю, добавился еще и ветер, вновь усомнился он.

— Конечно вымокнет. Зато мужское платье в море куда практичней женского.

— Согласен. Кстати, а как у вас с навигацией?

— Думаю, что лучше чем у вас. Не переживайте, справимся.

— Да чего переживать-то, коли выбора все одно нет, — пожал плечами он.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:32 | Сообщение # 6
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 5

Из огня, да в полымя


Одно дело осознавать, что нет выбора. И совсем другое противостоять разбушевавшейся стихии. Как по мнению Бориса это был вовсе не шторм, а самая настоящая буря. И как не жал ему было расходовать горючее, все же пришлось рассчитывать только на машину.

Их мотало как щепку. Но даже в этой ситуации Алина Витальевна умудрялась управлять катером. С уверенной рукой у нее имелись некоторые трудности, ввиду физической слабости. Поэтому за мускульную силу выступал Борис, девушка же положив свою ладошку на его куру, легким воздействием указывала куда и насколько нужно повернуть перо руля.

Порой они взбирались на водяные валы, словно медленно ползущая черепаха. А в следующий раз буквально взмывали на гребень, возвышаясь над разверзшимся филиалом ада. Только вместо огня тут бушующие и клокочущие волны. Страшная и вместе с тем завораживающая картина.

Настолько, что Измайлову захотелось непременно запечатлеть это на холсте. Дурдом! Иначе и не скажешь. Их жизнь висит на волоске, а он представляет себе, как это будет выглядеть на полотне, испытывая от этого дикий восторг. Похоже, тихо шифером шурша, крыша едет не спеша. Да кой к черту тихо, она улетает!

Очередной вал взять чисто не получилось. Потоки воды прокатились через нос и по натянутой над бортами парусине. Выдали небольшое облако пара от соприкосновения с трубой. И вновь с головой окатили пристроившихся на корме парня и девушку.

— Я гляжу, вам это нравится, а Борис Николаевич? — задорно выкрикнула девушка.

— Страшно до одури. Но нравится, — отфыркиваясь и утирая лицо свободной рукой, подтвердил он.

— Вы просто влюблены в море. Из вас выйдет отличный моряк.

— Откуда такая уверенность.

— Пришлось повидать.

— Хотите сказать, что разменяли вторую молодость?

— Девушкам такие вопросы не задают, — элегантным движением взбив мокрые и потерявшие форму черные волосы, произнесла она.

Вокруг творится черт знает что, а она еще и кокетничает. Кремень девка! Да что там. Четыре часа назад она давала прикурить целому отделению морских пехотинцев. Хотя-а, справедливости ради, драться с врагом будучи на твердой земле и противостоять стихии, это совсем не одно и то же.

— Ну, не хотите отвечать и не надо, — пожал он плечами.

— На самом деле это моя первая жизнь. Есть в запасе еще одно возрождение. Просто за свои двадцать семь лет я успела насмотреться на всякое.

— Сколько? — искренне удивился Борис.

— Хорошо сохранилась, правда, — и вновь кокетливая улыбка.

— Да прямо девочка припевочка, — не сдержался он и тут же смутился. — Извините.

— Все хорошо, Борис Николаевич. Вы вот что, беритесь-ка за плицу* и начинайте отчерпывать воду. С рулем я пока и сама управлюсь.

*Плица — имеет два значения. Лопасть гребного колеса и черпак для откачки воды на маломерных судах.

— Слушаюсь, — козырнув ответил он.

Парусиновый полог конечно же позволяла во многом уберечься от потоков воды. Но хватало и заливающейся вовнутрь. А потому время от времени приходилось ее отчерпывать. Убрал решетку и принялся за работу. Только час в этой свистопляске, а он делает это уже во второй раз. А сколько еще предстоит.

Вообще, на будущее надо будет устроить эдакий съемный бортик, углом навстречу к накатывающему потоку. Это позволит значительно снизить количество заливаемой воды. Хм. Вообще-то, лучше бы больше не попадать в подобные переделки. Но, с другой стороны, места много не занимает.

А еще, непременно озаботиться прорезиненными плащами. Они может и не позволят статься сухим, потому как заливало их не по детски. Тут только гидрокостюм поможет. Зато сумеют защитить от пронизывающего ветра. Вот ведь. Южные широты. Тропики, а уже зуб на зуб не попадает. И все ветер.

Несмотря на то, что время едва только подбиралось к полудню, видимость сильно упала, сократившись до каких-то жалких пару миль. Они понимали, что их болтает где-то между островами французского архипелага. С началом шторма они все еще находились в его пределах. Однако найти безопасную стоянку не успели. Сейчас же приближаться к суше попросту губительно.

Поэтому они крутили головами на триста шестьдесят градусов. Как результат успели заметить остров еще до того, как волна подхватила бы их и понесла к берегу. Девушка без раздумий отвернула в открытое море. Лучше уж бушующие волны, чем разбиться о скалы.

Сражение со стихией продолжалось несколько часов. Казалось, что это никогда не закончится. Однако, с наступлением темноты он быстро пошел на убыль, а потом и вовсе прекратился. Так, легкая волна и слабый, но устойчивый северо-восточный ветер. Практически попутный.

Едва прекратилось волнение, как девушка потребовала сухую одежду. У Бориса запасы не бездонные. Сам он в вымокшей насквозь робе, один комплект одежды вымочила девушка. Оставался еще один и смена нательного белья. О чем он и проинформировал Бочкареву, заявив, что одежда нормально и на нем обсохнет.

— Это решительно невозможно, Борис Николаевич. Не хватало только заболеть воспалением легких. Уверена, что в вашей аптечке нет соответствующих лекарств, как отсутствуют и артефакты. Не бойтесь смутить меня своим нижним бельем. И не такое видела.

— Как скажете, Алина Витальевна, — пожав плечами, согласился он.

Переодевание с взаимным отворачиванием заняло немного времени. После чего Борис начал ставить паруса, а девушка вскрыла ящик с навигационными инструментами.

— Нет. Машину не останавливайте, — оторвавшись от измерений, приказала она, когда он управился с парусами.

— За день мы израсходовали половину топлива. Эдак мы его выработаем полностью.

— Ничего страшного. На этот случай у нас есть паруса. Или вы опять хотите попытать счастье в буре. Борис Николаевич, мне не нравится ваш взгляд, — погрозила она ему пальчиком.

— А что в нем не так? — отжимая одежду, поинтересовался он.

— Похоже вы слишком сильно заболели морем. Его неспокойный нрав заставляет вашу кровь бурлить и вам это доставляет удовольствие. Знавала я таких. Просто не могут жить без того, чтобы не пройти по краю.

Девушка склонилась над картой, при свете керосиновой лампы. Борис посчитал излишним обзаводиться новомодным электрическим фонарем. Мало, что он сам дорог до неприличия, так еще и батареек хватает ненадолго. Словом, лучше уж старая, добрая летучая мышь.

— Думаете у меня прогрессирует адреналиновая зависимость?

— Что, простите? — оторвалась она от изучения карты.

— Ну, слышал я как один профессор говорил, что у любителей риска развита адреналиновая зависимость.

— И что это значит?

— Ну, жить не могут без того, чтобы не разогнать кровь по жилам.

— Это я поняла. А вот адреналин… Что это?

— Извините, но я не профессор, что услышал, то и повторил. Думал это общеизвестно.

— Ясно. Да именно так. Вы как раз на пути к подобной зависимости. Но признаться, я не вижу смысла в подобном риске. Тем более, что когда буря возвращается, она зачастую сильнее предыдущей.

— Возвращается?

— Мы сейчас в глазе бури. И лучше бы нам поспешить найти укрытие до того, как она навалится с новой силой, — приняв решение и разворачивая катер на юг, ответила она.

— Вообще-то, английский архипелаг на северо-востоке, — с сомнением произнес Борис.

— До ближайшего французского острова, как раз на северо-востоке, двадцать миль. Вот только ураган смещается на юг, а значит мы будем двигаться практически ему навстречу. Насколько велик глаз и с какой скоростью перемещается ураган, можно только предполагать. А потому можем угодит в него раньше, чем доберемся до острова. В тридцати милях к югу есть еще один остров. Номинально французский, но по факту необитаемый клочок суши. И в этом случае мы будем двигаться вместе с бурей, оставаясь в ее глазе. Вопросы?

— Есть вопрос, — уязвленный собственной безграмотностью, произнес Борис.

— Задавайте, матрос Романов, — изображая из себя шкипера, произнесла она, наблюдая за тем, как он управляется с парусами.

— Алина Витальевна…

— Предлагаю без обиняков. Алина, — протянула она ему руку.

— Хм. Борис, — несколько смутился от неожиданности, ответил на рукопожатие он.

— Итак?

— Консул сказал, что вы убили двоих моряков, домогавшихся вас…

— Тебя, — поправила она.

— Домогавшихся тебя, в грубой форме.

— Точнее, они хотели меня изнасиловать.

— Да, но полицейские, провожавшие меня в это плавание, сказали, что случилось это на припортовой улице.

— Чушь. Им просто нужно было выставить все в выгодном им свете. Свидетели выдадут ту версию, какую им озвучит полиция. Как результат, консул будет попросту бессилен. Так все и оказалось.

— Мне казалось, что Павел Максимович тертый калач.

— Еще какой. Только тут нашла коса на камень. Это как пружина, которую можно сжать только до упора. А потом все. Встанет намертво. Ты, Боря, выбрал весь свободный ход. Дважды уступать губернатор не стал бы. Как и комиссар полиции. Обидно им. Вот и вышло так, что мне пришлось бежать.

— Что-то ты не выглядишь расстроенной.

— А к чему горевать, — легкомысленно пожала она плечиками. — Думаешь отчего я вцепилась в саквояж. Там деньги, а главное, рекомендательное письмо консулу на английском архипелаге. Прямая замена одного канцелярского работника на другого. Только и всего. У лаймов я опять буду в домике.

— И все же, как-то это все…

— Боря, тебе сколько лет?

— Восемнадцать, — без тени сомнений назвал он возраст указанный в паспорте.

— В восемнадцать я была в ополчении и защищала наш остров от пиратского набега, пока боярин был в походе. Потом два года добровольцем в войне за независимость Болгарского царства. Три года воевала за независимость Эфиопского царства. Как считаешь, может меня сильно расстроить убийство пары тройки лягушатников, напросившихся на неприятности?

— Уверен, что нет.

— То-то и оно.

Вот так вот. А с виду хрупкая и беззащитная девчушка двадцати годочков, не больше. На деле же, ветеран боевых действий. Причем самый что ни на есть реальный. Ничего удивительного что она устроила тем морпехам целую баталию.

Остров выбранный Бочкаревой в качестве базы, оказался небольшим, всего-то три километра в длину и два в ширину. При этом он имел форму человеческой головы, с шеей на юге. В ее основании имеется небольшая бухта, окруженная как песчаной косой, так и небольшим лесным массивом. Эдакое зеленое жабо.

Вторая, находится в районе затылка, на западном берегу. Со стороны моря песчаная коса, с одиночными деревьями и тонкой кромкой деревьев по внутреннему периметру. Зато со стороны острова такой же лес, как и на южной оконечности.

В результате этих метаморфоз остров походил на практически полностью облысевшего мужчину, со сплюснутым лицом обращенным на восток. Бог весть, может картограф решил посмеяться, а может это реальный каприз природы. Но очень похоже.

Никаких отметок о какой-либо французской фактории. Что в общем-то и понятно, учитывая размеры острова и то, что он оторван от основного архипелага миль на пятнадцать. Зато и шанс встретиться с сомалийцами достаточно велик. Они конечно не все пираты, но любой из них приберет то, что плохо лежит, или прихватит того, кто не может постоять за себя. Скудный край накладывает свой отпечаток на образ жизни, традиции и нравы. Нужно же им как-то выживать.

Номинально, все сомалийские архипелаги поделены между колониальными державами. Но по факту, в большинстве случаев власть их там удерживается за счет факторий частных компаний. Ориентированы они конечно же на получение прибыли. Контроль территории чисто номинальный.

Сомнительно, чтобы факторщики стали оказывать сопротивление, если высадится вражеский десант. Вот если аборигены, тогда совсем другое дело. Эти в благородство играть не будут и выражение «живые будут завидовать мертвым», тут играет совсем другими красками. Но выгода оправдывает риск.

Словом, островок этот мог оказаться прибежищем для кого угодно. Сомалийские быстроходные лодки тоже не больно-то приспособлены разгуливать в бурю. Судя по отметкам на карте, южная бухта достаточно глубоководная и просторная, чтобы в ней укрылись даже три-четыре крейсера. Встреча с которыми так же не входила в ланы путешественников.

Поэтому они выбрали западную бухту. Где шансы на нежелательную встречу были ниже. Входили в нее по узкому горлу прохода, держа оружие наизготовку. Отвернуть уже никакой возможности. Погода портилась стремительно. Начни они уходить и велика вероятность того, что их разобьет об этот же берег.

Проход узкий, не больше полусотни метров. Сама бухта длиной порядка пятисот и шириной не больше полутораста. По периметру светлая полоска песчаного пляжа, которую прекрасно видно благодаря луне, то и дело появляющейся в разрывах туч.

Держались настороже, вновь обрядившись в едва протряхшую и еще влажную одежду, надев спасательные жилеты и нацепив на себя и патронташи с патронными сумками. Мало ли, вдруг придется покинуть борт. При этом, Борис даже не пытался вглядываться в заросли деревьев, которые стояли непроницаемой черной стеной. Куда больше его заботил песок. Если люди еще могут спрятаться за листвой, то лодку им деть будет некуда. Даже если уберут и замаскируют ее, он непременно увидит некое темное пятно на светлом фоне песка. Но ничего подобного не случилось.

Нечего и мечтать, чтобы обследовать стоянку на предмет опасности. Ночью, занятие совершенно бесполезное. Отсутствие каких-либо лодок уже в некотором роде указывало на безопасность. Хотя и не гарантировало этого.

Он конечно предусмотрел на катере стойки, чтобы натянуть тент. Но это средство скорее для защиты от солнца и от легкого дождика. Противостояния с бурей, даже при некой защите деревьев, он не выдержит. Его попросту унесет. Поэтому закрепив катер, уже под дождем отправились на берег, устраивать себе ночлег.

Выбрав пару деревьев натянули между ними веревку, на небольшой высоте поперек порывам ветра. Потом набросили на нее парусину тента и закрепили его края, наскоро вырубленными кольями. С торцов занавесили такой же парусиной, получив нечто вроде палатки. Провозились не меньше часа. Но когда закончили, на выходе получили какое-никакое укрытие.

Пока устроились опять вымокли до нитки. Борис только подивился предусмотрительности и практичности девушки. Перебравшись в палатку, они сумели переодеться в сухое. И даже подстелили под лежанку успевший просохнуть на ветру и вовремя укрытый стаксель.

— Спи давай, — закутав ее в одеяло, распорядился он.

— Разбудишь через три часа.

— Ничего мне не станется. Отдыхай. Тебе и прошлую ночь пришлось провести не пойми как. За меня не переживай. У меня терпение развито на зависть. Не свалюсь.

— А то смотри, я не кисейная барышня.

— Я в курсе. Воевала и тертых калачей за пояс затыкала. Спи, героиня.

— Ладно. Доброй ночи, — отвернувшись пожелала она.

— Спокойной ночи, — ответил взаимностью он.

Места не так чтобы много, но все же достаточно для принятия упора лежа и пары десятков отжиманий. Кровь тут же сильнее заструилась по жилам, а по телу прошла теплая волна. В купе с сухим нательным бельем согреться получилось без труда. За парусиной бушевал ветер, ее трепало так, словно она вот-вот лопнет.

Обеспокоенный этим Измайлов выглянул наружу, чтобы взглянуть на «Садко». Тот раскачивался на гуляющей по бухте волне, но и не думал отрываться. Якорь и причальный канат надежно удерживали его на месте.

Под утро буря ушла дальше, дождь прекратился и небо прояснилось. Правда сильный ветер никуда не делся, хотя и не имел ничего общего с пронесшимся ураганом. Борис вылез из палатки и натянув веревку развесил всю их одежду. Конечно, вид у нее будет далек от приличного, но по меньшей мере одежда будет сухой.

Когда с восходом солнца девушка проснулась, Борис встретил ее в уже просохшей робе моряка. И указал на ее безнадежно испачканное платье.

— Доброе утро. Наденешь свое или предпочтешь опять мою одежду.

— Пожалуй сделаю выбор в пользу твоей. Мое платье не помешает постирать и хоть как-то привести в порядок. Не могу же я появится в консульстве в черт знает каком виде. Что у нас с погодой?

— На небе ни тучки, но ветер как видишь серьезный и на море волнение, скорее походящее на шторм.

— Ну, не ураган и то ладно.

— Только я бы все равно не стал выходить в море.

— Согласна. Ненужный риск. К тому же и ветер встречный. А топливо лучше бы экономить.

— Тогда завтракаем и я отправлюсь обследовать остров. Нужно все же выяснить одни ли мы здесь.

— Мысль верная. Только отправимся вместе.

— Не хотелось бы оставлять без присмотра катер. Нам только робинзонады не хватало.

— Согласна. Тогда поступим так. Ты остаешься на хозяйстве, а я прогуляюсь на разведку.

— Кхм. Вообще-то…

— Боря, ну конечно же мужчина у нас ты. Только, не обижайся, но у меня за плечами не одна война, многолетний боевой опыт и соответствующие умения. К тому же я прекрасно выспалась, — мило улыбнувшись, произнесла она.

— Ну, сон это не проблема. А вот остальное звучит убедительно.

Остров небольшой, к тому же практически весь как на ладони. По сути, тут обследовать-то нужно только две бухты. В любом другом месте к нему пристать можно лишь в случае кораблекрушения. Первая вот она, как на ладони. Остается вторая.

Алина вернулась часа через два. К этому моменту, Борис успел поймать морскую черепаху средних размеров и разделать ее. Как-то в одном из путешествий, еще в прошлой жизни, наблюдал как это делали в одном из азиатских ресторанов. Была там такая услуга. Сам выбираешь животное, а потом можешь еще и посмотреть на то, как ее разделывают.

Н-да Крайне живучее создание. Эта Тортилла никак не желала помирать, продолжая двигаться пока он не выпотрошил все ее внутренности. А тут еще и нулевые навыки в этом деле. Кое-как, с большим трудом, но он все же управился.

— Ну и как у нас дела? — встретил он ее вопросом.

— У нас значительно лучше, чем у британской шхуны, что стоит в южной бухте.

— Подробности будут?

— Сомалийские пираты, — пожав плечами, коротко бросила она, отрезая от запеченной черепахи кусочек мяса.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:33 | Сообщение # 7
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 6

Безрассудство


Удивляясь самому себе, известие о наличии во второй бухте пиратов он воспринял достаточно спокойно. Под ложечкой конечно же поселился холодный ком. Но в то же время, по спине пробежал озноб нетерпения. Внешне же он остался невозмутим. Подумал, не слишком ли он самоуверен, после прежних успехов. Но тут же отогнал эту мысль. В конце-концов Алина толком еще ничего не сказала.

— Очень информативно, — подобно девушке, отрезая кусок мяса, хмыкнул он.

И чего устраивать вокруг черепах такой ажиотаж. Бог весть, как оно там по минеральному составу и пользе для организма, но по вкусу нечто среднее между грудкой цыпленка и кролика. Ну или практически один в один лягушачьи лапки. Не будешь знать, что это экзотика, так и не поймешь.

Ладно еще моряки пользовали черепах как живые консервы. Отлавливали их и складывали на палубе переворачивая на спину. Натягивали над ними тент, и время от времени смачивали забортной водой. Их отличает невероятная живучесть, потому у экипажа имелся какой-никакой запас свежего мяса. Это куда удобнее и проще, чем возить с собой различную живность.

До того, как научились нормально консервировать мясо, парусники, даже военные, походили эдакие Ковчег, где по палубе расхаживали Коровы, телята, овцы и иже с ними, стояли клетки с птицей и кроликами. Все это хозяйство нужно кормить и прибирать за ними. Так что, выгода черепах была несомненной.

— Если коротко, то в южной бухте стоит британская шхуна, а на берегу сомалийская лодка, — начала пояснять девушка. — Шестнадцать пиратов на ногах, трое в тени, похоже серьезно ранены. Большая часть забавляются измываясь над пленником. Четыре истерзанных трупа уже валяются в сторонке. Еще семь пленников ждут своей очереди. Троих женщин насилуют по очереди. В общем, весело проводят время.

— Просто обхохочешься, — поражаясь ее самообладанию, произнес он.

— Это да. И что ты думаешь по этому поводу?

— А что тут думать? Два против шестнадцати плохой счет.

— Один против шестнадцати, счет еще хуже.

— Ты это сейчас серьезно? — вздернул бровь Борис.

— Абсолютно.

— Послушай, Алина, я не трус. Но одно дело перестрелять разбойников когда они собраны в одной лодке. И совсем другое когда они на берегу. Что-то у нас не очень получалось против морпехов.

— Они военные. Их учили воевать. А эти умеют только грабить и убивать.

— Я бы не был столь категоричен. Ты воевала и знаешь, что аборигены драться умеют.

Он пытался ее убедить, но по мере того как он высказывал свои доводы, в нем все больше крепла уверенность в том, что девушка уже приняла решение и от своего не отступится.

— Алина, это самоубийство?

— Я не могу пройти мимо, вот и все.

Он мог. Пройти мимо истязаемых совершенно чужих ему людей? При имеющихся раскладах, без проблем. И если ему когда и захочется заняться самокопанием, у него будет железный аргумент за принятое решение. А вот если он оставит Алину, тут уж никакие аргументы не пройдут. Бог весть, в какой момент она вдруг для него стала для него настолько своей. Но факт остается фактом. Оставить ее Борис не мог.

Удар он нанес без замаха. Как есть, из расслабленного положения. Только и того, что выронил нож, которым отрезал мясо. Но рука лишь вхолостую вспорола воздух. Девушка откинулась назад, сделала кувырок и встала в нижнюю стойку. Маленький хищный зверек. Что-то похожее на восточные единоборства, но что именно он не понял.

— Боря, тебя не учили, что бить девушек нехорошо.

— Алина, я хотел…

— Я знаю, что ты хотел. И возможно даже об этом подумываешь. Но заруби себе на носу, оглоушив и вывезя меня отсюда против моей воли, ты может и спасешь мою жизнь, а вот себя похоронишь, потому что я тебя убью, Боренька. Оставь мое оружие и уходи. С этим штормом ты и один управишься.

— Их там шестнадцать головорезов.

— Если уйду, покоя мне не будет до последних моих дней. И я буду знать кого в этом винить, — распрямляясь, ответила она.

Опасаться ей нечего. Она свою позицию озвучила и можно было не сомневаться, эту угрозу девушка осуществит.

— А если в этой переделке погибну я, тебе не будет совестно.

— Нет. У тебя есть выбор и ты его сделаешь сам.

— Серье-озно. Вот прямо сам.

— Не ерничай. Я тебе никто и звать меня никак. Шапочная знакомая.

— Шапочная значит.

— Именно.

— Ладно. Рассказывай, что ты там придумала.

— Все просто. Ты ведь отличный стрелок, — присаживаясь и рисуя на песке, начала пояснять она.

— Ну есть такое дело.

— Займешь позицию вот здесь. Это чуть больше сотни метров от их лагеря. Здесь есть просвет в полосе деревьев, лагерь как на ладони. Я обряжусь в свое платье и выйду так, чтобы меня заметили. Женщину они не пропустят и непременно погонятся за мной. Думаю человек шесть будет. Стрелять не станут. Я подведу их поближе к тебе, после чего развернуть и открою огнь из револьверов. Ты тем временем из моей винтовки достанешь кого успеешь в лагере. Нужно будет, поможешь мне. Уверена, что у нас получится разом их уполовинить. Дальше по обстановке.

Выглядит все как-то. Тухло короче. Даже если они уложат десяток бандитов. Останется пять. И чтобы она там не говорила, а среди сомалийцев могут оказаться и дельные бойцы. А тут еще лес. Словом, расклады ему совершенно не нравились.

— Охрану они выставили? — поинтересовался Борис.

— Нет, — ответила девушка.

— Вообще?

— А чего ты хочешь. Шторм. Кто в здравом уме приблизится к острову. Скорее всего они здесь еще со вчерашнего дня и обследовали нашу бухту до нашего появления.

— А на корабле кто-нибудь есть?

— Нет. Все веселье на берегу, что им там делать. Они же уверены, что одни на острове.

— Дистанция от берега до шхуны?

— Порядка стадвадцати метров.

— Ты говоришь, что с этим штормом справлюсь и я. Хочешь сказать, что тебе по силам выйти в море?

— С паровой-то машиной. Не скажу, что с легкостью, но я могу это сделать.

— А войти в их бухту.

— Ничего невозможного.

— И насколько рискованно.

— Не так, чтобы и очень. У меня хорошая школа и практика. Если перераспределить груз, накрыть пологом так, чтобы катер не заливало, то успех практически гарантирован.

— Как поступят пираты когда увидят, что в бухту вошел катер с девушкой у руля?

— Однозначно оседлают свою лодку. Причем, если увидят, что катер идет под машиной, то не меньше десятка гребцов, чтобы догнать на веслах.

— Вот и ладушки. Тогда сделаем так. Через два часа ты должна будешь войти в бухту.

— Я? А ты?

— Я оббегу южную бухту по дуге и зайду с юга, по косе. Потом под прикрытием шхуны доплыву до нее, и взберусь на борт.

— Не уверена, что у тебя это может получиться. Шхуна стоит так, что якорный канат виден со стороны лагеря.

— Ничего. Что-нибудь придумаю. Одолжишь свой винчестер?

— Не вопрос, бери.

— Только смотри, не геройствуй. Как только начнется стрельба, в схватку не лезь. Уходи за шхуну.

— Уверен?

— Уверен, уверен. Я их как на стрельбище расстреляю.

— Ну-у-у, должно сработать.

Сборы были недолгими. Ему всего-то прихватить патронташ Алины, в котором оставалось сорок восемь патронов. Нацепить на него ножны с ножом и патронную сумку с боеприпасами к бульдогам. Не забыть прихватить и сами бульдоги.

Матрина-генри оставил в катере. С двумя винтовками неудобно. Опять же, нужно и ей иметь что-то дальнобойное. Будь его винтовка не однозарядкой, а хотя бы болтовиком на пять патронов с обоймами, и он однозначно сделал бы выбор в сторону большого боекомплекта.

Н-да. Давно не брал он в руки шашки. Так-то все кажется, что он в порядке и форма вполне держится. Опять же, занятия по рукопашке. А на выходе, его физическая форма постепенно сдает. Развитие дара это конечно замечательно, но пришла пора вспомнить о нормальных полноценных тренировках. А то эдак еще и жирком начнет заплывать. Вот уж какого счастья не нужно.

Кроме того, что отвык, так еще и остров сплошной песок с редкой и чахлой травой. В основном неплохо спрессованный, тем более после ночного дождя. Но бывало и такое, что с разгона влетал в рыхлые участки. В первый раз едва не переломал ноги. После чего стал куда осмотрительней.

В общей сложности пришлось отмахать порядка пяти километров. Причем, будь море спокойным, и он мог бы воспользоваться мокрой полоской песка, подобной ровной и в меру жесткой беговой дорожке. Но из-за бушующего шторма это было попросту нереально, потому как его раз за разом заливало бы, а то еще и опрокидывало бы. Поэтому пришлось бежать по пляжу, с ни разу не плотным песочком.

Выбирать в качестве маршрута незнакомый мангровый лес, так себе решение. Оно вроде и короче но это только кажется. Сейчас прилив и для того, чтобы путешествовать по нему неплохо бы озаботиться лодкой. А в отлив, можно еще и ноги о корни переломать. Словом, все было за путешествие по рыхлому песку.

Единственно, пока бежал по пляжу присматривал деревце с суком, которое можно было бы использовать для того, чтобы забраться на борт. Если будут свисать какие-нибудь веревки или найдется за что ухватиться, это хорошо, но может ведь статься и так, что ничего подобного не окажется.

При этом ему вспомнился фильм о компании которая вдали от берега попрыгала купаться. И только когда все оказались в воде поняли, что они не могут забраться обратно на борт. Картина тяжелая и оставила тягостное ощущение.

Конечно это не его случай. И если не сумеет взобраться, то у него будет возможность вести огонь из леса. Правда в этом случае дистанция до шхуны составит более двухсот, а до лагеря порядка трехсот метров. Для прицельной стрельбы из винчестера с револьверными патронами это уже как бы серьезная дистанция.

Нужное он обнаружил уже неподалеку от косы. А то пришлось бы еще и в лес углубляться, теряя время. И так пришлось его потратить, пока рубил деревце охотничьим ножом. Он конечно не перочинный, но все же и не мачете или топор.

Коса отделяющая бухту от бушующего моря оказалась почти полностью под водой. И это сейчас отлив. С приливом она скорее всего выступает в качестве эдакого волнореза, а потому полностью волнения в бухте не избежать. Хотя конечно, в сравнении со штормовым морем, тут получалось легкое волнение.

Чтобы остаться незамеченным пришлось передвигаться по обратному скату ползком. А тут уж и вымокнуть до нитки, да еще и приложить все старания к тому, чтобы не перебросило через гребень косы. Волна порой перекатывалась через него, пуская рябь по воде в защищенной стоянке.

В очередной раз вогнать во влажный песок клинок ножа и сук вырубленной жерди, распластаться и приложить все усилия, чтобы не оторвало и не перевалило прямиком в бухту. Ну и успеть хапнуть воздуха. Тут ведь без ныряния никак.

Наконец добрался до широкого участка, расположенного настолько высоко, что на нем вымахало четыре пальмы, ну и кустики в наличии. Здесь разделся оставшись в одних кальсонах. Устраивать заплывы в одежде, так себе удовольствие. Ну-у вообще-то в подштанниках тоже не так, чтобы удобно. И вообще, пора бы озаботиться нормальными трусами. Останавливает отсутствие резинок. С другой стороны, а в чем проблема. Носят же кальсоны на завязках. А для удобства можно и ширинку сделать. Решено, вот выберется к цивилизованным местам, непременно озаботится удобным нижним бельем.

Н-да. Как всегда. Подумать больше не о чем. А ведь ему на секундочку сейчас предстоит своей шкурой рисковать. Вот только думать об этом как-то не хочется. Нормальная защитная реакция. Главное, что при этом он делает все правильно. Патронташ на грудь, револьверы подмышку и на голень, винтовку за спину.

Прополз еще немного, вновь борясь с волнами. Наконец корпус шхуны закрыл его от взоров со стороны лагеря и он перебрался в спокойную воду бухты. Плыть не так чтобы и далеко. Единственно неудобно с четырехметровой жердью.

Как оказалось прихватил ее он совсем даже не зря. Не будь ее, и пришлось бы поломать голову, как быть. А так, зацепился суком за фальшборт, подтянулся и без труда взобрался наверх.

Перво-наперво обследовал шхуну на предмет посторонних. Вполне ожидаемо никого не нашел. Зато обнаружил кровавые подтеки, отметины от пуль и клинков. Сомалийцы все еще активно используют холодное оружие. Что в общем-то вполне оправдано.

Во внутренних помещениях и в надстройках царил хаос и беспорядок. Правда, на разграбление это все же походило мало. Похоже пираты решили увести шхуну к себе домой, где и разобраться с вновь приобретенным имуществом. Ну куда им его сейчас девать. Перегружать в свою лодку? Даже не смешно. Сидеть же на борту шхуны, когда на берегу столько всего интересного… Ищите дурака.

Выглядывая в окна надстройки Борис смог рассмотреть палубу. А ничего так, кораблик, впечатляет. Четыре, по две с борта, гладкоствольные стальные пушки трехфунтовки, с казенным заряжанием. Такие были в ходу лет тридцать назад, во время большой войны, когда развитие артиллерии претерпевало небывалый бум. Такие орудия являлись одной из переходных моделей. Но ввиду дешевизны получили большое распространение.

У него даже мысли не возникло использовать их. Заряды со снарядами он конечно же найдет в крюйт-камере. А вот в том, что управится с пушкой, есть серьезные такие сомнения. Хуже нет, как хвататься за незнакомое оружие, если тебя только не приперло в угол.

Покончив с осмотром палубы, перевел взгляд на берег. Отвязав от дерева очередного бедолагу, бандиты потащили его к кромке воды. Мужчина вяло дергался лишь обозначая легкое сопротивление и скорее всего о чем-то просил своих будущих мучителей. Когда же его начали привязывать к вбитым в плотный песок кольям, понял все безысходность своего положения и начал дергаться куда активней, оглашая окрестности криками. Только все бесполезно. Пираты и не думали его отпускать, громко гогоча и дурачась.

В сторонке находились четыре истерзанных тела. Все они были связаны. Особенности местных реалий. Убитый враг, это еще не гарантия, что с ним все покончено. Есть вариант, что он возродится. Вот и страхуются. А там, может еще и обрадуются, повторной возможности повеселиться.

Женщины сбились в кучку у одной из пальм, затравленно поглядывая на сомалийцев. Одному из них показалось не интересным наблюдать за очередным верещащим белого и он подошел к ним. Постоял, словно выбирая, кого именно ему осчастливить. Наконец схватил молоденькую девушку и потащил в сторонку. Моложавая женщина попыталась было удержать ее, но пират грубо пнул ее в грудь, завалив на спину. Потом разложил девушку, задрал уже изодранную юбку платья и начал насиловать. Та не издала ни звука. Во всяком случае, не кричала.

Борис конечно мог найти оправдание разбойной натуре аборигенов. Но вот это изуверство оправданий не имело в принципе. Скрежеща зубами он посмотрел в сторону входа в бухту. Никого. Потом перевел взгляд на тень от мачты. Прикинул и понял что волноваться по поводу Алины еще рано. С момента их расставания прошло около полутора часов. Так что, время еще есть.

Девушка все же опоздала. Ничего удивительного, учитывая бурное море. Но поволноваться она его все же заставила. Причем еще больше, когда заходила в бухту. Пару раз ему казалось, что она не справилась с управлением и катер вот-вот выбросит на песчаный берег. Оно конечно не скалы, но от этого не менее опасно. Тем не менее, Алина справилась со стоящей перед ней задачей и сумела войти в тихую заводь.

При виде новой добычи сомалийцы тут же возбудились. Оставили в покое все еще живого и реагирующего на мучения мужчину. Самый рослый из них тут же начал выкрикивать приказы. Практически все пираты бросились к лодке. Двое остались на берегу, присматривать за связанными пленниками мужчинами и свободными, но потерявшими волю к сопротивлению женщинами.

Алина вела катер сбавив скорость, чтобы дать возможность пиратам отойти подальше от берега и правя за шхуну. Все правильно. Все так, как они и договаривались. Собрать все тухлые яйца в одной корзинке и уронить ее. Где-то он слышал такое выражение, которое как нельзя лучше подходит к происходящему, за незначительным исключением.

Выждав немного, Борис мысленно помолился и вышел на палубу. Опустился на колено у фальшборта и прицелился в парочку на берегу наблюдающую за происходящим. Бог весть, зачем их было оставлять, если они ничего вокруг не замечают. Найди сейчас женщины в себе силы и без труда смогли бы развязать мужчин. Те наверняка пытаются воззвать к ним. Но пленницы продолжают сидеть сбившись в кучу.

Два выстрела один за другим, и оба сомалийца на берегу повалились в песок, так и не поняв, что собственно произошло. Ответный выстрел и Борис услышал как мимо прожужжала пуля. До лодки с сомалийцами не больше семидесяти метров. Однако, движимая веслами она не имеет плавности хода, а потому взять точно в прицел голову, у главаря, расположившегося на носу, не получилось. А вот у Бориса очень даже. Здоровяк выронил винтовку, схватившись за грудь и завалился на дно лодки.

Пираты побросали весла, и схватились за оружие. Пока суд да дело, Измайлов успел подстрелить еще одного. Правда, похоже что ранил. Потом пришлось урываться от жужжащего и стучащего о дерево свинца. Укрываться за фальшбортом, затея дурная. С такого расстояния даже пуля из гладкоствола пробьет его. А уж о винтовочных и говорить не приходится. Зато если не жевать сопли и распластаться на палубе то можно их пропустить над собой. Ну и ползком менять позицию.

Сместившись к носу, Борис вновь поднялся над фальшбортом и быстро отработав рычагом выпустил две пули. Обе попали удачно. Правда вторая не в того, в кого он целился. Но это и не важно. Главное, что есть результат.

На этот раз пули принял не только не устоявший фальшборт, но и лафет пушки, который оказался свинцу уже не по зубам. Воспользовавшись моментом, Борис быстрое перебирая ногами и руками на четвереньках перебрался за угол надстройки. Откуда сделал очередной удачный выстрел.

И тут донесся выстрел с кормы. Очередной пират взмахнув руками отвалился на спину. Хм. Не один. Винтовочная пуля мартина-генри выпущенная со столь близкого расстояния пробила его насквозь и достала следующего. Тот выронил оружие, прижал руку к груди, потом взглянул на окровавленную ладонь, и сложился на дно лодки.

Воспользовавшись тем, что враг дружно отвлекся на новую угрозу, Борис не только наблюдал эту картину, но и сумел сделать два результативных выстрела. После чего ему вновь пришлось прятаться. Потому что пули вновь зажужжали в опасной близости, и ударили в дерево надстройки.

Пока менял позицию, успел затолкать в магазин четыре патрона. Выглянул, выстрелил, свалив очередного разбойника и вновь укрылся, меняя позицию. Когда выглянул в очередной раз, пираты во всю орудуя веслами гребли к берегу. Не дураки понимают, что на воде их без труда достанут. Вот и стараются.

Три выстрела один за другим, три попадания. Последний попытался было спастись вплавь, скользнув за борт и уйдя под воду. Главное добраться до корней мангровых деревьев, а там шансы резко возрастут. И ведь может уйти. Слишком уж далеко.

Но не судьба. Алина уже взяла курс на беглеца. Тот держался под водой до последней возможности. И вынырнул у самых корней. Борис выстрелил, но промахнулся. Причем дважды. Сказывался разброс винтовки. А потом беглец пропал из его поля зрения. Однако Алина все еще видела его. Винтовочный выстрел и дело в шляпе.

Покончив с этим девушка подплыла к пиратской лодке и сделала четыре выстрела, добивая подранков. После чего перед взором Бориса тут же появился лог победы.

Бой завершен.

Получено 500 очков опыта к умению «Винтовка-2» — 700/16000.

Получено 10000 очков за захват судна

Получено 10500 очков избыточного опыта — 126128

Получено 525 очков свободного опыта — 1963

Ага получается, шхуну Система засчитала ему, а лодку наверное уже Алине. Как-то сразу стало неловко, что они не заключили сделку по Сути. Даже с учетом того, что опыт ушел в избыточный, это не такой уж и малый актив. Ему-то, после того, как узнал о нелегальном переводе опыта, ходу к характерникам нет. Терять вдвое не хотелось категорически. А вот она вполне могла перевести его в звонкую монету. Неудобно получилось. Нужно будет как-то разруливать.

Ну, это-то ладно. А вот что делать с этим неожиданным трофеем. По всему выходит он теперь полноправный владелец шхуны «Мерелин»? Ну в смысле, они с Алиной. Хм. И на фоне ожидающегося барыша, финансовые потери девушки в опыте, как-то уже особо не смотрелись.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:33 | Сообщение # 8
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 7

Трофей


Пока Борис предавался самокопанию девушка подплыла к берегу, подтянув туда же и пиратскую лодку. Сошла на берег и без обиняков расстреляла троих раненых сомалийцев. Ну и правильно, не до гуманизма. Тем более, было бы к кому.

Вот ни капли сострадания. Он бы еще и не постеснялся и ремней из них нарезать. Если конечно смог бы преодолеть психологический барьер. Ну, во всяком случае, точно не стал бы мешать кому другому. Правда, отношение к Алине у него серьезно так изменилось бы и не в положительную сторону.

Н-да. Решительная все же у него попутчица. Объяснение в виде пары тройки войн, оставшихся за спиной конечно звучит вполне правдоподобно. Но вот не вяжутся проявленные ею решительность и жесткость, с обликом красивой девушки среднего роста, пусть и спортивного сложения.

Подойдя к связанным пленникам она разрезала путы. И тут же один господин худощавого сложения, начал ей что-то объяснять. После чего они спешно направились к катеру и взяли курс на шхуну.

Мужчина довольно неловко поднялся на палубу, оставляя мокрые следы. Коротко поздоровался, что для джентльмена выглядело по меньшей мере неприлично. После чего проследовал в надстройку и дальше по ступеням на нижнюю, палубу, к пассажирским каютам. Борис вопросительно посмотрел на девушку.

— Доктор. Спешит за «Аптечкой», — пояснила она.

— Тот бедолага еще жив? — спускаясь в катер, поинтересовался он.

— Если поторопиться, то можно успеть.

— Ясно.

Доктор затягивать не стал и вскоре появился с саквояжем в руках. И без раздумий спрыгнул в воду, едва дно катера заскребло по песку. Если на веревочном трапе он проявил некоторую неловкость, то здесь пер, словно атакующий носорог, взметая стену брызг.

Подбежал к раненому в котором едва теплилась жизнь, и вскрыв саквояж вынул из него невзрачную коробочку. Взвел ключом. Положил на грудь и передвинул рычажок, запуская механизм. Борису как-то не доводилось видеть «Аптечку» в действии. Когда применяли к нему, как-то не до разглядываний было. Н-да. Никаких особых эффектов. Мужчина глубоко вздохнул, при этом Измайлов буквально физически ощутил, как по телу пробежалась теплая и возбуждающая волна. Слишком свежи воспоминания.

— Слава Господу, я успел, — выдохнул доктор.

— Этан, развяжи меня, бога ради, — попросил задергавшийся в путах мужчина.

— Секундочку Николас. Сейчас.

— Что случилось?

— Нас спасли…

Пока они переговаривались, к Борису и Алине подошел рослый мужчина, крепкого сложения, около пятидесяти лет. Светлые волосы, без намека на седину. Это у него от природы. При всей своей чудодейственности, «Аптечка» не способна повлиять на появление седины и выпадение волос. Как впрочем и справиться со старостью. Это ведь не болячки, а процесс изнашивания организма.

— Шкипер шхуны «Мерилин», Дэниэл Кроуфорд, — представился он.

— Борис Измайлов, Алина Бочкарева, — на британский манер, без отчеств, представился парень.

— Благодарю вас за оказанную помощь. Если бы не вы, то страшно подумать, что нас ожидало. Позвольте вас отблагодарить.

И тут же перед взором Бориса появился лог.

Шкипер Дэниэл Кроуфорд предлагает вам вознаграждение за спасение жизней членов экипажа, пассажиров и шхуны «Мерилин» 1000 фунтов.

— Хм. Алина, нам тут предлагают благодарность в целую тысячу фунтов, — на русском проинформировал девушку Борис.

Все же он не сведущ в этих вопросах. Мало ли как оно тут все обстоит. Вот никакого желания лезть в воду, не зная броду. Вот и проинформировал боевую подругу, у которой опыта в этих делах всяко больше.

— По Сути?

— Да.

— Надеюсь ты не согласился? — осматривая содержимое пиратской лодки, поинтересовалась она.

— Пока еще нет.

— И не думай. Отказывай. Господин желает решить дело простой премией. Мы захватили шхуну у пиратов. Международное право опирается на Суть, а по ней, владелец судна и всего содержимого его трюмов ты. Даже если капитан простой перевозчик и у груза другой владелец, это не имеет никакого значения. Но если примешь премию, то по Сути права вернутся владельцу.

Отказавшись от премии, Борис подошел к девушке, которая вертела в руках странную винтовку. Вроде и болтовик, но в то же время, под стволом угадывается трубчатый магазин.

— Как тебе красавец?

— Если не ошибаюсь, это маузер, только какой-то странный.

— Магазинная переделка, на восемь патронов. В отличии от нашей берданки, где происходит накол капсюля, немцам удалось воплотить в жизнь эту задумку. Возможно причина в ударном составе, может еще в чем. Факт остается фактом, мы по прежнему пользуем однозарядки. Владей. Она получше мартина-генри будет.

— Себе оставить не желаешь?

— Нет. Отдача для меня слишком мощная. Если подхватить в бою, это одно. А пользоваться постоянно никакого желания. Лучше уж оставлю свой винчестер.

— Ясно. А что там с судном? — глядя на то, как глава семейства на пару с доктором оказывают помощь женщинам, поинтересовался Борис.

— Все просто. Капитан может выкупить у тебя корабль за четверть стоимости как его, так и груза. Если этого не последует, то все остается тебе. Таково призовое право.

— Хм. Весомый аргумент, чтобы похоронить нас в море.

— Это да. Теперь нам лучше держаться настороже.

— И стоило ли тогда их спасать?

— Хочешь отказаться от заслуженного трофея?

— Не то, чтобы горю желанием, но шхуна не новая, с учетом остаточной стоимости, четверть где-то тысячу и составит.

— Правильно. Только мы еще не знаем, что у нее в трюме. Шкипер не спешил бы с таким предложением. К тому же, все содержимое корабля принадлежит нам, а значит и судовая касса.

— Думаешь она все еще на борту?

— А зачем пиратам доставать ее из сейфа? Там всяко разно надежней. И соблазна у сообщников никакого, — извлекая из кармана штанов вожака ключи, пояснила она.

— Алина, я сказать хотел. Кхм. Как-то не очень получилось со шхуной. Весь опыт от захвата упал мне и…

— Брось, Боря. Я не горю желанием свою Суть первому встречному. Без обид, ладно?

— Договорились, — почувствовав облегчение, согласился он.

— Сэр, вы позволите воспользоваться вашим катером или лодкой? — поинтересовался подошедший доктор. — Необходимо как можно быстрее переправить женщин на борт.

— Я отвезу, с готовностью отозвался Борис.

Тем временем, шкипер с четырьмя членами команды занялись похоронами своих товарищей. Для чего, с разрешения Бориса, воспользовались лодкой пиратов и доставили со шхуны шанцевый инструмент. Трое бедолаг были мертвы окончательно. Тело довольно молодого лейтенанта положили отдельно, в тени деревьев. Правда, при этом не забыли его связать. Похоже он должен возродиться и за ним имеется какой-то серьезный проступок.

Все как-то само собой устаканилось. Алина взяла переговоры со шкипером в свои руки и довольно быстро пришла с ним к консенсусу. Не сказать, что он остался доволен раскладом, но похоже все же принял сложившийся расклад.

Сейф, как и ожидалось обнаружился в каюте капитана. Судя по беспорядку и наличию лишних вещей, там успели похозяйничать пираты. Наличие драгоценностей вполне возможно объяснить сдачей на хранение. Но здесь находилось все, вплоть до обручальных колец. Бумажники, серебряные портсигары, карманные часы на цепочках. Словом, как и предполагала Алина, вожак устроил из этого сейфа хранилище наиболее ценных трофеев.

— Алина, ты как хочешь, но у меня никакого желания трофеить все эти вещички, — рассматривая содержимое сейфа, произнес Борис.

— У меня тоже. Раздадим владельцам, — беря в руки тетрадь в твердом переплете, произнесла она. — Ага. Расходная книга жалования команды. Нужно будет разобраться и отдать морячкам их деньги. А вот судовая касса уже шалишь. Хм. Как раз, та самая тысяча фунтов. Так. Что тут с грузом, — беря в руки бухгалтерскую книгу, уже куда более солидного объема, произнесла она. — Тэкс. Груз различный. Но итоговая сумма в двенадцать тысяч фунтов с мелочью. Итак, подбивая бабки. Премия за корабль порядка полутора тысяч фунтов, за груз три, в судовой кассе одна, на круг пят с половиной тысяч. Неслабо так нас хотели надуть, а?

— Эдак раз в пять, — хмыкнул Борис.

— Вот именно.

— Слушай, а ведь положение у нас достаточно неустойчивое, — почесав кончик носа, заметил он. — предлагаю задобрить капитана, чтобы ему было не так больно. А именно, отказаться от премии за груз.

— Вообще-то, именно она составляет львиную долю премии.

— Я умею считать. Но есть такая поговорка — бери ношу по себе, чтобы не падать при ходьбе. И потом, когда ты собиралась влезть в эту авантюру, ты думала о трофеях?

— С этим решили, — согласилась она. — Значит так. Ключик я оставляю у себя. Капитана из этой каюты временно выселяем. Отдыхаем по очереди. Ну и ушки на макушке.

— Слушаюсь, — вскинув ладонь к виску, выдал он.

— В российском флоте руку к непокрытой голове не прикладывают, — назидательным тоном, произнесла она. — И вот еще. Катер на борт не поднимаем. Пусть идет на буксире. Наши вещи из него не забираем. Так, на всякий случай.

— Ясно.

Хваткая девушка, если не сказать больше. По возвращении на борт шкипера, девушка быстро расставила все точки над ё, определившись по порядку расчетов и обязанностей сторон, до прибытия в британский порт. Н-да. При этом в воздухе так и витало взаимные неприязнь и недоверие.

И стоило ли спасать этих ребяток, которые оказались не столько благодарными, сколько обиженными? Вообще-то, вопрос риторический. Да, стоило. В этом Борис был убежден. Хотя бы потому что, мысли о неблагодарности имели налет обиды, но не сожаления о содеянном. А уж о пассажирах и говорить нечего. Кстати, эти-то как раз ничуть не лукавили в своей признательности.

Кстати, Алина переговорила с главой семейства Николасом Кларком и его товарищем доктором Этаном Флауэрсом, заручившись их поддержкой. Разумеется полностью доверяться им они не собирались, но в отличии от остальной команды, эти получили по револьверу. Все остальное оружие перекочевало в оружейку, ключи от которой так же приватизировала Бочкарева.

Женщины заперлись в каютах. Мать хоть как-то пыталась помочь дочери. А на этом фоне и ей самой было куда легче перенести случившееся с ней. Отец. Пытался было принять участие в судьбе дочери, но супруга попросила его оставить их.

Мисс Эбигейл Уилкокс же осталась представлена сама себе. Причем, в двойном горе. Ее супруг пал от рук пиратов. И так уж случилось, что это была его вторая жизнь. Больше возрождений в запасе не было. Впрочем, тридцатилетняя вдова заявила, что она будет в порядке, запершись у себя с большой бутылкой отличного коньяку.

Как выяснилось, причина по которой шхуна оказалась захвачена пиратами, а большинство команды погибло, была в беспечности лейтенанта Питера Джеймса, возродившегося через пару часов, после того, как с пиратами было покончено. Молодой человек тут же был определен под арест. Его ожидал трибунал.

«Мерилин» вошла в бухту заблаговременно, сутки назад, когда буря только начиналась. Шкипер счет разумным переждать непогоду в тихой гавани, а не бороться со стихией, доказывая свой профессионализм. Верное, решение, что тут еще сказать.

Вот только он и предположить не мог, что лейтенант Джеймс будет столь беспечен и позволит себе сон на вахте. Что же до нижних чинов, то мало кто из них станет проявлять рвение в службе, если над ними нет начальства. Как результат, ночной абордаж сразу же перешедший в бойню.

Пираты скорее всего укрылись здесь еще раньше. Только, стоянка не совсем тихая, какое-то волнение во время прилива все же будет непременно. Вот они и прошли дальше по заливу, углубившись в мангровые заросли.

Глупо избегнув одной беды, оказаться в другой. Здесь ведь пиратствуют далеко не только сомалийцы, на их юрких и быстроходных лодках. Но и европейские джентльмены удачи с полноценной артиллерией на борту. Опять же, сомнительно, чтобы кто-то из оставшихся членов экипажа был способен на такую результативность, как Борис. Поэтому он решил опробовать орудия.

Как уже говорилось, пушки были старыми стальными трехфунтовками. В современной терминологии трехдюймовками или семидесятишестимиллиметровыми. Лафет и вовсе древней конструкции. Из механизмов только винт вертикальной наводки. Горизонтальная производится с помощью наклонной поворотной платформы, к которой пушка прикреплена канатом, для удержания при отдаче.

Ввиду использования порта в фальшборте, сектор порядка всего лишь шестидесяти градусов. Вообще-то, его доски не обеспечивают защиты даже от ружейной пули, о крупной дальней картечи и говорить не приходится. Это обусловлено скорее низкой конструкцией самого лафета и орудия, едва дотягивающих Борису до середины бедра.

Поднимающийся рамочный прицел и мушка. Ну ни дать, ни взять большое такое ружье. Благодаря оперенным цилиндросферическим снарядам, в сравнении с прежними гладкоствольными пушками точность огня удалось увеличить втрое. Что все равно довольно серьезно уступит нарезным стволам. Мощность заряда гранаты вполне соответствует современным образцам, продолжающим пользовать черный порох. Правда дальность не больше пары километров.

Затвор, эдакая навинчивающаяся заглушка, с внутренней резьбой, рукоятями для вращения и поворотной штангой. Скорострельность аховая. Но на момент создания три выстрела в минуту для корабельной артиллерии результат очень даже серьезный. А уж в купе с точностью, дальностью и достаточно мощной гранатой, так и подавно.

— Господин капитан, сэр, могу я попросить таблицы для стрельбы пушек? И выделить мне в помощь матросов, чтобы доставить на палубу двенадцать зарядов?

Вообще-то у каждого орудия имеется герметичный железный короб с пятью снарядами первой подачи. Итого на палубе в наличии два десятка гранат. Это на всякий непредвиденный случай. А там поднесут из крюйт-камеры. Но трогать эти заряды Борис не хотел.

— Зачем вам это? — поинтересовался Дэниэл Кроуфорд.

— Я наводчик. Смею заверить, хороший. Нужно пристрелять пушки.

— Они пристреляны.

— Не мною. Каждое орудие имеет свой характер и норов. Которые неплохо бы изучить.

— У нас… Кхм. В крюйт-камере только сто шестьдесят снарядов.

— Лучше мне сейчас израсходовать дюжину, чтобы потом не было мучительно больно, за бесцельно прожитые годы.

— Что, простите?

— Я говорю…

— Я понял. Просто никогда не слышал подобное выражение. Кстати. А отчего бы вам не заключить с матросами контракт, как впрочем и со мной. Тогда не нужно было бы ничего придумывать.

— К чему плодить сущности, мистер Кроуфорд. Командуйте, как и командовали, сэр. По прибытии в Аден уладим формальности и все вернется на круги своя. Кстати, если все пройдет гладко, то мы с госпожой Бочкаревой решили, отказаться от премии за груз.

— Вы это серьезно?

— Абсолютно. Можете составить договор, согласно которого вы выплатите нам премию в размере полутора тысяч фунтов. Но ваша судовая касса останется у нас. Матросам можете передать, что по прибытии все жалование команды будет выдано им.

— Щедро.

— Только не сочтите это за проявление слабости, сэр. У нас нет никакого желания лишать жизни тех, кого сами же и спасли.

— Хорошо, я отдам распоряжение боцману, — словно и не было никакого предупреждения, произнес шкипер.

Вот и ладно. Видно же, что тот все прекрасно понял. Ну, а чем все это закончится, покажет время. Во всяком случае нет никакого повода для того чтобы расслаблять булки.

Снаряды доставили на палубу в несколько приемов. После чего приступили к стрельбе. Н-да. Тот еще геморрой. Раскрутить затвор заглушку. Пробанить ствол, не из-за необходимости, а чтобы не завелась привычка пропускать этот момент. Останется какой тлеющий кусочек картуза, да рванет во время заряжания. Поэтому лучше не расслабляться. Снаряд. Картуз с порохом. Завинтить затвор. В запальное отверстие вставить капсюль воспламенитель. Нацепить на чеку карабин шнура. Прицелиться в отдельно стоящее дерево, до которого порядка километра. Отойти в сторону и дернуть шнур.

Если нарезные орудия рявкают, то это скорее грохнуло. Однако, вопреки ожиданиям Бориса пушка не лягнулась и не отскочила, а довольно мягко откатилась назад, натянув стопорный канат и упершись в упоры платформы, после чего, не успев разогнаться, так же мягко вернулась назад.

Вдали вспухло белое облако и вздыбился темный фонтан песчаного грунта. В дерево не попали. Но снаряд положили довольно близко. Вполне себе результат. А если еще и внести поправки в прицел, то возможно получится добиться и лучшего результата.

Зарядили орудие, повторив весь цикл. За одно и тренировка для расчета. Н-да. Вообще-то, народу кот наплакал. Если случится драться, то расчет из трех матросов, это ни о чем. Тем более на паруснике, где необходимо управляться еще и с такелажем.

Следующий снаряд лег хуже предыдущего, явно указывая на то, что Борис был не прав, когда менял очку прицеливания. И это не замедлил подтвердить следующий выстрел. Н-да. Если этот результат в разы лучше, чем у прежних гладкоствольных пушек, то остается только хвататься за голову. А еще надеяться, что драться все же ни с кем не придется. Ах да. И продолжить пристрелку этих раритетов. Еще и развернуть шхуну придется, чтобы навести орудия правого борта. Хорошо хоть у них есть паровой катер и это не составит труда.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:34 | Сообщение # 9
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 8

Старый знакомый


Шторм окончательно утих только к рассвету. Зато на смену непогоде пришел ровный, попутный северо-восточный ветер. Что на руку, учитывая отсутствие у «Мерилин» машины. Команда конечно в сильно усеченном составе, но ее вполне достаточно, чтобы управиться с гафельными парусами шхуны.

Волнение на море никуда не делось. Не сказать, что оно доставляет неудобства, но качка все же присутствует. Чтобы не заливало катер, идущий на буксире, его накрыли тентом. Капитан предложил было поднять его на борт, но Борис отказался.

Несмотря на качку, шхуна уверено выдавала одиннадцать узлов, пусть и под попутным ветром но это все же не может не впечатлить. Для косого парусного вооружения и полной загрузки превосходный результат, что свидетельствует о хорошем состоянии судна. И если ничего не изменится, то до британской колонии доберутся еще до захода солнца.

Несколько часов шли довольно бодро, не меняя галсы. Что говорится перли по прямой. Но к полудню ситуация изменилась. Из-за одного из островов появились паруса. Неизвестное судно сменило курс и довольно резво начало их нагонять. Вдобавок к парусам, появился дым, что свидетельствовало о запуске машины. Сразу они ее конечно не задействуют. На разведение паров потребуется не менее часа.

Впрочем, судя по всему судно небольшое, паруса прямые, что при попутном ветре дает значительное преимущество в ходе. Так что, если ничего не изменится, то нагонят они «Мерилин» куда раньше, чем котлы наберут необходимое давление. Машина это так, на всякий случай. Стоит шхуне заложить разворот, меняя положение ветра даже на боковой и преследователь начнет отставать. А уж если пойти против ветра, так и подавно. Потому и страхуются, готовя машину к запуску.

Борис поднялся в ходовую рубку, расположенную на корме, чуть выше надстроек, предоставляя обзор. Попросил у шкипера бинокль и взглянул на преследователя. Недовольно дернул уголком губ и произнес.

— Сэр, нам нужно сменить курс?

— Зачем?

— Я знаю это судно. Это итальянский капер, большая яхта «Роза». Командир, капитан Бэнтли.

Еще бы ему не узнать корабль, который не однократно рисовал, а так же имел возможность наблюдать как с близкого, так и с далекого расстояния. Так что, ошибки быть не может.

— Вы уверены, молодой человек?

— Абсолютно.

— Британец, — скорее удовлетворенно, чем вопрошая, произнес Кроуфорд.

— На службе у итальянской короны.

— Ну что же, ничего страшного. Наши судовые документы в порядке, судно направляется в британский порт, а значит контрабанды нет. Не вижу причин для волнения.

— Не хотел бы вас разочаровывать, но в этом деле есть один нюанс. Я служил на «Розе». Но когда господин Бэнтли решил преступить закон, предпочел оставить службу в нарушении контракта.

— То есть, вы дезертир?

— По законам Италии, — подтвердил Борис. — В отношении же Бэнтли Россией инициировано международное расследование по обвинению в пиратстве.

После чего подошел к рынде и отбил сигнал тревоги. Вслед за этим выдал трель из боцманской трубки, сзывая команду по большому сбору. Н-да. Команда. Боцман, три матроса и капитан. Лейтенант Джеймс под замком. И учитывая, что ему предстоит трибунал, так как из-за его халатности погибла часть пассажиров и практически весь экипаж, выпускать его из под замка не лучшая идея.

— По Сути «Мерилин» является моим трофеем, — сразу взял быка за рога Измайлов. — Нас догоняет итальянский капер и по законам королевства я дезертир. А значит, он имеет полное право взять шхуну в качестве приза, до окончания разбирательства. Комиссия по призовому праву конечно даст разрешение мистеру Кроуфорду выкупить свою собственность. Но при этом достигнутые нами с ним договоренности будут аннулированы. Ваше жалование, а это более чем по сотне фунтов на брата, и судовая касса перейдут в руки капера на правах трофеев. Корабль и груз выкупить можно будет на общих основаниях. Со мной иметь дело будет куда выгоднее, — пожав плечами, закончил Борис.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался боцман.

— Отвадить пирата, прикрывающегося каперским патентом, что же еще.

— То есть, драться? — под одобрительное ворчание троих матросов произнес боцман.

— Это капер. Они сражаются не за Родину, а за деньги. Я знаю команду «Розы». Несколько попаданий и они отстанут в поисках менее зубатой добычи.

— Или станут расстреливать нас держась в отдалении и используя свои дальнобойные пушки.

— Повторяю, я знаю команду и наводчиков пушек в том числе. Они и на спокойной воде не блещут, а уж при таком волнении и подавно. Чтобы добить попаданий им придется с нами сближаться. Рискнуть, и получить награду. Отказаться, и остаться ни с чем. Решайте парни.

Раздумья длились недолго. Боцман посмотрел за спину Борису, явно встретившись взглядами с капитаном и получив одобрение. После чего выразил свое согласие. Тройка моряков беспрекословно пошла за своим лидером.

— Вот и ладушки. Мистер Кроуфорд, у вас найдется русский флаг?

— Разумеется.

— Прикажите поднять.

— Даже так.

— Я гражданин Российского царства. Не хотелось бы оказаться под арестом по прибытии в Адан.

— Логично.

— И еще. Я правильно понимаю, что при встречном и боковом ветрах у нас будет преимущество в ходе?

— Под парусами, несомненно.

— Тогда начинайте разворот на встречный курс, пока они не развели пары.

— А если их котлы уже под парами?

— Вы забыли, что я знаю капитана Бэнтли. Он тот еще скряга.

— Хорошо.

Покончив с делами в ходовой рубке, Борис направился к Алине. Не стоило забывать о том, что они сейчас находятся между молотом и наковальней.

— Думаешь они не попытаются избавиться от нас, чтобы завладеть кораблем? — встретила она его вопросом.

— Думаю, что это было бы глупостью со стороны англичан. Уверен, что капитан не станет жадничать, и помимо всего матросского жалования пообещает парням еще и премию. Все дешевле. А потом взденет британский флаг, пустит досмотровую команду, сдаст меня, если я еще буду жив, и продолжит путешествие. Поэтому хотел бы тебя попросить, прикрыть мою спину. До первого выстрела, у лаймов есть шанс выйти из этой ситуации без потерь. После, уже без вариантов.

— Согласна. Не переживай. Я прикрою тебя. Просто делай свое дело, Боря, — со зловещей ухмылкой пообещала девушка.

— Вот и договорились.

Гафельные паруса шхуны в управлении значительно проще прямых и требует меньшего числа команды. Чем собственно и обуславливается отдание предпочтения именно подобному вооружению. Но управляться с ними даже вчетвером, не так уж и просто. Развернуть же парусник, не предпринимая никаких действий с парусами, попросту нереально. Но они все же управились с этой задачей.

Когда с разворотом было покончено и «Мерелин» двинулась навстречу преследователю, Борис решил обойти орудия. Нужно было лишний раз удостовериться в том, что заряды первой подачи в комплекте.

В том, чтобы поднимать дополнительные он не видел смысла. Пара-тройка попаданий и Бэнтли поспешит отвернуть. На экипаж ему плевать. А вот экипажу на свои жизни нет. А уж если удастся поджечь яхту, то капитан и сам поспешит убраться восвояси. Пожар на деревянном корабле то еще удовольствие. Матросы «Мерилин» так же вооружилась брандспойтом и окатывая палубу с надстройкой. Во избежание возгорания.

Борис подходил уже к четвертой пушке, когда за его спиной раздались выстрелы. Он мгновенно обернулся, выхватывая скорострельный бульдог, и выискивая противника. На палубе корчились двое матросов. Алина стояла неподалеку от них, в сизой пороховой дымке, которую сносило в сторону.

Борис других противников не наблюдал, девушка же вновь вскинула револьвер и практически не целясь дважды выстрелила. За спиной Измайлова послышался болезненный вскрик, тут же перешедший в стенания. Обернувшись он приметил третьего моряка, катающегося по палубе, прижимая руки к груди.

— Боря, не расслабляйся. Это травмирующие патроны, — роняя один бульдог и выхватывая другой, произнесла девушка. — А вот в этом у меня боевые патроны, — возвысив голос, проинформировала она, явно обращаясь не к Измайлову.

— У меня тоже. Выходим с поднятыми руками, — выкрикнул он.

Вообще-то в барабане были травматические патроны. Вот не хотелось им доводить до крайностей. Разбирайся потом с британскими властями. Вот лишнее это. Со всех сторон лишнее. Тем более, что Алине надлежало прибыть именно в Аден. Ведь ее рекомендательное письмо было адресовано именно тамошнему консулу.

Боцман появился с поднятыми руками и каменным выражением лица. Посмотрел на парней, которые уже прекратили стенать, и поднимались на ноги, потирая места, куда прилетели резиновые пули. Едва понял, что те вроде как в порядке, как во взгляде появилось облегчение. Болеет за команду, хотя и является доверенным лицом капитана. Нормальный дядька. Да и желание решить дело по пути наименьшего сопротивления, тоже вполне объяснимо.

— Сэр, это была дурная затея, которая будет стоить вам еще одной тысячи фунтов. Желаете увеличить ставки? — приметив шкипера у руля, поинтересовался Борис.

— Пожалуй этим и ограничимся, — явно недовольным тоном ответил тот.

— Парни, жалование команды, все еще за вами. Но это последний шанс получить его. Дальше решайте сами.

— Там полторы сотни человек, — произнес боцман.

— Сто двадцать, — поправил его Измайлов. — Только я уже говорил и повторюсь, если будете просто выполнять свою работу, им это не поможет.

— Парни, по местам, — дернув уголком губ, распорядился боцман.

— Световой код. Требуют лечь в дрейф, — проинформировал шкипер.

— Отвечайте. Русская шхуна. Приказ выполнить отказываюсь. Требую не мешать следовать своим курсом.

Ответ прилетел незамедлительно в виде предупредительного выстрела. Снаряд лег довольно далеко по курсу, выдав незначительный всплеск.

— Так значит. Л-ла-адно.

Настроение и так не в дугу. А тут еще и эти придурки. Измайлов вызвал двоих матросов выступавших в качестве прислуги и приказал зарядить орудие. Суда двигались встречными курсами, но не на одной линии. Поэтому сектора горизонтальной наводки вполне хватило, пусть и практически впритык.

Целился Борис долго приноравливаясь к качке. Наконец когда шхуна оказалась на гребне очередной волны, оторвался от прицела и быстро распрямившись дернул шнур капсюля воспламенителя. Пушка тут же отозвалась грохотом выстрела, а в сторону капера ушуршал снаряд. В отличии от привета с капера, он лег поблизости от носа корабля. Не настолько, чтобы можно было воспринять это как накрытие, но и не так далеко, как в их случае.

— На пределе, — восхищенно выдал молодой матрос.

— То ли еще будет, — окинув куций расчет хмурым взглядом, заверил Борис.

Намека капер не понял. Что в общем-то и не удивительно. Более того, Борис точно знал, что Бэнтли уцепится за эту возможность, чтобы обвинить шкипера шхуны в агрессии и начать действовать против него более решительно. Договориться с ним у Измайлова не было никакой возможности, поэтому он предпочел обострить ситуацию до максимума. В этом случае он в большей мере устранял опасность у себя за спиной.

Капер ответил сразу из двух орудий. Как и ожидал Борис, несмотря на все время сокращающуюся дистанцию, наводчики серьезно так дали маху. При этом мало, что не взяли цель под накрытие, так еще и отправили снаряды с большим разлетом. Качка сказывалась на стрельбе далеко не лучшим образом.

— Значит так парни. Зарядили орудие и сразу же перешли к следующему. И так продолжаете, пока не поступит команда отставить. Я буду переходить от одной пушки к другой и стрелять. Работать быстро, но строго по инструкции. Нам только непроизвольного взрыва не хватало. Вопросы.

— Ты управишься? — поинтересовался матрос постарше, лет тридцати пяти.

— Даже не сомневайся. Просто делай свою работу.

Едва зарядили орудие, как Борис приник к прицелу. К этому моменту капер успел сделать еще по паре выстрелов на орудие. В последнем случае ему удалось взять шхуну под накрытие. Но как оказалось, это ни о чем не говорило. Пока Борис целился, канониры преследователей успели выстрелить еще раз. Только теперь их снаряды улетели значительно в сторону.

Измайлов так же не мог похвастать достаточно точной стрельбой. Несмотря на долгое прицеливание, первый выстрел вышел смазанным и снаряд лег с солидным недолетом. Второй Ушел с перелетом, как сообщил шкипер, наблюдавший за противником в мощный бинокль, проделав дыру в грот-марселе. Последующие четыре так же ушли в белый свет как в копейку. Несмотря на то, что капер из современных и более точных орудий так же не добился ни одного попадания, на Бориса уже смотрели искоса. И это при том, что дистанция сократилась уже практически до километра.

Шкипер уже затребовал смену курса, когда до Бориса вдруг дошло, как и что следует делать. Словно пелена спала с глаз. Все стало четко и ясно, как солнечный день. Попросив обождать со сменой курса, он в очередной раз прицелился, поймал момент и резко распрямившись, дернул за шнур.

Даже не дожидаясь результата он быстро переместился к другому орудию, на ходу отцепив с карабина шнура чеку. Тем временем снаряд достиг своей цели и на палубе капера вспухло молочно белое облако. Борт «Мерилин» огласил радостный крик шестерых человек, включая Алину и шкипера.

Борис же остался безучастным уйдя в себя и не сводя взгляда с яхты. Только и того что удовлетворенно кивнул. Подошел к пушке, подцепил карабином шнура чеку капсюля-воспламенителя, приник к прицелу. Несколько секунд и он вновь распрямился, дернув шнур. Грохот выстрела. Откатившееся орудие. Облако порохового дыма.

Не обращая на это никакого внимания, он переместился к первой пушке. Удовлетворенно отметил, что и этот выстрел достиг цели. На этот раз снаряд пробил тонкую стенку и взорвался в камбузе, выметнув в окна клубы белого дыма.

Подойдя к орудию Измайлов обнаружил, что матросы все еще суетятся изготавливая его к бою. Хотел уже было возмутиться подобной нерасторопности, но вовремя сообразил, что парни тут ни причем. Просто привыкли уже, что у него на каждый выстрел уходит более полуминуты. А тут, как-то уж слишком резво управился. Да и сама перезарядка по нормативу составляет двадцать секунд.

Борясь с нетерпением, вновь приник к прицелу. Поймал момент. Выстрел! На этот раз сменил орудие без спешки, наблюдая очередной разрыв на баке.

В этот момент раздался звон битого стекла и одновременно с ним взрыв внутри надстройки. В лицо ударила упругая волна воздуха обильно сдобренная запахом сгоревшего пороха. Снаряд пушки Дубинина немногим уступит цилиндрическому трехфунтовки. Так что, получилось вполне весомо.

Борис непроизвольно вздрогнул и пригнулся. Сказывались два смертельных ранения. Правда доктор заверил, что в его «Аптечке» есть еще один заряд, а так же имеется парочка одноразовых артефактов. Но, признаться, оптимизма это не добавляло.

Заглянул в окно салона для пассажиров. В помещении висела сизая взвесь дыма и пыли. Но возгораний вроде бы не было. Правда это вовсе не успокоило боцмана, вбежавшего во внутрь с брандспойтом наперевес. Пожарная команда состояла из него, и одного единственного матроса у помпы. Шкипер у штурвала, двое матросов при Борисе. Вот и все наличные силы.

Следующим выстрелом он вновь добился попадания. Но и противник попал в них. Пришлось бросать стрельбу и браться за паруса, меняя курс чтобы начать отдаляться от противника. Капер так же начал разворот, преследуя «Мерилин». Пока преимущество на стороне шхуны, но как только будет запущена машина, оно тут же сойдет на нет.

Когда управились с парусами Борис вновь вернулся к орудиям. И первым же выстрелом добился попадания. Второй дал всплеск близ борта, но все же не попал в цель. Снаряды уже подносили от орудий левого борта, а потому и скорость перезарядки заметно упала. Видя это, боцман с матросом из пожарной команды бросился к крюйт-камере за новыми зарядами. Ну что тут сказать, заявление Бориса оказалось несколько самоуверенным.

Изменившиеся положение судов, их скорость и бортовая качка не могли не оказать своего влияния на точность стрельбы. Расчеты капера имеющие более скорострельные орудия и возможность не отвлекаться на управление кораблем, успели сделать по несколько выстрелов. Но, в отличии от Измайлова, пока не добились ни одного попадания.

Дистанция постепенно начала увеличиваться, что внушало некоторый оптимизм. Но затем ситуация изменилась. Капер наконец задействовал паровую машину. Прочем, триумф преследователей длился недолго. Очередным снарядом им перебило паропровод и яхта окуталась горячим облаком пара.

Едва поняв, что именно случилось, шкипер Кроуфорд вновь призвал команду к парусам. Развернул «Мерелин» оставляя преследователя строго за кормой. Капер еще имел возможность вести обстрел. Вот только смысла в этом не было никакого. Без машины, ему за шхуной не угнаться. Потопить не получится. С таким-то процентом попадания. Вот и отстал.

Морской бой завершен результат ничейный

Получено 2475 опыта к умению «Наводчик-3» — 10380/16000

Получено опыта 2475 — 0 / 64 000

Невозможно начислить опыт, необходима Наука 3

Получено 2475 избыточного опыта — 129403

Получено 123 свободного опыта — 2086

Словно подтверждая выводы Бориса возвестила Система. Ну, раз уж она сочла бой завершенным, значит так оно и есть.

— Хм. Русский, а ты действительно хорош. Я уж подумал, что только с винтовкой обращаться и умеешь. А ты вон как ему навалял, — не без уважения в голосе, произнес подошедший боцман.

— Я же говорил, просто верьте мне и все будет в порядке, — подмигнув ответил Борис отмечая, что Алина словно невзначай держится неподалеку.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:34 | Сообщение # 10
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 9

Заманчивые перспективы


Утро выдалось чистым, звонким и душным. Вентилятор вращающийся на потолке помогал откровенно слабо. Но это хоть что-то. Странное дело, вроде бы Вольвик не так уж и далеко, но там такого и близко не было. Быть может от того, что остров, как и сам город, буквально наполнены зеленью, благодаря обильным источникам воды. Ну и еще такой момент, как ледниковая шапка на господствующей горе острова. Ночной бриз дующий с берега неизменно приносил в город прохладу, поэтому и спать было одно удовольствие.

На Адене так же присутствует гора. Только она не так высока и представляет собой всего лишь голые скалы. За день они прогреваются настолько, что ночной бриз приносит куда более теплый воздух, чем дневной с моря. Только под утро становится более или менее прохладно, но настолько незначительно, что Измайлов этого даже не замечает.

Жарко ночью, жарко днем. Вентиляторы не способны справиться с высокой температурой. И это при том, что сейчас середина зимы. Как оно тут летом и думать не хотелось. Поэтому кто как, а Борис не готов тут останавливаться. Вот только управится с формальностями и поспешит отсюда ретироваться.

Этот остров примечателен для англичан только своим удобным расположением. Сельского хозяйства тут нет. Из промышленных объектов только порт, с его судоремонтными верфями. Растительность скудная, это мягко говоря. Хотя город конечно попытались озеленить по максимуму, искусственно высаживая деревья и кусты местных вечнозеленых пород.

Впрочем, возможно он и придирается. Ну вот не любит он жару, хоть убей. Ему бы туда где попрохладней. Что там говорили Рыченков и Носов, стать боярином и получить владения на севере Российского царства. От этой мысли по спине пробежался холодок. Вообще-то, там холод собачий, даже летом. Это он помнит еще по своему миру. Сомнительно, чтобы тут было иначе.

Снимать квартиру на круг выходит дешевле. Но тут такой момент, что минимальная аренда три месяца. Хочешь живи, не хочешь просто заплати. А это как бы лишние расходы. Поэтому он остановился в гостинице. Не самой дорогой. Причем экономия средств тут ни причем. Его там банально не поселят. Не по Сеньке шапка. Но самая приличная из того, что ему полагалось по сословному статусу. И уж точно самый лучший номер, в котором имелся вот этот потолочный вентилятор. Н-да. Как-то он теперь не уверен, что переплата того стоила.

В порт они прибыли глубоко за полночь. Пришлось покружить, чтобы убедиться в том, что удалось сбросить с хвоста капера. При этом Алине и Борису изрядно досталось. Ни о каком отдыхе не могло быть и речи. Отсутствие общей опасности вновь разобщили команду.

Спасибо Бочкаревой, которая довольно ловко утрясла все формальности с таможней и портовыми службами. Просто удивительно как много знает и каким разносторонним опытом обладает эта девушка. Не будь ее и Борису пришлось бы провозиться куда дольше. А еще, несмотря на то, что мозги теперь вроде как работают нормально, его непременно обули бы из-за незнания кухни и особенностей в вопросах судовладения.

После было консульство. Не сказать, что служащих обрадовали столь поздние визитеры. Но работу они свою сделали, взяв вновь прибывших на заметку и зафиксировав где именно они остановятся. Всего лишь навсего страховка, на случай нечестной игры со стороны властей. Тут ведь свои законы и направлены они в первую очередь на отстаивание интересов подданных британской короны.

В течении десяти дней им удалось решить все проблемы связанные с «Мерилин» и на их счета упало по одной тысяче семьсот пятьдесят фунтов. На секундочку восемь тысяч семьсот пятьдесят рублей. Весомая сумма, если не сказать больше. Конечно, состоятельным человеком это его не делает. Зато позволяет на довольно продолжительное время отбросить финансовые вопросы далеко в сторону.

После утреннего туалета, взглянул на время и вышел из номера. Прошел по коридору и через три двери постучал в дверь Алины. Девушка к этому времени должна была уже привести себя в порядок. Благодаря имеющимся средствам ей удалось довольно быстро восстановить утраченный гардероб.

Чего не сказать о месте службы. Она до сих пор находилась в подвешенном состоянии. Каждый день ходила в консульство как на службу, и всякий раз получала один и тот же ответ — ожидайте решения по вашему вопросу.

Вообще-то, особенно расстроенной она не выглядела, откровенно заявив, что после такого куша, она уже и не уверена, желает ли немедленно выходить на службу или можно устроить длительный отпуск. Когда Борис намекнул ей, что девушке мол неплохо бы подумать и о замужестве, она только отмахнулась, заявив, что первую свою жизнь намерена потратить с куда большей пользой. А уж потом можно будет подумать и о семье.

— Н-да. Боренька, ты не находишь, что при твоих-то средствах можно озаботиться сменой гардероба, — открыв дверь и окинув его оценивающим взглядом, произнесла она.

— Меня вполне устраивает мой костюм, — словно рассматривая себя, ответил он. — достаточно прилично и в то же время не броско. А главное, льняная ткань отлично подходит к данному климату.

— Отчего же не светлые тона? — замыкая дверь, поинтересовалась она.

— Слишком маркие. А заботиться обо мне некому, — нарочито вздохнул он.

— Странный ты Боря, — беря его под руку и направляясь по коридору к лестнице, произнесла она.

— И чем, позволь полюбопытствовать?

— тем, что непонятный. То мальчишка, мальчишкой, каковым и являешься. А то сквозь детскую непосредственность проглядывает взрослый мужчина. Ладно бы еще ты был из числа переродившихся. Но ты ведь и впрямь молод.

— Это недостаток?

— Скорее достоинство. Легкий налет таинственности придает тебе еще больше привлекательности и шарма, — лукаво стрельнув в него взглядом, произнесла она.

Спустившись на первый этаж, направились в таверну при гостинице, чтобы позавтракать. Заведения эти доступны всем слоям общества, если только позволит кошелек. Правда, целый ряд заведений все же откажет в обслуживании откровенным оборванцам, пусть у них и водится монета. Разухабистым компаниям моряков тут так же не будут рады.

После завтрака наняли извозчика и поехали к портному. При наличии времени и средств, Борис припомнил свои мысли относительно некоторых предметов одежды и нижнего белья. В частности, о мужских трусах и юбке-брюках.

Когда описал свою задумку, да еще и нарисовал, Алина прямо-таки загорелась получить этот предмет гардероба. Получается вроде как и на грани приличий и в то же время не переступая через нее. По ее заверениям, это должно было произвести настоящий фурор. Во всяком случае, среди женщин ведущих активный образ жизни. Да хоть бы для катания на том же велосипеде.

Портной встретил их вполне любезно, но без энтузиазма. Что тут сказать, английская чопорность уже давно стала притчей во языцех. Ну не мог он одобрить подобный туалет. Наверное именно по этой причине взвинтил цену до неприличия. Да оно в обще-то и понятно, ему ведь пришлось мудрить с выкройками, имея только общий рисунок, как оно все должно выглядеть. Пусть и в различных ракурсах. Кстати, позы девиц ему так же показались до жути неприличными.

Точно такое же отношение и к задумке с трусами. Он конечно же выполнил все в точности, но полагал крайне неприличным носить подобное. И что с того, что никто кроме самого владельца и крайне близких ему людей этого не увидит.

Однако его отношение изменилось едва только Алина появилась пред светлы очи мужчин в новом одеянии. Сам же Борис едва не подавился кофе, которое отпивал как раз в момент выхода девушки из примерочной.

А как он еще должен был реагировать на три тысячи опыта и свободное очко характеристик. Это что же получается, Система оценила его вклад в развитие человечества? Вот это? Серьезно?

Судя по крайней степени удивления на лице портного ему так же кое-что перепало за соавторство. Интересно, с какого перепуга? Хотя-а-а… Все прежние изобретения он делал либо походя изготавливая прототип, либо предоставляя помощникам готовые чертежи. Здесь же он представил только красочный общий вид.

— Господин Коупленд, я желаю заказать еще одну такую юбку, к моей сегодняшней кофточке, — покрутившись перед зеркалом в полный рост, заявила девушка.

— Кхм. Н-непременно.

— А второй заказ готов, — отставив чашку с кофе, поинтересовался Борис.

Чем черт не шутит, пока бог спит. А вдруг.

Предчувствия его не обманули. Очередные три тысячи опыта и очко характеристик. Последнее он все так же без раздумий вогнал в Интеллект, сиречь Разумность, доводя его показатель до одной целой сорока пяти сотых. Ч-черт! Еще каких-то пятнадцать очков и он доведет его до академических показателей. И это вовсе не фигура речи. Потому что у него уже имеется еще одна задумка, которая непременно должна будет его одарить очередным бонусом. А там и еще чего-нибудь придумает. У него оно как-то само собой выходит.

— Кхм. Молодой человек, я хотел бы обсудить с вами пару вопросов.

— Похоже опыт вам пришел, а вот считать данное изобретение вашим не позволяет Эфир. Я правильно все понял? — лучезарно улыбаясь, поинтересовался Борис.

— Что такое? Эфир отметил твои задумки? — тут же навострила ушки Алина.

— Представь себе.

— И отдал приоритет тебе?

— Я так полагаю, так как подкинул два очка набавок.

— Тогда приоритет несомненно у тебя. Мистер Коупленд может рассчитывать только на опыт, — безапелляционно заявила она.

— Я так и полагал, — пожав плечами, произнес Борис. — Итак, мистер Коупленд, ваше предложение?

— Мне сорок, вам шестьдесят.

И куда только подевалось все его осуждение и неприятие подобного непотребства. Вот на что способен фунт животворящий.

— Алина, у тебя нет желания заняться этим вопросом?

— У меня?

— А что такого? Ты девушка не обделенная талантами, сумеешь выжать из этого максимум пользы. Наймешь персонал и готовый модельер. А там, глядишь я еще чего-нибудь придумаю. На грани приличий, — хмыкнув закончил он.

— Б-боже упаси, — открестилась она. — Пусть каждый занимается своим делом. Это, точно не мое.

— Как скажешь, — искоса наблюдая за тем, как мрачнеет портной, произнес он. — Итак, мистер Коупленд, мое предложение пятьдесят на пятьдесят. При этом я не касаюсь ни единого момента. Все переговоры, продвижения и тому подобные вопросы полностью ложатся на ваши плечи. Если вас это устраивает, можем прямо сейчас пройти к нотариусу, а затем к стряпчему.

— Меня это устраивает.

— Вот и замечательно.

— Только, для удобства лучше все же открыть счет в британском банке.

— Счет уже имеется. Алина?

— Ну уж нет. Я в консульство. Вдруг мой вопрос все же сдвинулся с мертвой точки.

— А если нет?

— Уговорю тебя купить вскладчину морскую яхту и отправимся с тобой в кругосветное путешествие.

— Не думаю, что это входит в мои планы.

Вообще-то, оно конечно заманчиво. И в груди что-то екнуло в предвкушении. Опять же, опыт по морским наукам при хождении под парусом нарабатывается прям бегом. Только ему нужно заниматься не морскими умениями, а художественными. Уже почти две недели, как он не берется за рисование. Даже наброски не делает. А все оттого, что не желает резкого роста показателей свободного опыта. Пока не утрясутся все вопросы с консульством и он не устроится на особицу, лучше бы с этим не баловать.

Ничего страшного, еще наверстает. Тем более, что самоучитель он вовсе не забрасывает. Правда, показатели изучения предметов без практики растут даже не в час, а в день по чайной ложке. Впрочем, к гадалке не ходить, что он в сравнении с обычными учениками, усваивает материал значительно лучше и быстрее. И это, при наличии у них опытных преподавателей.

Ему сейчас нужно найти спокойный уголок и рисовать, рисовать, рисовать. А тут такое заманчивое предложение, приобрести яхту. Н-да. Отмахнуться-то он отмахнулся, но от одной мысли, что он заполучить в свои руки настоящую мореходную яхту, им овладело возбуждение, которое насилу удалось скрыть.

Кстати денег у него более чем достаточно, даже для самостоятельной покупки. В общей сложности на банковском счету и в именных ценных бумагах он имеет более девяти тысяч рублей. Наличных при себе он оставил немного, так, на карманные расходы. А если задержится на острове на пару недель, то вполне может рассчитывать и на большее. Благо телеграф тут имеется.

Хм. А вообще, коль скоро связь уже появилась, может переправить старикам документацию на его изобретения? Все равно идти к нотариусу. Нужно будет узнать как правильно выправить доверенность. Пусть Рыченков и Носов занимаются. Глядишь, к его возвращению колесо уже раскрутится вовсю. Оно конечно у него быть может получилось бы и лучше. Но каждый должен заниматься своим делом. Его задача расти и учиться.

Посещение нотариуса принесло некоторое разочарование. Если с мистером Коуплендом никаких проблем, то с отправкой доверенности в Россию имелись сложности. Для ее оформления необходимо присутствие обоих лиц. Не сказать, что он этого не знал, но надеялся, что в этом мире все же возможны варианты. Ну, не срослось и не надо. Оформит по возвращении. Не велика беда.

— И как у нас дела? — присаживаясь за столик на веранде летней кофейни, поинтересовался Борис.

Н-да странное дело. Он с трудом сдерживается, чтобы не снять с себя пиджак и остаться в одной рубашке, а местные, в смысле европейцы, расхаживают в довольно теплых одеяниях и где-то даже зябнут. День-то прохладный, всего лишь двадцать пять градусов. Д-дур-рдом.

— А у вас?

— Я первый спросил.

— А я девушка, — лукаво стрельнув глазками, парировала она.

— Ладно. У меня полный порядок. Бумаги оформили. Теперь дело за компаньоном. Пусть работает и шлет отчеты.

— Уверен, что не ошибся?

— Не думаю, что он настолько глуп, чтобы обманывать меня по крупному. И вообще, я с этого свое уже получил. То, что так просто не получить или получить за дорого.

— Очко надбавок?

— Два, очка.

— Хм. Резонно. А у меня опять все в подвешенном состоянии. Я уже реально подумываю, а не махнуть ли на все это рукой. Нет, правда. Страшно подумать, у меня сейчас на счету моя зарплата за десять лет.

— Цифра кружит голову?

— Устала сидеть на одном месте. Те три дня… Я прямо как птица феникс восстала из пепла. Кровь по жилам заструилась, дышать по другому стала. Как представлю, что опять придется сидеть за конторкой… Бр-р-р.

— Опять отправишься куда-нибудь на войну?

— Можешь смеяться, но я уже ни в чем не уверена. Слушай, есть предложение. Давай закатимся в какую-нибудь таверну. Хочется выпить чего-нибудь покрепче кофе.

— При гостинице?

— Нет. Давай все же на нейтральной территории.

В принципе, еще когда она озвучила свое предложение, он уже знал, чем все закончится. Было у нее во взгляде что-то эдакое. Тоска и безнадега, которую нужно было хоть как-то развеять. Алкоголь и бурный секс вполне для этого подходят. Правда, теперь отчего-то присутствовала уверенность, что несмотря на попойку в стороннем заведении, вся гостиница уже в курсе, чем именно они занимались.

— Обязательно было так кричать? — поглаживая головку Алины, уютно пристроившуюся на его груди, поинтересовался Борис.

— Не брюзжи, — умиротворенно выдохнула она.

— Забочусь о твоей репутации.

— Да мне без разницы. Думаешь моей репутации ничего не угрожало, когда я отправилась на войну? Как бы не так. Девица на войне, да еще и в окружении мужчин. Никаких сомнений, все и так ясно. И мужчины едва узнав о моем боевом прошлом, сразу же начинали вести себя по другому, явно намекая на свою мужественность и мою распущенность. Да и не собираюсь я задерживаться в Адене. Так что, с репутацией это точно мимо.

— А как же служба?

— Раздумала. Нет, правда, пришла пора немного разогнать кровь по жилам.

— Ты серьезно собралась на войну?

— Я ведь не просто так подалась воевать, а с верой в то, что дерусь за правое дело. Сейчас такого на горизонте не наблюдается. Так что, ты как хочешь, а я все же куплю яхту и отправлюсь в кругосветку.

— Одна?

— Присоединяйся, — пожав плечами, просто ответила она.

— Ты серьезно?

— Разумеется. И тебе можно будет устроить мастерскую. Будешь рисовать в свое удовольствие чередуя вахты.

— Не взвоем вдвоем?

— С чего бы, — проведя кончиком ноготка по его груди, возразила она. — Опять же, кто нам запретит делать длительные или короткие стоянки. Ну же. Я, кстати, сегодня была в порту и видела отличную яхту. Цена конечно высокая, зато комфорт по высшему разряду, плюс паровая машина.

— Играть на слабостях нечестно.

— И кстати, нашла покупателя на твой катер. Пароход «Сансет» потерял свой во время прошлой бури. Шкипер готов приобрести «Садко» за сто пятьдесят фунтов. Хорошая цена.

— А это удар ниже пояса, — слегка тряхнув и прижав к себе, произнес он.

— Я такая, — извернувшись, девушка куснула его в подбородок.

И тут же полезла с недвусмысленными притязаниями. А он что. Он не против. Хотя еще несколько часов назад, из-за жары, девушки его совершенно не интересовали. Н-да. Это дело такое. Главное начать.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:34 | Сообщение # 11
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 10

Дело государственной важности


Идея «изобрести» глушитель, ну или прибор для беспламенной и бесшумной стрельбы, у него возникла еще на Катарине. Когда Алина поведала о своем намерении брать пиратов в ножи. Ему еще подумалось, что такое приспособление значительно облегчит подобную задачу. Конечно дым никуда не денется, но все равно, преимущество будет более чем существенным.

О конструкции глушителя он знал мало. Только и того, что общее представление. Но посчитал, что затея вполне достойна воплощения в жизнь. Опять же, если получится, то он получит лишнее очко характеристик. А такой приз уже стоил кое-каких усилий и трат.

Почесав в затылке он решил взять кусок трубы диаметром в полтора дюйма. Наделать в ней множество отверстий диаметром не больше миллиметра. Разделить ее на два отсека с помощью толстой резиновой прокладки с крестообразным разрезом. Такую же установить на выходе из прибора. Да уплотнительную для насадки на ствол. Саму полость набить шайбами выгнутыми в виде конуса.

Прежде чем приступить к воплощению задумки, решил сначала определиться с видом оружия. Для этого он использовал банальную подушку. Револьвер не подошел. Выстрел конечно выходил несколько тише, но газы прорывающиеся сквозь зазор между барабаном и стволом делали затею с бесшумным револьвером неосуществимой.

Имеющиеся в их распоряжении винтовки матрина-генри и маузер он даже не рассматривал из-за высокой скорости пули. Зато винчестер Алины очень даже подходил и подушка практически полностью глушила выстрел. Получался какой-то невразумительный хлопок, который вполне способен раствориться в звуковом фоне шума листвы на ветру или городской улицы.

Токарь получив задание только почесал в затылке подобной прихоти. Потом назвал сумму и принялся за дело. На все про все у него ушло всего-то три дня. После чего Борис получил готовое изделие.

— Ну, долго ты там? — возмутилась Алина.

Они выехали за город в наемном экипаже. Вот нечего посторонним наблюдать за их манипуляциями. Как ни странно, девушка буквально вцепилась в его идею создания бесшумного оружия. Что вполне объяснялось несколькими бурными годами ее жизни. И вообще, у Измайлова сложилось впечатление, что она реальная адреналиновая наркоманка.

— Секунду, — закрепляя прибор на стволе, заверил ее он. — готова?

— Я вся в нетерпении.

— Тогда лови, — хмыкнув произнес он и нажал на спуск.

Признаться, ничего подобного он не ожидал. По окружности трубки длинной в десять дюймов, из множества небольших отверстий появились сотни тонких струек дыма. Именно их сверление заняло львиную долю времени потребовавшегося на изготовление изделия. При обычном выстреле дым выметается прочь из ствола, рассеиваясь в пространстве. Здесь же обволакивал ствол и стрелка.

Недостатком явилось и то, что вести прицельную стрельбу оказалось невозможным из-за трубы глушителя возвышающегося над мушкой. При работе на близких дистанциях для опытного стрелка не проблема. Но в отдалении свыше двадцати метров уже возникнут трудности.

Зато радовало практически полное отсутствие звука. Даже не пневматика, а скорее негромкий хлопок ладоней. Алина даже склонила голову на бок, не в силах поверить с происходящее. Взяла у него винтовку и сама произвела три выстрела кряду.

Борис не возражал. А с какого собственно говоря. Он получил главное, ради чего все это собственно и затевал.

Внимание! Вы изобрели новое изделие.

Как вы желаете его назвать?

Вот так. Ни много ни мало. Ладно, в жизни можно обзывать как угодно, а в патенте пусть будет по нормальному. Тем боле, что он знает название.

Вы назвали ваше изобретение «Прибор для бесшумной и беспламенной стрельбы».

Получено 5000 опыта к умению «Оружейник-1» — 2000/2000

Получена новая ступень умения «Оружейник-2» — 3000/4000

Получено 1 свободное очко характеристик — 1

Получено 5000 опыта — 0/64000

Невозможно начислить опыт, необходима «Наука 3»

Получено 5000 избыточного опыта — 140403

Получено 250 свободного опыта — 2636

Вот так вот. Знай наших. За каких-то девять месяцев дорасти не просто до пятого уровня, но еще и выправить ситуацию с Разумностью от дубины, до возможности получения академического образования. Правда, не отпускало ощущение, что при правильном подходе к процессу обучения он мог бы уйти еще дальше. Во всяком случае в художественной области. Ведь все его успехи завязаны именно на нее. А так-то даже полный курс школы еще не освоил на сто процентов. Если бы не вынужден был бежать, а продолжил бы обучение с Проскуриным, тогда скорее всего уже подступился бы к курсу гимназии, а так, чистой воды недоучка.

Но это он так. Брюзжит по привычке. А так-то, мало кто может похвастать такими достижениями.

Ступень — 5

Опыт — 0/64000

Свободный опыт — 2636

Избыточный опыт — 140403

Свободные очки характеристик — 0

Сила — 1.22

Ловкость — 1.21

Выносливость — 1.25

Интеллект — 1.46

Харизма — 1.05

Умения — 16

(Навыки — 1)

(Умения — 7)

Да молодец, чего уж там.

— Что Боренька, опять любуешься своими достижениями? — расстреляв магазин, поинтересовалась девушка.

— Ну так. Самую малость, — забирая у нее винтовку и принюхиваясь к трубе глушителя, подтвердил он.

— И как?

— Очко надбавок, — удовлетворенно кивнув, произнес он. — Н-да. Не показалось.

— Ты чем?

— Чувствуешь жженой резиной несет? И видишь дымок черный струится.

— Вижу.

— А еще, последняя пара выстрелов прозвучала громче, — по новой набивая магазин, констатировал он.

Перезарядив винчестер Измайлов вновь выстрелил. Самому стрелку особо не разобрать. А вот слушавшая со стороны девушка кивком подтвердила, что звук громче. Последние три выстрела нельзя было сравнить даже с пневматическими, скорее хлопки капсюлей. Ну и струйки дыма из боковых отверстий уже не такие дружные. Качество пороха не на высоте, к тому же дымный, вот и закоптилось изделие.

Разобрав глушитель, Борис убедился в своей правоте, как и в том, что пострадала даже уплотнительная резинка. О перегородках и говорить не приходилось. Чего еще ожидать от обычной резины. Все остальное изрядно закопчено, причем и от жженой резины в том числе. Ну что тут сказать, нет в жизни совершенства. Однако десяток выстрелов гарантированно беззвучные. Ну или около того.

Борис вооружился ершиком, вскрыл жестянку с печным топливом и принялся за чистку. А точнее, начал отмывать глушитель, буквально купая его в ванночке. Знал, что так оно и будет. Не в первый раз приходится чистить оружие после дымаря. Впрочем, тут дела обстояли много хуже.

Приведя изделие в божеский вид, Измайлов вновь собрал его, на этот раз с новыми резиновыми деталями. Установил на винтовку, но когда хотел уже начать снаряжать магазин, Алина остановила его.

— Попробуй эти патроны, — протянула она ему жестянку.

Ничего особенного. Вроде тех, что используются для хранения чая. Даже этикетка какая-то присутствует. Правда, открыв крышку он обнаружил резиновый уплотнитель, а внутри кусок древесного угля и дюжину патронов, у которых были обильно смазаны лаком капсюля и дульца гильз. Бумага, служащая для лучшей обтюрации и оберегает от освинцовывания отсутствовала.

— В чем подвох? — вздернув бровь, поинтересовался он.

— Они снаряжены пироксилиновым порохом. Хорошая штука, практически не дает дыма, засечь стрелка очень трудно. Но невероятно капризный, нестабильный, гигроскопичный и дорогой. А еще, быстро приводит в негодность ствол.

— Куча недостатков, — хмыкнув заметил Борис.

— Это точно. Просто, если использовать твой глушитель даже в кустарнике, то уже через пару выстрелов дальше своего носа ничего не увидишь.

— Опыт боевых действий?

— Он самый.

— Ну давай попробуем, — прекрасно понимая ее правоту согласился он.

Бездымный порох показал себя с наилучшей стороны. Звук получался чуть громче чем у черного. Но не критично. Борис ожидал более резкой отдачи, но ПББС отрабатывал заодно и как дульный тормоз компенсатор, а потому на комфорте стрельбы это никак не сказалось. Зато практически полное отсутствие дыма.

Из недостатков, два патрона дали осечку. В смысле капсюли сработали, а вот порох уже не воспламенился. Похоже все же увлажнился, несмотря ни на какие меры предосторожности. Девушка не разбираясь в причине, пинком отправляла их в полет, объяснив свои действия возможным затяжным выстрелом. Ну и опять начала коптить резина.

— Просто превосходный результат, — задумчиво произнесла она.

— Ты чего, такая пришибленная, Алина? — хмыкнув, поинтересовался Борис.

— Просто вспомнила сколько ребят могли избегнуть гибели, если бы использовали пироксилиновый порох и вот этот глушитель. Надеюсь, ты не побежишь патентовать это изобретение? Оно должно служить на благо России.

— Говоришь так, словно состоишь на службе, — покачав головой, произнес Борис.

— Я русская. А еще воевала. Пусть и не за Россию, но за ее интересы, в том числе, — дернув щекой, недовольным тоном произнесла она.

— Алина, я просто пошутил. Без обид. Хорошо? Давай так. Это изобретение мы используем только по обоюдному согласию. Идет?

— Согласна, — виновато улыбнувшись, произнесла она.

— Слушай, а откуда у тебя такие патроны?

— Сама кручу. Та еще морока. Просто беда. Но взяла себе за правило иметь хотя бы дюжину. Просто, время от времени их нужно обновлять. Эти у меня уже три месяца.

— Столько трудов и все же две осечки, — хмыкнул он.

— Есть такое дело. Потому военных и не заинтересовал.

— Господи, это сколько же в тебе столько талантов. Неудивительно, что ты не захотела заключать договор по сути.

— На себя посмотри. Походя, на ровном месте, три достижения оцененных Эфиром.

— Ладно. Уела, — разведя руками, согласился он.

— Кстати, я видела в оружейной лавке винчестер с кротким стволом. Всего-то двенадцать дюймов. Пятизарядный магазин, шестой патрон в стволе. С твоим глушителем получится вполне компактно.

— А если приделать складной или отъемный приклад, так и подавно, — хмыкнул он, довольный тем, что едва наметившаяся размолвка улетучилась без следа.

— Как это? — тут же навострила ушки девушка.

— Да просто, — доставая блокнот и карандаш, произнес он.

В пять минут сделал набросок. Алина получила общий вид того, что должно получиться, а его Система одарила очередными пятнадцатью очками.

Ничего сверхъестественного он не придумал. Достаточно отпилить приклад почти до щелки скобы. Получается эдакий обрез. Далее складывающийся снизу плечевой упор, с немудреным фиксатором в виде пары упругих пластин, для двух положений, сложенного и разложенного. Складывается снизу, так, чтобы не перекрывать окошко для заряжания. Конечно в сложенном виде будет слегка неудобно, но это мелочи, в сравнении с удобством компактности. Патрон, мощный для револьвера, не так уж и ощущается даже в обрезе.

— Признаться, я думала будет как на смит-вессоне, полноценный съемный приклад. А у тебя получается куда удобней. Во всяком случае, на рисунке.

— К хвату на цевье в сложенном виде придется привыкать. Можно конечно сделать его и съемным, но как по мне, слишком мешкотно.

— Согласна. Сможешь сделать подробный чертеж?

— Смогу нарисовать достаточно понятно для токаря. Все равно заказывать еще один глушитель.

— Зачем?

— Ну, винчестеров у нас получится уже два, — пожав плечами, просто пояснил он.

— Логично.

Не откладывая в долгий ящик, Борис разобрал прибор и начал вдумчивую чистку. Нагара, кстати, в разу меньше, чем от дымаря, хотя конечно никакого сравнения с тем, что был у известных ему аналогов. Опять же, при выстреле дыма практически не было, но он все же присутствовал. То есть, продукт получаемый девушкой не отличался чистотой.

Н-да. Алина Витальевна оказалась с двойным дном. Эдакая матрешка. Хотя-я. Права девушка. Кто бы говорил. И вообще, коль скоро прошла войну и не за ранеными утки выносила, а в этом он успел убедиться, то понахвататься могла разного. А как нарабатывается опыт в боевых условиях он уже успел убедиться.

Тянуть кота за подробности не стали и едва вернувшись в город, тут же направились в оружейную лавку. После чего навестили слесарную мастерскую. Как уже говорилось, в отсутствии поставок запчастей, единых стандартов и множества конструкций, имели распространение небольшие предприятия включающие в себя весь комплекс, от кузницы, до токарни.

Борис походя объяснил, что в результате должно получиться из оставляемого мастеру карабина. Тот задал пару уточняющих вопросов. Измайлов все так же сходу выдал решение, рисуя визуализацию конечного продукта. Разумеется без размеров. Но мастер заверил, что сложностей не возникнет, так даже проще, чем с чертежами. Тем более, если нет привязки к конкретным цифрам, то и простор для маневра куда больше.

Покончив с этим они направились прямиком к порту, где вернули пролетку кучеру, доплатив оговоренную сумму. Чем он остался вполне доволен. Еще бы. Лошадь и имущество в порядке. Сам он сидел себе в теньке и попивал холодное пиво, а денежка меж тем капала.

Уже второй день как они перебрались на свою яхту. Признаться, когда Алина говорила о комфорте, Борис предполагал нечто из его мира. Не сказать, что он видел много подобных судов, но кое-что на отдыхе наблюдать и арендовать доводилось. Реальность оказалась далека от его представлений. Впрочем, все удобства присутствовали. И для двоих тут было более чем просторно.

Да и цена. Признаться, удовольствие было не из дешевых. Если средняя стоимость деревянного парусника водоизмещением до двадцати пяти тонн составляла две тысячи двести пятьдесят рублей, то им это судно обошлось в пять.

Причем, стоимость машины составила только одну тысячу. Пара обычных автомобильных котлов и малоразмерная компаундная машина двойного расширения, работающая на один винт. Скорость она могла обеспечить незначительную, всего-то пять узлов. Но это куда лучше, чем дрейфовать в штиль.

Длинна яхты пятнадцать метров, но места было более чем достаточно для просторной спальни на корме, машинного отделения, камбуза, еще двух кают на носу, одну из которых они переоборудовали в мастерскую. Санузла, с гальюном и душем. И самое главное, кают-компания. Просторная, это не то слово. Четыре на четыре метра.

Осадка корпуса всего-то восемьдесят сантиметров, высота борта полтора метра. Благодаря надстройке всего-то в полметра удалось получить достаточно высокие потолки. Довольно большие окна дают достаточное освещение, чтобы можно было спокойно заниматься рисованием. И это помещение практически полностью было предоставлено в распоряжение Бориса.

Алина ничуть не собиралась стеснять его в рисовании. Зато заявила приоритетные права на мастерскую, причем наполнение ее инструментами и приспособлениями взяла полностью на себя. Измайлов где-то даже почувствовал себя уязвленным. Там же хранились все оружие и боеприпасы, для чего они даже устроили металлический шкаф. Мало ли. Ведь им предстоят стоянки в различных портах. Команды, кроме их самих у них нет.

Мачта одна и довольно высокая, с двумя треугольными парусами. Устойчивость яхте придает поднимающийся стальной шверт, с солидным грузом. Его шахта расположена под складывающимся столом в кают-компании. По заверениям Алины опрокидывание им не грозит. Приходится верить ей на слово.

Вообще, суденышко рассчитано на отдых какой-нибудь супружеской пары, с одним двумя матросами команды. Впрочем, вполне возможно обойтись и без них. Управлять парусами может даже один человек. Причем, благодаря трем лебедкам, даже физически слабая девушка.

Они уже выходили в пробное плавание. При хорошем ветре под парусами удалось разогнаться до пятнадцати узлов. И девушка уверена, что это не предел. Владелец на этот вопрос мог ответить только приблизительно, так как являлся всего лишь перекупщиком.

— Алина, ты чем занята? — заглянув в мастерскую, поинтересовался Борис.

— Не видишь? Химичу, — оставляя на время в покое массивные тиски, произнесла она.

— В смысле? — не понял Измайлов.

Пахло в мастерской конечно не фиалками. Но причем тут химия и тиски. Он еще удивился, к чему она приобрела такие солидные, но потом рассудил что такой агрегат при случае и за эдакую небольшую наковальню сойдет.

— Забыл, я сегодня расстреляла патроны с пироксилиновым порохом. Вот теперь нужно восполнить запасы. Хм. И пожалуй сделать больше дюжины, коль скоро у нас появилось такое интересное приспособление. Кстати, не желаешь помочь слабой женщине?

— Да не вопрос. Могла бы и сразу позвать. Только я все равно не понимаю, к чему тебе тиски? Ты что, все соки из сырья выдавливаешь, — берясь за рукоять и начиная вращать, поинтересовался он.

— В точку.

— А зачем?

— Видишь ли, Борис, пироксилин гигроскопичен, и при влажности в пятьдесят процентов уже инертен. Чтобы получить взрывчатку необходимо его осушить хотя бы до десяти процентов. Именно сушка и съедает львиную долю в процессе производства. С помощью пресса удается избавиться от большинства влаги, но чем ее меньше остается, тем тяжелее ее выгнать. Поэтому процесс приготовления одной партии растягивается на пару недель, а то и больше.

— И нафига попу баян, — оставив в покое тиски удивился Борис.

— В смысле?

— Сейчас.

Он вышел из довольно тесного помещения, где более или менее просторно только одному человеку. Двоим уже приходится толкаться плечами и попами. не сказать, что последнее его расстраивало.

Отсутствовал он недолго. А когда вернулся в его руках была бутыль со спиртом, позаимствованная из медицинской аптечки. В смысле, из обычной.

— Держи и не майся дурью, — с гордым видом вручил он ей принесенное.

— В смысле?

— Что в смысле. Выкладывай свой пироксилин в какую-нибудь тару. Потом залей спиртом. Вынимай, отжимай и суши. Думаю за час-другой управишься. Только с влажностью уже сама разбирайся. Я без понятия, как регулировать этот процесс.

— Самый умный? — вздернув бровь, тряхнула емкостью девушка.

— Ну-у, не самый, но и не тупой. А что не так-то?

— Да если бы все было так просто, то все уже давно пользовали бы пироксилин, но предпочитают пока с ним не связываться из-за сложности производства. Забыл о чем я тебе говорила.

— На всякого мудреца, довольно простоты, — почесав в затылке, выдал он.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Вот скажи, что случится, если налить спирт в стакан и оставить его на весь день.

— Странный вопрос. Он испарится.

— Правильно. Возьми с полки пирожок, — пожав плечами, подтвердил Борис.

— Ох ты ж божечки, кошечки, — с удивлением выдала она, тут же подступаясь к опыту.

Через пару часов, Борис услышал довольно громкий хлопок. После чего уже не удивляясь получил очередной лог возвестивший о премии в десять тысяч опыта и одного свободного очка. Вбежавшая же в кают-компанию девушка потребовала, чтобы он никому ни слова. В чем получила самые искренние заверения.

Впрочем, не удовлетворившись этим, на следующий день она поволокла его к консулу. Дело государственной важности!

Борис даже подумал было, что она начнет опять наседать на представителя русского царя, чтобы тот взял ее на службу. Поймал себя на мысли, что это его совершенно не устроит, ввиду его слабых познаний в навигации и решительного настроя отправиться в плавание.
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:35 | Сообщение # 12
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 11

Неугомонный


Доступно только для пользователей
 
adminДата: Суббота, 12.09.2020, 13:35 | Сообщение # 13
Избранник
Группа: Администраторы
Сообщений: 839
Репутация: 28
Статус: Offline
Глава 12

Карты на стол


Доступно только для пользователей
 
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: