Звездная Кровь-10. Прозрачные Дороги

Сама память о том, что он когда-то существовал, — парадокс, ошибка, изъян. Как говорят мудрецы, коснувшиеся неба, — Великая Руна Забвения стирает из мироздания все, даже воспоминания. Как можно помнить о том, что вычеркнуто из вселенной, а значит — никогда не существовало?

В сферах, чьи правила изобрел Тот-Кто-Искусен, Исток — краеугольная фигура, потеря которой означает проигрыш. Она выглядит как бьющий родник и каждый ход наделяет остальные фигуры Звездной Кровью, позволяя им делать шаги и применять способности. У каждого игрока свой Исток в сфере, но был ли Исток великой дайсон-сферы единственным — или же их существовало множество? Был ли он древним устройством предтеч, чудом природы или плодом мудрости Искуснейшего?

Все легенды, говорящие об Истоке, сходятся в одном — он был величайшим чудом Народа Кел, источником их могущества и основой всего Единства. Мудрые считают, что без Истока не были бы рождены Единые, никогда не была бы создана сама великая сфера и, самое главное, никогда не появилось бы то, что объединяет и связывает воедино все дороги Восхождения…

Говорят, Исток был бесконечным колодцем, откуда Единые черпали энергию первотворения, преобразуя ее во что угодно — материю, Руны, Звездную Кровь. С его помощью были созданы все чудеса Единства, его стены и недра, его октагоны, башни и небесные купола, летающие острова и цитадели Наблюдателя. Бесчисленные артефакты и звездные материалы, живое и мертвое, Домены и сам Небесный Трон — Исток обеспечивал рост и процветание Единства несколько оборотов галактики…

Кто контролировал его и почему он исчез? Как Единые могли допустить это?

Увы, эти обстоятельства тоже окутаны мраком забвения.

Легенды говорят разное: одни считают, что Исток был уничтожен в ходе ужасных войн Раскола, когда Тот-Кто-Забыт пытался лишить Вечность источника могущества, другие — что его стер из мироздания сам Искуснейший в момент страшного прозрения, когда понял, что его ученики, сохранив эту силу, приведут Единство к гибели. Третьи говорят, что Исток вовсе не уничтожен, лишь скрыт, а четвертые — что его вовсе не существовало, потому что он и был Единым. Истины не знает никто, но доподлинно известно: когда исчез Забытый, а Тот-Кто-Искусен обратил себя в Звездную Кровь, перестал существовать и сам Исток.

С его утратой началось медленное, но неотвратимое увядание. Запас Звездной Крови перестал пополняться, каждая капля стала бесценной. Некогда процветающая цивилизация, разрушенная Расколом и Тьмой, стремительно теряла свое величие, и великие города обращались в руины.

Под угрозой оказался и Небесный Трон. Все колоссальные знания, накопленные владыками Вечности, не помогли им воссоздать хоть что-то, подобное Истоку. Их взоры обратились на Единство, куда Искуснейший в последние мгновения своей жизни выплеснул целый океан Звездной Крови, словно давая его обитателям шанс на новое Восхождение.

Появились Храмы Вечности, и ручей душ, несущих в стигматах Руны и Звездную Кровь, полился в Небесный Трон, делая Единство все беднее. Говорят, у Хранителей не было выбора — ведь без притока Звездной Крови обитатели Вечности обречены.

Почему же Исток не был восстановлен, раз он так важен?

Ответ скрывается в сути Великой Руны Забвения. Она не просто заставляет забыть — она стирает из мироздания. Из всех мест и времен, все следы и следствия, так, будто ее цели никогда и не существовало. А как можно восстановить то, что никогда не было создано? Никому неизвестно, чем на самом деле был Исток…

Но те, кто коснулся неба, говорят, что в Забвении есть изъян, иначе бы все, созданное с помощью Истока, было уничтожено.

А раз есть изъян — значит, существует и надежда.

Все силы Единства и Вечности отчаянно заинтересованы в воссоздании утраченного Истока. Все хотят заполучить эту силу, ведь неограниченные запасы Звездной Крови изменили бы все мироздание, позволив создавать любые Руны и любые артефакты, восстанавливать древние чудеса Единства, творить жизнь и материю в масштабах, доступных лишь Единым…

Тот, кто будет контролировать Исток, — получит власть над настоящим, прошлым и будущим. Вечность желает восстановить свое господство, Тысяча Братьев — вернуть былое величие Единства и своего забытого отца, Наблюдатель — продолжать Восхождение, Истинные — защитить великую сферу от Тварей Извне. А народ предтеч, пришедший с забытой Земли, оказался в центре этой борьбы, обладая ключом, но не понимая до конца, какую дверь он открывает.

Тот, кто им владеет, — контролирует саму основу, самое главное в Единстве и Вечности.

Глава 1

Конкретно и без вариантов. Я понял это, когда злая улыбка Палача обернулась дикой, невыносимой болью. Хранительница Вечности словно вонзила незримые когти — нет, не в тело, что ей жалкое серебряное отражение, — в то, что запрятано в нем, и меня будто вывернуло наизнанку. Тревожно замигала Скрижаль, а затем мир померк. Последними были ее слова, презрительно брошенные в пустоту:

— Забирай своих пташек, ублюдок! Только я сперва подрежу им крылышки…

Сначала — звуки. Тихий плеск прибоя, крики чаек, скрип дерева, гул человеческих голосов, и — музыка. Совершенно неуместная: легкое беззаботное переплетение гитарных аккордов, словно пропитанное солнцем и морем. Мелодия нового мира, где можно начать с чистого листа, где никто не спросит, кем ты был вчера.

Я открыл глаза. Бледно-голубое небо с перистыми облаками, ослепительное солнце в зените. Белый песок, длинные изумрудные листья деревьев, касающиеся лазурной искрящейся воды. Мы с Винсентом, как два обломка кораблекрушения, лежали на песке у самой кромки океана, а совсем рядом открывался вид на голубую бухту с широкой полосой белоснежного пляжа.

И город-мечту на его берегу, будто сошедший с VR-рекламы тропического рая. Белые здания на холме под красными крышами, узкие улочки меж ними и пышная зелень, обвивающая балконы и террасы. Яркие фасады и деревянные причалы, рыбацкие лодки и огромные парусники, разрезающие чуть колышущийся, ленивый океан. Именно оттуда доносились звуки и громкая музыка — совершенно неуместные после того, что мы только что пережили.

— Винсент? — хрипло выдохнул я, одновременно пытаясь вызвать Скай и открыть Скрижаль. Рикс не откликнулся, оставшись неподвижным, а нейросеть отозвалась, пусть и с некоторой задержкой, словно пробуждаясь от спячки.

Скай: Функционирование восстановлено, командир. Провожу анализ… мы находимся в Вечности. Способ перемещения и текущая локация неизвестны. Статус — нервное истощение, исчерпание физических ресурсов отражения. Статус Винсента Кассиди — жив, без сознания. Внимание: обнаружена конфискация Рун. Небесный Ястреб — изъят. Живые Цепи — изъяты. Причина — принудительное вмешательство Палача. Вероятность возврата — нулевая.

Да, я уже видел, что в Скрижали зияли дыры. И медленно закрыл глаза, ощущая, как отчаяние сменяется яростью. «Подрежу крылышки!» Палач выполнила свое обещание — отняла оба золотых артефакта Вечности. Могла бы забрать больше — Спираль Времени и подарки Хитрейшего остались при мне, хоть и не были Привязаны к Скрижали. И Морвейн с ее Кувшином по-прежнему находилась в моем рунном круге. Вероятно, эта тварь решила конфисковать только то, что ранее принадлежало инквизиторам Вечности. И это — меньшее из зол. Я легко отделался, раз жив, дышу и могу распоряжаться своим телом…

— Да уж, — послышался совсем рядом знакомый насмешливый голос. — Ну что, очнулся, герой? Проверил карманы?

Он сидел — или только что появился — на большом валуне в непринужденной позе. Знакомая усмешка, условно земные черты — лишь балахон с капюшоном сменился чем-то вроде белой рубахи и широкополой соломенной шляпы. Наряд соответствовал обстановке — Хранитель выглядел так, будто родом из этого портового города. Века этак восемнадцатого по земным меркам, если корабли здесь до сих пор используют паруса…

— Ты… — голос неожиданно сорвался в хриплый кашель.

— Спас вас? — Хитрейший усмехнулся. — Да-да, друг мой. Ты, кажется, разочарован? Нужно было оставить ваши души Палачу?

— Она… забрала мои Руны, — выдавил я сквозь зубы.

— Небесная госпожа не любит делиться своими игрушками, — равнодушно пожал плечами Хранитель. — Слишком опасные Руны для таких неосторожных парней. Считай это частью платы… за спасение. Палач ведь могла забрать гораздо больше. Но я убедил ее в необходимости компромисса.

Он внимательно смотрел на меня, словно ожидая благодарности. Не дождется — я был полностью уверен, что дерьмо, в которое мы вляпались, — следствие его собственных подковерных игр.

— Не стоит жадничать в вопросах жизни и смерти. Бери пример с меня, — Хитрейший небрежно щелкнул пальцами, и в его руке появилась золотая Руна. — Держи. Подарок от щедрого спасителя!

Глиф впечатался в мою Скрижаль, и стало ясно, что опять не обошлось без подвоха — это была золотая Перезарядка. Руна, позволяющая мгновенно снять откат любой Руны своего ранга. И, кажется, я знал, для чего или, вернее, для кого она была предназначена.

— Что это за место? — спросил я, не собираясь поддерживать его игру.

— Это Анола, — Хитрейший широким жестом обвел город и бухту с белоснежными парусниками. — Красиво, правда? Люблю это место. Некогда я создал ее и теперь прихожу, знаешь ли, иногда посидеть на берегу.

— Чтобы совместить приятное с полезным, — подмигнул Хранитель. — Не вся Вечность такова, как тебе показали. Она очень разная. И совсем не то, что ты думаешь.

— Хочешь провести экскурсию? — я нашел в себе силы усмехнуться.

— Не исключено, но сначала нужно закончить с делами, — промурлыкал Хитрейший. — Призови свою некромантку и прикажи ей отдать мне душу кел-лорда Вортекса. Видишь ли, я пообещал уладить ваш… конфликт.

Несколько секунд мы играли в «кто кого переглядит». Затем я хрипло осведомился:

— Такого варианта, увы, не предусмотрено, — Хитрейший вновь ласково улыбнулся. — Можно, конечно, просто забрать у тебя Руну с Заклинательницей, но к чему нам портить отношения? Я не стану прибегать к жалкому насилию, оно — удел дураков. А ты, хоть и герой, но не дурак, правда? Впрочем, можешь подумать — сколько угодно. Вся Анола в твоем распоряжении! Здесь неплохо, правда! Отдохнешь, развеешься. Только имей в виду — из этого мира не существует выхода, он, скажем так, специально сконструирован…

Конечно, это был блеф. Но и Скай, и тень Стратагем в моем сознании подсказывали — душу Велиора в любом случае придется отдать. Это слишком крупная рыба для наших сетей, а Хранители Вечности не бросаются обещаниями. Выбора нет. Главное, чтобы это была окончательная цена нашего спасения…

— А что с остальным? — спросил я, намекая на Мико и те несколько Рун, что выпали с коллекционера. Тщательно осмотреть их не было времени, но Скай уже сообщила, что находки весьма любопытны. Кроме того, в Кувшине Морвейн содержались и иные души, явно похищенные в Вечности, — теперь я понимал, что именно в этом и состояла ее миссия.

— О, остальное, — мой собеседник небрежно махнул рукой, — можешь оставить себе. У меня сегодня отличное настроение, так что считай это моей инвестицией. Хорошая сделка, не правда ли? Дракон и золото плюс возвращение домой…

К чему тянуть с неизбежным? Я перезарядил Руну, и Морвейн, появившись из Скрижали, на мгновение замерла, а потом медленно опустила голову. Она не произнесла ни слова, но мгновенно оценила ситуацию и все поняла. Лицо Восходящей стало холодной отстраненной маской — как у приговоренной к смерти.

— Морвейн кель’Талас, — произнес Хитрейший с той же легчайшей, почти неуловимой иронией. — Заклинательница… или, вернее сказать, похитительница душ. Неужели ты думала, что я не узнаю твой секрет?

— Друг мой, знаешь ли ты, сколько душ она украла? — Спросил у меня Хранитель. — Знаешь, что каждый нео в обмен на смерть платил Руну, пока в ее Скрижали не кончилось место? О, взгляни…

Он вдруг соткал осанну. Я увидел закрытый зал, толпу нео в нем — и Морвейн в центре пустого круга, и тянущуюся к ней цепочку Восходящих. Выглядело это жутковато — как бойня или добровольное жертвоприношение… В руке Заклинательницы размеренно вздымался и падал золотой кинжал, и души одна за другой отправлялись в Кувшин. Я содрогнулся. Как она убедила сородичей отдать свои души? И самое главное — что дальше Морвейн собиралась делать с этими душами? Неужели… она собиралась дать им тела, как я вернул его Динамиту? Но откуда она возьмет столько Рун Оживления?

Морвейн вдруг ответила, причем в ее голосе не было ни стыда, ни страха — только усталая решимость:

— Девятьсот девяносто девять душ, больше не вмещает мой Кувшин. К сожалению. И каждая — добровольно. Они шли ко мне сами. Просили и умоляли. Потому что Вечность забрала у нас не только жизнь, но и смерть. Ты назвал меня похитительницей, Хранитель? Во имя всех Единых, я — их спасительница. Я дала им то, что вы отняли. Шанс на возвращение. Шанс избавиться от ваших оков!

— Как трогательно, — усмехнулся Хитрейший. — Какие красивые слова… Я бы даже поверил, если бы не знал, что избранные тобой души — цвет Круга Янтандер за последние сто циклов. Стражи Курганов, которых Тысяча Братьев собирается использовать в своей войне. Страшно подумать, что произойдет, когда они окажутся на свободе…

— Впрочем, мне это безразлично, — Хитрейший лениво махнул рукой. — Возвращайте хоть всех. Главное — отдай мне душу Велиора Вортекса. Остальными можете распоряжаться по своему усмотрению…

Я медленно кивнул в ответ на вопросительный взгляд Заклинательницы. В нем опять зажглась надежда. Из ее Скрижали появился Воющий Кувшин, и Хитрейший нетерпеливо протянул руку. Яркая золотая бабочка на цепи выскользнула из горловины — и тут же была втянута во что-то блеснувшее на пальцах Хранителя. Кольцо? Я был готов поклясться, что его руки были чисты.

— Вот и славно, — произнес Хитрейший. — Будем считать, что мы пока в расчете. Передай своему хозяину, Морвейн кель’Талас, что я удовлетворен. И мои наилучшие пожелания… А теперь оставь нас.

Когда Заклинательница вернулась в Скрижаль, он прищурился, задумчиво глядя на меня.

— Один бесплатный совет, герой. Держись подальше от Псов, которых выпустила Палач. Против них нужны иные фигуры. За вашим фригольдом есть кому присмотреть, а вот ты… тебе стоит убраться подальше. Сам знаешь куда. Пока еще есть время.

И мир вокруг опять изменился, превращаясь в сияющую, наполненную искрами Звездной Крови воду в Бассейне Душ. А затем — в тоннель, в конце которого стремительно приближалось Единство.

Я сделал вдох уже привычным — нет, не отражением — своим настоящим телом. И вышел из Саркофага Бесконечного Сна в Серебряном Замке, а спустя пару секунд шевельнулось тело Винсента Кассиди. Рикс, пошатываясь, вывалился из столба — кажется, он только что пришел в сознание. Застонал, сжимая виски, — ментальное сканирование слугами Палача не шутка! Я поддержал его, одновременно гася символы Вечности над Саркофагами — от греха подальше, нити к отражениям всегда можно протянуть заново…

Больше всего я опасался, что безжалостное Сияние повредило разум нашего рикса, однако обошлось — через пару секунд взгляд Кассиди вновь приобрел осмысленность. Он посмотрел на меня со странным выражением — мучительно сведенные брови и стиснутые челюсти — и выдохнул:

— Надо поговорить, Винс! — жестко произнес я. — Немедленно!

В Серебряном Замке было тихо и пусто. Поздняя ночь. Странно, Минос отсутствовал в лаборатории, как и большая часть его группы. По дороге в Реликварий Винс сообщил, что его Руны в целости и сохранности, в том числе и Мико. Услышав в ответ о потере двух сверхценных золотых Рун из моей Скрижали, он нахмурился и больше не произносил ни слова. Похоже, до рикса дошло, что цена освобождения его драконьей Руны превзошла все мыслимые пределы — и хорошо еще, что не стоила нам жизни! К тому же Палач угрожала, что выпустит своих Псов… и Хитрейший прямым текстом подтвердил это, а значит, к предупреждению стоило отнестись со всей серьезностью!

Но сначала я хотел прояснить некоторые вещи.

Винс извлек из криптора пузатую бутылку с золотой этикеткой — похоже, ту самую, что мы не допили несколько месяцев назад, — и набулькал содержимое в два стакана. Мы молча выпили, второй раз — почти без паузы, сладковатый земной ром взорвался огненным теплом в желудке, согревая и заставляя отступить дурные мысли. Скорее психологический прием, чем реальное действие, — на организм серебряных Восходящих алкоголь, как и любой яд, влияет гораздо слабее. Тем не менее нервное напряжение медленно отступало.

Стратагемы проснулись — не та жалкая тень, что осталась от них в Вечности, а полноценный золотой Навык, — и их анализ был безжалостен. Сейчас выводы казались настолько очевидными, что впору было хвататься за голову — как я не догадался раньше⁈

Коллекционер начал подготовку к захвату, когда увидел в нас Истинных. А сделал он это, опознав в Винсенте прежнего владельца Руны! Упрекать рикса бессмысленно — золотой кел так или иначе понял бы по нашему интересу к «Мико» принадлежность Существа, другое дело, что Винс должен был предупредить о ее сути заранее! Драконья спутница рикса оказалась «внешним» когитором — рунным подобием моей Скай, пусть и с рядом дополнительных функций. Разумное оружие, которое, по словам Велиора, выдавали как страховку Истинным, уходящим в сброс!

Это объясняло, как они выживали в Единстве, но поднимало другой вопрос! Винсент побывал в дрейф-цитадели, каким-то образом миновав Второй Шаг, он «сражался, как настоящий Восходящий» по оценке Белого Дьявола, знал Язык Кел и имел Навыки Печатей Забвения и Тайны задолго до меня. Это первое, второе и третье. А четвертое и самое главное — с чего бы Ордену разбрасываться сверхценными драконьими спутницами ради какого-то там землянина?

Все вместе говорило, что наш рикс не тот, за кого себя выдает. Как и я, он — самый настоящий Истинный. И это обстоятельство полностью все объясняет — от прохождения Второго Шага и удивительно быстрой адаптации к Вечности до сверхъестественной удачливости «рискового» Кассиди, о которой во фригольде ходили легенды. Он не боялся, потому что обладал бессмертием.

Аврора Мартинс предупреждала о шпионах-кел, которые пытаются проникнуть в земные поселения. Меня самого приняли за такого шпиона, а на самом деле им являлся Винсент Кассиди. И ниточки совершенно явно тянулись в Орден. Он креатура Истинных в чужом теле!

— Кто ты? — наконец спросил я его. — Истинный? Ведь ты никакой не Винсент Кассиди.

Винсент знакомо мрачно усмехнулся и тяжело взглянул на меня.

Он попал в точку — я и сам не знал, кто я самом деле. И, учитывая все странности, наверняка вызывал не меньшие подозрения у Восходящих, которые знают чуть побольше прочих и умеют складывать два плюс два.

— Послушай, Сигурд! — сказал Кассиди. — Я поверил в твою историю и, доннерветтер, отдал тебе свою дочь только потому, что со мной произошло нечто подобное. Как и ты, я нашел Истинного, лишенного тела. Как и ты, я делил с ним тело… Да, он был моим проводником и учителем… А, буря, чего я оправдываюсь? Пусть говорит сама!

Он вновь вызвал свою драконью Руну, и она неожиданно высветилась рядом, став призрачным алым отражением. Я наконец-то рассмотрел Мико в подробностях — невысокую темноволосую девушку, слегка напоминающую азио разрезом глаз. На первый взгляд она казалась милой и безобидной, но что-то неуловимое в позе давало понять — это грозное оружие, подобное сжатой до предела пружине. Судя по тому, что она творила в Живой Башне, на лету меняя обличья, Мико была не только рунным подобием когитора, но и живым трансформирующимся оружием — причем, согласно предварительному анализу Скай, могла принимать практически любую форму.

Она сложила руки перед грудью и коротко поклонилась.

— Я — Мико, Истинный. Благодарю за освобождение. Цена была велика, но ты не пожалеешь.

Я вздрогнул — она мгновенно опознала во мне бессмертного. Значит, и Винсент уже знает мою тайну. Или знал, как только меня увидел?

— Я похожа на ту, что дарована тебе. Но она — наша старшая сестра. Мы, Мико, созданы как ее подобие. Как оружие и помощники Истинных, служащих Тому-Кто-Сражается.

— Нас много. Мы сопровождаем и храним наших Истинных, как это заведено со времен носителей первой стеллы. Все мы носим древнее имя той, что носила хранительница Защитника, и это — великая честь.

Скай уже подготовила справку, что Мико — это не имя, вернее, не совсем имя, а самоназвание касты жриц-служительниц из очень древнего культа азио на старой Земле. Любопытная аналогия… Вряд ли, как и трехлучевая звезда, это было совпадением — скорее отголосками древнейшей, седой традиции, чьи корни уходили столь глубоко, что сами Истинные не помнили, откуда они растут. Меня всегда немного удивляло, почему кел, при всем превосходстве их технологий, не создали подобия когиторов. Оказалось, что они их еще как создали, только в рунной форме Существ. Орден Истинных, судя по многим деталям, был мощной военной организацией, и каждый его бессмертный адепт, вероятно, получал свою Мико как непременный атрибут принадлежности.

— Так было заповедано. Мой Истинный потерял тело на дороге сброса, в одной из Башен. Много циклов мы ждали, пока наши останки найдут. Их обнаружил Винсент — и смог вернуть нас в Орден Истинных. Там он получил меня — себе в дар, а мне в искупление.

— Драконий дар Ордена Истинных, — подтвердила Мико. — Для вашего Народа.

— Мико — военная тайна, Сигурд, — взял слово Винсент. — О ней знает кое-кто из стариков, но афишировать запрещаю. Даже Травинке! Сам знаешь почему.

Конечно знаю. Само наличие «дракона» у рикса делало его целью, не говоря о массе сопутствующих вопросов. Трансформирующееся оружие серебряного ранга — достаточная легенда, хотя для знающего… я внезапно понял, что Кассиди и раньше не особо светил свойства Мико перед фригольдерами, потому что в байках о нем болтали всякое, но рассказов о Существе-оружии я не встречал. Хотя очевидно, что в большинстве его рискованных вылазок именно Мико обеспечивала успех — и даже с Азимандией, наверное, у нашего рикса были шансы. Или нет?

— Раз ты служишь Винсенту, — произнес я, глядя на Мико, — значит, он Истинный. Верно?

— Винсент носил в себе душу и Кровь Истинных, как носил ее ты, — ответила призрачное Существо. — В награду он получил гвоздь и меня, но сам не стал Истинным, ибо для этого нужна Кровь Истока. Не удивляйся! Орден знает, что ваш Народ очень важен. Я — залог и знак их дружбы.

Залог и знак дружбы… выходит, Истинные решили приглядывать за землянами задолго до моего появления. Если Мико говорила правду — душа Истинного вместе с бессмертием покинула Винсента в дрейф-цитадели. То же самое произошло бы со мной, когда ушел Белый Дьявол, вот только была в этой истории одна серьезная неувязка…

— Чтобы душа Истинного сменила тело, предыдущий носитель должен умереть, — медленно сказал я.

— Так и было, — ответила Мико. — Он умер и был оживлен заново.

Я вздрогнул. Кассиди ранее испытал судьбу Динамита? Что ж, такое, наверное, было возможно… Похоже, у нашего рикса была очень интересная судьба — особенно в молодости, и во имя всех святых она действительно походила на мою собственную!

Однако… слишком все складно получалось. Кто докажет, что Винсент — настоящий Винсент, а не Истинный под прикрытием, скопировавший его личность? Где гарантии того, что Кассиди не умер в той самой Башне или в огне Второго Шага, а в его шкуре не разгуливает подделка? Я не спешил бросаться обвинениями, потому что насмешливый внутренний голос кольнул — а ты-то, бессмертный Сигурд Морозов, сам стопроцентный землянин? Уверен, что с тобой не сотворили что-то подобное? То, что ты сам полагаешь себя таковым, — не факт, что истина. Бытие определяет сознание… Именно поэтому я воздержался от дальнейших расспросов — потому что, несмотря ни на что, все равно считал себя земным колонистом и связывал свое будущее с земным фригольдом. Все действия Кассиди говорили о том же самом — так какая, к чертям, разница? Кроме того, настоящий Истинный вряд ли попал бы в плен Азимандии, потерял Мико, а затем глупо вляпался в Фонтан Грез… Как проверить, черт побери? Не убивать же его, чтобы убедиться в честности, в самом деле?

С этим, кстати, после обретения Мико возникли бы серьезные проблемы. В синхронной связке когиторов мы с пугающей легкостью размотали двух золотых Существ и упаковали Велиора, на минуточку — Восходящего ранга «золото»!

Словно ощутив мои мысли, Винсент снова усмехнулся:

— Хотел бы рассказать, как все было, — но Клятва. Буря, Сигурд, ты и сам непрост, но я о многом не спрашиваю. Доннерветтер, мы в одной команде… Или ты думаешь, что эти чертовы Псы отпустили бы шпиона Ордена так просто?

Мы снова помолчали — как ни крути, произошедшее здорово сблизило нас. Побывать на одном эшафоте дорогого стоит. Затем Винсент разлил остатки спиртного и снова поднял свой стакан:

— Ладно, что было — то прошло. Не стоит жалеть ни о чем, буря! А мы неплохо поработали, муж моей дочери! Не так уж и непобедимы эти кел… Жаль, что упустили этого Велиора с его чертовой горой сокровищ, зато сами выбрались и Мико вытащили…

— В Вечность в ближайшее время и без нормального планирования соваться не стоит, — предупредил я.

— Посмотрим. Решим, буря, — неопределенно мотнул головой Кассиди. — Кстати, Сигурд! Твоя Морвейн стала золотом, а в ее Кувшине чертова тысяча душ, доннерветтер! Она с тобой? Не хочешь задать ей парочку вопросов?

Морвейн действительно стоило допросить — особенно после того, что мне продемонстрировал Хитрейший. Она не теряла времени — за два визита в Золотой Город восстановила связь со своим Народом, вернула разум брату, а также убедила тысячу Восходящих отдать ей свои души. Вероятно, в загробной жизни у них существовал некий союз, связи — такие же, как Винсент пытался создать через Микки-Ангела с земными Восходящими. Совершенно очевидно, в этом и состояла ее миссия. Белый Дьявол в очередной раз откровенно подставил меня, зная, что Псы Вечности так или иначе заинтересуются похитителями душ. Его планы совпадали с замыслами Хитрейшего или вообще были их частью, а иммунитет будущих создателей Истока оказался тем щитом, который укрыл даже от гнева Хранителей. Расчет опять оправдался — и я поклялся себе, что больше не буду игрушкой высших сил. А Руну Морвейн стоило для начала просветить на рунной наковальне — недаром Хитрейший сказал, что ее Скрижаль лопается от Рун…

С Велиора упало две тысячи капель Звездной Крови и пять Рун. Два золота, три серебра — грех жаловаться. К тому же Скрипторум Некролита так и остался при нас…

Первое золото — Заклинание, Печать Замкнутого Доминиона. Похоже, именно с ее помощью блокировались Переносы, Порталы и прочие пространственные штучки в его крылатой башне. Эта Руна намертво закрывала обширную область от всяческих перемещений — очень удобно, но только когда сам не используешь их. Тройной апгрейд, две звезды Усилений и одна Изменения. По меркам Контракции, стоимость этой Руны — не меньше пятисот-шестисот Монет.

Второе золото… очень необычный Предмет. Странное устройство, названное «Окулус Бесконечности» и выполняющее функцию наблюдательного комплекса, судя по описанию, видящего очень далеко и буквально во всех диапазонах. Очень любопытная штуковина — например, с ее помощью я мог свободно заглянуть на место падения своей капсулы. Или в руины Шторма… Или туда, где сейчас находился Белый Дьявол. Вкупе с Руной Переноса эта хреновина предоставляла очень любопытные возможности по перемещению, но все это нужно было, конечно же, тщательно тестировать.

Серебро… Я улыбнулся, увидев в своей Скрижали новую Руну-Существо, причем весьма знакомую. Всевидящий Веридий, тот самый котик Флекса Тория, способный просвечивать Скрижали. Вот уж не думал, что он достанется мне таким заковыристым путем. Вероятно, Веридий пошел «с молотка», когда душеторговец расплачивался за поражение, — и оказался в коллекции Вортекса. Полезная Руна — знать, что хранит чужая Скрижаль, всегда бесценно.

Две других Руны относились к разряду хозяйственно-бытовых. Капсула Ароматов — атмосферный модулятор, вырабатывающий запахи, влияющие на эмоции. Если верить описанию, эта штука могла создавать сотни различных ароматических композиций, от расслабляющих благовоний до возбуждающих феромонных коктейлей из Дворцов Наслаждений Золотого Города. И — Говорящее Зеркало, забавный артефакт, показывающий идеализированное отражение хозяина, да еще и расхваливающее его! Неужели кел-лорд был настолько тщеславен, что использовал эту хрень? В любом случае обе Руны показались бесполезным хламом, от которого требовалось в ближайшее время избавиться…

— С Рунами разберемся позже, — произнес я. — Сейчас важнее Псы Вечности. Палач сказала, что выпустит их в Единство. Не тех ли типов, что спят под нашим фригольдом?

Винсент чуть побледнел — он хорошо представлял силу небесных Восходящих и масштаб разрушений, которые они могли учинить, шевельнув одним пальцем.

— Если так, Сигурд, то нужно найти силу, которая может их остановить, — ответил он. — Я знаю только одну такую…

Он говорил не про Тысячу Братьев — ведь по их души и выпускали Псов. Нет, Кассиди имел в виду совсем другую, более мощную силу.

— Орден Истинных? — спросил я, и Винсент кивнул, а Мико рядом с ним вновь склонилась в поклоне.

— Я — тоже нет… — я чуть помедлил перед второй частью ответа. — Они дали мне Ключ к Третьему Шагу и сказали приходить, когда мы сможем говорить от лица новых Истинных. Они готовы заключать союз только с равными…

— Теми, которых начали делать в Альфе, — ухмыльнулся Кассиди. — Ну что ж, буря, похоже, пришло время отправиться в дорогу.

После выхода из Реликвария в Домене наконец-то заметили наше возвращение и ожила вокс-связь. Часовой докладывал, что во фригольде боевая тревога. Поэтому на месте и нет Миноса — он срочно отбыл туда вместе с остальными Восходящими.

Никаких подробностей часовой — юноша из группы Миноса — не знал. Он сказал, что Минос произнес только одно слово:

Глава 2

Вернуться из Домена во фригольд теперь было несложно. Переход через Стрелу в подземную камеру под Древом уже функционировал, как и транслокаторы, связывающие ее с новым модулем «Домуса». Появившись там, мы сразу поняли, что здесь неспокойно: несмотря на глубокую ночь, встревоженная колония не спала. Мерцали аварийные огни боевой тревоги, завывали сирены, по вокс-каналу передавали сообщение Серены Лафайет, призывавшей сохранять спокойствие и не покидать укрытий до особого распоряжения.

Командный блок был полон народу — там нашлись и Серена, и Вероника, и Минос с Адамантом, а также множество вооруженных Восходящих. Знаменосцы Кассиди запустили отработанный алгоритм обороны — укрыли гражданских в укрепленных куполах и пещерах (оказывается, их специально готовили под эвакуацию), усилили боевые посты и отозвали из рейдов всех Восходящих. Фригольд превратился в ощетинившуюся лучами прожекторов горную крепость — уроки нападения Червей и налета дрейков были выучены.

Наше возвращение восприняли с облегчением — похоже, большинство землян находились в некотором шоке, впервые столкнувшись с угрозой такого ранга. Мало кто верил, что она существует где-нибудь, помимо легенд Единства.

Псы Вечности — те самые, что спали под старыми руинами. Они пробудились, вышли наружу и навели шороху. Мы разминулись с ними буквально на час-другой. Палач не бросала слов на ветер — она отправила своих слуг в Единство сразу после нашего разговора. При известии об этом мороз продрал по коже — в отличие от многих, я представлял, на что способны инквизиторы Небесного Трона! Для любого из них разрушить наш жалкий фригольд и перебить землян, по одному или всех вместе, все равно что походя раздавить муравейник. И самое страшное — обитатели Вечности даже не ощутят сожаления за содеянное — жизни разумных Единства не имеют для них никакого значения!

К счастью, все обошлось — практически чудом. Псы играючи вывели из строя защитный периметр возле Ростка, схватили и ментально просканировали нескольких Восходящих, включая Айса. Все они отделались легким испугом — и хорошо еще, что серебряное копье Людей Древа, эмиссары Иниэсс, в момент вторжения находились в далеком воздушном патруле. А остановила слуг Палача чудесным образом появившаяся бабушка Яшма.

Слушая сбивчивые рассказы очевидцев, я не верил своим ушам. Сказочная старушка не только защитила йурра и наш Росток, но и послала небесных Восходящих куда подальше. И, судя по тому, что слуги Палача ретировались. с Яшмой все обстояло куда как сложнее, чем казалось на первый взгляд. Они не испугались бы сумасшедшую старуху, даже золотую Восходящую. Значит, предположения, когда-то высказанные Миносом, были верны! Под сказочный образ маскировалась неизвестная сущность, взявшая нас «под крыло», причем настолько могущественная, что даже небо предпочло не связываться. Догадки, кто или что это, у меня имелись, однако все они были из разряда безумных теорий, которые нельзя подтвердить, потому что сама Яшма исчезла почти сразу после отбытия Псов.

Они ушли, но кто сказал, что не захотят вернуться?

Травинка, к счастью, не пострадала — в момент вторжения она находилась на Острове Трав. Прижимаясь ко мне ночью, она сбивчиво рассказала, что Яшма, оказывается, в тот же день навестила ее, каким-то образом проникнув в наш секретный Домен. Осмотрела плантацию ее звездных Трав, похвалила за сообразительность, снова назвала «доченькой», но при этом посоветовала уделять побольше внимания «Росточку», потому что «слабое деревце могут покусать червячки». И подарила Кувшину нечто вроде дополнительного Изменения, уменьшающего время его перезарядки. Кажется, между этими двумя установились странные отношения — бабушка Яшма явно выделила Травинку среди прочих землян, а та говорила о старушке с необычной теплотой. Но важнее всего были слова Яшмы, сказанные как бы между делом, но явно предназначенные для моих ушей:

«Детишкам лучше с Забытым не баловать, а деревце растить и поливать. Песики-то нюх хороший имеют…»

Травинка не поняла суть, но мне-то все было кристально ясно. Еще одно предупреждение? Только кому? Мне, всему нашему Народу, осколкам Единого?

Руин аванпоста Кел на краю плато более не существовало. На их месте зияла глубокая воронка. После пробуждения слуги Палача разрушили свою древнюю крипту — вместе с Саркофагами, стазис-полем и всем остальным, что могло там храниться. Вероятно, возвращаться в Вечность они планировали иным путем. Под завалами оказалось наше оборудование, два синтетика и четверо людей, охранявших объект. Восходящий Фрост и парень из его копья выбрались сами, почти не пострадав, а вот чтобы достать остальных, пришлось проводить спасательные работы с помощью земной техники, рунных Существ и Аспектов. В частности, я второй раз увидел, как рыжий гигантопитек Эйрик разгребает огромные обломки не хуже экскаватора.

Один из пострадавших, женщина, была извлечена живой, хоть и с серьезными травмами, другой же колонист, к сожалению, погиб. По нелепому совпадению им оказался мой хороший знакомый Тадеуш, с которым когда-то соседствовали в общей спальне. Хотели того Псы или нет, но они уже нанесли ущерб нашему Народу, а значит — стали врагами.

Небо, черт побери, небо — в нашем Круге! Под маской Дикой Охоты они разыскивают Белого Дьявола и заживо сожрут любого Восходящего в поисках информации о нем! Я не питал иллюзий — даже сам вселенец опасался Псов, поэтому столь долго сохранял инкогнито, тщательно заметая следы. Пожалуй, о том, что Пламени Подобный — тот самый Дарующий Молнии из разрушенного Эстэ, точно знал только я да несколько человек из племени Теней, которым он открыл свою настоящую суть. Может, догадывалась Форель, но вряд ли знала точно…

А что известно наверняка, Стратагемы не дадут соврать, — это связь некоего Сигурда Морозова, Восходящего из Народа Земли, и Тысячи Братьев. Это след, на который они неминуемо выйдут. Уже вышли, потому что Палач прочитала мою память — да, важнейшие эпизоды скрывали Печати Тайны, но и того, что между ними, достаточно. Благодаря Скай я примерно понимал, что она знает, и вывод был простым — если моя собственная жизнь защищена таинственным предназначением, то жизни других землян, в том числе моих близких, — совсем нет!

Предтечи неприкосновенны? Все или только отдельные личности? Смерть Тадеуша да и рассказы о разорении других земных поселений в послании Авроры ярко демонстрировали — отнюдь не всех создателей Истока защищает будущее предназначение.

Черт возьми, отправляя нас в Вечность, Белый Дьявол поставил под угрозу не только себя, но и всех, кто с ним так или иначе связан. Прав, тысячу раз прав был Кассиди, предлагая наш союз сделать тайным.

Я не понимал одного. Эта троица уже одолела Одного из Тысячи, причем на пике его могущества. На что Белый Дьявол надеется теперь, даже не достигнув золотого ранга? На помощь Ледяного Кузнеца и других Братьев? Или ситуация изменилась настолько, что пришлось вызывать огонь на себя? Ведь он прекрасно знал, чем все кончится, когда посылал нас с Морвейн в Вечность…

В одном я был уверен точно — у экс-вселенца есть план. Он дьявольски расчетлив, в чем мне пришлось неоднократно убедиться на собственной шкуре. И если Псы здесь — значит, осколку Забытого есть о чем с ними потолковать…

В любом случае я попытался вызвать его через Говорящий Камень, как только смог вырваться из лап руководства. Не предупредить Белого Дьявола об опасности стало бы предательством, к тому же нужно было вернуть ему Руну Морвейн.

И… ничего! Молчание. Полный игнор — вселенец, по своему обыкновению, не мог или не желал со мной разговаривать. Такое случалось частенько — он отвечал, только когда считал нужным. Но сейчас ситуация казалась критической. Псы Вечности уже охотились в Круге, и каждая минута могла стать для осколка Забытого последней.

Варианты были следующие — он слишком занят, чтобы ответить, сражается с Псами, например, либо уже… пойман или мертв. При мысли об этом по спине пробежал холодок — нет, вряд ли, Пламени Подобный слишком хитер, чтобы так быстро сдохнуть. Скорее всего, он игнорирует мои вызовы не потому, что не может. Он просто не хочет — ведь я живец, приманка, и Псы уже могут стоять за моей спиной.

Ярость вновь вспыхнула в груди, но я унял ее усилием воли. Нет, маловероятно. Как он мог узнать об их появлении так быстро? Нет, я должен найти способ связаться с ним!

Говорящий Камень не заработал ни ночью, ни утром, ни в полдень следующего древодня. Зато мы увидели нечто новое в стороне, где за Змеиным Каньоном находились фригольды Народа Гор. Там обитали недружелюбные соседи — несколько небольших враждующих между собой кланов Людей Гор.

Из самой колонии мало что было видно, однако летающие патрули и Поющая-с-Ветром, да и мы, поднявшись в воздух на винтокрыле, могли наблюдать впечатляющее зрелище. Горизонт за изломами гор пульсировал чем-то неестественным, пылающим — с неба били вспышки, и каждая озаряла облака белым и фиолетовым, а следом докатывалось что-то вроде отдаленного грома, улавливаемого только на пределе Суперслуха. Вспышки шли неравными сериями, с затишьем, а потом небо в той стороне заволокло дымом, таким густым и черным, будто горели сами горы.

Датчики фригольда засекли колебания до трех баллов по земной шкале тектонической активности. Несомненно, это была не природная катастрофа. Я уже видел подобное — в самой первой осанне вселенца. Точно такие же бьющие с неба исполинские молнии. Это была Руна, Аспект или Навык золотого, а может, небесного ранга. И ей сокрушили что-то во владениях наших соседей. Что именно, зачем, а главное, кто — мы не знали, хотя догадаться было нетрудно.

Дозорные Руны туда не дотягивались, посылать Существа Кассиди строго запретил. Волей-неволей пришлось протестировать новое золото — Руну Окулуса. И, надо сказать, сперва я сильно недооценил приобретение…

Окулус представлял собой свободно левитирующую золотую сферу размером с кулак, испещренную тончайшими рунными узорами. При активации она раскрывалась подобно механическому цветку, обнажая прозрачную, мерцающую Звездной Кровью сердцевину. Принцип работы был гениально прост и одновременно невероятно сложен, потому что, как и большинство кел-механизмов, для управления требовал навыка Мыслеформ. Для обитателей Вечности — само собой разумеется, а вот в Единстве далеко не каждый Восходящий смог бы воспользоваться этой Руной.

Но для тех, кто умел, Окулус создавал точку наблюдения — невидимый зрачок, который можно было отправить в любое место в пределах видимости, а потом продолжать двигать, увеличивая дистанцию. Ограничений по расстоянию как будто вообще не существовало!

Через проекцию Окулуса я видел мир так, будто парил в небе, причем мог отдалять и приближать его, чтобы рассмотреть мельчайшие детали. Черт возьми, я мог разглядеть каждое деревце на плато, лица Восходящих на третьем посту или ползущего по склону камнежука. Невероятно мощная игрушка для наблюдения или шпионажа, не уступающая земным спутникам или автономным разведывательным дронам, но не имеющая их ограничений.

Именно Окулус показал мне картину бедствия. Невидимый глаз пронесся над Змеиным Каньоном, над горами и дикими ущельями — в земли Народа Гор. Я примерно предполагал (в вокс-справочниках были карты), где находились их фригольды: наши разведчики иногда контактировали с кланами Ящериц и Камнеедов.

На месте первого поселения, высеченного в скале, остался огромный дымящийся кратер, окруженный оплавленными скалами. Множество таких же воронок поменьше виднелись поблизости, будто с небес обрушился метеоритный удар. Я вдруг вспомнил, что нечто подобное мы находили в Эстэ, правда, давно заросшее и потому не очень страшное, но здесь… это выглядело ужасно. От фригольда аборигенов не осталось ничего — вообще ничего, его стерли с лица Единства.

Тела, останки, строения — все будто испарилось. Даже окрестные скалы выглядели как куски воска, долго стоявшие на солнце.

Второй фригольд горел. Странным синим пламенем, что глодало даже камень и не хотело тухнуть. Постройки из копейника, очень стойкого к огню, пылали чадящими факелами, и здесь я наконец увидел людей.

Десятки, может — сотни. Они беспорядочно бежали прочь, неся раненых, детей, свой нехитрый скарб. Первые беглецы уже прилично отдалились от поселения. Паника, полный хаос царил повсюду, я не заметил ни малейшего признака управления, но зато обнаружил множество обугленных тел среди горящих руин. Даже не тел — костяков, потому что плоть была сожжена напрочь… как у тех, что я когда-то нашел в склепе Белого Дьявола. Некоторые явно были Восходящими — над ними сияли глифы Рун и Звездной Крови, которые никто не спешил забирать.

Поселение третьего клана… я не знал, каким оно было раньше, но теперь превратилось в дымящуюся нору в отвесном склоне обвалившейся горы. Исполинский утес выглядел так, будто его разрубили великанским клинком. Людей в окрестностях не было, а дым, валивший из пещеры, был настолько густым, что в выживших внутри верилось с трудом. Может, они успели уйти куда-то в глубинные тоннели, если их пещерное поселение имело пути отступления? Я не знал, но надеялся…

И тут же выяснил одно из ограничений Окулуса — он не мог проникать в закрытые помещения, в том числе пещеры. Заглянуть внутрь можно, загнать в дымящееся устье невидимый зрачок — не получается.

И еще я наконец-то увидел Псов. Своими глазами, хоть и издали. Три парящие над вершиной фигуры, окутанные небесно-голубым свечением. Даже сквозь проекцию Окулуса их аура была ощутима. Вокруг каждого кружила призрачная свора — то ли Аспекты, то ли странные сущности, сотканные из эфира и жесткого света.

Да, они. Те самые! Золотоволосый предводитель, рядом с которым Эриний показался бы щенком, Восходящий в драконьей шкуре и третья, она, прекрасная Тэйлис кел Эмисс, чья рунная проекция едва не сожгла меня в склепе. С этой кел у Белого Дьявола были особые счеты…

Зачем они разрушили горные поселения? Это было настолько мелкое, несовместимое с их рангом злодеяние, что я даже ощутил некое гадливое отвращение. Восходящие Народа Гор не смогли или не захотели дать им ответы, и небесные господа решили не церемониться? Быть может… А может — просто захотели поразвлечься и выпустить пар. В любом случае — твари!

Я не стал разглядывать их — небо вполне может ощутить касание золотой Руны — и сразу отключил Окулус, когда они вдруг приблизились. Руки, сжимающие золотой шар, слегка дрожали — не от страха, от напряжения и злости. Наш фригольд, Травинка, все мои друзья легко могли превратиться в такое же дымящееся пепелище — и, самое главное, я совсем ничем не смог бы помочь, скорее наоборот…

Псы Вечности начали охоту. И Люди Гор уже заплатили за то, что оказались на пути.

После моего доклада мрачный Кассиди собрал срочное совещание. Как противостоять Псам, никто не понимал, люди были напуганы и растеряны. Речь больше шла о Людях Гор — предлагалось снарядить спасательную экспедицию в их земли, чтобы помочь выжившим. Аборигенам же нужны медикаменты, провизия, прочее снабжение… Я бы и сам охотно отправился туда на винтокрыле, чтобы вытащить хотя бы детей. Спор вышел ожесточенным — у наших Народов не было ни дружбы, ни союза, сами Люди Гор не пришли бы к нам на помощь, но, черт побери, мы, земляне, тем и отличаемся от остальных, что должны думать и действовать по-другому!

Но Кассиди запретил. Единственный компромисс, на который он пошел, — отправить несколько копий в Змеиный Каньон, чтобы встретить, направить и предупредить беженцев, а также разрешил организовать временный лагерь возле заставы.

— Мы примем только тех, кто захочет присоединиться к нашему фригольду, — сказал он. — Остальные, если нуждаются в помощи, должны дать Клятвы. Я буду говорить с их Восходящими…

Что ж, рикса можно было понять — он не хотел рисковать людьми и ресурсами и провоцировать Псов, которые все еще находились чрезвычайно близко. Тем более подворачивался шанс подгрести под свое влияние разгромленные горные кланы. Мне было сказано так:

«Винтокрыл у нас один, буря, и ты, муж моей дочери, тоже! Даже не думай высовываться, доннерветтер!»

Рикс был совершенно прав — мне категорически не стоило попадаться Псам на глаза. Но и сидеть на месте я не мог и не хотел, пусть даже Кассиди и запретил.

Белый Дьявол жив — инквизиторы не стали бы тратить время на горцев, если бы уже напали на его след. Я мало что знал об их возможностях, но наш Круг велик, и найти в нем Восходящего, действительно знающего что-то ценное, — займет немало времени.

На помощь вновь пришел Окулус. Найдя укромное местечко в пилотском отсеке винтокрыла, на этот раз я отправил его взор гораздо дальше — сквозь бесконечные каньоны Расколотых Земель в места, где тенелоза переплеталась на черных скалах, вечный сумрак лежал в низинах, а тени никогда не становились короче.

Каменные Луки. Место, которое я видел лишь однажды, — исполинские черные рога древней кел-твердыни. Они напоминали не город — скорее цитадель, замок, обладающий своей мрачноватой грацией — и под стать ей были сами Люди Теней, потомки древних Кел Аммос.

Каменные Луки… изменились. Сам рисунок шпилей стал другим — один или несколько будто отсутствовали, но это вряд ли произошло вчера. Тем не менее они производили впечатление брошенного места — холодные, темные, пустые руины. Зеленые огни на шпилях погасли, я не мог найти даже признаков жизни — часовых септы Луков или других ее обитателей, хотя следов человеческой жизнедеятельности вблизи зданий-рогов было великое множество. Но сейчас здесь будто все вымерло…

Это было очень странно — по нашим сведениям, септа Каменных Луков была весьма многочисленна. Даже Псы Вечности не смогли бы в одночасье перебить всех теневиков, да и никаких следов нападения не наблюдалось. Похоже, у меня сложилось впечатление, что они весьма организованно и массово ушли. И, возможно, это являлось частью плана Пламени Подобного.

У меня возникла мысль проверить остальные септы, однако, во-первых, я не знал точного расположения их фригольдов, а во-вторых, нужно было отыскать осколка Единого, а не других вождей! Где он может быть?

И тут мне вспомнилось место нашей предпоследней встречи.

Шторм! Бывший «Эстэ», разрушенная столица Белого Дьявола. Он привел меня на вершину Башни Молний и показал кристалл-сферу — вход в его личный Домен. И сделал это осколок Единого совершенно целенаправленно. Он вообще ничего случайно не делал — все его поступки, слова, даже места встреч — несли скрытую подоплеку — искусство, которому мне еще предстояло обучиться.

Таким образом он дал мне знать, где его можно найти.

Работа с артефактом все равно занимала немало времени — даже когда его глаз с максимальной скоростью и удалением скользил над далекой поверхностью Единства. Быстрее, чем винтокрыл, быстрее даже, чем Небесный Ястреб — и все-таки невероятно долго. Если бы каким-то образом совместить Окулус с Атласом — цены бы не было такой Руне. Впрочем, ей и так нет цены, и Минос уже спрашивал, когда можно будет познакомиться с новым приобретением. Да, для фригольда Окулус стал бы бесценным инструментом, ведь он позволял в режиме реального времени отслеживать все происходящее, наблюдать за окрестностями на любом удалении, проверять работу боевых копий, оперативно реагировать на инциденты и многое, многое, многое другое…

Меня же интересовало, получится ли скрестить Окулус с Переносом. Золотое перемещение требовало визуально, «своими глазами» наблюдать точку выхода, я обходил это ограничение с помощью Аспекта, а теперь хотел попробовать сделать то же самое с Окулусом. Если все выгорит — у меня появится невиданная свобода перемещений…

Эстэ пребывал в тумане. Странном, молочно-белом и густом, почти непроницаемом. Стоило нырнуть поглубже, и зрачок Окулуса заволокло белесой пеленой. Сквозь этот туман не пробивались даже звездные Навыки — я моментально ослеп и оглох. Это сразу навело на подозрения — похоже, кое-кто не хотел, чтобы за этим местом наблюдали. В том числе подобными способами…

Что происходило на улицах разрушенного города, оставалось загадкой. Вершины высоких зданий торчали из тумана, как сломанные копья, и это облегчало мою задачу — ведь башня, что я искал, была самой высокой.

Медленно прочесывая руины, я наконец наткнулся на знакомый силуэт.

Да, на полуразрушенной круглой площадке ничего не изменилось. Я посмотрел в тень — туда, где одна из уцелевших стен хранила черное ядро кристалл-сферы. Осколок Единого идеально выбрал место — вроде бы на виду, но если не знаешь, куда заглянуть, никогда не догадаешься, что скрывают руины.

Да, она была на месте. Более того — изменилась, увеличилась в размере, сравнявшись со сферой Серебряного Замка и налившись странными золотыми искорками. Похоже, Пламени Подобный повысил Домен в ранге — более того, не пожалел для этого золота…

Что ж, нужно пробовать. Я сосредоточился, вызывая Аспект, он останется во фригольде и станет моим обратным билетом, а затем накинул Полную Невидимость, чтобы не смущать никого своим внезапным появлением. Не исключено, что за вершиной башни следили, а золотой столб Переноса эффектно выглядит, но здорово демаскирует.

Поэтому требовалось соблюдать крайнюю осторожность. К счастью, все необходимые средства у меня были — Руны Полной Невидимости, Плащ Тишины и то, что слуги Палача презрительно назвали «шпионским набором». Но зато и отследить мои координаты в Единстве — почти невозможно…

Я активировал Перенос глубоко в слои скрывавшего Эстэ тумана. Так, чтобы без труда найти Башню Молний. И… получилось!

Медленное Падение позволило безболезненно опуститься почти у ее подножия. Да, я не ошибся — туман был рунным, потому что мои Навыки и Руны: Истинный Взор, Суперслух, Биосенсорика, — неожиданно сократили свой радиус до минимума. Оставалось надеяться, что это работает и в обратную сторону — и мое появление осталось незамеченным.

Стоя под плащом Невидимости, я долго прислушивался и приглядывался, пока когитор не доложила:

— Все чисто, командир. Жизненных форм, рунных сигнатур и подозрительной активности в пределах досягаемости не обнаружено.

Хорошо, очень хорошо. Но теперь оставалось самое сложное… я тоскливо взглянул наверх, на тонущую в тумане громаду разрушенной башни. К счастью, на ее поверхности имелось множество выступов, выбоин и трещин, а в моем распоряжении оставалась Руна Цепкости, позволяющая карабкаться по вертикальным поверхностям что твоя ящерица.

Преодолевая желание поплевать на ладони, я активировал Цепкость и Воздушный Прыжок…

На вершине, открытой всем ветрам, было холодно и пусто. По-прежнему скрытый Невидимостью и Тишиной, я шагнул к ядру Домена, вглядываясь в его глубину — снова поразился, как кристалл-сферы напоминают имитацию разных, красивых, странных планетоидов, — и наконец положил руку в отпечаток, заботливо приготовленный для перемещения.

Глава 3

Переход был мгновенным — квантовая транслокация на основе А-энергии, как утверждали наши ученые. Мир вспыхнул золотым светом, исказился… и замер.

Застыл. Воздух превратился в стекло, все вокруг остановилось, «замерзло», тело… больше не повиновалось! Жуткое дежавю — точно так же слуги Палача сковали нас в Вечности, локально замедлив время, и мою догадку спустя мгновение подтвердила Скай.

Скай: Тревога! Обнаружена пространственно-временная аномалия, аналогичная использованной против нас в Золотом Городе, но… значительно превосходящая по мощности! Определить вероятный ранг и локальную скорость замедления времени не представляется возможным. Скрижаль заблокирована. Физическая подвижность заблокирована. Варианты противодействия: не обнаружены.

Я не мог даже моргнуть, не то что пошевелиться. Хронозахват — ультимативная штука, он подобен стазис-полю, но отличие в том, что время все-таки движется, хоть и невероятно медленно. Иначе я просто не мог бы мыслить и говорить со Скай. Но сколько его прошло «снаружи» за ту пару мгновений, что мы провели в этой паутине? Минута, час, сутки? Как вообще бороться с подобными временными искажениями⁈

Скай: Так как основа рунных воздействий — особым образом структурированный А-энергетический контур, то беспроигрышный способ — создание области иной пространственной метрики с нуллифицированным А-резонансом, чья константа поддерживается искусственно. В земной терминологии используется понятие L-поле. Подобным же образом действует рунная Сфера Пустоты. Но мощность такого поля должна соответствовать силе внешнего давления, то есть серебряной Руной невозможно заблокировать воздействие высшего уровня. Этот вариант имеет негативную сторону — блокирует все рунные способности в области активации. Второй вариант: с высокой вероятностью существуют высокоранговые Руны или Предметы, сохраняющие константу пространства-времени в определенной области, тем самым делая невозможным хронозахват…

Наукообразные термины не добавили понимания. Единственное, что стало ясно, — способы и Руны есть. И нам по возможности нужно ими обзавестись! Ибо это один из тех щитов, что должен иметь Восходящий, выходящий против Вечности…

Золотой свет медленно померк. Я увидел очертания Домена — и поразился. Это место, когда Белый Дьявол привел меня сюда, выглядело небольшим каменным островом в серой пустоте, голым и безжизненным — первая стадия любого Домена, как я полагал. Но сейчас, спустя весьма короткое время, все разительно изменилось!

Парящая в пустоте огромная восьмиугольная платформа, похожая на звезду из-за неимоверно длинных лучей-мостов, протянувшихся до самых границ видимости, до внутренней оболочки Домена. На ней — нечто вроде дворца, похожего на изящный кристаллический цветок, гладкие обводы и резкие ломаные линии кел-архитектуры в ее квинтэссенции. Башни и купола, арки и мосты, связывающие платформы меньшего размера. Все вместе — исполнено необычной гармонии…

Скай: Анализ структуры. Домен повышен до золотого ранга. Площадь внутреннего пространства увеличена в шестьдесят четыре раза. Обнаружены иллиумовые якоря и решетки из неизвестного кристаллического материала, вероятное назначение: локальная манипуляция пространственно-временным континуумом, блокировка любых А-факторов, подавление рунной активности. Общий вывод: это боевая платформа, капкан, спроектированный для захвата и удержания противников высокого ранга.

Мысль, сперва показавшаяся безумной, обрела четкие очертания — Пламени Подобный создал ловушку, способную удержать небесных Восходящих. Похоже, в этом и заключался его план.

Но как он смог⁈ Откуда взял ресурсы, ведь такое грандиозное строительство наверняка требует массу разнообразных материалов, в том числе высочайшего ранга! Помог Ледяной Кузнец? Или кто-то еще из новых, незнакомых мне Братьев?

Нас не спешили освобождать. Я смотрел на призрачные стены и существа, сотканные из света, что неправдоподобно быстро двигаются по переплетенным нитям энергии…

Наконец произошло какое-то изменение. Я услышал голос — незнакомый, очень странный, мелодично-восторженный. Он говорил на чистейшем Языке Кел, что мгновенно насторожило, как и театральная экзальтация говорящего.

— О, какая неожиданная нота в нашей симфонии! Маленький предтеча угодил в наши Сети! Прелестная добыча! Наконец! Наконец хоть кто-то сможет полюбоваться нашим творением! Не правда ли, о моя механическая муза?

Ему ответил второй голос, женский и тоже необычный, красивый и холодный, но при этом лишенный даже намека на эмоции:

— Захваченная цель опознана. Восходящий, ранг серебро, Народ — отсутствует в иерархиях… Обнаружена квазистатика Истинных. Статус — гость. Действия — удержание до прибытия создателя.

— О, у него есть секреты! — заинтересованный возглас принадлежал первому говорящему. — Моя дорогая муза, может, нам стоит изучить аккорды его мелодии?

— Обнаружена печать неизвестного типа. Глубинное сканирование невозможно.

— Какая жалость! Будем надеяться, мой соавтор скоро появится…

Невидимая рука приблизила меня к центру Домена, и я наконец увидел говорящих.

Первая — призрак женщины-кел, сотканный из света и рунных символов. Не тело, а живая схема, состоящая из сотен глифов, складывающихся в проекции, отдаленно напоминающие навигационные карты и траектории движения, но настолько сложные, что уловить смысл невозможно.

Второй — тоже из света и волнистых линий, но совсем иной. Порхающий золотой силуэт с пропорциями и чертами настоящего кел. Лицо — размытое, но те, кто хоть однажды встречали небесных господ, мгновенно увидят схожесть. Это… Существо было создано по образу и подобию одного из них.

Скай: Идентификация. Объект первый — Эсмерра, рунное Существо ранга золото. Функции: наблюдение, анализ, пространственная навигация, вычисление и управление системами захвата и удержания. Предполагаемое назначение: рунный когитор.

Скай: Объект номер два — Архитектор, рунное Существо ранга золото. Предполагаемые функции: проектирование и строительство пространственных структур. Предполагаемое назначение: рунный ассистент или рунный конструктор. Внимание, оба Существа обладают высоким уровнем интеллекта и способны действовать самостоятельно.

Два золотых Существа! Я не знал, как и когда осколок Единого обзавелся такими помощниками, и тем более как снял их ограничения, выпустив из Рун, но он явно не терял времени даром. Непосредственная опасность мне, кажется, не угрожала — и я решил не дергаться, дождавшись возвращения Пламени Подобного. Тем более выбора-то не было, никто не собирался выпускать «гостя» из сетей.

Архитектор, паря вокруг, развлекал меня разговором, не обращая внимания на то, что ему не отвечают. Он нес полную чушь вроде:

— Прекрасное творение, не правда ли, гость? Симфония пространства и времени, сплетенная в идеальную ловушку! Знаешь, как я старался? Благодарю тебя, что позволил испытать мой шедевр! Прошу, обрати внимание, как совершенны сплетенные нами ноты! Гармония мелодии построена так, что ты даже не пострадал! А ведь ты такой маленький! Хрупкий! Серебряный!

Я не знал, изумляться мне или внимать этому восторженному словесному потоку. Как Пламени Подобный вообще выносит это создание? Наконец болтовню Архитектора прервала холодная реплика Эсмерры:

Пламени Подобный. Я мгновенно узнал его — могучую фигуру в устрашающем белом плаще-доспехе. Осколок Единого как будто прибавил в мощи — он и так был здоровенным Восходящим, но сейчас дал бы фору любому брутальному варварскому вождю. Черные волосы почти касались плеч, черты лица как будто изменились, уже почти не напоминая Марка Кассиди — этот Восходящий был совсем другим. Не просто сильным и опасным, как отточенный клинок — он был королем, владыкой, вершителем судеб. И это скользило в каждом жесте, каждом движении.

Я узнал его голос — тяжелый, спокойно-уверенный.

— Небесных сигнатур в пределах досягаемости не обнаружено, — символы на лице странной женщины-Существа мерцали и кружились с немыслимой скоростью. — Границы зоны контроля не нарушены. Траектории вероятностей нестабильны. Прогноз — контакт допустим.

— Ах как жаль! Я так надеялся сыграть нашу симфонию настоящим ценителям прекрасного!

Меня наконец опустили на золотую дугу моста. Пламени Подобный широким жестом пригласил в свой дворец — и зашел первым, обойдясь безо всяких глупостей типа «О, Сигурд, привет, рад тебя видеть!» или «Как там Вечность?» Молча и не очень-то дружелюбно, будто мое появление было не слишком желанным.

Внутреннее убранство напомнило Серебряный Замок — роскошные залы, голубой бассейн с фонтаном, приятные свет и аромат, но намного лаконичнее, что ли. Угадывался другой стиль, другая эпоха, хотя рука мастера, несомненно, была очень похожей.

Осколок Единого опустился на кристаллический пьедестал, подозрительно напоминающий трон. Мне сесть не предложил — замашки Пламени Подобного с ростом его силы становились все более неприятными. Учитывая, что он ничего не делал просто так — тревожный звоночек! Считает себя выше? Или новоприобретенный Титул рикса Каменных Луков обязывал? Черт ногу сломит в их древних обычаях… То, что он стал сильнее, не подлежало сомнению — Скай тревожно сообщила, что энергетическая сигнатура экс-вселенца близка к золотому рангу! Я даже ощутил смутную зависть — Пламени Подобный летел по лестнице Восхождения, как ракета. Скорость его развития поражала, тогда как моя в последнее время, наоборот, серьезно замедлилась…

— Говори, танаан, — ровный, холодный голос без малейших признаков теплоты.

Я помедлил — не так я представлял эту встречу. Ну ладно, не хочет проявлять уважение, хотя сам подставил меня Палачу, — черт с ним. Я все равно выполню свой долг так, как считаю нужным…

— Мы вернулись из Вечности. Морвейн… выполнила твой приказ. И теперь… Псы здесь. И они тебя ищут.

В его тоне не было даже намека на сожаление или извинение. Только констатация факта.

— Они могли уничтожить мой фригольд. Могли вырезать мой Народ. Ты об этом знал. Ты использовал меня как приманку для Палача.

Я говорил спокойно, хотя внутри вновь проснулась злость. Пламени Подобный — манипулятор золотого, если не небесного ранга. Эмоций проявлять не следует, но позволять себя использовать я больше не собирался.

— Танаан, — его голос стал жестче. — Ты жив. Твой фригольд и Древо целы. О чем тебе сожалеть? Псы пришли за Тысячей.

— Они ищут след Тысячи. А я носил тебя в себе, был в Эргиале, говорил с Кузнецом и Сатори! Мой след ведет прямо к вам, и если Псы вернутся…

Пауза. Несколько более длинная, чем я ожидал.

— Ты зря пришел, танаан, — наконец сказал он. — Небо взяло твой след.

Я понял, отчего он столь неприветлив. Пламени Подобный считал, что я мог привести за собой хвост! Если рассуждать логически, то Палач знала, что мы связаны с осколком Единого, а значит — передала эту информацию своим слугам. Им оставалось найти меня… или просто отследить мои перемещения, а для неба в этом нет ничего сверхъестественного! Может, именно поэтому Псы крутились возле фригольда и уничтожали наших соседей — ждали нашей реакции? Ждали, что я побегу к нему за помощью и тем самым выдам им координаты цели? Неужели, черт побери, меня опять просчитали?

— Уходи, — сказал Пламени Подобный. — Это не твоя битва.

— Не взяли след? Тогда тебе улыбнулся Незримый, — он тоже впервые улыбнулся, недобро. — Хочешь испытать судьбу?

— Не собираюсь бежать поджав хвост, — пожал я плечами. — Я принес тебе Морвейн. Ее Руна стала золотом, а Кувшин полон душ…

Накануне я просветил Восходящую в лаборатории Азимандии на артефакте под названием «Рунная Наковальня». Он позволял просматривать и видоизменять Руны без активации, в том числе и Существ. Что ж… мягко говоря, проверка неприятно поразила. Можно даже сказать, напугала. Помимо Атрибутов — более двухсот серебряных и десять (!) золотых звезд, Морвейн значительно подрастила Навыки, скажем так, весьма зловещего свойства. И у нее имелся ряд золотых Рун, причем некоторые явно были превращены в золото совсем недавно! Если Хитрейший не соврал и она действительно принесла в жертву почти тысячу нео, каждый из которых дал Руну, то большую часть Заклинательница потратила на собственное развитие и усиление своих Рун. Скорее всего, она сделала это в спешке схватки с Велиором и не успела освоить новые возможности, но это не делало Морвейн менее опасной.

Помнится, Белый Дьявол сказал, что Азимандия — слабое золото, потому что часть ее Атрибутов, включая телесные, все еще в серебре. Интересно, стала ли Морвейн равна ей? В любом случае она внезапно превратилась в весьма могущественную золотую Восходящую, превосходящую даже своего владельца. И, учитывая характер некротических Навыков, я расставался с ее Руной без сожалений. Кассиди предлагал вызвать и допросить Морвейн, но делать это было откровенно небезопасно — сейчас она представляла куда большую угрозу, нежели Скрипторум Некролита, потому что была разумной и непредсказуемой Восходящей…

— Теперь уходи, танаан, — произнес Пламени Подобный, забрав ее Руну. — Я найду тебя, если…

Это было сказано совсем другим тоном. Почти угрожающим, модуляции голоса изменились, он приобрел мощные, пробирающие до костей повелевающие нотки — жутковато прозвучало, честно говоря. И когитор мгновенно встрепенулась:

Скай: Предупреждение! Обнаружена попытка пси-влияния золотого ранга. Классификация: Руна или Навык гипнотического доминирования, выраженного через вербальное воздействие. Уровень: критический для незащищенных целей. Эффективность блокировки: сто процентов.

Вероятно, осколок Единого предполагал, что я немедленно подчинюсь его приказу. Но аграф Хитрейшего наделял полным иммунитетом к такого рода воздействиям, и потому я лишь насмешливо улыбнулся и спросил:

— Когда же они придут? Мне, правда, помочь тебе особо нечем — Палач отняла Ястреба… и твои Цепи.

— Значит, такова цена, — тяжело произнес Пламени Подобный. — Не жалей о потерянном. Тот-Кто-Сражается говорил: поражения важнее побед. Эсмерра!

— Границы стабильности не нарушены, — рунный когитор мгновенно материализовалась рядом. — Угрожающих траекторий не обнаружено.

— Похоже, Незримый любит не только Тысячу, — медленно произнес Пламени Подобный. — Как ты пришел, танаан?

— Через Перенос и золотую Руну удаленного наблюдения, — сказал я. — Нашел ее в Вечности. Я использовал Полную Невидимость и был очень осторожен. Ваш туманный покров хорошо маскирует…

Осколок Единого посмотрел на Эсмерру, чьи символы замерцали ярче. После небольшой паузы, во время которой сменялись проекции — по их цветному калейдоскопу я понял, что помощница Белого Дьявола каким-то образом контролирует не только ближние подступы к Эстэ, но и весьма удаленные участки нашего Круга, — странное Существо ответило:

— Ты удивляешь меня, танаан, — произнес Пламени Подобный чуть мягче. — Что ж, тогда рассказывай…

И я рассказал ему — о Фонтане Грез, Золотых Варварах и Сестре Солнца, о крылатой Башне, коллекционере Существ и Палаче. О Хитрейшем и Предвестнике — и своих ощущениях от того, что Один из Тысячи использовал меня как свою марионетку. Скрывать важную информацию не имело смысла — мы все-таки играли на одной стороне, других союзников у Народа Земли пока не существовало. И, несмотря на все его коварство, я вовсе не желал Пламени Подобному смерти.

— Тебе ничего не угрожало, танаан, — сказал Пламени Подобный. — Предназначение предтеч защищает тебя. Жалкая Вечность не посмеет даже пальцем тронуть тех, кому предначертано заново создать Исток… Ты достойно справился. И помни: то, что случилось, — было предопределено не мной, танаан, а тем, кто нами играет.

Его лицо на мгновение стало маской кровожадного хищника. Осколок Единого, несомненно, говорил о Хитрейшем…

— Не верь и не заключай с ним сделок, танаан. Помни — ты фигура, он игрок. Как только ты выполнишь свое предназначение, твою фигуру без сожалений выкинут из сферы.

— Я верю в камень хаоса, танаан, — усмехнулся Пламени Подобный. И добавил непонятное: — и в Прозрачные Дороги…

— Они тоже фигура, и не самая сильная. Тысяча Братьев готова дать бой.

— Значит, снова война? — выдохнул я, осознав, что он говорит не только о себе. Значит, и Кейнор, и другие Братья тоже участвуют в этом безумии. — Между Тысячей и Вечностью?

— Всего лишь Дикая Охота, — в голосе экс-вселенца вновь прозвучала явная насмешка. — Она скоро закончится, танаан.

Я до хруста стиснул челюсти — происходящее мне чрезвычайно не нравилось. Похоже, что Белый Дьявол со своими Братьями собирался устроить разборки с Псами в нашем Круге. И что тут останется, когда клочки полетят по закоулочкам?

— И что же дальше? Что ты предлагаешь нам делать? Сидеть и смотреть?

— Я уже сказал — это не ваша битва. Ты видел мои Сети, танаан, — он в упор смотрел на меня, и взгляд этот мне очень не нравился. — Не забывай о Печатях Тайны. И скорее отыщи тех, кто творит новых Истинных из Крови Истока… Расскажи им то, что знаешь. Это — надежда. И твой путь.

Я вздрогнул. Он был третьим, кто за последнее время напомнил о силе, что ковалась в Колонии Альфа. Мы не хотели отправляться туда до конца сезона Дикой Охоты, но, похоже, судьба не оставляла выбора. Очень жаль, что больше нет Небесного Ястреба…

— Ты хочешь, чтобы я бросил своих? Когда Псы в Круге?

— Сейчас ты им не щит, а угроза, — холодно парировал экс-вселенец. — Тот, кто нами играет, защитит тебя, но не твоих друзей. Тебе лучше быть дальше, когда Псы близко.

Возможно, он был прав. Я — след, магнит, связующее звено фригольда и Тысячи. Я — единственный повод для повторного визита Псов. Они ведь убрались из колонии не только из-за Яшмы, но и из-за того, что предтечи неприкосновенны. По крайней мере, до создания Истока. А мне, выходит, нужно найти тех, кто этот самый Исток и может создать, и единственный вариант — отправиться в Колонию Альфа.

— Я хочу вознаградить тебя, танаан, — продолжил Пламени Подобный, открывая свою Скрижаль. — Однако Восхождение — это дорога не даров, но испытаний. Потому я дарую тебе испытание. Прими эту Руну! Круг Элтанир жаден до серебра, но небесные осколки всегда были щедры…

Это был Портал. Серебряного ранга, с неясным (хотя когда было иначе) описанием.

Открывает Врата на парящий над облаками осколок тверди, где старые камни хранят древние тайны…

— Не ходи туда в одиночестве, — напутствовал Пламени Подобный. — Небесные осколки опасны для одинокого серебра. Возьми тех, кому веришь и щедро одари их…

— Хорошо, — сказал я, принимая дар. — Еще я не откажусь от мудрого совета.

— Мы хотели обменять в Вечности золотое Существо, принадлежащее фригольду. Скрипторум Некролита. Морвейн рекомендовала избавиться от этой Руны. Но поменять его мы не успели… Посоветуй, как мне совершить подобный обмен?

— Скрипторум Некролита, — Пламени Подобный чуть качнул головой. — Ты не говорил мне о нем, танаан…

— Ты тоже не рассказываешь мне обо всех своих Рунах.

— Да, — признал он холодно. — Что ты хочешь получить в обмен?

— Что-нибудь для обучения Рунному Искусству. Нашим мастерам нужен помощник или наставник. Существо, Предмет — неважно, но я хотел бы получить Руну равного ранга.

— Мудро, — сказал осколок Единого. — Я помогу тебе, танаан. Скрипторум пусть достанется Морвейн, она знает, как с ним обращаться… А тебе я дарую иную Руну…

Он небрежно щелкнул пальцами, мелькнула Скрижаль, и рядом из вихря Звездной Крови соткалась гибкая высокая фигура — в облегающей черной экипировке, с длинными, самостоятельно шевелящимися голубыми волосами.

— Мой господин, — промурлыкала она, склоняясь. — Твоя Руна готова служить и повиноваться…

Она тоже выглядела… иначе. Путь от изнеженной обитательницы Золотого Города до помощницы Одного из Тысячи явно был суровым — расслабленная манера и повадки небесной госпожи исчезли, Азимандия казалась преданной, вышколенной и предельно сосредоточенной. Похоже, скучать ей не давали, и кел-леди всецело приняла новую роль. Как она на него смотрела! Так, будто ловила малейший признак команды, готовая немедленно исполнить любое желание хозяина. Было в этом взгляде что-то еще, схожее с животной преданностью самки главе своего прайда, готовой служить не только за страх. Я опять ощутил смутную зависть — что-что, а привязывать к себе людей, особенно женщин, Пламени Подобный умел просто бесподобно.

Неужели он хочет отдать мне ее — золотого рунного мастера, идеально подходящего под наши запросы⁈ Но нет — я снова ошибся, леди была призвана с иной целью.

— Скажи, моя… Какой Руной ты одарила бы Народ, что только начал постигать Рунное Искусство? — спросил осколок Забытого. — Такой Народ, чьи мастера едва перешагнули серебряный порог…

— Оу, сложный вопрос… — прикусила губку Азимандия, окинув меня любопытным взглядом. — Серебро… значит, Народ принадлежит к низшим, так, мой господин? Азы им уже известны… и инструменты для обработки звездных материалов у них есть… Что ж, чтобы идти дальше, нужен рунный справочник или разумное Существо-наставник. Рунный Кузнец сделает все сам, они мало чему научатся… Руна Архивариуса хороша, но ее не достать нигде, кроме Вечности, и она весьма дорога… Я бы одарила таких Фолиантом Символов, Знаков и Печатей, мой господин.

— Создай эту Руну и повысь ее до золотого ранга, моя, — не меняя ровного тона, приказал Пламени Подобный, и кел-леди, даже не пикнув, принялась за работу, создав призрачный рунный триадр и достав из Скрижали что-то вроде левитирующих иллиумовых резцов. Я помнил времена, когда она скандалила при каждом вызове, но Пламени Подобный явно научил Азимандию дисциплине и субординации.

— Танаан, вкупе с Конструктором Фолиант откроет вам путь до небесного порога, — обратился он ко мне. — Используйте эти знания, чтобы подготовиться к великой битве…

— Они придут. И вы должны быть готовы к битве. Ищите Руны и союзы, пока еще есть время. Учите воинов и куйте свои механические стрелы. Их понадобится много… И напомни своему риксу, что у Народа Теней еще десять рук Людей Земли.

— Они принадлежат другим септам, а я пока не кинг всех Людей Тени, — без улыбки ответил Пламени Подобный. — Но скоро тинг, танаан. Если твой Народ поддержит мое слово — я стану им, а вы получите все, что подарило небо теневым землям…

А вот это уже было очень интересно. Караван Огненной-как-Ветер привел нам множество пленных землян и немало ценного оборудования — я знал, что в Репликаторах уже осваивали новые Схемы, а в мастерских восстанавливали глайдеры и собирали станции вокс-связи. Но то, что вернул Пламени Подобный, было лишь частью колонизационных грузов, двадцать девять циклов становившихся добычей Людей Тени. И похоже, что он был готов отдать нам все остальное, но не просто так. Осколок Единого готовился стать кингом — владыкой всего Народа Теней, а не только септы Каменных Луков, а этот Титул требовал признания всеми Народами Круга на большом тинге. Что ж, Кассиди будет интересно узнать о таком раскладе, главное — правильно рассказать…

Он ничего не ответил, лишь взглянул на Азимандию, и та мгновенно откликнулась:

— Все готово, мой господин! Правда, наши запасы подходят к концу…

Я наблюдал, как она творила эту Руну. С жадным любопытством, потому что создание даже серебряного, а тем более золотого артефакта — интересный и сложный процесс. Нужна основа — ядро, артефакт, Существо, пустая Руна, Звездная Кровь, Символ, Знак или Печать, много всего… Фолиант, о котором они говорили, явно был Предметом, значит, он уже имелся либо его нужно было создать… однако Азимандия сделала все иначе. Она виртуозно использовала только один вид звездной материи — необычные сияющие капли, чей свет показался мне очень знакомым. Они послушно превращались во все необходимые компоненты, как будто обладая невероятным свойством трансформации. И мой когитор, конечно, мгновенно опознала этот материал.

Скай: Внимание, командир! Критически важная информация! Обнаружена направленная манипуляция брахма-материей в состоянии так называемого «субстрата предреальности»! Субъект «Азимандия» использует трансформационные свойства брахма-материи для создания рунных компонентов высокой сложности. Способ применения неизвестен. С высокой вероятностью — навык Рунного Искусства. Источник брахма-материи: с высокой вероятностью — контейнер проекта «Аврора». Вывод: брахма-материя может использоваться в Рунном Искусстве для замещения любых компонентов!

Меня будто громом поразило. Нет, смутные подозрения были — недаром небесные господа охотились за Кровью Истока, но теперь стало совершенно ясно — зачем. Наша, земная разработка оказалась на голову выше всех кел-технологий, позволяя использовать брахму в качестве универсального материала и творить, по сути, любые Руны. Если только известен их «чертеж» — но Рунный Конструктор и тот Фолиант, что мгновение назад создала кел-леди, как раз решали эту проблему. Черт, это же… золотое дно. Минос лопнет от изумления, когда узнает!

И еще я понял, что Пламени Подобный не просто так заставил Азимандию создать эту Руну у меня на глазах. Он хотел, чтобы я увидел и понял. Вручал мне, по сути, оружие, равного которому земной фригольд еще не знал.

В этот момент я простил ему все. И принял золотую бабочку Руны Фолианта Символов, Печатей и Знаков, а затем коротко поклонился, отдавая дань его великодушию.

И поверил, что Псы Вечности будут побеждены.

Глава 4

— Доброе утро, с вами Элли Кардо и экстренный выпуск «Голоса Фригольда»!

Рыжая девушка с россыпью веснушек смотрела в камеру с выражением, которое, видимо, означало «серьезную озабоченность». За ее спиной парящий дрон демонстрировал белый плакат с надписью, сделанной маркером: «КАРДО — ПРАВДА БЕЗ КУПЮР».

— Два дня назад трое Восходящих ранга «небо» появились из охраняемых руин на окраине нашего фригольда, что привело к человеческим жертвам! Затем они покинули поселение, но мне удалось выяснить, куда они отправились дальше!

Она выдержала драматическую паузу, явно отрепетированную перед зеркалом, и снова затараторила:

— Три фригольда Людей Гор полностью уничтожены! Всего в двухстах километрах от нас! Мне удалось побывать в лагере беженцев в Змеином Каньоне, и вот что они говорят…

На экране появились мечущиеся кадры с земными палатками и навесами из копейника и шкур, под которыми сгрудились раненые аборигены: мужчины, женщины, дети. Камера дрона крупным планом показала горца с перевязанной рукой и обожженным лицом, который что-то горячо говорил на Едином, а затем — старуху, раскачивающуюся возле костра с младенцем на руках. Их слова сопровождались земными субтитрами:

— Они спустились с неба… Синий огонь съел наш дом… Они спрашивали без слов… про чужаков без стигматов… с кровью Истинных… рикс не ответил… призраки охотились быстрее ветра… рвали людей…

Земные колонисты тоже мелькнули в кадре, а потом камера перевернулась, послышалось «Кардо, какого черта ты тут делаешь? Убери своего гребаного дрона!» и возмущенный визг журналистки «Это цензура! Люди имеют право знать!». Последний кадр мельком показал взъерошенную Элли, сидящую в пыли с плакатом «ОТ НАС СКРЫВАЮТ ПРАВДУ!»

— Мне удалось выяснить кое-что важное! Беженцы сообщают, что пришельцы разыскивают Восходящего без стигмата, имеющего отношение к неким Истинным!

— Вы слышите этот звук? Это отсутствие официальных комментариев! Мои запросы на интервью с риксом Кассиди проигнорированы! С главами научного блока и отдела безопасности — отклонены! Наше руководство оставляет граждан в неведении, пока совсем рядом творится апокалипсис!

— Вопрос на миллион репликационных баллов: ради чего развязан кровавый террор? Кого ищут небесные Восходящие? С вами была Элли Кардо, «Голос Фригольда». Оставайтесь на связи… пока еще можете.

Голографическое изображение погасло. Столовая фригольда тихо загудела.

— Кардо совсем оборзела, на! — пробормотал Толя Грохот, по-молодецки работая челюстями. От плотного завтрака десант никогда не отказывался, особенно после хороших выходных. — Кошка драная, на.

— Рикс ее точно прищучит, — кивнул Инь. — Нарушение протокола безопасности…

— А я бы, наоборот, наградил, — тихо произнес Янь. — Люди должны знать, что происходит. Половина фригольда ничего не понимает…

— Да руководство, сто пудов, само ни хрена не понимает! Вон, Звездный Флот поближе к риксу, тоже молчит как партизан, на…

Я вздохнул — утро выходило не самым добрым. Кардо — невыносимая заноза, но кое в чем была права. Люди действительно имеют право знать. Вопрос в том, что именно можно рассказать, не создавая угрозы для них самих. Белый Дьявол оказался совершенно прав, подготовив нам легенду и раздобыв ложный стигмат. Он предвидел, что подобная ситуация рано или поздно произойдет. Раз даже Кардо нащупала нить — Восходящий без гвоздя с кровью Истинных, — то моя тайна да и тайна Пламени Подобного висят на волоске. Кассиди и Максвелл и так знают, поэтому мне… мне действительно предстоит непростое путешествие.

— Как там обстановка, Сигурд? — спросила Фьюри, ткнув пальцам наверх. — Разрешат выходы копий за пределы фригольда? А вылеты?

Я пожал плечами. Накануне вечером после возвращения из Домена-ловушки состоялся долгий разговор с Винсентом и Миносом. Мы обсудили новости о Псах и Тысяче, новые Руны и, самое главное, Кровь Истока. Известие о том, что из брахмы можно творить любые Руны, конечно, «переворачивало сферы», открывая нам новые горизонты, но имелось несколько нюансов.

Во-первых, самой брахмы у меня было немного — примерно две трети контейнера. Видимо, Дом Ноктис или Ледяной Кузнец уже приложили руку. Стоило провести оценку энергетического потенциала, однако это одновременно нарушало режим секретности. Пока о даре Кузнеца знали только я и Винсент, любое распространение информации — потенциальная утечка. А учитывая интерес Кел к Крови Истока…

И во-вторых, у нее было более ценное предназначение — создание симбионтов для новых «аврор». Земных Истинных, подобных Веронике и Фьюри. Кассиди считал, что размениваться на Руны не следует, я должен сохранить брахму как козырь для торга с Колонией Альфа — ведь только таким образом мы могли создавать Восходящих, свободных от власти стигматов. В целом я был с ним согласен — на этом и стоило сосредоточиться…

Поэтому эксперименты с Рунами, при всей их перспективности, решено было отложить. Нам и без того хватало, чем заняться.

Фолиант Тысячи Печатей и Символов произвел на Миноса сильное впечатление. Эта Руна была «позолоченной», но для нас она в сотню раз полезней золотого Скрипторума. Энциклопедия знаний, о которых земные Восходящие не могли и мечтать, огромный список Знаков, Символов и Печатей с рецептурой их создания и возможными ингредиентами. Все пробелы в теории Рунного Мастерства могли быть постепенно заполнены, и, несомненно, при объединении этих знаний с земной наукой открывались головокружительные перспективы! Пожалуй, мы могли бы стать наиболее продвинутыми рунными мастерами Круга, а может, и не только нашего…

Но самое главное — Псы, дамокловым мечом нависшие над нашим фригольдом (и моей головой). Кассиди тоже считал, что мое присутствие опасно и путешествие в Альфу больше не стоит оттягивать. Но все точки должен был расставить совет на утренней оперативке. Поэтому я и не мог ничего толком ответить ребятам. Не исключено, что будут сюрпризы даже для меня…

— Посмотрим, — сказал я, взглянув на время — до брифинга оставалось несколько минут. — Не расслабляйтесь пока, всякие варианты возможны…

— Ого! Всякие — это хорошо, на, — мигом оживился Грохот. — Тяжелое готовить?

— Кстати, что там с Динамитом, командир? — спросил Янь. — Он с нами будет или в другое копье переведут?

Я еще раз тяжело вздохнул. После воскрешения Динамит получил отпуск для реабилитации, да и людям нужно было привыкнуть к мысли, что рядом с ними вернувшийся из мертвых. Также я подозревал, что научники хотели за ним плотно понаблюдать, прежде чем возвращать к полноценной работе. Мало ли какие изменения могли возникнуть — побывать на том свете дело такое…

Пока он проводил почти все время с Ханной, словно пытаясь возместить потерянное время — ничего удивительного. Но рано или поздно Дмитрия должны были вернуть в строй — он полноценный Восходящий, такими не разбрасываются. И вот тут возникала проблема — возвращаться в наш отряд, под мое командование, Динамиту не с руки — во-первых, у меня и так переизбыток Восходящих по меркам боевых копий, во-вторых, это вроде как понижение в звании. А за что?

В общем, я склонялся к мысли, что ему дадут новое копье. Кандидатов, с прибытием новой партии освобожденных трэлей, было множество, другое дело — Восходящие, это ресурс ограниченный, а в полноценной боевой группе их должно быть минимум двое-трое… Так что стоило подождать решения Кассиди, а у того сейчас голова была занята совсем другим. Множество проблем… честно говоря, я вообще не завидовал нашему риксу.

Совещание в командном центре началось точно по расписанию. Восемь ноль-ноль. Кассиди, Вероника и Минос за столом, перед ними — голографическая проекция Круга. И три десятка Восходящих — командиры групп и крыльев, необычно много, потому что за пределами фригольда почти никого не осталось. Почти — лишь два копья в Змеином Каньоне контролировали ситуацию с аборигенами-беженцами.

— Начнем, — отрывисто бросил Кассиди. — Первый вопрос — небесные Восходящие. Псы Вечности, доннерветтер!

Он шевельнул голографическим указателем, и на проекции высветились красные точки.

— По последней информации, они уничтожили еще одно поселение Людей Гор. После чего были замечены в районе Холодных Озер. Это территория Народа Реки. Речники пытаются скрыться в подводных убежищах…

Эти сведения были получены с помощью моего Окулуса. Люди Реки каким-то образом (я склонялся к тому, что у них тоже имелись мощные дозорные Руны) уже узнали о произошедшем и решили рассеяться, не вступая в противостояние. Что ж, наверное, правильная стратегия, только она подходила далеко не всем.

— Псы временно покинули наш район, но это не значит, что опасность миновала. Они могут вернуться, причем практически мгновенно! Поэтому запрет на выходы боевых копий за пределы контролируемой зоны остается в силе. Боевая готовность согласно плану «Крепость» сохраняется. Вылеты винтокрыла, — Кассиди коротко взглянул в мою сторону, — полностью отменены. Все ясно?

Сдержанный ропот недовольства прокатился по залу. Более двух сотен парней в боевых группах в полной выкладке должны ждать у моря погоды, не многим это понравится. Кроме того, это заморозка выполнения всех заданий Наблюдателя… Но открыто возразить решился лишь Адамант:

— И сколько мы будем сидеть, как мыши, Винс? А если они не уйдут? Удалось выяснить, кого они вообще здесь ищут?

— Зато мы не потеряем людей, буря! — отрезал Кассиди, слегка нахмурившись. — Подтвержденной информации по их целям нет! Поэтому пока небесные гости в Круге, мы не высовываемся. Это моя ответственность и мое решение как рикса. Вопросы?

— Уж поверьте, я найду чем вас занять, доннерветтер! — продолжил Винс, ухмыльнувшись с некоторым злорадством. — Итак, второе! Люди Гор. У нас в Змеином Каньоне уже более трехсот беженцев. И, похоже, будет больше. Многие просят убежища.

— Они не собираются возвращаться в свои земли? — удивился кто-то.

— Опасаются, что Псы могут вернуться. Пошел слух, что наш Росток защищает от них… К тому же они потеряли вождей, много Восходящих и теперь боятся, что не выживут, — пояснил Кассиди. — В общем, так — я предлагаю их принять! Но на наших условиях. Вот здесь, между Южным Постом и Змеиным Каньоном, есть свободные территории… — Кассиди выделил на карте участок горных владений фригольда, который я хорошо знал. Дикий, изобилующий пещерами и всяческим зверьем, он иногда использовался для охоты на козерогов.

— Выделим их. Пусть переселяются и строят новое поселение. Под нашим, буря, контролем. Их Восходящие принесут Клятвы, станут частью нашего Народа и будут подчиняться нашим решениям. Взамен мы дадим защиту, еду, медикаменты, инструменты, оружие.

— Горцы — хорошие воины и охотники, — добавила Вероника Максвелл, и я понял, что решение уже принято. — Они усилят наше влияние и станут щитом от нападений с юга.

— Они не земляне, — проворчал Адамант. — Чужаки…

— Крис, если ты не заметил, тут вообще землян маловато, буря! — грубовато пошутил Кассиди. — А это человеческий ресурс, который мы вполне способны переварить. И, главное, знак всем остальным, что Народ Земли — сильный союзник.

— С учетом фактора Древа урожайность на плато и в окрестностях будет только расти, — снова заговорила Вероника. — Прогнозы показывают, что вскоре мы уже сможем выйти на продовольственное самообеспечение. Но нужны рабочие руки! На фермы, в теплицы, везде. Думаю, глупо не использовать этот шанс…

Я был с ней согласен. Люди Гор — соплеменники приснопамятного Песчанки и вполне способны ужиться с нами. Несколько аборигенов, в основном изгоев, давно обитали в колонии и вполне ассимилировались, были уже и смешанные браки, и подрастающие дети. Колонисты не будут падать с «Хельги» вечно, а наши владения пустынны и по большей части не используются. Главное — культурная ассимиляция, а не закрытый анклав, который в дальнейшем может стать источником проблем. Земная культура и образ жизни — сильнее и притягательнее диковатых местных обычаев, хотя Люди Гор, в свою очередь, смогут немалому научить колонистов…

— Серена, ты отвечаешь за переселение, — приказал Кассиди, взглянув на своего знаменосца. — Организуешь все. Группы Фроста, Ассоль, Асмодея — поступают в твое распоряжение, Максвелл выделит необходимые ресурсы. Теперь третий вопрос…

— Колония Альфа. Предлагаю немедленно отправить туда экспедицию. Мы откладывали ее из-за Дикой Охоты, но большая часть цикла позади. Основные угрозы ликвидированы. Без помощи Альфы и ключевых земных технологий мы беспомощны не только перед Псами. Не забывайте об угрозе Червей, которая никуда не делась! Короче, нам нужна связь и желательно военная помощь.

Да, после разгрома орды тавров и уничтожения нескольких серебряных тварей в окрестностях фригольда действительно наступило затишье. Агрессивные существа больше не появлялись, связи с другими Народами постепенно восстанавливались — словом, Дикая Охота как будто исчерпала свои сюрпризы. Не таким уж страшным оказался этот сезон, мы выжили и даже стали намного сильнее. В колонии уже было восемь серебряных Восходящих, даже не считая бесполезного Ричи, — я, Кассиди, Вероника, Адамант, Эйрик, Минос, Серена Лафайет и Поющая-с-Ветром — достижение, о котором в начале цикла никто и не мечтал.

— Я хотел бы добавить, — тем временем взял слово Минос. — Сейчас, когда мы уже умеем делать Руны-Порталы, для установки постоянной связи достаточно один раз попасть в Альфу. Там наш представитель откроет Портал сюда, сквозь который мы сможем свободно перемещаться… Это открывает огромные возможности для коммуникации и обмена.

— Все это круто, док, но как мы туда попадем? — скептически хмыкнула Ассоль. — Из Альфы винтокрыл добирался к нам хрен знает сколько!

— У них был сложный маршрут через несколько Кругов, в которых эмиссары Альфы устанавливали контакт с местными земными колониями, — ответил Минос. — В некоторых местах они надолго останавливались, кружили, искали безопасный путь. Сейчас нам известны основные точки маршрута, и теоретически мобильная группа может преодолеть это расстояние… примерно за неделю-другую.

— Вы предлагаете отправить винтокрыл? А как же нужды колонии?

— Мы, доннерветтер, все равно не можем полноценно использовать его, пока Псы в Круге, — недовольно проворчал Кассиди. — Давайте, буря, не будем ждать, пока собаки залают хвостами… Минос, Максвелл — немедленно займитесь подготовкой к экспедиции! Привлеките Фьюри из группы Сигурда, она из Альфы, поможет разработать маршрут.

— Кто полетит, рикс? — прямо спросил Адамант.

— Копье Сигурда. Он уже связан с этой историей, буря…

Естественно, я — самый очевидный кандидат. Других просто нет — Фьюри уже не личинка пилота, но она не справится со сложнейшим маршрутом сквозь несколько Кругов и разделяющие их темные земли. Для меня приказ Кассиди не стал неожиданностью — накануне все уже было решено. Бросать свой новый дом и Травинку мне совершенно не хотелось, но, похоже, в сложившихся обстоятельствах это неизбежно. Тем более Кассиди прав — чего тянуть? Рано или поздно мне придется туда отправиться, слишком много секретов завязано на Альфу… Теплилась надежда, что у них найдется и разгадка моего прошлого.

— Детали экспедиции обсудим отдельно, — продолжил Кассиди. — Сейчас четвертый вопрос…

Он открыл Скрижаль, и над ладонью рикса появилась призрачная серебряная Руна.

— У нас есть новый Портал. Серебряного ранга. Ведет на небесные острова.

По залу прокатился всеобщий вздох, Восходящие пристально разглядывали светящийся глиф. Руны-Порталы, ведущие в неизведанные локации, не были редкостью, но земляне давно не использовали их — это было строго запрещено еще во времена правления Вероники Максвелл.

— Оттуда, буря! — насмешливо ответил Кассиди. — Крис, вы там вроде не хотели сидеть, как мыши? Предлагаю вспомнить старые добрые и устроить рейд.

Вероника Максвелл напряглась — для нее предложение Винсента явно стало сюрпризом. Кашлянув, она произнесла очень знакомым тоном:

— Винс, я категорически против! Решение запретить такие Порталы принято не на пустом месте! Ты сам знаешь, сколько было жертв! Хавьер. Соколова. Группа Танаки! Портал — это недопустимый риск!

— Восхождение невозможно без риска, — отрубил в ответ Кассиди. — Да, это крайне опасное испытание. Но и получить, доннерветтер, можно очень многое!

— Небесные острова — это обломки прежнего Единства, — заговорил Минос. — Быть может, нетронутые… Мы дважды наблюдали их феномен над Кругом. По нашим сведениям, системы Наблюдателя не дают попасть туда другим способом. И, самое главное, там могут быть необходимые нам редкие звездные ресурсы. Реликты, Минералы, Травы, которые не встречаются больше нигде! Огромная ценность! Я считаю, упускать такую возможность просто преступно…

Я отдал Портал Кассиди по нескольким причинам. Идти туда одному было полной авантюрой — Скай, рассчитавшая вероятности, выдала действительно недопустимую степень риска, да и Пламени Подобный сразу предупредил, что стоит взять с собой друзей. Но подключать ребят и действовать своим копьем без разрешения рикса — вообще-то преступление. И потом — где и когда открывать такие серебряные Врата? Нужно тщательно выбирать время и место, искать кого-то, способного страховать вход и выход, иначе есть риск застрять на этих небесных осколках навсегда. В общем, для одиночки подобный Портал — неподъемная ноша, к тому же существовало правило, написанное кровью, — идти в Портал только на ранг ниже самого Восходящего. Если ты, конечно, не осколок Единого…

В общем, подключив Скай и Стратагемы, я быстро сообразил, что потянуть серебряные Врата можно только в компании нескольких групп Восходящих. И пусть мне достанется меньше добычи, но зато она с большей вероятностью вообще будет… Зная Кассиди, я сразу поставил условие — треть найденного, в виде серебряных Рун Развития или Звездных Монет, должна достаться мне. И как владельцу Портала, и как компенсация за потерянное в Вечности золото. К моему удивлению, рикс даже не возмущался — похоже, идея посетить небесный остров целиком захватила его.

— Безопасная портальная камера имеется. Серебряная Руна Прерывания — не проблема, верно, Матиас? — тем временем говорил Кассиди. — Мы отправим несколько копий, исключительно добровольцев… Все равно сидите без дела, буря! Есть желающие?

Руки подняли почти все Восходящие. Еще бы — небесные осколки заманчивый приз, сколько сказок о них ходило — не перечесть… Ну и я поднял, само собой. Иначе ради чего это все затевалось?

— Вот и хорошо, буря! Спокойно, Ника, я — рикс, и мне решать. Нужно четыре сильных копья. Пойдут Адамант, Эйрик… и Сигурд.

— Сигурд? — недовольно переспросила Вероника Максвелл. — Винс, умно ли рисковать нашим основным пилотом перед важной экспедицией? Пусть лучше поможет с перевозкой беженцев…

— Сигурд серебро с хорошими Рунами, и он нужен мне за Порталом, — отрубил Кассиди. — Ничего там с ним не случится, буря!

— Четвертое? Я разве не сказал, доннерветтер? — усмехнулся Винсент Кассиди. — Я сам пойду. Пора тряхнуть стариной!

Глава 5

Портальную камеру оборудовали в глубокой пещере с единственным, отлично защищенным выходом. Я уже ей воспользовался, когда выбирался из темных зон после драки с группой Оноры, и тогда же обратил внимание, как качественно поработали наши строители. Все сделано грамотно, ресурсов тоже не пожалели — полированная пласталь, мощный шлюз с двойными гермовратами, шесть автоматических огневых точек и возможность полностью заблокировать доступ. Настоящий укрепленный бункер! Кассиди как-то проговорился, что приемную камеру в случае вторжения можно залить металлокомпозитной пеной, а тоннель подорвать — естественно, если ситуация станет критической и больше ничего не поможет.

Подобные меры предосторожности были понятны. Любой Портал — это дверь в две стороны, и никто не знает, что может вырваться оттуда. К тому же колонистов, отправляющихся в дальние рейды, с недавних пор осторожно снабжали нашими, домашними Порталами для быстрого возвращения или экстренного отступления в чрезвычайных обстоятельствах. И все они открывались здесь, чтобы избежать вариантов с предательством или вторжением врагов, получивших Руну с тела нашего Восходящего…

Я со своими ребятами ждал у входа в шлюз, наблюдая, как собираются боевые группы. Четыре копья, более тридцати человек — самая крупная операция за последнее время. Чувствовалось некое напряжение — истории о Порталах ходили мрачные, в прошлом немало землян рассталось с жизнью или здоровьем, открывая врата в неизвестные земли. Неудивительно, что Вероника Максвелл яростно протестовала. Но Кассиди оказался непреклонен, и вот мы здесь.

Адамант, по случаю облаченный в новенький лед-доспех, молча кивнул мне. Ветеран фригольда, настоящий мастодонт не хуже Эйрика. Нам уже довелось немного поработать вместе, когда вытаскивали кристалл-сферу. Его восьмерка считалась сильнейшим копьем фригольда — опытнейшие рейдеры, прошедшие огонь и воду. И снаряжены на славу: Овод в тяжелом кидо, Шило в модернизированной «Анаконде», еще двое на моих глазах активировали лед-доспехи… Я знал, что серебряные подарки Кузнеца в личное пользование получили только Адамант и Серена, еще пять комплектов брони Эргиаля выдавали исключительно перед сложными выходами и только проверенным Восходящим. Ну что ж, кому, если не парням Адаманта? Предметы с Рунами у них тоже были неплохие — недаром Кассиди использовал эту группу в наиболее сложных операциях.

Сам Винсент тоже взял лед-доспех в Реликварии и выглядел чуть непривычно в переливающейся изумрудом и пурпуром серебряной броне, с Зерцалом и гудящим Резонатором над правым плечом. Я не увидел в его руках золотого Копья — впрочем, зачем оно риксу, когда с ним Мико?

Его сопровождали мои старые знакомые — бывшие пленницы Домена, Призрачные Девы, Айхо и Неумеха. Сейчас бронзовые Восходящие, одетые в земную экипировку, казались обычными фригольдерами — не сразу и отличишь от остальных бойцов. Заметил, что помимо «Суворовых» им дали рунные трезубцы из арсенала Серебряного Замка — неудивительно, учитывая прежнее мастерство в обращении с копьями. Наблюдая, как они двигаются, как обращаются с оружием, я одобрительно хмыкнул — девушки явно не теряли времени даром. Очень хорошо, особенно если у них есть Руны…

Скаутом звездой группы Кассиди стала Аэлин Поющая-с-Ветром, крылатая аэри. Она мгновенно притянула взгляды, как только спикировала с небес и сложила огромные белоснежные крылья. Настоящий ангел! Я почти не сталкивался с ней во фригольде, но часто видел серебряную Восходящую в небе и знал, что она взяла на себя роль воздушного дозора. Аэри медленно привыкала к «бескрылым», в чьем обществе ей приходилось дожидаться конца сезона, и с радостью приняла предложение исследовать небесный осколок.

А четвертый у Кассиди — наш бывший товарищ, Тревор. Винсент забрал его к себе, когда Тревор решил уйти из моего копья, и с тех пор я больше не виделся с сыном Трейва Уитли. Парень в черном «Фоксе» выглядел напряженным и явно нервничал — слабое звено в подобном рейде. Однако Кассиди, вероятно, решил дать ему шанс реабилитироваться либо сам пожелал испытать в деле. Я невольно поморщился — доверять спину Тревору совсем не хотелось…

Подошли люди Эйрика. Их мы тоже хорошо знали: красавица медком Людмила, Ярослав и Рэй, дети рыжеволосого танаана, его зять Бен, Байо, Джимми, Победитель Варгов. Сам Эйрик, спокойный, как гранитный утес, и такой же непроницаемый, молча хлопнул меня по плечу и подмигнул: «Ты как, герой? Все нормально будет, я-то знаю…»

— Ну чо там, командир? — нетерпеливо рыкнул Толя Грохот. — Долго тянуть еще будут, на?

Я окинул взглядом свою группу. И испытал странное чувство гордости — мы мало чем уступали командам Адаманта и Эйрика. Пять Восходящих — я, Фьюри в новеньком «Мангусе», шагающий танк Толя Грохот в своем Доспехе, невозмутимый Инь с тяжелым рунным «Копьем», зевающий Грай… Янь, Кроу, Юки-Тень и новичок Жабник со своими скользкими питомцами. Ребята держались спокойно, экипировка подогнана, в движениях скользила уверенная небрежность профессионалов. Команда, черт побери. Девять человек, взял бы еще десятого на стажировку, но скоро в Альфу…

Ждали мы, оказывается, Миноса. Наш фламин вновь выглядел как всамделишный волшебник — коричневый плащ-мантия, ожерелье из золотых Ночниц, визор и кристаллический кел-разрыватель. Его сопровождала рыжеволосая Милли Симмонс, катящая сразу два больших серебристых контейнера. Мегакрипторы — док, кажется, хотел заграбастать побольше добычи.

— Ты с нами? — не удержался я, когда он встал рядом.

— Амиго, как я могу упустить такую возможность? — в голосе ученого чувствовалось волнение. — Небесный остров, древние технологии Кел. Находка века!

— Не каркай, док! Последний раз, когда я слышал о находке века, пропала группа Танаки… — буркнул Адамант.

— Поэтому я и иду с вами, амиго, — невозмутимо ответил Минос. — Не волнуйся, будете под моей защитой… Винс, все, кажется, в сборе? Можем начинать?

— Проверьте связь и снаряжение, — прогудел рикс, — и начнем.

Вокс-каналы, оксидиновые маски, оружие и Руны — я быстро, уже не в первый раз осмотрел своих бойцов. Все в полном порядке — со снаряжением нас больше не обижали, даже Яню с Жабником удалось раздобыть старенькие «Фоксы». Экзотический патронташ нашего медика, конечно, смотрелся из ряда вон, но расставаться с влюбленными жабами он категорически отказывался. Ну ничего, проверим, каков доктор Мукерджи в настоящем рейде… Запоздало подумалось, что не помешали бы полноценные герметичные шлемы с электроникой, они были только у Фьюри и Иня, однако реплицировать их во фригольде так и не научились, а добычи на всех не хватало. Обойдемся и без шлемов — раньше всегда обходились… Если на той стороне, конечно, вообще есть чем дышать.

— Командир, это что за кандибобер? — Толя Грохот попытался потрогать Резонатор, левитирующую сферу из комплекта моего лед-доспеха, но тот с недовольным гудением мгновенно сменил позицию. — Дрон какой-то, на?

— Нет, — я чуть замешкался, пытаясь подобрать слова. — Перехватывает чужие рунные атаки. И помогает проводить свои…

— Внимание! Всем группам занять места в шлюзе. Полная боевая готовность! Командирам копий прибыть в камеру наблюдения!

Гермоврата разъехались, пропуская нас внутрь шлюза, и лязгнули за спиной последнего бойца, отрезая от внешнего мира. Длинный коридор, еще одни бронированные створки в конце, а за ними уже портальный бункер. Возле входа — небольшая смотровая камера, где обычно находится часовой, ведущий круглосуточное наблюдение. В ней сейчас находились Эйрик, Винсент, Адамант и Минос с помощницей, уже развернувшие оборудование. Определенный алгоритм открытия Порталов в неизвестное уже существовал — прежде чем заходить, пространство за ним пытались тщательно разведать.

— Внимание! Открывается Портал! Три, два, один…

Воздух задрожал, пространство исказилось, будто кто-то потянул невидимую ткань реальности. Врата развернулись во всю приемную камеру — почти шесть метров в высоту и столько же в ширину — огромные, величественные, пульсирующие насыщенным сапфировым сиянием. Это не бронзовый Портал, это здоровенные серебряные ворота, пожалуй, способные пропустить тяжелую технику или, скажем, мой винтокрыл… Мне даже чуть не по себе стало, когда представилось, какого размера тварь может вломиться с той стороны.

Десять секунд… двадцать, тридцать… Ничего не происходило, и, когда прошла минута, вновь раздался голос рикса:

Два «Обсервера» быстро нырнули в синее сияние. Вокс-сигнал обычных дронов терялся за порталами, но этих модифицировали проводными, тонкими как леска каналами управления специально для подобных случаев. Мы ждали, глядя на пустой голографический экран перед Милли Симмонс, управляющей дронами.

— Есть сигнал, — сказала Милли через несколько секунд. — Но детекторы шалят! Сильные помехи. Данные фрагментированы… Магнитное поле… необычное. Управление как будто сбоит… пытаюсь подняться повыше…

— Гравитация в норме. Температура шесть градусов по Цельсию. Атмосферное давление ноль семь от нормы, — заговорил Минос. — Кислород присутствует, содержание значительно ниже нормы. Но дышать можно. Ветер, святая Мария…

Он замолчал, изучая данные и недовольно хмурясь.

— Порывы до двадцати пяти метров в секунду! Очень сильный. Дроны болтает, как игрушки… черт, мы, кажется, теряем управление. Милли?

— Пытаюсь стабилизировать, но глючат все датчики и сбоит управление, — откликнулась Милли. — Детекторы А-энергии зашкаливают… Все, сигнал потерян. Связи нет! Удаление пятьдесят метров от Портала…

— Есть картинка? — спросил Кассиди. — Хоть что-нибудь, буря?

Мгновение спустя Минос вывел покрытое помехами изображение — несколько картинок, снятых камерами дрона в разных диапазонах. На них ничего нельзя было понять — какие-то нити, какая-то поверхность с геометрическими узорами, какие-то трещины…

— Доннерветтер! — недовольно проворчал Винсент. — Давайте дозорные Руны с глазами… Сигурд, запускай свой Аспект…

У нас было два Острокрыла — у Фьюри и у одного из бойцов Эйрика, — а также хорошо знакомая шпионка-Пикси в Скрижали Винсента. Все они исчезли за Порталом, а спустя мгновение туда прошел и мой эфирный Дракон. Я сконцентрировался, прикрывая веки, чтобы смотреть его глазами…

Первое, что ощущалось сразу, — ветер! Сильный, порывистый, мешающий даже наполовину эфирному Аспекту свободно парить в пространстве. Его можно было преодолеть, но с некоторыми усилиями, и это здорово мешало. Второе — пронзительное сияние Небесного Трона, льющееся с пустых, девственно чистых небес. Я направил Дракона вверх, пытаясь выйти на максимальную высоту, в надежде, что там ветер слабее и можно полностью осмотреть место, куда открылся Портал.

Очертаниями оно напоминало огромную черную платформу, вытянутую, как авианосец. Сходства добавляло что-то вроде массивных выступов по бокам, центральная куполообразная надстройка и острые, устремленные в небо шпили. Повсюду, подобно длинным водорослям, развевались сине-зеленые нити странной растительности, а возле краев острова и над ним самим в потоках ветра хаотично кружилось множество разнокалиберных осколков — настоящее астероидное поле!

А вокруг насколько хватает взгляда — бездна. Просто бездна с белоснежной подложкой из облаков…

Скай: Конструкция искусственного происхождения, функциональное назначение неизвестно. Длина ориентировочно пять километров, ширина центральной части — два с половиной. Выступы имеют форму, характерную для посадочных платформ. Вертикальные структуры — четыре симметрично расположенных шпиля высотой до сто двадцати метров, один со следами разрушения. Центральная куполообразная надстройка так же имеет следы внешнего воздействия. Исходя из климатических условий, примерная высота — около шести тысяч метров. Обнаружен аномальный фон А-излучения. Обнаружены визуальные аномалии…

Тем временем в вокс-канале докладывали обстановку владельцы Существ-разведчиков:

— Остров… большой, — я узнал голос Фьюри. — Ветер сносит. Очень сильно, не могу справиться… О!

— Кто-то совсем рядом пронесся. Силуэт. Крылатый!

— Не знаю, сейчас попробую рассмотреть, сэр…

Я уже пытался обнаружить дозорных птиц и нашел их — по троице силуэтов, совершенно неожиданно появившихся в зоне обзора! Чужие, большие, быстрые! Рассмотреть их толком не удалось — крупные острокрылые силуэты двигались стремительно, будто штормовой ветер не мешал, а помогал им.

— Внимание! Наблюдаю три крылатых существа, — доложил я. — Двигаются очень быстро! Идут… к Порталу!

— Доннерветтер! Похоже, нас заметили. Заблокировать приемную камеру! Автоматику в боевой режим!

Приоткрытые для запуска Существ створки с лязгом захлопнулись. Вовремя — потому что спустя мгновение с той стороны ворвались обитатели небесного осколка.

Они и правда оказались очень быстрыми. Первая вылетела из Врат как стрела и с пронзительным воплем забилась, заметалась под металлическими сводами, явно не ожидав оказаться в замкнутом пространстве. Две следующие за ней тоже попали в западню, как птицы в клетку — крупные человекообразные птицы! Я заметил, как напружинилась, расправляя крылья, Аэлин Поющая-с-Ветром.

— Никси! — яростно крикнула она на Едином. — Убейте их, бескрылые!

В следующий миг в приемнике сверкнуло и громыхнуло — один из крылатых гостей оказался звездной тварью и использовал нечто вроде мощного молниевого разряда, ударив прямо во врата. Несомненная агрессия вкупе с уничтожением наших Существ и вторжением не оставляла выбора — и грохот земного оружия на мгновение оглушил.

Контрабордажные роботизированные «Трезубцы» — страшная штука, а когда их несколько… Я не позавидовал тем, кто решит вторгнуться из Портала. Туча пуха и перьев закружилась в воздухе! Крылатые фигуры сбили и изрешетили в упор. Они грудами дымящегося мяса упали перед вратами, разбросав серо-голубые крылья.

Скай: Антропоморфные крылатые хищники, вероятно — деградировавшие представители расы, выведенной для заселения или обслуживания воздушных биомов. Зафиксирована агрессия и морфологические признаки, более близкие хищным животным, нежели разумным существам.

Да уж… Я с содроганием смотрел на человекоподобные тела, торс которых действительно напоминал человеческий. Узкоплечий, костлявый, с выступающими ребрами и покрытый странным пухом. Худые короткие руки заканчивались кривыми когтями, а нижняя половина тела была полностью птичьей, с мощными когтистыми лапами. Но самым жутким показалось лицо, женское, вытянутое, с хищными чертами. Красные глаза, спутанные седые волосы, острые как иголки зубы — химера отнюдь не была красавицей!

— Присматривай за Порталом, буря… Створки — разблокировать. Осмотрите тела. Адамант — прикрываешь!

На «той стороне» пока действительно было чисто. Я кружил над Порталом, изучая диспозицию. Наша точка высадки находилась ближе к краю вытянутого небесного острова, который я обозначил для себя как «корма». На ее оконечности находился одинокий шпиль, метрах в пятистах от нас, и такой же высился на противоположном. Еще два — по бокам, все огромные, подобные крепостным башням и угольно-черные.

Толя, как всегда, попал в яблочко. Удивительно точное определение. Я вспомнил, что уже видел подобных существ — в коконе Червей в Расколотых Землях, значит, в Единстве они не были такой уж редкостью…

— Это никси, рикс! — голос Аэлин сквозил холодным презрением. — Дикие никси.

— Ты знаешь этот Народ? — спросил Кассиди. — Кто они, буря? Знаешь их язык?

— Это не Народ, рикс. Выродки Детей Ветра, небесные падальщики… — ответила аэри. — Дикие, как звери. Они часто гнездятся на небесных островах. Дочери Ветра не о чем говорить с ними!

— Я узнаю и вернусь. Рикс бескрылых, позволь аэри пройти первой! Я летаю быстрее презренных никси и не боюсь ветров…

Там уже находился мой Аспект, но помощь бы не помешала — несколько пар глаз лучше, чем одна. На мой взгляд, отправлять Аэлин было рискованно, однако Кассиди, очевидно, был лучше осведомлен о ее возможностях. Тем более свое присутствие мы уже выдали, раз первые крылатые нашли Портал…

— Аэлин — вперед. Сигурд, присмотри за ней. Остальные группы — готовимся! Адамант, твои пойдут первыми.

Решение оказалось верным — Поющая-с-Ветром стрелой вырвалась из Портала, мгновенно оказавшись в родной стихии. Пожалуй, на короткой дистанции она легко опередила бы мой Аспект… Штормовой ветер ей совершенно не мешал, к тому же Скай уже заметила некую странность — его порывы были цикличны, перекатываясь по определенному, заранее намеченному контуру. У краев платформы он усиливался, ближе к центру — слабел, будто остров окружала ветровая линза.

Мой Дракон не обладал продвинутым звездным зрением, и я не мог воспользоваться Рунами, чтобы наблюдать во всех диапазонах. Приходилось обходиться визуалом. Поднимаясь все выше, стараясь держать в зоне обзора Портал, я полетел в сторону ближайшего шпиля, следуя за стремительной аэри…

Он неуловимо напоминал те зловещие здания-рога, что я видел в Каменных Луках, хотя, конечно, был поменьше. И зиял множеством темных отверстий, некоторые из которых явно не были естественными…

Есть контакт! Аэри резко отвернула в сторону, облетая шпиль по широкой дуге. Я мгновенно заметил множество крылатых силуэтов, появившихся возле него, и шлейф преследователей, устремившихся за Аэлин. Но куда там — они с первой секунды начали отставать, аэри не соврала, что превосходит «гарпий» в скорости!

Десять, двадцать… больше тридцати никси! Часть пыталась догнать Поющую, другая, высыпав наружу, явно заинтересовалась Порталом… и моим Аспектом. Пока они приближались, я хладнокровно докладывал, благо Скай вела точный подсчет.

Сорок семь особей. Девять звездных — семь дерева и две бронзы. Ведут преследование. Приближаются к Порталу…

Мой Аспект набирал высоту, пытаясь избежать столкновения, но приблизившись, никси внезапно раздумали атаковать и ринулись вниз, к остальным, которые уже вовсю кружили над нашим Порталом. Несколько особей снова самоубийственно нырнули внутрь, но заранее предупрежденный Кассиди уже закрыл створки и снова встретил крылатых огнем автоматических турелей. Одна успела спастись бегством, и она же, видимо, предупредила остальных, потому что они изменили поведение, тут же отлетели от Портала на почтительное расстояние, но, кажется, вовсе не собирались возвращаться в свое гнездовье. С десяток тварей по-прежнему преследовали Аэлин, и мне стало ясно, что у никси есть и план и тактика — они стремились отрезать аэри от Портала, заблокировав его сверху. Разумные? Возможно. Как минимум — хитрые твари!

Между нашим руководством состоялся короткий и бурный обмен мнениями:

— Их немного. Дерево и бронза, ничего страшного, Винс.

— Их там может быть больше, я-то знаю, — прогудел Эйрик, но рикс прервал его:

— Может! Поэтому нужно успеть закрепиться, пока их немного! Отступить мы всегда успеем. А этих зачищать… все равно придется. Адамант, идешь первым, захватываешь и удерживаешь плацдарм около Портала. Сигурд, ты заходишь вторым, прикрываешь Адаманта, держишь воздух. Эйрик, твои пока в резерве. Огонь на поражение.

— Связь? Координация? — бросил Адамант. — Вокс там не работает!

— Вариант два, через телепатов, — коротко бросил Кассиди. — Ну а куда деваться, буря? Сигурд, ты готов?

Я был готов, хотя разрываться на два фронта — нелегко. Вполглаза смотреть эфирным Драконом, отдавать приказы копью, активировать Объединение Разумов (полчаса, всего полчаса действие Руны!), Истинный Взор, Глаза Небесного Змея и Биосенсорику, одновременно сцепляясь страховочными тросами — на той стороне бушевали нешуточные ветра! А потом я следом за бойцами Адаманта пересек сияющую границу Врат.

Увидеть небесный остров своими глазами, ощутить его вкус и запах… было странно. Отчетливые в голубом сиянии Трона черные силуэты шпилей кололи небеса, повсюду развевались длинные сине-зеленые нити. Свистящие, завывающие потоки воздуха запросто могли снести с ног — приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы просто сохранить равновесие — и это мне, серебряному Восходящему! Парни Адаманта уже вбивали костыли между огромных шестиугольных плит, закрепляя страховочные тросы. Наша задача прикрыть их, пока разворачиваются барьерные щиты и бойцы создают укрепленные позиции.

Под ногами — черные, как глубокий космос, растрескавшиеся плиты, испещренные странными рунами. Будто пятна непроницаемой тьмы, в трещинах и стыках которой проросли серебристый мох и колючая стекловидная трава. Вокруг какие-то странные развалины, похожие на останки древних конструкций, впереди — обломанный, но все равно невероятно высокий черный шпиль, украшенный, как знаменами, развевающимися полотнами сине-зеленых нитей. И, самое странное, парящие обломки — большие и маленькие, они свободно кружили в воздухе и кочевали по воле ветров над, около и вокруг небесного острова… Ореолы Звездной Крови — повсюду, сливаются в единое пульсирующее полотно, ими окружены и шпили, и парящие обломки, и плиты под ногами. Их было так много, что выделить что-либо почти невозможно! Черт возьми, Белый Дьявол не обманул — это очень щедрое место…

Кассиди приказал стрелять без предупреждения, но все-таки прошла почти половина минуты, прежде чем крылатые твари решили атаковать нас.

Никси не собирались вступать в переговоры. Я не знал, разумны ли они, а если да, то насколько, но сейчас это не имело никакого значения — если тебя пытаются убить, то необходимо убивать в ответ. Да, это мы пришли в их дом, но, судя по внешнему виду и поведению этих существ, любых гостей они рассматривали исключительно как еду. А значит…

Полминуты — это много. Еще на той стороне я пустил в ход Объединение Разумов, и каждый из товарищей без слов понимал, что нужно делать. Толя Грохот — оплот обороны в своем усовершенствованном «Гоплите», Инь — снайпер, Янь устанавливает и контролирует барьерный щит, остальные, включая Жабника, — стрелки, занимающие круговую оборону вокруг Портала.

Главное оружие Восходящего — Руны. Поэтому, даже когда наши группы начали стрелять по приближающимся крылатым тварям, я не прикоснулся к земному оружию. Вместо этого ударил трофейной связкой Пустотного Разлома и Втягивающего Вихря! Руны, ранее принадлежавшие эрде Корпуса, показали себя прекрасно — несколько никси мгновенно засосало в пасть Разлома. А вот земная кинетика против быстрых, активно маневрирующих созданий работала не слишком хорошо, хотя парни все-таки подстрелили в полете несколько особей. Но против звездных тварей «Суворов» и даже гаусс — плохие помощники, пикирующую гарпию, как оказалось, ими хрен остановишь! Я не пожалел, что поделился Порталом, когда стало ясно, что никси добрались до нас — и не одна-две твари, а больше половины атакующих!

Аспект против них оказался бесполезен, а вот плоскостной клинок — нет! Я распластал первую же на две горящие половинки, одновременно создавая направленную Вьюгу и луч Ледяного Взора, однако сражаться и с ветром, и с неуловимыми противниками выходило так себе. Звездные особи создавали что-то вроде мощных порывов ветра, запросто сбивающего с ног, использовали звуковые, оглушающие крики и нечто вроде невидимых когтей, полосующих врагов на расстоянии! Резонаторы лед-доспехов и барьерные щиты отразили большую часть, но чертовы гарпии моментально разметали наше защитное построение и навязали рукопашную в своей стихии — двоих или троих бойцов подхватили, пытаясь унести на высоту, остальных били крыльями, кусали и царапали. Их птичьи когти и зубы были грозным оружием — пожалуй, безоружному человеку ничего не светило бы в схватке один на один.

Но мы не безоружны! Две твари, облепившие Толю Грохота, остались ни с чем — десант в Доспехе оказался слишком тяжелой целью. Первую — или первого, черт их разберет, — он мощным ударом отбросил подальше, а вторую, схватив за птичьи ноги и для начала хорошенько грянув о камни, использовал как дубину. Я же, пытаясь не задеть своих, рубил мелькающих гарпий невидимым клинком, при этом используя Цепной Разряд — отличную, как оказалось, Руну как раз для таких ситуаций! К счастью, наше безмолвное взаимодействие как раз помогло избежать «дружественного огня» — ребята дали мне полную свободу действий.

Скай доложила о синхронизации с Мико — Кассиди прошел в Портал, как только началась рубка. А за ним — Эйрик и его группа. Вовремя! Хаос, раскрашенный множеством векторов боевой тактики, наконец обрел четкость — когиторы выделили и распределили первостепенные и второстепенные цели. Никси стало больше — подошла вторая волна, не менее двадцати особей, и у нее имелась альфа. Невидимая тварь серебряного ранга, чей силуэт парил над схваткой, управляя атакой остальной стаи. Здоровенная сволочь… я был готов пустить в ход Луч Небесного Огня, но связка когиторов решила иначе.

Призрачная алая звезда — крутящийся сюрикен, похожий на лезвие циркулярной пилы или каэдометрику Наблюдателя в миниатюре, наискосок разрезал воздух, преследуя маневрирующую альфу подобно «умной» ракете, и настиг, несмотря на все попытки гарпии избежать этой встречи.

Тварь, наконец проявившись, тяжело рухнула вниз, разделяясь в падении на несколько ошметков. Мало кто понял, наверное, но это сработала Мико — четко, быстро и смертоносно.

И все, остальные никси тут же сломались. Бой закончился так же внезапно, как и начался. Немногие уцелевшие спасались бегством, остальные… были мертвы или почти мертвы. Несколько минут мы их сосредоточенно добивали — эти существа были опасны, даже в агонии пытаясь дотянуться до обидчиков.

— Гарпии, на! — ругался Толя Грохот. — Йопта, во мне сто сорок кило, в кидо еще двести, две курицы слона решили поднять… А воняют-то как, а? Курятник, копать-хоронить!

Мои ребята… целы. Почти целы — крик гарпии слегка оглушил Юки, но Жабник моментально привел ее в чувство. Хуже дело обстояло с Янем — ему досталось призрачными когтями, к счастью, по бионическому протезу, а не живой ноге.

Тем не менее — разворотило хорошо, протез был поврежден, двигательные функции нарушены. Янь не мог подняться без посторонней помощи. Горько усмехнувшись, он сказал мне:

— Не везет мне с ногой, командир. Видать, там, наверху, намекают…

— Что у тебя, Сигурд? — подошел Кассиди. — Раненый? Один? Эвакуация требуется?

Да, Янь не мог продолжить рейд — и хорошо еще, что Врата в десяти шагах. Неудачно начиналось это приключение — мы не успели войти, как уже потеряли троих, к счастью — лишь ранеными. Одного прямо на месте исцелили Руной, второму, к сожалению, требовалась более серьезная помощь — черепно-мозговая травма, новичок Адаманта находился без сознания. Его сбросили с высоты на обломки, и хорошо еще, что не утащили вообще благодаря страховочным тросам…

Остальные отделались ушибами и ссадинами. Пока рейд приходил в себя, Кассиди быстро собрал командиров копий.

— Что думаете? — коротко спросил он. — Идем дальше?

— Неприятные твари, — процедил Адамант. — И многовато их, Винс. Но добыча хорошая. Идем…

Да, добыча неплохая. С ходу пара сотен капель Крови и два десятка Рун. Содержащие Звездную Кровь никси были «деревом» и «бронзой», с них падали Руны Развития и интересные Руны, связанные с воздушной стихией. Серебряная альфа подарила аж пять глифов — два Развития, Повышение и очень ценную Руну Воздушных Крыльев, позволяющую парить в воздухе. Но наиболее любопытной была пятая — Руна-Предмет, содержащая кел-артефакт, который назывался «Ключ Колонны Ветров». Если верить описанию, она позволяла управлять некой Колонной Ветров — но что это вообще такое?

— Они не звери, с ними не договоришься, — буркнул Эйрик. — Могут быть и другие твари, я-то знаю. Побольше, повыше… Нехорошее место, Винс.

— Идем, — решительно сказал я. — Мы их потянем, ничего страшного. Ключ — вероятно, управляющий артефакт к местным механизмам, гарпия явно его нашла где-то тут. Нужно найти этот механизм…

— Вот и я думаю, что ничего страшного, доннерветтер! — ощерился Кассиди. — Минос? Хочешь что-то сказать?

— Конечно, амиго! Останавливаться просто преступно… это же, это же… вы хоть представляете, что это? — доктор Матиас, явно весьма взволнованный, продемонстрировал черный обломок — из того странного материала, что покрывал небесный остров.

— Да. Черный лит, — сказал Кассиди. — И его тут просто навалом…

— Именно! Санта-Мария, это экзоматериал, который в природном виде в Единстве вообще не встречается! Его обломки иногда попадаются на поверхности, но крайне редко… местные легенды говорят, что это упавшие с неба куски небесных куполов. Этот материал неизвестным образом интерферирует с фотонами, полностью подавляя световое излучение. Иначе говоря, создает тьму. Не говоря уже о научной ценности, он содержит Звездную Кровь и может быть использован в Рунном Мастерстве! А это? Вы видите это?

Не давая нам опомниться, Минос обвел рукой пейзаж с парящими вдалеке обломками:

— Это же парящие кристаллы! Минерал легче воздуха, с антигравитационными свойствами, используемый кел для создания летающих конструкций, в том числе — вот таких небесных островов. И вы предлагаете остановиться? Мы должны успеть все тут исследовать! Врата работают всего двадцать пять часов!

Рядом с нами, широко взмахнув крыльями, приземлилась Аэлин. Ее роскошные белые с коричневой каймой перья обильно покрывали красные брызги, оружие в руке — я узнал еще один Предмет из арсенала Серебряного Замка — тоже было испачкано. Грудь аэри вздымалась, серебряные глаза воинственно горели Звездной Кровью.

— Рикс бескрылых! — обратилась она к Кассиди. — Я облетела остров. Гнездовий никси — три. Построены в старых башнях из обломков и костей. В каждом от пяти до десяти рук взрослых никси. Вы убили только одну стаю. Я убила еще нескольких… остальные испугались дочери Ветра.

— От пятидесяти до ста тварей, — перевел ее доклад на человеческий Кассиди. — Мы перебили только половину, а может, и меньше… Они рискнут снова напасть?

— Никси глупы, но хитры. Они могут атаковать волнами, изматывая врага, или охотиться за одиночками. Они следят за нами. Дочь Ветра говорит — бескрылым не стоит задерживаться на открытых пространствах. Ищите укрытия. И следите за небом!

— И еще, Винс… Смотрите — вот эти боковые выступы, очень похоже, играли роль причалов для воздушного транспорта, а на них…

Мой эфирный дракон, все еще парящий над островом, действительно обнаружил кое-что очень интересное. На причальных выступах лежали силуэты, похожие на скелеты огромных птиц. Крылья, обтекаемые формы, металлический отблеск остовов… Некоторые почти целые, другие превратились в груды обломков. Но все они неуловимо походили на Небесный Ястреб и те странные аппараты, что бороздили небеса Вечности.

Глава 6

Кел-корабли, даже разбитые, — это очень интересно. Они излучали слабый ореол Звездной Крови, а значит, внутри могли сохраниться источники энергии, навигационные устройства, оружие… Может, кристаллы записей или что-то подобное. Ну и, конечно, я втайне лелеял мечту, что смогу отыскать замену Небесному Ястребу — хотя, судя по внешнему виду, корабли из рунных Предметов давно превратились в груду Реликтов…

— Заманчиво, буря! — с полуслова понял меня Кассиди. — Хорошая цель. Там может гнездиться что-нибудь опасное. И очень близко к краю… там ветренее. Справишься, Сигурд?

— Ладно, тогда разделимся… Сигурд осматривает корабли. Крайне осторожно, что-то не так — немедленно сигнализируй! Мы с Миносом и Эйриком проверим эту башню! — он указал в сторону ближайшего черного шпиля. — Наверху гнездовье, а внизу пульсирует А-энергией, там точно что-то есть… Адамант, ты держишь Портал и обеспечиваешь подкрепление, если у нас будут проблемы. Аэлин прикрывает с воздуха и предупреждает об атаке. Всем все понятно?

— Понятно, рикс, — кивнул Адамант. — Связь через кого?

Мысленная связь не стала открытием — ее иногда использовали, но такие Руны или менталы с нужными Навыками были далеко не в каждом копье. Откровенно говоря, их вообще было немного, поэтому чистым боевикам Адаманта и отдавали рыжую помощницу Миноса. Эйрик, Винс и я могли обмениваться мысленными сообщениями без посторонней помощи — спасибо, как говорится, Белому Дьяволу…

Путь к ближайшему «причалу» занял около двадцати минут. Сверху пространство контролировал мой Аспект, далеко впереди невидимой тенью шел Экзо-Шейд, проверяя местность на предмет возможных сюрпризов, за ним — остальная группа, связанная страховочными тросами. Толя Грохот — главный якорь, готовый в случае неприятностей удержать ребят…

Мои рунные локаторы не выявляли ничего живого, кроме растений, а вот материи, содержащей Эфир и Звездную Кровь вокруг было сколько угодно. Небесный осколок действительно оказался богат — вероятно, прежде он являлся комплексом сложных рунных технологий, подобных тем устройствам, что я видел в Вечности. Похоже, что просто состоял из них, поэтому в сплетении незнакомых энергетических аур не могла разобраться даже Скай. Даже странная стеклянная трава, со звоном царапающая обувь, серебристый мох и огромные лентовидные растения являлись измененной материей, которую стоило бы хорошенько изучить…

На самом причале порывы ветра были настолько сильными, что снова пришлось вбивать костыли, пригибаться и держаться за обломки (и Толю, которому все нипочем). Как уже определила когитор, ветра имели аномальную структуру, окружая остров со всех сторон подобием барьера, в котором дрейфовали разнокалиберные обломки парящих кристаллов. Нам даже пришлось уклоняться от встречи — некоторые, размером с быка, пролетали всего в нескольких метрах. Мы поймали на лету несколько небольших осколков (Минос просил по возможности собирать ресурсы) — полупрозрачный, неправдоподобно легкий минерал с переплетением сине-серебристых тончайших прожилок внутри. Скорость движения в воздушных потоках явно не соответствовала размеру и весу — эта материя обладала аномальными свойствами.

Первая платформа выдавалась метров на сто над облачной бездной, на ее кромке развевались длинные ленты сине-зеленых «водорослей», меж которых кружила уйма парящих кристаллов. Невероятный, сюрреалистичный пейзаж… будто мы попали в совершенно другой мир!

Темные остовы кораблей, три штуки разной степени целостности. Два — просто рассыпавшиеся груды обломков, от третьего, самого большого, сохранился обтекаемый корпус — острый нос, широкие крылья, нечто вроде хвостовых стабилизаторов… Серебристый сплав, синие кристаллические вкрапления… Система Восхождения неожиданно определила, что это облачное серебро, отсутствующий в наших справочниках экзоресурс серебряного ранга!

Моя команда действовала без слов. Слаженность, достигнутая Объединением Разумов, превратила нас в подобие синтетиков, управляемых общей сетью. Кроу, Грай и Грохот заняли позиции снаружи, их поддерживал Мукерджи, Юки шустро нырнула внутрь разломанного корпуса, за ней — я и Инь.

Внутри было темно и пусто. Узкий коридор, расширяющийся к «носу», покрытые трещинами панели с мертвыми рунными символами. Лиор, зирдин, облачное серебро. Разбросанные кости… странные, слишком тонкие для человеческих… здесь пировали никси? Мои Навыки показывали несколько отчетливых энергетических аномалий — в носовой «рубке», в районе хвоста и где-то тут…

Ого, а у нашей Тени, оказывается, хороший нюх на артефакты! Маленькая и ловкая, она беззастенчиво порылась в обломках и теперь протягивала мне голубоватую штуковину, напоминающую неровную половинку раздробленной сферы.

Вероятно, это был фрагмент энергетического сердца корабля. Еще сохранивший чуточку былой мощи, хоть и утративший статус настоящего Предмета. Тем не менее серебряный Реликт был очень ценной находкой.

— Тень искать еще? — взглянула на меня девушка.

— Да, но руками не трогай, — предупредил я. — Осторожнее!

Таких осколков нашлось еще два. Большую ценность также представляли обломки корпуса из загадочного облачного серебра. Те, что можно было забрать, — нужно было собрать, этим и занялись мои ребята. Но главная находка скрывалась в носовой рубке за круглой, покрытой глубокими царапинами переборкой с отчетливыми рунными глифами. Ее как будто пытались взломать, но не преуспели. Ну еще бы — я приложил руку и понял, что это рунный замок, управляемый мыслеформами. Простейший, но еще действующий. И ключа у нас нет. Но зато есть кое-что другое…

Перчатка Теней. Еще один подарок золотой эрды. И она умеет «говорить с замками»…

Вот и пригодилась эта Руна. Дверца растаяла, а в открывшемся углублении оказалось что-то наподобие… круглой панели с оттиском, хранившим тускло мерцающий артефакт.

Потускневший, но прекрасно сохранившийся, он напоминал металлическое птичье крыло размером с ладонь с чрезвычайно искусным рисунком каждого перышка.

— Ого, командир, секретик нашел, — восхитился Инь, глядя через мое плечо. — А что это?

Дарует Ускорение Полета связанным предметам, существам или Рунам.

— Похоже, это… Руна, — произнес я, пытаясь осторожно извлечь эту штуку. К счастью, артефакт легко отделился от «печати» и тут же замерцал в моих руках, мгновенно обратившись в Руну совершенного нового вида. — Ускоряет Полет. Что-то вроде рунного форсажа.

— Не сказал бы… но неплохо, — кивнул я, убирая находку в Скрижаль. — Похоже, ими усиливали корабль. Странно, что она вообще сохранилась.

Мы собрали все куски «облачного серебра», что можно было запихнуть в криптор и Руны-Хранилища, и, воодушевленные находками, устремились ко второй платформе. Она располагалась значительно дальше, но была столь же пустынна — мой Шейд уже осматривал площадку. Там более-менее сохранился только один аппарат — чуть другой по форме, но побольше, как будто бывший транспортник. И его внутренности тоже стоило осмотреть…

В большом корабле было полно следов жизнедеятельности никси. «Насрано, на», как выразился Толя Грохот, плюс остатки пиршеств и куча сухой травы, свернутой в подобие огромных жгутов. Гнездо, полное хлама! И у него имелся житель, которого моя Биосенсорика едва не пропустила, потому что корпус из облачного серебра, оказывается, частично блокировал сигнал, а излучение Звездной Крови тут было повсюду…

— Копать-хоронить! — Грохот медленно опустил свою турель. — Чо делать, командир?

Маленькое, размером с ребенка, крылатое, но еще почти неоперившееся существо. Серо-голубой пух. Красные глаза, полные страха.

Он забился в угол, дрожа всем телом. Крылья прижаты, в лапе — острый обломок кости.

— Ликвидировать? — без эмоций спросил Кроу.

Я быстро оценил ситуацию. Никси враждебны, но беспомощный и безранговый детеныш опасности не представляет. Если не нападает — мы тоже не будем. Убивать ребенка, даже такого, — бесчестно.

— Пусть живет, — распорядился я. — Осматриваем все, забираем и уходим.

Добычей стало еще несколько Реликтов — куски облачного серебра, обломки неких эхо-кристаллов и штормовых резонаторов. Лучше, чем ничего. Я был немного разочарован — ожидал большего. Но, увы, бездна времени не пощадила даже рунные корабли — сколько тысяч, а может, десятков тысяч циклов они уже находились на этом острове? Интересно — куда делся экипаж?

— Что с этой хренотенью делать будем, командир? — спросил Толя, стаскивая в кучу куски облачного серебра. — На кой-она нам?

— Руны делать. Или вытягивать Звездную Кровь, — ответил я, задумчиво разглядывая найденные Реликты. — Вот из этой, Толя… капель двадцать, наверное, можно выжать. Или хороший Символ.

— Интересно, что они здесь жрут вообще, на? Курицы эти? Друг друга, что ли? Не траву же эту?

У меня не было ответа, но доктор Мукерджи разразился лекцией, где выдвинул теорию, что никси вполне могут охотиться на обитателей высокогорных территорий, над которыми проплывает остров, а также — на летающих созданий: птиц, мерцающих скатов, вообще — любые жизненные формы воздушных биомов. Недаром они так быстро схарчили наших Острокрылов… Но то, что они вечно голодны, — факт!

Мы успели осмотреть и собрать обломки аппаратов на второй платформе и даже немного парящих кристаллов, прежде чем подверглись нападению. Неожиданным оно не стало — мой Аспект был на страже, поэтому дюжину крылатых силуэтов, сорвавшихся с далекого, третьего по счету шпиля, мы увидели заранее. И успели приготовиться к бою, хоть быстрые никси и дали нам всего полминуты.

Инь поджарил одну тварь в воздухе, еще несколько стали жертвой моего Разлома и заградительного огня, открытого остальными бойцами. Но попасть по стремительным маневрирующим воздушным целям — та еще задачка! Несколько гарпий опять добрались до нас, пронзительно вопя, а за первой, кажется, уже следовала вторая волна атакующих!

Одну никси я снова разрубил на лету, еще одна с размаху врезалась в Грохота — в массивном Доспехе самый большой из нас, он притягивал гарпий, как магнит, — а вот остальные набросились на ребят! Как минимум одна особь оказалась бронзой — звуковой вопль заставил дрогнуть даже меня, а порывы поднявшегося ветра не давали работать в полную силу! Грая схватили, подняли в воздух и потащили к краю платформы, еще одна тварь сцепилась с Фьюри!

Накоротке разбираться с ними было опасно — можно запросто зацепить своих! Поэтому я решил вопрос кардинально — выпустил стаю Темных Каргон, не уступающим гарпиям ни в скорости, ни в маневренности, но вдобавок призрачных и крайне опасных!

В воздухе мгновенно закрутился безумный хоровод — мои Существа встречали вторую дюжину никси! Я мельком увидел, как сверху, сложив крылья, стремительно падает Аэлин — до этого аэри парила в вышине, описывая широкие круги над небесным островом.

Поле боя, расчерченное векторами боевой прогностики Скай, выглядело простым и понятным, несмотря на множество враждебных объектов. С помощью когитора я на порядок ускорил рунные взаимодействия — задержать падение Грая Психокинетикой, Спираль Времени, Призрачный Шаг, в одну сторону — Цепной Разряд, в другую — короткий выверенный удар плоскостного клинка. Сложность представляла только звездная особь — крупнее остальных, покрытая какими-то костяными шипами, она обладала некой ветровой защитой, отводящей удары и выстрелы в упор! Сильная бронза представляла нешуточную опасность даже для группы, поэтому я не стал жадничать — на мгновение зафиксировал ее Психокинетикой и тут же сжег Лучом Небесного Огня. Да, золотое Заклинание — но зато наверняка, от альфы остались только обгоревшие ошметки да несколько сияющих Рун…

Каргоны погнали уцелевших обратно к шпилю-гнездовью, Кроу ловко вытягивал Грая от края причала, остальные короткими очередями добивали раненых никси. Аэлин, со свистом приземлившись рядом с нами, с некоторым удивлением произнесла:

— Небо свидетель, дочь Ветра опоздала на битву! Бескрылые, вам нужна помощь?

Живы были все, но трое — ранены. Фьюри — легко, ей зацепили плечо, Инь — тоже отделался неглубокими царапинами, а вот Грая потрепали серьезнее — когти никси запросто рвали даже защитное покрытие «Фоксов». Кровь сочилась сквозь пальцы, пачкая одежду и снаряжение, латино был бледен и стонал от боли, но Жабник тут же оказался рядом. Я, честно говоря, не особо доверял его методам лечения и предпочел бы вколоть товарищу анестетик, антидот и кровоостанавливающее либо использовать Руну, однако доктор Мукерджи действовал очень уверенно, можно сказать, профессионально…

— Не двигайся, камарад! Глубоко, но артерии не задеты… Возможно, токсины или заражение. Но это ничего, девочки справятся!

Жабник вытряхнул из своей колбы тонкое, как сухой лист, существо — звездную ночницу. Брр… даже я поежился, когда она ловко побежала по коже Грая.

Грай дернулся, вскрикнул, но в следующий миг его лицо приобрело выражение спокойного умиротворения. Кровотечение мгновенно остановилось, как будто перекрыли кран.

— Уже не больно? — Жабник аккуратно вернул ночницу в колбу. — Хорошая девочка… Теперь следующий этап.

На рану шлепнулся бесформенный зеленый слизняк. Грай снова задергался, но привычный к реакции пациентов доктор крепко держал его:

— Bilkul! Не двигайся! У никси грязные когти, нужно убрать всю заразу. Слюн проведет детоксикацию…

Слизняк расползся по ране. Грай, косясь на него, застонал — не от боли, а от отвращения.

— По правде говоря, они не совсем жабы, — спокойно ответил Мукерджи. — Потерпи еще минутку, пожалуйста. Слюн хорошая, она молодец… Яд, Слюн, ешь только яд…

Третий контейнер содержал фиолетовую пульсирующую амебу. Она оказалась… живым регенератором тканей — края ран медленно стягивались, кожа срасталась, оставляя тонкую розовую полоску шрама.

— Готово, — удовлетворенно произнес Жабник. — Через час вообще ничего видно не будет. Следующий!

— Я обойдусь обычными препаратами, — скривилась Фьюри, а азио поспешно пробормотал, что у него ничего серьезного, «уже не болит», однако Жабник оказался неумолим. Через несколько минут все трое были в строю — экзотические методы доктора Мукерджи работали!

Я же в это время, искоса наблюдая за лечением, мысленно говорил с Кассиди.

— Справились. Примерно двадцать никси минус, три дерева, одна бронза. У меня трое легких…

— Нет, мой медик справился. Корабли восстановлению не подлежат, нашли внутри много Реликтов… Продолжать поиск на другой стороне острова?

Рикс помедлил перед ответом — другие причальные платформы находились на противоположной стороне, и, чтобы к ним пройти, требовалось либо обойти весь остров по краю, приблизившись к другим гнездовьям гарпий, либо пересечь его возле центрального купола, который серьезно фонил А-энергией.

— Нет, возвращайся. Мы у первого шпиля, нашли кое-что интересное. Нужно, чтобы ты посмотрел…

Нашей рунной добычей стало около полусотни капель Крови и десять Рун. Несколько деревянных и бронзовых Свойств: Развитие, Изменение, Уменьшение — для ребят; две Стихии Воздуха и несколько интересных Умений — звуковая волна Крика, Зоркий Глаз (тут же забронировал Инь), Порыв Ветра, подобный тому, что когда-то я выбил со своей первой звездной твари. Но самой лучшей Руной оказался бронзовый Покров Ветра — защитное Заклинание, создающее вокруг Восходящего ветровой щит.

Ребята были довольны — не каждый рейд удается с ходу выбить интересные Руны. Тем более мы еще только начали — две трети небесного острова оставались неизученными.

То, что обнаружил Кассиди, находилось внутри шпиля, верхние ярусы которого занимало огромное гнездовье никси. То самое, чьих обитателей мы перебили в первой же стычке. И представляло собой монументальную колонну из ярко-голубого кристаллического материала. Несмотря на ужасающее загрязнение и общую древность, она прекрасно сохранилась — как золотая оправа, удерживающая верх и низ, так и рунные символы, покрывающие все ее грани. И не только уцелела — внутри продолжались какие-то процессы, колонна светилась звездной энергией и издавала едва слышный гул. Это и была та сама Колонна Ветров, Ключ от которой мы нашли чуть ранее, — загадочное и работающее устройство Кел!

— Амиго, оно работает! — Минос был почти в экстазе. — Ты знаком с кел-механизмами Вечности. Поможешь разобраться с этой штукой?

Я молча приложил ладонь к колонне, пытаясь подключиться к мысль-полю и вызвать то, что заменяло рунным артефактам интерфейс. Ключ к управлению такими устройствами — навык Мыслеформ и Язык Народа Кел, без него доступ невозможен. Я вопросительно взглянул на Кассиди, но тот пожал плечами — и спустя пару секунд стало понятно почему.

Артефакт принадлежал к другой эпохе. Его мысленный интерфейс был иным, хотя и функционировал по схожим принципам. Вероятно, Колонну Ветров изготовили либо задолго до исхода в Вечность, либо уже после него. Сам язык идеограмм был иным — немудрено, что рикс не смог самостоятельно разобраться. Я бы, наверное, тоже не сумел, но у меня имелись навыки Криптографии и незаменимая в такой ситуации Скай. Когитору пришлось полностью декодировать интерфейс Колонны, приведя его в более-менее удобоваримый вид…

Климатический регулятор класса «Страж Небес». Создает и управляет воздушными потоками.

Скай доложила, что мощность колонны исчерпана на восемьдесят процентов, но и того, что осталось, достаточно для бесперебойной работы как минимум в течение десяти тысяч лет. Возможные функции тоже были в целом понятны.

— Это… климатический регулятор, — произнес я. — Создает ветер, шторм, ураган… все что угодно. Возможно, использовался для управления погодой либо затруднения доступа на остров извне…

— Значит, эти чертовы ветра искусственные? Доннерветтер, — нахмурился рикс. — Я так и думал. Сигурд, ты можешь отключить их?

Колонна вспыхнула, когда Ключ втянуло внутрь. Руны на гранях загорелись ярким голубым светом. Гул превратился в высокое, почти музыкальное пение, когда я выбирал нужный режим — штиль, шторм, очистка, воздушные дороги…

Земные термины лишь частично совпадали по значению с идеограммами Языка Кел, но я рискнул выбрать штиль — что бы это ни было, оно должно означать полное безветрие…

Колонна затихла. Голубое свечение медленно угасло.

Не сразу — постепенно, в течение минуты. Порывы ослабли, завывание снаружи прекратилось. Мы вышли — и замерли перед невероятной, почти оглушающей тишиной. Парящие кристаллы медленно оседали, ленты растений на краях платформы обвисли, больше не развеваясь. Я надеялся только, что выключение не вывело из строя какие-нибудь механизмы, благодаря которым небесный остров парит в воздухе, и мы сейчас не рухнем вместе с ним с головокружительной высоты…

Скай: Командир, опасения беспочвенны, это локальный механизм. Скорость ветра снизилась до естественного фона. Температура повышается. Атмосферное давление стабилизируется.

— Санта-Мария, получилось, — выдохнул Минос. — Можешь включить обратно?

— В любой момент, — подтвердил я. — Или переключить в другой режим — например, шторм…

— Пока оставь так, буря! Проще будет работать…

— Винс, это устройство бесценно. Святая Мария, если мы сможем демонтировать его и забрать во фригольд…

— То сможем контролировать погоду, — с полуслова понял его Винсент. — Или создавать в нужном месте ветра. Доннерветтер, в мегакриптор не влезет… Нужен глайдер или Руна Облегчения Веса…

— А где Эйрик? — спросил я, потому что не видел возле шпиля рыжеволосого гиганта и его людей.

— После зачистки гнезда я послал его вперед, к этому куполу, — Кассиди показал в сторону центрального сооружения. — Сигурд, надо выяснить, что в других шпилях, кроме гнезд этих тварей…

— Я уже послал Шейда, — ответил я. — Сильви тоже вылетела?

— Да, никси не определяют невидимок. По крайней мере, обычные…

Шпилей было еще три… Правый, обломанный на треть, оказался пуст и выжжен изнутри. Мой Аспект залетел внутрь и тут же вылетел — там не было ничего, достойного внимания, только черная оплавленная сердцевина. Какая сила могла устроить этот пожар? Внешнее воздействие или что-то взорвалось внутри? К сожалению, у нас не было ответов…

Левый шпиль — тот самый, откуда атаковали мою группу, полностью занимало гнездовье орущих как безумные гарпий. Его осматривала Сильви, и Кассиди, сердито нахмурившись, сказал, что внутри нет ничего интересного, кроме «дерьма и костей».

А вот в последнем, самом дальнем, нашлось кое-что очень любопытное — и она, эта штука, занимала почти всю внутреннюю полость, формой напоминая длинный иллиумовый стержень, подсоединенный к чему-то вроде развалившегося кристаллического накопителя. Батарейка, к сожалению, давно умерла и развалилась, полностью исчерпанная, но сама конструкция очень напоминала уже виденные мной… в Эргиале…

— Это… оружие, — уверенно сказал я. — Наподобие кел-пушки, стреляющей жестким светом. Кел использовали такие для защиты своих цитаделей.

Кассиди и Минос оживились, но забрать клинок жесткого света мы не могли при всем желании — для этого потребовалось бы не только перебить всех никси, но и полностью разрушить огромный шпиль. За отведенные нам сутки — совершенно нереальная задача. Минос уже искал материю для создания Путевых Камней, чтобы иметь возможность создать новые Порталы, ведущие на остров, но, увы, ничего подходящего не находилось…

Тем не менее в дальний шпиль требовалось заглянуть. Но мы не успели.

Сначала была вспышка. Яркая, солнечная, исходящая из центрального купола, словно кто-то на мгновение открыл заслонку у светила. В его мерцании были хорошо видны люди Эйрика, бегущие к Порталу.

— Епта! Мама, роди меня обратно… — выдохнул Толя Грохот. — Полундра, командир!

Я уже и сам видел, а Скай докладывала, что наше дело стремительно принимает очень нехороший оборот.

Глава 7

Из приоткрывшейся световой трещины неуловимо выскользнули — другое слово не подобрать, именно выскользнули — три, четыре… нет, шесть — шесть вытянутых змеевидных силуэтов. Каждый метров тридцати длиной, крылья-плавники — полупрозрачные со светящимися янтарными прожилками. Головы — клиновидные, по длине всего тела — колючий гребень, как будто из застывшего света. И сами существа такие же — солнечно-янтарные, покрытые чем-то вроде крупной кристаллической чешуи. Подобные длинным змеящимся угрям, они парили в воздухе над островом, быстро набирая высоту.

Скай: Внимание, обнаружено шесть особей ранга серебро-6, предварительная идентификация — Солнечные Змеи. С высокой вероятностью неизвестный подвид Небесных Змеев. Внимание, особи излучают световую энергию малоизученного типа «ра». Степень угрозы — высокая!

Эти создания действительно очень напоминали хорошо знакомых Небесных Змеев. Но те были небесно-голубыми, а эти — будто наглотались солнца. И казались иными, словно заряженными готовой выплеснуться энергией… Если они родня Небесным Змеям, то крайне опасны! Последние запросто расправлялись с представителями мегафауны Единства и обладали мощными звездными способностями.

И нам их немедленно показали. Один из монстров выплюнул ослепительный луч света, молниеносно поразивший единственную воздушную цель — мой подвешенный над островом Аспект. Дракон Звездного Света, сам напоминающий миниатюрную копию пришельцев, мгновенно развеялся — дыхание Солнечной Змеи оказалось импульсом сверхгорячей азур-энергетической субстанции, смертельно опасной даже для эфирных существ! Стало понятно, что именно намертво выжгло один из шпилей…

Черт! Но может, это еще не означало объявления войны? Я немедленно отозвал Каргон, все еще кружащих неподалеку от третьего гнездовья, — провоцировать этих существ не стоило!

— Падите ниц, бескрылые! — хлестнул мысленный вопль Аэлин, обращенный ко всем сразу. — Замрите и не двигайтесь!

— Не стрелять! — резко приказал Кассиди. — Прекратить движение! Повторяю — не стрелять, доннерветтер! Руны, Аспекты — убрать! Замрите!

Плавно, быстро и очень грациозно эти создания поднимались вверх, следуя друг за другом. Одна особь прошла прямо над нами, обдав ощутимой волной тепла, в золотых глазах-линзах преломлялись наши маленькие отражения. Но Змей не заинтересовали крохотные двуногие — один за другим они уходили на высоту, образуя там некое… кольцо?

Хоровод? Игра? Танец? Мы не знали, завороженно следя за скользящими в вышине силуэтами. Солнечные Змеи, несмотря на смертельную опасность, были очень красивыми созданиями…

Аэлин, сложив крылья, замерла рядом с нами. Когда Змеи поднялись на высоту, она негромко, с благоговением произнесла:

— Солнечные Змеи — небесные экзархи Единства! Дети умершего Солнца. Мудрые сильдо в Лианоре говорят, что Наблюдатель любит их… Они не питаются крылатыми и бескрылыми, мы слишком мелкая дичь даже для таких детенышей, как эти…

— Детенышей? — настороженно переспросил Винсент.

— Взрослый Солнечный Змей намного больше, — ответила Поющая-с-Ветром. — Дочь Ветра однажды видела блеск его золота… Рикс бескрылых! Аэри говорит — если детеныши здесь, значит, рядом и мать. Беспокоить их будет только безумец. Солнечные Змеи сожгут и аэри, и бескрылых… Даже глупые никси знают это!

Скай передала сообщение от Мико — драконья Руна Винсента тоже считала боевое столкновение с Солнечными Змеями нецелесообразным. Да, мои Стратагемы подтверждали — шесть серебряных монстров с неизвестными способностями мы если и потянем, то с огромными проблемами. Был бы Небесный Ястреб — можно было бы потягаться, а так… Надежда только на синхронизацию когиторов и Винсента, но если Аэлин права и где-то поблизости золотая особь, то риск моментально превращается в неприемлемый.

— Пока режим полной тишины! Дождемся Эйрика, буря…

Люди Эйрика подошли через несколько минут. Я обратил внимание, что все они, опытные следопыты и охотники, находились под рунной маскировкой, в плащах-хамелеонах и двигались так, словно боялись спугнуть крупного зверя. Паники и потерь не было — сам Эйрик казался напряженным, но спокойным. И рассказал он немало интересного…

— Там… аналог командного центра, — он кивнул в сторону центрального выступа. — Был когда-то. Все выжжено, как будто бурлила плазма… Внизу — вход. Большие иллиумовые створки. Внутрь острова, я-то знаю…

— Да. Сидели там вроде как в гнезде. Остров полый, там целый лабиринт вокруг этой штуки… Не знаю, как ее назвать правильно, никогда не видел. Смотрите…

Эйрик, оказывается, тоже умел формировать осанны. Я внезапно увидел — его глазами — огромные раздвинутые створки, за ними — черный провал, дыра в недра небесного осколка, а за ее краем… По правде говоря, увидеть там что-либо было в принципе невозможно, потому что тьма, генерируемая черным литом, полностью маскировала содержимое. Однако помогла яркая солнечная вспышка — именно в ее момент Эйрик рассмотрел, что скрывается внутри.

О господи боже! Опять штучки с искажением пространства? Подземелье под островом показалось глубоким, почти бескрайним, и, несомненно, рукотворным. Это была часть единого кел-механизма, сложное переплетение ажурных конструкций, центром которого служил огромный, с трехэтажный дом, многогранный кристалл из черного лита, заключенный в дугообразную иллиумовую оправу. Подобно глазу в переплетении нервов, он пульсировал тьмой и, вероятно, был бы полностью невидим, если бы не огромное существо, в несколько оборотов обвившее артефакт. Вернее, несколько существ: в следующий миг оно разделилось, распадаясь на уже виденных мною Солнечных Змей, выскользающих наружу… но самая большая из них осталась внутри.

Она действительно была огромна. Толщиной с вагон монорельса и длиной, наверное, не меньше стадиона. Ослепительно-золотые чешуйки размером со щит, мерцающие своим внутренним светом. Крылья сложены вдоль туловища, но даже в покое внушали трепет, как и изящная голова, увенчанная короной острых, как копья, кристаллических шипов.

Золотой матриарх Солнечных Змей спала. По чешуе скользили голубые блики, а волны тьмы, исходящие из черного кристалла, казалось, омывают тело исполинского змея.

— Доннерветтер, — процедил Винсент. — Мамаша? Золото?

— Золото, и старое, Винс! Я-то знаю, — пробурчал Эйрик. — Эта штука из черного лита… имеет небесный ранг. И она пьет ее силу…

Я выдохнул сквозь зубы. Небесный осколок содержал небесную сердцевину — и возле нее, как назло, устроила свое логово древняя и могущественная тварь. Впрочем, завладеть этой штуковиной и извлечь ее оттуда нам все равно бы не удалось — кристалл был неотъемлемой частью громадной иллиумовой начинки острова. Несомненно, он имел важнейшее назначение и был краеугольным камнем этой летающей махины…

Как оказалось, этот вопрос заинтересовал не только меня.

— Санта-Мария, — пробормотал Минос и вдруг вскинулся: — Амиго, эврика! Я… понял! Это же… теневое ядро! Вы понимаете, что это значит?

— Это устройство для создания тьмы. Искусственной тьмы! Посмотрим на данные. Остров парит на высоте шести тысяч метров. Ядро генерирует и проецирует вниз тень — огромную тень, возможно, радиусом много тысяч километров! И эта тень движется вместе с островом, создавая в заданных областях искусственную ночь!

— Искусственную ночь? — недоуменно переспросил Адамант. — Но зачем, док? Игг-Древа прекрасно справляются…

— Да, но так было не всегда! По преданиям, в Единстве прежде имелось солнце, а так как оболочка дайсон-сферы построена вокруг него, на ней должен был царить вечный, непрерывный день! Я уже думал об этом — в древности у Кел должна была существовать какая-то система регуляции дня и ночи. Черный лит — по преданиям, это обломки небесных куполов… и сейчас мы видим один из них. Стоим на одном из них, амиго! — Минос для верности чуть притопнул. — Этот остров… осколок, реликт древнейшей эпохи, часть невероятной климатической машины создателей Единства! Думаю, их было много, над каждым октагоном, и маршруты были запрограммированы… О, дева Мария, это настоящее чудо из чудес! Грандиозное открытие!

Скай: Гипотеза доктора Амин соответствует всем имеющимся данным. Теневое Ядро небесного ранга теоретически обладает мощностью, достаточной для генерации зоны пониженной освещенности порядка миллионов квадратных километров. При наличии системы подобных устройств возможно создание глобальной системы управления световым циклом. Провожу расчеты… для обслуживания одного октагона требуется от двух до четырех подобных конструкций. Экстраполируя в масштаб Единства: система должна состоять из от восьмисот миллионов до полутора миллиардов небесных островов.

Ох-ре-неть. Миллиард. Каждый раз, когда мне напоминали о размерах этого мира, ощущение собственной ничтожности накрывало с головой. Те, кто его создал, могли с презрением смотреть на мифических земных богов — они сами были демиургами поистине космического масштаба. И, наверное, потому Восхождение и Наблюдатель столь жестоки — когда смотришь на конструкцию, затраченные ресурсы и великую миссию с позиции творцов, радости разумных букашек в миллионах октагонах как-то теряют значение…

— Очень любопытно, — сказал Винсент, выслушав теорию Миноса. — Но нам нужно думать о другом, буря! Эйрик… как Мастер Зверей можешь оценить наши шансы при… плохом варианте?

— Из них, наверное, выпадут вкусные Руны, — добавил Адамант, взглянув в небеса, где молодые Солнечные Змеи продолжали свой танец.

— Из тебя тоже выпадут Руны, бескрылый! — с гневом произнесла Аэлин. — Ты безумен, если хочешь убить любимцев Наблюдателя! Их крылья — буря, которая сокрушит даже детей Ветра! Они дышат солнечным огнем!

— Каждый из этих детенышей, — медленно произнес Эйрик. — Равен по силе двум-трем серебряным Восходящим, я-то знаю. С золотой матерью — они непобедимы для нашей группы. Даже если Винс или Сигурд смогут убить одного-двух золотыми Рунами, то остальные… разорвут нас в клочья. И да — Наблюдатель может здорово разозлиться.

— Мы им вообще неинтересны, Винс. Если не тревожить мамочку, не шуметь и не лезть куда попало, можно осторожно пошарить здесь, я-то знаю, — проворчал Эйрик. — Но тихо, быстро, и нужно быть готовыми в любой момент отступить в Портал…

Винсент взглянул на меня, явно напряженно размышляя. Видно было, что риксу очень хочется пропылесосить весь остров — ну еще бы, такая сокровищница редко открывает двери, — но природный авантюризм борется с благоразумием. Через минуту Кассиди все-таки выдал новые вводные:

— Адамант! Демонтируешь Колонну Ветров. Быстро, аккуратно и максимально тихо, доннерветтер! Сможете переправить ее в Портал?

— Попробуем, — оценивающе взглянул на золотой артефакт Адамант. — Ничего особо сложного не вижу, Винс. Кристалл-сферу из того храма достали же, тут попроще задачка…

— Приступай немедленно. Эйрик, ты и твои люди собирают парящие кристаллы. Тихо и незаметно…

— И никак иначе, я-то знаю, — успокаивающе поднял руку рыжебородый великан. — Сделаем.

— Сигурд, твои люди собирают черный лит. А ты сам… — Винс испытующе взглянул на меня. — Сможешь под Руной Невидимости проверить остальные корабли на той стороне?

— Сам хотел предложить, рикс, — кашлянул я. План Винсента выглядел золотой серединой — действовать, но осторожно, избегая боя и не привлекая внимания.

— Только очень осторожно. Возьми кого-нибудь для страховки… И внимание всем: режим полной тишины, без стрельбы, криков и Рун! Если Солнечные Змеи снижаются — замираем. При первых признаках агрессии — немедленно эвакуируемся в Портал! Все поняли, буря? Вопросы есть?

— Легко сказать, Винс, — усмехнулся Адамант. — А если никси опять налетят, что делать?

— Не налетят больше, — уверенно ответил Кассиди. — Они не высунутся из гнезд, пока Змеи близко. Не слышишь разве?

Рикс был совершенно прав. Даже мой Суперслух не улавливал посторонних звуков — фоновый грай в стороне уцелевших гнездовий мгновенно стих, как только появились настоящие хозяева небесного острова. Вероятно, никси давным-давно усвоили, когда не стоит высовываться, недаром одна из башен была заброшена и полностью выжжена изнутри. Опасаться атаки с воздуха больше не стоило, вот только и нам теперь не добраться до них…

Последующие часы обещали пройти в лихорадочном труде — звездных ресурсов даже поблизости от Портала было полным-полно. Я же, пока ребята набивали крипторы, занялся более интересным делом — разведкой причалов на другой стороне острова. Там тоже находились останки кораблей, которые тоже стоило обязательно проверить…

У меня было две маскировочных Руны — серебряная Полная Невидимость, взятая с одного из служителей Оноры, и бронзовый Плащ Фантома. Его, обращенный в Предмет, мог использовать любой, даже не Восходящий, и после некоторого размышления я протянул Плащ Юки.

Вдвоем мы справимся гораздо быстрее. У девчонки из Народа Теней хороший глаз, она умеет двигаться бесшумно и, что самое главное, уже имеет опыт обращения с Плащом. В нем Юки выследила граги в пещерах диких рудокопов, полностью подтвердив свою профессиональную квалификацию. Я не ошибся, пригласив ее в команду, — Тенечка, как ее ласково именовал Толя, уже стала нашим незаменимым скаутом…

— Тень идет с Сигурд, — глаза девушки сверкнули мрачным предвкушением. — Ищем Предметы?

Честно говоря, я брал Юки не просто так. Экзо-Шейд уже находился на той стороне, скрытно проверяя платформы, и я знал, что на ближней нет ничего особо интересного, кроме, быть может, нескольких Реликтов из облачного серебра в грудах обломков. Юки уже знала, как их найти, и вполне могла справиться самостоятельно. А вот корабль на второй, дальней платформе, выглядел очень интересно. Его точно нужно тщательно проверить…

Пока мы пробирались к причалам — надо сказать, было это не в пример легче, потому что ветер больше не мешал продвижению, — две из шести Солнечных Змей неожиданно спикировали вниз. К счастью, их целью оказались не люди — эти существа, превратившись в синхронно обвивающую друг друга парочку, нырнули сквозь облако парящих кристаллов, глотая их на ходу! Кажется, они играли, соревнуясь в скорости, — как настоящие дети, бегущие наперегонки. Мы снова замерли, как и все остальные добытчики, но ждать пришлось недолго — солнечное дуо ушло под остров, откуда вскоре донеслись странные скрежещущие звуки. Я бы не удивился, окажись, что они грызут основу небесного осколка и сами являются причиной огромного количества парящих вокруг него экзокристаллов…

Я оставил Юки в компании Шейда и обломков двух кораблей — как и рассчитывал, Реликты в виде разбитых кристаллов и кусков облачного серебра там тоже присутствовали, — а сам с помощью Призрачного Шага перенесся на следующую — туда, где на самом краю выступа над бездной лежал он.

Хищные, явно военные обводы. Чуть поменьше ликтора Гармонии, но тоже большой. Обтекаемый листовидный корпус с острыми загнутыми крыльевыми утолщениями, напоминающими вытянутые полумесяцы.

Выглядел аппарат так, будто садился аварийно, в невероятной спешке — и его закрутило и опрокинуло на одно крыло, едва не выкинув прочь с воздушного причала. И при этом, что странно, в отличие от остальных, он сохранил целостность, хоть и выглядел изрядно потрепанным.

Находку окружало выжженное пятно, в котором лит крошился под ногами. Его происхождение не вызывало сомнений — следы выдоха одной из Солнечных Змей. Но даже он не смог разрушить корабль.

Стараясь двигаться бесшумно, я подошел ближе, внимательно изучая находку. Корпус будто слегка обуглился, покрытый сверху серо-коричневым налетом, но внизу он по-прежнему отливал небесной голубизной. Сплав был хорошо знаком — похоже, та самая священная синяя сталь, из которой были изготовлены некоторые Предметы Истинных. Если так, то это частично объясняло феноменальную сохранность.

Пробоин или трещин в монолитной обшивке не нашлось, хоть корабль и завалило на бок. И он излучал энергию — не отдельными пятнами рунных ореолов вокруг Реликтов, а устойчивый, хоть и слабенький фон…

Мое рунное восприятие — в частности, Истинный Взор — не могло пробиться внутрь, но выделяло в общем фоне несколько плотных энергетических ореолов. Мощных и как будто упорядоченных — подобные обычно излучали работающие артефакты. Система Восхождения тоже определилась:

Скай: Объект — летательный аппарат, предположительно кел-технология эпохи до Раскола. Согласно законам термодинамики, не мог сохранить наблюдаемую целостность без применения стабилизирующих рунных эффектов. Энергетический фон соответствует артефакту ранга золото-1. Возможно, энергетический фон нарушен из-за структурных повреждений…

Скай права — сохранность даже такого Предмета имеет аномальную природу. Конструкции кел, конечно, обладают колоссальнейшим запасом прочности, а свойства синей стали — вообще загадка, однако другие корабли не выдержали испытания временем. Время должно быть одинаково беспощадно, а этот аппарат выглядит так, словно был поврежден в момент посадки — и все…

Так… Уцелевший, хоть поврежденный, Предмет? Или… Руна?

У Рун-Предметов нет срока действия. Если Восходящий теряет Предмет, извлеченный из Руны, — любой, неважно, клинок или летающий корабль, — этот Предмет остается в материальном мире. Если Восходящий утратил контроль над ним — например, погиб, находится без сознания или не имеет возможности вернуться на место потери — Предмет может взять кто угодно, а любой Восходящий, коснувшись, вновь обращает его в Руну и забирает в свою Скрижаль.

Интересно… Сдерживая волнение, я активировал Спираль Времени и осторожно коснулся пыльного корпуса.

Вспышка. Наверное, видимая лишь мне, потому что корабль исчез, пропал, растворился, но мгновение я видел его полностью, насквозь, всю эту странную конструкцию, так непохожую на земные летательные аппараты, — от ядра люкс-накопителя и странной формы рунных инскрипций в крыльях до саркофага в носовой полости, в котором лежал высохший скелет. Вернее, даже два скелета. Один в саркофаге, на черепе — синий венец, в глазнице — длинный черный кинжал. А рядом, у подножия импровизированного «ложемента», — второй, груда чудовищно изломанных костей. Таких, будто их смяла и высыпала из пригоршни исполинская рука — вроде Аспекта Кассиди.

Но самое главное — в мое сознание, подобно колоколу, ударил голос, чужой, мужской, странный. Он крикнул на языке Народа Кел, наполненный болью и отчаянием:

Он так же внезапно оборвался — одновременно с исчезновением корабля. В эту миллисекунду я успел заметить, что скелеты рассыпались в прах, вместе с кораблем исчезая в вихре Звездной Крови. Один миг — и передо мной было пусто, а в Скрижали мерцал новый золотой глиф.

Вы получаете Руну Стигис Голубая Стрела (золото) (повреждена)

Все-таки Руна! Потерянная Руна. А затем Спираль откатилась — и мы со Скай вновь оказались возле целого корабля.

Скай: Анализ временной петли завершен. Аппарат «Стигис» является поврежденной Руной-Предметом ранга «золото». С высокой вероятностью содержит неопознанную аниму или личностную матрицу, предположительно — пилота летательного аппарата. Возможно, анима удержана артефактом или спасательными системами корабля. Также данная гипотеза объясняет аномальную сохранность летательного аппарата. Рекомендация — немедленно повторить операцию для присвоения и дальнейшего изучения Руны.

— Сигурд, мамаша просыпается. Сворачиваем рейд. Отходите к Порталу!

Черт! Это означало, что время на раздумья кончилось. Нужно было забирать Руну и немедленно уходить.

Похоже, судьба решила возместить мои потери. Вот он, настоящий джекпот! Золотой кел-корабль, хоть и сломанный, вместо потерянного Небесного Ястреба! Да еще и с пилотом, кем бы он ни был. Конечно, тут не стоило терять времени — как говорил Белый Дьявол, Незримый редко улыбается дважды…

Я «повторил операцию», вновь завладев Руной. И, найдя взглядом призрачную фигуру Юки на соседней платформе, с максимальной скоростью понесся к ней — пора было уносить ноги, потому что из центрального холма вырывался яркий, слепящий фонтан света, вокруг которого танцевала шестерка Солнечных Змей.

Исполинская золотая родительница проснулась и готовилась покинуть свое логово. Ох ты ж матерь божья! Стало ясно, что мы не успеваем, потому что над островом уже поднялась ее огромная голова. Золотая Змея смотрела на нас странными золотыми глазами — взгляд древнего дракона, мудрый и беспощадный. Что за насекомые завелись возле гнезда?

Я стиснул пискнувшую Юки и активировал Перенос — иначе мы никак не успевали безопасно вернуться. Оказался возле самого Портала и стал свидетелем лихорадочного отступления нашего рейда — люди, стараясь сохранять порядок и спокойствие, проходили через Портал. Адамант руководил перемещением длинной, водруженной на платформу глайдера Колонны Ветров. Мои парни были еще здесь, помогали людям Эйрика тащить тяжеленные мегакрипторы. Нехорошее скопление возле горловины Портала, идеальная мишень…

— Сигурд, быстро уводи своих, доннерветтер! — рявкнул Кассиди. — Эйрик, удержишь ее?

— Я… не знаю, — встревоженно выдохнул рыжебородый. — Пытаюсь, но… Она просто смотрит. Но если решит атаковать…

Золотой матриарх поднялась выше, окончательно вынырнув из своего логова. Ее чешуя ослепительно сияла, а тень от полупрозрачных, сияющих золотыми прожилками крыльев накрыла треть острова. Тридцатиметровые детеныши казались мальками рядом с сельдяным королем — мамочка действительно была огромна. От нее исходили волны жара — даже на расстоянии я ощущал, как воздух становится горячим.

— Все в Портал! — яростно крикнул Кассиди. — Немедленно! Да бегите уже, буря! Минос, готовь Руну Прерывания!

Люди побежали, но без паники — дисциплинированное отступление в ускоренном темпе. «Драп-марш, на», как выразился Толя Грохот. Моя группа прошла, люди Эйрика тоже, стрелой промелькнула Поющая-с-Ветром, Минос и Милли. Приемная камера устроена так, что ее можно было покинуть единственным путем, через длинный шлюз с двойными гермостворками, к счастью, расположенный перпендикулярно проему Портала — как я только что сообразил, специально так ориентированному, чтобы прошедшее оттуда не зацепило отступающих.

Кассиди и Адамант входили последними. В этот момент я буквально шестым чувством почуял что-то нехорошее — может, по изменения свечения за Порталом, а может, благодаря звездным навыкам, позволяющим заметить повышение концентрации энергии. Не только я — Эйрик, уже стоя в проходе, заорал, перекрывая топот и возгласы отступающих:

Большая часть рейдеров уже прошла и грохотала башмаками в безопасном коридоре, но последние — Адамант, трое его ветеранов и Кассиди — только что пересекли границу, протаскивая громоздкую Колонну. Ее стоило бросить, но упрямство Криса Свенсона давно стало притчей во языцех! У сходящихся гермостворок застыл Минос, напряженный, как струна, с Руной Прерывания наготове. Поспешно вспыхивали барьерные щиты, перекрывая коридор слоями дополнительной защиты…

Сквозь Портал ударил свет — белый, ослепительный, жгучий. Мгновенно взвыли тревожные сирены — температура в приемной камере поднялась на сотни градусов, и если бы не лед-доспехи и прочее защитное снаряжение Восходящих, все находящихся вблизи мгновенно сварились бы, как раки в собственном соку.

Но и так — полная задница! Воздух просто закипел от жара. Я активировал Чешую и, метнувшись вперед, прикрыл Миноса Зерцалом — а больше ничего не успел…

Луч солнечного огня. Азурическое пламя ударило из Портала — прямо туда, где стояли люди. Адамант, Винсент Кассиди и остальные, обступившие эту проклятую Колонну Ветров. Я даже успел подумать, что это все, конец, фиаско столь удачно начавшейся вылазки, и что Вероника Максвелл по большому счету оказалась права…

Но солнечное пламя остановилось. Перед ним возник щит. Я собственными глазами наблюдал его рождение — многогранный исполинский октаэдр из чистого голубого света, внутри которого были заключены силуэты наших товарищей. Он занял все пространство перед Порталом, закупорив его, и отразил поток солнечной энергии. Не знаю, каким образом, потому что выдох этой твари имел адскую температуру и сжигал даже Эфир, но щит устоял.

Мико? Нет, не может быть… Или Руна? Неизвестная мне защитная золотая Руна?

Нет, не Руна. Щит держал Адамант — с вытянутыми вперед руками и горящими Звездной Кровью глазами он разворачивал его призрачные грани, прикрывая все пространство Портала — и людей вокруг него.

Аспект. Он родился — прямо сейчас, в момент смертельной опасности.

Те секунды, что выиграл Адамант, оказались решающими. Минос использовал Прерывание, и полотнище Портала резко погасло, оставив после себя лишь вихрь разлетающихся искр.

Клубы дыма и пара, невыносимо горячий воздух, запах раскаленного металла… Минос, склонившись, надсадно кашлял, Винсент тащил Адаманта — тяжело дышащего, обожженного, но, черт побери, — живого. Я начал помогать его товарищам — похоже, что все выжили, хотя дымились, кашляли и находились в легком шоке. Даже Колонна Ветров лежала в камере, сияя золотым фреймом. Слегка обгоревшая, но целая. А вот грузовой глайдер под ней, похоже, развалился к чертям…

— Санта-Мария… — хрипло выдохнул Минос. — Мы… выжили?

— Да, амиго, — Винсент все еще поддерживал Адаманта. — Крис, ты как? Живой?

— Вроде, — мрачно буркнул в ответ Адамант. — Не уверен…

— Да. Бастион называется. Почти абсолютная защита… Думаю, даже твою руку выдержит… Вот что, Винс… Хрен я еще раз куплюсь и полезу в эти чертовы Порталы…

Винсент издал хриплый смешок. Люди вокруг тоже засмеялись. Кто-то нервно, кто-то с облегчением. Я тоже невольно улыбнулся. Мы выжили. Чудом, но это чудо — тоже сложная результирующая множества действий, причин и следствий, в которые я тоже внес немалую лепту…

— Ладно. Все в медком! Потом сдаем грузы… Разбор полетов завтра, буря. Минос, разберись с Колонной. Адамант, Сигурд, вы отдыхаете.

— Надо будет поговорить, Винс, — предупредил я.

Да, нам было о чем пообщаться. О моих находках — Стигисе, кинжале с душой пилота и Руне-Саге. Сейчас стоило отойти и порадоваться, что все закончилось благополучно. Да, полностью опустошить осколок не удалось, но зато мы дома и все живы…

И да, я был солидарен с Адамантом. Больше никаких Порталов!

Глава 8

Героем рейда, конечно же, стал Адамант. Вполне заслуженно, по моему мнению, — без него фригольд потерял бы рикса и десяток людей, да и остальным изрядно бы задницы поджарило. Слава, восторженные взгляды, признание. Крис и так являлся одним из сильнейших Восходящих нашей колонии, а сейчас, с Аспектом, отразившим дыхание золотой твари, и вовсе превратился в элитный актив. Что ж, это было отлично — земляне росли, у нас появлялись свои крутые Восходящие…

Мисс Максвелл, к счастью, мудро воздержалась от злорадного «я же предупреждала», но все произошедшее, конечно, лишь подтвердило смертельную опасность Порталов. Однако нам повезло — эта овчинка стоила выделки. Пара часов, проведенных на небесном осколке, превзошла цикл в нашем Круге — рейдеры успели собрать несколько тонн измененной материи «серебряного» ранга: черного лита, парящих кристаллов, облачного серебра, корабельных кел-реликтов — и принесли образцы странных звездных Трав. Добытое можно было использовать в Рунном Искусстве, для обмена с соседями либо просто извлечь Звездную Кровь (не менее десяти тысяч капель, по оценкам наших специалистов).

И это не считая Рун и Крови, взятых в бою с никси, и золотого артефакта Колонны Ветров. Бесценный куш — старожилы не могли припомнить такой богатой добычи. Наверное, даже победа над Пожирателем в общей сложности принесла меньше трофеев, учитывая, что пришлось делиться с Народом Трав. Победителей не судят — и по фригольду вновь поползли слухи, что вместе с Кассиди к землянам вернулась удача. Славы капнуло всем участникам, в том числе и мне, а Кардо даже выпустила «срочный репортаж», где, зараза, ухитрилась снять Колонну Ветров, транспортируемую в лабораторию.

Но самое главное — у меня в Скрижали лежала Руна, о которой пока никто не знал. И, откровенно говоря, я не особо хотел делиться этой добычей. Во-первых, потому что совсем недавно потерял два своих личных золота, а во-вторых, и так слегка переусердствовал, подарив фригольду огромное количество новых возможностей — начиная с Ростка, золотого Копья и Рунного Конструктора и заканчивая Фолиантом со вчерашним Порталом. На общее дело не жалко, но пришла пора подумать и о себе.

Банальная жадность? Да нет. Благодаря последним событиям в Вечности появилось четкое понимание, что помощь в ущерб собственному Восхождению ведет в тупик. Да, только все вместе мы сможем выдержать грядущие испытания, однако мой путь — уникален. Судьба так кинула свои кости, что Сигурд Морозов — не обычный землянин и даже не просто талантливый Восходящий, молодая звезда земного фригольда.

Я — нечто иное. Истинный, чей ранг и настоящий потенциал неизвестны. И я никогда не догоню Белого Дьявола, никогда не смогу противостоять действительно сильным врагам, если не сконцентрируюсь на собственном развитии. Впереди — опасная дорога в Альфу. Никто не знает, что на ней ждет, а я все еще слабое серебро! И это, черт побери, срочно требовалось изменить.

Однако и лгать нельзя. «Скрысить», как сказал бы Толя Грохот, найденные Руны было бы нечестно по отношению к остальным рейдерам — да и нарушало мой собственный нравственный кодекс. Я по горло наелся уже всяческими недомолвками — больше не лезло! Поэтому после «разбора полетов» у нас с Кассиди состоялся вот такой разговор…

— Это корабль, буря. Золотой корабль… — изумился рикс, увидев мои секретные находки. — Муж моей дочери… ты что, с подковой на заднице родился?

Я ничего не знал о счастливой подкове, но вот насчет Хитрейшего определенные подозрения имелись. Руна действительно была крайне интересная…

Улучшения: Руна Слияния, Руна Усиления, Руна Имени, Руна-Инскрипция, Руна-Инскрипция, Руна-Инскрипция

Использование требует дополнительных затрат Звездной Крови

Содержит Голубую Стрелу, именной боевой стигис небесного дозора, летающий корабль из синей стали и измененного иллиума. Для уточнения возможностей активируйте Руну.

Повреждена. Для ремонта необходимо 140 капель Звездной Крови.

Пожалуй, это был наш главный приз, бьющий даже Колонну Ветров. Руна была усилена шесть (!) раз, причем, подобно Кувшину бабушки Яшмы, четыре вложенных Свойства были ранее неизвестными. Если насчет Инскрипций я смутно догадывался — похоже, это те самые слоты с артефактами-усилителями, — то что такое Руна Имени и почему «стигис» является именным? Это выделено в описании Руны, а значит — важно! Кроме того, само имя — «Голубая Стрела» — совпадало с названием Портала. Путевых Камней мы на острове не обнаружили, поэтому весьма вероятно, что Наблюдатель создал и даровал этот Портал лишь для того, чтобы кто-нибудь нашел и забрал именно этот корабль. Это как раз в его духе…

Ну и последнее — цена активации и огромная стоимость ремонта. Они вообще не укладывались в привычные лекала. Помнится, починить разрубленный Небесный Ястреб стоило всего тридцать капель. А здесь — полторы сотни. И стоимость активации в пять раз выше, чем у стандартного золотого Предмета!

Можно было только догадываться почему. Активация, вероятно, повышалась теми самыми Инскрипциями — если каждая съедала сто двадцать капель, то на выходе как раз получалось шестьсот. А цена починки говорила либо о тяжести повреждений, либо… о серьезности самого аппарата, гораздо более интересного, чем золотой доспех Вечности. Похоже, он был продуктом древней эпохи, когда Кел вообще не нуждались в Звездной Крови…

А ведь еще был голос, который я услышал, когда взял эту Руну. Везет мне на голоса в голове, черт побери! Похоже, у корабль имелся секрет. Но для начала Руну нужно починить, а сделать это может только артефактор или рунный мастер ранга «золото». Я знал лишь одну кандидатуру поблизости — Азимандию Визу Аран, но навещать ее снова, учитывая фактор Псов Вечности, — очень плохая идея. Еще была Вечность… однако туда, в связи с последними событиями, тоже не стоило заглядывать, не говоря о том, что найти золотого мастера, которому можно доверить подобную драгоценность, — тот еще квест.

В запасе оставался вариант с Представителем Контракции, но сейчас вызывать его не было никакого смысла — у меня оставалось всего полсотни Звездных Монет.

— Амулета нет, но теперь есть корабль, — ответил я. — Вместо Небесного Ястреба.

— И ты хочешь забрать себе эту Руну, — прищурился Винсент, с полуслова поняв мой намек.

Правила раздела добычи в рейде очень просты — все идет в общий котел, а затем рикс распределяет между Восходящими Руны и награждает отличившихся. В этот раз Кассиди насыпал всем участникам по пять тысяч репликационных баллов, разрешил бойцам оставить себе Руны, взятые с боя, наградил Адаманта и Поющую-с-Ветром, а нас с Эйриком — поощрил серебряным Развитием.

Также все Восходящие получили по большой звезде Крови — совсем неплохо, однако золото такого уровня — отдельная история, к тому же мы с Кассиди предварительно договорились о трети добычи. Я рассчитывал на несколько Развитий из запасов рикса или Звездные Монеты, однако находка поменяла расклад. К тому же для фригольда такая Руна бесполезна — ее может использовать только Восходящий с огромным запасом Звездной Крови и навыками пилотирования.

— Хм… А кто сказал, что этот корабль вообще полетит? — Винсент мрачно потер заросший подбородок. — Ты знаешь, как его починить?

— Пока нет, но я найду решение. Пусть будет моей страховкой на случай, если винтокрыл…

— Хорошо, муж моей дочери, — кивнул Винсент, снова поняв с полуслова. — Ты в любом случае идеальный кандидат. Забирай. Афишировать не будем, не поймут… Вот еще что, Сигурд. Ты много сделал для фригольда, мы с Миносом посовещались и решили выделить тебе еще две Руны.

Он протянул мне ладонь с двумя серебряными Развитиями, и я не стал отказываться от награды. Да, это больше, чем досталось остальным, но даже эти Руны созданы из звездного льда, полученного только благодаря мне. Кассиди, несмотря на его непробиваемость (что поделать, должность такая), прекрасно понимал, сколько я уже пожертвовал и как много еще отдам — во фригольде останется Реликварий, а в нем Окулус и некоторые Руны из моей Скрижали, которую, кстати, давным-давно стоило почистить…

Корабль — это прекрасно. Но Винс прав — не факт, что он вообще полетит. Не говоря о сложностях с ремонтом, вполне могло оказаться, что управление требует неизвестных Навыков, полет — неприемлемое количество Крови, а сам аппарат захвачен некой паразитной сущностью. Тот кел, чей голос я слышал, мог давно сойти с ума и устроить массу неприятностей, если он был все это время заточен в Руне…

Словом, эту Руну требовалось тщательно изучить, прежде чем рассчитывать на нее. А путешествие предстояло прямо сейчас, откладывать его чревато, и никаких альтернатив «Грифону» у нас, к сожалению, нет. Была надежда, что Окулус чудесным образом поможет переместиться, но, увы, при попытке выйти за пределы теневого радиуса связь неизбежно рвалась. Окулус стабильно терял «зону покрытия». Я попробовал несколько раз и понял, что достигнуть даже соседнего Круга — невозможно. Скай считала, что это связано с феноменом «технитов» Наблюдателя — вероятно, в темных землях их концентрация резко падала и некоторые рунные эффекты переставали стабильно работать. А может, так работали старые границы октагона. В целом причины не имели значения, важнее было, что сейчас фригольд располагает единственным вариантом, способным достичь Альфы, — винтокрылом.

Как оказалось, неожиданная доброта Винса лишь подслащивала пилюлю. Потому что затем речь зашла о вещах не очень приятных.

— Теперь о твоем задании, буря… В экспедиции Альфы было шесть человек, потому что в винтокрыле всего шесть спальных мест. Поэтому твою группу, Сигурд, придется сократить. У тебя и так перебор Восходящих, больше всех во фригольде… В общем — поговори со своими, оставь четверых плюс Фьюри. Из остальных сформируем новое боевое копье под командованием Динамита. Все понял?

Я тяжело кивнул. Спорить не было никакого смысла — мест действительно не хватит. Решение рикса было очевидным. Одно дело возить десяток парней в десантном отсеке, туда и больше умещалось, совсем другое — длительный автономный перелет. Но я надеялся, что моих людей оставят в запасе до нашего возвращения… однако нет, этого не будет. Все понятно — лучше два копья, чем одно, и каждый командир воспитает новых рекрутов, если понадобится… Но, черт побери, это… конец моей команды, с таким трудом собранной и уже спаянной в боях. Уже больше цикла они мои товарищи, друзья, практически семья. Сколько всего вместе пройдено… Расставаться ни с кем из ребят не хотелось, утешало только, что они станут основой копья Динамита…

Тем же днем поступила новая информация о Псах Вечности. Впрочем, мы все могли увидеть самостоятельно — на этот раз в стороне Расколотых Земель. Там, далеко-далеко в теневом радиусе, несколько часов подряд мерцали фиолетовые вспышки и странное голубое сияние. Благодаря плоскости Единства и высокой точке наблюдения они были очень хорошо видны — примерно там, где обитали септы Людей Теней. Датчики вновь уловили тектоническую активность, причем — куда более мощную! Похоже, слуги Палача все-таки взяли верный след — и теперь разбирались с некогда изгнанными потомками Белого Дьявола.

Око Окулуса показало, что Каменные Луки превратились в жуткие оплавленные руины, изобилующие множеством дымящихся кратеров. Небесная сила Псов сокрушила древние шпили, презрев память и уважение к создателям. Я надеялся, что поселение уничтожили в отместку, а сам Народ Теней со своим будущим кингом затаился где-то в ожидании исхода этой войны. Вероятно, такая же судьба ждала и поселения остальных септ, но проверить это мы не могли, не зная их точных координат.

Новости заставили еще больше поторопиться. В тот же день собралось закрытое совещание для планирования экспедиции в Альфу. Путешествие предстояло серьезное — я внимательно изучил карты, голографические схемы, приблизительный маршрут, рассчитанный на основе данных бортового когитора «Одиссея» и рассказов Фьюри.

Первая точка назначения — Круг Таир. Ближайший к нам Круг Жизни, в самом узком месте отделенный от нашего прослойкой Тьмы всего лишь в полторы тысячи километров. Таир — «разрушенный» Круг, не слишком приятное местечко, и обитателей там немного, однако есть небольшая земная колония — Станция Терра. Там винтокрыл совершил последнюю большую остановку перед перелетом в Небо, и Фьюри сказала, что они установили мощный вокс-маяк. Жители Терры собирались переселяться в Альфу.

— В Терре, Сигурд, уже возможен контакт с Альфой, — сказал Винсент. — Помни — ты полномочный представитель независимой колонии. Прозондируй почву. Минос подготовит три Портала в Небо. Первый откроешь там, буря… Мы постараемся связать наши Круги, это очень важно. Торговля, обмен, экспедиции, сам все понимаешь…

Я прекрасно понимал. После «изобретения» Порталов открывалась возможность срезать огромную дистанцию, Стрелы в теневых землях вообще становились неактуальными. Единственное — в большом количестве нужны Путевые Камни, Руны Путеводной Звезды и измененная материя. Что интересно, знакомые нам Народы не использовали Порталы для постоянной связи с другими Кругами. Ну или держали такую связь в тайне. Как и большинство табу Единства, этот обычай, скорее всего, был написан кровью. Минос считал, что запрет продиктован опасностью вторжения. Если подумать, Портал — обоюдоострое оружие, потому что к тебе в любой момент могут прийти незваные гости. Я не был уверен, что все наши системы безопасности сработают, если с той стороны Портала будет золотой Восходящий или кто-то вроде гармонийцев…

Однако Кассиди решил рискнуть, и я считал, что этот риск обоснован. Связать земные колонии просто необходимо. По множеству причин. И, возможно, обитателям Терры будет гораздо проще переселиться к нам, чем в Альфу. Это тоже читалось между строк — колонии требовалось все больше рабочих рук, потенциал роста с появлением Древа казался громадным.

После Таира следующая точка — Круг Эль-Заов. Столица октагона, освещенная более чем десятком Древ, чьи малые Круги давно срослись в неправильной формы световую область, самую большую из всех известных. О Заове мы кое-что слышали, потому что именно оттуда приходило большинство торговых караванов. Бывали там и представители Неба — некий Конрад Смит, торговец и исследователь, один из старых товарищей Винсента, неоднократно посещал этот Круг, где в конце концов и сгинул.

Заов, по слухам, был огромен (наверное, площадью со старую Землю) и не очень однороден — там обитало множество разных Народов. Несколько центров притяжения, большие города, огромные Древа — целый мир со своими законами, где кипела жизнь. Элтанир, наш Круг, там считался жалким и весьма заурядным захолустьем. Именно из Заова открывались пути в другие, далекие Круги, и там же находилось крупное, уступающее только Альфе, земное поселение — колония Либерти. О нем нам немного рассказала Фьюри…

— Там полный хаос, сэр. Никаких законов. Полно сброда, преступников и изгоев. Либерти называет себя свободной колонией, но мне показалось, что это не свобода, а анархия. Там… не очень безопасно.

— Почему же Альфа не навела порядок? — допытывался Кассиди.

— Они не желают присоединяться, сэр. Там есть несколько группировок… Это больше политическая история. Если честно, я не знаю всей подноготной, сэр.

Фьюри действительно не знала, а может, не хотела посвящать нас в подробности взаимоотношений Альфы с Либерти. Мозговыми центрами ее экспедиции были совсем другие люди, и субординация в Альфе куда строже нашей, так что вполне возможно, что ее действительно не проинформировали. Жаль, а пока Кассиди приказал приберечь второй Портал для Либерти — туда, как я понял, он намеревался наведаться лично.

После пересечения Заова (старый маршрут был вбит в когитор винтокрыла, нам оставалось его просто повторить) оставался последний переход — в Колонию Альфа. Судя по тем отрывочным сведениям, что мы имели, Альфа находилась не в Круге Эль-Заов, но где-то неподалеку, причем Фьюри категорически отказалась выдавать ее точное местонахождение.

— Невозможно, — ответила она. — Я не могу указать точные координаты. Клятва и присяга, сэр! Как только мы пересечем Заов, я объясню, как двигаться дальше.

— Фьюри, — глаза Винсента нехорошо сузились.

— Это приказ координатора «Космо»! — отчеканила Фьюри. — Сэр, я не могу. И поверьте, не потому, что не хочу. Это… секретная информация.

— А если с тобой что-нибудь случится, доннерветтер?

— Я не уникальна, сэр! В Либерти можно найти представителей Альфы и выйти на связь через них.

— Колония с населением свыше двадцати тысяч человек — не иголка в стоге стена, — усмехнулась Вероника Максвелл. — Винс, все нормально. Эмиссар предупреждал, что они находятся в хорошо защищенном месте, но доступ туда мы получим только после заключения союза.

— Только это никакой не союз, буря, — проворчал Винсент. — Ладно! Сигурда я сам проинструктирую. Отдельно…

Разговор с парнями я решил провести в «Виски». После того как немного выпили — Толя угощал, гуляли на все пять тысяч наградных баллов — рассказал все как есть. Утаивать смысла не было, проводить индивидуальные беседы тоже. Пусть решают сами, вылет предстоял на следующий день. Времени — только на сборы и прощания.

Янь отпал естественным образом — починить бионический протез за пару дней оказалось невозможно. И следом за ним отвалился Инь. Все знали, что он под маленьким, но твердым каблучком. Скоро свадьба, и азио не хочет оставлять свою избранницу. Выбывший товарищ стал катализатором решительности, и азио рубанул ладонью воздух:

— Командир, честно — не хочу в такую даль. Если прикажешь — пойду. Если есть выбор — я минус…

— Значит, пойдешь к Динамиту вместе с Янем, — сказал я, обводя взглядом всех остальных. — Никаких претензий. Вы что скажете?

— Ну, епта… Динамит мужик что надо, — пробасил Толя Грохот. — Земляк, на! Но мы со Звездным Флотом уже сработались… Десант своих не бросает!

Я кивнул — в том, что Грохот не упустит подобной авантюры, никто и не сомневался.

— Сигурд взять Тень в копье, — холодно и непреклонно сказала Юки. — Тень не знать Динамит. Тень быть в копье Восходящий Сигурд!

— Я тоже остаюсь, командир, — коротко сказал Кроу. — Альфа — так Альфа.

— Я, камрады, с вами недавно… — осторожно произнес доктор Мукерджи. — Однако я опытный путешественник и совершенно не против принять участие в новой экспедиции… Более того, если для меня останется место — с радостью… Надеюсь, в Колонии Альфа оценят мои открытия в области симбиотической медицины…

Вот и четверо желающих: Грохот, Юки, Кроу, Жабник. Я вопросительно взглянул на Грая, потому что нужно было выбирать между ним и Кроу, однако латино облегчил мне задачу:

— Сигурд, я… — он смущенно заерзал, не решаясь посмотреть в глаза. — Я бы… остался. Здесь… Мать здесь… и Лю Мин… Мы… Но если нужно…

Я усмехнулся — то, что Грай все-таки закрутил роман с бывшим мишленовским поваром, ускользнуло от моего внимания. Но, несомненно, за Грая стоило порадоваться, так же как и за Лэндо, который в последнее время везде появлялся исключительно в компании Келли Флоу.

— Никаких проблем, Грай, — успокоил я его. — Еще поработаем вместе, когда вернемся. А теперь — давайте выпьем…

Пил я в тот вечер чисто символически — оставалось еще много дел. Да и не действует особо алкоголь на серебряного Восходящего, поэтому вскоре покинул «Виски», строго-настрого приказав ребятам не загуливаться и присмотреть за Толей. Завтра десант нужен был мне в винтокрыле, а не в каталажке.

А сам отправился в Домен и Реликварий. Требовалось оставить там Руны и Предметы, которые мне самому уже не пригодятся…

Итак, золотой Окулус — временно оставим Миносу и Кассиди. Бесценный наблюдательный комплекс сейчас гораздо полезнее фригольду, чем мне. Они уже могут пользоваться этой Руной, а в дальнейшем Минос размножит необходимые Навыки и обеспечит круглосуточное наблюдение. Я, даже находясь в экспедиции, могу в любой момент вернуться в Домен и забрать его, если вдруг возникнет нужда.

Что еще оставить в Реликварии? Эликсир Звездного Сна, которым я ни разу не воспользовался и вряд ли сделаю это. Капсулу Ароматов убедили оставить для медкома: оказывается, есть такая важная штука — ароматерапия… А Говорящее Зеркало, которое я сперва намеревался продать, восхитило Травинку, потому что, оказывается, воспроизводило не только идеальную модель смотрящего, но и некий шаблон для парикмахеров: прически, макияж и прочие женских штучек, позволяя подбирать для себя лучший образ. Пусть забирает…

Для жены у меня был еще один подарок, но я рассчитывал вручить его ночью.

Три Развития… так мало и так много. Во-первых, мне требовалось открыть первую звезду в ветке Воли — Атрибут Устойчивости. На него были завязаны несколько важных «спящих» Навыков, неожиданно открывшихся раньше срока, поэтому Устойчивость могла оказаться важным ключом к прошлому. И полученный Навык не разочаровал — «Несгибаемость», гарантированное противодействие попыткам сломить волю, невозможность деморализовать, испугать или заставить отступить. Я даже улыбнулся — пожалуй, эта способность соответствовала описанию фигуры из сфер…

Скай также рекомендовала увеличивать Атрибуты Энергии, Интуиции или Мнемоники — в каждом имелось по шесть звезд и они были ближе всего к открытию золота. А золото, как я уже убедился на примере Стратагем, не в пример мощнее серебра и может стать решающим козырем. Интуиция — третья очередь, ее частично заменяла когитор, Мнемоника — важна, но в перспективе. А вот Навыками ветки Энергии я пользовался почти каждый день, поэтому выбор был очевиден. Обе Руны ушли в Энергию, открыв два новых Навыка: «Поглощение Энергии» и «Эфирный Резонанс».

Оба — архиполезные. Поглощение — вроде энергетического вампиризма, способного откачивать Звездную Кровь даже у живых врагов! Невероятно мощная и опаснейшая способность, но, увы, только потенциально, на первой звезде она требовала физического контакта и полной концентрации и вдобавок работала только на более слабых противниках. К тому же не «откачивала» саму Звездную Кровь, а лишь восполняла ее «заряд» за счет разрядки Крови потерпевшего. И, вероятно, в небольшом количестве, но это требовалось экспериментально проверять. В перспективе этот Навык выглядел очень грозным оружием. Скай предполагала, что на десятой звезде Поглощение превращается в полноценный Вампиризм, с помощью которого можно опустошить Восходящего или звездную тварь, даже не подходя близко. Очень любопытно, почему этим Навыком не пользовались знакомые мне «отцы», хотя Белый Дьявол, помнится, в разговоре с Азимандией упоминал что-то о бесчестии подобных действий. Хотя… как же иначе кел-леди опустошала своих жертв?

А Эфирный Резонанс оказался первым атакующим Навыком в этой ветке. Он позволял создавать энергетические колебания, подобие эфирной волны, опасной для призрачных существ или конструкций. Увы, как и почти все серебряные Навыки, на первой звезде он был опасен лишь для младших рангов…

Сорок семь звезд в моих Атрибутах. Маловато, однако прибавилось в некоторых Навыках — по ходу практики они немного подросли сами собой. Искусство Пилотирования достигло пяти, а Язык Кел, Печати Забвения и Печати Тайны — трех звезд в серебре, так же как и Стойкость. По одной звезде прибавили Визуальное Исчисление, Концентрация, Гиперкалькуляция, Мультисенсорика и, что удивительно, Искусство Торговли. В бронзе тоже имелись позитивные изменения: часть исчезла, влившись в серебро, выросла Акробатика, Уклонение, Альпинизм, Единое Наречие, все субнавыки Ментального Искусства подползали к седьмой-восьмой бронзовой звезде. Видимо, повлияло активное использование в Вечности, создание осанн и прочее, ставшее уже обыденностью. А вот за повышение навыков Владения Телом следовало поблагодарить Скай…

И даже Любовное Искусство уже было наполовину бронзовым — сказывались наши ночные и утренние упражнения с Травинкой…

В ту ночь перед отлетом мы любили друг друга особенно страстно — словно она действительно была последней. Мы растворились друг в друге, вспоминая, как учились друг другу: на ощупь, словно полетам на новом винтокрыле, сперва осторожно и боязно, затем с азартной уверенностью, наконец — так, будто знали друг друга всегда.

А потом долго лежали без сна, она — у меня на груди, как всегда, и я, как всегда, рукой перебирал ее черные и серебряные пряди, пытаясь запомнить вкус, цвет и запах моей эльфийской принцессы на тот случай, если Незримый не будет благосклонен.

— Не мне. Ему, — она положила мою ладонь себе на живот, пока почти незаметный, но уже округлившийся. — Мы будем ждать тебя. Столько, сколько будет нужно. Слышишь? Сколько угодно. Но обещай, что не забудешь о нас и вернешься, что бы ни произошло. Поклянись.

— Клянусь, — ответил я. — Я вернусь, Травинка. Переверну Альфу вверх дном, если понадобится, но вернусь. Здесь мой дом. Здесь вы. Возьми…

Я протянул ей вторую ладонь, на которой лежала бусина из странного зеленоватого Минерала. Одна из тех, что я когда-то нашел в Эстэ, в Архиве Снов, на теле его золотой Королевы.

— Что это, Сигурд? — Травинка осторожно, двумя пальцами взяла бусину. — Предмет?

— Да. Он поможет нам видеть сны друг друга… Будешь мне сниться?

Улыбка Травинка в полутьме была той же, что и тогда, в медкоме, когда между нами проскочила первая искорка. И голос был тем самым, ради которого я выживал в пустошах, убивал и воскресал.

— Буду… Я люблю тебя. Вернись живой, пожалуйста…

— Спасибо, что пришел ко мне тогда, в первый раз, — прошептала она. — Не побоялся.

В ответ я молча прижал ее к себе и мы долго лежали в полутьме, переплетенные, как две половинки единого целого. Это был мой дом, моя женщина и мой будущий ребенок. Это было место и время, где мы счастливы, несмотря ни на что. Единственное, что имело сейчас значение. И хотелось, чтобы этот момент длился вечно.

А потом наступило неизбежное — затрещал утренний зуммер, и это означало, что пришло время отправляться в путь.

Глава 9

— Сложить упоры. Тилтвинг на девяносто. Курс двести. Высота тысяча сто. Скорость сто сорок восемь. Идем на ручном до первой точки.

Я по старой привычке искоса наблюдал за Фьюри. Куда смотрит, как держит пальцы на пилотском стике… Она действовала спокойно и уверенно. Научилась — и взлетать, и садиться — вполне достойно, без лихости и изящества профи, но и без ошибок новичка. Десятки вылетов не прошли даром — пилотирование превратилось для нее в обычную, будничную работу.

Внизу медленно таяли очертания фригольда. Громада нашего плато отступала в предутренний туман, скрывающий серебристые купола, но новый маяк — золотистая звезда Ростка — был прекрасным ориентиром даже сейчас, на рассвете. Мы будем видеть его очень долго. Возможно, даже за границами Круга…

Вылет начался буднично, словно мы отправлялись в обычный рейд, а не многодневную экспедицию с неизвестным результатом. Разве что пришел Кассиди, чтобы напоследок дать мне секретные инструкции, да Травинка уткнулась теплым носом в щеку. Все остальное — как всегда, по заведенному порядку. Впрочем, я сам не хотел устраивать лишние сложности — зачем, когда со мной Руна Домена? По идее можно навещать фригольд хоть каждый день, переносясь в экстрамерное пространство. С одним нюансом — в этот момент я должен находиться на земле, потому что Руна фиксирует последние координаты для обратного перемещения. И если войти в Домен, например, из ложемента винтокрыла, то и вернусь обратно я в то место, где он пролетал в момент перехода. Последствия очевидны, поэтому любые визиты домой могут быть осуществлены только из надежной, неподвижной и стационарной точки. Иначе говоря — из лагеря. И это еще одна наша страховка…

— Как настроение, Фьюри? — спросил я. — Рада, что возвращаешься в Альфу?

Фьюри чуть заметно вздохнула, прежде чем ответить. Ее профиль казался вырезанным из камня. Четкий, холодный, хоть и более женственный, чем раньше — напарница слегка отрастила волосы. Но по-прежнему одинока, хотя с момента гибели ее мужа прошло больше двух циклов. И дело тут не во внешности — Фьюри вполне себе ничего, особенно если приглядеться. Просто к такой ледышке немногие решались подойти — было в ней что-то, сразу отбивающее легкомысленные намерения. А учитывая, что проблем с женским полом во фригольде не существовало…

— Не знаю, — наконец ответила она. — Раньше хотела. Думала, что буду рада вернуться. А сейчас — даже не знаю.

— Был. Сейчас там у меня никого нет. В вашем фригольде… больше друзей.

— Я хочу выполнить свой долг. А там… посмотрим.

Она слабо улыбнулась, как будто собственным мыслям. Я замолчал, остро ощутив, как напарница замыкается, не желая раскрывать свои эмоции, — может, не хотела выглядеть слабой, а может… по другой причине.

Фьюри — действующий офицер Колонии Альфа. Она сама «аврора» — одна из немногих новых бессмертных, получивших брахма-симбионт. Да, мы работали вместе уже второй сезон, неплохо друг друга изучили, но… Как только я получил Стратагемы, ее биография и история сразу показались немного мутными. Фьюри утверждала, что всего лишь отвечала за безопасность — простой функционер-телохранитель, вроде как мелкая сошка. Однако кое-что не сходилось. Восходящих в экспедиции Альфы было двое, она и ее муж-пилот, но Фьюри — единственная Истинная на борту. Именно она передавала симбионт и послание Авроры Веронике. Именно Фьюри в первую очередь выкупила мисс Максвелл из плена Народа Теней, предпочтя ее эксперту Шону Макдональду. Конечно, на все эти вопросы имелись довольно логичные ответы, но я почему-то был уверен, что Фьюри… не то чтобы лжет — скорее многое недоговаривает. Вероятнее всего, из-за Клятвы и инструкций, полученных в Альфе. У нее точно есть двойное дно, и цели могут отличаться от тех, что преследуем мы…

И требовать объясниться не имеет ни малейшего смысла. Мда, неприятная ситуация, когда не можешь до конца доверять одному из своих людей.

— Сигурд, главная цель Альфы — подчинить все земные колонии единому центру. Мы же хотим сотрудничества, но не ценой потери независимости. Нам нужна помощь, а не хозяин, буря! Когда встретишься с координатором, скажи ему вот что…

В целом я был согласен с риксом. Потому что сам стал частью фригольда Небо, гордился им и не очень хотел, чтобы какие-нибудь люди со стороны указывали нам, как и где жить. Возможно, нужно мыслить шире, с точки зрения сохранения цивилизации, ведь капелька земной крови запросто могла через несколько поколений раствориться в безбрежном океане Единства. Но все равно, прежде чем соглашаться с покровительством Альфы, необходимо было взглянуть, что сама Колония Альфа собой представляет. Что может дать, чем придется заплатить и почему многие земные поселения, типа Либерти, не желают никакого объединения. Проект «Аврора» и игра с Истоком — это одно, а наши дипломатические отношения с Альфой — другое. И у меня лично, а также у фригольда, были козыри, которые могли изменить очень многое…

В десантном отсеке, снова переоборудованном под спальные ячейки, богатырски храпел Толя — десант явился на вылет вовремя, но с хорошим амбре, и, по рассказам ребят, от подвигов его вчера удержали маленькая Юки и Жабник, с помощью одного из своих питомцев как-то нейтрализовавший алкоголь. Но, видимо, не весь, потому что Толя, погрузившись в винтокрыл, тут же намертво отрубился. На соседнем месте калачиком свернулась Тень, да и остальные тоже, похоже, подремывали — а что еще делать, ближайшие несколько часов мы будем лететь над Расколотыми Землями, путь знакомый и очень скучный…

Вскоре мы вышли из зоны действия последнего вокс-маяка. Он был установлен на новой заставе неподалеку от места, где мы дали бой Червям, и позволял дежурным операторам контролировать подступы к фригольду со стороны теневого радиуса, покрывая солидный участок ничейной территории. Вокс-сеть крайне важна — мгновенная связь, телеметрия, управление дозорными дронами, возможность разместить стационарные наблюдательные комплексы… ее организация вообще считалась краеугольным камнем колонизации. Если бы орбитальная группировка «Хельги» работала в Единстве, все поселения были бы объединены в единую систему, все упавшие капсулы — отслеживались бы в онлайн-режиме, не существовало бы проблем со связью, координацией и обменом данными. Но, увы — колонистам пришлось работать с тем, что есть, порой на ходу заново изобретая давно забытые дедовские технологии. Предкам было легче — у них имелись и знания, и навыки, и материальная база, а у нас только базы данных и типовые Схемы, причем весьма фрагментарные.

Парадокс, но мы, люди двадцать четвертого века, не могли возродить то, с чем легко справлялись наши предки всего четыреста-пятьсот лет назад. И энциклопедии не в силах помочь, если невозможно раздобыть нужные ресурсы или оборудование. Вынь одно звено из технологической цепочки — и она развалится. На практике гораздо проще реплицировать «Суворов», чем изготовить гончарный круг или — тем более — примитивный токарный станок. Я все чаще задумывался, что те, кто стоял у истоков проекта «Космо», очень серьезно просчитались. Не учли множества факторов. Да, никто не ожидал, что ковчег окажется в Единстве, все пошло наперекосяк, но все равно — либо организация ре-колонизации была из рук вон плохо продумана, либо мы чего-то не понимали…

Впрочем, как раз сегодня мы могли слегка поправить это недоразумение. Вместе с трэлями Пламени Подобный вернул много земного оборудования, и среди него нашлось несколько дефицитных вокс-маяков, как раз предназначенных для развертывания коммуникационных сетей. Пользуясь случаем, Вероника и Кассиди попросили разместить два из них по маршруту следования винтокрыла: один почти посередине Расколотых Земель, второй — неподалеку от края Черной Пасти. Это позволит создать стабильный коридор, захватывающий изрядную часть дальнего приграничья и теневых земель, — бесценно для связи, мониторинга угроз и безопасного передвижения! Кроме того, Пасть была естественными вратами в наш Круг. Оттуда постоянно лезли Черви, с той стороны пришел отряд Вершителя, и мы имели все основания полагать, что вражеская орда появится именно с того направлении. Маяк на краю позволил бы засечь ее приближение заблаговременно и подготовиться к отражению атаки.

Я не видел проблемы сделать две небольших остановки. Монтаж вокс-маяков не займет много времени. Другое дело, что нужно правильно выбрать место, чтобы оборудование не украли аборигены или не повредили любопытные звери. Разведка Окулусом показала, что в планируемых точках — чисто. Ни людей, ни зверей, ни Псов — после их недавнего визита все будто в страхе затаилось.

Сами же Псы… еще ночью были замечены в движении по направлению к Великому Древу. Сложно упустить из виду грандиозный циклон, окутанный облаками, принимающими форму чудовищных призрачных всадников — похоже, посланники Палача всерьез решили списать свои злодеяния на мифическую Дикую Охоту. Или в прошлом и были ею — зловещие слухи появились не на пустом месте.

Зачем небесные Восходящие отправились во владения Народа Древа, я не знал, да и не хотел знать — главное, чтобы соплеменники Иниэсс не разделили судьбу Людей Гор и Людей Тени. Горящие руины Благословения настроили бы против Псов весь Круг без исключения — но вряд ли они настолько глупы, что станут безобразничать возле самого Древа. Хотя… я мог лишь надеяться на это.

Первая точка — почти посередине покрытых трещинами пустошей. Я помнил это место, сам выбирал его — возвышенное над другими небольшое плато, недоступное без Рун или крыльев. Неподалеку — приметный скелет огромного тропоса, уже полностью очищенный от плоти. Здесь я когда-то приманивал Червей, и тут же Белый Дьявол давал Азимандии первый урок покорности… А теперь здесь будет наш вокс-маяк.

Приземлиться на узком неровном пятачке я снова доверил Фьюри, тщательно страхуя при этом, но помощь не понадобилась, она села вполне уверенно. А затем, растолкав Грохота, мы вытащили и установили паук вокс-маяка, закрепив его анкерами и для верности накрыв маскировочными сетями. Сколько он проживет здесь, никто предсказать не мог. С другой стороны, дрейкам вряд ли под силу утащить или расклевать закрепленный кожух.

— Сигнал стабильный, — доложила Фьюри. — Связь с фригольдом устойчивая.

Мы по широкой дуге облетали Каменные Луки, практически повторяя маршрут моего возвращения. Но точка входа в Пасть должна быть иной — на картах горело несколько алых концентрических кругов, означающих возможную опасность каэдометрических Рун. Прошлый раз винтокрыл нечаянно вошел в такую область примерно за пятьдесят-сто километров до места крушения, что и поставило крест на экспедиции Альфы. Мы любой ценой должны были избежать приближения к границам подобных зон. Главная проблема — никто толком не знает, какие именно «объекты» прикрывает небесная ПВО альфа-разума, можно только догадываться или идти по старым следам. Белый Дьявол, конечно, здорово просветил меня, однако точных координат запретных зон не существовало — все опасные участки были отмечены только на основе слухов и легенд местных Народов. Минос проделал огромную работу, сводя эти данные в навигационную базу…

За бортом становилось все темнее, сияние Элтанира осталось позади, превратившись в тусклую полусферу, на фоне которой мерцала едва заметная золотая звездочка нашего Ростка. Там миновал полдень, а мы уже летели в глубокой теневой зоне. Внизу мелькали пустоши, перемежаемые участками странной растительности. Красивый, опасный и загадочный край. Здесь требовался постоянный контроль, визуальное наблюдение и пеленг всех жизненных форм — местные обитатели обожали попробовать гостей на вкус. Даже на винтокрыле нужно быть настороже — в стаях теневых птиц порой попадались звездные особи. И не стоит исключать фактор рунной атаки от затаившихся Восходящих.

Кроме того, чем ближе к границе Тьмы, тем страннее вели себя воздушные потоки. Падало давление, нисходящее холодное и восходящее теплое течения образовывали мощные завихрения, в которых периодически болтало винтокрыл. Мы изменили высоту — но внизу, в ущельях и каньонах, ветра только усиливались — Черная Пасть, подобно исполинской воронке, высасывала из Круга теплый воздух. Неприятные для пилотирования места, но я знал, что это лишь цветочки, ягодки ждут впереди.

Мы шли на высоте полторы тысячи метров, когда Фьюри вновь подала голос:

Я уже видел. На горизонте, словно гигантская рана, зияла Черная Пасть. Даже отсюда она внушала благоговейный трепет.

То место, где потерпел крушение и был впоследствии найден мною «Грифон», как оказалось, было лишь жалкой трещиной, одной из многих, разбегавшихся от основного разлома. Сам же он был невероятно грандиозен. Белый Дьявол говорил о ранах, нанесенных Единству в бесконечных войнах между Восходящими, и Пасть, несомненно, была одним из таких страшных шрамов. Сложно представить, какое оружие могло его нанести, или… какого размера должна быть тварь, что вырвалась здесь наружу.

С каждой минутой полета очертания исполинского каньона становились все отчетливее. Каньона ли? Скорее провала… космической ямы, масштабом сравнимой разве что с марсианской долиной Маринер. Более трехсот километров в ширину и как минимум пару тысяч в длину — точных данных не имелось, серая зона, наши группы сюда не добирались.

Как и предыдущая экспедиция, мы не просто так выбрали этот маршрут. Не так-то просто выйти из Круга… Пересекать древние Стены — смертельно опасно. Во-первых, из-за систем Наблюдателя, а во-вторых, из-за бушующих над ними атмосферно-грозовых аномалий. Пасть же — место, где титанический удар разрушил Стену, создав огромный пролом в ограждении октагона. Может, существовали и другие пути, но нам они были неизвестны. Стены по большей части тоже скрывались во тьме — ведь Круг занимал лишь долю прежней территории. В общем, нам предстояло пролететь над этой бездной — первое испытание путешествия, — и только сейчас, вновь увидев Пасть, я окончательно осознал, на какое дерьмо подписался. Утешало только то, что «Одиссей» однажды уже прошел этим путем, а значит — сможем и мы!

— Переходная зона, сэр, — виновато доложила Фьюри, когда мы начали снижаться в поисках удобной площадки и аппарат резко провалился на пару метров вниз. Да, чувствовалось — температура и давление падали, а ветер все усиливался. «Грифон» начало слегка потряхивать, мы снова вошли в зону, где сталкивались два мощных воздушных течения. Внизу мелькали серо-черные пустоши, прорезанные скальными гребнями, между ними струился туман, сплошной волной стекая в Пасть, подобно исполинскому водопаду.

Потрясающий, хоть и жутковатый пейзаж. Бугристые склоны вздымались на головокружительную высоту, чередуясь с бездонными ущельями, в некоторых местах на поверхности виднелись тусклые жилы хладонита, огромные обледеневшие шипы и странные геометрические структуры, напоминающие древние руины. Турбулентность усиливалась вместе с порывами ветра — мощный катабатический поток срывался в Пасть, и его невидимая рука запросто могла швырнуть винтокрыл в стену ущелья. Поймав тревожный взгляд Фьюри, я наконец взял управление на себя, хладнокровно наметив точку посадки — плато за гребенкой скал в полутора километрах от обрыва. Место было уединенным, защищенным от ветра, и оттуда открывался прекрасный обзор.

Боковые порывы яростно пытались сбить «Грифон» с курса, но я стабилизировал машину и быстро нашел зону естественного затишья за скалами, а затем с минимальным виражом посадил винтокрыл. Когти псевдоупоров с хрустом пробили ледяную корку, намертво вцепившись в поверхность. Теперь не сдует…

— На выход, — скомандовал я, на всякий случай еще раз просканировав окрестности. — Быстро работаем и сваливаем.

Мне не нравилось это место. Минус двадцать, кислород еще имелся, но без маски дышать уже затруднительно, дикие ветра… и край мира совсем рядом. Пока парни выносили и закрепляли оборудование, бездна словно смотрела на нас — темная, зловещая, дышащая холодом и мраком. Было в ней что-то, от чего дыбом вставали волосы, а Суперслух улавливал на пределе слышимости звуки — шорох, скрежет, что-то вроде разноголосого воя… Ветер? Хорошо бы — ветер.

Никто не хотел здесь задерживаться, поэтому работали молча и сосредоточенно. Наконец индикатор вокс-сети мигнул зеленым, а Фьюри поспешно доложила:

— Там что-то быть, Сигурд, — прошептала подошедшая Юки, вместе со мной глядя в сторону Пасти. — Что-то большое. Юки знать…

Ей было страшно. Да и всем остальным не по себе — а ведь мы только готовились перешагнуть порог родного Круга.

— Не смотри туда, — сказал я. — Фьюри, взлетаем!

Теперь — самое сложное. Нам нужно пройти над Пастью, чтобы пересечь древнюю границу октагона. И одновременно — из теневой зоны войти в самые настоящие владения Тьмы.

— Курс двести двадцать, — скомандовал я, когда «Грифон» оторвался от плато. — Высота полторы. Идем прямо по центру разлома. Всем немедленно пристегнуться, закрепить все грузы! Возможна сильная турбулентность.

На навигационной панели отразился маршрут — алый отрезок длиной в триста одиннадцать километров. Короткий, но крайне сложный, потому что над бездной бушуют дикие, непредсказуемые ветра. Пасть высасывает из Круга атмосферу и одновременно возвращает холодный воздух, ветер дует и в каньон, и из него, порождая совершенно безумное сочетание горизонтальных и вертикальных потоков. Минос говорил и Фьюри подтверждала, что граница тени и тьмы весьма размыта, но в ней царит настоящий атмосферный ад.

Будь мы на Земле, я бы набрал безопасную высоту и спокойно пересек каньон. Но мы в Единстве, и атмосфера здесь… неоднородна. Плотность и температура непредсказуемо падают. Наблюдений маловато, но, судя по всему, воздушная линза на границе Круга становится тоньше, и винтокрылу может просто не хватить подъемной силы. А еще Наблюдатель не любит тех, кто высоко взлетает, — об этом меня тоже предупреждал Белый Дьявол.

Так что рисковать мы не будем. Попытаемся пройти по следам предыдущего пилота «Одиссея». К сожалению, провести метеорологическую разведку, выяснить силу, скорость и направление ветров над Пастью — невозможно. Придется проверять на практике. Необходимо избегать зон максимального сдвига и держаться в окнах относительного спокойствия. И еще полностью выключить эмоции, оставив лишь интуицию и расчет.

Как только мы оказались над бездной, высотомер сошел с ума. Пять, восемь… двенадцать километров… у Пасти, черными слоистыми уступами обрывающейся вниз, как будто не было дна. Я молча следил за датчиками, однако здесь, похоже, даже приборы начинали врать. Телеметрия выдавала ошибку, горизонт плясал. Магнитная аномалия? Внешние камеры показывали только черную, зияющую тьму — ничего, кроме тьмы. Даже рунные способности не достигали дна каньона — то ли не хватало радиуса, то ли темнота там имела иную природу.

Турбулентность усиливалась с каждой минутой. Винтокрыл трясло, начали подвывать, захлебываясь, оба импеллера. Я непрерывно работал стиком, синхронизировав Скай и бортового когитора — воздушные потоки вели себя совершенно безумно. Мы то проваливались метров на двести за секунды, то резко взмывали вверх. Боковые порывы налетали с такой силой, что «Грифон» кренился. Беспрерывно верещала система оповещения. Страшновато, наверное, для экипажа, но я пока контролировал ситуацию — «Грифон» крепкая машина, критических перегрузок не было.

Мы шли над Пастью. Фьюри молчала, тревожно глядя в темноту, молчал и экипаж, хотя я видел, что все они изрядно струхнули. На камере заднего вида свет нашего Круга превратился в дрожащую полоску над самым горизонтом, и с каждым километром она становилась все тоньше. А впереди была только густая, непроглядная Тьма.

— Сэр, там что-то есть, — подала голос Фьюри, когда мы проделали больше половины пути. — Похоже на вихрь, но…

Когитор уже делала спектральный анализ. Да, впереди, километрах в пятидесяти от визуальной границы разлома, тьма имела вполне материальные очертания. Клубящиеся вихри, наполненные чем-то вроде мельчайшей черной пыли, видимой только в свете тусклых фиолетовых всполохов, то и дело вспыхивающих в глубине. Эта штука напоминала штормовой фронт — вероятно, аномальные завихрения, образующиеся на границе сталкивающихся сред… Но из чего они, черт побери, состоят?

Скай: Командир, с высокой вероятностью это аэрозольная масса неизвестной природы, содержащая органические частицы Червей. Возможно, споровые облака. Концентрация и плотность высокие. Рекомендую избегать длительного контакта. При прохождении облака вероятно попадание в импеллеры, воздухозаборники и загрязнение корпуса. В таком случае мы можем стать целью для систем Наблюдателя.

Это я знал и сам. Лезть напролом в эту мясорубку — смертельно опасно, перепрыгнуть ее по высоте — тоже не вариант, может не хватить скорости и подъемной силы. Поворачивать мы не будем. Значит, оставался только один путь…

Фьюри бросила на меня еще более тревожный взгляд, когда я утопил стик, заставляя «Грифон» резко падать вниз — прямо в черную бездну Пасти.

— Снижаемся на две тысячи. Курс прежний, — сказал я. — Обойдем аномалию снизу…

— А если она не кончается внизу, сэр? И там — эхо-ветра!

Риск, конечно, существовал. Если эта червивая муть поднимается из Пасти, то в глубине она тоже есть, но именно благодаря гуляющим там ветрам ее концентрация, возможно, не столь велика. К тому же нас экранируют стены Пасти, а у меня в запасе Руна Всеобъемлющей Чистоты. Должны прорваться.

В глубине каньона света вообще не было. Температура — минус сорок. Давление скакало — ноль семь, ноль шесть. И резонансные ветра, о которых предупреждала Фьюри, — так называемый эффект Вентури, возникающий, когда воздушные потоки сужаются при входе в ограниченное пространство вроде каньона или ущелья. Пасть узкой, конечно, не назовешь, но и масштаб истекающего в нее воздуха огромен! Результат крайне неприятен, если не сказать невероятно опасен — ураганная скорость ветра, боковые завихрения, воздушные ямы и воздушные удары.

«Грифон» резко швыряло из стороны в сторону, как щепку в бурном потоке. Управление требовало полной концентрации, режим максимальной устойчивости, нас запросто могло закрутить и сорвать в неуправляемый штопор. Сущий ад — я слышал, как матерился Грохот, потерял счет, сколько раз мы провалились и взмыли. По корпусу барабанило ледяное крошево, мы попадали в подобие града. Но самое главное — тьма. Мы шли в непроницаемую темноту, не зная, что ждет впереди, и полагаясь исключительно на приборы, вбитый маршрут и мое пилотское мастерство. Пришлось снизиться еще, чтобы наверняка пройти под клубящимся наверху черно-фиолетовым облаком, и эти минуты оказались самыми тревожными.

Оно нависало над нами, скрыв Небесный Трон, и даже странно, насколько тревожно было потерять из виду символ Вечности. В этот момент начала дрожать Скрижаль, а рунное восприятие будто уперлось в непроницаемую стену. Скай тревожно сообщила, что споровая органика обладает аномальным свойством частично блокировать способности Восходящих и, что гораздо опаснее, саму связь с Наблюдателем. Похоже, червивая муть каким-то образом мешала технитам выполнять свою работу… И тогда же мы увидели, а камеры зафиксировали, странную фиолетовую вспышку снизу, от самого дна Пасти, — такую, будто там моргнул исполинский фонарь. Включился и тут же погас.

Скай: Обнаружен короткий энергетический всплеск неизвестной природы. Источник неизвестен. Гипотеза: органическая активность сверхкрупного размера или мощная рунная структура.

— Сэр… есть вероятность, что это… что-то живое? — выдавила Фьюри.

У меня тоже крутились всякие подозрения, мерцание прямо под споровой шапкой не сулило ничего хорошего, но во избежание паники я отрезал:

— Отставить вопросы! Начинаем набор высоты…

Эхо-ветра отвешивали «Грифону» нешуточные оплеухи. Но это был уже последний отрезок пути — мы вновь поднимались, чтобы разминуться с нависающим краем Пасти. Еще немного, еще чуть-чуть…

Резкий металлический лязг! По корпусу словно ударили огромным молотом! Винтокрыл содрогнулся. Правый импеллер завизжал, захлебнулся, застучал.

Черт. Повреждение. И серьезное — обороты резко падали! Я переключил управление, перебросив нагрузку на левый, компенсировал, выровнял аппарат, пытаясь сохранить устойчивость. Но скорость упала, теперь мы не летели, а ползли — на максимальном напряжении работающих роторов.

— Не знаю! Думаю, попал обломок. Камень или кусок льда. Повреждена правая лопасть.

— Тридцать процентов мощности, — тихо сказала Фьюри, глядя на приборы. — Хватит?

— Да, — я стиснул зубы. — Если не будет дополнительных повреждений, должно хватить…

Слава Всевышнему и хвала Незримому, что мы уже миновали самый опасный участок. «Грифон», подвывая поврежденным импеллером, мучительно медленно поднимался к краю Пасти.

Свет. Точнее, то, что здесь считалось светом.

Ветер наконец стих — винтокрыл прорвался сквозь горнило вихрей и оказался… по ту сторону. Я на мгновение оторвал взгляд от цифр и графиков дополненной реальности и посмотрел вперед.

Небо здесь было абсолютно черным, если не считать разноцветных ореолов Кругов и ярко-синей иглы Небесного Трона. Как космос, но с разреженной атмосферой. Температура — минус пятьдесят три. Давление — ноль четыре. Содержание кислорода — двенадцать процентов.

Под нами тянулась бесконечная равнина — морщинистая, словно старая, иссохшая кожа чудовища. Вдалеке зубцы каких-то чудовищных структур, то ли горы, то ли покосившиеся остатки колоссальных башен. Может, руины той самой Стены, некогда ограждавшей октагон.

Фьюри, откинувшись на спинку кресла, облегченно выдохнула. И слабо улыбнулась, повернувшись ко мне:

— Живы, — подтвердил я. — Бери управление. Курс триста, снижение, ищи место для посадки… При первой возможности.

Правый импеллер тревожно подвывал. Первая посадка планировалась нескоро, но выбора не было — нужно садиться сейчас, выходить и смотреть, что произошло с лопастью. Оценить объем повреждений, а затем — либо использовать дронов-ремонтников, либо починить винтокрыл с помощью Звездной Крови, если починка традиционными средствами окажется нецелесообразной.

Из десантного отсека тем временем донеслись звуки странной возни.

— Звездный Флот! — донесся голос Грохота. — Докладываю: у нас тут заяц! Обнаружен, на.

Я смотрел в камеру десантного отсека и не мог поверить своим глазам, а также ушам, в которых раздался знакомый противный голос:

— Элли Кардо, «Голос Фригольда»… Я… я могу все объяснить!

Глава 10

Как эта проныра оказалась на борту? Как она ухитрилась пролезть, спрятаться и остаться незамеченной? И, самое главное, что с ней теперь делать?

— Толя, подготовь парашют, — сказал я максимально ледяным тоном. — Высадим мисс Кардо через десантный люк.

— Что⁈ Вы сошли с ума⁈ Я… я протестую!!! — заверещала рыжая особа, нежданно-негаданно затесавшаяся в нашу экспедицию.

Никаких парашютов в винтокрыле, конечно же, не было (не предусмотрены инструкциями), да и открывать десантный люк сейчас нельзя — нарушит герметичность аппарата. Выбрасывать зайчиху в темных землях никто не собирался. Но Толя все понял правильно и сграбастал журналистку.

— Да не ори, зараза! Полетишь красиво, как комета, на…

— Нет!!! Вы не имеете права! Это нападение на представителя прессы! Я колонист проекта «Космо»! У меня есть права!!!

Искоса взглянув, Фьюри молча закатила глаза. Я провел ребром ладони по горлу. Сложнейший перелет через Черную Пасть, поврежденный импеллер, а теперь еще и это…

Понаблюдав за возней в десантном отсеке, где буйного «представителя прессы» в итоге пристегнули пластиковой стяжкой к одному из держателей, я перевел взгляд на приближающуюся поверхность, сканируя ее с помощью Истинного Взора. Ладно, разберемся с «журналисткой» чуть позже — сейчас главное восстановить работоспособность импеллера… Иначе наше путешествие закончится, не успев толком начаться.

Внизу мелькал лунный пейзаж — серо-черные склоны с редкими клыками скал. Жизненных форм не наблюдалось, но те же пустотники прекрасно маскируются. Нужно проявлять крайнюю осторожность. И по возможности — не задерживаться! Парадокс, но в небе темных зон безопаснее, чем на поверхности.

Фьюри посадила «Грифон» примерно в двадцати километрах от края Пасти. Я приказал ей заглушить оба ротора, но не покидать ложемента, а сам наконец отстегнулся и вышел в десантный, ныне жилой отсек. Честно говоря, подвигаться после многочасового перелета было настоящей радостью…

— Дайте ей дыхательную маску, — сказал я, глядя на Кардо. — И сами не забывайте, на случай разгерметизации. Юки, присмотри за ней. Кроу, Грохот — за мной.

Выход из винтокрыла в темных землях похож на выход в открытый космос. Мы тщательно задраили люк в десантный отсек, чтобы не выпускать воздух — запасы кислорода и оксидиновых кристаллов на борту имелись, однако использовать их преждевременно, — и только затем опустили заднюю аппарель. Воздух с шумным вздохом вытянуло облаком пара, а металл внутри мгновенно заиндевел — не вакуум, атмосфера снаружи существовала, но температура минус пятьдесят, содержание кислорода тринадцать процентов, и чем «дальше в лес», тем меньше будет этот показатель…

Под ботинками хрустели заледеневшие камни. Небо над головой было непроглядно черным, за исключением редких гало-точек Кругов и яркого Небесного Трона. Око Вечности, единственный источник освещения здесь, озаряло все тусклым голубоватым сиянием, но видимость — несколько сотен шагов, не больше. Дальше — Тьма.

Грохот взял под охрану вход, Кроу быстро проверил периметр. Все было чисто, ни малейшего признака враждебной активности, вокруг лишь ледяные камни и черные горбы склонов. Я подошел к правому тилтротору, чтобы осмотреть поврежденный импеллер.

Внешнее кольцо — толстый прочный обод из пластали — получило глубокий надрыв по касательной, будто его прошил гаусс-снаряд. Сама лопасть была исковеркана и помята, под ней в обшивке виднелась дыра, в которой торчало что-то, похожее на обломанное черное древко, только толщиной с мою руку. Чтобы извлечь его, пришлось запрыгнуть наверх и применить навык Силы Десяти Воинов — настолько глубоко он увяз.

А затем сразу отбросить в сторону и использовать Руну Всеобъемлющей Чистоты на винтокрыле. Черт, черт, черт!

Это был обломок хитинового шипа, мерцающий Звездной Кровью. Фрагмент бронзового ранга — темно-фиолетовый, зазубренный, с локоть длиной. Большую его часть, видимо, перемолол импеллер, а эта заноза засела в обшивке подобно наконечнику стрелы. К счастью, угодила в безопасную полость, на метр разминувшись с жизненно важным роторным узлом. Я-то думал, что шквалом принесло ледяной или каменный осколок, а нас обстреливали! И, если судить по размеру и диаметру шипа, совсем не маленькая тварь! То, что она принадлежала к роду Червей, не вызывало сомнений. Скай уже проанализировала природу органики, да и по внешнему виду все было понятно.

Я с опаской взглянул на небо — быть может, прямо сейчас каэдометрическая Руна Наблюдателя выходит на ударную позицию, чтобы рассечь пополам наш винтокрыл! Мы как минимум полчаса несли на себе частичку червивого хитина — а в таких случаях альфа-разум беспощаден. Но… тогда почему мы еще живы?

Скай: Три варианта, командир. Первый: существо принадлежит к неизвестному подвиду Червей, чья органика безопасна. Маловероятно. Второй: каэдометрический заряд выпущен, но пока не достиг нас. Маловероятно — мои расчеты показывают, что в этом случае винтокрыл должен был быть поражен около пятнадцати минут назад, сразу после выхода из Пасти. Третий: происшествие не зафиксировано системами Наблюдателя. Высокая вероятность.

Хм… выходит, что мы «вне зоны доступа»? Возможно, это как-то связано с теми споровыми облаками над бездной? Техниты Наблюдателя здесь отсутствуют?

Скай: Неверная постановка вопроса, командир. Техниты Наблюдателя имеют корпускулярно-волновую природу. Это не наносущества, это сетевые А-сигналы, встроенные в саму структуру Звездной Крови и обеспечивающие работу системы Восхождения. Любой Восходящий является их мини-источником и мини-ретранслятором. Но источником каэдометрических импульсов, очевидно, являются узловые станции Наблюдателя, связь с которыми в данной области нарушена. С высокой вероятностью это связано с удаленностью локации и враждебной активностью Червей.

Весьма любопытные соображения — я и раньше слышал, что в темных зонах связь с Наблюдателем, в частности получение заданий и наград, затруднена. Похоже, мы как раз оказались в такой области. Это объясняло активность Червей и возможность их беспрепятственного продвижения за границами Кругов, а также то, почему летающих Матерей сбивали лишь в непосредственной близости от Круга. Стратегически важная информация — однако пока ее стоило отложить в долгий ящик — в пути будет время поломать голову. Сейчас мне следовало в первую очередь заняться ремонтом «Одиссея».

Ремонтный дрон способен исправить такого рода повреждения, но ему потребуется по меньшей мере несколько часов. Это долго — находиться вблизи края Пасти после внезапной атаки Червей небезопасно. Плохие места, непредсказуемые обстоятельства. У нас существовал определенный полетный план. По нему к исходу первых суток мы должны были одолеть «темную перемычку» и достичь пределов видимости Круга Таир. Полторы тысячи километров — не такое уж большое расстояние для рейдового «Грифона».

Решено — используем Звездную Кровь. Тем более ее, благодаря победе на Велиором, сейчас в достатке, четыре с половиной тысячи капель.

Я приложил руку к корпусу и сосредоточился. Нужно повторить то, что сделал в Море Трав, только в меньшем масштабе…

Это оказалось легко — удар не задел сложных систем. На моих (и ребят) глазах поврежденный обод и лопасть замерцали, наливаясь голубым призрачным сиянием, а затем заросли свежей пласталью. Как новенькие… Сущее волшебство с точки зрения землян и полная обыденность для Восходящих Единства. Эх, если бы удалось превратить винтокрыл в Руну, потратил бы не сотню капель, а в двадцать раз меньше Крови…

Грохот продемонстрировал мне большой палец. В ответ я показал на аппарель — все, можно, возвращаться, — а сам наклонился вытянуть Звездную Кровь из Фрагмента — всего пять капель, но не пропадать же ей.

— Тестовый запуск, Фьюри, — приказал я, вернувшись в винтокрыл. — Прогони импеллеры во всех режимах.

— Что с этой козой-то будем делать, командир? — усмехнулся Толя, глядя на бледную как мел Кардо, у горла которой бдительная Юки держала свой зазубренный черный нож. — Может, действительно выкинем на хрен? Пусть своим ходом во фригольд добирается…

Кардо явно хотела что-то ответить, но Юки лениво повернула лезвие, и репортерша лишь испуганно сглотнула. Я вздохнул, сел напротив и жестом велел Юки убрать оружие.

Элли Кардо облизнула пересохшие губы. Рыжие волосы растрепались, на лице красовалась россыпь веснушек, ресницы дрожали.

— Я… залезла через люк. Утром, пока грузили оборудование. Спряталась там… — она указала на одну из верхних ячеек. — Я маленькая…

— Койку дока заняла, на, — усмехнулся Грохот. — И плащ-хамелеон где-то стибрила, копать-хоронить! Гляди, командир!

Я хмуро посмотрел в сторону плаща из наноткани — такие же входили в комплект «Мангусов». То, что журналистка обзавелась маскирующей накидкой, частично объясняло, как она проникла на борт, не замеченная часовыми и техниками. Конечно, ее сразу обнаружили, как только полезли наверх. А до этого времени она, видимо, затаилась, как мышка, и провела даже Восходящих, в том числе — меня и Фьюри. Ну и проныра! Будь мы в другом месте, порекомендовал бы ее на роль скаута в какое-нибудь копье, например, к тому же Динамиту…

— И зачем? Какого черта тебе понадобилось лезть на борт без разрешения?

— У меня не было выбора! — в голосе Кардо прорезалось отчаяние. — Вы… не понимаете! Рикс… хотел меня изгнать. После моего великолепного репортажа, который поразил весь фригольд! После совершенно обоснованных журналистских разоблачений!

— Насколько я знаю, ее не выгнали, а просто назначили в группу сборщиков удобрений, — неожиданно сказал Кроу. — Я слежу за выпусками, последний был из пещер… очень смешной.

— Да! Меня наказали за правду! — гордо задрала покрытый веснушками носик Элли. — Меня, единственный голос правды во фригольде, заставили собирать в пещерах дерьмо камнеедов! Да, я сделала репортаж о тяжелой работе сборщиков. Он был очень научным! Но все только смеялись! Даже дети!

Грохот расхохотался, Кроу фыркнул, даже из пилотского отсека донеслось что-то похожее на смешок.

— И вот, — Элли обиженно втянула голову в плечи, — я поняла, что моя карьера погибает. И я приняла решение! Да, именно так — уйти, перебраться в другое место. Ведь Колония Альфа — это цивилизация! Свобода слова! Там наверняка оценят настоящую свободную журналистику!

— И тогда ты украла плащ-хамелеон и пробралась в винтокрыл, — подытожил я.

— Это была инвестиция! — вспыхнула Кардо. — В мою свободу! Я семь часов лежала и не дышала. Боялась чихнуть! Я думала… ну… меня довезут и высадят в Альфе… Кстати, далеко еще? И… у вас тут есть туалет?

Она замолчала. Глаза по-прежнему блестели упрямством.

— Ты даже не знаешь, сколько туда лететь? — устало спросил я. — И насколько опасен путь?

У меня не было никаких сомнений — глупую и отчаянную девчонку нужно возвращать домой. Изгнание — крайняя мера. На моей памяти Кассиди никого не наказывал так строго после суда над Марком и его подельниками. Кардо действительно стоило загрузить общественно-полезной деятельностью, потому что она плевать хотела на протоколы безопасности ради «журналистских расследований». Тут рикс поступил абсолютно правильно.

Но как ее вернуть? Возвращаться, мы, естественно, не будем, значит, самый простой вариант — переместиться вместе с ней в Домен и сдать группе Миноса, а те отведут во фригольд… Очень легко, однако в таком случае я моментально раскрою тайну Серебряного Замка, координаты кристалл-сферы и нашу фишку с мгновенными перемещениями именно тому человеку, которому нельзя вообще ничего доверять! Конечно, можно ее оглушить, завязать глаза или еще что-нибудь придумать, но сам факт моментального возвращения не скроешь. И он мгновенно станет достоянием общественности… а дальше останется сложить два плюс два.

Я вообще собирался активно использовать Домен в путешествии — для обмена важной информацией, на случай ранения кого-то из членов экипажа, срочной эвакуации или вызова подкрепления. Но не для того, чтобы вернуть домой беглянку!

Второй вариант — отправить ее во фригольд через Портал, который мы откроем в Таире, на Станции Терра. До нее около трех с половиной тысяч километров, примерно сутки пути. Не так уж много…

— Сэр! — мои раздумья нарушил встревоженный голос Фьюри. — Обнаружены неопознанные перемещения на краю Пасти! Двигаются… в нашу сторону!

— Взлетаем! — приказал я, бросаясь в пилотский отсек. Похоже, Незримый решил не давать нам заскучать в этом путешествии…

Оба импеллера (я видел это в вокс-сети) работали без нареканий, поэтому винтокрыл взмыл мгновенно. Пока Фьюри поднимала и разворачивала машину, резво набирая высоту, я сосредоточился на задней полусфере, где далеко-далеко, но вполне досягаемо для Глаза Небесного Змея, во тьме зашевелилось нечто.

Знакомые многоногие силуэты один за другим появлялись из провала Пасти и весьма шустро устремлялись в нашем направлении. Несомненно, Черви, но необычные — формой они слегка напоминали Консорта из Гнезда (такой же игловидный загнутый хвост), но казались куда крупнее. С расстояния разобрать было трудно, но не меньше «Микадо» размером. Бронза… и серебро! Система Восхождения долго думала, перебирая варианты, прежде чем присвоила им название.

Такую разновидность я видел впервые и, честно говоря, не горел желанием познакомиться поближе. Если шип, едва не угробивший наш «Грифон», выпустила одна из этих тварей, очень хорошо, что мы в воздухе и стремительно наращиваем дистанцию. Но сам факт наличия в Пасти неизвестных серебряных Червей — нехороший признак. Неужели вторжение ближе, чем мы думаем? Нужно предупредить Миноса и Кассиди…

— Что там, командир? — пробасил Толя Грохот. — На камерах ни хрена не видно!

— Черви у Пасти. Ничего страшного, — ответил я нарочито спокойным тоном. — Далеко. Сто раз успеем уйти. Пристегните Кардо, может немного потрясти.

— Ч… черви⁈ Могу я получить записи? Или сделать съемку? Я хочу сделать репортаж о вашей экспедиции! Я назову его…

— Никак ты его не назовешь! — предупредил я. — Никаких съемок, Элеонора Кардо! Я запрещаю. Ты пассажир. Сидишь тихо, никуда не лезешь, ничего не трогаешь. Пока летишь с нами до Таира. Юки — присмотри за ней.

— Сигурд сказать — молчать! Тень резать, если ты говорить. Понимать?

Кардо мгновенно заткнулась. Похоже, Юки она боялась куда больше остальных землян, включая меня и Грохота. Ну и отлично. Просто великолепно…

— Высота полторы. Курс триста десять. Идем дальше.

Тьма. Полторы… нет, уже тысяча четыреста пятьдесят километров до Таира. И дальше — извилистый маршрут вдоль его границ, избегая зон, которые прежний пилот «Одиссея» посчитал опасными. Я видел карты — там действительно находились странные сооружения, которые аборигены Таира считали запретными со времен страшной войны, которая разрушила их Круг.

Караваны торговцев пользовались другой дорогой — Танцем, древней Стрелой в теневых землях, где-то в новых владениях Белого Дьявола. Короткий путь, ведущий почти на окраину Таира, а оттуда — в Караванный Круг, одно из крупнейших поселений этого Круга. Как нам было известно, небольшого, световой ореол Таира был в несколько раз меньше нашего, но не потому, что он возник позже. Наоборот — Таир был ровесником, но его, судя по отрывочным сведениям, некогда почти уничтожили Черви. Вероятно, это произошло в тот же временной промежуток, что и появление Расколотых Земель, где их воинство было остановлено небесным Восходящим…

Полет в темных землях — совсем не то, что в Круге или теневом радиусе. Это, конечно, не Марс, атмосфера все-таки присутствует, но тонкая и разреженная, поэтому импеллеры работают на повышенных оборотах, подъемная сила плавает, а высотные эшелоны недоступны. Маневрирование в этих условиях тоже требует подстройки, аэродинамические свойства летательного аппарата серьезно меняются. Снаружи — дикий холод, от минус пятидесяти до минус восьмидесяти, поэтому расход энергии на обогрев и антиобледенение просто катастрофический. Магнитные, оптические и гравитационные аномалии — обычное дело, а видимость — не нулевая, конечно, но бесконечные мертвые равнины тоже вызывают пространственную дезориентацию. Хорошо, что у нас есть карты и маршрут, — я с трудом представлял, как найти дорогу вслепую.

Внизу тянулись однообразные пейзажи, освещенные унылым голубым сиянием. Ледяная корка, трещины, черные, как обсидиановые ножи, остроконечные гребни. Изредка — странные провалы или что-то вроде замерзших рек, кое-где — стертые почти под ноль руины, видимые с высоты только благодаря геометрическим очертаниям. Некоторые были весьма обширными — мы старались облетать их по широкой дуге просто на всякий случай… Когда-то здесь кипела обычная жизнь, росла трава, деревья, плескались водоемы, шумели города — а потом все внезапно кончилось, и теперь под нами — будто другая, враждебная планета.

Мы менялись. Передав управление Фьюри, с помощью «Осознанного Сна» я подремал несколько часов — прямо в пилотском ложементе. Меня могли разбудить в любую минуту, но, к счастью, обошлось без происшествий. Скорее скучно, чем страшно. Даже экипаж задрых, убаюканный однообразием темных ландшафтов. Затем, проснувшись, дал отдохнуть напарнице — и через некоторое время столкнулся с первой серьезной опасностью.

Кое-что на горизонте наконец изменилось. На нас шел фронт сплошного тумана — клубящаяся масса от края до края. Анализ показал, что это не споры и не облачность, а низкотемпературная взвесь ледяных кристаллов и пыли, этакая «белая мгла», причем протяженностью в несколько сотен километров. Благодаря картографам «Одиссея» я даже знал, откуда движется этот странный выдох. Они тоже попадали в эту хрень, прошли ее, а значит, сможем и мы…

Мир исчез, когда «Грифон» вошел в туман. Нулевая видимость, мгновенно заледеневшие смотровые стекла и внешние камеры, на пределе воющие импеллеры, чьи лопасти моментально покрывались льдом, антиобледенительная система, работающая на максимуме… К счастью, военные винтокрылы проектировали так, что они могли действовать в экстремальных погодных условиях, а вдобавок мне очень пригодилась Руна Чистоты, мгновенно очищающая корпус. Но все равно — ни земли, ни верха, ни низа, приборы, которым можно верить лишь отчасти, — и колючая серая мгла со всех сторон.

Мы шли напролом в этом ледяном, кристаллизующемся молоке — и я лишь надеялся, что карты точны и на пути внезапно не вырастет невидимый горный хребет или циклопическое сооружение. К счастью, экипаж частично спал, частично развлекался рассказом Жабника о своих путешествиях и питомцах. Я тоже прислушивался — доктор оказался отличным рассказчиком, даже Кардо перестала испуганно таращиться в залитые ледяным туманом внешние камеры.

Время тянулось бесконечно. Но туманный фронт постепенно редел, и на второй час я заметил, что мгла рассеивается, а температура и давление, наоборот, понемногу растут. Внизу вновь стали видны каменистые пустоши, наверху почернело небо, а впереди… впереди на горизонте появилась слабая, едва заметная розовая линия. Через полчаса она покраснела, превращаясь в тревожное рубиново-алое сияние с центральным зерном — световой ореол приближающегося Круга.

— Дохлый какой-то, на, — заметил Толя Грохот. — Маленький, что ли?

— Таир давно не в лучшей форме, камарад, — сказал Жабник. — Я слышал, это разрушенный Круг.

И с этой репликой я был полностью согласен. После многих часов в бесконечной тьме свет чужого Древа вдохнул надежду. Придал сил и энергии. Показался спасительным маяком. Мы шли верно. Мы все-таки доберемся до цели!

Бледный ореол рос, но вместе с ним росло и другое. Между ним и нами в воздух поднимались размытые мерцающие колонны — огромные, полупрозрачные, но хорошо заметные из-за недоброго оранжевого свечения в глубине и искаженного возле их границ воздуха.

— Осторожнее, сэр, — негромко произнесла проснувшаяся Фьюри. — Лучше не приближаться. Прошлый раз мы тут едва не погибли…

Да, первая экспедиция нанесла на карту эту область и отметила ее границы жирной запретной линией.

«Зона Дыхания Таира». Колонны представляли собой гейзеры — столбы перегретого воздуха, бьющие из огромных кратеров и вздымающиеся почти на километр. Как они образовались — непонятно, но со стороны очень походили на пробоины в исполинской тепловой коммуникации, проходящей где-то в недрах Единства. Крайне опасные штуки, потому что воздух вокруг них буквально кипел, образуя взвесь из вихрей и кристаллизующейся влаги, которые и превращаются в остывающие туманные облака, подобные тому фронту, что мы миновали. Непредсказуемая активность и очень высокая турбулентность — первый «Одиссей» едва не затянуло при попытке взглянуть на эту аномалию поближе.

Это означало, что мы приближались к теневому радиусу Таира. Он был уже, чем ореол, окружающий наш Круг, но следы прежнего, некогда разрушенного мира стали заметны гораздо раньше. Облетая столпы горячего Дыхания по широкой дуге, мы увидели, что пейзаж внизу начал стремительно меняться.

Первые руины появились почти незаметно, их легко можно было принять за природные образования, но затем следы прежней архитектуры стали проступать отчетливо — углы, круги, линии, прямоугольники высохших водоемов, остатки причалов и грандиозных мостов. Здесь когда-то находился город — огромный, не меньше Эстэ, и почти полностью стертый с лица Единства. Слева по борту раскрылась гигантская розетка из концентрических валов, с чем-то черным и дугообразным в центре, размером с небольшой небоскреб и формой похожим на…

— Погибшее Древо, сэр, — хрипло сказала Фьюри. — Одно из трех…

Я затаил дыхание. Да, это были останки великого Игга, возможно, некогда равного Элтаниру. Ужасное зрелище — от него сохранилось лишь подобие выеденного изнутри пня и огромных обнаженных корней, вывернутых и как будто… обглоданных? Сила, которая сотворила это, не поддавалась описанию. Я слышал, как хрипло выругался Грохот и неожиданно прервал свою лекцию Жабник. То, что осталось от Древа, окружали черные провалы, дыры и огромные норы, будто Черви выжрали саму ткань мира, стремясь свалить исполина. Это было давным-давно, сейчас здесь не осталось ни Червей, ни капельки Звездной Крови, ничего живого…

— Фьюри, передай управление. Смена курса. Высота две тысячи. Скорость четыреста десять.

И останки Великого Древа, и окружающие его грандиозные руины были покрыты невидимой призрачной лозой. С высоты она выглядела как фосфоресцирующая расползающаяся узорчатая плесень. Она вылезала из подвалов, оплетала здания, тянулась между улицами и обвивала скелеты башни. Кое-где плети собирались в плотные узлы, похожие на коконы.

Черная Трава, едва не сожравшая меня в теневых землях. Та самая, что выпивает трупы и использует их как марионетки на веревочках. Но здесь она покрывала целые кварталы, километры и километры, превратив древние руины в огромную смертоносную ловушку. Если Кукольник представляет собой единый спящий организм, то я не представлял, что может спасти неосторожного путешественника, шагнувшего в его владения… А что, если он умеет запускать свои ловчие лозы в небо?

Я резко увел винтокрыл влево, одновременно набирая высоту. К счастью, жуткое плетение по левую руку редело…

— Мы меняем маршрут, сэр? — спокойно спросила Фьюри.

— Смотри, — с помощью Скай я вывел на панель дополненной реальности изображение с наложенной картой. — Видишь? Пометь зону как «небезопасную для полетов» и «запрещенную для высадки».

— Да, сэр… — Фьюри не запаниковала, хотя и побледнела. — Это черный кукольник?

Тем временем экипаж в десантном тоже бурно делился впечатлениями:

— Тысячу циклов назад. Весь Круг сожрали, yaar!

— Вот это погрызли, понимаю. Какие зубищи-то нужны, копать-хоронить? Под этим дерьмом весь наш фригольд спрятать можно, на!

— Я придумала название для выпуска! «Экспедиция в ад. День первый». Как вам? Круто ведь? Круто? Пожалуйста, убери свой нож!

— Замолчи, Кардо… Док, знаешь, что здесь… произошло?

Жабник начал рассказывать — он оказался ходячей энциклопедией не хуже Миноса. Похоже, что наизусть выучил весь Справочник Колониста и вдобавок набрался всякого у Народов Круга, так что послушать доктора Мукерджи было интересно. Большую часть я знал и так, благодаря Миносу и Фьюри, но некоторые моменты стали неожиданным открытием — если, конечно, Жабник не выдумал их…

Тысячи циклов назад Таир был большим и богатым Кругом. Три рубиновых Древа, сохранившиеся древние города, огромные запасы руд и кристаллов — судя по некоторым данным, здесь добывали множество редких ресурсов из коры Единства. Но затем из Тьмы пришли Черви. Вероятно, в таком количестве, которое мы просто не могли представить. Они подкопали и убили все три Великих Древа, опустошили города Таира, пожрали большую часть его населения. То, что здесь творилось, наверное, было настоящим кошмаром. Выжили немногие, укрывшись в подземных цитаделях в горном массиве. И там же, когда основная масса Червей отхлынула в сторону Элтанира и была уничтожена на Расколотых Землях, уцелевшие посадили рубиновое Семя, спасенный плод одного из погибших Древ. Именно его алый свет мы видели сейчас — относительно молодого Древа, набравшего силу всего тысячу циклов назад.

Его ореол занимал уже половину неба. Совсем другой оттенок, нежели у нашего золотого исполина, — розовый, красный, багряный в самом центре…

— Ты знаешь, как называется это Древо? — спросил я.

Скай: До условной границы безопасного периметра Круга Таир — триста девяносто четыре километра. Возможные угрозы — высокая турбулентность, геомагнитные индуцированные токи, остаточная активность Червей. Рекомендую сохранять осторожность.

Обнадеживающий отчет. Все мы, честно говоря, серьезно вымотались — больше полутора суток в пути. Требовалась посадка и полноценный отдых, но я рассчитывал сделать ее уже на Станции Терра.

То, что мы видели внизу, не вызывало никакого энтузиазма. Таир и его окрестности — мрачное разрушенное место, памятник мощи и злобы Червей и напоминание, что такая же катастрофа совсем скоро может повториться и в нашем Круге. На фоне колоссальных разрушений наши приготовления казались смешными, как подмазывание глиной дырявой стены рыбацкой хижины перед надвигающимся цунами… И, как бы смешно это ни звучало, мы — почти единственные, кто способен его остановить.

Наш маршрут выглядел дугообразной кривой, огибающей бывшую сердцевину разрушенного Круга. Во-первых, из-за опасности — местные считали эти места смертельными, во-вторых, из-за особенностей ландшафта — местность быстро поднималась, из равнинной превращаясь в неприступный горный массив. По-настоящему огромный и плохо проходимый — новое Древо когда-то посадили поближе к облакам, на недоступной вершине — вероятно, поэтому оно и уцелело при последующих атаках Червей. Нечто вроде земного Тибета, хотя и поменьше масштабом, — там прежде находились горные выработки и подземные твердыни Таира, часть из которых функционировала до сих пор. Здесь обитали всего три крупных Народа: Камнерожденные, контролирующие крупнейший подземный город, по описанию Фьюри — потомки расы специально выведенных рудокопов; немногочисленные крылатые Облачники, чьи гнезда располагались на самом верху, возле Рубинового Сердца; и сам Народ Таир — слегка одичавшие обитатели прежнего Круга. Ну и четвертый — Народ Земли, чей фригольд оказался расположен наособицу, в предгорьях, и, чтобы подлететь к нему, требовалось сделать изрядный крюк.

Зону турбулентности на границе Таира прошли быстро — ничего, сравнимого с жуткой тряской в Пасти. Фьюри показала, где находится Караванный Круг — единственное крупное внешнее поселение у скальных врат Таира. Далековато от земной колонии, да ну и черт с ним — мы туда все равно не собирались. Экипаж уже вслух рассуждал об очистителе, когда мы наконец поймали сигнал вокс-маяка Терры. Он работал, но…

— Они не отвечают, — после десятой попытки сдалась Фьюри. — Такое ощущение, что у передатчика никого нет. Я не понимаю, в чем дело… По инструкциям…

Я и сам знал, что должно быть по инструкциям. Ничего хорошего это не означало. Однако Терра молчала недолго — минут через пять после входа в зону связи мы получили автоматизированное вокс-послание. Вероятно, зацикленное, потому что оно повторилось ровно через десять минут. С древним, как сама связь, земным сигналом бедствия.

Глава 11

Три буквы, знакомые каждому землянину. Древний сигнал бедствия, переживший века и цивилизации, дошедший даже сюда, в бескрайние просторы Единства. Автоматическое вокс-послание повторялось, и от его монотонного ритма по спине бежали мурашки.

Я перебирал варианты, пока винтокрыл шел сквозь облачную пелену теневого радиуса. Первое, что приходило в голову, — нападение внешних сил. Твари Дикой Охоты либо Черви. Таир уже однажды пал под их натиском, и наверняка в его окрестностях по-прежнему немало Гнезд. Но Станция Терра находилась в предгорьях, относительно далеко от мертвых равнин и захваченных кукольником городов…

Второй вариант — исход. Фьюри говорила, что жители Терры собирались переселяться в Альфу. Но тогда зачем SOS? Это не прощальное послание, это крик о помощи.

Третий и самый неприятный — Вечность. Ее тайные фактотумы в поисках брахмы рыщут по Единству, и слабенькие земные колонии — естественная цель. Аврора в своем послании говорила, что были уничтожены некоторые поселения, где всплывала Кровь Истока. Вероятно, сигнал подавали шпионы Кел, под чужим обличьем внедрившиеся в общество. Могло в Терре произойти подобное? Вполне.

Но мог быть и внутренний конфликт, и война с аборигенами, и эпидемия — все что угодно может случиться на краю обитаемого мира… Гадать было бессмысленно.

Свет Рубинового Сердца совсем не походил на золотое сияние Элтанира. Алый, густой, как разлитое по небу вино, он окрашивал все в тысячу кровавых оттенков. Горизонт полыхал багрянцем, облака казались пронизанными пламенем, создавая тревожную, немного зловещую атмосферу. Мне она сразу не понравилась — хотя для тех, кто родился и вырос под рубиновым сиянием, местный колорит наверняка казался родным и привычным.

— Великая Творящая… — донесся из десантного отсека голос Юки. — Красивое. И чужое быть.

— Вау! Это что, другое Древо? Надеюсь, вы ведете запись? Могу я получить эксклюзивные кадры?

— Зрители «Голоса Фригольда» должны это увидеть! «Кровавое небо Таира»… Нет, лучше — «Алые небеса надежды»! Доктор Мукерджи, мне нужен эксперт! Почему оно красное?

— Игг-Древа отнюдь не одинаковы, мисс Кардо. Существует несколько основных спектральных типов… Мы считаем, что каждый из них выведен под конкретные условия. Золотой — для землеподобных регионов с разнообразием биомов. Сапфировый — голубой спектр, вероятно, для холодных и пустынных зон… Рубиновый же, возможно, предназначен для горных или подземных экосистем. Максимальная эффективность фотосинтеза!

— Разноцветные лампочки для разных теплиц, на!

Параллельно с рассказом Жабника я слушал выкладки Скай. Системная биологическая архитектура космического масштаба с горизонтом планирования в сотни тысяч, если не миллионы циклов. Каждое Игг-Древо — адаптивная биосистема с многоуровневой специализацией под конкретный регион и условия обитания. Уникальные механизмы ускоренного восстановления биосферы после глобальной катастрофы…

Если это дело рук Творящей, то она действительно достойна звания божества. По сути, именно Игг-Древа спасли Единство, перезапустив цикл жизни и создав новые острова развития. Масштабы Раскола, лишившего дайсон-сферу прежнего светила, поражали — и то, что на месте мертвых, холодных октагонов возникли Круги — настоящее чудо.

Пейзаж, открывающийся внизу, был не похожим ни на что, виденное мной ранее. Растительность Таира выглядела инопланетной. Даже по меркам Единства.

Она не тянулась к небу, а словно прижималась к земле — низкорослая, раскидистая, с кронами, похожими на мясистые зонты. И она была черной, густо-фиолетовой, багряной и оранжевой — какой угодно, но только не зеленой. Вероятно, следствие адаптации к красному спектру. Результат выглядел мрачновато: черные кроны на фоне алого неба, проплешины каменистых осыпей, редкие пятна чего-то оранжевого (возможно, местного аналога лишайника или мха) создавали полное впечатление того, что мы оказались на другой планете. Пожалуй, я понимал землян, собиравшихся покинуть Терру. Годами жить в подобной обстановке несколько… тяжеловато. И стало понятно, почему они назвали свой фригольд Станцией — как же еще обозначить оплот в совершенно чуждом мире. Наверняка первые колонисты были уверены, что оказались на другой планете…

Впереди, постепенно занимая все видимое пространство, вырастал колоссальный горный массив, буро-черный с коричневыми склонами и острыми заснеженными пиками, и где-то там, на высоте, пульсировало рубиновое сердце молодого Древа.

— Координаты Терры подтверждены, сэр. Мы в зоне досягаемости, расчетное время прибытия — восемнадцать минут.

— Снижаемся до тысячи. Сначала осмотрим подходы…

Винтокрыл начал плавное снижение. Горы приближались, и наконец стали заметны следы человеческого присутствия. Явные пятна вырубки на склонах, что-то напоминающее дорогу, серпантином обвивающую скальные террасы… А затем мы увидели знакомый блеск серебристых куполов — и Станция Терра открылась во всей красе.

Колония располагалась на широком ровном участке, защищенная с двух сторон отвесными скалами. Неплохое место для поселения, естественная крепость, а то, что не сделала природа, довели до ума земляне, полностью оградив периметр стандартными стеновыми модулями со сторожевыми вышками. В центре — «цветок» соединенных куполов, длинная теплица, хозяйственные постройки, контейнеры…

Помятые металлические купола «Домусов» зияли черными проломами. Вышки — опрокинуты, стены — растоптаны. Я не преувеличивал, именно растоптаны, словно по ним прошлось стадо тропосов. Или что-то покрупнее. Все остальное — разрушено, вскрыто и хаотично разбросано вокруг. Так, будто по фригольду пронесся жуткий ураган. Или…

— Сканирование не выявило жизненных форм, — холодным, мертвым голосом доложила Фьюри. — Похоже, там пусто, сэр… Садимся?

— Подожди, — сказал я. — Не снижайся. Возьми управление. Облети по кругу. Проверь окрестности… Я пока посмотрю, что там внизу.

Сто капель Звездной Крови отделились от общего запаса, закручиваясь в эфирную спираль, и Дракон Звездного Света развернул призрачные крылья совсем рядом с винтокрылом. Чуть прикрыв веки, я повел Аспект вниз, к руинам колонии.

Управлять Драконом и одновременно оставаться в кабине, глядя двумя парами глаз, — навык, который давался мне все легче. Белый Дьявол говорил, что это вопрос практики, и он оказался прав.

Разрушения внизу впечатляли. Купола «Домусов» — вообще-то двухслойный металлокомпозит с изолирующей начинкой — были вскрыты, как банки с пастой, гермодвери — вырваны с мясом, земля изрыта воронками. Кое-где виднелись опалины — явные следы выстрелов из энергетического оружия.

Я сперва заглянул внутрь жилмодулей — полный хаос искореженного металла, разбросанные вещи, опрокинутая техника, засохшие темные пятна. Кровь? И мертвая пустота. Тут не было никого и ничего живого. И никаких признаков сторожевых голограмм или Рун-ловушек.

Я повел Аспект дальше. В разгромленной теплице все растения были вырваны с корнем, а на почве остался застывший след огромной, не менее полуметра в длину, ступни. Пять пальцев, когти, широченная пятка.

Но это еще ни о чем не говорило — тварь могла забрести уже в разрушенную колонию.

— Сэр, периметр чистый. Ближайшие склоны тоже. Ничего крупнее горного козла в радиусе двух километров.

— Внизу тоже чисто, — я полностью вернул восприятие в кабину винтокрыла. — Садимся внутри периметра.

— Один момент, Фьюри, — я попытался тщательно подобрать слова, потому что говорить о брахма-симбионте «Авроры» открыто не стоило. — Терре оставили такой же дар, что и Небу?

Значит, хотя бы один бессмертный у них имелся. Пока Фьюри сажала «Грифон», я кратко обрисовал экипажу ситуацию и задачу. Вместо долгожданного отдыха, увы, нам нужно было быстро обыскать разрушенную колонию, чтобы выяснить причины катастрофы и, самое главное, понять, куда делось все ее население. Большого количества останков внизу я не видел, значит, колонисты успели уйти. Или были взяты в плен.

Прайд гигантопитеков? Возможно. Эти горные твари, получив Звездную Кровь, вырастали до громадных размеров. Фригольдерам Неба только в последние годы удалось отвадить их от плато, за голову каждого давали тройную награду. Учитывая, что сейчас сезон Дикой Охоты, этот вариант не стоило отбрасывать. Я вспомнил все, что мне было известно об этих тварях: горные, очень сильные, хитрые, свирепые и территориальные, иногда с зачатками примитивной культуры. Они были не просто гигантскими обезьянами, скорее чем-то средним между ними и питекантропами, и потому представляли нешуточную опасность…

— Импеллеры не глуши, — приказал я Фьюри. — И подними свою птицу. Пусть кружит над нами и смотрит по сторонам. Юки, Кроу, Жабник — со мной. Грохот — держишь выход.

— Я сделаю репортаж! «Трагедия Станции Терра» — это материал года! Люди должны знать…

— Привяжите ее к чему-нибудь. Можно за шею. Кардо, поедешь домой, как только установим связь с Небом…

— Это произвол! Насилие над свободной журналистикой! Я протестую! — взвыла девчонка, но никто ее слушать, конечно же, не стал — пристегнули пластиковой стяжкой к ободу койки, и все.

Аппарель с гулом опустилась, впуская внутрь воздух Таира. Он даже на вкус был другим — холодным, с запахом горелого камня и чего-то неуловимого, но неприятного.

— Воняет, на, — проворчал Грохот. — Командир, тяжелое надевать? На всякий?

Воочию руины выглядели еще страшнее. Каждый шаг открывал новые подробности бедствия. Четыре параллельных рваных борозды в куполе — следы огромных когтей? Разорванный синий комбинезон с нашивкой «Терра. Научная группа». Россыпь унитарных патронов и раздавленный «Суворов». Контейнер с припасами, выпотрошенный и смятый. Содержимое разбросано, частично растоптано, частично… съедено?

— Кроу, проверь вышки и склады. Жабник — теплицу и вон тот ангар… Юки, ты со мной, — я кивнул в сторону жилых модулей, в которых должен был находиться командный центр, вокс-передатчик и, возможно, сохранились какие-нибудь данные. Кто-то же оставил сигнал SOS.

«Домусов» в Терре было двенадцать. Девять жилых, один — что-то вроде кухни-столовой с пищевыми синтезаторами, еще один — медком, где уцелела диагностическая капсула, и последний, центральный, — научно-командный. Везде царил лютый разгром — опрокинутая мебель, разбитые терминалы, разбросанные повсюду личные вещи. Такое ощущение, что нападавшие крушили и ломали все, до чего могли дотянуться. Попадались засохшие багровые пятна и следы пожара, явно залитые аварийными системами, но тел не было, и это внушало надежду. Я обнаружил внутри огромный, размером с тауро, валун и несколько каменных обломков поменьше, явно принесенных извне — возможно, сквозь зияющие дыры в своде куполов. Они выглядели так, будто металлокомпозит рвали и отгибали гигантскими руками. На рваных краях ветер шевелил странные седые волоски — остатки шерсти тех, кто протискивался внутрь?

Как я и надеялся, центральная ось командного модуля, где находилось сердце «Домуса» — когитор, вокс-передатчик, энергоячейка и начинка систем жизнеобеспечения, — уцелела. Панель управления сорвали, индикаторы мигали алым — разгерметизация, боевая тревога, аварийный режим… Вокс-сеть, конечно, отсутствовала, но благодаря помощи Скай я отыскал нужный порт и запустил протокол принудительной активации. А затем — дело техники, мой когитор мгновенно взломала слабенький гамма-когитор жилмодуля и получила доступ ко всему массиву хранившихся данных — логам, журналам событий, служебным записям, вокс-переговорам и прочему, что колонисты Терры доверили главному серверу…

Скай: Командир, данные получены. Провожу экспресс-анализ… Готово. Воспроизвожу…

В мое внутреннее ухо, хрипя и захлебываясь помехами, полились голоса мертвой колонии.

«Что⁈ Дозорный-три, подтвердите визуальный контакт…»

«Терра, подтверждаю! Северный склон, все сектора! Множественное движение, крупные объекты. Двадцать… нет, уже больше… поднимаются к нам… черт, это… о боже мой…»

«Центр, это… быстрее будите Чжэнь и Рамиреса! Поднимайте всех! Они несут камни! Это обезьяны… и Каменный Гром! О боже, какой он огромный!»

«Боевая тревога! Дозорный-три, продолжайте наблюдение… Всем постам — код желтый. Повторяю, код желтый…!»

«Это Рамирес. Отставить желтый. Код красный. Все бойцы — на периметр. Остальные — в укрытие. Чжэнь, слышишь меня?»

«К черту медблок. Готовь эвакуацию! Он, черт побери, золото…»

Грохот. Отдаленный, но мощный — удар чего-то тяжелого о металл. Крики.

Знакомый треск «Суворовых». Шипение энергетических зарядов. И затем — рев, мгновенно вытеснивший все прочие звуки, как горная лавина. Низкий, вибрирующий, полный первобытной ярости.

«Стена пробита! Секция четыре — пробита! Они внутри!»

Удары. Грохот. Скрежет рвущегося металла. Крики. Снова рев — но другой, послабее, с ноткой боли.

«Гром идет к командному! Он идет прямо сюда!..»

Треск. Лязг. Грохот. Женский крик, оборвавшийся влажным хрустом.

«…держим сколько можем… прикрываем отход…»

«…твари хватают людей… ХВАТАЮТ И УНОСЯТ…»

А затем — помехи, сквозь которые доносился лишь грохот, рев, отдельные выстрелы и душераздирающие крики. И все это на фоне монотонного SOS — похоже, оператор вокс-передатчика успел вдавить единственную кнопку, прежде чем спастись бегством или стать добычей нападавших.

Скай: Анализ завершен, командир. Хронология: Станция Терра атакована шестнадцать древодней назад. Атакующие: прайд гигантопитеков, предположительно в состоянии Дикой Охоты, не менее двадцати-тридцати особей, альфа-самец золотого ранга. Население колонии на момент атаки — четыреста семьдесят три человека. Продолжительность активной фазы атаки — сорок восемь минут. Подтверждена гибель как минимум тридцати шести человек. Дальнейшая судьба остальных колонистов неизвестна, но сюда они не возвращались.

Значит, гигантопитеки… Не верилось, что прайд диких тварей, пусть даже и многочисленный, мог разгромить крупное земное поселение, однако если среди нападавших было золото… то все серьезно менялось. Дикая Охота вновь показывала свои клыки, пусть и в чужом Круге. Но самое главное — куда делись выжившие? Они не вернулись на руины Станции — очень плохой знак, но я не нашел тел — значит, гигантопитеки забрали их с собой?

— Хватают и уносят, — повторил я вслух. — Они брали пленных?

Почти пятьсот человек. Прайд в несколько десятков тварей вряд ли мог убить или захватить всех. Кто-то обязательно убежал, по воксу говорили об эвакуации и упоминали восточное ущелье… Скай мгновенно откликнулась, подтвердив мои мысли, — в числе прочего она скачала карты и отметила на них поселения и пути к ним. Колонисты Терры торговали с Камнерожденными, ближайший выход из подземных городов которых находился в двухстах двадцати километрах отсюда. И как раз на востоке, если принять координаты Терры за условный «запад» Круга Таир. Возможно, выжившие эвакуировались именно туда…

Но тогда почему не вернулись? Я вышел из жилмодулей, подзывая своих бойцов. Кроу уже возвращался — у стен и вышек не обнаружилось ничего интересного, кроме брошенного оружия и перевернутого, но вполне исправного глайдера. Он тащил «Иглу», «Вдову» и «Янтарь». Хорошие трофеи, нам пригодятся…

Жабник сообщил о результате обыска теплицы и ангара — там находился цех с измельчителем, двумя целехонькими Репликаторами и, вероятно, набором Схем — очень ценная находка, если бы мы могли вскрыть контейнер с встроенным мегакриптором. И склады. Тот, что содержал ресурсы, не заинтересовал нападавших, а вот все съедобное они выгребли и сожрали. А что не смогли — разбросали.

— Здесь были приматы, yaar! — уверенно заявил Жабник. — Следы, шерсть, экскременты — принадлежат гигантопитекам. Судя по разрушениям — особям со звездными способностями. Крупным или сверхкрупным. Обычно они опасны, но предсказуемы, но время Дикой Охоты эндокринная система идет вразнос и они становятся гораздо агрессивнее!

— Так и есть. Чертова Дикая Охота! — ответил я. — Скажи, док, гигантопитеки могли захватить землян в плен? Живыми?

— Хм… — задумался доктор Мукерджи. — В плен? Мне неизвестны особенности фауны этого Круга, но, вообще… гигантопитеки иногда демонстрируют примитивную культуру и зачатки социальной структуры, которую обычно копируют у людей. Звездные особи часто гораздо умнее остальных и способны на непредсказуемое поведение. В плен… хм… как запас пищи или живые игрушки для детенышей? Нетипично для этого вида, но теоретически это возможно.

Я на мгновение задумался. Открывать здесь Портал, как планировал Кассиди, сейчас не имеет смысла, потому что он в первую очередь предназначался для переговоров и возможной эвакуации колонистов Терры. Нужно сначала выяснить их судьбу. Но и оставлять в руинах Терры ценную добычу не стоит — особенно Репликаторы, Схемы, оружие и транспорт. Все это здорово пригодилось бы нашему фригольду… Вероятно, для начала нам стоит хорошенько пошарить здесь, с помощью Скай забрать Схемы, отыскать арсенал и хранилище экзоресурсов — где-то же они их прятали? А потом постараться найти выживших и по результатам выйти на связь с Винсом через Домен, пусть решает…

Но, увы, порадовать бойцов новым заданием я не успел.

— Внимание! — голос Фьюри в вокс-канале был острым, как лезвие. — У нас гости. Крупные гигантопитеки. Одиннадцать часов, скальный проход. Быстро приближаются!

— Наблюдаю три… нет, пять особей! Двигаются быстро! Бронза… и серебро.

Видимо, по моей гримасе и тону сразу стало ясно, что нужно шевелиться, — мы рванули к «Грифону» как ошпаренные. Фьюри не ждала команды — машина оторвалась от земли, пока закрывалась аппарель. Чтобы не терять времени, я с помощью Призрачного Шага перенесся в кабину, появившись сразу в ложементе, — и вовремя, потому что бурые силуэты уже вырывались из скального проема. Не бегущие — скачущие на четырех конечностях подобно огромным гориллам, только каждая — раза в два-три крупней… Четыре метра в холке? Пять? И они двигались с удивительной ловкостью, гораздо быстрее, чем можно было ожидать от таких туш.

Скай: Внимание, обстрел! Необходим маневр уклонения!

Когитор вошла в боевой режим, мир раскрасили зеленые, алые и желтые векторы — эти твари дружно метнули в нас здоровенные, с человеческую голову, булыжники! Я успел бросить винтокрыл на крыло, чтобы избежать пересечения с их траекториями, но полностью выйти из «зоны обстрела» не успел — один из камней с лязгом ударил в борт, второй с визгом по касательной задел обшивку. Удар вышел чувствительным, но ничего серьезного — вмятина, не более того. А вот если они попадут в импеллер… Я заложил крутой вираж, ускоряясь и одновременно пытаясь уйти подальше от вдруг ставшими опасных руин.

Не меньше десятка… бурые и черные гигантопитеки, очень похожие на тех, что обитали в горах нашего Круга. Мощный торс, огромные длинные руки… нечто вроде примитивных доспехов из костей и металлолома… Половина тварей сияла ореолами Звездной Крови — четыре дерева, бронза, серебро…

Сначала мне показалось, что это склон шевельнулся и шагнул нам навстречу. Но нет — от ближайшей скальной террасы отделилось нечто, на мгновение закрыв собой панораму Станции Терра.

Седая, как изморозь на черных валунах, шерсть. Грудь шириной с «Домус». Морда — покрытая шрамами клыкастая маска с двумя желтыми огнями глаз.

Он выпрямился во весь рост — двенадцать, пятнадцать метров? — и на миг мне показалось, что рубиновое небо стало ниже.

Скай: Внимание, обнаружено формирование сверхмощного инфразвукового импульса с азур-поражающим фактором! Немедленный маневр уклонения!

Одновременно когитор активировала Руну Спирали Времени, и, наверное, только она спасла нас, потому что мой первый разворот позволил лишь частично выйти из алого раструба конуса, которым на тактической сетке выглядел звуковой удар гиганта.

Он задел нас краем — и даже так ударил как кувалдой. Рев — оглушающий, низкий, вибрирующий. У меня заныли зубы, потемнело в глазах, скрутило желудок и зазвенело в ушах, а Фьюри, кажется, мгновенно вырубило. О тех, что были не Восходящими и сидели в десантном отсеке, не стоило и говорить… Винтокрыл моментально закрутило в неуправляемом штопоре, красное небо рванулось вверх, черные скалы, силуэт альфы и руины слились в бешеном хороводе! Я не мог стабилизировать полет — и лишь Руна Медленного Падения позволила пережить те шесть секунд, что откатывалась временная спираль.

Но зато второй шанс, конечно, использовал по полной. Зная, где пройдет конус, мгновенно ушел в пике, пропустив звуковой импульс над собой, и мы отделались невероятным мощным эхом рева, на пару минут лишившим всех слуха.

— Уру-ру! Сам сюда иди, обезя! — в ответ взревел Грохот в десантном. — Образина, на!

Да уж! Мы стремительно, с максимальной скоростью уходили на высоту. Скай уже вывела ТТХ золотого удара — сектор двадцать пять градусов, дальность до трех километров, — но на этом приключения не закончились. Золотая тварь метнула нам вслед обломок размером с половину винтокрыла, причем с такой точностью, что мне вновь пришлось делать резкий вираж, чтобы разминуться с каменюкой.

Я выдохнул, когда огромный вожак потерялся внизу. Кажется, ничего по-настоящему дальнобойного у него в запасе не было — и славу Незримому, как говорят в Единстве. Наконец-то заметил три свежих задания Наблюдателя — бронза, серебро, золото…

— Проверка экипажа, — хрипло сказал я. — Все целы?

Судя по звукам, Юки блевала. Жабник и Кроу подозрительно молчали. А потом странную тишину нарушил матюгнувшийся Грохот:

— Звездный Флот… докладываю: у нас тут проблема, на! Кардо… нет.

Я взглянул через камеру в десантный отсек. Койка, к которой мы пристегнули журналистку, — пуста, болтается обрезанная пластиковая стяжка. Рядом — забытый рюкзак Кардо. Но самой рыжей идиотки…

Скай: Анализ записей бортовых камер. Элеонора Кардо покинула винтокрыл шесть минут тринадцать секунд назад, во время осмотра руин, используя маскировочный плащ-хамелеон. Предполагаемое направление движения — к командному модулю…

Она сбежала, воспользовавшись тем, что Фьюри смотрит через «Глаза Птицы», а мы обыскиваем колонию. Выбралась за своим чертовым репортажем. За «материалом года». И теперь…

Теперь она внизу. В компании десятка разъяренных гигантопитеков и их золотого вожака.

Глава 12

— … шустрая, на! Прошмыгнула, крыса рыжая, пока я на аппарели стоял. Думал — ветер шуршит, йопта… Командир! Десант своих не бросает! Надерем задницы этим макакам!

Толя, Толя… Я открыл глаза. Когитор уже проанализировала полученные задания — два стандартных, на снижение популяции гигантопитеков в рамках Дикой Охоты, золотое — на ликвидацию Каменного Грома, особи, представляющей угрозу Народам Единства…

В глазах Фьюри, уже пришедшей в себя после оглушающего рева, мелькнуло что-то — удивление? Сомнение? Но голос дубль-пилота остался ровным:

— Сэр, там золотой альфа и не меньше десятка…

Она была совершенно права. У нашей группы нет никаких шансов против прайда звездных полуобезьян с золотым вожаком. Скай тоже считала возвращение нерациональным — вероятность спасения Кардо оценивалась ниже пяти процентов. Даже если она затаится под своим плащом где-нибудь в руинах, у гигантопитеков прекрасный нюх…

Но люди не всегда должны быть рациональны. Мне опять вспомнилась Черная Пасть, Юки на ее краю, наша борьба с Белым Дьяволом за ее жизнь и вылеченный перелом у первобытных людей как первый признак цивилизации. Лечить и защищать слабых — вообще нерационально, но это именно то, что делает нас людьми. Не машины, противостоящий палец или абстрактное мышление…

Да, Кардо — болтливая, наглая и самоуверенная идиотка. Но она — живой человек, землянка и вот-вот попадет в лапы тварей, которые запросто разорвут ее на куски. И еще она — в моем экипаже, а я солидарен с Толей — своих бросать нельзя. Даже тех, кто сам в это вляпался…

И потому я приказал Скай заткнуться и разработать план. Пять процентов не ноль, в прямой бой ввязываться не стоит, но у меня имелся Аспект и была Руна Переноса. Может, получится выдернуть Кардо из-под носа у этих тварей? К тому же удачу и случайности никто не отменял. Может, обезьяны ее вообще не заметят?

— Знаю, Фьюри. Разворачивайся. Высота — не меньше трех тысяч. Я использую Аспект…

Фьюри не очень уверенно кивнула и заложила плавный поворот. «Грифон» начал описывать дугу, возвращаясь к развалинам Терры, а я, не дожидаясь — ведь каждая секунда могла стоить Кардо жизни, вновь раздвоился, скользнув большей частью восприятия в эфирный Аспект.

Гигантопитеки еще были там, неторопливо бродили возле серебристых куполов — спокойно, как у себя дома. Я сразу увидел Каменного Грома — альфа стоял в центре, возвышаясь над развалинами, как чудовищный памятник. Его размеры опять поразили — наиболее крупные сородичи уступали вожаку как минимум вдвое.

Золотой гигантопитек разглядывал что-то на ладони, поднятой к морде.

У меня внутри все сжалось — и на этот раз предчувствие не обмануло.

Она явно была жива — шевелилась, съежившись в гигантской пригоршне. Мигал зеленый индикатор налобной камеры — неужели даже сейчас что-то записывает? Патриарх же рассматривал добычу. Внимательно и неторопливо — как ребенок найденного жука… Он принюхивался, черные ноздри размером с кулак раздувались, и вдруг издал низкий горловой звук, но не угрожающий, скорее заинтересованный.

У меня мелькнула безумная мысль — пока вожак увлечен находкой, быстро перенестись, схватить Кардо и либо прыгнуть обратно с помощью Руны Переноса, либо телепортироваться с ней в Домен. Скай мгновенно отмела оба варианта — обратный Перенос не успеет перезарядиться, нет визуального обзора точки возвращения, а Домен… пока я буду хватать девушку, альфа десять раз может сжать кулак, превратив нас обоих в кровавое месиво. Нет, не пойдет…

Маленькая фигурка на огромной ладони. Красавица и чудовище, только тут не будет счастливого конца… Патриарх осторожно ткнул ее пальцем второй руки, едва не столкнув вниз. Кардо скользнула, вцепилась в складку кожи, повисла на десятиметровой высоте. Ее отчаянный визг был слышен даже с расстояния в несколько сотен метров.

Каменный Гром издал звук, похожий на утробный смешок. Небрежно стряхнул журналистку на вторую ладонь, поднес к морде — так близко, что мог бы слизнуть языком. Казалось, он изучал каждую ее деталь — бледную кожу, рыжие волосы, зеленый огонек налобной камеры…

Скай: Поведение характерно для высокоразвитых приматов. Золотой альфа демонстрирует любопытство. Это снижает непосредственную угрозу жизни объекта, но…

Патриарх сгреб Кардо в кулак, не сжимая, просто фиксируя, и почти по-человечески зашагал к скальному проходу. Из его руки торчала только рыжая макушка и одна рука, пытающаяся разжать огромные пальцы.

Остальные гигантопитеки один за другим последовали за ним.

На мой Аспект, серебристой тенью реющий далеко в высоте, они не обращали никакого внимания, и я вернул часть восприятия в винтокрыл, другой половиной продолжая отслеживать процессию.

— Они ее взяли, — я включил громкую связь. — Живой. Думаю, тащат в свое логово.

— Что будем делать, сэр? — Фьюри смотрела на меня, ожидая приказа.

— Всей группе. Слушай мою команду! — я говорил предельно жестко, чтобы сразу отсечь все возражения. — Попробуем вытащить Кардо. Она хоть и… но на ее месте мог оказаться любой из нас. Вопросы есть?

Вопросов не было. Только тяжелое молчание — все понимали наши шансы. Даже серебряный гигантопитек невероятно опасен, а уж золото… Нам оно точно не по зубам.

Однако вступать в прямое противостояние совсем не обязательно, скорее глупо. Решение, благодаря Стратагемам, у меня созрело сразу, и даже Скай сочла его оптимальным. Жертвовать шестью жизнями и успехом экспедиции ради взбалмошной журналистки я не собирался, а вот своей, отнюдь не единственной, можно и рискнуть. Поэтому винтокрыл и команда на подхвате, на безопасной дистанции, пока в деле только мои Руны и Аспект.

Проведем разведку. Мы должны узнать, где находится логово этой стаи. Возможно, получится спасти Кардо или выяснить судьбу исчезнувших колонистов Станции Терра. Очевидно, Элли не первая. Твари хватали людей — значит, есть надежда, что мы найдем кого-то там, куда они направляются. И, судя по быстрому появлению Грома и его сородичей у Станции, это место не очень далеко…

Гигантопитеки передвигались быстрыми скачками, как гориллы, используя все четыре конечности. Несмотря на массу, они с удивительной ловкостью преодолевали пересеченную местность — куда там человеку! Вскоре стая вышла ко входу в узкое ущелье, рассекающее скальный массив подобно следу от удара исполинского топора. По обе стороны полукольцом громоздились валуны и сломанные стволы черных деревьев, образуя нечто вроде импровизированной стены. Ее явно соорудили не люди — слишком примитивно, чересчур грубо. И глупо — зачем вообще здесь эта нелепая баррикада? Обойти или перелезть ее — раз плюнуть. Неужели гигантопитеки построили ее, подражая человеческим укреплениям?

Пока я следовал за ними, неплохо разглядел этих тварей. Некоторые полуобезьяны безо всякой нужды напялили на себя остатки человеческого снаряжения, странных костей и надкрылий сталь-жуков, связанных чем-то вроде прочных лиан. Смотрелись эти «доспехи» одновременно смешно и жутко — потому что выдавали, что перед нами — уже не совсем животные. Они зачем-то копировали поведение людей, до конца не понимая его смысла.

Стена, доспехи, пленники… Золотой альфа прошел первым, остальные потянулись за ним. Лететь за ними я не рискнул, предпочтя осмотреть ущелье с высоты, благо вид открывался прекрасный — полуобезьяны уничтожили почти всю растительность на горных склонах.

Логово представляло собой трапециевидный тупик слишком правильной формы, чтобы быть игрой природы. Это место построили кел — давно, очень давно, так что время превратило все в груды неразличимых развалин, чьи камни почти утратили форму. Древние руины, вросшие в горы. И среди них — неряшливые жилища гигантопитеков из деревьев, листьев и оранжевого мха. В дальнем тупиковом конце — черный провал прямоугольных врат. Там-то и исчез Каменный Гром вместе с Кардо. Другие же гигантопитеки втягивались в ущелье, разбредались по «гнездам». Помимо тех, что пришли, внутри присутствовали и другие — самки, молодняк, детеныши. И немало! Я насчитал тридцать шесть особей — но, возможно, их было больше.

Очень странно! Обычный прайд — это альфа, три-четыре самки и их детеныши. Молодняк отваливается, как только взрослеет. Здесь — слишком много взрослых особей, и, судя по окрасу, они принадлежат к разным семействам…

У западной стены, в темных нишах, там, где виднелись очертания прямоугольных колонн, что-то было… пришлось спуститься пониже, чтобы рассмотреть странное ограждение из камней и стволов. Для гигантопитека — по грудь, для человека — непреодолимая стена.

Внутри находились люди. Как минимум — десятки. Сбившиеся в кучки, прижавшиеся друг к другу. Грязные, оборванные, изможденные. Некоторые лежали неподвижно — возможно, спали или были слишком слабы. Другие сидели или бродили.

Зачем гигантопитеки держат их в загоне, как животных? И почему Кардо вожак забрал с собой, а не бросил к остальным?

В любом случае требовалось установить контакт, а для этого нужно как-то попасть вниз! Я задумался, как это сделать. У гигантопитеков, особенно звездных, отлично развит слух и нюх, а вот зрение, вероятно, слабовато. Если я использую Перенос, золотое сияние Руны наверняка вызовет переполох. Нужно действовать иначе, скрытно и бесшумно. На Аспект твари внимания не обращали, в небо особо не смотрели — значит, Дракон может доставить меня на край ущелья, а оттуда под Рунами Плаща Тишины и Полной Невидимости я смогу «прыгнуть» вниз с помощью Призрачного Шага. Отвесные стены — не более тридцати метров, главное — чтобы не почуяли чужака…

Я вновь вернулся в ложемент винтокрыла, описывающего круги далеко-далеко в безопасных небесах. Фьюри взглянула на меня покрасневшими глазами, ребята спали прямо в снаряжении — почти двое суток в пути, всем нам требовался отдых…

Я открыл Скрижаль, передавая ей один из трех Порталов в Небо. Тот, что планировалось открыть здесь, в Терре.

— Я их нашел. Слушай внимательно, Фьюри. План такой… — Скай перенесла на карту собранные нами данные, и я выделил нужные координаты. — Логово — здесь, в ущельях. Старые кел-руины. Не менее полусотни тварей, много звездных. И загон с людьми — вероятно, выжившие из Терры. Кардо где-то там же, в глубине. Лезть туда всем вместе — самоубийство, поэтому я пойду один, под Рунами Невидимости и Тишины. Выясню, что с колонистами, что с Кардо, как можно их спасти, и вернусь. В случае серьезной опасности — уйду в Домен и дам знать нашим. Ты временно принимаешь командование группой. До экипажа доведешь информацию сама. Все ясно?

— Какие инструкции, если ты… — Фьюри чуть помедлила, — не вернешься?

— Если я не появлюсь или не выйду на связь через шесть часов, летишь к поселению Камнерожденных. Там откроешь Портал в Небо и получишь новые указания от руководства колонии.

— Принято, сэр, — она прикоснулась двумя пальцами к виску и негромко добавила: — Удачи…

Руна Полной Невидимости и Плащ Тишины превратили меня в серебристого призрака верхом на призрачном драконе. Удивительное зрелище для темнеющих небес Таира — наступала местная ночь, и мне это было только на руку.

Сверху ущелье выглядело как шрам на теле горы и пестрело неподвижными пятнами Звездной Крови — гигантопитеки явно предпочитали ночью спать. Три бродячих пятна в окрестностях, два у входа — часовые? И золотой ореол альфы в глубине горы — благодаря рунным Навыкам он ощущался как тепло далекого костра.

Я выбрал место для десантирования: уступ на восточной стене в тени нависающего козырька. Отсюда до загона метров сорок по вертикали и сотня по горизонтали.

Используя Цепкость, вновь полез по холодным камням, медленно, осторожно, прислушиваясь к каждому звуку. Старая резьба на отвесных стенах здорово помогала. Снизу доносилось ворчание, звериный храп, чье-то ленивое рычание. И било смрадом застарелого зверинца — мускус, гниль, сладковатый запах разложения.

Теперь — Воздушный Прыжок, Медленное Падение… и Призрачный Шаг!

Благодаря сочетанию Рун я появился ровно в той точке, где и планировал, — в человеческом загоне у одной из стен в тени полуразрушенной колонны. Плащ Тишины погасил звуки приземления, а Полная Невидимость защитила от чужих глаз — тень среди теней. Вонь немытых тел, отбросов и дерьма тут же убедили, что выделить мой запах в таком букете не сможет самый чувствительный нос. И все же для верности я ждал, вжавшись в стену, не поднимется ли тревога, не почуют ли звездные твари незваного гостя…

Загон был еще теснее, чем казалось сверху. Чрево полуразрушенной пещеры, сто на тридцать метров, и в этом пространстве находились сотни людей. Лежали неподвижно — спали или были слабы, сидели, сбившись в кучки, стояли… Да — это были земляне, колонисты Терры, в ободранных комбинезонах, уже превратившихся в лохмотья. Сами люди тоже походили на тени — худые, грязные, невероятно изможденные.

Шестнадцать дней. Они провели тут шестнадцать дней.

Мое зрение отмечало разные детали. Восходящих…кажется, нет. Элли Кардо — тоже. Примерно поровну мужчин и женщин. Не меньше десятка детей, прижавшихся к взрослым. Мутная лужа в углу загона — поилка? Подстилка из черно-красных мясистых листьев. Куча обглоданных костей и гниющие огрызки фруктов. Кривое зеркало реальности: звери посадили людей в клетку…

Изучая обстановку, я активировал новую Руну — Ночницу, шустро побежавшую по ограждению. Она должна незаметно пробраться в темные врата, куда ушел король гигантопитеков, и выяснить судьбу нашей незадачливой пассажирки.

Быстро, быстро она бегает… В измененном зрении Ночницы мелькали руины, «гнезда» гигантопитеков и низкорослые заросли, позволяющие остаться незамеченной. Держать ее и Аспект, одновременно контролируя все вокруг, оказалось сложно — и я развеял Звездного Дракона, сосредоточившись на Существе.

За полуразрушенными вратами в конце ущелья оказался зал. Огромный, древний, подавляющий. Пол, покрытый слоем грязи, какие-то чудовищные костяки, обломки, на стенах — силуэты с нечеловеческими пропорциями. Они сражались? Танцевали? Я не мог понять — время почти стерло резьбу. Двенадцать обглоданных временем колонн, испещренных рунами, за ними — что-то вроде возвышения. На нем — аккуратно уложенные черепа, принадлежащие неизвестным животным — огромные, рогатые, разные. Были среди них и человеческие — десяток, не меньше. Свежие и старые вперемешку.

А выше, используя несколько плоских камней как трон с подлокотниками, развалился спящий альфа. Огромный, седой — и все равно страшный. Он спал? Ночница взобралась на какой-то булыжник, чтобы осмотреть зал получше, и я наконец нашел Кардо. Неподвижная, обмякшая рыжая «журналистка» лежала в его полураскрытой ладони. Жива? Без сознания?

Скай: Объект «Элеонора Кардо» жив. Поза указывает на потерю сознания, возможно, болевой шок. Немедленная угроза жизни отсутствует.

Зачем он вообще держит ее при себе? Почему не поместил к остальным? И главное — как ее оттуда вытаскивать?

Ладно, разберемся. Хотя бы теперь известно, где и что находится. Оставив Ночницу в зале, я вновь сосредоточился на пленниках из Терры. Пора было выходить на контакт.

Женщина, сидящая около меня, испуганно вскрикнула, когда пустота вдруг материализовалась в человеческую фигуру. Мужчина за ней отшатнулся и схватил обломок камня.

— Тихо! — прошипел я на глобише, показывая пустые руки. — Я человек! Восходящий. Пришел вас вытащить!

Встревоженный гул голосов — к счастью, негромкий, многие спали, — прокатился по загону. Люди поднимались, поворачивали головы. Кто-то смотрел с изумлением и надеждой, кто-то с недоверием, некоторые — с безразличием.

— Пожалуйста, сохраняйте тишину! У вас есть главный? — я говорил тихо, но отчетливо. — Старший? Рикс, командир?

После некоторого замешательства толпа расступилась, выпуская вперед невысокую женщину. Азио, немолодая, короткие волосы с сединой, решительно сжатые губы и изумленный, но все равно жесткий, колючий взгляд.

— Ч-шшш! — яростно прошипела она. — Идите сюда… Вы, закройте нас. Быстро! И прикройте рты, пока обезьяны не проснулись!

Люди сомкнулись вокруг живым щитом, загораживая укромный угол, — так, чтобы взгляд снаружи не мог ничего обнаружить. А я вдруг понял, что азио — не просто человек. В ее запястье виднелся стигмат, но не было стандартной ауры Восходящей. Аврора — причем «выключившая» свою силу, но я-то видел тусклое, едва заметное свечение Звездной Крови в ее груди.

— Доктор Мэй Чжэнь. Командор Станции Терра. Бывший, естественно… Вы?

— Сигурд Морозов, командир экспедиции «Одиссей-два».

— Нет, из фригольда Небо, круг Элтанир. Мы летели в Альфу через вас. Поймали SOS и нашли развалины вашей колонии. А потом вас…

— Небо… — мне показалось, что в ее глазах мелькнуло разочарование. — Как вы сюда попали?

— С помощью Рун. Я Восходящий, мэм, — я позволил себе легкую улыбку. — Как и вы, полагаю. Где остальные ваши Восходящие?

— Все, кроме меня, погибли… Вы сказали «Одиссей-два»? А что случилось с первым «Одиссеем»?

— Долгая история. Сейчас важнее другое — сколько вас? Здесь все выжившие?

— Около двухсот пятидесяти человек. Остальные погибли или умерли. Вы… сможете нас вытащить?

— Возможно. Расскажите мне все, только коротко. Что здесь происходит? Почему они вас…

— Не сожрали? — командор криво усмехнулась. — Потому что мы им нужны живыми. Пока.

Она говорила очень тихо, но быстро, то и дело оглядываясь на ограду, но гигантопитеки пока спали в своих гнездах.

До начала сезона Дикой Охоты Каменный Гром и его прайд много циклов обитали высоко в горах, в сотнях километров от Станции Терра, никак не угрожая земным колонистам. Но с приходом нового небесного знака все изменилось. Седой гигантопитек оказался самой сильной из горных тварей и быстро уничтожил конкурентов, подчинив себе остальные стаи. В начале сезона альфа был сильным серебром, и на него несколько раз устраивали охоту Восходящие местных Народов, однако Гром оказался хитрее охотников, которые лишь помогли ему получить золотой ранг.

И вот тогда началось самое страшное. Став золотым, Каменный Гром спустился с гор и начал захватывать новые территории, демонстрируя совершенно нетипичное поведение. Он стал золотым владыкой, создающим собственное обезьянье королевство. Умный, намного умнее прочих, Гром не просто агрессировал, подчиняясь зову Дикой Охоты. Он правил — вернее, изображал, что правит, копируя человеческую иерархию и заставляя своих подданных делать то же самое. Перед нами, оказывается, был самородок, первым из своего вида осознавший и, главное, применивший на практике концепцию крепости, стен, доспехов, часовых и много чего еще… Чингисхан гигантопитеков, полностью изменивший их социальное устройство. Вернее, только запустивший этот процесс…

— Три функции. Запас пищи. Они забирают кого-то из нас, когда не находят добычи. Вторая — развлечение. Для молодняка и детенышей. Они играют с нами. Заставляют бегать, кричать. Их это забавляет.

— Он нас изучает. Наблюдает. Копирует. Пытается использовать. Он… учится…

— Много чему, мистер Морозов. Гром разумен и весьма умен… Но давайте перейдем к делу. Вы ведь на «Грифоне» Альфы прилетели? Сколько вас? Чем вы можете нам помочь?

Я на мгновение задумался. Людей надо спасать. Можно было бы открыть Портал прямо здесь, прямо сейчас, пока обезьяны спят, но…

Портал сияет, как новогодний фонарь. Он мгновенно привлечет внимание. А двести пятьдесят человек — не иголка, стандартный Портал они будут проходить двадцать-двадцать пять минут, это не считая времени на организацию и помощь тем, кто не может двигаться самостоятельно. К тому же приемник в Небе закрыт, там никто не ждет толпу беженцев из Терры прямо сейчас. Придется долго объяснять дежурному, что это не вторжение, и пока все утрясется, гигантопитеки сто раз успеют проснуться… и устроить тут настоящее побоище. И Элли Кардо. Что делать с ней?

Нет, импровизация, скорее всего, провалится. Нужна хотя бы минимальная подготовка и полноценная операция — отвлечение основных сил врага, эвакуационный коридор, прикрытие… Без поддержки эта затея обречена на провал.

— Доктор Чжэнь. Мы можем вам помочь. Но для этого нужно, чтобы вы переместились со мной. Только вы. Сейчас — другого шанса не будет.

— В безопасное место. Перенесу вас с помощью Руны. Мое командование должно знать все детали, чтобы организовать спасательную операцию.

— Нет, — твердое, как камень, «нет», и мне стало ясно, почему именно Чжэнь — глава Терры. — Я не оставлю своих людей. Это невозможно.

— Я верну вас, — твердо сказал я. — Через час, может — два. И тоже вернусь с вами. Гром захватил одного из моих людей…

— Постойте, — она вдруг схватила меня за рукав. — Ваш человек? Где?

— Сейчас она в его логове, без сознания. Зачем она ему?

— Женщина? Молодая? — глаза Чжэнь тревожно сузились. — В его зале? У меня плохие новости, мистер Морозов! Грому знакома концепция ловушки. Он сохранил ей жизнь не из жалости. Он знает, что вы за ней придете. Люди всегда приходят за своими…

У меня по спине пробежал холодок. Все происходящее предстало в ином свете. Значит, золотая тварь знала, что винтокрыл вернется за Кардо? Поэтому и не стала убивать сразу? Заманивала нас в ловушку? Поэтому, может, и не реагировал на Аспект — специально позволял себя найти…

В этот момент Скай подняла тревогу, а я переключился на Ночницу — вовремя, чтобы заметить огромный желтый глаз и черную ладонь, падающую сверху. В следующий миг сломанная Руна вернулась в мою Скрижаль — Каменный Гром прихлопнул Существо, как блоху.

А еще через мгновение его чудовищный силуэт появился в проеме разрушенных врат.

Глава 13

Похоже, тварь поняла, что в логово пробрался чужак!

А если и не поняла — то через несколько мгновений узнает, нельзя недооценивать чутье золотых монстров. И тогда…

Услышав тяжелые шаги Грома, люди замерли, Мэй Чжэнь побелела, как мел. Оставаться в загоне было смертельно опасно, не только для меня, но и для всех окружающих, и потому я принял решение — схватил худенькую и легкую Чжэнь за талию, прижал к себе и активировал возвращение в Домен.

Кажется, она пыталась сопротивляться, но куда там ослабленной пленом женщине тягаться с серебряным Восходящим. Мы долгое мгновение падали меж мирами, преодолевая немыслимое расстояние, а затем вынырнули в серебряный свет.

Я выпустил Чжэнь. От неожиданности она едва не упала. И замерла, потрясенно глядя на изящные шпили Серебряного Замка, посыпанные каменной крошкой дорожки, струящийся из купели водопад, ленту ручья в роще свет-деревьев и плетение галактик на темно-фиолетовом небе. Птичьи трели, цветочный аромат и упоительно чистый воздух — мы из душного ада шагнули в прохладный рай.

— Добро пожаловать в Серебряный Замок, командор. Это наш Домен.

— Домен, — повторила она медленно, продолжая озираться. — У вас есть Домен… Золотая Руна?

— Трофей, — я не стал вдаваться в подробности. — Мэм, Каменный Гром… не повредит вашим людям?

— Не знаю, — после небольшой паузы ответила она. — Ночью они видят плохо. Вряд ли он заметит исчезновение одного человека… Гром умеет считать, но не до ста. Дело в другом — без меня там начнется хаос! Люди… это мои люди! Вы можете вернуть меня обратно?

Над нами уже кружился любопытный «Обсервер», а в глубине здания слышались шаги — дежурный спешил навстречу.

— Да. Но сначала вы должны поговорить с моим руководством.

— Хорошо… — Чжэнь пошатнулась, едва не упала, я подхватил ее и вдруг понял, что командор держится на чистом упрямстве. — Все нормально, просто голова… кружится. У вас тут есть вода… и еда?

Из холла Серебряного Замка вышел Минос, и я был чертовски рад его смуглой физиономии.

— Сигурд, амиго, наконец-то! Ты пропустил контрольное возвращение… Мадре де диос! Кто это?

— Доктор Чжэнь, командор Терры. Матиас, ей нужна медицинская помощь…

К счастью, в Серебряном Замке сегодня находилось несколько ученых. Я перепоручил Чжэнь их заботам, а сам немедленно связался с Кассиди — наше дело не терпело отлагательств. Пока он добирался в Домен — вообще-то стояла глубокая ночь — быстро рассказал Миносу о наших приключениях.

Наиболее важными известиями были споровые облака над Пастью, новые виды Червей на противоположном краю каньона, картография маршрута до Таира и, конечно же, судьба Станции Терры. Также я упомянул о зайчихе на борту, ставшей добычей золотого гигантопитека, и Минос сокрушенно покрутил головой. Элли Кардо, само собой, всех жутко бесила, но смерти ей никто не желал.

Затем появился Кассиди. А с ним — Травинка! Несмотря на то, что мы не виделись всего двое суток, наши объятия были столь теплыми, что показалось — минула целая вечность.

— Ты должен был выйти в Домен гораздо раньше! — упрекнула она. — Мы уже не знали, что думать…

— Адель, позже, — мягко, но твердо попросил ее Винсент. — У вас еще будет время. Займись пациентом, мой ветерок…

Руны и пилюли Травинки привели истощенную Чжэнь в форму. Она наконец-то стала похожа на человека, а не призрак самой себя. И смогла ответить на все наши вопросы, хотя порой казалось, что командор сама не верит в чудесное спасение и находится в каком-то сне. Тем не менее Чжэнь дала согласие на эвакуацию в Небо, и уже через час мы обсуждали конкретные детали операции, а поднятые по тревоге боевые копья уже получали в арсенале снаряжение. Кассиди не сомневался, он мгновенно принял решение оказать помощь, даже если для этого придется ввязаться в смертельно опасную схватку с золотой тварью. Мне даже показалось, что рикс рад новому испытанию — потому что Восходящие фригольда так и сидели в четырех стенах.

План был очень прост и основывался на том, что нам рассказала командор. Каменный Гром обладал невероятной силой и феноменальным чутьем на Восходящих, почти человеческим умом и хитростью, но он все-таки оставался зверем, которому недоступны многие концепции. Например, отвлекающего удара.

Я должен был вернуть Чжэнь в загон (ей передали еще одну копию Портала) и возвратиться на винтокрыл с помощью Руны Переноса. После чего мы приблизимся и обстреляем логово гигантопитеков, дав Каменному Грому то, что он ищет, — возвращение людей за пленницей. Задача «Одиссея» — выманить из ущелья как можно больше полуобезьян, а самое главное — их золотого короля. Я не думал, что с этим возникнут сложности, учитывая, как быстро твари появились около Терры. Затем нам нужно спровоцировать их на преследование, отведя как можно дальше от логова. Опаснейшая затея, но я был уверен, что справлюсь. Основные трюки Грома уже были известны, а Скай и Спираль Времени — хорошие союзники.

Как только большинство гигантопитеков покинут свое логово, Чжэнь откроет эвакуационный Портал. Она предварительно подготовит своих людей, а с нашей стороны зайдут боевые копья. Они удержат самок и молодняк, если те начнут препятствовать эвакуации. На всю операцию с большим запасом отводился час, руководить будет сам рикс.

— Это… может сработать, — подтвердила Чжэнь. — Но что, если Гром поймет, что его выманивают? Как я сказала, ему прекрасно знакома концепция ловушки! Что тогда, мистер Кассиди?

— Тогда нам придется с ним драться, — Винсент мрачно усмехнулся. — Мы уже убивали подобных тварей, командор.

Да, гигантопитеки были хорошо знакомой фригольду угрозой. Некогда само наше плато первые земные Восходящие отбили у серебряного прайда. Повадки и особенности полуобезьян — хорошо изучены, а главное, у нас есть Эйрик, в обличье Аспекта вполне способный потягаться с этими тварями.

План казался мне рабочим. Опасным, рискованным, но реализуемым. Конечно, золотая альфа крайне опасен, но, в отличие от Пожирателя, Каменный Гром вполне материальное, уязвимое существо. И, судя по рассказам Чжэнь, он — слабое золото, только что открывший одну-две звезды, причем в ветке разума, а значит, примерно равен пиковому серебру. Даже так — нелегкая добыча, но у нас нет цели его убить — только отвлечь, чтобы дать колонистам Терры время на бегство…

Я видел, что бывшая глава Терры впечатлена как Доменом, так и наличием у нас сильных серебряных Восходящих с мощными Рунами. По ее словам, у них имелась всего дюжина Восходящих, и никто из них не поднялся выше бронзы. Сама она, хоть и «аврора», не имела боевых навыков — так сложилось, что Станцию Терра возглавила женщина-ученый с редкой специализацией «А-физика». Наверное, поэтому и согласилась на все, что предложил Кассиди, — и почти умоляла быстрее вернуть ее обратно — тревога за судьбу своих людей не отпускала Чжэнь. Я опасался за Кардо, но командор успокоила — подобные живые «игрушки» обычно успевали прожить два-три дня, прежде чем альфа их нечаянно ломал. Однако для верности все равно требовалось выждать некоторое время — чтобы Гром успокоился, а наши Восходящие успели подготовиться. Но и тянуть не стоило — ночью гигантопитеки видели гораздо хуже, чем днем.

Спустя четыре часа я вернул Чжэнь в загон тем же способом, что и забрал. Больше всего опасался, что альфа будет караулить либо что-то сделает с пленниками, однако нет, в клетке почти ничего не изменилось. Большинство людей спали — стояла глубокая ночь. Я оглядел загон — командору предстояло подготовить всех этих людей к организованному отступлению…

— Мы будем ждать сигнала, — шепнула Чжэнь, на прощание пожимая мне руку. — И… спасибо, Сигурд.

Задерживаться было опасно — мое присутствие могло вновь привлечь Грома. Поэтому я сразу же покинул загон тем же путем, что и пришел, оседлал Аспект и отправился искать наш «Грифон». Надеюсь, они не влипли в неприятности за время моего отсутствия…

Фьюри дисциплинированно описывала круги на большой высоте в заданном районе. Никто не спал — ребята тревожно таращились в темноту. Мое появление вызвало очень бурную реакцию, особенно после того, как я рассказал о колонистах Терры и плане их освобождения. Нам предстояло сыграть одну из главных ролей в грядущем спектакле, но сначала — найти посадочную площадку и зарядить ракетные барабаны. Потому что без «тяжелого», как выразился Толя, мы сегодня явно не обойдемся…

С высоты логово выглядело узкой щелью — видимо, древние строители использовали его как внутренний двор того огромного зала, где утвердил свой трон Каменный Гром. Залетать туда было сущим безумием, мы атакуем снаружи. Я приказал Фьюри выключить все бортовые огни и взять на себя управление вооружением. У нас имелась гаусс-турель и шестнадцать «Пилумов», а еще — Толя в своем Доспехе, подвешенный в боевой люльке. А я сосредоточусь на пилотировании.

Погода нам благоприятствовала — низкая облачность превратила Небесный Трон в тусклый голубой фонарик. Ни черта не видно! Летать в таких условиях на малых высотах — сомнительное удовольствие, хоть приборы винтокрыла и позволяли полностью контролировать обстановку. Я снизился, определяя рунным зрением позиции бродящих возле ущелья «часовых».

— Четыре активных сигнатуры вне… логова, — сообщила Фьюри.

Тактическая сетка Скай, созданная из комбинации показателей приборов и моего звездного восприятия, заменила мне зрение — в густой предутренней тьме светились разноцветные пятна. Прайд еще спал — ничего, сейчас разбудим.

— Дистанция полторы тысячи. Цели захвачены.

Ракеты ушли с направляющих. Возле входа в ущелье с грохотом расцвели пышные огненные фонтаны, в ночное небо взмыли искры, камни и обломки несчастной баррикады. Одно из цветных пятен замерло, быстро тускнея, три других начали лихорадочно двигаться. Пока винтокрыл разворачивался, Фьюри сосредоточенно полосовала их из гаусс-турели, и еще одна тварь значительно замедлилась, а третья начала удаляться куда-то в сторону. Похоже, один гигантопитек испугался и сбежал, Чжэнь говорила, что они боятся огня и ярких вспышек света, но лишь когда рядом нет вожака…

Второй заход. Из горловины ущелья начали высыпать новые обезьяны, и мы не пожалели для них четырех «Пилумов» и двух кассет гаусс-игл, да и еще Грохот добавил жару. Руна Болида взорвалась с таким треском, что проснулся бы даже мертвый! Разбитая баррикада горела, мы убили еще трех или четырех гигантопитеков и зацепили еще больше, а они, кажется, пребывали в растерянности, метаясь вокруг развалин своей баррикады. В нас пытались бросать камни, но ни один не прошел даже близко — во-первых, из-за расстояния, а во-вторых, различить в ночной тьме атакующий «Грифон» почти невозможно…

Сафари, черт побери! На быстрые и чрезвычайно живучие цели — взрослая особь это полтонны стальных мышц, покрытых прочнейшей шкурой, которую даже ферритовые иглы пробивали с трудом. Боеприпасов не стоило жалеть — третьего полноценного захода нам могли не дать. Я хладнокровно отмечал и считал ореолы тварей — шестнадцать, двадцать, двадцать три… Еще минус два, отлично! Чем больше мы разозлим и выманим, а лучше — положим, тем легче придется тем, кто вступит в бой на земле…

Я и сам видел, что самое большое золотое пятно приближается. Каменный Гром покинул свое логово и двумя громадными скачками оказался у входа. Его огромный силуэт на мгновение осветился огнем полыхающей «стены», и я резко развернул машину. Началась настоящая игра.

— Атакуем с предельной дистанции. Целься в глаза.

Гигант вылетел во тьму, за ним высыпала вся остальная стая. Все больше обезьян появлялось из ущелья — наш план сработал! Теперь нужно сделать так, чтобы они начали нас преследовать, а для этого придется держаться в зоне поражения и одновременно не дать себя зацепить. Я сосредоточился на фигуре Грома, готовясь уходить от звукового удара, а Фьюри фиксировала движущуюся цель, чтобы не тратить зря драгоценные ракеты…

В позе Грома было что-то странное, почти человеческое. Он остановился, не пытаясь догнать винтокрыл. Наоборот — выпрямился и демонстративно поднял кулак, показывая нам то, что в нем зажато.

Благодаря Глазу Небесного Змея я прекрасно видел, что там.

Она сидела на корточках внутри клетки из его пальцев. Ударь мы сейчас «Пилумами», может, и подранили бы альфу, но совершенно точно прикончили бы журналистку. Похоже, Грому была знакома не только концепция «ловушки», но и концепция «живого щита».

— Он что, понимает? — процедила Фьюри, глядя на увеличенное бортовыми камерами изображение.

Еще как понимает. И вот его ответ: хотите забрать мою игрушку, идите и заберите.

Затем Гром выпрямился во весь рост и свободной рукой ударил себя в грудь — гулко, как в боевой барабан. Раз, второй, третий. Не в бешенстве, не в панике — с холодной, расчетливой яростью существа, которое понимает, что делает. Между ударами альфа широко разевал пасть, издавая короткие рявкающие звуки — не звериный рев, а нечто иное.

Затем он швырнул в нашу сторону горсть каменных обломков и земли — бессмысленный жест, они не преодолели и половины дистанции, но посыл был ясен. Золотой альфа не убегал и не прятался. Он стоял на своей территории и требовал поединка.

— Предельная дистанция. Отставить Грома. Работай только по прайду! — наконец приказал я. Скай уже просчитывала варианты — и ни один не выглядел хорошим. Увы, анализ когитора был неумолим — стрелять по альфе неприемлемо, но нужно каким-то образом пытаться удержать и Грома, и его стаю снаружи. Даже если он прикончит заложницу, двести пятьдесят жизней весят гораздо больше одной. И с минуты на минуту Чжэнь должна открыть Портал…

— Сэр… Сигурд, это же золото! — Фьюри уставилась на меня, пока я отстегивался и переключал на нее управление. А затем нашем вокс-канале прорезался уверенный голос Кассиди.

— Говорит Небо. Мы на месте. Одиссей, доложите обстановку.

— Небо, у нас проблемы! Они все еще у входа. Альфа не преследует. У него Кардо.

— Принял. Бур-ря! Мы начинаем эвакуацию. Сможете его там задержать?

Как будто у меня есть выбор! Весь наш план стремительно трещал по швам, и вариант был только один — прямо сейчас дать Грому то, что он хочет.

Я вылетел через десантный люк, мимо азартно палящего по наземным целям Грохота. И бросился вниз, навстречу золотому альфе и его прайду.

Вокс-переговоры, выкладки Скай и моя собственная интуиция кричали — придется драться, других вариантов сегодня нет. Серебряный Восходящий с сильнейшими во фригольде Рунами сейчас будет гораздо полезней в гуще схватки. Фьюри справится, тем более что я постараюсь занять все внимание альфы. Его необходимо задержать любой ценой! Да, Каменный Гром — золото, но молодое, слабое, и у него должны быть уязвимые места. Глаза — одно из них, а у меня есть Луч Небесного Огня, который пробивал доспехи золотых Восходящих!

С помощью Скай я выкрутил на максимум скорость «рунных взаимодействий». Спираль Времени наготове. Ледяной Доспех будет лишним, а вот Торк не замедлит меня, а Экзопокров защитит от сюрпризов. А еще — Клинок Небесного Огня, Счастливая Монета, Экзо-Шейд, Доминион Арахнидов, Темные Каргоны, Психокинетика и Ментальный Императив…

Я также использовал стимуляторы. Сначала Эликсир Несокрушимости — по телу прокатилась волна жара, мышцы налились сталью. Затем Черная Сыворотка — и мир слегка замедлился, превращаясь в густой, тягучий мед. Сердце билось так быстро, что удары слились в непрерывный гул, а движения гигантопитеков стали медленными, очевидными, предсказуемыми…

Всех, кроме вожака. Если Гром и уступал мне в скорости, то разве что из-за габаритов и едва-едва. И он меня чуял. Наверное, не хуже, чем я его. Я с помощью Психокинетики отразил брошенный навстречу древесный ствол и закрутил Спираль Времени, чтобы уклониться от страшного инфразвукового рева.

А теперь моя очередь! Мой силуэт размножился, превратившись в три Сигурда Морозова, с разных сторон атакующих золотого гиганта. Кардо все еще находилась в его руке, так что приходилось действовать точечно. Но были и плюсы — промахнуться по такой махине сложновато. Держи, тварь!

Ледяной Взор! Цепной Заряд! Луч Небесного Огня!

Недаром этот Грома прозвали Каменным! Его шкура не уступала танковой броне — Цепной Заряд ему вообще не повредил, Ледяной Взор если и замедлил, то на мгновение, а мое самое мощное оружие — Луч Небесного Огня — оставило лишь длинный пылающий ожог на боку твари. Бесполезнее всего оказался Ментальный Императив — полный звериной ярости клубок, которым казалось сознание альфы, невозможно было подчинить! Ловчие нити Арахнидов он рвал, как гнилую ветошь, при этом не забывая отмахиваться от меня — дважды когти проходили на расстоянии пяди. Эффекты ускорения, боевая прогностика Скай и быстрота Аспекта пока выручали, но… что мне с ним делать дальше?

Скай: Альфа-особь имеет аномальную резистентность. Возможно, в результате мощных А-мутаций его ткани приспособились к поглощению подобных видов энергии. Расчетная пробиваемость — на уровне золото-семь. Необходимо сосредоточить атаки на уязвимых зонах — глаза, внутренняя поверхность пасти, ушные каналы.

Легко сказать! Для этого нужно подобраться к нему вплотную, а это смертельно опасно. Я бросил Арахнидов на сородичей твари — Гром давил бронзовых Существ даже не замечая.

Не знаю, услышал альфа или почуял, но он вдруг замер, яростно раздувая ноздри. Небрежно отмахнулся от одного из моих Фантомов — и коротко призывно взревел, явно обращаясь к другим гигантопитекам.

Винсент не ответил — видимо, у них там уже началось.

Разрозненная стая хлынула за своим вожаком, но я смешал их планы, перегородив горловину Пустотным Разломом. Мои Существа медленно, но верно делали свое дело: Арахниды, хоть и потеряли больше половины своих, уже спеленали несколько гигантопитеков, а отравили и ранили куда больше. Каргоны атаковали врагов сверху, оглушая звуковыми ударами, а невидимый Шейд вылетал из темноты и наносил молниеносные удары. По флангам продолжал работать винтокрыл, и, кажется, мы добились своей цели — возле горловины ущелья воцарился полный хаос.

Я пронесся над схваткой, по пятам преследуя альфу. Мы влетели в логово почти одновременно — он гигантскими скачками, я — лавируя на Аспекте между каменистыми стенами.

Внутренний двор древнего храма превратился в поле боя. Избежать битвы не удалось — сияние Портала пульсировало глубоко в загоне, там все еще толпились пленники, а между ними и разъяренными гигантопитеками стояла живая стена из фригольдеров.

Адамант и его люди в лед-доспехах. Кассиди и Поющая-с-Ветром. Сперва показалось, в первой линии обезьяны дерутся с обезьянами, но затем я понял, что это Эйрик с родственниками — в своих жутких Аспектах. Гиганты против гигантов, черт побери. И, наверное, это и было тем козырем, что позволил фригольдерам удержать линию обороны.

Гром ворвался в свое обиталище и резко затормозил при виде новых врагов. Навстречу ему ударили несколько плазменных вспышек и тонкий золотой луч — Кассиди использовал Игг-Копье, но гигантопитек — не Червь. Как и моя золотая Руна, игг-луч лишь обжег альфу, заставив на мгновение остановиться.

Остановиться и раскрыть пасть, набирая воздуха. Я понял, что сейчас произойдет.

Золотой рев. В замкнутом пространстве. Если он ударит — будет бойня!

Я видел, что произошло. Устоял только Адамант и те, кто находился возле него, в голубом кристалле Бастиона. И, кажется, Кассиди. Остальных просто сдуло, даже чудовищный Аспект Эйрика, разметало, перемешало, ударило о стены. Как минимум десятки жертв — звуковая волна превращала человеческие тела в кашу — лопнувшие перепонки, внутренние разрывы, кровоизлияния… Я видел этот кошмар всего две секунды, а потом Спираль Времени откатилась, вернув мир в начальную точку.

Одна-единственная попытка. Я не успевал до него дотянуться — ничем, кроме… Скай, умница Скай нашла и выделила возле морды нечто маленькое и летающее — дрон, уродливый дрон Кардо, который она с собой везде таскала. Откуда она его вытащила, из криптора, что ли⁈ Эта идиотка даже сейчас, скрючившись в кулаке гиганта, снимала — черт побери, снимала свой репортаж!

Используя всю доступную мне силу, я швырнул дрона в клыкастую пасть. Прямо в черную ребристую глотку, готовую исторгнуть смерть.

И альфа подавился. Вместо рева он сдавленно захрипел, закашлялся, выплевывая вместе с обломками дрона искры и дым — похоже, кустарная модификация еще и замкнула прямо в глотке. Этого, конечно, было недостаточно, чтобы покончить с ним, но это позволило мне выиграть несколько очень, очень, очень важных секунд.

Я пролетел мимо него, между ним и загоном, пытаясь полоснуть Плоскостным Клинком по глазам — слишком близко, чересчур медленно. Видел, как двигается его рука — Руны-стимуляторы все-таки помогали предвосхищать его действия. Контролировал алые и голубые зоны боевой прогностики Скай.

Не стал уклоняться, хотя мог. Позволил себя схватить.

Столкновение на полной скорости. Экзопокров вспыхнул, принимая на себя чудовищную энергию, пальцы Грома сомкнулись вокруг моего тела, сжимая, пытаясь раздавить…

Любому другому Восходящему это уже стоило бы жизни.

Но теперь я находился около его клыкастой морды, напротив свирепых желтых глаз.

Тварь знает, что такое «обман», «ловушка», «заложник». Но знакома ли ему концепция «самопожертвования»?

— Сила героя в том, что он может убить любую фигуру, — сказал Ледяной Кузнец, задумчиво глядя на меня. — Голема, башню, монстра. Сколько бы звезд защиты у них ни было. Но только один раз…

Альфа не успел отразить удар в упор. Луч попал прямо в зрачок, я надеялся прожечь ему мозг, убить тварь одним ударом…

Гром отдернул голову, луч распорол веко, выжег глазницу, но лишь одну. Вторая половина дымящейся морды осталась целой, а в следующий миг ослепленный альфа отшвырнул меня. Так, как швыряют что-нибудь отвратительное, мерзкое, причинившее невыносимую боль.

Я пролетел через весь внутренний дворик и врезался в каменную кладку у самых врат. К счастью, Эликсир Несокрушимости сделал меня гребаным супергероем, способным пережить даже такой удар, а Кристалл Странника сбросил секундный нокаут. Мир перевернулся в облаке каменного крошева, мигнул четвертый заряд Экзопокрова — но в запасе было еще много. Можно продолжать!

Я мельком видел, как Каменный Гром разбросал облепивших его гигантопитеков Эйрика, как взрослый — надоедливых малышей, а затем понесся ко мне. Он бросил Кардо, больше не обращал внимания на обстрел и боевые Руны наших Восходящих. Кажется, мне все-таки удалось его по-настоящему раздраконить — и не могу сказать, что был этому очень рад.

Спираль Времени — откат через двадцать пять секунд.

Аспект вновь подхватил меня — противостоять этой твари на земле было бы невозможно — и нырнул внутрь огромного древнего зала, где король гигантопитеков держал свой престол. Полуразрушенные колонны, покрытый трещинами свод и силуэты с нечеловеческими пропорциями на стенах, то ли сражающиеся, то ли танцующие… Склеп? Крипта? Храм, высеченный прямо в теле горы?

Разглядывать не было времени — Гром ворвался следом за мной. Раненый, окровавленный, обожженный, наполовину ослепший — и по-прежнему невероятно опасный!

— Нет! — я едва от увернулся огромного обломка, совсем рядом врезавшегося в стену. — Продолжайте эвакуацию! Я его держу!

— Доннерветтер! — выругался Кассиди. — Дай нам пять минут, буря!

Наверное, альфа думал, что загнал меня в ловушку. А может, ничего не думал и его вела слепая ярость. Но в любом случае — играть в кошки-мышки среди двенадцати колонн гораздо проще, чем на открытом пространстве. Меньше неожиданных факторов, больше укрытий.

Мы закружились среди колонн — маленький человек на призрачном драконе и пришедший в неистовство огромный зверь. Нам со Скай пришлось выложиться на полную катушку, выжать из организма все, что может серебряный Восходящий! И даже больше… Оказывается, не так уж много у меня боевых Рун, способных повредить по-настоящему сильному противнику. С Небесным Ястребом или Живыми Цепями все было бы намного проще, но чего нет — того нет. Я несколько раз ужалил его — бесполезно, Гром лишь превратился в сгусток беснующейся злобы. И все же потеря одного глаза сказывалась. Он утратил координацию. Промахивался. Пытаясь до меня добраться, случайно раздробил одну из колонн — и свод неожиданно хрустнул, по потолку пробежала длинная трещина.

Снаружи доносились звуки боя — похоже, гигантопитеки все-таки вернулись в логово и сейчас доставляли Винсенту и Ко массу проблем. Где-то выше гудели импеллеры — «Грифон», видимо, уже кружил над самим ущельем. В вокс-канале Кассиди срочно вызывал подкрепление…

Но сейчас самым важным было продержаться. И выжить.

С первым получилось, со вторым — не очень. Золотая тварь все-таки смогла загнать меня в угол. И рев, от которого задрожали скалы, накрыл сплошной волной.

Выйти из зоны поражения оказалось невозможно, что со Спиралью, что без нее, — радиус инфразвукового удара занимал все доступное для бегства пространство.

Страшный удар. Исполинский поезд с огромной силой впечатал меня в стену и прокатился насквозь, разрывая сосуды, ломая кости и перемешивая внутренности. Экзопокров и Руны-стимуляторы вновь позволили каким-то образом выжить телу, однако вторая составляющая рева — та самая загадочная А-энергия — мгновенно вышибла из него душу.

Несколько секунд я видел себя со стороны. Сползшее, скрюченное у стены тело. А потом заметил мигающую табличку — инкарнация номер семь…

Вопль оказался настолько силен, что снес еще две колонны. Трещины начали ветвиться, с потолка посыпались обломки. Не обращая на это внимания, Каменный Гром издал торжествующий рык, барабаня себя в грудь. Затем он одним скачком оказался возле распростертого тела. Наклонился, оскаливая желтые клыки и осторожно принюхиваясь. Наверное, хотел забрать мою Звездную Кровь. Несомненно, он уже убивал Восходящих, но вряд ли имел дело с Истинными…

—. . один раз. Ценой собственной жизни, — продолжил Кейнор свой урок. — Но запомни: есть фигуры и есть знаки на камне хаоса, что позволяют возвращать в сферы даже выброшенные фигуры… И в сочетании с ними герой становится невероятно опасен!

Инкарнация! Яростный рывок обратно, в жизнь и боль, в тело, которое собирает себя заново. Я открыл глаза — и Луч Небесного Огня снова ударил снизу вверх, прямо во второй глаз золотого альфы.

Рев Грома, наверное, услышали даже на моем винтокрыле. Гигант отшатнулся, двумя руками вцепился в обезображенную морду.

В следующий миг удар раздробил камень там, где я только что находился. Вновь призванный Аспект понес меня в сторону от полностью обезумевшей, начавшей крушить все вокруг золотой твари. Увернуться-то я мог, но проблема заключалась в том, что имеющимися средствами Грома было не остановить! Луч прожигал шкуру, оставляя страшные, но не смертельные ожоги, плоскостной клинок ранил, но золотая регенерация делала свое дело — я видел, как затягиваются шрамы на его коже. Чтобы прикончить эту тварь, нужно что-то помощнее!

Преследуя меня, слепой гигант снес еще одну колонну. Сверху из расширяющихся трещин послышался странный гул, и Скай неожиданно подсветила конструкцию:

Скай: Внимание, командир! При разрушении большей части несущих опор вероятность обрушения свода — девяносто один процент. Масса свода — от десяти до пятнадцати тысяч тонн. Рекомендация: использовать обрушение для нейтрализации цели. Необходимо разрушить оставшиеся колонны и покинуть зону поражения до критического момента.

Несмотря на слепоту, Каменный Гром оставался смертоносен. Он полагался на чутье, звук, вибрацию, не знаю, что именно, но почти безошибочно определял, где я нахожусь. К счастью, раны все-таки замедлили и дезориентировали его… Но и я потерял преимущества Эликсира и Пилюли — смерть, как оказалось, обнуляла не только их последствия, но и эффекты.

Я старался двигаться так, чтобы колонны были между нами, и больше не позволял загнать себя в угол. Две колонны Гром снес самостоятельно, третью я подрезал с помощью Луча Небесного Огня. Своды трещали, но их поддерживали еще пять колонн. Скай подсвечивала одну из них — согласно расчетам, после ее разрушения потолок неминуемо обрушится…

Умная тварь. Опасная тварь. Но все-таки — тварь.

Гром молниеносно прыгнул на мой голос, Аспект свечой взмыл под самый потолок. Золотой гигантопитек врезался в колонну всей своей чудовищной массой, и она переломилась. Одновременно я ударил Лучом в место на потолке, где змеились трещины.

Прямо на нас. Тысячи тонн камня, погребая под собой все, вообще все — разгромленный храм, Грома, Аспект, меня…

Глава 14

Причем безо всяких инкарнаций. Когда грохот обвала наконец смолк, мое тело оказалось в полной темноте, намертво зажатое между огромных камней. Шевельнуться в крохотном кармане — почти невозможно, но, о чудо, голубая пленка Экзопокрова не позволила превратить меня в лепешку.

Понятно, почему Азимандия доверяла Торку свою жизнь. Защитное поле, генерируемое серебряным обручем, способно выдержать очень многое — даже вес двадцати тысяч тонн обрушившегося скального массива.

Каждые десять секунд Торк терял один заряд. Учитывая, что всего их имелось тридцать и девять (столько раз он сегодня спас мне жизнь) уже было исчерпано, жить мне оставалось ровно двести десять секунд. После этого артефакт будет сломан, а я — раздавлен рухнувшими глыбами. Скай уже предупредила, что это несет большой риск, потому что освободить носитель будет очень нелегко. Тут не поможет Сила Десяти Воинов…

Есть Руна Переноса. Нужен обзор точки выхода…

Я сосредоточился, пытаясь призвать Аспект. И… не смог. Несмотря на то, что мой Дракон — создание эфирное и лишь частично материален, ему нужно было место, свободное пространство, а его вокруг меня не имелось. И я не знал, где вообще поверхность, в какой стороне выход из разрушенного зала, большую ли площадь затронул обвал…

Вокс тоже молчал — но это как раз объяснимо, сигнал экранирует десяток-другой метров горной породы…

Скай. Стратагемы. Решение пришло почти мгновенно, и я мысленной командой открыл Скрижаль. Руна Ночницы сломана, но моего Рунного Искусства вполне достаточно, чтобы починить ее. А затем — сокровищница Наблюдателя и покупка бронзовой Перезарядки. Да, минус десять Монет, да, Ночница потеряет одну из звезд усилений, но это небольшая цена за спасение.

Маленькое Существо, появившись на моей груди, шустро шмыгнуло в щель между валунами. Завал не может быть монолитным, она обязательно найдет дорогу наружу, тем более здесь всего пятнадцать, ну, двадцать метров…

Наверное. Пока Ночница бежала по темным норам, безошибочно ориентируясь в этом каменном лабиринте, я прикрыл веки, изучая, что еще прислал нам Хитрейший.

Скай кидала Счастливую Монету каждый раз при использовании Спирали Времени и повторяла бросок, если результат был удачным. Этот бой неожиданно принес серебряное Усиление. Хороший приз…

На сороковой секунде показался свет в конце тоннеля. Ночница выскользнула наружу — о боже мой, разрушение здания привело к тому, что внутренний двор храма вообще перестал существовать — большую его часть скрывали груды камней. В воздухе плавали густые клубы пыли, но Портал все еще мерцал, и возле него мелькали человеческие и нечеловеческие фигуры. Треск выстрелов продолжался, но как будто отдалился и стал реже.

И вышел на склоне горы обломков, чей исполинский язык захлестнул ущелье, — похоже, вместе с древним залом развалилась часть горы. Выглядело это так, будто сошла маленькая лавина. Логова гигантопитеков больше не существовало, а отдельные валуны докатились аж до входа. Надеюсь, никто из наших серьезно не пострадал…

Уцелевшие твари, похоже, в ужасе улепетывали.

Я повернул голову — и увидел его. Огромные изломанные пальцы и часть вывернутого запястья, торчавшие из-под завала. Они еще скребли камни, будто альфа тоже пытался выбраться, но слабо, бессильно — и стало ясно, что это предсмертные конвульсии.

Он умер через мгновение. Золотой фрейм, все еще окружающий гиганта, задрожал и погас. И возле мертвой руки сплелись три золотых Руны, а Наблюдатель прислал мне золотое «уведомление» о ликвидации угрозы…

Из пылевого облака появилась трехметровая фигура Грохота в боевом Доспехе, вооруженного огромным Руническим Костоломом. И, судя по виду, десант уже испробовал его в деле! Похоже, Винсент приказал Фьюри высадить мою команду. Верное решение, Толя мог здорово помочь в рукопашной.

— Да сбежали, йопта, — прогудел Грохот. — Как только гора затрещала. Мартышки сраные… Фьюри, на, отстреливает, на! А наши тут, у Портала… докладываю: потерь нет!

Потерь не было в моем копье. Фригольду повезло меньше.

Кассиди, багрово-серый от крови и пыли, встретил меня у Портала. Он оказывал первую помощь Айхо — похоже, у одной из Дев была сломана нога.

— Живой, буря, — без удивления выдохнул рикс. — Гром?

Винсент коротко кивнул, но радости в его глазах не было.

— Могло быть хуже, буря. Много поломанных, но это ничего, поправим. Минус… семь. Трое местных, один у Айса, один у Адаманта и двое… у Эйрика.

Я проследил за его взглядом — и нашел Эйрика. Голый по пояс, покрытый ссадинами великан сидел у ограды бывшего загона, прямо на земле, и качал в объятиях неподвижное, завернутое в плащ женское тело. Одной рукой, потому что вторая у рыжебородого отсутствовала — ее заменяла замотанная повязкой культя. По фигуре и длинным светлым волосам я мгновенно опознал Сюгретту, а неестественно вывернутая голова не оставляла сомнений в ее участи. Я поймал пустой взгляд Эйрика и понял, что слова утешения тут бессильны.

— Джимми убили обезьяны. Схватили и… А Сюгретта… после того, как ты ослепил Грома, Аспекты Эйрика пытались задержать его. Не вышло, доннерветтер! Эйрику эта тварь оторвала руку, а ей сломала шею…

Я до хруста стиснул челюсти — краем глаза видел эту схватку, но надеялся, что обойдется. Не обошлось! Спасательная операция обернулась трагедией. Семь трупов за двести пятьдесят спасенных. Прекрасная математика, если смотреть с высоты птичьего полета. Но там, где сидел Эйрик, математика заканчивалась.

Да, я видел, какая рубка кипела на подступах к загону. С несколькими десятками обезьян-переростков, увы, нельзя было справиться без крови. Семья Эйрика, силой его странного Аспекта обращенная в таких же гигантопитеков, стала нашей главной стеной и позволила избежать больших жертв. И она же заплатила больше остальных…

— Руку ему Травинка восстановит, — добавил Винсент. — А вот ей Руны уже не помогут.

Это была и моя вина. Моя экспедиция, мои донесения и мой золотой монстр. Цена, которой оплатили мою победу. Я вдруг понял, что мир, Винсент, Эйрик, я сам — никогда не будем прежними, ибо каждая ступень Восхождения — меняет. И никто не знает, в какую сторону.

Мимо нас пронесли носилки с Элли Кардо. Журналистка выглядела ужасно — вся в синяках и кровоподтеках, явно поломанная, но живая. Увидев меня, она приподнялась и завопила:

— Дурында! — веско констатировал Толя Грохот. — Записала она все, крыса рыжая…

Я через силу улыбнулся. Немного полегчало — хоть эта заноза цела, ведь мысленно я с ней тоже попрощался. Все равно — мы одержали большую победу. Спасли двести пятьдесят жизней, разогнали огромную стаю звездных тварей, выполнили несколько заданий Наблюдателя и наверняка собрали немало Рун. Станция Терра теперь наша…

Мы провели в Таире почти двое суток. Моему экипажу требовалось восстановить силы, а Винсенту и Ko — забрать все ценное на Станции Терра и в логове гигантопитеков, включая тела Грома и других звездных особей. Также нашлось еще полсотни выживших колонистов — те, что смогли сбежать в хаосе нападения и добрались до ближайшего поселения Камнерожденных. Этот странный Народ, от природы приспособленный к жизни в подземельях, на время Дикой Охоты закрыл двери своих древних городов, выдержавших даже нашествие Червей, и не особо интересовался тем, что происходит на поверхности.

Земляне находились там на положении бесправных изгоев, поэтому с радостью присоединились к спасенным сородичам. Все колонисты Станции с благодарностью приняли предложение о переселении в наш фригольд. Сам я в этих переговорах участия не принимал, лишь пару раз перемещался в Домен, но знающие люди рассказали, что «терранцам» очень понравилось наше поселение и о возвращении на Станцию вопрос даже не стоял. Климат и условия нашего Круга после нескольких дней в Таире мне и самому стали казаться раем. Здесь, даже если не считать откровенно мрачной цветовой палитры, господствовали куда более суровые условия — постоянная облачность, разрыв дневной и ночной температур, опаснейшее пограничье света и тени (в отличие от нашего Круга, здесь не имелось Народа Теней, а у мертвых Древ водилось всякое), а также отсутствие многих жизненно важных ресурсов. Биологическое разнообразие тоже оставляло желать лучшего, а фауна была в основном враждебна к людям. Богатство Таира лежало под землей — здесь имелось огромное количество природных ископаемых и экзотических материалов, начиная с оксидина и солнцекамня и заканчивая ледяной сталью и драконьим стеклом, о которых мы вообще ничего не слышали.

В общем, Круг Таир был меньше, беднее и при этом гораздо опаснее нашего. Люди здесь не жили — выживали в укрепленных аванпостах и подземных городах, сосредоточенных в недрах огромного горного массива с Рубиновым Сердцем.

При раскопке альфы в руинах — это был храм неких Танцующих, как поведал мне Минос, — нашлись обломки старых Путевых Камней. Это позволяло изготавливать новые Порталы, ведущие в Таир, и Кассиди принял решение создать на базе Станции небольшой аванпост, где вахтовым методом будет дежурить оперативная группа. Таким образом мы могли собирать падающие капсулы, исследовать и выполнять задания в этом Круге, а также торговать с его Народами. Ну и перевалочный пункт для всяческих экспедиций получался весьма удобный. Учитывая, что ядро такой группы могли составить сами терранцы под командованием Чжэнь, в будущем это открывало очень интересные перспективы.

Трофеи, полученные после победы над гигантопитеками, были относительно неплохими. Со звездных обезьян выпало немало ценных Рун, в том числе — хорошего серебра, также фригольд выполнил два из трех заданий Наблюдателя. Но самой главной добычей было, конечно же, золото. Никто, даже Винс, ничего не говорил мне о взятых с Грома Рунах — все прекрасно понимали, что я убил золотого вожака самостоятельно, а значит, могу сам распоряжаться полученной добычей.

И все же это было… немного неправильно. Поэтому, оценив Руны и посоветовавшись со Скай, я принял следующее решение.

Руна Усиления — пойдет в золотое Копье. Да, сейчас его хранит фригольд, но в будущем эта инвестиция многократно окупится. Картина мертвых Древ Таира безмолвно напоминала — когда придут Черви, мы не пожалеем любых средств, чтобы остановить их. И Усиление, выброшенное в сиюминутную потребность, может стать тем камешком, которого не хватит на чаше весов нашей победы. Поэтому я отдал его Винсенту, а тот вложил в Игг-Копье, превратив золотое оружие в дважды усиленный Предмет. Первое Усиление, помнится, прибавило лучу взрывную игг-вспышку при попадании в цель, а второе… второе добавило свойство проходить сквозь цели, создавая сплошную линию огня. Проверять мы не стали, однако теоретически выстрел Копья теперь мог уничтожить всех тварей, оказавшихся на пути к цели. Вероятно, он слабел от каждого попадания, но тем не менее — из средства поражения одиночных целей перешел в массовые, хоть и узкого спектра.

Две другие Руны были Умениями. Несмотря на золотой ранг, они опирались на Атрибуты и могли работать в полную силу только у золотого Восходящего. Это означало, что «бронезащита» Грома мне в любом случае не светит, максимум — ее слабое подобие. В моем распоряжении имелось несколько мощных аналогов — Торк, Лед-Доспех, Чешуя, Пилюля Несокрушимости. Поэтому Каменную Шкуру я отдал наиболее пострадавшему — Эйрику. Просто потому, что в облике гигантопитека он мог использовать ее на полную катушку — и теперь-то ему точно не оторвут руку…

Рыжебородый ветеран принял Руну как должное, без особого восторга. После гибели Сюгретты он вообще ходил сам не свой и выглядел не слишком приветливо. Мрачная тень прежнего Эйрика. Мне он сказал лишь:

— Если увидишь его… а ты увидишь, я-то знаю… Спроси. Как добыть Руну Оживления. Ту, что ты дал Динамиту… Я отдам за нее все что угодно.

Я прекрасно понял, о ком он говорит. И еще понял, что оживление Дмитрия начало приносить первые, не совсем радостные плоды — похоже, что Эйрик действительно упрется рогом, чтобы найти такую Руну, и хорошо, если это никак не отразится на нас всех…

Руну же Каменного Грома я оставил себе — потому что поражающих Рун, как показала практика, в моей Скрижали решительно не хватает. Судя по описанию, это Умение позволяло издавать инфразвуковой вопль с рунной составляющей, наносящий комбинированный удар. Чудес ждать не стоило. Как и в случае с Каменной Шкурой, мой организм был чересчур слаб, чтобы повторить сокрушающий крик золотого вожака. Но как дополнительное, оглушающее и разбрасывающее врагов, оружие — очень даже пригодится.

А ведь еще была золотая награда Наблюдателя, сто Монет и сотня Славы, которая вновь открыла для меня сокровищницу Наблюдателя. И время подумать, что именно выбрать, ведь любая золотая Руна — это очень серьезное оружие.

Вариантов, по сути, имелось три. Предмет, Заклинание и Существо. Все остальное по объективным причинам не подходило. Свойство можно купить у Наблюдателя, Умение и Навык — проблемы с полноценным использованием, золотой Портал или Домен мне просто не потянуть. Ну а Сага — слишком рискованно и, цитируя Скай, с высокой вероятностью бесполезно.

Предмет — несомненно, универсален. Удобен, его можно использовать почти бесконечно с небольшими затратами Звездной Крови и передавать не Восходящим — именно поэтому земляне в основном выбирали Предметы.

Заклинание — наоборот, очень «энергозатратно», но и откат у него небольшой. Боевой потенциал — очень высокий, а «сломать» такую Руну, в отличие от Предмета и Существа, почти невозможно. Разве что защитную, но я не собирался выбирать защитную Руну.

А Существо — некая лотерея. Выбор Скрипторума Некролита, например, нельзя было назвать удачным решением, Шейд тоже оказался слабоват (или, вернее, я не находил ему грамотного применения), а вот Арахниды и Каргоны меня здорово выручали. Золотое Существо вообще может «перевернуть сферы», став небьющимся козырем в битве, но его главные недостатки — долгий откат и возможность «поломки».

Да и управление сонмом Существ — сомнительное удовольствие. Я не справлялся с контролем более чем двух одновременно. Было совершенно ясно, что Восходящий должен специализироваться на этом, развивая особые Атрибуты и Навыки.

В общем, я выбрал Заклинание. Пожалел ли, когда Наблюдатель приоткрыл свою золотую сокровищницу? Не знаю…

Рунное преображение, наделяющее невероятной физической мощью.

Внимание: действия во время преображения могут нанести повреждения собственному телу Восходящего.

Один из трех боевых протезов, создающий для владельца и его союзников защитную оболочку, предотвращающую смертельный урон. Для уточнения возможностей активируйте Руну.

Время действия: 1 час (или до момента нанесения урона)

Заклинание трансформации, превращающее владельца в гигантопитека золотого ранга с сохранением разума и доступа к Скрижали.

Третья Руна была новым видом, вернее, подвидом — Превращением. И, судя по затратам Звездной Крови, наиболее мощной из всех. Вероятно, что-то подобное использовала Форель, чтобы принимать облик гигантской выдры, — этакое рунное оборотничество. И именно поэтому я сразу отверг этот вариант — становиться, даже на час, подобием Каменного Грома мне совершенно не хотелось. Несмотря на все плюсы такого облика. Хватит с нас и Эйрика с его семейством…

Очень любопытна была защитная Руна — Второй Рубеж. Скай объяснила, что «боевой протез» (соответствие термину 55%, но более подходящего понятия не нашлось) означает тип Заклинаний, созданных для усиления союзников и компенсации разрыва между Восходящими разных рангов или обычными людьми. По сути — проецирование части своей силы на группы, чтобы подтянуть остальных к своему уровню. Когитор утверждала, что таких Рун, возможно, было создано несколько видов — в разных (физических, ментальных, тактических) областях.

Первое же Заклинание выглядело просто и вкусно. Титаническая Мощь — золотой эквивалент Силы Десяти Воинов. Скай сделала расчет синергии — и комбинация использования Рун-стимуляторов вместе с этой Руной делала меня настоящей машиной, вполне способной потягаться с полноценным золотом. Да, всего минута, но каждый нанесенный удар может быть для врага последним. Нейросеть сказала, что под действием Мощи я смогу метать многотонные глыбы не хуже Грома, пробивать кулаком пласталевые стены и чуть ли не устраивать локальные землетрясения. Звучало это совсем неплохо, но…

Это всего лишь физический урон. Он достигается и другими способами — с помощью Атрибутов, Навыков, Повышения Рун — и в большинстве случаев не способен уничтожить равного противника. К тому же — въедливая Скай уточнила и это — использование Мощи могло запросто повредить неподготовленный организм. Грубо говоря, силы проломить стену кулаком хватит, но что будет с тем самым кулаком, рукой, суставом после такого удара? Для полноценного использования этого Заклинания требовалось оружие…

Я вновь вспомнил мертвую Сюгретту в объятиях Эйрика. Вспомнил Лохмача, Динамита, Майкла… И решительно выбрал Второй Рубеж — возможность защитить не только себя, но и тех, кто рядом. Я бессмертен, они — нет. Это частично противоречило Стратагемам, но интуиция говорила, что я делаю все правильно.

Оставалось серебряное Усиление. Чтобы хоть немного компенсировать Мощь, я вложил его в Эликсир Черной Сыворотки. Этот мощный боевой стимулятор увеличивал синаптическую скорость, рефлексы, ускорял рунное взаимодействие и сигналы нервной системы — а теперь стал Эликсиром Черного Надлома. Говорящее название — потому что он беспощадно «догонял» тело до предельных величин, и ценой напряжения запросто могла стать жизнь Восходящего. Короче — зелье стало давать куда более бурный эффект, но с шансом сдохнуть во время или после применения.

Также я вызвал Представителя Контракции. Во-первых, чтобы закинуть удочку насчет Руны Оживления для Эйрика, а во-вторых, кое-что уточнить. Торговец говорил, что они могут выступить надежными посредниками. Вот меня и интересовало, сможет ли Контракция организовать починку золотого корабля?

Я получил ответы на оба вопроса — за две Звездных Монеты, естественно. Заказать Руну Оживления было реально, сложность заключалось в том, что количество этих Рун в Единстве невелико, и цена зависела лишь от жадности владельца. Прямо сейчас Представитель мог выкупить такую Руну за шестьсот пятьдесят Звездных Монет, хотя, по его же словам, цена колебалась от трехсот до тысячи.

Что касается ремонта, то Представитель предложил очень простой вариант. Оказывается, существовали специализированные Руны Починки. Это были одноразовые Свойства, мгновенно восстанавливающие поврежденную Руну своего класса. Но стоили они весьма дорого — контракторий запросил двести двадцать Звездных Монет.

Тем не менее это был интересный вариант. Правда, у меня имелся аналогичный, и куда более экономный — купить у Наблюдателя золотое Развитие, открыть Искусность и починить Руну самостоятельно. Если получится, конечно. Увы, дать мне консультацию по Рунному Искусству было некому…

Либо — пока забыть про Голубую Стрелу, купить у Наблюдателя Повышение, благо Слава теперь позволяла, и «позолотить» еще одну из моих Рун. Например, Лед-Доспех, Тарн Искателя или Клинок Небесного Огня.

Я не стал делать ничего. Решил отложить эту операцию. Сейчас нет непосредственной необходимости, Монеты никуда не денутся, и, самое главное, никто не знает, что ждет нас в дальнейшем. Открыть Искусность или поднять ранг Руны я могу в любой момент, но есть вероятность, что Монеты придется потратить на «пожарный» вариант.

От Таира до Заова — не очень далеко, если напрямую. Какие-то восемнадцать тысяч километров, если карты правильно экстраполируют масштабы Атласа.

Но прямого пути нет. На его месте — огромная черная область, откуда никто не возвращается со времен Тьмы. Почему так происходит, что там находится — неизвестно, хотя слухи ходят самые разные. Но есть факты — это смертельная зона, которую избегают все разумные этих Кругов. И мы не будем проверять, обоснованы ли их опасения. Маршрут «Грифона» выглядел странной ломаной линией, состоящей из множества отрезков, и напоминал дугу, в целом повторяющую очертания древней караванной тропы сквозь темные земли. На пути к Стреле — несколько более-менее надежных стоянок. В прошлый раз экипаж «Грифона» воспользовался услугами проводника из Заова, который указал им ориентиры и места, используемые торговцами для лагерей, — и мы планировали повторить их путь.

Дело осложнялось некоторыми факторами. Одиссей-один оставлял по дороге мощные вокс-маяки, чтобы установить постоянную связь с Альфой, однако с началом Дикой Охоты она вновь была прервана — очевидно, один или несколько передатчиков вышли из строя. Станция Терра осталась без каналов коммуникации, и, самое главное, после этого в Таир вообще не приходило торговых караванов. Местные связывали это с небесным знаком и надеялись, что с окончанием сезона все вернется на круги своя.

На третий день «Грифон» вылетел. Мы без особых приключений набрали нужную высоту и легли на курс, уверенно оставляя алое свечение Таира позади. Следующая контрольная точка — через семьсот километров, последняя (или первая) стоянка караванов перед Таиром. По местным меркам — тьфу да и только, особенных опасностей не ожидалось.

Но не стоило забывать — возможно, именно нам предстояло узнать, что перерезало торговую нить.

Глава 15

Первые часы полета пролетели быстро. Мы пересекли теневой радиус Таира и вновь вошли во Тьму. В отличие от границы Элтанира, переход был более-менее плавный, хотя некоторую область нарастающей болтанки все-таки пришлось преодолеть. Проложить курс было легко — мы шли на сигнал ближайшего маяка, оставленного прежней экспедицией. Я изучал карту, показания приборов и с помощью Скай делал выкладки — судя по давлению, плотности и составу атмосферы, воздух распространялся не только от кислородных «островов» Кругов. Возможно, в темных землях присутствовали свои и весьма многочисленные источники газообразования. Скорее всего — залежи экзоминералов вроде оксидина либо какие-то древние климатические установки, работающие даже спустя тысячи лет. Недостаточно для жизни, но…

Вероятно, на воздушные фронты действовали неизвестные нам факторы. Скай выстроила базовую модель — климатические ядра Кругов, конвекционные потоки, пограничная турбулентность, — но реальность не желала укладываться в расчеты. Атмосфера здесь циркулировала согласно принципам, которые земная наука не описывала, потому что никогда с ними не сталкивалась.

В оболочке Единства скрывалось немало неучтенных чудес — например, сверхнадежные системы жизнеобеспечения. Циркуляция тепла, воздуха, воды… дайсон-сфера была станцией поистине астрономического масштаба, чьи создатели заложили колоссальные запасы прочности. На миллионы, если не миллиарды лет. Если Единые не легенда, то они были поистине сверхсуществами. Но вряд ли постарались только они, простая логика подсказывала, что дайсон-сферу создавала сверхцивилизация, превзошедшая все наши представления. Скай рассчитала, что в Солнечной Системе не хватило бы материалов для постройки такой конструкции, даже если разобрать на молекулы все планеты, луны и астероидные пояса. Значит, создатели Единства каким-то образом могли творить материю из энергии, а энергию? Откуда они брали такой колоссальный объем? Из ничего?

Все это возвращало к вопросу таинственного Истока. Если эта штука действительно то, что обеспечивало цивилизацию Кел энергией и материей, ставки невероятно высоки. И внимание Хранителей, прикованное к предтечам, — тоже. Вот только отдавать это чудо в объятия Вечности — просто преступление. Судя по тому, что я там увидел, зрело четкое убеждение, что обитатели Золотого Города — вырожденцы, в большинстве своем не имеющие никакого отношения к тем существам, что создали Единство и саму Вечность. И мотивы Искуснейшего, уничтожившего Исток, тоже становились более-менее понятны…

Ладно, это вопрос будущего, хоть не такого и далекого. А сейчас под нами мелькали черные хребты и пустоши, между которыми вился древний путь — от Караванного Круга Таира к Стреле под названием «Лазурное Око». Также ее называли Глазом Заова — пройдя сквозь эту Стрелу, караваны попадали в этот Круг. По дороге к Оку имелось несколько приметных ориентиров, которые торговцы использовали для стоянок. Самая близкая к Таиру именовалось Крылом и находилась под сенью огромной горы, формой действительно напоминающей птичье крыло… пяти километров высотой. В ее недрах виднелись какие-то древние подземелья, но место в целом считалось безопасным. Оставленный первой экспедицией вокс-маяк работал. Мы немного покружили вокруг Крыла в поисках признаков жизни, но никого и ничего не нашли. Абсолютная, мертвая пустота — если люди здесь и появлялись, то очень давно.

Темные земли — не космос, но близко к нему. Из-за разреженной атмосферы невозможно держать крейсерскую скорость и безопасную высоту. Обороты и подъемная сила постоянно «плавают», попадаются странные провалы и завихрения, а также необъяснимые магнитные аномалии. Это опасная, требующая предельного контроля, но очень скучная среда — вокруг пусто, одно и тоже, тысячи километров безжизненных пространств. Мы с Фьюри сменялись по очереди, спали, ели, экипаж откровенно скучал. Единственное обсуждение, которое мне запомнилось, касалось Элли Кардо и ее дальнейшей судьбы.

— Полундра! Славы капнуло! Хейр, на! — оповестил всех Толя Грохот на вторые сутки. — Командир?

Да и мне изрядно привалило. Другое дело, что подниматься больше некуда. Следующий Титул — эрл, знаменосец — назначался риксом из числа танаанов, а не присваивался автоматически.

— За макак, йопта! К гадалке не ходи, рыжая подсуетилась. Выпустила свой репортаж!

— Она в медкоме еще, камарад, — усомнился Жабник.

— Да этой козе ушибленной без разницы, док! Она и в каталажке будет свои видео клепать. Это же Кардо, на! — расхохотался Грохот.

А вот с этим я был склонен согласиться. Похоже, что «фильм» о нашей экспедиции и событиях в Таире действительно увидело много новых глаз. Интересно, что попало в объектив рыжей журналистки? И самое любопытное — как Кассиди после всего произошедшего вообще разрешил ей что-либо выпускать? То, что натворила Элли, тянуло на полноценное изгнание, хоть она и руководствовалась благими мотивами…

Я не знал, что с ней будет. Безнаказанным ее проступок оставлять нельзя, но и лишиться единственного, только зарождающегося средства массовой информации — тоже недальновидно. Вокс-репортажи Кардо вполне могли служить аналогом Саг, добавляя нашему Народу (и Восходящим) известности. И, предполагая контакты с Либерти и Альфой, это оружие стоило держать заряженным. У Винсента, конечно, крутой нрав, может и рубануть сплеча… но я надеялся, что рикс отойдет и поступит правильно — неуемную энергию Кардо стоило направить в полезное русло. Вот только, чур, без моей помощи!

Вторую точку маршрута мы увидели через восемь часов полета. Она называлась «Фонарь» — из-за огромного кристалла солнцекамня, установленного на пальцеобразном возвышении. Действительно — фонарь! Откуда он там взялся — было не очень понятно, но дело явно не обошлось без Рун. Этакий импровизированный маяк. Тускловатый, конечно, но все-таки дарящий надежду после долгих часов пути во тьме. Вдобавок Фонарь окружало семь кругов из обломков солнцекамня — подобие защитных периметров против пустотников. Фьюри рассказала, что каждый караван оставляет здесь несколько кусков светящегося материала — таков древний обычай тех, кто ходит сквозь мрак.

У Фонаря было пусто. Но мы сели и проверили установленный здесь второй вокс-маяк. Команде нужно было привыкать к снаряжению, маскам, экстремальным условиям темных земель, правильному выходу из винтокрыла и прочим навыкам, которые могли пригодиться в путешествии. Например, при крушении или аварийной (тьфу-тьфу-тьфу) посадке. Кое-какой опыт у моей группы уже был — операция по извлечению ядра прошла в схожих условиях, — но у нас имелся новичок-Жабник, да и вообще расслабляться не стоило.

Ребята сами были рады размяться после долгого перелета. Маяк исправно функционировал — значит, точка разрыва находилась дальше. Место казалось вполне безопасным, и я дал экипажу передохнуть, а сам использовал остановку для контрольного посещения Домена. Следующее будет нескоро, нам предстоял долгий беспосадочный отрезок. Также на стоянке мы перезарядили ракетные барабаны — вообще, в пути их стоило держать пустыми, но на следующем отрезке была возможна встреча с темпестами, поэтому мы перестраховались.

Через пару часов мы достигли Зеркала. Фьюри заранее предупреждала, но это стоило увидеть своими глазами, местность внизу изменилась так резко, будто кто-то провел гигантским ножом. Черные скалы и каменистые пустоши оборвались, сменившись белесой, идеально гладкой равниной. Она простиралась до самого горизонта — если тут вообще можно было говорить о горизонте — и слабо мерцала в лучах Небесного Трона, возвращая тысячи бликов.

— Расплав, камарад… Поверхность, похоже, подверглась интенсивному температурному воздействию… Не меньше трех тысяч градусов!

Жабник, как всегда, был совершенно прав. Скай проанализировала состав: кремний, оксиды металлов, следы неизвестных соединений. Слабый радиоактивный фон. Глубина остекленевшего слоя — от пяти до двадцати метров.

— Это чем так жахнули, на? Ядеркой? Абсолютом? С орбиты?

Я смотрел вниз и пытался представить, что здесь произошло. Точных размеров Зеркала мы не знали, караваны пересекали лишь его окраину, но, похоже, оплавленная равнина простиралась на тысячи километров. Согласно преданиям аборигенов, Зеркало появилось еще до первых караванных путей, во время войн Раскола. И оно очень походило на последствия применения оружия массового поражения. Или небесной Руны — вроде той, что создала Расколотые Равнины. Никто уже не помнил, на кого и за что обрушился этот удар, но выглядели его следы… жутко.

Под нами проплывали странные формации — застывшие волны расплава, вздыбленные гребни, провалы и вздутия. Кое-где из стеклянной корки торчали оплавленные обломки — то ли скал, то ли зданий, уже не разобрать.

Самым неприятным было отражение. Зеркальная поверхность ловила свет и возвращала его искаженным, дробным, будто отразившимся в осколках разбитого витража. Казалось, что внизу мелькают тени, движутся силуэты. Но стоило присмотреться — ничего там нет, кроме нашего собственного отражения, размазанного по бесконечной глади.

Да, мне тоже хотелось пересечь Зеркало побыстрее. Слишком заметным на его фоне казалась движущаяся точка винтокрыла. К тому же прошлый «Одиссей» здесь дважды атаковали темпесты — огромные летающие создания, одни из опаснейших обитателей глубокой Тьмы. Очень хотелось обойтись без неприятных встреч, но не вышло. В один из кратких моментов отдыха меня разбудила Фьюри:

Да, я уже видел мигающее серебряное письмо. Оно пришло всем Восходящим в нашей группе, потому что винтокрыл вошел в зону выполнения.

Восходящий! Найдите и уничтожьте Крылатую Матерь, представляющую большую опасность для Народов Единства.

Матерь, да еще и Крылатая. Похоже, что серебро. Это опасная цель — и в другой ситуации я бы предпочел проигнорировать задание, но на белесой равнине не заметить одинокого Червя было невозможно.

Одна, без свиты. И почти без крыльев. Она едва двигалась и совершенно не походила на ту толстую гусеницу, что едва не сожрала меня в Гнезде. Эта Мать больше напоминала тонкую черную стрекозу, с огромным трудом ползущую по зеркальной равнине. Вероятно, она была летающей особью, недавно выпорхнувшей из Улья, одной из тех тварей, которых беспощадно сбивали каэдометрические Руны. Одно ее крыло было полностью оторвано, второе отрублено наполовину, а часть брюшка волочилась, почти отделенная от основного тела. Матерь была серьезно ранена — половина конечностей отсутствовала, а туловище покрывали странные длинные разрезы. Тварь явно находилась на последнем издыхании…

Мы с Фьюри молча переглянулись. Ракетные барабаны полны, а серебро есть серебро. Задание, Слава, Монеты плюс Руны, которые могут выпасть… Наблюдатель подкидывал нам легкую добычу. И тем не менее, памятуя о ментальных способностях этих существ, я активировал Объединение Разумов и приготовился отражать атаку, если она случится… Мне-то с подарком Хитрейшего ничего не грозит, а вот ребята в зоне риска.

— Боевой заход! — приказал я. — Дистанция максимальная. Фьюри, работаем только «Пилумами».

Она лишь кивнула, совмещая прицельную рамку с черным силуэтом.

Мы снизились, заходя со стороны оторванного хвоста. Тварь вообще не реагировала — то ли не замечала нас, то ли была слишком слаба. «Пилумы» ушли с направляющих почти беззвучно — и Матерь на мгновение скрыли клубы разрывов. Промахнуться было трудновато — изуродованная тварь забилась, задергалась, оставляя на зеркальной поверхности застывающий след из черной слизи.

Но все еще жила. Мы зашли второй раз, для контрольного залпа, в голову и грудной сегмент. Земное оружие частенько пасовало перед серебром, но сегодня был не тот случай. Восемь «Пилумов» превратили гигантского инсектоида в изломанный черный знак на разбитом стекле.

— Готова, сэр, — выдохнула Фьюри — награда Наблюдателя пришла ей, как стрелку. — Это было… легко.

— Слишком легко, — с сомнением согласился я. — Снижаемся. Надо забрать Руны.

Винтокрыл сажать не стали — он завис над местом схватки, а я выскользнул наружу на Аспекте, для защиты активировав Плащ Пустоты. Эту Руну, взятую с Чернокрыла, служителя Оноры, я еще не использовал, а между тем она как раз предназначалась для защиты от холода и отсутствия кислорода в темных землях. Отличная штука — мне не требовался ни скафандр, ни защитная маска, это значительно увеличивало мобильность…

Восемьдесят пять капель, три серебряных Руны. Развитие, Повышение и Руна-Умение «Ядовитый Плевок». Последняя — только на продажу, а вот два Свойства нам очень пригодятся.

Неплохая добыча. Но меня заинтересовало другое.

Раны. Работу «Пилумов» отличить легко, а вот иные повреждения — те самые, что едва не прикончили тварь, — были весьма… интересными.

Гладкие, идеально ровные тонкие разрезы. Разные по глубине, но одинаковые по характеру. Где-то — начатый и незаконченный срез, уходящий вглубь сегмента. Где-то — клиновидный, почти хирургический выкол.

Матерь как будто искромсали гигантской бритвой…

Скай: Все верно, командир. Характер повреждений не совпадает с каэдометрическими системами Наблюдателя, вероятность менее пятнадцати процентов. Вероятный инструмент: сверхострый клинок неизвестного происхождения либо аналогичная рунная конструкция.

Кого-то эта тварь уже очень сильно достала, прежде чем добрела до Зеркала. И этот кто-то владел инструментами вроде плоскостного клинка. Отсек ей крылья и половину конечностей, вспорол брюхо. И оставил подыхать. Существо, способное в одиночку разделать серебряную Матерь, — не то, с чем хочется встретиться в темных землях. Особенно над Зеркалом, где вообще негде спрятаться.

К счастью, мои предположения оказались лишь паранойей. Белая равнина оставалась пуста — ни движения, ни звука, ничего. Кто бы ни напал на Матерь, его здесь не было.

Через десять минут «Грифон» уже набирал высоту, оставляя позади изуродованное тело, много вопросов без ответов и нехорошие предчувствия.

Все это казалось звеньями одной цепочки, но я пока не мог понять, что на ее конце. Оставалось сохранять осторожность и таращиться в оба глаза, не забывая по откату активировать Руны. И не поддаваться сонному однообразию бесконечных пустошей.

По дороге мы поделили Руны. Грохот не участвовал, он больше других получил за обезьян — два бронзовых Развития и Усиление, которое Толя грамотно вложил в Живую Крепость. А вот нас с Фьюри обделили — меня по понятным причинам, и так забрал золото, а вот Лилию рикс явно «не заметил» — похоже, посчитал отрезанным ломтем, который останется в Альфе. А зачем кормить чужих Восходящих?

— Что бы ты хотела, Фьюри? — спросил я. — Предмет, Заклинание, Существо? Может быть, Навык?

— Я бы взяла Предмет, сэр, — коротко сказала она. — У меня мало Звездной Крови, и…

Лилия не договорила, но мы и так уже понимали друг друга почти без слов. Да, Предмет надежнее, и я кивнул, соглашаясь.

Наблюдатель предложил на выбор Плащ Искателя, Амулет Молчания и Игг-Стрелу.

Все Предметы — серебро, и все не слишком сильные. Не хлам, но… пожалуй, такова была цена убийства без усилий.

Плащ — из знакомого набора Великой Охоты. Маскировал, дарил бесшумность, а главное — позволял обладателю планировать с любой высоты и не разбиваться при падениях. Наверное, лучший из трех вариантов.

Амулет — обеспечивал иммунитет к червивому шепоту, ментальному давлению и крикам личинки. Очень пригодился бы мне во время схватки с Вершителем, но сейчас — есть золотой и стократно лучший Аграф.

А Игг-Стрела… наиболее странная из наград. Похоже, она была предназначена для гарантированного уничтожения единственной летающей цели — той же Крылатой Матери. Наверняка поразить серебряную особь — дорогого стоит, но по сути — это почти одноразовая Руна, потому что потом Стрелу нужно найти и извлечь…

— Что выбираешь? — спросил я. — Советую Плащ. Хорошая штука…

Фьюри как будто погрустнела — содержание наград явно разочаровало ее. Она нерешительно произнесла:

— Сэр… Сигурд, если я могу попросить… я бы предпочла Навык.

— Твой, — Фьюри в упор взглянула на меня. — Ты классный пилот, Сигурд. Лучший из тех, что я видела… Ты дал мне Пилотирование, но даже с ним я… буду идти к твоему уровню годы. Может, у тебя есть что-то еще?

Я на мгновение задумался. Да, я мог сделать для Фьюри еще один пилотажный Навык — Небесного Виража или Визуального Исчисления, но оба требовали высокого Восприятия. Впрочем, у нас теперь была Руна Развития…

Решили так. Я дал Лилии два серебра, Развитие и Навык Исчисления, а в обмен получал все Монеты, Руну Повышения и Плащ Искателя. Да, именно Плащ, потому что в перспективе, после усиления, он заменял мне сразу три бронзовых Руны — Плащ Фантома, Плащ Тишины и Медленное Падение. А может, и Плащ Пустоты. Их можно продать Наблюдателю или раздать своим же ребятам — например, точно знаю, кому отлично подойдет Фантом…

Пока же, получив Плащ и полюбовавшись новой Руной, я тут же вернул ее Фьюри:

— Пусть пока будет у тебя. На всякий случай. Заберу, как прилетим в Альфу…

— Хорошо, сэр, — не без удивления кивнула она; и добавила после небольшой паузы: — Спасибо…

А серебряное Повышение я использовал на той Руне, что давно хотел, — Ночнице. Несмотря на бронзовый ранг, она оказалась одним из самых полезных Существ и уже не раз фактически спасала мне жизнь.

Результатом стала… Серебряная Ночница! Специализированное Существо, созданное для сбора трофеев и разведки опасных локаций. В отличие от предшественницы, эта могла замирать, становясь невидимой, и совершать теневые рывки сквозь препятствия…

Удачное Повышение. Улучшенная выживаемость Ночнице совсем не помешает. Проверим в деле, как только представится возможность.

Зеркало кончилось так же неожиданно, как и началось. Белесая гладь оборвалась рваным краем, сменившись привычным хаосом скалистых ущелий. Экипаж выдохнул — даже бесконечная тьма казалась уютнее этой мертвой равнины.

Следующая остановка — Каменные Троны. Мы достигли ее на третий день путешествия — шли со значительным опережением графика благодаря тому, что менялись с Фьюри прямо в полете.

Троны… Это место было странным нагромождением черных кубов, действительно похожих на сиденья для великанов. Слишком правильные формы, чтобы быть игрой природы, а небольшой фон А-излучения выдавал, что кубы были отнюдь не простыми камнями, а состояли из драгоценного морлоида и служили огромными экстрамерными укрытиями. Не все — некоторые, как я видел, были расколоты на части и явно неспроста. Ценный измененный материал, хоть и требующий специальных навыков для добычи. То, что он вообще здесь сохранился в таком количестве, вероятно, было следствием того, что до Тронов не добирался никто, кроме торговых караванов. А это своя каста со своими законами, и, возможно, использовать Троны как убежище для них выгоднее, чем расколоть на части и продать морлоид…

Троны тоже окружало несколько сплошных колец из светокаменных обломков. Защитный периметр, в некоторых местах уже нарушенный — у кубов мы нашли небольшую колонию присосавшихся пустотников. Их удалось без особого труда уничтожить, благо опыт в этом деле у нас имелся обширный. Наградой стали несколько мусорных Рун, которые я безо всякого сожаления разделил между Фьюри и Грохотом.

Все экстрамерные каверны Тронов оказались пусты. Ничего, кроме пирамид светокамня, оксидина и огненной пыли. Мы не стали их трогать — запасы явно предназначались для караванов, исчерпавших собственные ресурсы. Следы недавних стоянок и вообще какой-либо жизнедеятельности — отсутствовали. Похоже, в этом сезоне сюда никто не добрался…

Была еще одна плохая новость — сюда не добивал сигнал Наблюдателя. Я не смог переместиться в Домен, хотя локально Руны и Скрижаль работали. Похоже, мы находились в самом центре Тьмы, и загадочные техниты не могли найти связующего звена. Также отсутствовал сигнал следующего в цепи вокс-маяка — и это означало, что придется лететь по старым картам и ориентирам.

Что ж, мне не привыкать. Следующий пункт — Мертвый Город. Также именуемый Городом Небесных Мечей. Именно там находилось Лазурное Око, Стрела в Заов. Оттуда приходили караваны. И значит, нечто неприятное приключилось именно там…

Через несколько часов мы увидели россыпь синих пятен на горизонте. Они быстро приближались, превращаясь в окутанные маревом голубые столбы.

Небесные Мечи. Прекрасный ориентир, промахнуться невозможно.

Сначала я принял его за горный хребет — слишком массивным показалось это нагромождение. Но по мере приближения стало ясно, что перед нами нечто… рукотворное.

Представьте муравейник. Теперь увеличьте его в тысячу раз и постройте из камня, металла и чего-то, напоминающего окаменевшую кость. Добавьте тысячи башен — изломанных, но все еще стоящих. Опутайте их паутиной мостов и переходов, большинство из которых давно обрушились, и заполните провалы непроглядной тьмой.

А потом добавьте огонь. Лучи нестерпимо-синего пламени, подобно исполинским мечам бьющие в небо прямо из глубин Мертвого Города. Они поднимались на сотни, а может — тысячи метров, напоминая факелы огромных горелок. Фьюри говорила, что их порождают древние энергосистемы Мертвого Города и что Мечи излучают невероятный жар, поэтому их стоит использовать как ориентиры, но ни в коем случае не приближаться.

Это город, то ли выстроенный на горе, то ли сам бывший горой, был больше всех, что я видел в Единстве. Больше Эргиаля, больше Шторма. Он напоминал те руины, где мы дрались с Онорой, — древние, выпотрошенные, но не сдавшиеся времени. Я смотрел на скелеты башен, не уступающие земным небоскребам, и пытался представить, каким этот город мог быть при жизни. Миллионы обитателей, тысячи сияющих шпилей, изящные мосты…

Фьюри рассказывала, что в Мертвом Городе есть постоянный аванпост, охраняющий Лазурное Око — важную Стрелу в Заов. Его держат некие Проводники. Сюда из Заова приходят шайки авантюристов, чтобы пограбить древние развалины. Отсюда начинается и здесь заканчивается караванный путь, который вел в Круг Таир, а из него — к нам, в Элтанир…

Проход — платный, но сквозь Око мог пройти даже винтокрыл — именно таким путем первый «Одиссей» попал к нам. Я ощущал приятное предвкушение — если все будет нормально, мы скоро окажемся в знаменитом Круге Эль-Заов и ляжем на курс к колонии Либерти…

— Сэр, вокс-маяк не отвечает, — немного напряженным тоном сообщила Фьюри. — Аварийного сигнала тоже нет. Как будто его… не существует.

— Продолжаем движение, — приказал я после секундного размышления. — Курс на Око.

К сожалению, у нас не было возможности запустить дозорную Руну, слишком разреженная атмосфера, но ничто не мешало использовать для разведки Аспект. Пока мы приближались к Мертвому Городу по широкой дуге, на высоте обходя ближайший Небесный Меч, я погнал его напрямую, вниз, сквозь черные скелеты башен. И сосредоточился на его зрении, полностью отдав управление Фьюри.

Вблизи все выглядело еще внушительнее — столб синего пламени диаметром в сотню метров, чья аура заставляла дрожать даже мой эфирный Аспект. Ближайшие здания застыли огарками свечей — похоже, что жар лизал их стены, превратив камень в стекловидные потеки.

Лабиринт мертвых улиц. Глубоких, как ущелья — город уходил вниз множеством ярусов, в провалах которых стояла густая тьма.

И тишина — полная, гробовая, пугающая. Башни нависали черными громадами, кое-где сохранились остатки рун и барельефов, что-то напоминающее арки и лестницы. Аспект лавировал между провалами, огибал шпили, нырял под сломанные мосты, пролетал сквозь огромные разрушенные залы. Око было уже близко — и за очередным поворотом я наконец увидел его.

Эта Стрела не походила на те, что я видел ранее.

Гигантский эллипс метров сто в высоту, вертикальный полуовал в странном каменно-металлическом каркасе. Конструкция действительно напоминала врата и выглядела древней, но крепкой, намертво вросшей в камни огромной площади. Сквозь проем просвечивали развалины другой стороны, но по краю обода пробегали медленные вспышки.

Я замедлил Аспект, заставил его зависнуть. И посмотрел вниз.

Множество хаотично разбросанных обломков. Характерные сегментированные останки Червей. Крупных, черных, панцирных… Перевернутые механические повозки. И… тропосы. Мертвые гиганты размером с небольшой дом — три штуки — лежали там, где застала их смерть. Я знал, что караванщики использовали их как ездовых животных, но не мог представить, что могло убить их именно таким способом.

Они были разделены на части. Рассечены на куски. Идеально ровные срезы, очень похожие на те, что нанесли Матери. Черепаший панцирь не помог тропосам — то, что разрезало их, с пугающей легкостью игнорировало броню. Здесь нечему было разлагаться, атмосфера слишком разрежена, и трупы напоминали высохшие, сморщенные мумии.

Среди них виднелись и тела поменьше. Другие ездовые животные… и люди. Или нелюди — антропоморфные существа, сопровождавшие караваны.

Много. Некоторые лежали кучами, словно сбились вместе, пытаясь защищаться, и их разрубили прямо так, группой. Другие раскиданы поодиночке — настигнуты на бегу, срезаны, разделены на части. Я видел тело, замерзшее в позе бегущего человека — только без верхней половины.

Никто не забрал ни оружие, ни снаряжение убитых.

Скай: Внимание. Среди останков идентифицированы: торговый караван, одиночная группа Восходящих, а также стая Червей — не менее двадцати особей. Временной разброс гибели — от одной недели до четырех месяцев. Характер повреждений во всех случаях идентичен: режущий инструмент аномальной остроты. Вероятность единого источника поражения — девяносто семь процентов.

Она была права. Сперва я подумал, что тут произошло сражение Восходящих с Червями, но нет — разрезы на Червях были точно такими же. И тех, и других убило нечто третье.

В разное время. Но регулярно и методично. Сразу после прохода Стрелы. Это означало, что неизвестный хищник контролирует зону портала и уничтожает всех, кто приближается.

Она послушалась — дисциплина приучила выполнять приказы прежде, чем задавать вопросы, и только потом прозвучало недоуменное:

В это же мгновение я потерял связь с Аспектом. Просто потерял — и все. Что-то убило его, нечто молниеносное и полностью невидимое, потому что даже Скай не успела отреагировать.

Импеллеры взвыли, огненные клинки и черные башни покачнулись, выходя из зоны обзора, «Грифон» резко ушел в вираж, набирая скорость и высоту.

Скай: Внимание! Обнаружен… неизвестный скрытый объект. Фиксирую по всплескам А-излучения в точках выхода. Скорость аномальна и превышает возможности анализа.

Я сканировал все окружающее пространство во всех диапазонах, но даже Истинный Взор не мог ничего засечь. Где он, черт побери?

Скай: Он уже здесь. Немедленный маневр уклонения!

Глава 16

«Грифон» резко дернулся, кабину внезапно залило искрами. Крик Фьюри, вой аварийных сигналов, свист утекающего воздуха — все потонуло в чудовищном скрежете.

Боковым зрением я видел тонкий, идеально ровный разрез, прошедший через фюзеляж в каком-то метре от нас. Он стремительно раскрывался, остекление пошло крупными трещинами, неумолимая сила подхватила меня, увлекая наружу вместе с ложементом…

Винтокрыл развалился прямо в воздухе. Страшный, невыносимый холод парализовал, тысячей игл пронзая тело. В ту секунду, что я падал в черную бездну в распадающихся обломках, стало ясно — «Грифон» просто разрубило пополам!

К счастью, как только аномальная тварь оказалась поблизости и стало ясно, что столкновение неизбежно, Скай запустила Спираль Времени. И по прошествии шести секунд мир вновь собрался в моменте, где от удара нас отделяло одно мгновение.

Я взял такой крен, что все незакрепленное снаряжение разлетелось по отсеку, а уши заложило от перегрузки. Импеллеры не взвыли — завизжали, машина рванулась в сторону, прочь от невидимой смерти!

Удар все равно настиг, хоть и не в полную силу. Вместо фюзеляжа невидимый клинок рассек левую плоскость — ту самую, где находился многострадальный импеллер.

Кусок крыла с визгом ушел в темноту. Импеллер захлебнулся скрежетом, превратившись в искрящийся дымный клубок пламени. «Грифон» тут же повело в сторону, приборная панель вновь расцвела алыми индикаторами, завыла аварийная сирена.

— Левый ротор потерян! — крикнула Фьюри, пытаясь активировать боевую систему. — Теряем высоту!

Мы уже не летели — падали, беспорядочно вращаясь над черными башнями Мертвого Города. Пламя погасло — нет кислорода, однако стабилизировать винтокрыл не выходило — один импеллер может удержать машину, но тилтвинг превратился в изуродованный обрубок, и аппарат утратил аэродинамическую устойчивость.

Скай: Внимание! Аномалия перемещается! Дистанция сто восемьдесят метров и сокращается.

Что я мог сделать в те несчастные секунды, что отделяли нас от превращения в команду стопроцентных покойников? Было ясно, что винтокрыл не спасти и нам так или иначе придется выходить на свежий воздух. Поэтому я до упора утопил стик, пытаясь направить почти неуправляемую машину вниз, в черное ущелье между разрушенными ярусами — может, где-то там получится более-менее удачно… упасть. В запасе еще оставалось Медленное Падение, но если использовать его сейчас — невидимый враг нашинкует нас прямо в полете!

Активация всех доступных Рун. Печать Замкнутого Доминиона (тварь, похоже, использовала какой-то вид пространственного переноса), Объединение Разумов, Ментальный Императив, Второй Рубеж, Черный Надлом и Пилюля Несокрушимости, Психокинетика… я не знал, что именно может помочь, потому что неизвестно — что вообще представляет собой нападающий?

Умница когитор все-таки отобразила врага на тактическом экране, ориентируясь по пульсации А-излучения. Мутное голубое пятно! Судя по траектории, оно перемещалось странными скачками, и золотая Печать Доминиона позволила замедлить и увидеть… что? Рваную тень, дрожь воздуха, след движения чего-то невидимого, но очень быстрого?

Второй удар! Мне удалось избежать полноценного столкновения, но «Грифон» опять вздрогнул, как смертельно раненый зверь. Касательный удар вспорол обшивку, чиркнув по хвостовой балке. Полученная инерция швырнула винтокрыл вниз, навстречу стремительно приближающемуся лабиринту руин.

Дьявольщина! Я прекрасно понимал, что через несколько секунд нас просто размажет по камням, и успел лишь крикнуть, из всех сил пытаясь направить «Грифон» в провал стены огромного здания:

Мы чиркнули брюхом по краю, на скорости проваливаясь внутрь. Недра строения напоминали огромное, выеденное изнутри яйцо. Я наконец-то использовал Медленное Падение, пытаясь погасить инерцию и скорость, но недостаточно — слишком мало времени, слишком мало места!

Столкновение! Винтокрыл с размаху ударился о каменную площадку, подпрыгнул и со страшным хрустом несколько раз перевернулся. Мир превратился в бешеный калейдоскоп. Удар, скрежет, еще удар! Прочнейшее остекление покрылось трещинами, приборная панель искрила, металл кричал и стонал. Хорошо, что детонировать было нечему — ракетные кассеты пусты…

«Грифон» перевернулся еще раз и наконец замер, уткнувшись в основание массивной колонны.

Второй Рубеж! Руна полыхнула в момент удара, окутав каждого из нас золотистым сиянием. Защитный кокон принял на себя то, что должно было убить, — осколки, перегрузки, удары о переборки. Без этой Руны от экипажа осталось бы… даже не хотелось думать, что именно. Мокрое место?

Благодаря Объединению Разумов я ощущал, что все живы. По крайней мере — пока. Не знаю, что творилось в десантном отсеке, но мы с Фьюри висели вниз головой, пристегнутые к ложементам. Произошла разгерметизация, воздух улетучился, страшный холод мгновенно заполнил внутренности винтокрыла. Минус пятьдесят три, черт побери, тут живой человек за минуту превратится в ледышку…

Плащ Пустоты. И включить Торк — не зря перезарядил эту Руну. Вокс-сеть, к моему удивлению, еще работала.

— Всем…немедленно покинуть корабль! — передал я, пытаясь отстегнуться. — Возьмите снаряжение… дыхательные маски. И — бегите!

Мне пришлось применить Ментальный Императив, благо в Объединении Разума это было несложно. Потому что Грохот собирался драться, но это сейчас не имело никакого смысла. То, что нас атаковало, просто разрубило бы его вместе с Доспехом, как тех караванщиков и Червей у Ока. Одним движением, даже не заметив.

Они не видели картины побоища, они не понимали. Противостоять этой твари, вернее — хотя бы отвлечь ее, дав ребятам время на бегство, из всего нашего отряда мог только я. Да и то вряд ли…

— Куда бежать, сэр? — выдохнула Фьюри. Ее лицо и губы были белыми, как замерзшее стекло, но спустя секунду их скрыл шлем, извлеченный из криптора.

Не маленькие, разберутся сами. Времени на долгие объяснения не было — Скай предупредила, что невидимая тварь снова приближается!

Я не мог использовать Призрачный Шаг — Печать Доминиона закрывала зону для мгновенных перемещений. Возможно, это уже несколько раз спасло жизнь, потому что враг не мог выскочить около нас и нанести смертельный удар, но ограничило и мою мобильность. Пришлось с помощью Клинка Небесного Огня и Силы Десяти Воинов вскрывать заклинивший люк, чтобы выбраться наружу. А затем позволить Аспекту подхватить себя и устремиться наперерез противнику!

Мы находились в недрах огромной многоярусной башни, на одном из верхних этажей, представляющем собой разрушенный зал с огрызками массивных колонн, некогда явно изображавших стволы деревьев. В стенах и полу множество черных провалов, самый большой — прямо напротив места нашего неудачного приземления. В эту дыру влетел винтокрыл, а теперь появился и загадочный преследователь.

Благодаря тактической карте Скай, а еще — движению дрожащего воздуха, я знал, где находится эта тварь. Она перемещалась весьма стремительно даже в области Печати, не уступая в скорости мне, разогнанному стимуляторами до смертельного предела. Движения моих людей, выбравшихся из разбитого «Грифона», казались замедленной съемкой, однако противника — нет. Он был быстрым, как молния, но я теперь мог видеть его — и дать отпор!

Пустотный Разлом и Втягивающий Вихрь преградили дорогу невидимке. Я не промахнулся — и заставил его замедлиться, потерять несколько секунд. Голубое пятно заколебалось, преодолевая рунную воронку. Нас разделяла сотня метров — и, помимо выпущенной стаи Темных Каргон, я ударил Каменным Громом, тем самым золотым Умением, взятым с тела альфы.

Рева, который издавал Гром, мне, конечно, повторить не удалось. Но золото есть золото — и мой яростный крик пронзил тишину Мертвого Города, заставил дрогнуть древние камни, поднял пыль и взметнул колючее облако обломков. Резонирующая волна распространялась фронтально, и противник попал в зону поражения.

Не знаю, повредила ли ему эта Руна. Скорее всего — нет. Как мы в дальнейшем убедились, ему вообще мало что было способно повредить. Но Каменный Гром сбил траекторию его движения и, самое главное, сбросил пелену невидимости.

Он оказался не таким уж и большим. Метра полтора в диаметре — и выглядел так, будто кто-то собрал сферу из острых граней и неправильных углов. Никогда прежде я не видел ничего подобного. Шарообразный силуэт, целиком состоящий из суставов и конечностей, способных складываться в невозможных направлениях. Костяные или металлические? Я не знал. Тварь казалась чуждой, не принадлежащей этому миру, абсолютно неправильной. Чем-то, чему вообще не место в мире живых.

Скай: Предварительная классификация: боевое реликтовое существо, возможно, созданное искусственно. Вероятное назначение: массовое истребление, ликвидация вооруженных целей. Особенности: полная защита от обнаружения, способность к пространственной транслокации, поражение целей режущими плоскостями аномальной остроты. Эмоциональный фон отсутствует.

Да, это правда. В момент визуального контакта я коснулся твари — и не ощутил живого, яростного, звериного сознания. Нет — там скрывалась лишь холодная, угрожающе спокойная пустота. И от этого было еще страшнее — тварь убивала не для того, чтобы насытиться или стать сильнее. Она убивала потому, что это и было ее жизнью. Целью. Функцией.

Скай: Ранг — золото пять — восемь, точнее оценить невозможно Рекомендация… избегать прямого столкновения.

Я и так это видел — по фрейму, окутывающему тварь. С многочисленными вопросительными знаками — подобно ситуации с Пожирателем, система Восхождения не могла подобрать понятной нам расшифровки. Но никакого задания от Наблюдателя тоже не было!

Страх. Да, я боялся. Это существо было создано для безжалостного убийства таких как я. Возможно, в эпоху, когда золотые Восходящие считались расходным материалом в войнах Единых…

Но страх, как учил Белый Дьявол, это лишь покорный пес, который должен слушать команды хозяина. За моей спиной — моя группа, фригольд, все человечество…

Каргоны атаковали следом за звуковой волной. Шарообразный комок раскрылся чудовищным цветком, только лепестки его оказались лезвиями. Конечности — длинные, гнущиеся в любую сторону — заканчивались чем-то вроде… клинков из света. «Жесткий свет» — тот самый, что использовался в небесной ПВО и щитах Небесного Ястреба. Как бы он пригодился сейчас!

А в центре этого кошмара, там, где сходились все конечности, располагалось что-то вроде ядра. Сгусток, сверкающий ослепительно-синим.

Чтобы уничтожить дюжину бронзовых Каргон, твари понадобилось полминуты. Но все же я выиграл время, пока вращалась эта безумная мельница. Скай утверждала, что вероятность успешного отражения атаки — меньше одного процента, и требовала любой ценой избегать прямого столкновения. Скорость вражеской атаки превышала наши возможности уклонения — это существо было гораздо опаснее золотых Клинков, опаснее Грома и Оноры из Дома Ноктис. Чем-то оно напоминало золотых Близнецов, стражей Вортекса, но, пожалуй, даже коллекционер был бы впечатлен…

Я не терял времени. Смещался так, чтобы отвлечь врага от уходящих бойцов, выпустил Астральные Фантомы и использовал весь арсенал своих Рун. Еще один золотой крик, благо Умение позволяло делать это часто, еще один Разлом, Ледяной Взор, Цепной Разряд — и все бесполезно. Часть Рун даже попала в цель, хотя мои жалкие попытки затормозить его Психокинетикой золотой монстр игнорировал. Но мне удалось выиграть время, чтобы экипаж покинул зону крушения, а затем — обмануть тварь, оказавшись у одного из провалов, ведущих наружу.

Там было… пусто. Черные руины вздымались со всех сторон, уходя в непроглядную тьму. Нет дна — только бесконечный лабиринт руин, в котором человек казался пылинкой.

На мгновение враг замер, будто раздумывая, кого преследовать дальше — бегущих на нижний ярус бойцов моего копья или меня, зависшего в проломе. Еще один яростный крик Каменного Грома помог ему определиться. Я бы не успел уклониться от скоростного рывка даже под стимуляторами, но умница Скай вновь использовала Спираль.

Единственный шанс — мы знали, где он появится спустя шесть секунд. Когитор до миллиметра рассчитала и прочертила траекторию движения, чтобы не угодить под жуткие клинки из жесткого света. И мы ударили Лучом Небесного Огня — прямо в пронесшийся мимо цветок десятиметровых лезвий, в его голубую сердцевину!

Пламенный луч поразил синее пульсирующее средоточие. Я услышал звук — не крик, не вой, а нечто похожее на треск раскалывающего стекла. Существо мгновенно сложилось в плотный непроницаемый клубок и изменило траекторию движения.

Скай: Зафиксировано повреждение. Объект потерял семь процентов мощности А-излучения и временно утратил левитационную стабильность.

Семь процентов? Золотой удар в упор — и всего семь процентов?

Я его слегка поцарапал. Но и то, что у этого… существа имеются уязвимости, уже внушало надежду!

Аспект понес меня прочь, петляя между огрызками мостов и обломками шпилей. Всеми правдами и неправдами нужно было удержать дистанцию, пока идет откат золотых Заклинаний! Шар бросился следом, не отставая и пытаясь поразить молниеносными выпадами способного удлиняться до тридцати-сорока метров невидимого клинка. Мгновенно выяснились две вещи: Плоскостной Меч и Экзопокров не «держат» удар жесткого света — и Предмет и Руна оказались сломаны после первого же столкновения. Меня спасла только кинетическая энергия парирования, со страшной силой отшвырнувшая в сторону.

Второй раунд вышел не в мою пользу. Повторить этот танец даже с помощью Скай не вышло — тварь тоже училась на своих ошибках. Луч Небесного Огня ударил в замкнутую сферу, не причинив никакого вреда. Спираль Времени помогла лишь избежать ответного удара. Тварь, стремительно пролетев мимо, развернулась и зависла в пустоте в полусотне метров напротив — как будто изучая и оценивая меня.

В поведении этого монстра не было ярости. Этим он напоминал беспощадных экзо Наблюдателя, хоть внешне и не имел с ними ничего общего. Не живое, не мертвое, не механизм — скорее мыслящее оружие, которое тоже умеет рассчитывать вероятности и прекрасно понимает, что следующая атака будет последней.

В этот момент я ощутил холодное, беспощадное дыхание смерти. Выхода не было, никакого, мы проигрывали при любом раскладе. Оставалось только одно — умереть так, чтобы это было не напрасно.

Уклониться от следующей атаки было невозможно. Я ударил всем, что имел, но это его не остановило. Первым погиб Аспект, вторым — я. Жесткий свет сломал Лед-Доспех и рассек мое падающее тело от левого плеча, наискось. Я успел увидеть, как лезвие выходит у правого бедра, оставляя идеально ровный разрез. Никакой боли — только холод. И странное ощущение… разделения.

Я падал. Отдельно от двух распадающихся половинок. Кровь мгновенно превращалась в алые кристаллы, становясь хрупкой, как стекло. Скай тревожно рапортовала о критической потере целостности, но мы еще могли воскреснуть, вот только это не имело смысла делать прямо сейчас. Тварь осталась где-то наверху — будет она преследовать поверженного, падающего в бездну врага?

У бездны, оказывается, было дно. И не столь глубокое, хотя и тонущее в вечной тьме.

Глухой удар, хруст, звон разлетающихся ледяных осколков. Обе промерзшие половинки упали на приличном расстоянии, но это не имело никакого значения — для инкарнации достаточно тридцати процентов, у меня же было сорок пять.

Скай: Объект не преследует. Вероятная причина — считает цель уничтоженной.

Логично. Зачем гоняться за трупом? Кроме Звездной Крови и Рун, конечно… Значит, монстр не охотится за ними? Но тогда возникал вопрос — что с моими людьми? Не устремится ли тварь на поиски остальных, еще не пораженных целей?

У Фьюри был один из двух Порталов в Небо. Хватило ей сообразительности воспользоваться им для бегства, если не удалось спрятаться другим образом? В недрах башни, где разбился «Грифон», хватало всяких закоулков, но вряд ли там можно полноценно укрыться от подобного монстра. Тут нужна дыра, темная нора, в которую этот чертов шар просто не пролезет…

Инкарнация! И сразу же — Полная Невидимость и Плащ Тишины. И Призрачный Шаг — в сторону, благо действие Печати Доминиона закончилось в момент смерти.

Почти одновременно с воскрешением я ощутил чужое присутствие. Там, куда упало мое рассеченное тело. Навыки и Скай не подвели — мое рунное восприятие позволяло контролировать движения энергетических сигнатур. Но это был не золотой шар-убийца, совсем нет.

Тоже полностью невидимый, он вышел из густой тени — там, где мгновение назад ничего не было. Не Перенос, не Шаг, нечто иное — но вдаваться в подробности некогда, потому что пришелец явно появился здесь не просто так.

Призрачный силуэт замер, не найдя в месте падения моего тела. Я осторожно потянулся к нему мысленными щупальцами — и тут же столкнулся с чужой поисковой активностью. Мощный, реактивный ментал!

— Ты жив? — мысленный голос был необычным, но вне всяких сомнений женским. — Где ты, Восходящий⁈

Она наверняка пришла за моими Рунами. Очень быстрая реакция. Обычные люди, даже Восходящие, не выживают после падения с высоты в полтора километра двумя кусками. И столь быстрое появление означало, что за боем следили посторонние глаза. Что они видели? Застали момент инкарнации?

Но при этом сам факт, что в Мертвом Городе есть другие, живые люди, — вызывап облегчение. Значит, не все потеряно…

— Если хочешь жить — ответь! — мысленное послание приобрело жесткость.

— Кто ты? — спросил я, наконец решив выйти на связь.

— Их уже забрали. Возьми меня за руку, быстро! Сай’Рхос близко!

Она не шутила. Скай подтвердила — тварь действительно вновь стремительно приближалась. Почуяла Восходящих? Слова о моих людях оказались той самой соломинкой — если они уже найдены и спасены, ждать нечего.

Я переместился к ней и коснулся протянутой руки.

Рукопожатие тени оказалось неожиданно по-мужски крепким. Она будто втащила меня… куда? В серо-пепельный, выцветший мир, наполненный колеблющимися руинами? Скай сообщила о неизвестном виде пространственной геометрии, основывающемся на малоизученном эффекте Рашидова-Шварц, но сейчас совершенно не было времени на лекции по А-физике. Это выглядело… как призрачное отражение Мертвого Города, и мы словно шагнули сквозь него, коридоры, стены, ярусы и башни, за один миг преодолев огромное расстояние.

После холода и темноты Мертвого Города — неожиданный контраст. Мягкое янтарное сияние светокамня, живое тепло, запах дыма, горячего металла, копоти, людей. Это было укрытие — большой, полностью замкнутый зал, находящийся (судя по Атласу Восходящего) в нижней части древних развалин, в опасной близости от одного из Небесных Мечей.

— Добро пожаловать в Нору, Восходящий, — сухо сказала моя спутница на Едином. — Сай’Рхос сюда не доберется.

На нас смотрели десятки настороженных глаз. Среди них были пять очень знакомых пар.

Толя Грохот. Без шлема, с рассеченной бровью, злой как тысяча чертей. Фьюри, Жабник, Кроу, Юки… Я пересчитал их и с облегчением вздохнул — все живы, все на месте.

— Я же сказал — вернется, никуда не денется, йопта! Командир, я не понял, это что за тварь была⁈

— Сай’Рхос, — сказала та, что перенесла меня сюда. — Мы называем его Сай’Рхос.

Глава 17

На искаженном Языке Кел это означало «охотник из пустоты». В мифологии караванщиков так называли неуловимых и невидимых тварей, приходивших из глубочайшей Тьмы. Мало кто мог рассказать о них, потому что Сай’Рхосы не оставляли свидетелей. Стражи недоступных областей и древних кел-гробниц эпохи Раскола, они никогда не появлялись в обитаемых Кругах и считались мифом, жутковатой сказкой из тех, что старики рассказывают у костра.

Пока один из них не появился в Мертвом Городе. Откуда он пришел, зачем и почему решил сделать эту зону местом своего патрулирования, не знал никто. Сай’Рхос не вступал в контакт — он просто убивал все, что мог найти и догнать, намертво заблокировав целую область.

Со слов выживших в Норе мне удалось составить хронологию событий.

Эта тварь прилетела примерно через месяц после нового небесного знака. Первым делом Сай’Рхос расправился с постоянными обитателями Мертвого Города, гарнизоном торгового аванпоста, состоявшего из Проводников — так называл себя небольшой клан, обитающий по обе стороны Лазурного Ока. Затем он истребил караван, идущий в Таир, а следом за ним — группу Восходящих из Круга Заов, прибывших уничтожить монстра.

Погибли сотни людей и десятки Восходящих. Уцелели единицы — в основном те, кто владел Рунами пространственных перемещений и смог быстро найти надежное укрытие. Монстр не отдыхал и не уставал, он постоянно дежурил возле врат и патрулировал руины. Никто не мог сказать, где именно он затаился и где появится в следующий раз. К счастью, первые выжившие заметили, что Сай’Рхос избегает областей Небесных Клинков — они, как выразился один из караванщиков, «затуманивают ему взор», — и потому сумели спрятаться в Норе — экстрамерном укрытии в безопасной области, прежде служившем одним из тайных хранилищ караванщиков.

Дело осложнилось тем, что с другой стороны Стрелы тоже начались проблемы. Выход из Лазурного Ока находился в пограничной области Круга Эль-Заов, в зоне светового круга Древа Таэлан, и его внезапно атаковали Черви. Подробностей выжившие не знали, но было похоже, что летающие Матери прорвали каэдометрический заслон, быстро расплодились и устроили террор в приграничье. Часть Червей полезла через Око в темные земли — и стала законной добычей Сай’Рхоса. Однако тем, кто застрял в Мертвом Городе, легче от этого не стало — они оказались зажаты между двумя силами…

Выжившие в Норе, всего около двух десятков людей, принадлежали к разным группам.

Первая — уцелевшие Проводники из гарнизона торгового аванпоста. Совершенно новая для меня раса — плосколицые безносые враны, чья кожа больше напоминала серую чешую, были лучше других приспособлены к условиям темных земель. Их возглавлял Пустой Глаз — немолодой суровый Восходящий с обезображенным ожогом лицом и единственным желтым оком. Тридцать циклов он нес вахту у Стрелы, изучив все закоулки Мертвого Города. Теперь от его гарнизона осталось четверо.

Над второй группой старшинствовал Вейн Эль-Керр, седобородый Восходящий, чья фиолетовая кожа светилась от золотых татуировок — карты всех дорог, что он прошел между тринадцатью Кругами. Вейн носил титул «хранителя путей» в торговом караване, разгромленном Сай’Рхосом у Стрелы. Это была не обычная торговая экспедиция (я, правда, не знал, существуют ли вообще «обычные», учитывая сложности передвижения между Кругами), а семья, торговый клан, связанный узами крови и традиций вечного пути. Одна из частей того, что в Единстве называли Великими Караванами.

Их осталась чертова дюжина, и все они были обязаны жизнью той, что вытащила меня из руин.

— Найра Эль-Кадис, дочь Каравана, — представилась она. — Страж его колес.

Весьма интересная дама. Нежно-фиолетовая кожа, фиалковые глаза с золотыми искорками, по-мужски короткие черные волосы. На шее — татуировка перечеркнутой звезды; упакована полным набором рунных Предметов Искателя — знакомая фибула-стелла, знакомый плащ…

Найра была единственной выжившей из «стражей колес» — воинской касты каравана. Все остальные погибли, пытаясь уничтожить Сай’Рхоса. Судя по тому, как она держалась и говорила, в иерархии Восходящая была как минимум ровней «хранителю путей». А может, и повыше — у меня сложилось впечатление, что последнее слово здесь именно за ней. В первый же час у нас состоялся очень любопытный разговор…

— Сай’Рхос, да прервется его путь, убил всех моих братьев. Ты сражался с ним и выжил, Восходящий. Как?

— Сильные Руны? — она не сводила с меня немигающего взгляда. — Золотые? Сай’Рхосу плевать на серебро…

— Я видела… тебя. Видела, как ты сражался. Ты не тот, кем хочешь казаться. Не просто человек из Народа, что падает с небес… Если ты идешь дорогой сброса… если ты владеешь могущественными Рунами и можешь убить Сай’Рхоса… сделай это. Или помоги сделать это мне. Клянусь Дорогой, Караван будет щедрее Наблюдателя.

Найра с помощью своих Рун видела момент моей смерти (и инкарнации). И она знала о «идущих дорогой сброса» — Истинных, что снова проходили Восхождение, добровольно обнулив прежние силы и память. Это было опасное знание, и я чувствовал, что гордая Восходящая не привыкла просить о помощи. Похоже, что караванщики в отчаянии.

— Сколько дней? — спросил я. — Сколько дней вы сидите в Норе? Почему не ушли?

— Куда? Око Наблюдателя не смотрит на Мертвый Город.

Да, это была правда. Порталы и Домены не работали. Неприятное открытие — техниты альфа-разума не обслуживали обширные области темных земель, что косвенно говорило о разрушении аванпостов и экономии ресурсов. Возможно, поэтому отсутствовало задание на золотую тварь. Но все равно кое-что не сходилось…

— Куда угодно. Не верю, что у Великих Караванов нет запасных путей. Вы странствуете между Кругами и должны иметь Руны для таких случаев.

Она погладила татуировку на шее, словно обдумывая ответ.

— Да… пути были. Там, у Стрелы, лежит восемнадцать моих братьев и сестер. Двенадцать стражей, четверо мастеров, двое хранителей. Я забрала их Руны. Но Странник отвернулся, и то, что могло нас спасти, осталось в их гвоздях.

— Ты забрала их Руны, — повторил я. — Спасла моих людей. За мгновение перенесла меня за тысячи шагов из-под носа у золотой твари. И ты не можешь покинуть Мертвый Город, Восходящая?

— Да. Я ходящая-в-тенях. Но мои силы имеют пределы. Дразня Сай’Рхоса, я танцую с Забытым…

Найра смотрела на меня изучающе. Сперва пыталась прощупать ментально, но сразу поняла, что это бесполезно.

— Ты не поймешь, Восходящий. Для других Народов это пыль, но у Каравана свои законы. Есть Клятвы, что мы дали. Тем, с кем связаны кровью, тем силам, что над нами, и тем, чьи грузы везем. Если мы оставим то, что лежит у Стрелы… — Найра глубоко вздохнула, словно не решаясь произнести это вслух, — нашего Каравана больше не будет. Странник навсегда отвернется от нас. Мы станем никем. Пылью на обочине.

— Ты не понимаешь Караван, Восходящий! — отрезала она. — Не знаешь Дороги и наших законов. Мы не уйдем.

Вероятно, речь шла о серьезном нарушении Клятв, религиозном запрете или некоем табу, которое караванщики не могли нарушить. Либо на площади перед Оком они потеряли что-то очень-очень ценное, то, без чего их дальнейший путь не имел никакого смысла.

— Понимаю, — ответил я. — Но почему вам не помогли другие? Говорят, Великие Караваны могут купить и продать все…

— У всего есть цена. Та помощь, что мы призвали от Древа Таэлан, лежит у Стрелы, — горько усмехнулась Найра. — А другие… Дикая Охота, Восходящий. Потому и Черви прорвались в Заов, потому Сай’Рхос вылез из древней норы. Помощь придет. Но не раньше, чем сменится небесный знак. А к тому времени… Говори же — ты сможешь помочь нам?

— Ты и твои люди теперь идут по одной дороге с Караваном. Ваше спасение и твоя тайна — сама по себе цена, — она заговорщически улыбнулась. — Но мы будем щедры! Если Сай’Рхос исчезнет из Мертвого Города, а дорога в Заов вновь откроется, ты выберешь любую Руну из Скрижали Каравана. Это не пыль, а вторая цена, Восходящий. Третью же заплатит сама Найра. Всем, чем пожелаешь! Клянусь Дорогой, ты не пожалеешь, Восходящий…

Пришла моя очередь долгого и тяжелого взгляда. Найра знала слишком много. Последствия могли быть непредсказуемыми — тайны имеют свойство расползаться. Да, я под протекцией Хранителей, но повышенное внимание совершенно ни к чему…

Белый Дьявол решил бы эту проблему просто. Двадцать трупов — и никаких свидетелей. Караванщики в Норе и так обречены, так зачем рисковать?

Но я не он. К сожалению или к счастью — не он.

— Хитрейший говорит, что некоторые тайны лучше не знать, — тихо произнес я. — Они убивают куда быстрее людей, Найра Эль-Кадис. Я запомню твое имя.

— Дочь Каравана мертва, если мертв Караван, — с усталой решительностью ответила она. — Умоляю, помоги нам, Восходящий. И я навсегда забуду твое имя.

В ее голосе не было угрозы. Караванщица просто использовала единственный козырь, который у нее имелся.

Еще Найра говорила так смело, потому что знала — «кнопки выхода» нет, я не приведу по щелчку пальцев рейд Восходящих и не уведу своих людей без ее содействия. Хоть насильно нас никто и не удерживает, мы заперты в Норе, а снаружи хозяйничает золотая тварь…

Нора была небольшой, хорошо замаскированной экстрамерностью. Несколько залов с древними рунными глифами в стенах, светящимися Звездной Кровью, таинственными устройствами и грудами странных ящиков по углам. «Караванный сейф», как сказала Найра. Тайное место, древний перевалочный пункт торговых экспедиций, хорошо спрятанный от чужих глаз. Здесь имелся и воздух, и тепло, и спальные места, а в пищу выжившие использовали рунные припасы, так что голодная смерть никому не грозила.

Караванщики уже обустроили в Норе подобие жилищ. Они казались любопытными и дружелюбными — пришельцы извне всегда вызывают интерес, но не стоило забывать, что это чужой, непонятный Народ, потерявший близких и почти доведенный до отчаяния. Много дней в замкнутом пространстве не проходят даром — нам стоило держаться настороже. И желательно как можно быстрее покинуть это место.

Мы собрали небольшой военный совет. Ребята явно чувствовали себя неуютно, Грохот бушевал, Фьюри нервничала, Юки была на взводе. Я же оставался спокоен, отдавшись во власть холодных Стратагем. Они говорили мне, что ничего страшного не произошло, критической опасности нет, все живы и из ситуации есть как минимум два выхода.

Единым Наречием в нашем отряде более-менее владели почти все, и основную информацию о Сай’Рхосе они и так уже узнали от караванщиков. Мне оставалось поделиться впечатлениями о схватке и обрисовать дальнейшие перспективы.

— Наш «Грифон», сэр… — спросила Фьюри. — С ним… все?

Она намекала на возможность восстановления — такую же, как я когда-то провел в Море Трав, а затем — совсем недавно — после перелета через Пасть. Да, винтокрыл разбит вдребезги, но он рунный Предмет и, значит, теоретически может быть восстановлен. Хотя страшно представить, сколько для этого потребуется Звездной Крови.

— Нет, — ответил я. — Но даже если я его починю — тварь не выпустит нас отсюда.

Это было очевидно. Я немного расспросил Найру — Сай’Рхос контролировал обширную зону Мертвого Города, молниеносно реагируя на все попытки вторжения. Он чуял Восходящих, видел и уничтожал призраков, эфирных существ, Аспекты, дозорные Руны, механизмы и вообще все живое, мгновенно перемещаясь на огромные расстояния.

— А если с боем прорваться? К Стреле, на? Отвлечь его и…

Я молча покачал головой. Неминуемая смерть, даже если каким-то образом заставить тварь покинуть зону Стрелы. Каждый выход из Норы — игра в рулетку с Сай’Рхосом. «Пять-десять ударов сердца, и он приходит», по словам Найры. Она собирала Руны и Предметы погибших, и каждая такая вылазка была смертельным испытанием.

Я мог бы попробовать в одиночку, под Руной Невидимости, с помощью Переноса подобраться вплотную к Стреле и пройти в нее, но что дальше? Кто сказал, что Сай’Рхос не пройдет следом? И даже если я успею — что это даст? Уйду в Домен и доложу Кассиди? И что тогда?

Рейд земных Восходящих, даже если его опять возглавят Кассиди, Адамант и Эйрик, имел все шансы разделить судьбу караванщиков. Сай’Рхос гораздо опаснее Каменного Грома. Опаснее Пожирателя. Опаснее всех, с кем мы ранее сталкивались, исключая лишь Палача и ее небесных Псов. То, что я продержался против него несколько минут — заслуга Скай, золотых Рун и технического бессмертия. В любом другом случае исход был бы предопределен.

Итак. Мы не могли продолжать путь, потому что золотой монстр заблокировал Око и лишил нас воздушного транспорта. Чтобы решить эту проблему, нужно было либо уничтожить Сай’Рхоса, либо пойти другим путем и попробовать воспользоваться иным транспортом.

Голубая Стрела. Это решение напрашивалось. Кел-корабль родом из тех же эпох, что и эта тварь. Он создан из синей стали и практически неразрушимого иллиума, а значит — защищен куда лучше «Грифона». Возможно, он быстрее и сможет уйти от Сай’Рхоса. А может, на борту есть оружие, способное покончить с этой тварью… Это было бы совсем здорово, учитывая обещанную Найрой награду.

А даже если не получится, что мы теряем? Одну золотую Руну Развития? Ерунда, если я с помощью Искусности смогу чинить золотые Руны, это само по себе окупит вложения…

— Есть вариант, — наконец сказал я. — Помните тот корабль с небесного острова?

Единственная проблема заключалась в том, что золотого Развития у меня не было. Стоило позаботиться об этом раньше, но все мы крепки задним умом. А теперь доступ в Сокровищницу Наблюдателя отсутствовал. По тем же причинам, что и возможность перемещения в Домен. И Торговый Представитель, скорее всего, тоже не сможет ничего доставить в Мертвый Город. Иначе караванщики решили бы все свои проблемы — глупо полагать, что у них нет подобных Существ.

Ну что ж… Если выхода нет, проблемы решаются быстро. Я вновь нашел в Норе Найру Эль-Кадис.

— Ты сказала, что Караван будет щедрее Наблюдателя… Продай мне Руну Развития за его цену, Восходящая. За сотню Монет.

— Развитие? — она удивленно подняла бровь с крошечным золотым колечком. — Зачем?

— У меня есть кое-что, что может помочь. Но оно сломано. Нужна Руна Починки или Руна Развития, тогда я починю сам.

— Золото? — переспросила Найра. — Золотая Руна?

— Ты сама сказала, что Сай’Рхосу, или как там его, плевать на серебро.

Найра смотрела на меня несколько секунд, потом кивнула.

Она привела в зал Норы, отгороженный пологом из плотной ткани. За ним в окружении тюков и ящиков обустроил импровизированную штаб-квартиру Вейн Эль-Керр. Хранитель путей, сидящий на рунном ковре, изучал парящий фолиант — то ли схему, то ли карту, то ли диковинный текст…

— Гость хочет торговать, — сказала Найра. — Ему нужна золотая Руна Развития.

Вейн не выразил удивления. Спрятал свиток в Скрижаль и указал на ковер напротив себя:

Фиолетовое лицо караванщика, покрытое светящимися татуировками, выглядело непроницаемым. В его глазах не было ни враждебности, ни дружелюбия — только холодная оценка.

— Золото — великая ценность, — сказал он неторопливо. — Зачем тебе золотое Развитие, Восходящий?

Я повторил то, что уже сказал Найре, и от хранителя путей повеяло недоверием.

— Скорее подмастерье. Но у меня были хорошие учителя.

— Что это за Руна? — спросил он. — Покажи мне ее.

— Не слишком ли много ты хочешь? — назойливые попытки выведать мой арсенал начинали откровенно раздражать. — Это моя Руна.

— Твоя, — спокойно согласился Вейн Эль-Керр. — А золотое Развитие — принадлежит Каравану. И Караван не платит вслепую. Ты хочешь, чтобы я дал тебе золото, а взамен получил — «поверь мне»?

— Взамен ты получишь шанс. Если я починю то, что хочу починить, у нас появится инструмент против Сай’Рхоса.

Хранитель путей молчал несколько секунд, и я не мог понять, что скрывается в этих фиалковых, искрящихся золотом глазах. Он, все они были чуждыми, непохожими на нас и внешне, и внутренне. И сейчас это чувствовалось особенно ярко.

— Караван не продаст тебе Руну за Звездные Монеты. Но есть другой путь.

— Клятва. Я дам тебе то, что ты просишь. Но в обмен на Клятву уничтожить Сай’Рхоса и открыть путь для Каравана.

Клятва — это очень серьезно. Но я не мог ничего гарантировать. Голубая Стрела — корабль, о котором я почти ничего не знал. Руна Стигиса лежала сломанной тысячи лет. Даже если починю — кто сказал, что смогу активировать древний корабль? Что на борту есть оружие? Что оно сработает против твари из глубокой Тьмы?

Поклясться убить Сай’Рхоса? Невозможно. Поклясться спасти Караван? Зачем? Я не буду давать Клятв, которые не могу выполнить.

— Нет? — Вейн моргнул. Кажется, он не ожидал отказа. — Это хорошая сделка…

— Я не даю Клятв, в которых не уверен. Не знаю, смогу ли убить эту тварь. Может, все окажется бесполезно. Поклясться и не выполнить — хуже, чем не клясться вообще.

— Что ж, твое право, Восходящий, — сказал Вейн Эль-Керр. — Но Караван не платит за пыль. Когда передумаешь — приходи.

— Тогда будем ждать смены небесного знака на одной дороге и надеяться, что Странник посмотрит на нас… — он вновь открыл свой фолиант, давая понять, что разговор окончен.

Расчет хранителя путей был ясен — опытный торговец, он рассчитывал, что безысходность сломит меня. А может, хотел присмотреться к «гостям» получше — и завладеть нашими Рунами, когда мы утратим бдительность. От людей, которые загнаны в ловушку, не стоит ждать милосердия к чужакам. Они используют любой шанс. Сейчас нас трое Восходящих, серебро и две бронзы, и никто не полезет в открытую схватку в Норе, но интуиция подсказывала, что караванщикам нельзя доверять.

Ночью я прокручивал в голове различные варианты. Начиная от залога одной из моих золотых Рун в обмен на Развитие и заканчивая применением Ментального Императива. Плохие, плохие варианты. Большинство вели к конфликту с нашими спасителями, а мне категорически не хотелось выступать в роли агрессора.

Найра. Она бесшумно вышла из теней и столь же бесшумно опустилась рядом.

— Не спится, Восходящий? — меня коснулось ее ментальное послание. Неожиданно мягкое, как ласковое поглаживание кошачьей лапкой, тщательно спрятавшей коготки.

— Я запускала дозорные Руны. Некоторые он… находит не сразу.

Она повернулась ко мне, в полумраке фиалковые глаза караванщицы казались почти черными, только золотые искры мерцали в глубине.

— Вейн не продаст тебе Руну. Он будет ждать.

— Я видела. Как ты дрался. Там, в руинах. Видела, как умер. Видела, как встал.

— Двенадцать моих братьев, лучшие воины, что я знала, полегли за двести ударов сердца. А ты продержался триста. Один.

— И все равно встал. Ты не дал Клятву, потому что не уверен в победе. Это не пыль. Вейн думает, что ты сломаешься. Я… думаю иначе.

Она протянула руку. На кончике пальца задрожал знакомый рунный глиф.

— Я дам тебе золото, Восходящий, — мысленно прошептала она. — Свое.Без Клятвы. Без Монет. Сделай, что сможешь.

Я посмотрел на Руну, потом на Найру. Она не отвела взгляда. В нем было что-то. Симпатия? Доверие? Надежда?

— Я видела. Как ты смотрел на своих людей. Как закрыл их, когда пришел Сай’Рхос. Ты не покинешь Мертвый Город, не сбежишь, бросив всех, если план не сработает. Идущий дорогой сброса… я верю тебе.

Я протянул руку и взял Руну, мимолетно коснувшись кончиков ее пальцев.

— Не благодари, — Найра поднялась. — Просто убей эту тварь.

Она растворилась в полумраке Норы так же бесшумно, как и появилась. Я смотрел на золотой глиф в своей Скрижали. Никакой Клятвы, никаких обещаний… но это было больше, чем Клятва.

Ждать утра не имело смысла. В Норе, да и вообще в темных землях, время застыло, мы мерили промежутки только периодами сна и бодрствования. Я открыл Атрибуты и выбрал одно из двух доступных золотых продолжений Интеллекта — Искусность.

Именно ее не хватало моему Рунному Мастерству, чтобы чинить золотые Руны.

Искусность — золотой Атрибут, необходимый мастерам рун, творцам артефактов, архитекторам доменов — всем, кто хочет работать с материей и Звездной Кровью на золотом уровне. Первая звезда принесла мне Взор Создателя…

Взор Создателя (1/10, золото) — способность видеть внутреннюю структуру рунных объектов, понимать логику их устройства и проводить разборку, сборку и ремонт конструкций золотого ранга.

Скай: Провожу анализ изменений… провожу визуальную подстройку… Готово.

Я приоткрыл веки, пытаясь активировать новый Навык. Это оказалось легко — что-то незримое щелкнуло, и мир изменился. Вернее… остался прежним, но я теперь видел его иначе. Энергетические ореолы рунных Предметов расцвели паутиной тончайших линий, обнажая свою суть.

Стелла на силуэте Найры у противоположной стены — серебро, трижды усиленное, ее плащ, пояс и сапоги — бронза Искателя, а обруч на лбу — ментальный усилитель. Амулет караванщика около нее — бронзовое Хранилище, протез Фьюри хранит выкидной рунный клинок бронзового ранга, знаки на стенах Норы — блокирующие пространственные переносы Инскрипции, конструкция в центре зала — трехзвездная серебряная Руна-Предмет, выделяющая кислород и фильтрующая воздух…

Все, даже мое собственное снаряжение, — превратилось в сложные трехмерные схемы. Я видел ядра, узлы, каналы и средоточия эфирного плетения — как специалист-техник видит в паутине проводов четкую энергетическую схему…

Скай: Командир, с этим Навыком мы можем проводить полную диагностику и ремонт рунных конструкций до уровня золото-3.

Поток новой информации мешал, забивал восприятие, и несколько минут ушло на то, чтобы взять Навык под контроль. Скай помогала, фильтруя и сортируя, и постепенно хаос превратился в управляемый инструмент. Теперь я мог смотреть на предмет и не анализировать его. Мог выбирать, что изучать, а что игнорировать.

Я открыл Скрижаль и выбрал Руну Стигиса. Сломанный глиф выглядел как сложная структура из переплетенных линий, часть из которых была оборвана. Но теперь я понимал, что нужно сделать для восстановления контура, и пальцы двигались сами, вливая Звездную Кровь.

Руна Стигиса вспыхнула, став крылатым силуэтом, отдаленно напоминающим хищную птицу.

Я видел ее конструкцию — рунную упаковку, содержащую золотой корабль с шестью звездами усилений, странными узловыми элементами и инородными вкраплениями — похоже, Предмет был гибридом, помимо прочего содержащим встроенное Хранилище и… странные, обладающие собственной энергией объекты. Скай доложила, что Руна, похоже, содержит посторонние конструкции, а также, с высокой вероятностью, — разумную матрицу или аниму во встроенном артефакте типа «анимариум».

Ну что ж, оставалось только одно — проверить.

Глава 18

Стигис был Руной-Предметом, но не плащом или кинжалом. Для его материализации требовалось много пространства — желательно оперативный простор, чтобы попробовать взлететь. Я очень надеялся, что смогу оживить и взять под контроль летающий корабль, несмотря на странную сущность, привязанную к нему. После совместного проживания с Белым Дьяволом и постоянной болтовни со Скай еще один голос — не самая серьезная из проблем.

Но для активации нужно выходить наружу. В Мертвый Город, где хозяйничает Сай’Рхос.

Я поговорил со своими людьми. Как ни крути, но, пока буду разбираться со Стигисом, им придется остаться в Норе — своеобразными заложниками караванщиков. Гарантией, что я вернусь. Хотя, судя по Толе Грохоту, уже наводящему свой порядок в убежище, не очень понятно, кто у кого в заложниках. Толя — человек простой, а безделье — худший враг солдата, и десант, на, уже начал проверять, «кто чем дышит». Причем языковой барьер ему ничуть не мешал. Если мы тут задержимся, Великий Караван явно обогатит свой лексикон земными идиомами. Это было бы смешно, не будь столь опасно. Мне даже пришлось вмешаться, чтобы погасить возможный конфликт. Чужие обычаи нужно уважать, а с караванщиками, сколь бы «хитрожопыми гусями» они ни были, не стоило ссориться по пустякам.

В любом случае обе стороны получили массу новых впечатлений, и, похоже, веселье только начиналось. Закончиться же оно могло весьма печально, и потому, как только откатились Руны Печати Доминиона, Полной Невидимости, Второго Рубежа и прочие, сломанные и заново отремонтированные мной, я подошел к Найре.

— Я готов. Но мне нужно место снаружи. Большое, открытое. И время для подготовки. Ты сможешь… его отвлечь?

Караванщица помолчала, явно что-то прикидывая.

— Это плохая дорога… Но есть одно место. Опасное. Мы называем его «Сад Клинков».

— Возле Небесных Мечей? — я начал понимать, о чем она говорит.

— Да, там горят четыре Клинка. Близко. Их дыхание смыкается. Там Сай’Рхос будто слепнет. Не останавливается, но медлит. Ищет дольше. Иногда до сотни ударов…

Полторы, может, две минуты. Хватит этого, чтобы поднять в воздух загадочный Стигис?

— Я проведу тебя дорогой теней, — продолжила Найра. — Если станцую с Забытым, может, подарю еще полсотни ударов. Но не больше. У тебя есть чем защититься от небесного огня?

Я кивнул — Руны от высокотемпературного воздействия имелись: Лед-Доспех, Экзопокров и золотой Второй Рубеж. Сам огненный столб они не удержат, но его ауру — вполне. И еще есть Спираль Времени. Если что-то пойдет не так, у меня будет шанс переиграть.

— Тогда держись крепче, Восходящий, — предупредила Найра, протягивая руку. — И что бы ни увидел — не отпускай.

Дорога теней. Руины Мертвого Города проступили призрачными силуэтами — колоссальные, но неправильные, искаженные. Странные углы, размытые очертания, и тени в этом вывернутом мире — как будто живые, двигающиеся, протягивающие щупальца…

— Не смотри! — голос Найры в голове был острым, как удар хлыста, — Не думай! Они чуют…

В реальности Небесные Клинки выглядели столбами голубого пламени, лезвиями исполинских горелок. Здесь, в теневой изнанке, они казались ранами, разрывами, прорехами — будто кто-то вспорол саму ткань бытия. Между ними все корчилось, дрожало, истончалось. То самое дыхание Клинков, о котором говорила Найра.

Последний шаг — в давящее плотное пространство между сияющими ранами, затем резкий рывок — и мы вынырнули обычный мир.

Большая площадь, растрескавшийся черный камень. Яркий голубой свет, огненный столб Клинка — в какой-то тысяче метров, за оплавленной кромкой руин. И остальных, с других сторон — дальше, но вполне достаточно, чтобы опаляющий жар убивал все живое. И не только — этот синий огонь, который Восходящие называли Небесным, отделяя от других стихий, имел мощную компоненту, разрушающую эфирные связи. Я сразу понял, что мой Аспект не проживет здесь и минуты, как и любое другое призрачное существо, и даже рунные барьеры будут «съедаться» аурой этого пламени. Но, к счастью, расстояние играло роль — это происходило не сразу. Торк сразу же потерял первый заряд, Лед-Доспех мгновенно потемнел, однако Скай констатировала, что мы способны продержаться здесь по меньшей мере пять минут.

Найра, окутанная линзой призрачной защиты, отпустила мою руку и коротко кивнула, сложив ладони перед грудью.

Затем караванщица огляделась, будто пытаясь отыскать тень в зоне слепящего света, нашла ее в укромном уголке руин — и исчезла, невероятным образом поглощенная ей. Механика этого перемещения оставалась загадкой — не движение, не транслокация, а, по словам Скай, использование иной пространственной метрики…

Сложившись из вихря Звездной Крови, он завис в полуметре над землей — на расстоянии вытянутой руки.

Большой, метров тридцать длиной и не менее десяти-двенадцати — размах крыльев. Хищный силуэт с острыми полумесяцами крыльев действительно напоминал стрелу — вернее, ее наконечник, острый, листовидный, отлитый из голубой стали. Форма и обводы — совершенно чуждые, но удивительным образом схожие с земными военными флаингами. Потому что аэродинамику не обмануть, и аппараты, которым предназначено летать, даже спустя миллион циклов будут выглядеть братьями.

Голубая Стрела умела летать. И, судя по виду, чертовски хорошо и чертовски быстро.

Благодаря Истинному Взору я видел сложнейшую структуру этого корабля-артефакта, ощущал ритм и пульсацию его энергетического контура. И интуитивно знал, где нужно приложить руку, чтобы оказаться внутри. Подобно оболочке кристалл-сферы, туда вела раскрывающаяся диафрагма.

Условную корму — заднюю треть корпуса — занимала массивная сфера из переплетенных иллиумовых колец, от которой расходилась паутина энерговодов — люкс-накопитель, рунное сердце корабля. Похоже, что Стрела не была предназначена для перевозки пассажиров, потому что внутри оказался единственный и весьма узкий отсек. Пилотский кокпит, только весьма своеобразный: остекления и панели управления не существовало, их заменял занимающий почти все внутреннее пространство и слегка наклоненный по диагонали… саркофаг? Плита из синей стали с анатомическим углублением, повторяющим контуры тела… не человеческого, но весьма близких пропорций.

В моем первом видении в этом ложе находился скелет кел с кинжалом в глазнице и груда раздавленных костей рядом. Сейчас не было ни того, ни другого — превращение в Руну стерло все следы тысячелетней трагедии, кроме парящего над изголовьем венца. Изящный обруч из того же синего металла, что и корпус. Благодаря Искусности я знал, что это — ниточка, связывающая с рунным интерфейсом корабля.

А между венцом и саркофагом — четыре парящих рунных глифа.

Звездная Кровь, Обломок Скрижали и две Руны.

Сколько тысяч лет они ждали, пока их кто-нибудь заберет?

Цейтнот не давал времени на размышления! Возможно, Сай’Рхос уже летит сюда или Найра ценой смертельной риска покупает мне драгоценные мгновения. Поэтому я решительно втянул Руны (тысяча восемьсот капель, ничего себе, серебряные Предмет и Сага, золотой Обломок Скрижали) и лег в саркофаг. Углубления не совпадали с телом, но не критично, а затем ложе неуловимо трансформировалось, охватывая руки и ноги, а управляющий обруч холодным капканом защелкнулся на моем лбу.

Водопад информации — сенсорной, ментальной и визуальной! Образы, голограммы, символы, тактильные ощущения, звуки, голоса… Восприятие мгновенно переполнилось, как чаша, подставленная под бурлящий поток, и только помощь Скай, взявшей на себя фильтрацию и обработку, помогла не захлебнуться.

Оболочка корабля стала полупрозрачной — сквозь нее я видел черное небо, развалины и бьющие в небо клинки синего огня. Видел сложные рунные фреймы, окутывающие каждый объект, и то, что за пределами зрения, но доступно наблюдательным системам корабля, проецирующим мое восприятие в пространстве. Ощутил стигис своим новым телом — тяжелым, незнакомым, непослушным, но готовым подчиняться. Тело — корпус, руки — крылья, люкс-накопитель — сердце, глаза — сенсоры, видящие сразу во всех направлениях. Очень необычная нейронная синхронизация — похоже (но не так) она происходила с Небесным Ястребом. Этот летательный аппарат был намного больше, сложнее и требовал определенных знаний и навыков…

И одновременно, фоном, я услышал голос. Тот самый, мужской, яростный и одновременно отчаянный, кричащий на странном искаженном Языке Кел:

Я видел его лицо, призрачное, будто из треснутого голубого стекла. Резкие черты, узкий нос, рунные узоры на висках. Неполная, разбитая мозаика…

Скай: Внимание, командир. Обнаружен ментальный контакт с анимой, помещенной во встроенный анимариум. С высокой вероятностью принадлежит предыдущему владельцу Руны. Анима была захвачена спасательной системой корабля в момент окончательной гибели и, вероятно, пребывала во вневременном рунном стазисе неизвестное количество времени. В данный момент анима не имеет доступа к управляющему контуру Голубой Стрелы.

Это просто прекрасно, что не имеет! Одновременно умница Скай выкатила мне полный список возможностей корабля — четыре основных функции и три Инскрипции, которые, как я и предполагал, оказались чем-то вроде дополнительных рунных артефактов, значительно расширяющих функционал корабля:

«Сердце Вечного Света» — люкс-накопитель, превращающий Звездную Кровь в структурированный жесткий свет, энергию высшего порядка, питающую защитные и атакующие системы корабля;

«Небесная Сталь» — корпус из священной синей стали, обеспечивающий высочайшую резистентность ко всем видам урона, но при этом, в отличие от иллиума, не ограничивающий рунные взаимодействия;

«Хранитель Душ» — спасательная система, при гибели пилота (и, вероятно, корабля) удерживающая его душу в специальном хранилище. Нечто вроде драконьего сосуда эрды Оноры, только встроенного в Руну;

«Звезда Жесткого Света» — то, чего я ждал и опасался не найти! Боевая система, использующая тот самый жесткий свет как оружие. Мощность нужно проверять на практике, но системы ПВО Эргиаля, работающие на таком же принципе, запросто кромсали золотые ликторы Гармонии.

Инскрипция Стабилизации Времени — похоже, что эта штука блокировала временные искажения вроде тех, что производила моя Спираль. И она действовала «бессрочно» — а это означало, что я не смогу применять Спираль, находясь внутри;

Инскрипция Золотого Ока — эта Инскрипция расширяла возможности наблюдательных систем корабля, то есть пилотского восприятия. Нечто вроде многофункционального радара, включающего все способности, которые даровал Глаз Небесного Змея, Истинный Взор и прочие мои Руны, а также множество других;

Инскрипция Звездного Полета — а эта… я не очень понял, а вдаваться времени не было. Похоже, она служила рунным аналогом двигателя, но не обычного, а предназначенного для… межзвездных перелетов?

Были и плохие новости. Небесный Ястреб использовал в качестве батарейки Звездную Кровь пилота-Восходящего. Голубая Стрела имела свое энергетическое сердце — люкс-накопитель. Условная емкость, мать моя женщина, тысяча Звездных Сфер, то есть около трехсот тысяч капель Звездной Крови!!! Просто невероятное по моим меркам количество.

И он был практически пуст. Почему и как подзарядить — большой вопрос. Факт в том, что энергии — на самом донышке, чуть более десяти сфер, то бишь три с небольшим тысячи капель. Насколько этого хватит, можно было определить только экспериментально, табличек расхода, увы, не прилагалось.

Но самое главное — Стрела умела летать! И у нее было оружие.

— Кто ты? — продолжал настойчиво вопрошать призрак прежнего пилота. — Этот стигис принадлежит Звездному Крылу! Отвечай!

— А кто ты? — наконец ответил я, одновременно пытаясь разобраться с управлением. Прошло уже больше минуты с момента активации Руны, Сай’Рхос мог появиться в любую секунду, и, честно говоря, сейчас препираться с голосом было не с руки.

— Я⁈ Я — ар-ринг, курьер небесного дозора, Эйлориан кел…

— Я… не помню. Дом? Созвездие… я не помню! ПОЧЕМУ⁈

Мне наконец удалось заставить Голубую Стрелу подняться в воздух. Неуклюже, рывками, но удалось! Этот летательный аппарат не походил ни на что, чем мне приходилось управлять ранее, — совершенно другой баланс, иные принципы полета, он вообще казался не кораблем, а чем-то вроде… летающего клинка. Невероятно быстрая и очень маневренная штука, чутко реагирующая на малейшие команды и требующая предельного сосредоточения… Понимая, что не справляюсь, я снова использовал Руну Черного Надлома — отклик, который давали сигнальные системы моего серебряного организма, оказался недостаточен для полноценного управления. Пилот, похоже, должен был быть золотым Восходящим — или, по крайней мере, иметь золотые Атрибуты в некоторых областях.

— Я… не помню. Похоже, полностью вырезан узел причинности. В ход пустили онто-разрушающее оружие? Что случилось⁈ Прошу, скажи мне, где мы? КОГДА МЫ?

Я направил Стрелу в нужную сторону, заставив разогнаться, затем мгновенно остановил и крутанул вокруг своей оси. Со стимулятором стало гораздо легче — скорость и восприятие выросли на порядок, степень нейронного сопряжения значительно повысилась. Теперь я мог… кое-что. С каждой секундой Голубая Стрела становилась все более понятным инструментом — сложным, непривычным, очень чувствительным…

— Ты из небесников? Я не узнаю отпечаток! Почему ты не отвечаешь?

У меня совершенно не было времени на болтовню, потому что Золотое Око — или как там называлась наблюдательно-сканирующая система корабля — засекло на пределе видимости мутное голубое пятно. И мгновенно окружило его рунным фреймом, расшифровав содержимое: сфера, плотный клубок сложной конфигурации, множество сложенных конечностей, пульсирующее ядро…

Скай стремительно адаптировала новую информацию — часть знаков вопроса в статусе монстра сменилась странными надписями:

Я рванул Стрелу вверх, пытаясь дать максимальное ускорение. От страшной перегрузки на мгновение помутилось сознание, руины Мертвого Города резко провалились вниз, превращаясь в черную мозаику с голубыми пятнами Клинков. Невзирая на предупреждения Скай, раскусил Пилюлю Несокрушимости — для того чтобы пережить ускорение и маневрирование этого аппарата, требовалось быть покрепче серебра…

— Я — Эйлориан кел… ар-ринг, курьер-дозорный Звездного Крыла! Нашедший мою Руну — знай, ты нарушаешь Порядок. Голубая Стрела — именованный стигис, принадлежащий Звездному Крылу. Верни ее Стражам Предела в любой доступной Башне, Ковчеге или астролите…

Тварь набрала высоту следом. Быстро. Слишком быстро. Она по-прежнему двигалась непредсказуемыми фазовыми скачками, и мне снова пришлось задействовать Печать Доминиона, чтобы не допустить сближения. Корпус моего нового корабля из прочнейшей синей стали, но я не знал, как он отреагирует на клинки жесткого света, которыми орудовал противник. Сближение смертельно опасно!

Резкий вираж влево! По телу разливалась уверенная мощь Несокрушимости, вкупе с Черным Надломом выводившая Атрибуты на золотой ранг. Это было необходимо — Голубая Стрела слушалась, но управление требовало чистого, четко отмеренного нейронного импульса и сверхчеловеческой выносливости. Но зато и скорость стигиса поражала воображение — мы превосходили Сай’Рхоса, причем значительно. После очередного маневра тварь выскочила в полутора километрах, зависла, будто прицеливаясь…

Я резким, невозможным для земного аппарата маневром развернул Стрелу, «перекувырнув» ее в воздухе, — и поймал фрейм твари тем, что заменяло прицельную сетку. Звезда Жесткого Света отозвалась на ментальный импульс, мгновенно выплюнув в пространство три ярких искорки — одну за другой, неотразимым веером.

Там, где они прошли, Сай’Рхоса уже не было. Он снова «прыгнул», раскрываясь на границе Печати цветком световых лезвий, и мы разошлись практически чудом, ценой дикой перегрузки и крутого пике, в которое ушла Голубая Стрела, пытаясь разорвать дистанцию.

— Ответь! Где мы? Когда мы? Сколько… прошло времени?

Вторая попытка. И снова — неудачно, заряд жесткого света не имел никаких шансов поразить эту тварь. Но зато мы выяснили примерные параметры расхода, и они, увы, не обнадеживали. Каждая минута полета жрала (иного слова не подобрать) примерно восемь капель Звездной Крови, один выпущенный световой заряд — сто двадцать капель. Можно сказать, я палил золотыми Заклинаниями! За недолгое время нашего столкновения я израсходовал уже пятую часть запаса люкс-накопителя, и стало ясно, что затягивать этот бой не стоит. Сай’Рхос не мог догнать меня, но и я не мог попасть в скачущую тварь. Без Спирали Времени предугадать траекторию его движения было невозможно. Уйти, избежав столкновения, в принципе реально, но я обещал попробовать прикончить этого монстра…

— Нет времени! Отвечу… позже! — передал я. — Сейчас… я веду бой!

— С кем? Покажи мне, — голос призрака мгновенно изменился, и мне это неожиданно понравилось: он будто включился. — Я могу помочь. Дай доступ к Оку.

А что, собственно, я терял? Ничего — управление Руны замкнуто на владельца, перехватить его анима без тела не способна. А вот ценный совет может пригодиться — недаром рунный интерфейс стигиса опознал эту тварь. Может, он знает, как с ней справиться?

Я не знал, как дать доступ. Но Скай справилась — и поток данных от Золотого Ока разделился, уходя к призраку.

Пауза. Секунда, две, три… Голубая Стрела летела, лавируя между черными башнями Мертвого Города, Сай’Рхос сидел на хвосте. Я взмыл, снова ускоряясь и давая посмотреть на все это разрушенное великолепие сверху.

— Великие Звезды. Где мы? Пустота-за-Пределом? Мертвые Сферы? Или это симуляционный октагон?

— Это невозможно. Отсутствует привязка к Башням. Где мысль-поле? Или… причинность нарушена, потому что произошел Прорыв⁈ О Искуснейший… где светило? Где Ковчег? Где… Звезды?

Я вдруг понял, что бывший владелец родом из тех эпох, когда дайсон-сфера еще не потеряла свое солнце, и то, что он видит сейчас — не меньший шок, чем для землянина, впервые угодившего в Единство. Похоже, этот Эйлориан мог быть кладезем важнейшей информации о прошлом Единства и истоках всего происходящего, но сейчас мне требовалось от него совсем другое:

Сай’Рхос снова выскочил рядом с нами — Печать Доминиона не давала ему приблизиться вплотную, но стоило чуть замедлиться, и он без труда настигал нас. Я тоже уже изучил его повадки и приноровился к управлению Стрелой, так что без труда вывернулся, вновь бросив машину вниз, к черным руинам. Тварь замерла, и мне показалось, что это удобный момент для выстрела. Но нет, не хватило мгновения, очередная Звезда прошла в молоко. Как же тебя приголубить, тварь?

— Мягче и быстрее. Это стигис, а не лодка! Зачем ты стреляешь? Ṣa’i-Ra’Ḫōs использует драйв-пульсацию, ты попадешь только в его тень…

Ṣa’i-Ra’Ḫōs. Он произнес это безукоризненно, и стало ясно, что караванщики просто исказили древний технический термин Языка Кел. Шай-Ра-Хоос. Исполнитель Надзора Пустоты. Или Тот-Кто-Исполняет Пустоту, если попытаться перевести это на глобиш. Что, черт побери, это вообще значит⁈

— Это не тварь, — в голосе призрака проскользнуло недоумение. — Ra’Ḫōs это Руна Надзора. Страж или чистильщик. Этот октагон подлежит очистке?

— Руна Надзора. Я не вижу печати распорядителя. И он выглядит… странно. Влияние чужеродной энергии? В октагон прорвались порождения Предела?

Руна⁈ В Эстэ бушевали Бесконечные Шторма, которые, по словам моего экс-вселенца, тоже были автономными золотыми Рунами. Значит, Сай’Рхос — нечто вроде? Но какая в сущности разница? Я начал терять терпение, потому что тварь не отставала, а каждая минута промедления сжигала запас люкс-накопителя.

— Убить? — в голосе Эйлориана появилось недоумение. — Это функция осуществления Порядка. Если она некорректно работает или подверглась чужеродному заражению, необходимо сообщить распорядителям Надзора в Башне либо вызвать Стражей…

— Нет никакого Надзора и никаких Стражей! Как его уничтожить?

Еще одна пауза, на этот раз покороче. Затем Эйлориан заговорил — и наконец-то сухо, профессионально, по существу:

— Никак. В курьерской конфигурации Голубая Стрела не может заблокировать драйв-пульсацию, а поражающей мощи не хватит для гарантированного повреждения рунной матрицы Ra’Ḫōs. Необходимо изменить Инскрипции на конфигурацию перехватчика. Какими ты обладаешь?

Я горько усмехнулся. У меня и правда имелась одна Руна-Инскрипция, найденная на небесном острове, — то самое Ускорение Полета, но вряд ли оно поможет в данном случае.

Тысяча метров. Сай’Рхос заходил на новую атаку. Я видел его — развернутые конечности, пульсирующее ядро в центре тела. Жуткая тварь…

— Моя Скрижаль. Мои Руны. Где? Ты забрал их? Там должен быть полный набор.

Золотой обломок. О да, он был со мной, мерцал в одной из ячеек Скрижали. Я быстро вскрыл его — двадцать шесть слотов, одиннадцать Рун, три каких-то Осколка Пустоты, две непонятных хреновины и десять сформированных Сфер — огромных, по триста капель каждая! Восемь Рун действительно были Инскрипциями, четыре — золотыми, четыре — серебряными. Ничего себе наборчик!

— Нашел? Сними Стабилизатор Времени — он здесь бесполезен. Звездный Полет — для путешествий между Сферами, тут тоже не поможет. Поставь золотую Паутину и Синтез Мощи. Этого будет достаточно. И управляй Стрелой мягче. Спокойнее. Это стигис, у тебя двойное преимущество в скорости. Кто учил тебя летать?

Скай быстро анализировала наши реальные возможности. Да, Инскрипции отличались от прочих усилений тем, что их можно было свободно менять в звездах этой Руны, но только в развернутом состоянии, подобно сменным боевым модулям. Похоже, это предоставляло возможность сконфигурировать Стрелу «под задачу» — невероятная, невиданная гибкость! Но одновременно с этим Стигис — чрезвычайно дорогая в использовании Руна — очень похоже, что во времена ее создания Кел вообще не испытывали дефицита Звездной Крови.

Сай’Рхос (Ra’Ḫōs, Руна Надзора, напомнил я себе) снова выскочил на границе Печати Доминиона. Я бросил Стрелу в пике, к черным руинам, выигрывая драгоценные мгновения.

Рунная конструкция Стрелы сияла перед внутренним взором, как открытая книга. Неподвижные гнезда зафиксированных усилений, пульсация накопителя и активные ячейки Инскрипций. Центральная — Золотое Око, не трогаем. Меняем те, что в крыльевых элементах, на золотые Паутину Пространства и Синтез Мощи.

Готово! Руины неслись навстречу. Я пролетел сквозь огромную башню, на ходу огибая препятствия, нырнул в черный каньон между ярусами. Сай’Рхос пытался перехватить, но я уже в достаточной мере «почувствовал» корабль, чтобы не допустить этого. И с каждой секундой Стрела нравилась мне все больше. Небесный Ястреб можно было сравнить с земными альфа-вингерами, но стигис — это совсем другой уровень. Он давал сто очков вперед любой земной технике!

— Ты небесник, — уверенно сказал Эйлориан. — Вытаскивай его на простор. Теперь слушай. Паутина блокирует драйв-пульсацию, но удерживающая нить имеет пределы. Ты должен поймать и удержать его на расстоянии в сто пятьдесят каюмов. Просто не давай к себе приблизиться.

Голубая Стрела вырвалась из каньона, вновь взмывая вверх. Сай’Рхос выскочил следом, на самой границе Печати — уже развернутый для атаки веер клинков. Прокатился мимо — бесполезно, я уже прощупал его предельные возможности и контролировал ситуацию. Он меня не догонит.

— Заставь его раскрыться. Затем используй Клинок. Синтез превращает Звезды в единый удар…

Поймать его было легко. Паутина — сеть золотых линий — напоминала полусферу, втягивающим куполом накрывшую изрядную область пространства — и мгновенно затянувшуюся золотым клубком. Внутри нее бился пойманный Сай’Рхос — Паутина не остановила его полностью, но значительно замедлила. Тварь попыталась совершить свой коронный прыжок, пространство дрогнуло — и ничего не произошло.

— Драйв-пульсатор заблокирован, — голос кел был спокоен. — Держи его и готовь Клинок.

Я заложил длинный вираж, описывая широкую дугу вокруг пойманного экзо-механизма. Сай’Рхос рванулся, пытаясь сократить дистанцию, перехватить Стрелу — но я спокойно уклонялся, сохраняя безопасную дистанцию.

— Танец, — голос Эйлориана стал мягким, почти наставительным. — Мягче. Ты и есть Стрела… Готовься… он раскрывается…

Да, чертов шар, чем бы он ни был, опять выпустил свои световые клинки, явно собираясь уничтожить сковывающие его нити золотой Паутины. Вновь сверкнуло синее ядро в центре, и его мгновенно захватило то, что заменяло Стреле прицельную сетку.

Я мгновенно развернул Стрелу — и выстрелил.

Клинок Жесткого Света — то, чем под действием Синтеза Мощи стали Звезды, — выглядел как луч — мощный, концентрированный, прошивший пространство световой вспышкой. Он ударил, и на этот раз обездвиженный монстр не успел ускользнуть.

И Сай’Рхос… не лопнул, не взорвался. Он просто исчез. Перестал быть в этой точке пространства, вернулся в иное агрегатное состояние — вероятно, сломанную Руну. Скай подтвердила мои догадки:

Скай: Сай’Рхос ликвидирован. Сигнатура преобразована в поврежденную рунную матрицу. Рекомендую отыскать ее…

Ликвидирован. Я ощущал странное — не торжество, не эйфорию, а опустошенность. Холодное, отстраненное удовлетворение от того, что справился, разобрался, нашел способ и оружие — и угроза, считавшаяся караванщиками непобедимой, устранена за пятнадцать минут.

— Итак, — голос Эйлориана звучал странно. — Функция Надзора отменена. Я надеюсь, теперь ты можешь поговорить со мной? Как твое имя, небесник?

— Сигурд, — ответил я. — Сигурд Морозов. Твой стигис — настоящее чудо!

— Стигис принадлежит Звездному Крылу, — строго поправил Эйлориан. — Но пока его Руну хранишь ты.

Я развернул Стрелу над Мертвым Городом. Нужно было забрать то, что осталось от Сай’Рхоса, затем — сообщить караванщикам, что путь свободен, и забрать своих людей.

И, похоже, меня ждал очень интересный разговор.

Глава 19

Сай’Рхос не наградил меня Звездной Кровью, Рунами и золотыми фрагментами, потому что сам оказался очень странной Руной. Функцией Надзора, как говорил Эйлориан.

Руна Ṣa’i-Ra’Ḫōs Kel-Thaem (соответствующий термин не обнаружен)

Улучшения: Руна Слияния, Руна Протокола???, Руна Бесконечности,???

Создана неизвестной инстанцией (соответствие термина 50%). Содержит автономного исполнителя внутренней функции Надзора. Протокол???. Предназначение и целевые параметры неизвестны.

Внимание: Руна не предназначена для частного использования.

Критически повреждена. Для ремонта требуется 160 капель Звездной Крови.

Такого типа я еще не встречал — и, скорее всего, не найду даже в том Фолианте, что подарил фригольду Белый Дьявол. Вероятно, она — реликт, пришедший из времен столь древних, что половина воспоминаний о них вырезана Руной Забвения. Недаром система Восхождения не могла ее толком классифицировать, и даже термины колебались в пределах пятидесяти процентов соответствия. Скай предположила, что Функция — вид Существа (но, возможно, не только, теоретически это мог быть и Предмет, и Заклинание, и даже Портал), жестко «запрограммированный» на определенную задачу и обладающий полной автономностью. По принципу — «запустил и работает», в отличие от краткосрочных вызовов Существ.

И еще когитор предупредила: не стоит надеяться, что Сай’Рхос мне подчинится, даже если восстановить эту Руну. Это все равно что разбудить древнюю боевую машину без доступа к управлению — она просто продолжит выполнять свой безумный протокол. Поэтому лучше, если этот глиф полежит в дальнем углу Скрижали до встречи с кем-то, кто знает, как ей пользоваться.

Возможно, мне мог бы помочь Эйлориан, но нашему общению помешало весьма уважительное обстоятельство.

Черный Надлом — полезный, но крайне коварный стимулятор. Реакция, восприятие, скорость взлетают на золотой ранг, ты на полшага опережаешь медленный мир. Не знаю, смог бы я полноценно управлять Стигисом без этой Руны. Скорее всего, да, но далеко не так эффективно. Не уверен что сумел бы так легко уничтожить Сай’Рхоса.

А в сочетании с Несокрушимостью это оказался убийственный коктейль. Во всех смыслах. Скай предупреждала меня, да и в самом описании эффектов говорилось, что последствия перенапряжения могут быть смертельно опасны. Предыдущие разы «похмелье» от стимуляторов сбрасывалось инкарнацией, но в этом поединке я умудрился остаться в живых.

Счет пришел, когда я забрал сломанную Руну Сай’Рхоса. Сначала — дрожь и странное ощущение, что мир ускорился. Нет, не так — это я замедлился, мысли и реакции, только что летавшие, вдруг стали вязкими и тяжелыми. Черный Надлом и Несокрушимость отпускали — и через несколько мгновений тело вспомнило все.

Слабость. Боль. Везде — в голове, груди, мышцах. Мне внезапно поплохело так, что контроль над Стигисом отвалился, ушел на второй план. Захлебнулся на полуслове голос Эйлориана, мигнул Кристалл Странника, пытаясь латать дыры. Но их было слишком много. Сердце пропустило удар, и с обжигающей ясностью пришло осознание — я умираю.

Скай: Критическая концентрация лактата в крови! Отказ синапсов! Многочисленные микроразрывы, кровоизлияние, острая аритмия! Рекомендую немедленную инкарнацию!

Руины стремительно кувыркнулись навстречу. Обводы Стигиса дрогнули и распались дождем Звездной Крови, вновь складываясь Руной в моей Скрижали. Я умер и возродился на камнях Мертвого Города, под черным беззвездным небом.

Скай: Системный отказ организма. Я рекомендую не использовать оба стимулятора одновременно — они создают критическое перенапряжение и подвергают нас риску…

Скай также сообщила, что с Руной Стигиса все в порядке, но вызвать ее снова мы сможем только через семь древодней. Предмет вновь стал Руной, потому что я в момент смерти утратил над ним контроль, и хорошо еще, что «Хранитель Душ» не смог захватить мою аниму. Иначе сидели бы там вдвоем с Эйлорианом, «пока собаки не залают хвостами», как любил говорить Винсент…

Я поднялся. К счастью, мои Руны, в частности, Плащ Пустоты, позволяли выживать в ледяном и почти безвоздушном пространстве. Нужно было как-то возвращаться в Нору — и хорошо бы найти Найру, если она, конечно, жива…

Стоило вспомнить о ней, как тень отделилась от ближайшей стены, и караванщица шагнула мне навстречу. А затем остановилась и медленно опустилась на колени. Склонила голову и руки в знакомом жесте — так слабый признает сильного и отдает себя в его власть. Я поморщился — мне, в отличие от Белого Дьявола, подобные жесты всегда были немного… неприятны. Зачем это все?

— Сай’Рхос мертв, — помыслил я. — Путь свободен.

— Я видела. Небесный танец. Золотые нити. И… конец. Ты… поменял пути.

— Встань, — я протянул ей руку. — Я всего лишь использовал правильный инструмент.

Найра подняла голову, посмотрела на мою руку, потом на меня.

— Инструмент? Золотой корабль из легенд? Оружие небесных владык?

Она наконец приняла мою руку и поднялась. В ее мысленном голосе послышалось странное благоговение:

Вместо ответа она указала на сияющее голубое око Вечности. Нет… уже не око. Знак неуловимо изменился, превратившись в странную фигуру — спираль из множества переплетающихся троп. Они расходились от центра, соединялись, ветвились и снова сливались…

Ничего себе новости! Это что же, пока я дрался с этой тварью, кончился цикл⁈

— Это новый небесный знак? Ты знаешь какой?

Что это такое, я узнал только после возвращения в Нору. Принесенные известия вызвали весьма бурную реакцию у караванщиков, да и у моих людей тоже.

Экипаж отреагировал… по-разному. От «Звездный Флот, на! Дядя Толя устал сидеть на попе ровно, пока ты там костлявой хвост крутишь!» и глубокого поклона Юки до молчаливого кивка Кроу, в глазах которого мелькнуло что-то вроде уважения, и бормотания Жабника о статистической невероятности победы над золотым существом в одиночку. Фьюри дольше всех смотрела на меня — изучающе, будто пыталась понять, тот ли человек вернулся из тьмы. Потом — она была старшей после меня — коротко доложила о состоянии экипажа и спросила о дальнейших планах.

— Рада, что вы живы, сэр, — с ее стороны почти что признание в любви.

Все они не знали деталей. Не видели ни стигиса, ни танца над руинами, ни моей очередной смерти. Для них я просто ушел — и вернулся победителем. Можно было только верить…

Лазурное Око было вновь открыто, путь свободен, да еще и произошла смена небесного знака, означающая конец одного цикла и начало другого. Следующие семь-десять дней в Единстве — что-то вроде праздника, всеобщего перемирия, сборов на тинг и всяческих гуляний. Земные Новый Год и Рождество в одном флаконе…

Найра утверждала, что знак изменился сразу после уничтожения Сай’Рхоса, но, конечно, учитывая необъятный масштаб дайсон-сферы, я ни капельки не верил, что моя победа послужила причиной. Просто так совпало, что небесные господа решили повернуть колесо небесного календаря именно сегодня — любопытное совпадение, но не более того.

Караванщики, однако, явно думали иначе. Они смотрели на меня… странно. Очень странно — кто-то со страхом, кто-то с благоговением, кто-то с откровенным любопытством. Некоторые подходили ко мне, пытаясь осторожно коснуться, другие принимали позу подчинения — словно перед королем или властителем. Трое, включая сурового Глаза, подарили по серебряной Руне — два Развития и одну Универсальную, причем так, что отказаться было невозможно.

Вейн Эль-Керр, старый хранитель путей, тоже преподнес свой дар…

Он подошел ко мне вместе с Найрой, серьезный и торжественный. Сложил руки перед грудью почти молитвенным жестом и сказал:

— Ты не принял мою Клятву… Но ты очистил путь. Караван хочет вознаградить тебя, Восходящий.

Из его Скрижали появилась Руна, которую старик протянул мне на вытянутой ладони.

— Немногие получают этот дар! Это серебро, но оно ходит по золотым дорогам. Оно не спрашивает Титула и не требует Славы. Ты можешь звать его, когда пожелаешь, и торговать без разрешения Наблюдателя. Руны, Предметы, Порталы. Даже стигматы. Все, что доступно Великим Караванам.

Я усмехнулся — хранитель путей пытался одарить меня Бродячим Торговцем, но в моей Скрижали имелась его золотая версия — Торговый Представитель.

Несомненно, очень ценный дар. Это Существо — мечта любого Восходящего, особенно того, который не хочет зависеть от рикса, Наблюдателя или милости Храма Вечности. Но…

— Благодарю, — я покачал головой. — Но я не могу принять его.

— Мои слова — не пыль, Восходящий, — нахмурился Вейн Эль-Керр. — Наш дар недостоин твоей Славы?

— Нет. Ваш дар прекрасен. Но… у меня уже есть эта Руна.

На лице хранителя путей, испещренном золотыми татуировками, появилось искреннее удивление. И оно же отразилось в фиалковых глазах Найры. А затем я ощутил импульс нескольких ментальных сообщений, которыми они обменялись.

— Значит, Странник уже избрал тебя, — скрипуче рассмеялся старик. — Хорошо. Очень хорошо. Но дар остается за нами…

Он вновь посмотрел на Найру, и она чуть заметно кивнула. Вейн Эль-Керр открыл Скрижаль и извлек новую Руну — тоже серебряную, но иную.

— Спасение за спасение, — сказал караванщик. — Ты протянул нам руку, и Караван протягивает ее тебе. Лишь избранные получают эту Руну. Когда тебе потребуется наша помощь — используй ее.

— Эта Руна позволит тебе открыть путь для Караванов в любое место, которое ты изберешь, — добавила Найра.

Переносит владельца на Великий Перекресток — узел древних путей Великих Караванов. На Перекрестке можно заказать прибытие любого доступного Каравана в указанную точку Единства, приобрести редкие товары и услуги, а также получить информацию о безопасных путях.

Найра обещала, что я смогу выбрать любое сокровище Каравана в случае победы, но мы так и не договорились с хранителем путей, Клятвы не было, а значит — у них не имелось и обязательств. Конечно, хотелось получить золото — но я напомнил себе, что его и так уже подарила мне Найра. От второго дара, наверное, не стоило отказываться — это могло оскорбить караванщиков. Ключ, даже многоразовый, как средство спасения не интересовал — у меня был свой Домен, — но сам доступ на Великий Перекресток открывал интересные возможности. Слова Найры и описание Руны намекали, что там можно «заказать» Караван — видимо, с помощью Портала. Если таким образом можно присоединиться к торговой сети Единства — это великолепная перспектива! Торговля — возможность расти и развиваться, покупать и продавать любые ресурсы, и это сразу выведет наш фригольд на другой уровень.

— Благодарю, хранитель путей, — сказал я, принимая Руну. — Великий Перекресток — что это?

— Древнее место. Безопасное для друзей Каравана. Там сходятся много путей. Назови мое имя, и ты найдешь там то, что потребуется. Так наш Караван оплатит свой долг.

— Вот как? — похоже, что платой был не сам Ключ, а та помощь, что я мог получить, «назвав имя». Это серьезно меняло дело. — Страж колес сказала, что Караван будет щедрее Наблюдателя, и ее слова — не пыль…

— Под знаком Прозрачных Дорог пути сами находят тех, кто их достоин…

— Знак новых путей, — сказала мне Найра. — Чистых, прозрачных. Странник улыбается всем. Двери, что были закрыты, — откроются. Длинные дороги станут короткими. Это хороший знак…

— Дочь Каравана не видела этот знак. Говорят, он выпадает раз в сотню циклов, — призналась она. — Но Караван помнит. Под оком Наблюдателя откроются Врата, ведущие на Прозрачные Дороги. И они на один цикл свяжут Единство…

Скай предположила, что смена знака, скорее всего, означает активацию «спящих» транспортных сетей, облегчающих перемещения между октагонами. Как именно они выглядели и как работали — пока оставалось загадкой, потому что в мертвой зоне Наблюдателя все эти чудеса не действовали.

Но теперь никто не мешал нам пройти в Лазурное Око. Караванщики звали с собой — они собирались вернуться в Заов, потому что после гибели ездовых животных и львиной доли людей Каравана о путешествии через темные земли не шло и речи. Тем более Прозрачные Дороги явно открывали куда более быструю и интересную перспективу. Их не смущало возможное присутствие Червей за Стрелой — как я понял, сразу после прохода Караван планировал уйти Порталом в безопасное место. Нам предложили «разделить дорогу», но, увы, у меня были другие планы.

Стигис — доступен только через семь дней. Да и не увезешь на нем всю нашу ораву. А вот вернуться и попробовать починить разбитый винтокрыл теперь было вполне возможно. Запас Звездной Крови в результате последних событий перевалил за пять тысяч, плюс три тысячи в форме сфер лежали в Скрижали. В общем, я имел возможность потратить некоторое количество Крови на ремонт, а если не выйдет — тогда мы воспользуемся предложением караванщиков.

Найра не отказала мне еще в одной услуге — доставке «дорогой теней» в то место, где дожидался хозяев разбитый «Грифон»…

Огромное здание, похожее на выеденное изнутри яйцо, с огрызками колонн, прежде изображавших исполинские древа. Винтокрыл лежал на боку, уткнувшись искореженным носом в массивное основание одной из них. Даже в бледном свете нового небесного знака, проникающего сквозь дыры в стенах и своде, было видно, насколько плохи дела.

Одного крыла не существовало, на его месте зияла рваная рана. Правый тилтротор уцелел, но превратился в оплавленную культю, лопасти импеллера торчали под невозможными углами. Хвостовая балка разрублена, обшивка и корпус покрыты страшными вмятинами, посадочные упоры вырваны, рампа выломана, силовой каркас поврежден в нескольких местах. Но, что удивительно, энергоячейка уцелела. Машину уже покрывали бледные наросты местной паразитической Травы, способной существовать даже в таких условиях, — «Грифон» был серебряным Предметом и содержал Звездную Кровь…

Плохо, очень плохо — на Земле винтокрыл списали бы в утиль.

С помощью Психокинетики и Силы Десяти Воинов я кое-как придал тому, что осталось от машины, горизонтальное положение. Взор Создателя позволял видеть структуру артефакта гораздо точнее, и было ясно, что энергетический контур Предмета хоть и поврежден, но вполне ремонтопригоден. Кроме того, я сумел определить, что мой аппарат состоит из двадцати восьми отдельных частей, каждая из которых сама по себе являлась Предметом — бронзового или серебряного ранга. Белый Дьявол когда-то говорил о сотне, но он ошибался, потому что мелкие подсистемы Восхождение объединяло в единый компонент. Вкупе с сохраненной Скай трехмерной схемой «Грифона» это позволило понять, что при желании я смогу упаковать Предмет в Руну — принципиально это ничем не отличалось от изготовления обычной Руны-Предмета, за исключением того, что требовалось более двадцати Символов. Часть у меня сохранилась еще со времен Азимандии, часть отсутствовала, но это дело поправимое — с помощью Рунного Конструктора я мог создавать Символы из остатков звездного льда и облачного серебра, которые предусмотрительно держал в запасе.

Найра внимательно наблюдала за тем, что я делаю.

— Странный механизм, — помыслила она, осторожно обходя винтокрыл. — Слишком… сложный. Твой Народ создает такие?

— Ты рунный мастер. Почему ты не сделаешь его Руной? Как тот золотой корабль?

Она была права — Руна намного лучше. По двум причинам. Первая заключалась в том, что я уже задолбался тратить драгоценную Звездную Кровь на ремонт. Починить Руну — на порядок дешевле и проще, а использовать ее стократ удобнее. Есть и свои минусы, конечно, но ими можно пренебречь. А вторая причина — Инскрипции! От Эйлориана я унаследовал целую коллекцию, и если «Грифон» упаковать в Руну, у нее появится три слота улучшений, в которые можно ставить Инскрипции. Если они совместимы с земной техникой, то винтокрыл превратится… я даже не мог сформулировать, во что именно. В летательный аппарат с рунными свойствами, о которых любой инженер или пилот могут только мечтать.

В общем, попробовать стоило. Но была одна проблема — моих материалов оказалось недостаточно.

— Я не слишком искусен. Но твоя Руна помогла. Если Караван продаст мне пустое серебро и… — я посчитал недостающие компоненты, — пятнадцать Символов Предмета, я сделаю его Руной. Я честно заплачу за них Звездными Монетами. Поможешь мне еще раз, Найра Эль-Кадис?

Караванщица мысленно улыбнулась. Мягкое, ласковое, почти интимное касание — как тогда, при передаче золотой Руны. Эль-Кадис, Звездная Ночь, красивое имя для Восхождения — и ей понравилось, что я назвал его полностью. Благодаря хорошо развитому Ментальному Искусству я ощутил, что Найру даже обрадовала возможность быть полезной. Похоже, она переживала за то, что Вейн Эль-Керр не исполнил ее обещания…

— Караван не торгуется с Тем-Кто-Меняет-Пути, — ответила она. — Пустое серебро найдется. И Символы тоже. Многое было рассыпано у Ока…

Она исчезла в тенях, но вскоре вернулась — с серебряной пустышкой и горстью Символов. Бронза и серебро. И, несмотря на мою настойчивость, не взяла не единой Звездной Монеты, попросив лишь разрешения наблюдать за процессом. Любопытно, но, судя по некоторым деталям, Найра никогда не видела рунного мастера за работой. Она следила как завороженная за каждым моим движением.

Первый этап — восстановить целостность винтокрыла. Для этого использовалась Рунная Артефакция — один из «великих» Навыков Народа Кел. «Грифон» уже был серебряным Предметом — я сделал его таковым еще на ферме Эйрика, влив более пятисот капель. Сейчас предстояло восстановить то, что от него осталось.

Я положил руки на искореженный корпус и закрыл глаза — процедура требовала полного погружения.

Трехмерная схема была багровой от повреждений. Часть конструкции вообще отсутствовала — ее придется заново «вырастить» из Звездной Крови. Но я уже проходил этим путем, и каждый раз он давался все легче.

Первая Звезда — двадцать четыре капли. Звездная Кровь потекла в поврежденный аппарат, растворяясь в нем, заполняя пустоты, восстанавливая разорванные связи. Остов «Грифона» засиял тихим голубым свечением, с каждым мгновением обретающим силу.

Окружающий мир исчез, остался только винтокрыл — огромный, сложный, состоящий из сотен компонентов организм. Я чувствовал, как Звездная Кровь течет по его металлическим жилам, как она заполняет пустую гондолу левого импеллера, формируя сложнейший механизм из ничего. Лопасти, ротор, привод, кольцо обтекателя — все это рождалось заново, слой за слоем, деталь за деталью.

Со стороны, наверное, это выглядело сущим волшебством. Перерубленная хвостовая балка срослась. Пласталевая обшивка затянула пробоины. Рампа обрела прежнюю форму, псевдоупоры с металлическим стоном вновь подняли винтокрыл на птичьи лапы.

Я держал в голове схему сияющего «Грифона», а Скай помогала, корректируя мыслеформу и не давая ошибиться. Медитация и марш-бросок одновременно — предельная концентрация и чудовищный расход ресурсов.

Финальная калибровка. Пять Звезд, и еще три на мелочи, которые составляли внутреннее содержимое — деформированный синтезатор и наши спальные места. Главное — случайно не сделать личные вещи частью Руны, попутно наделив Звездной Кровью…

Я отнял руки от корпуса и едва не упал. Ноги дрожали, в глазах плыло. Сколько прошло времени?

Скай: Время работы: двадцать семь минут. Безвозвратно израсходовано: одна тысяча триста девяносто две капли Звездной Крови. Текущий запас: четыре тысячи сто восемь капель. Навык Искусства Артефакции повышен до шести звезд.

Почти полторы тысячи. Больше, чем при создании — тогда не пришлось заново отращивать винтокрылу крыло. Безумная цена! Но «Грифон» стоял передо мной — целый, новенький, будто только что из сборочного цеха. Серебряный ореол Предмета пульсировал ровным светом, электронные системы оживали одна за другой.

— Ты не подмастерье, идущий дорогой сброса, — Найра стояла в нескольких шагах, протягивая руку, но не решаясь дотронуться до сияющего винтокрыла. — Ты воскресил его. Из праха… Золотое искусство!

Превращение Предмета в Руну — второй этап. Нужен конструкцион, рунный триадр, который можно создать мысленно, пустая Руна соответствующего ранга, Символы Предмета и понимание того, что запечатываешь.

Я сформировал рунный конструкт из эфирных нитей — базовый навык Рунного Искусства — и он засветился в темноте призрачной пентаграммой. Вершина — сам Предмет, во вторую — нулевка, третий — Символы. Двадцать восемь штук — корпус, оба тилтротора, тилтвинг, когитор и электронные системы, вооружение, десантный отсек, кабина… И многое другое. На каждый компонент — свой Символ.

Они вспыхивали один за другим. Когда последний растворился, я отдал мысленную команду — «Грифон» дрогнул, теряя материальность. Он распался вихрем звездной пыли, неуловимо сложившись в серебряный глиф, изображающий… стилизованный стремительный силуэт с крыльями-импеллерами.

Содержит рейдовый винтокрыл «Грифон» — боевой летательный аппарат, созданный Народом Земли. Способен нести экипаж до восьми человек. Вооружен кинетическими и ракетными метателями. Для уточнения возможностей активируйте Руну.

Получилось! Я не мог сдержать улыбки. Нестандартная стоимость активации, конечно, огорчала — вероятно, связано со сложностью устройства, но это мелочи. Главное — получилось! Теперь «Грифон» в кармане. В буквальном смысле. Повреждения? Починить за десять капель, а не за полторы тысячи. Хранение? Не требуется. Транспортировка? Активировал в любом месте в любое время — и полетел.

И три пустых слота улучшений. Три звезды, в которые можно вставить Инскрипции. Если они совместимы — то мы, как говорит Толя, «в дамках».

Винтокрыл материализовался передо мной. Целый, сияющий, готовый к полету. Рампа опустилась с тихим шипением, приглашая внутрь. Я проверил — гермозатвор в переходном боксе работал, датчик кислорода мигал зеленым. Все — как было до крушения, даже лучше.

От Найры исходило безмолвное изумление. И что-то вроде откровенного восхищения — мне даже стало чуточку лестно. Я протянул ей руку:

— Ты показала мне дорогу теней. Позволь показать тебе небесные дороги.

Караванщица замерла. Посмотрела на винтокрыл, потом — на меня.

— Дочь Каравана… никогда не летала, — в ее мысленном голосе проскользнуло что-то похожее на смущение. — Наши пути пролегают по земле. Или по теням. Но не по небу.

Она помедлила еще мгновение, а потом положила свою ладонь в мою.

Полет до Норы был коротким, но я немного покружил над Мертвым Городом, лавируя между Небесными Клинками. Найра, пристегнутая к ложементу второго пилота, вцепилась в держатели изо всех сил. Но ее фиалковые глаза сияли. Она смотрела на проносящиеся внизу руины, на черные башни и голубые столбы пламенных Клинков, на бесконечную тьму, расцвеченную новым небесным знаком, — и я чувствовал ее восторг. Чистый, детский, ничем не замутненный.

Нора показалась впереди — тайное убежище под корнями исполинского здания. Я заложил вираж, снижаясь к импровизированной посадочной площадке. Сел плавно, без толчка. «Грифон» — послушная птичка. Не стигис, конечно, но зато точно мой.

— Эта дорога… — Найра пыталась подобрать слова, — страшная, но красивая. Свобода. Свет…

— Небо, — кивнул я. — Для нас, землян, это и есть свобода.

— Свобода… — повторила она задумчиво. — Понимаю, почему ты хотел вернуть этот серебряный корабль. Ты странный… Истинный. Не даешь Клятвы и не связываешь ими. Хотя мог быть. Но я вижу: Странник смотрит на тебя. И дороги идут за тобой. Это не пыль…

Это была не просьба, а откровенное сожаление о том, что наши пути расходятся. Странно — мы были совсем разными, принадлежали к иным Народам, но неожиданно ощутили взаимную симпатию. Так бывает. Возможно, с ее стороны что-то большее, но об этом не стоило даже и думать. Я просто хотел хоть немного отплатить ей за подаренное золото.

— Может, еще встретимся, — сказал я, ничего не имея в виду.

Найра улыбнулась — на этот раз по-настоящему, не только мысленно.

Сборы были недолгими. Через несколько часов и они, и мы прошли сквозь Лазурное Око и наконец оказались в великом Круге Эль-Заов.

Глава 20

После космической тьмы черных регионов, где единственные источники освещения — Небесный Трон и гало далеких Кругов, настоящий свет непривычно резал зрение. Гул импеллеров упал на тон, перестав царапать ухо, — нормальная плотность воздуха, настоящее небо! Пусть даже сумрачная пелена приграничья с высокой рябью облаков — датчики показывали, что влажность, давление и содержание кислорода в порядке, тут уже можно было дышать!

— Твою ж! — выдохнул в десантном отсеке Толя Грохот, а Фьюри широко улыбнулась, будто лично посадила и вырастила это Древо.

Да, Игг-Древо, но таких мы еще не видели. Таэлан — тонкая сапфировая свеча, чье голубое сияние разливалось впереди, окрашивая горизонт лазурью и индиго. Игг выглядел изящным узорчатым силуэтом, но уходил в высоту как минимум на десять километров — не молодой и не старый, статный сапфировый красавец Таэлан.

Он был ближайшим, но далеко не единственным.

За ним, чуть правее и намного дальше, поднималось нечто иное. Невероятно огромное. Туманные, тонущие в рефракционной дымке очертания гиганта, видимого даже с расстояния в десятки тысяч километров — как далекая планета, как восходящая луна. Сапфировое сияние, но ярче, древнее, могущественнее. Эль-Заов. Великое Древо, давшее имя всему Кругу.

Я видел Элтанир — золотое Древо в нашем Круге. Оно казалось чудом света, пределом возможного. Но Эль-Заов был втрое, вчетверо выше, больше, раскидистее. Как это вообще возможно⁈ Настоящий монстр — скорее небесное тело, чем растение. Незыблемый, как мир. Крона этого древесного исполина раскинулась на сотни, если не тысячи километров, укрывая под своим свечением целую вселенную.

Я насчитал семь… нет, девять отчетливых искр, разбросанных по горизонту. Разные световые ореолы — золотые, изумрудные, рубиновые, серебряные. Каждая — отдельное Древо. И это только то, что было видно невооруженным глазом — всего же Круг Заов содержал более пятнадцати Игг-Древ.

Фантастическая панорама! Для местных жителей, родившихся под сенью этих небесных кущ, прорастающие в стратосферу светящиеся Древа, наверное, были обыденностью — как когда-то для землян Солнце и Луна. Но для тех, кто впервые все это видел… Я представил колониста, упавшего в этот Круг, его изумление, и на губах сама собой появилась улыбка. Раз уж нас, относительно бывалых, пробрало до мозга костей…

Да, после этого инопланетного, волшебного пейзажа наш скромный Элтанир с его четырьмя младшими братьями и правда казался провинцией. Сейчас перед нами лежал великий сапфировый Круг.

Разведчики Каравана (Найра, если быть точным) заранее проверили — выход из Ока безопасен, хотя некоторое время назад оттуда лезли Черви. На обратной стороне Стрелы посреди серых каменистых пустошей до сезона Дикой Охоты располагался лагерь с еще одним аванпостом Проводников, но ныне он был опустошен и разрушен. Окрестности несли следы ожесточенного сражения с Червями, в котором инсектоиды оказались сильнее. Но ненадолго — игг-свечение далекого Древа вынудило их спрятаться или отступить. Историю этой войны мы не знали — главное, что сейчас сканирование не находило поблизости ничего опасного.

Великий Караван — смешно, два десятка людей, единственная рунная повозка, — выстраивался за Оком. Вспыхнул овал Портала — караванщики не собирались пересекать опасные пустоши своим ходом. Маленькая фигурка, вскочив на повозку, махнула нам рукой, и я сделал прощальный вираж над ними, покачав крыльями.

Древний летный жест — «вижу вас, счастливого пути».

Может, и встретимся — Караван возвращался в Старый Заов, под его Корни. А нас ждал иной маршрут. Фьюри уже деловито прокладывала курс — здесь ей было все хорошо знакомо. Заов для моей напарницы — родной Круг, как для меня Элтанир, хотя, глядя на невероятные очертания на горизонте, я понимал, что даже сравнивать их нелепо. Элтанир — крупный Круг, но Эль-Заов — конгломерат сросшихся световых областей, территория площадью с Землю…

— Готово, сэр. Примерно тридцать часов полета.

Эль-Заов не являлся Кругом в привычном смысле. Формой он скорее напоминал распухший овал, вытянутый с севера на юг и изрезанный заливами «тьмы» и мысами «света». Картографическая информация тоже была фрагментарна, множество лакун и белых пятен, но частично просматривалась древняя структура октагона, на который наложились сросшиеся световые области Кругов.

Похоже, что октагоны — вовсе не правильные восьмиугольники. У них четыре очень длинных «диагональных» грани и четыре коротких, а в промежутках между короткими, будто вставки мозаичного пола, располагаются неопознанные квадратные структуры — уж не те ли самые легендарные Башни? Правильными восьмиугольниками сферу не замостишь, и, несмотря на разницу размеров раз в сто, получалось, что Башни — все равно колоссальны по размеру. Что же там внутри? Древняя инфраструктура Единства?

И еще получалось, что в некоторых местах грани отсутствуют — некоторые октагоны связаны. Сразу вспомнилась «изумрудная спираль» Азимандии — вероятно, некогда существовали общие пространства сверхпланетарного размера!

Я видел, что Заов занял большую часть древнего восьмиугольника и даже вышел за его пределы, в некоторых местах обрезанный гранями Стен, а в других — по-прежнему наступая на темные области. «Южная» и «западная» часть октагона еще скрывалась во Тьме. Впрочем, Заов наступал везде, ведь свет Игг-Древ, наверное, распространяется и за границы. Скай сообщила, что общая площадь освещенной территории — около пятисот миллионов квадратных километров, что было сравнимо с площадью поверхности Земли. Со всеми океанами и континентами.

В центре доминировал Эль-Заов — тот самый сапфировый колосс, подобный небесному телу. У его подножия — Корней, напоминающих горные отроги, — располагался Старый Заов — крупнейший и старейший город Круга, куда сходились торговые пути всего октагона. Вокруг — три «дочерних» Древа — Аэран-Люкс, Эйла и Соларин, давно сросшиеся в единый световой массив, единый суперконтинент, окруженный кольцом Световых Рек — хотя по ширине они больше напоминали проливы, на условном юге вливающиеся в Серебряное Море — внутренний водоем вдвое больше земного Средиземного. Его берега и архипелаги тоже освещали Древа — серебряное Лунари-Эль, изумрудный Вирданор, рубиновый Илитар. Здесь сохранились несколько древних кел-городов, подобных Эстэ, ставших очагами цивилизации, — Харит, Люкс, Звездный Тар… Из доклада Фьюри мы знали, что Заов населяет огромное количество Народов, и их отношения нельзя назвать мирными. Люксарии, хариты и илитарцы постоянно враждовали, агрессивный Народ Льда контролировал условный «север» вокруг Кайр’Элис, Ледяного Венца, — второго по величине сапфирового Древа, а приближаться к Небесному Шпилю — Древу Аэриндаль — вообще не рекомендовалось, его населяли крылатые аэриты, не жаловавшие бескрылых.

В общем, сущий бардак, древнее месиво взаимоотношений, экономики и политики, в котором нам, слава богу, не нужно было разбираться. «В каждой избушке — свои погремушки», как выразился Толя Грохот, и я был с ним полностью согласен. Наша задача — добраться до колонии Либерти, а затем — финальная точка назначения, Альфа…

Сейчас мы находились на условном «северо-западе» этой территории. Круг Таэлан, по сути, пограничный, мы пересечем по диагонали его окраину, а затем сделаем большой крюк над равнинами Круга Аурантис, отмеченными на карте как Янтарные Саванны…

— А почему именно так? — спросил я. — Можно сократить здесь…

— Можно, сэр, — согласилась Фьюри. — Но это территория Вирданор. Изумрудное Древо. Джунгли, в период цветения… Там обитают летающие существа… вроде огромных насекомых. С ними возникнуть серьезные проблемы.

— Здесь воздушный коридор аэритских патрулей. Крайне нежелательная встреча. А тут — аванпост Наблюдателя… Каэдометрическая опасность.

— Ясно. Тогда Таэлан, Янтарные Саванны, затем… Каменное Море и… Либерти? Как называется это Древо?

— Новая Заря, сэр. Оно очень молодое, всего около ста циклов. Небольшой Круг. По сути — фронтир Заова. Либерти появилась именно там, потому что заряне принимают всех, им нужен буфер…

— Понятно. А что насчет Альфы? Где она? — я не видел на карте ничего, что хоть как-то могло намекнуть на координаты крупнейшей земной колонии. — В другом октагоне?

— Я проложу маршрут позже, сэр, — твердо ответила Фьюри, причем так, что стало ясно — спорить с ней бесполезно. — В Либерти должен быть представитель Альфы и связь…

Я еще раз взглянул на карту. Горы, реки, моря… По примерным оценкам Колонии Альфа, Эль-Заов населяло более миллиарда разумных существ. Дюжина крупных государственных объединений. Более сотни разных Народов со своей культурой, от мелких кланов до городов-империй. Древняя вражда и не менее древние союзы, история войн с Червями со времен Тьмы. И где-то среди этого, на самом краю цивилизации — двадцать-тридцать тысяч землян…

А ведь это только один из Кругов бескрайнего Единства.

Ладно. Нас ждал долгий перелет, новые Круги и новые впечатления. Это должно быть интересно.

Таэлан — тоже приграничье, большой и холодный Круг, на горизонте, если присмотреться, можно увидеть Стену. Его теневую окраину населяли враны — сородичи тех людей-ящериц, что составляли гильдию Проводников в Мертвом Городе. По отзывам Фьюри — суровый и негостеприимный Народ, впрочем, таковы были по моему опыту все жители теней, ареал не располагал к благодушию. Враны отражали нападения Червей и охотились на теневых существ, однако в этом сезоне, судя по некоторым следам, им пришлось оставить привычные рубежи. Мы летели над каменистыми пустошами и видели следы войны — беспощадной, масштабной, опустошительной.

Земля была изрыта гигантскими бороздами, скалы оплавлены, кое-где виднелись воронки, похожие на кратеры от бомбардировки. В низинах — там, куда не достигал прямой игг-свет, — виднелись сегментированные останки и зазубренные конечности — мертвое червивое отродье. Кое-где даже попадались громадные остовы, все еще истекающие черной пылью под слабым сапфировым светом. Похоже, накат был неслабым — оборонительные укрепления таэланцев выглядели разрушенными. Вероятно, враны отступили ближе к свету Древа, но вряд ли и Червям удалось развить успех, очередная бессмысленная и беспощадная атака… Хотя почему бессмысленная? Имея бесконечный запас мяса, Черви могли продолжать изматывать Круги, терроризируя население окраин. Впрочем, Заов не выглядел бастионом, которому предстояло пасть, — скорее наоборот, об этот Игг-лес обломает зубы любое червивое воинство. Чего, увы, нельзя сказать о нашем Круге…

Мы немного пообщались с экипажем — конечно, всем хотелось выйти наружу, потоптать землю нового Круга, подышать нормальным воздухом — ребята уже несколько суток сидели взаперти, но здесь садиться было опасно. Наоборот, мы набрали высоту и крейсерскую скорость — пустоши Таэлана требовалось пересечь как можно быстрее.

Фьюри знала эти места. Я передал управление — следующие шесть часов пути ее, пусть наслаждается управлением новеньким «Грифоном». Превращение машины в Руну, естественно, не прошло незамеченным, но не вызвало какой-то бурной реакции, в частности, потому что мы уже несколько раз обсуждали такую возможность. Она лишь осторожно, почти извиняющимся тоном сказала:

— Командир, я хочу предупредить… Ты вкладываешь личные ресурсы в винтокрыл. Но фактически он является имуществом Колонии Альфа. Это ценная альфа-техника. Возможно, его придется вернуть…

С моей точки зрения, «Грифон» перестал принадлежать Альфе, когда потерпел первое крушение в теневых землях. Он стал ничейным, законным трофеем. Сначала Народа Теней, а затем — моим. Это не говоря о том, что именно я сделал его Предметом и трижды восстановил после катастроф, вложив уйму Звездную Крови. А теперь еще и сделал Руной. Нет, я не собирался возвращать «Грифон» Альфе в любом случае, и это было одной из причин, почему Руна — лучше Предмета. В конфликт вступать не стоит, но если потребуется, уберу в Скрижаль — и все.

В ответ на мои аргументы Фьюри, как всегда в таких случаях, перешла на официальный тон:

— Сэр, вы командир экспедиции. Я ниже по званию и обязана выполнять приказы. Статус и принадлежность «Грифона» не в моей компетенции… Просто докладываю, что вопрос может возникнуть.

Нехороший звоночек. Я сделал себе зарубку — но в любом случае выполнять приказы и подчиняться официальной иерархии Альфы не собирался, мой статус — посланник независимого фригольда. И в случае конфликтной ситуации есть другие аргументы. А пока всем было интересно, как это вообще возможно, и я рассказал ребятам о подарке Найры и открытой золотой Искусности, а также продемонстрировал сломанную Руну Сай’Рхоса.

— Эта Найра, на, на вид-то не размазня, — задумчиво протянул Грохот. — В тенях ходит, жесткая бабенка… Из всех этих торгашей фиолетовых. Они же за грош удавятся, епта! И тут золото, нате… как так?

— Рациональность, камарад! — поднял палец Жабник. — Без командира они бы и сидели в Норе. А тут — шанс!

— Золото мертвецам ни к чему, — подтвердил Кроу. — Торгаши жадные, но умные. Они так решили и передали через Найру Руну. Подарок — прикрытие.

— Да ладно вам дедушку-то лохматить! Это же золото! Золото, епта!

— Я видеть, как она смотреть на Сигурд. Одна женщина не обмануть другую.

— Она быть сильная Восходящая. Но Сигурд сильнее. Она смотреть на него. Выбирать его. Потому и дать ему Руну. Это… не здесь, — Юки постучала по лбу, а потом приложила руку к груди, — а здесь. Позвать Сигурд — Найра пойти. Юки видеть!

— А командир-то у нас, оказывается, ого-го! — расхохотался Грохот. — Разбивает сердца прямо на лету, епта!

Обсуждение Рун, как всегда, плавно перетекло в обсуждение самого интересного. Но обсуждение достоинств и недостатков Найры, а также причин ее подарка, меня мало интересовало — произошло кое-что гораздо более важное. В то самое мгновение, когда я извлек из Скрижали сломанную Руну Сай’Рхоса.

Два письма! И оба — окутанные золотым фреймом.

Первое — награда за золотой Подвиг, к которому Наблюдатель приравнял ликвидацию «критической угрозы Ṣa’i-Ra’Ḫōs». Сто Монет, сто Славы и одну золотая Руна — все по золотому стандарту. Сам Сай’Рхос и Караван не одарили золотом, но награда догнала победителя — видимо, потому что мы только что попали в зону действия технитов и альфа-разум «засчитал» задание, хоть я и не принимал его.

А вот второе письмо… Оно было куда интереснее.

Наблюдатель зафиксировал у меня сломанную Руну Ṣa’i-Ra’Ḫōs и недвусмысленно предупреждал, что при любой попытке ее использования вся моя Слава и Титулы будут полностью аннулированы. Руну предлагалось либо уничтожить самостоятельно (подобно червивым), либо вернуть в Сокровищницу Наблюдателя — прямо сейчас, причем за возврат причитался нехилый такой бонус еще в сотню Славы и Монет!

Казалось бы, думать нечего — Сай’Рхос бесполезен, нужно избавляться и получать двойную награду. Это еще одно золотое Развитие или Повышение! Но Стратагемы говорили, что Наблюдатель всегда жадничает, а при покупке Рун — жадничает вдвойне. И если сломанный Сай’Рхос настолько важен, то можно попробовать поискать и более щедрого покупателя. Например — того же Торгового Представителя или караванщиков. Коллекционеры Вечности с руками оторвут такую Руну — и отнюдь не за жалкие сто Монет… К тому же на этот счет стоило посоветоваться с Эйлорианом — древний кел явно знал больше о таинственном Надзоре и его Функциях. Поэтому, раз штрафных санкций за хранение сломанного Сай’Рхоса не назначалось, стоило отложить эту Руну в дальний уголок Скрижали. Что-то мне подсказывало, что она мне еще пригодится…

А вот золотую награду нужно брать, пока Наблюдатель не передумал. Раз уж счастье привалило…

В мою Скрижаль просыпался дождь Славы и Звездных Монет. В общем остатке двести пятьдесят с копейками — теперь я мог позволить себе купить два золотых Свойства и выбрать еще одну Руну в награду. И если после битвы с Громом я думал о Заклинании, то теперь выбор был однозначен — Существо!

Почему? Да потому что после битвы с Пожирателем Наблюдатель предложил нам его мини-копию в качестве награды. И если он даст что-нибудь вроде Сай’Рхоса за победу над этим древним монстром — это будет джекпот! Еще Белый Дьявол говорил мне, что в подобных случаях лучше выбирать Существ, и контекст Подвига прямо-таки кричал об этом — поединок в воздухе, древний кел-корабль против древнего монстра-функции, награда просто обязана быть такого же уровня!

Все три золотых Существа были экзо-механизмами Наблюдателя. Но совершенно иного уровня, нежели мой Шейд!

Коллектор представлял собой автономного сборщика, способного исследовать опасные области, поля сражений или неизведанные лабиринты, сканируя, обнаруживая и собирая все ценности — начиная от экзоресурсов и заканчивая рассеянной Звездной Кровью и Рунами. Суперпродвинутая и суперзащищенная Ночница-рудокоп с массой дополнительных функций, лучший друг археолога и исследователя вроде Миноса. Я бы с удовольствием приобрел это Существо, не будь остальные… еще лучше.

Анкор — воин-щит, якорь, создающий антирунное поле, ту самую Сферу Пустоты, что окружала аванпосты Наблюдателя и называлась нашими учеными L-полем. Судя по описанию, стабилизировал пространственно-временной континуум и мог прикрывать целый отряд от разного рода «искажений реальности». Предназначен для борьбы с Тварями Извне и порожденными ими сущностями…

А третий экзо… Вернее, третья — ведь я ее уже однажды видел. В дрейф-цитадели Ордена Истинных.

Содержит Экзо-Банши, элитного экзо-истребителя Наблюдателя. Банши использует драйв-пульсацию, вооружена клинками жесткого света, способна вести как наземный, так и воздушный бой, синхронизироваться с другими экзо и эффективна против целей любого типа.

Истребитель. Существо, созданное для битвы. Я вспомнил бело-золотой силуэт, похожий то ли на огромную бабочку, то ли на крылатую женщину в развевающейся юбке, тревожный жест Тайновидицы, — и без колебаний выбрал Банши. Если уж бессмертные стражи Бреши используют этих Существ как часть своих боевых механизмов — мне Банши точно лишней не будет, тем более она явно позаимствовала некоторые функции у Сай’Рхоса.

А затем я купил у Наблюдателя еще две золотых Руны — Развития и Привязки. Развитие пока отложил, а с Привязкой сделал давно задуманное — намертво приковал к Скрижали свой Домен. Серебряный Замок. Кто-то, конечно, посчитал бы это напрасной тратой драгоценного ресурса, но Домен — это тайные врата в наш фригольд. Они никогда не должны попасть в чужие руки, что бы со мной ни произошло. Даже если я…

Еще оставалось два серебряных Развития, полученные от караванщиков. Их по совету Скай влил в Энергию, упорно прокладывая дорожку к новому золотому Атрибуту. Открылось два новых Навыка, и оба — архиполезные. Когитор даже выдвинула теорию, что на последних звездах Атрибута скрываются самые ценные способности. То, что нам досталось, открывало новые горизонты.

Энергетическая Адаптация (серебро 1/10) — позволяла частично рассеивать и частично поглощать чужие рунные удары, усиливая за их счет собственный энергетический обмен. На практике — вражеские Руны теперь хуже пробивали, а главное — немного перезаряжали мой запас Звездной Крови. На пике Навыка, вероятно, Восходящий превращался в губку, способную впитывать чужие Руны безо всякого вреда для себя. Конечно, речь шла исключительно об энергетическом воздействии, но тем не менее — это невероятно мощный Навык!

И Перезарядка (серебро 1/10) — этот Навык позволял делать две очень важные для любого Восходящего вещи. Первая — мгновенно перезаряжать свои Руны (за двойную цену безвозвратной Звездной Крови и потерю одной из звезд улучшений самой Руны). И вторая — творить Печати Перезарядки для изготовления одноименных Свойств. Я уже знал, что Минос попросит немедленно скопировать этот Навык, потому что Перезарядка, несмотря на все ее минусы, в некоторых ситуациях была критически важна!

Атрибут Энергии — заполнен полностью, десять звезд. Три золотых продолжения — Аура, Эманации, Потенциал — открывали такую бездну, что я оставил Скай изучать возможности — похоже, мы бежали впереди паровоза. Торопиться с новым золотым Атрибутом не стоило, я лично предпочел бы использовать его на что-то, что поможет лучше адаптировать организм к управлению Стигисом… Потому что кел-корабль нам еще точно пригодится, учитывая обширное наследство Эйлориана.

Эйлориан кел… кто-то. Ар-ринг Звездного Крыла. Курьер, чья душа провела тьму циклов в анимариуме собственного корабля. Существо из эпохи до Раскола, когда еще не погасло солнце и не взошли Игг-Древа…

Эйлор (я решил звать его именно так), был настоящим кладезем тайн. Он мог знать вещи, о которых не подозревал даже Белый Дьявол. Старое Единство. Причины Раскола. Природа Наблюдателя. И прочее, прочее… он упоминал термины, за каждым из которых стояла загадка.

Призрак кел показался мне адекватным, он даже помог в бою, но он не считал себя моим союзником. «Стигис принадлежит Звездному Крылу». Не «принадлежал», а «принадлежит». Похоже, что он верен присяге или Клятве, в которых уже нет никакого смысла. Примет ли он вообще, что его мир мертв? И нужно учитывать, что его память, похоже, повреждена Руной Забвения, потому что Эйлор сам говорил, что «вырезан узел причинности», что бы это ни значило.

С врагами все просто. А что делать с союзником, который не считает тебя союзником? Чего он вообще может хотеть? Вернуть тело, стигис, свои Руны? Возможно… Поэтому, пока мы не установили с ним полный контакт, доверительные отношения и не расставили все точки, его Рунами нужно пользоваться так, будто я взял их в долг.

Руны в обломке его Скрижали выпали очень интересные.

Не считая Инскрипций, пять серебра — Свойство, три Предмета и Сага.

Со Свойством проще всего — обычная Универсальная Руна. Значит, они были в ходу и до Раскола. А вот остальное…

Стилет Проклятья Пустоты — та самая штука, что торчала в глазнице скелета Эйлора. Изготовлена из черного иллиума «неизвестной инстанцией». Похоже, именно ей достали золотого пилота — и свойства объясняли, как это удалось. Оружие-блокиратор звездных способностей, подобное иллиумовому ошейнику, только не для сдерживания, а для убийства сильного Восходящего, потому что нейтрализовало Скрижаль, Навыки и все попытки самоисцеления. Страшная штука, если подумать. Один удар — и все, как бы силен ты ни был…

Второй Предмет оказался полной противоположностью. Это было Асари Звездного Крыла, вероятно — парадное облачение Эйлориана. Нечто вроде мундира — и, наверное, серебряный Предмет обладал не только символической ценностью. Но узнать это можно было, лишь надев его, чего я по понятным причинам сейчас делать не хотел. Да и вообще трогать чужой мундир — табу…

Третья Руна — Крыло Третьих Небес, «нагрудный знак небесника». Вероятно, амулет или орден, но не обычный, а с запечатленным «Небесным Виражом». Я даже улыбнулся — один и тот же Навык, мы словно обменялись рукопожатием сквозь тысячелетия. Крыло, очень похоже, могло добавить к моему Навыку дополнительных звезд. Очень, очень интересно…

И, наконец, серебряная Сага. С одноименным названием — Голубая Стрела. Возможно, она проливала свет на последний полет ар-ринга в старом Единстве. Крайне любопытно, но смотреть ее сейчас не стоило. Сага запросто могла «выключить» меня на пару часов, а в полете это недопустимо, к тому же я не хотел объясняться с Фьюри и экипажем на этот счет. Эйлориан пока оставался моей тайной. Посмотрю, когда выдастся свободная и спокойная минутка. Имелись некоторые надежды, что это произойдет в Либерти.

Еще было восемь Инскрипций, с которыми я уже успел познакомиться. Помимо Паутины Пространства и Синтеза Мощи, имелся золотой Покров Жесткого Света(видимо, аналог того, что защищал Небесный Ястреб) и Люкс-Пожиратель — очень интересный боевой модуль, позволяющий истощать энергетический запас противника. Стигис, вероятно, можно было использовать в роли этакой пиявки, высасывающей более «жирного» врага. Любопытно — и сразу порождало массу интересных тактик…

Серебряные Инскрипции — Вуаль, Огненное Крыло, Печать Курьера, Рассеивающая Линза. Они-то и были мне наиболее интересны, потому что каждую теоретически возможно установить на винтокрыл.

Итак, Вуаль — модуль рунного режима «Гост». Практически в чистом виде — обеспечивает полную невидимость аппарата — в полете, в состоянии покоя — собственно, где угодно. Почти все виды обнаружения пасуют, исключая те, что выше рангом…

Огненное Крыло — Инскрипция, повышающая огненную стойкость. Я не знаю, зачем она была нужна Эйлору, но под ней стигис, наверное, мог запросто пересекать солнечную корону. Невероятные защитные свойства — но только от одной стихии.

Рассеивающая Линза — еще один щит, но послабее Жесткого Света. И, судя по описанию, не активный, а пассивный, то есть не тратящий люкс-энергию для отражения. Возможно, пригодится…

Печать Курьера была наиболее интересной Инскрипцией. Не боевой модуль, не щит, не двигательная система, а что-то вроде… криптографического ключа. Древний протокол идентификации, открывающий доступ к закрытой инфраструктуре Кел: Башням, Ковчегу, Звездам, загадочным «астролитам». Просто… пропуск в места, куда обычным Восходящим вход заказан.

Конечно, за тысячи циклов все могло измениться. Но сам факт… Я держал в руках ключ от дверей, само существование которых вызывало большие вопросы.

Скай: Рекомендую проявить крайнюю осторожность. Неизвестно, как современные системы Восхождения отреагируют на протокол несуществующей организации. Возможны как благоприятные, так и враждебные реакции. Кроме того, использование Печати может привлечь внимание Наблюдателя…

Пожалуй, да. Печать Курьера и Огненное Крыло — отложим до лучших времен. А вот две другие Инскрипции стоило испытать в деле…

Я сам не заметил, как задремал в ложементе. Смена Фьюри — а после суеты и нервного напряжения Мертвого Города монотонный полет убаюкивал. Проснулся уже, когда мы летели над Янтарными Саваннами — обширной и пустынной локацией в световой зоне Древа Аурантис, отмеченной на картах Альфы как «безопасная зона».

Вечерело. Золотое море травы переливалось всеми оттенками меди, охры и старого янтаря. Редкие рощи странных красноватых деревьев. Скальные останцы причудливой формы, огромные, как острова, похожие на застывших великанов или окаменевших чудовищ. Теплый золотистый свет Аурантиса — одного из трех золотых Древ Заова — сменил холодную синеву Таэлана, и это было… как выйти из морозилки в летний полдень.

— Сэр, у нас тут запланирована посадка, — доложила Фьюри, заметив мое пробуждение. — Смена пилота. Небольшой отдых. И… санитарная остановка.

Через двадцать минут винтокрыл опустился на каменистую площадку неподалеку от одного из останцев. Удобное место — открытый обзор, никаких сюрпризов. Кроме всякой мелочи, ничего живого на десятки километров вокруг. Золотые Саванны в основном использовали для сезонного выгула травоядного скота племена местных кочевников-аурантийцев, но встретиться на бескрайней равнине с ними было непросто…

Выйти из винтокрыла в настоящий мир, вдохнуть теплый воздух — непередаваемое удовольствие! Мы все соскучились по твердой земле, запаху сухой травы, голубому небу… Саванна жила своей жизнью — стрекот насекомых, острокрылые птицы кружили в вышине, ветер гнал золотые волны по травяному морю.

— Здесь относительно безопасно, — сообщила Фьюри. — Опасных растений и агрессивных животных почти нет…

Боевого охранения выставлять не стали. Грохот с блаженным стоном скрылся за ближайшим валуном, Жабник выпускал своих питомцев «погулять», Юки и Кроу разбрелись вокруг винтокрыла.

— Красиво тут, на! — Толян вернулся, плюхнулся на камень. — Екарный бабай! Почти как дома. Только небо… другое. И тени, на! Видели?

Да, это место действительно походило на наш Круг, на Море Трав, но смешанное свечение ближайших Древ придавало горизонту и всему окружающему совершенно сюрреалистический оттенок.

Две световых зоны. Все, и мы тоже, отбрасывали две тени. Небо переливалось разными градиентами: от густого ультрамарина до расплавленного золота, а между ними — полоса белесо-опаловой интерференции, словно кто-то смешал два несовместимых цвета. Скалы с одной стороны отливали охрой, с другой — холодным серебром. Даже наши лица выглядели странно: левая половина — в золотистых тонах, правая — с голубоватым отливом…

— Пограничье, — пояснила Фьюри. — Ореолы Древ накладываются друг на друга. Местные называют такие места «двуликими».

— Фотосинтез тут, наверное, вообще бешеный, — пробормотал Жабник, скармливая Слюну сорванную травинку. — Несколько спектров… Интересно, как местная флора адаптировалась?

Никто ему не ответил. Мы просто стояли и смотрели на этот невозможный пейзаж — золотая степь под двухцветным небом, тени, которые не знали, какими им быть, и огромные силуэты Древ на горизонте, похожие на колонны, подпирающие свод чужого, прекрасного, абсолютно инопланетного мира.

— Знаете, — тихо сказал Кроу. — Когда привыкаешь, забывается, что мы не на Земле. А потом видишь что-то такое… и вспоминаешь.

Да, пожалуй — «странно» подходило лучше всего.

— Аурантийцы называют эти степи Золотым Морем, — сказала Фьюри, глядя на горизонт. — В противовес настоящему, Серебряному. Говорят, если идти по нему достаточно долго, можно дойти до края мира.

— Смотря кто. Скотоводы Аурантиса — нет, мирные телепаты, интересный Народ. Аэриты и кайр’элиссы — опасны. Те, что из великих городов Старого Заова, — по-разному. Там есть очень сильные Восходящие…

— Либерти — это не Альфа, — покачала головой Фьюри. — Там нет закона.

— В смысле? Вообще? А как же они тогда живут, на?

— Кто сильнее, тот и прав. Есть несколько групп, они делят территорию, ресурсы… С ними лучше не связываться.

— Только осторожнее, прошу. Оружие там носят все, — сказала Фьюри. — И в Либерти никто не вступится за чужаков. Это не Таир, не Небо. Я хочу предупредить… там нужно держать глаза открытыми, а оружие — наготове. Могут быть провокации.

— Фронтир, — усмехнулся я, сделав мысленную заметку — не светить лишний раз дорогими Рунами и Предметами. — Кассиди наверняка понравится.

— Ладно, — поднялся я. — Пока отдыхаете, хочу провести эксперимент с «Грифоном». Фьюри, поможешь?

— Какого рода эксперимент, сэр? — во взгляде Фьюри появилось знакомое подозрение. — Безопасный?

Проверять Инскрипции нужно было без экипажа и на земле — черт его знает, как они повлияют на нашу технику. По-хорошему, вообще в лаборатории или защищенном ангаре, только где мы его возьмем…

Рассеивающая Линза — самая простая из всех. Чтобы разместить ее, пришлось немного поколдовать, положив руку на корпус и вызывая рунную схему винтокрыла. У Стигиса под Инскрипции существовали вполне материальные гнезда, предусмотренные конструкцией, а наша стала выпуклым рунным глифом на корпусе…

Вспышка. Короткая дрожь. Мигание индикаторов, пульсация энергетических каналов в дарованным Искусностью Взоре. А затем по обшивке растеклось неяркое голубое мерцание, отдаленно напоминающее эффект Экзопокрова.

— Сработало, сэр, — удивленно доложила Фьюри. — Рассеивающая Линза активна…

Я уже видел. Согласно докладу Скай, Инскрипция прекрасно совместилась с земной техникой и должна была обеспечить рассеивание энергетических и рунных атак. До бронзового ранга на семьдесят-восемьдесят процентов, серебро — ослабить как минимум на треть. Из импульсной винтовки шкурку этой птички больше не пробьешь, тут нужно что-нибудь посерьезнее…

Из минусов — с включенной Линзой глохли датчики внешнего обвеса, телеметрия и прочие — щит работал в обе стороны. Неприятно, конечно, но в некоторых случаях можно и пережить.

Фьюри молча кивнула — результат ее явно впечатлил.

Вуаль сложнее и опаснее — потому что это была активная Инскрипция, требующая люкс-энергии. Я понятия не имел, как это будет работать с земной техникой, но артефактный «Грифон» сам по себе содержал Звездную Кровь, а если что-то пойдет не так, Руну всегда можно отремонтировать. В случае крайней необходимости — и перезарядить…

С этим глифом пришлось повозиться. Я «вручную» связал его с энергетической системой винтокрыла, пытаясь запитать из иного источника. Это потребовало усилий и некой изобретательности — и опять же, было бы недостижимо без Искусности и Взора Создателя, в деталях раскрывающего рунные схемы всех Предметов.

— Сэр, энергосистема загружена на семьдесят четыре процента! — тревожно сообщила Фьюри. — В этом режиме мы не сможем двигаться с максимальной скоростью и использовать форсаж…

Да, она была права. Но… Тесты показал, что Вуаль обеспечивает режим полной визуальной и сенсорной невидимости. Энергетическая сигнатура винтокрыла упала почти до нуля, силуэт превратился в прозрачное марево, неотличимое от атмосферного искажения.

— Япона мама! — недоверчиво выругался Грохот. — Чистый, сука, гост! Но его ж не ставят на винтокрылы, командир?

Помимо энергии, Вуаль поджирала Звездную Кровь Предмета. По капле в минуту, немного, но… это была цена за подключение через «костыли». Тем не менее я был очень доволен. «Грифон» получил щит и режим невидимости, а это для земной машины, вообще не предназначенной для рунных модификаций, — отличный результат. Интересно, что скажет Минос?

Имелась еще и третья Инскрипция — Ускорение Полета, найденная мной лично на летающем острове. Это активный рунный форсаж, протестить который можно было только в полете. Риск высокий, потому что двигательная система и силовая конструкция винтокрыла могли не пережить экстремальных нагрузок. Все-таки Минос кое в чем был прав: со сложной земной техникой слишком много нюансов…

Пока возились с Инскрипциями, резко стемнело. На юго-востоке мерцала золотая маленькая искра — Новая Заря. Где-то там, за Золотыми Саваннами и Каменным Морем — Либерти. Здесь, в нормальной атмосфере, можно развить крейсерскую скорость и две с половиной тысячи километров — всего шесть-семь часов полета.

Мы уже поднялись в воздух и набрали высоту, когда я заметил неправильность на горизонте. Странное упорядоченное мерцание, имеющее геометрически правильную форму. Нечто вроде… полупрозрачной арки, парящей над землей. Не портал в привычном смысле, скорее вырез в реальности, сквозь который просвечивал… узор, похожий на спиральное переплетение.

Зато я знал, вернее, догадался. Это было не что иное, как Прозрачные Дороги.

Глава 21

Скай: Внимание! Обнаружена неизвестная азур-аномалия портального типа. С высокой вероятностью представляет собой стабильный пространственный разрыв с неизвестной точкой выхода. В отличие от стандартных Порталов, не требует активации и не имеет фиксированного срока действия. Предположительно, если портал является узлом инфраструктуры Прозрачных Дорог, будет действовать до конца текущего цикла. Рекомендую без тщательной разведки не приближаться к аномалии и не использовать ее для перемещений!

Получалось, что Прозрачные Дороги — это Порталы? Вернее — Врата, потому что прозрачная арка значительно превышала по размерам стандартный Портал! Целая сеть долгоиграющих Врат, самопроизвольно открывшихся в самых разных местах Единства? Они могли соединить тысячи Кругов, миллионы мест, расположенных на невероятном отдалении друг от друга и никогда ранее не контактировавших. Незримый, Вечность, или кто там контролировал небесные знаки, — будто смеялись над нами: после сезона, который перерезал большинство путей, Прозрачные Дороги, наоборот, открывали массу новых дверей.

Это может быть редким окном возможностей — недаром Найра сказала, что такой знак выпадает раз в сотню циклов. Выгода очевидна — мгновенный доступ в места, в которые никак иначе не попадешь. Облегчение логистики, торговля, охота за сокровищами, эвакуация в случае опасности… Новые Круги, новые открытия, новые контакты, новые союзы, новые друзья… и новые враги.

Ведь неизвестно, что на той стороне. И кто пройдет сквозь раскрытые двери. Единство полно тварей, словно вышедших из ночных кошмаров, а некоторые разумные порой опаснее этих тварей. Врата, которые будут висеть целый цикл, — это приглашение к вторжению; и, если, например, Прозрачные Дороги свяжут владения, скажем, сверхразвитой Гармонии и наш Круг, — это же… конец. Или портал откроется в Улей Червей… хотя вне зоны действия технитов узлы Прозрачных Дорог вряд ли появятся. Но все равно — для хищников и завоевателей разных мастей Прозрачные Дороги золотой сезон, и, вполне вероятно, он может стать куда более кровавым, чем Дикая Охота… Это тоже испытание, только другого рода!

— Обходим, — я принял решение. — Дистанция не менее десяти километров. Черт его знает, что оттуда может вылезти…

«Грифон» заложил плавный вираж, огибая аномалию. Сквозь нее просвечивала саванна с другой стороны, в какой-то момент мне показалось, что одна из линий рисунка вспыхнула ярче — тонкая нить-тропа, уходящая в бесконечность. Кто-то, быть может, смотрел на нее с другой стороны, на противоположном конце Единства, и подобно мне опасался незваных гостей. Мелькнула шальная мысль заглянуть туда с помощью Аспекта, но я решительно отмел ее — не время для пустого любопытства.

Арка вскоре осталась позади, растворившись в сгустившихся сумерках. Моя очередь рулить. Винтокрыл набирал высоту, Фьюри прикрыла веки, а потом и задремала. Маршрут, судя по карте, пролегал через пустынные места, а скорость, эшелон и ночь давали дополнительную гарантию безопасности. И все-таки я не стал доверять автопилоту — мы в чужом Круге, наступил новый, совершенно непредсказуемый сезон, и нужно держать ушки на макушке. Что, если по одной из Прозрачных Дорог придет какой-нибудь летающий звездный монстр, отожравшийся в сезон Дикой Охоты? На такие вещи не имеет смысла жаловаться, но не очень вовремя появился этот небесный знак…

В ночи я не заметил перехода между золотым сиянием Аурантиса и его молодой дочки, Новой Зари, зато увидел горную цепь, служившую пограничным рубежом этих Кругов. Часть массива была испещрена исполинскими жилами светокамня, выходящими на поверхность. Еще одно невероятное зрелище — под нами проплывали горы, будто освещенные изнутри тысячами потайных фонарей. Точки, разводы, скопления огней — причудливый рисунок покрывал склоны, протянувшись на сотни километров. Жилы Зари, так называли эти места местные обитатели, и когда-то они были естественной границей конгломерации Древ Заова — до того, как вспыхнуло Древо Новая Заря.

Мы прошли над Жилами на большой высоте — и вступили в пределы Каменного Моря.

Оно тоже оправдывало свое название. Со стороны Круга — характерный береговой уступ, неровный, изломанный край, переходящий в бесконечную каменистую равнину. Ее рельеф понижался, теряя высоту почти незаметно — не резкими складками, а широкими, растянутыми волнами. Эти плато и называли — Волны: Первая, Вторая, Третья… Этакая нисходящая чаша, покрытая морщинами собственных расселин.

Некогда, вероятно, до Раскола, здесь действительно плескалось море — или начинался океан, занимающий нижнюю «четверть» октагона, — но затем пришла Тьма, и лишь полсотни циклов назад у нее получилось отвоевать часть владений. Возможно, нечто подобное произойдет в нашем Круге с границей теневых земель и Черной Пастью, когда до них дотянется живительный свет Игг-Древ. Здесь вечный сумрак и холод отступили, черный лед превратился в студеные озера, а доступу людей открылось множество нетронутых с древнейших времен сокровищ. Собственно, Каменное Море и было одной из причин, почему Либерти располагалась именно в этом Круге, у пограничного Древа. Море — клондайк Эль-Заова, нетронутые залежи экзоресурсов, Реликтов и Фрагментов, тысячи циклов находившиеся под ледяным покровом старые развалины, останки древних чудовищ и охотников-Восходящих… В глубоких норах еще кишели Черви, а по окраинам бродили теневые твари — но разве что-то может остановить безволосых обезьян в поисках добычи? Конечно нет — особенно тех, что еще не нашли себе места в новом мире…

Это все я знал из доклада Фьюри — а теперь еще и видел редкие огоньки, затерянные во тьме, — аванпосты людей, лагеря собирателей и рудокопов, давно освоивших первые Волны Каменного Моря. Тяжелая и опасная работа, но, по словам моей напарницы, очень прибыльная. Желающие разбогатеть, раздобыть Звездную Кровь, авантюристы всех мастей и те, кто хотел на них заработать, — стекались в Либерти со всего Эль-Заова.

Каменное Море… Мы пересекали край этой огромной, уходящей в глубокую тень локации, и лунный ландшафт постепенно менялся, на камнях появлялись островки растительности, озера, речушки и водопады — похоже, цикл за циклом жизнь снова брала свое. Свет Новой Зари наливался на горизонте теплым золотом — этот Игг был одной породы с нашим Древом, хоть и казался сущим карликом на фоне исполинского сапфирового праотца.

Колония располагалась примерно в пятидесяти километрах от шельфового обрыва Каменного Моря, но на естественном возвышении, широкой подковой охватывая огромный каменистый холм. Часть строений карабкались на его пологие склоны, на вершине виднелись руины кел-башни — оттуда, вероятно, открывался прекрасный обзор. С одной стороны — узкая река, чуть ниже по течению — бурный, скачущий по скалам поток, а затем — водопад, падающий с обрыва в Каменное Море. С другой — равнина с многочисленными древесными рощами, прекрасно видными с высоты заплатками полей и утоптанной дорогой, уходящей к Древу.

Местность и расположение мне понравились — есть и водные, и лесные, и пищевые ресурсы, а вот сама Либерти — не очень…

Лоскутное одеяло. Сразу видно, что колония строилась безо всякого плана, просто обрастая новыми районами по мере необходимости. Большая, гораздо больше Терры, которая по сути представляла собой аванпост, и в несколько раз крупнее нашего Неба. Пожалуй, Либерти уже можно было назвать городком, но каким-то… несуразным. Не меньше сотни «Домусов», где-то образующих модульные комплексы, связанные переходами и огороженные периметром стен, а где-то — стоящие особняком. Часть поселения выглядела ухоженной, другая — наоборот, заброшенной и хаотичной, земные конструкции соседствовали со строениями из копейника, камня и блоков лиора, а часть вообще представляла собой чуть ли не палаточный лагерь. Переоборудованные под жилища штабеля грузовых контейнеров, какие-то землянки на склонах, что-то похожее на загоны для скота… Нагромождение всего, что люди смогли построить из найденных материалов, бессистемная путаница улиц, где-то широченных, а где-то тропинок, на которых едва разминутся двое…

— Приехали, что ли? — зевнул проснувшийся Грохот. — Это что за трущобы, на?

— Либерти, — оповестила Фьюри. — Сигурд, садиться лучше вон там…

Она указала на огромную проплешину площади, вокруг которой сходились дуги «подковы» поселения, — вероятно, деловой и торговый центр, потому что даже издалека я различал там множество транспорта — как земного, типа вездеходов, ховеров и глайдеров, так и местных повозок-фургонов с упряжными животными. Где они столько насобирали? Во мне даже проснулась зависть — похоже, что в Заове падало гораздо больше капсул, чем у нас…

Вокс-сеть присутствовала, куда же без нее, но никаких признаков диспетчеров, запросов и тем более ПВО, хотя я заметил несколько вышек в районе укрепленных жилмодулей, явно оборудованных гаусс-турелями. Фьюри сказала, что здесь нет никакой организации воздушных перелетов, потому что отсутствует централизованная власть. Прилетай и садись кто хочет — это вольное поселение, живущие под девизом «Либерти принимает всех!». И добавила, что огромная площадь называется Гавань…

Она действительно напоминала обширную пыльную гавань. Чистый Дикий Запад, как его показывали в старых вестернах, только вместо солнца на горизонте Игг-Древо. Я снизился, прошел над ней, пытаясь найти место для посадки. Это было нетрудно, места в Гавани было хоть отбавляй, и наш «Грифон» аккуратно сел в серединке, неподалеку от потрепанного «Каракурта» и нескольких необычных фургонов, сомкнутых в круг.

Нас никто не встречал, хотя прилет винтокрыла, несомненно, не остался незамеченным — глазела-то наверняка вся колония, воздушный транспорт в Единстве редкость. Впрочем, к ним наведываются из Альфы — а там есть и винтокрылы, и даже флаинги… Неужели всем плевать на неожиданных гостей из другого Круга?

— Из Альфы транспорта нет, — задумчиво констатировала Фьюри, словно прочитав мои мысли. — Сигурд, мне нужно найти эмиссара. Штаб-квартира находится в Приюте. Это там, самый большой квартал… Но тут лучше не бродить в одиночку.

— Предупредить о нашем прибытии. Нужны свежие коды доступа, — чуть запнулась Фьюри. — Иначе защитные системы Альфы могут нас… не пропустить.

Я на мгновение задумался. Фьюри хотела связаться с Альфой, чтобы предупредить о нашем прибытии. Коды доступа — любопытно. Эмиссар — хорошо, пусть будет эмиссар Альфы… Моя же задача — во-первых, осмотреться, во-вторых, установить контакты и открыть Портал в наш фригольд, потому что Кассиди хотел посетить Либерти лично. Это важное место, сразу открывающее дорогу в Заов — и, как я понимал, наш рикс хотел организовать здесь что-то вроде представительства. Вот только сначала мне нужно было посетить Домен и предупредить Винсента, а также согласовать время, чтобы они подготовились к визиту. Вообще я планировал устроить в Либерти небольшую передышку — себе и экипажу, — осмотреть первое большое поселение землян на нашем пути и заодно немного расспросить местных о Колонии Альфа. Они были ближайшими соседями, но имели какие-то трения, а перед переговорами с координаторами Альфы полезно посмотреть на вещи с разных сторон. Еще не давала покоя тайна месторасположения Альфы — наша Фьюри молчала, как партизан, но местные-то должны что-то знать…

Можно было бы использовать винтокрыл как базу, но тут выплывал наружу недостаток Руны: призванный Предмет нужно держать в зоне своего контроля. Получается, отлучиться вместе со Фьюри и вообще осмотреть Либерти не получится, а разделяться — не вариант, слишком много рисков. Значит…

— Собираем личные вещи и готовимся к выходу! — я принял решение. — Все! Винтокрыл упакуем с собой… Фьюри, тут есть вариант остановиться на сутки-другие?

— Да, сэр, — чуть поморщилась Фьюри, словно эта идея ее не слишком вдохновила. — Я покажу…

Дневка в Либерти вызвала всеобщее воодушевление. Неизменное «тяжелое брать?» Грохота даже слегка повеселило — хотя, если подумать, этот выход мог быть опаснее иных рейдов… В любом случае ношение оружия тут никто не запрещал.

Как только покинули винтокрыл, к нам сразу подошли несколько человек. Земляне, но какие-то странноватые, слегка оборванные и как будто навеселе. Вокруг крутились чумазые мальчишки — диковатые, местные, судя по всему.

— Из Альфы? — с легким нажимом спросил волосатый тип с бегающими глазами. — Ну вы даете, вообще…

— Мы не из Альфы, — ответил я. — Фригольд Скай, Круг Элтанир.

— Да ладно, — поразился второй, в потрепанном комбинезоне специалиста. — Скай? Эт чо? Эт где вообще?

— Далеко, — коротко ответила Фьюри, делая мне знак, что надо проходить, не задерживаясь и не вступая в беседу. Юки яростно зашипела на подростка, который пытался незаметно потрогать чехол с блочным луком у нее на спине, и мальчишки испуганно отскочили.

— Привезли чего на продажу? Или ищете чего? Все есть. Давай подскажу… отведу, куда надо…

Понятно, торговые зазывалы или посредники. В другой раз я бы не отказался от помощи, но сейчас у нас была Фьюри, и мы прошли мимо, воспользовавшись всеобщим замешательством, которое вызвало исчезновение винтокрыла. Вот была машина — и стало пусто! Превращать его в Руну на глазах у всей Гавани, наверное, было рискованно, но оставлять еще опаснее, учитывая, что любой Восходящий с рунным зрением мог определить, что это Руна-Предмет.

— Понадобятся местные деньги, сэр, — тихо произнесла Фьюри. — Нужно поменять немного.

Она указала на огромную голографическую вывеску с ломаным «Обмен. Всего», продублированную рунами Единого Наречия, — вероятно, лавку местных менял. Таких здесь было много, глаза просто разбегались. Площадь Гавани окружал настоящий рынок — ряды строений разной степени кустарности, самодельных прилавков и расставленных прямо на земле товаров. Жутчайшая эклектика Единства бросалась в глаза — тут соседствовали дополненная реальность и кривые, вручную намалеванные вывески, земные механизмы и неизвестные чешуйчатые животные, технологичное оружие — и варварские доспехи…

— Базар, на! — коротко бросил Грохот, вертя головой.

Да, торговали здесь много чем, хоть с утра было и пустовато — видимо, не самое бойкое время. Я видел, как разгружались на ленты транспортеров забитые чем-то вроде окаменевшего ила глайдеры бородатых, вооруженных до зубов рудокопов — Минерал, который они привезли, светился Звездной Кровью. Рядом в палатке с выцветшим логотипом «Космо» были разложены земные сухпайки, медпакеты и прочая дребедень из Наборов Колониста. Неподалеку расхваливали «настоящий земной кофе, осталось всего два дрип-пакета!», в глаза бросилась огромная вывеска «Оружие. Снаряжение. Ремонт. Модификация», а с другой стороны виднелись пирамиды желтых фруктов, связки каких-то трав и корней, дымящиеся котлы — полно всего… Пахло едой, пряными травами, едкой химией и гарью одновременно…

— Честная друза, без трещин! Много Звездной Крови! Посмотри, Восходящий!

— Хлеб-корень, свежий, только что собранный!

— Карта не интересует? — меня осторожно тронул за рукав безногий старый землянин, сидящий у стены. — Надежная карта Каменного Моря, сэр…

Крики зазывал, лязг металла, рев каких-то животных, скрип колес и транспортных лент, разговоры продавцов и покупателей сливались в сплошной, непрерывный гул. Откуда-то из глубины доносилась земная музыка — древний классический блюз.

— Смотри-ка, Звездный Флот! — Толя взял с ближайшего прилавка оранжевый фрукты. — Апельсины, на! Земные?

— Ауранты. Местные, — ответила торговка, полная афро с глазами навыкате. — Три пустышки фунт. Берешь?

— На место положи, — среди оранжевых плодов мелькнул ствол «Защитника», недвусмысленно устремленного в промежность десантника. — Платишь, и пробуешь сколько влезет.

— Толя, тихо! — я вытащил из руки побагровевшего товарища плод и положил на прилавок, одновременно (просто на всякий случай) активируя Объединение Разумов. — За мной…

На нас, естественно, глазели. Оценивающе, с любопытством, иногда с откровенной враждебностью. Незнакомые хорошо вооруженные чужаки — чего от нас ждать? Судя по поведению местных, на слово здесь не верили и видали всякое, а пустить в ход оружие — вообще плевое дело… К тому же я видел среди торгашей и посетителей не только землян — мелькнула парочка вранов, а также смуглых длинношеих аборигенов, отдаленно напоминающих Людей Трав.

— Заряне, — шепнула Фьюри, указав в их сторону. — Поосторожнее с ними.

В лавке «Обмен» заправляла светловолосая девчонка, но при виде нас ойкнула, и из глубин мгновенно появился немолодой мужчина, окинувший нас внимательным взглядом. Я тоже осмотрел его — Восходящий, бронза, Народ Земли, некая Гильдия Либерти…

— Поменять что-то? — коротко спросил он. — С винтокрыла? Неужели Альфа?

— То-то я смотрю, винтокрыл какой-то странный. А откуда?

— Что-то такое слышал, — пробормотал меняла без особого интереса. — Что на что хотите поменять? Есть люксы, караванные бирки, чешуя глубинников, камни Рощ, живой жемчуг. Принимаю также Реликты, Фрагменты, целые звездные Предметы… вообще все, что содержит Звездную Кровь.

— Достаточно поменять одну Звездную Монету, сэр, — взглянула на меня Фьюри. — Нам нужны люксы.

— Возьму также оружие и рунные артефакты, — сказал торгаш, внимательно рассматривая мое — да и не только мое — снаряжение. — И Руны.

— Сколько? — я открыл Скрижаль и отделил одну Монету от своего запаса.

— За одну — десять люксов-светляков, — торговец как будто не удивился, но глазки-то жадно заблестели. — Пойдет?

— Я знаю ваши цены, — предупредила она и повернулась ко мне. — Командир, в одном люксе-светляке одна капля Крови, но часть надо взять пустышками…

Сошлись на шестнадцати «светляках». Этого должно было хватить.

Люкс представлял собой восьмиугольник из лиора, с выгравированным древом Заов на одной стороне и рунной закорючкой на другой. Один светляк — сто пустышек, причем это была одна и та же «монета», просто люкс-светляк содержал Звездную Кровь и слегка светился, а пустышка, соответственно, нет. Одна капля Звездной Крови в монетке… я понял, что таким образом Восходящие Заова хранили, передавали и использовали для торга с обычными людьми Звездную Кровь, потому что светляк любой Восходящий с зачатками Артефакции мог сделать пустышкой, и наоборот.

— А за сколько светляков продашь одну Звездную Монету? — я подбросил на ладони пустышку — один люкс мы взяли «мелочью».

— Одну — за пятьдесят люксов. Десять — за сорок пять, — прищурился меняла, мгновенно разрушив мои надежды на быстрое обогащение. Нет, обратный курс совершенно невыгодный, большая звезда в Контракции стоит всего одну Монету без учета комиссии. Они здесь совсем не дураки…

— Столько чужаку никто не продаст, — пристально взглянул на меня торговец. — Что-то еще?

А затем нас ждала не очень приятная встреча. Сразу у выхода из обменника к нам подвалила вооруженная троица — бронзовый Восходящий, землянин-моно с длинными блестящими темными волосами, и двое парней помоложе, явно из рожденного уже в Единстве поколения. Я таких опознавал мгновенно — в них было побольше звериного, чем в настоящих колонистах, и это чувствовалось во всем. Взгляды, повадки, жесты — волчата, для которых старая Земля — пустой звук.

Все трое принадлежали к иной касте — разномастная земная экипировка, парочка рунных предметов, из оружия — «Суворов», «Янтарь», гаусс-игольник и какой-то кинетический самопал. Ну и ножи, само собой. Куда же без ножей?

— Привет, — сказал Восходящий. — Я Змей, мы из Волков. Вы с того винтокрыла? Из Альфы прилетели?

— Нет, — ответил я, внимательно изучая его. Хорошая черная «Анаконда», знак оскаленной красной пасти вместо шеврона. Восходящий не скрывал статус, он тоже принадлежал к Народу Земли, но совсем к другому клану. Какие-то Волки, прости господи… У них тут что, каждая банда — свой фригольд? Свой мини-народец со своим риксом? М-да… Слова Фьюри об отсутствии власти и нескольких группировках обрели новый смысл.

— Мы прибыли из другого Круга. Древо Элтанир, фригольд Скай. Исследовательская экспедиция.

Змей недоверчиво прищурился. Его волчата переглянулись — видимо, название им тоже ни о чем не говорило.

— Элтанир, фригольд Скай… — сплюнул в сторону длинноволосый. — Никогда не слышал! Дыра какая-то на краю географии?

— Дыра у тебя в заднице, на! — сообщил в ответ ему Грохот. — Как разговариваешь, епта? Мамка вежливости не научила?

Волчата напряглись, один положил руки на «Суворов». Змей же усмехнулся, ощерив желтые зубы:

— Аларх Волкоедов, епта! — Толя, если его понесло, за словом в карман не лез. — Хочешь, фокус покажу? Как из волков, на, шапки делают?

— Грохот, — негромко произнес я, одновременно через Объединение Разумов немного надавливая на Толю, потому что все это отчетливо запахло совершенно ненужным конфликтом, и выступил вперед. — Я Сигурд, командир группы. Чего вам нужно?

Змей прищурился, пересчитывая нас взглядом:

— Короче, Сигурд. С вас шесть светляков, по одному с человека. Пошлина за въезд. Мы тут вроде таможни. Поменяли люксы уже?

— Это противоречит правилам, — возразила Фьюри. — Либерти свободное поселение. Въезд всегда был бесплатный.

Ясно — это обыкновенное вымогательство. Рассчитанное на новичков — «пошлина», скорее всего, существует только для несведущих, впервые прибывших в Либерти. Я усмехнулся, но Змей не сдавался:

— Сезон был тяжелый, не слышала? Правила изменились…

Он не сводил внимательного взгляда с Фьюри и вдруг опустил руку, коснувшись кобуры с «Янтарем».

— Так, интересненько… Личико-то твое есть в базе, дорогуша, — процедил он. — Чего вы тут мне втираете про какой-то фригольд? Она из Альфы!

— Была когда-то из Альфы. Сейчас она с нами, — ответил я спокойно. — Ты статус видишь, Восходящий? Она из нашего фригольда.

Это действительно так. Фьюри сейчас являлась частью Восходящих Неба — потому что в Альфе была своя иерархия, они не признавали систему Восхождения и пользовались ею исключительно в утилитарных целях.

— Да плевать я хотел на статус! — еще раз сплюнул Восходящий, почти мне под ноги. — С нами пойдете. Волк разберется, откуда прилетели и зачем…

Я боковым зрением видел окаменевший профиль Фьюри и прекрасно понимал, что идти с этими типами никуда не стоит. Не знаю, чем она их так заинтересовала, — скорее всего, просто нужен предлог…

— Серьезно? У нас другие планы, — сказал я, уже понимая, что конфликта не избежать. — Мы будем в Либерти некоторое время. Если ваш Волк хочет встретиться — без проблем. Но не сейчас и не так.

— Ты не понял! — Змей сделал шаг вперед. — Это наша земля. И ты пойдешь туда, куда мы…

Нас — шестеро, трое Восходящих, один — серебро. Со Змеем, который сам по себе лишь бронза, двое обычных дуболомов. И если он позволяет себе такое поведение, значит, чувствует за собой огромную поддержку и авторитет этого самого Волка.

Мне не нравился этот тип. Не нравились его наглая самоуверенность, его мысленные эманации, дрожь пальцев на «Янтаре» и оценивающие взгляды, которыми его волчата окидывали Юки. Скай с помощью Биосенсорики нашла четвертого — сзади на невысокой крыше одного из строений притаилась девушка с гаусс-винтовкой. Обычный человек — не Восходящая. Хорошо…

— Разойдемся — и никто не пострадает, — предложил я. — Отойди с дороги.

В ответ сверкнула его Скрижаль. Не знаю, что за Руну хотел применить Змей и на что он рассчитывал, да и не важно это было, потому что я оказался намного быстрее бронзового Восходящего. Сфера Пустоты выключила его рунные способности на тридцать секунд, и этого времени нам хватило на все.

Мне даже не пришлось ничего делать — только с помощью Психокинетики вытолкнуть снайпера через парапет — прямо на лотки с приглянувшимися Толе аурант-фруктами, да откинуть подальше телекинетическим толчком ее оружие. Все остальное исполнила моя группа, под Объединением Разумов наконец получившая возможность продемонстрировать свои навыки.

Грохот врезал Змею быстрее, чем тот успел моргнуть. С такой силой, что тот со звучным шлепком свалился на землю. Спустя мгновение десант уже держал в руках свою монструозную турель, уперев ее в голову Восходящего, а ногой прижимал его к земле.

Фьюри моментально выхватила у одного из волчат «Суворов», спутав руки ремнем и дернув вперед, а Кроу ловко сбил его на землю и прижал коленом шею. Юки же помощь не потребовалась — я даже не заметил, как она переместилась, но наша Тенечка стояла сзади и держала зазубренный нож у горла второго, медленно бледнеющего волчонка, а Жабник деловито разоружал его.

Вся стычка заняла секунд десять. Я быстро проверил четвертую, но она неудачно упала и теперь стонала, обхватив сломанную ногу, в окружении разбросанных «апельсинов». Торговцы — не меньше половины Гавани — смотрели на нашу потасовку большими, как эти самые фрукты, глазами.

— Что… творите… — прохрипел Змей. — Знаете, кто я? Знаете, что Волк…

— Хавальник заткни, — Грохот плотно прижал к роже Восходящего шесть стволов своей турели, немилосердно вжимая его голову в пыль. — Дернешься, останешься без башки, на! Слушай, чего тебе говорят…

— А могли бы просто разойтись, — вздохнул я. — Оружие заберите у них, а то палить начнут с перепуга. Трупы нам не нужны.

Действие Сферы Пустоты заканчивалось, и нужно было что-то решать, Скай рекомендовала использовать Ментальный Императив, и это, наверное, было самым безболезненным решением. Начинать утро с насилия не хотелось. Война с местными бандами — это не то, что мне нужно в первые же сутки пребывания в чужом поселении.

— Вот что, Змей, — я вошел в его разум легко — Атрибуты Разума этот Восходящий явно не развивал. А затем подцепил остальных, без напряжения, с холодной ясностью: — И вы тоже…

— Сейчас встаете и уходите. Медленно, не торопясь. Если будут спрашивать, расскажете, что напоролись на серебро из другого Круга. Что лучше поговорить, чем воевать. Ты ведь и сам это понял, верно, Змей?

Он моргнул, раз, другой. Во взгляде появился смысл.

— Вот и славно, — я кивнул Грохоту, и тот убрал турель от лица Восходящего. — Стволы ваши заберем. Если захотите нормально поговорить — получите назад. Никаких обид.

Змей поднялся, слегка пошатываясь. По его подбородку текла кровь, нос был свернут, одна сторона лица стремительно синела. Да уж, Грохот приложит так приложит, рука у него тяжелая…

Отпустив волчат, мы пошли прочь, и на этот раз никто больше не стал загораживать дорогу. Фьюри шла впереди, показывая выход, — и спустя минуту Гавань осталась позади, мы углубились в переплетение улочек Либерти.

— Ментальная техника? — спросила она, поравнявшись со мной. — Внушение?

— Одна из крупнейших группировок Либерти. Берут дань с рудокопов и охраняют город, иногда собирают капсулы с выжившими. Ссориться с ними неразумно… Они не простят.

— Вот и я о том же. Будут проблемы — разберемся. Фригольд поможет. А пока — веди нас в Приют. Нужно найти твоего эмиссара и место для ночлега…

Увы, конфликта нельзя было избежать. Возможно, мне стоило использовать Ментальный Императив сразу, но события развивались слишком быстро. Волки, несомненно, узнают о случившемся, но если их лидер — не совсем дурак, он скорее сначала прощупает странных пришельцев. Ничего страшного — мы выиграли время, и, если что, Кассиди и Ко успеют прийти на помощь. Я усмехнулся на ходу — пожалуй, нашему риксу здесь понравится.

Грязь. Не благородная пыль фронтира, а липкая чавкающая грязь и мутные лужи прямо посреди дороги. Сточные канавы, забитые чем-то, на что не хотелось смотреть. Кучи мусора — они что, о репликаторной переработке тут забыли? И запах, от которого начинали слезиться глаза.

Дома лепились друг к другу и чередовались со складами, загонами для животных и маленькими огородами. Земные жилмодули рядом с грузовыми контейнерами, деревянными и каменными хибарами в несколько ярусов, построенными из чего попало. Были видны следы пожаров и… перестрелок? Характерные выбоины и дыры от пуль вряд ли можно с чем-то перепутать, как и обугленные следы плазмы. Кое-где виднелись намалеванные алым волчьи морды — как на шевроне Змея.

— Нет. Есть районы получше — у Волков, у Кузни… Но туда так просто не попасть.

Мы шли быстро. Не бегом, чтобы не выглядеть добычей, но и не вразвалку. Фьюри вела уверенно сквозь лабиринт кварталов, вдоль «Домусов» и периметров модульных стен, помеченных надписью «частная собственность» и значком прицела. Люди, попадавшиеся навстречу, выглядели по-разному — в основном земляне, но были и аборигены, они смотрели на нас с любопытством, а некоторые — со страхом, поспешно уступая дорогу. Из отрывочных рассказов Фьюри мы поняли, что в Либерти заправляют несколько крупных группировок, своеобразных центров силы — уже знакомые Волки, Инженеры, владеющие Кузней, Гильдия торговцев и добытчиков, некие Вольные, а также — Приют. Все они — разные кланы со своими лидерами-риксами и не передрались окончательно только потому, что разделили территорию, сферы влияния и были вынуждены часто объединяться перед лицом внешних опасностей.

Скай: Социум переживает период фрагментирования власти. Центры силы функционируют как протогосударство с территориальной монополией на насилие. Модель неустойчивая, поддерживается внешней угрозой и с высокой вероятностью приведет к консолидации вокруг одного, наиболее сильного лидера. Учитывая специфику Единства — им станет наиболее сильный Восходящий…

Приют. Голографический, издалека видимый баннер «ЛИБЕРТИ ПРИНИМАЕТ ВСЕХ» над десятком соединенных жилмодулей и огромным палаточным лагерем. Вокруг — еще более жуткие трущобы, «фавелы», как выразился Жабник. Много подозрительных типов. Здесь заправляла некая Мама Роза, и именно Приют был тем местом, куда попадали все новички Либерти, где они находили пищу и кров первое время. Самая крупная и наиболее разнородная группа колонии, в которой часто оставались навсегда, а костяк составлял силу, способную потягаться с более зубастыми бандами. Приют, как сказала Фьюри, старались не трогать еще и потому, что он был «кормовой базой» — почти все обитатели Либерти так или иначе прошли через него.

И, вероятно, Приют был наиболее лоялен к Альфе — их штаб-квартира находилась на их территории.

Именно находилась — потому что ее больше не было. «Домус», возле которого остановилась Фьюри, выглядел взятым штурмом — пулевые отметины, взломанная автодверь, следы подпалин на серебристом куполе. Внутри ютилось два десятка людей, с которыми Фьюри перекинулась несколькими фразами.

— Сэр, эмиссара… нет. Было нападение. Представителей Колонии Альфа… эвакуировали.

— Похоже, произошел какой-то конфликт с местным населением. Волки меня опознали… — Фьюри выглядела слегка растерянной. — Я не знаю, что произошло.

— Так, и что делать? — нахмурился я. — Есть еще какой-то канал связи? Запасной?

Она несколько мгновений молчала, явно напряженно размышляя, затем коротко кивнула:

— Да. Я никогда им не пользовалась. Но можно попробовать.

Она привела нас к сдвоенному жилмодулю на утоптанной площади возле Приюта, по всем признакам — центр местной активности. Рядом — нечто вроде стоянки для колесной техники, загон с привязью и поилкой для животных. Над входом горела вывеска «Последний Шанс» с припиской «Комнаты. Еда и выпивка. Развлечения» — видимо, мы пришли к местной гостинице.

За помятой гермодверью оказалось подобие нашего «Виски». Большой, занимающий весь модуль зал, длинная барная стойка, ряды бутылок, столы и стулья, несколько отдельных кабинок. Затейливые рунные светильники, в углу — ничего себе, настоящий голографический столб, в котором демонстрировалось что-то из старых земных хитов.

Народу — почти никого. Скудно одетая рыжеволосая девица у стойки и старик в углу. Ну и еще — Скай сразу отметила — турель «Трезубца» над прилавком, прямо над головой лысого и татуированного бармена. Серьезно, однако…

Но в целом заведение выглядело неплохо. Так, как и должен выглядеть «салун» на фронтире, куда с утра заваливается орава вооруженных и незнакомых головорезов — а именно так мы, по сути, и выглядели. Бармена, впрочем, наше появление не слишком встревожило — выражение его флегматичной физиономии давало понять «видали мы и похлеще».

— Нам нужны комнаты, — тихо сказала Фьюри, подойдя к стойке. — На шестерых. До завтра.

— Без проблем, — зевнул бармен, быстро пробежавшись по нам цепким взглядом. — По два люкса с каждого. Если с кормежкой — по три. Деньги вперед…

— Без, — отрезала Фьюри, а затем негромко спросила. — Ты ведь Глен? Тот, что Толстяк Митчелл?

— Я-то Глен, а вот тебя не припомню, красотка, — прищурился бармен. — Вы к нам откуда такие? Новая команда?

— Издалека, — ответил я, выкладывая на стойку мерцающие монеты. — Другой Круг, другой фригольд. Скай, древо Элтанир, не слышал?

— Не-а, — протянул Глен, лениво принимая оплату. — Далеко, наверное? Направо по коридору, первый и второй номер… Внутри не буянить, не стрелять, не драться. А то дорого встанет.

— Снаружи мне без разницы. Но мамо не любит, когда палят в Приюте. Имейте в виду, у нее разговор короткий. Выпивка есть всякая. Развлечения тоже, если захотите…

— Сэр, заселяйтесь, — обернулась ко мне Фьюри. — Я пока… выясню кое-что.

«Комнаты» оказались разделенным жилым отсеком. Тесные, но чистенькие. По четыре койки в каждой, общий очиститель в коридоре. Я, честно говоря, ожидал худшего, но «Последний Шанс» неожиданно удивил.

— Командир, как думаешь, Волки эти тряпичные — сунутся сюда? — спросил Толя. — Надо прикинуть, на, как отбиваться будем, если что…

— Не знаю. Здесь территория другой группы, — меня и самого, честно говоря, тревожила эта мысль. — Но у нас будет поддержка, если что. Только фригольд нужно предупредить.

— Предупреди, на! Отымели мы их, вся площадь видела, епта! — усмехнулся Грохот. — Разговоры пойдут. Да и стволы у них отняли. Придут, к гадалке не ходи…

Я как раз собирался заняться подготовкой к открытию Портала — выйти через Домен, чтобы быстро доложить все Кассиди. Проблема Волков, честно говоря, была на втором плане — с Рунами, имеющимися в моем распоряжении (одна Банши чего стоит!), мы в случае заварушки могли вынести чуть ли не половину Либерти, только доводить до этого, естественно, не стоило. Важнее открыть Портал, и пусть Винсент осуществляет свой план, наводит контакты, улаживает конфликты и так далее. Я же продолжу путь в Альфу — то, что пока увидел здесь, особо не вдохновляло…

Попутно я с помощью Суперслуха контролировал то, что происходит в основном зале, где Фьюри осталась с барменом. И прекрасно слышал все, о чем они говорили.

— Я была здесь в прошлом цикле, — осторожно произнесла моя напарница. — Многое поменялось?

— Да не особо вроде. Сезон, правда, был ого-го… Шептуны, Черви, золотая тварь на вторую Волну выползала… не слыхали?

— Ааа… — понимающе протянул бармен. — Были в Приюте? Ну да, нет их тут больше. Тут паника была вначале, когда шептуны вылезли. Кое-кто решил, что все, конец пришел Либерти. А еще Черви поперли… Альфовцы, вместо того, чтобы с зачисткой помочь, предложили массовую эвакуацию. Прислали машины, даже вывезли кое-кого… Но никому из наших бонз это не понравилось. В общем, были немаленькие пострелушки. Выгнали к хренам всех…

— Ясно, — сказала Фьюри. — И что, больше не прилетают? А как же торговля?

— Ну, типа давно не было. Так, через кого-то…

— Поняла, — вздохнула Фьюри и, кажется, повернулась к голографическому столбу. — У вас тут земная вокс-библиотека? Показываете вечерами что-то интересное? А заказать копию можно?

— Смотря кому, — ответил бармен. — И смотря что.

— Я слышала, есть видео «Птица поет на вершине»…

— Может, и есть, — голос бармена чуть изменился. — Плохо помню… о чем там?

— О путешествии. Там расцветает ледяная лилия, а Одиссей возвращается на Итаку. С шестью гостями из далеких земель. И его встречают торжественным пиром. Прямо на корабле.

— Прямо на корабле? — бармен тихо втянул воздух. — Хорошо, посмотрю. К вечеру ближе…

Любопытная беседа. Бармен работает на Альфу. Несомненно, это был условный сигнал, зашифрованное послание. И понять его нетрудно. «Ледяная лилия» — это она сама, Лилия ван дер Саар, Одиссей — наш винтокрыл, Итака — несомненно, Альфа. Шесть гостей — наша группа. А вот что такое «торжественный пир прямо на корабле» — вопросов много. Похоже, что она таким образом вызывала помощь? Или запрашивала те самые секретные коды доступа? Я не знал — и спрашивать Фьюри было бесполезно, она ничего не ответила бы…

Ладно. У нее свои инструкции, у меня — свои. Терять время не стоило, и, предупредив ребят о временном отсутствии, я активировал Руну Домена. Вообще, рассчитывал сделать все быстро, без лишних проволочек, даже заранее, еще в полете, подготовил вокс-доклад для Миноса и Кассиди, где подробно описал наше злоключения в пути, Мертвом Городе, битву с Сай’Рхосом и дальнейший маршрут.

Но, увы, в Серебряном Замке меня ждало нечто иное…

Глава 22

В Домене было пусто. Там находился дежурный, парочка диггеров продолжала добычу измененной материи, но Минос отсутствовал, как и все остальные ученые. Это меня сразу насторожило — с момента открытия Домена двое-трое наших яйцеголовых находились здесь постоянно, да и оборудования становилось все больше, а сейчас сложилось ощущение, что земная экспедиция в срочном порядке покинула Серебряный Замок, прихватив с собой изрядную часть приборов.

Дежурный не смог ничего толком прояснить, и я запросил связь с фригольдом, а пока дожидался ответа — выгрузил свой отчет. Темные зоны, Мертвый Город, Сай’Рхос, Прозрачные Дороги, путь до Либерти, Волки, отсутствие эмиссара и зашифрованное послание Фьюри. И все карты, схемы, дистанции и ориентиры, тщательно зафиксированные Скай в виде фото- и видеофайлов. Если понадобится, кто-нибудь сможет повторить наш маршрут, хотя я категорически не советую.

— Сигурд? — на связь из командного пункта вышла Вероника Максвелл, и ее голос звучал напряженно. — Наконец-то! У вас все в порядке?

Я коротко изложил ситуацию. Нам нужен был Портал. И представители Скай, которые займутся «мостом» с Либерти. То, что Кассиди планировал изначально. Я надеялся, что все договоренности в силе.

Однако ответ мисс Максвелл неприятно поразил.

— Да, мне оставили указания. Но… У нас здесь… весело. Ты видел новый знак?

— В том числе! Один портал открылся в опасной близости от фригольда! Минос и несколько копий наших Восходящих сейчас там. Уже установлен контакт с… другой стороной.

— Винсент и Эйрик срочно отбыли на тинг! — сухо отрезала Вероника. — Выбора не было, к нам тут… приходили гости. Призваны все риксы! Проблема с Псами. Большая битва в районе Шторма. Небо горело два дня, потом сменился небесный знак…

— Так, хорошо, — я попытался осмыслить услышанное. Кассиди и Эйрик — уехали на тинг, Минос — разбирается с Прозрачными Дорогами, а Пламени Подобный — с Псами, это все можно понять…

— Плохо, что вы сразу ввязались в неприятности, — после небольшой паузы сказала Вероника. — Послушай, Сигурд, тебе придется разрулить все самому. Но я подготовлю помощь, держу под это два резервных копья… Только учти: у нас остался всего один запасной Портал.

Плохо. Очень плохо — я рассчитывал, что Либерти возьмет на себя Кассиди. Но обстоятельства сложились так, что нашими планами, похоже, придется подтереться. Новый небесный знак, тинг, Псы — судя по тону Вероники, у них там действительно творилось невесть что. Но что тогда делать мне?

— Тогда, мэм, планирую без промедления отбыть в Альфу, — жестко сказал я. — Смысл открывать Портал, если нет рабочей группы под Либерти?

— Разве ты не справишься? Я отправлю помощь.

Черт возьми! Мне совсем не нравилась эта идея. Во-первых, потому что я не горел желанием налаживать отношения с преступными группировками Либерти, а во-вторых, потому что один запасной Портал и всего два резервных копья — очень тонкая ниточка… Но вслух этого, конечно, говорить не стал — какой смысл? Проще пробить лбом гранитную стену, чем переубедить Веронику Максвелл.

— Хорошо, я попробую. Но лучше, чтобы пришел кто-нибудь из старичков. Адамант или Айсберг.

— Адамант прикрывает Миноса, Айсберг — далеко, на Южном Посту. Фрост и Угрюмый — у Людей Гор, там тоже… есть некоторые проблемы, — я услышал в голосе мисс Максвелл раздражение. — Пойдут Динамит и Ассоль. Еще попробую выдернуть кого-нибудь на усиление, но не обещаю… Сколько у нас есть времени?

— Думаю, немного, — предупредил я. — Через три часа пусть ждут в приемнике. Полная выкладка, двойной боекомплект, оружие наготове! И Руны Прерывания на всякий случай… Впрочем, не мне вас учить, мэм.

— О боже, Сигурд, пожалуйста, не нужно устраивать там битву… — я практически увидел, как Вероника устало закатывает глаза. — Это же земная колония, в конце концов, мы всегда можем договориться…

Честно говоря, я не был в этом уверен. То, что Либерти населяли земляне, — не делало ситуацию проще. Скорее наоборот — есть особая порода людей, с которыми договориться можно, только продемонстрировав силу. Если покойный Кнут Ларссон и правда побывал в Либерти, становилось понятнее, где он поднабрался этих своих замашек…

Я провел в Серебряном Замке всего полтора часа. Отчет, кое-какие материалы из криптора и так далее — успел только услышать по воксу милый голос Травинки, которая очень тревожилась и хотела немедленно прибыть в Домен, но у меня совсем не было времени ее дожидаться. Моя группа сидела в Либерти как на пороховой бочке, с непонятными перспективами, и я сейчас был нужен там, как бы ни хотелось увидеть любимую. Поэтому, сделав все необходимое, я вышел из Домена обратно в точку входа — гостевую комнату «Последнего Шанса» — и тут же удостоверился, что торопился совсем не зря.

Оба номера были пусты, а из зала доносились громкие и возбужденные голоса. Похоже, пока меня не было, ребята опять умудрились влипнуть в какие-то неприятности…

— … никто никуда не пойдет без приказа, на! Хоть ты лопни и землю ешь!

— Слушай, здоровяк, ты не понял. Ты в Приюте. Мамо просит… А когда она просит, люди приходят.

Моя группа — напряженные позы и лица — сгрудилась возле стойки. Юки и Кроу, я это видел, уже расположились так, чтобы в случае драки окружить противников. Напротив них стояли двое Восходящих — бронза и дерево в потрепанной, но добротной земной экипировке. Оба вооружены, и оружие наготове. А снаружи, я уже знал это, их ожидало пятеро товарищей. Бармен с отсутствующим видом протирал бокалы, рыжая девчонка сжалась в уголке.

— В чем дело? — спросил я, выходя на свет. — Я командир группы. Какие-то проблемы?

Оба Восходящих мгновенно перевели взгляд на меня. Один обладал рунным зрением — оценка, быстрая и профессиональная.

— Ты главный? Вовремя, факинг шит! — кивнул старший, здоровенный афро, чем-то напомнивший Майкла. — Я Пит Уильямс из Приюта. Мама Роза хочет с тобой поговорить. Пошли, тут рядом.

Я взглянул на Фьюри. Она едва заметно качнула головой — нужно соглашаться, но по мысленной эманации понял, что напарница не в восторге. Приют — это не Волки, никаких трений у нас не было, какого черта им нужно?

— А я знаю? Мне сказали — привести главного. Сам пойдешь?

Толя набычился, но я успокоил его коротким взглядом. Две драки за один день, да еще на чужой территории, — чересчур. Не стоит портить отношения еще и с Приютом. Раз уж Максвелл сказала — «ты справишься сам»… Значит, будем договариваться с Мамой Розой.

— Ладно, — сказал я. — Пошли. Но все мои пойдут со мной.

— Зачем? — подозрительно покосился второй, с длинным шрамом на щеке.

— Затем, что если мне не понравится разговор, они будут рядом.

Люди «Мамы Розы» переглянулись. Затем старший пожал плечами:

Это и правда оказалось совсем рядом. Нас провели через ворота Приюта — мимо охранников с «Суворовыми», мимо толпы оборванных людей, получающих порцию пасты из большого синтезатора, мимо охраняемой вышки с вывеской «Чистая Вода», мимо детей, играющих в пыли, мимо палаток и контейнеров, превращенных в общежития. Тут было много народа (в основном землян, но не только) и мне показалось, что Приют пытается как-то организовать и поддерживать это скопище. По крайней мере, еда, вода и крыша над головой здесь имелись, а вот насчет безопасности, конечно, большой вопрос… Вооруженных тоже немало — почти все половозрелые мужчины носили оружие, кое-кто — звездные Предметы, и я заметил минимум с десяток Восходящих. От волчат они отличались разве что нашивкой — «приютские» носили знак двух ладоней, сомкнутых в рукопожатии с надписью «Либерти принимает всех». И да, Приют тоже был отдельным фригольдом Народа Земли…

Штаб Мамы Розы располагался в «цветке» из нескольких соединенных жилмодулей, помеченном знаком медкома, большом и на удивление ухоженном. Чистые стены, работающие системы жизнеобеспечения, даже какие-то декоративные местные растения в вазонах у входа.

— Дальше только ты, — сказал афро. — Остальные здесь подождут…

— Э, мы так не договаривались, — заворчал Грохот, но Стратагемы подсказывали, что никакой опасности нет — признаков засады не было, хотели бы драки, обставили бы все иначе. Скорее всего, местная бонза уже знает о конфликте в Гавани и просто хочет узнать, кто пожаловал к ней в гости… Поэтому мои ребята остались снаружи, а я зашел внутрь.

Там и оказался натуральный медком, большой, с прохладным кондиционированным воздухом, пахнущий больничным антисептиком. Почти такой же, как в нашем фригольде: ряды коек с медицинскими терминалами, операционная с автохирургом и несколько диагностических капсул. А также — немало пациентов разной степени тяжести, в повязках и без, сидящих и лежащих…

Маму Розу я представлял иначе. Воображение рисовало татуированную бандершу со дна земных киберполисов, вроде матерой Свирели. Но реальность оказалась совсем другой. Одетая в голубой комбинезон медкома, с древним земным фонендоскопом на шее (Предмет, отливает Звездной Кровью), глава крупнейшей банды Либерти сидела за простым металлическим столом, что-то сосредоточенно вводя через консоль дополненной реальности.

Тонкая, невысокая и смуглая латино с сединой в темных волосах, аккуратно собранных в тугой пучок. О ее статусе напоминал только серебряный фрейм Восхождения и титул рикса, да взгляд — умный, внимательный, жесткий. И веяло от нее… этаким холодом, подобным тому, что испускала Морвейн. Скай сообщила, что ее ранг Восхождения между серебро-6 и серебро-8, и это означало, что она… гораздо сильнее меня. Белый Дьявол называл таких — «сильное серебро»…

Четыре Предмета, два бронзовых, одно серебро и одно — золото!

— Розалия Чен, — представилась Восходящая не вставая. — Садись. Ты?

— Значит, вы те самые гости, что прилетели на «Грифоне» из другого Круга? Ты командир группы?

— Я, мэм, — усмехнулся я. — Чем обязан вашему приглашению?

— Мы узнали винтокрыл. Это «Одиссей» Альфы, верно? Куда вы его дели в Гавани? Превратили в Руну?

— Винтокрыл — Альфы, а теперь твой. Вас мы не знаем, но одну из твоих опознали — она из Альфы. Как так вышло?

— «Одиссей» добрался до нашего фригольда, но выжила только она, — ответил я. — Долгая история.

— Долгая… — протянула Мама Роза, некрасиво кривя губы — мой ответ ей не понравился. — Знаешь, чем я тут занималась, пока ты не пришел?

— Считала. Сколько у меня свободных коек. Сколько медпаков, стикеров и зарядов для капсул осталось после чертовой Дикой Охоты. Знаешь сколько?

— Чертовски мало, — она откинулась на спинку и посмотрела мне в глаза. — А знаешь, что я не хочу считать?

Я промолчал — какой смысл отвечать на риторический вопрос?

— Трупы, мучачо. Я не хочу считать трупы. В моем Приюте. Я понятно выражаюсь?

— Я не планирую добавлять вам работы, — отчеканил я. — Мы прибыли сюда с дипломатической миссией, мэм.

— Правда? — откровенно усмехнулась она. — И сразу же наступили Волкам на хвост?

— Согласен, неприятный инцидент, — усмехнулся в ответ я. — Но Волки сами виноваты. Мы их не трогали, они первые полезли…

— Не сомневаюсь. Но они — Волки, и лезть первыми — это их работа, — процедила Мама Роза. — А ты поимел их на глазах у всей Гавани. Если Волк это проглотит — завтра каждый сопляк в Либерти решит, что Волков можно не бояться. А послезавтра — кто-нибудь попробует. И тогда будет много трупов. Так что Волк придет.

— Я готов поговорить с ним и уладить все миром.

— Вы сейчас на территории Приюта. На моей, Санта-Мария, территории, — она жестко выделила интонацией «моей». — Вы можете говорить, но я не хочу, чтобы здесь начинались чужие войны. Ты понял?

Голос не изменился, но глаза у нее стали ледяными.

— Ты не понял. Мне плевать, кто прав, виноват, кто первый и последний! Я никому не позволю устроить тут бойню. Так что давай проясним сразу. У меня тут триста человек под ружьем. Если вздумаете устроить разборки на моей территории, я приду и перестреляю всех без разбора. Уяснил?

— Повторяю — я здесь не для того, чтобы устраивать драки, — ответил я, стараясь держаться спокойно и миролюбиво. — Я — представитель фригольда Скай и послан установить контакт с другими земными колониями.

— И что же хочет твой фригольд? — недоверчиво прищурилась Мама Роза.

Я коротко изложил официальную версию — установление контактов, связь, торговля, обмен. Упомянул про дорогу в Альфу. Глава Приюта слушала молча, время от времени кивая. Было такое ощущение, что если мои предложения ее и заинтересовали, то лишь постольку-поскольку. А вот другой вопрос занимал Маму Розу куда плотнее…

— Альфа, значит, — протянула она, когда я закончил. — Интересно. Альфа давно хочет всех под себя подгрести. Но у нас они крупно облажались. Полезли со своей эвакуацией, когда шептуны поперли…

— Альфа… — Мама Роза скривилась, будто раскусила лимон. — Не все, мучачо, хотят носить импланты, которые отрывают голову! Либерти — свободное поселение, мы не признаем их дурацких директив. Думаешь, Альфа просто так помочь нам хотела? Как бы не так! Они воспользовались тем, что нас взяли за задницу, и предложили защиту, но ценой была наша свобода. А когда мы не согласились на добровольную оккупацию, Альфа захотела нас эвакуировать — но избирательно, по своим спискам: молодых, здоровых, полезных… а местных, стариков, больных, тех, что с красной меткой, — не брали. Ну и принудительная санация, конечно. Не слышал?

— У Восходящих отбирают Звездную Кровь, все Руны и полностью блокируют способности. Разрешены только оперативникам и легионерам. Остальным ставят следящих жуков, никуда не денешься… Некоторым, Санта-Мария, принудительно стирают память. Координаторы Альфы считают, что они главные в Единстве, и все колонисты, все капсулы вроде как их собственность. Ты должен выполнять приказы. И плевать они хотели на все другие мнения.

— Хм, понимаю, — картинка складывалась не очень радостная, но какого мнения можно было ждать от обитателей хаотичной Либерти, явно точивших зуб на главный оплот землян? Наверняка Мама Роза немного сгущала краски. — А где они вообще находятся?

— Твоя Лилия ведь оттуда. Не сказала? — усмехнулась Мама Роза.

— Понятное дело. Ну и я, значит, не буду болтать про чужие тайны! — она припечатала узкую смуглую ладонь к столешнице. — Ммм, вот что я тебе скажу, мучачо. Ты тут человек новый, мы тебя не знаем. Фригольд Скай… У нас тут, знаешь ли, все по-другому. Всю торговлю в Либерти ведет Гильдия, так устроено, и я за них говорить не стану. Давай ты сначала решишь свои дела с Волками, с Альфой, а потом подумаем… Но пока ты в Приюте — веди себя тихо. Никаких фокусов!

— А что, если Волки нападут первыми? На вашей территории?

Улыбка Мамы Роза была нехорошей — вокруг усталых глаз разбежались лучики морщин, и я внезапно понял, что она совсем не шутит.

— Я же сказала — перестреляю всех на хрен. Без проверки дипломатического статуса. И поверь, мучачо, я не шучу.

Я смотрел на нее. Усталая женщина в комбинезоне медкома с сединой в волосах и звездным фонендоскопом на шее. Скай уже просканировала Метку, и стало известно, что Розалия Чен — золотой комбинезон, колонист-эксперт и видный ученый в области медицины на Земле. И при этом — серебряная Восходящая со стальным стержнем, готовая убивать за свою территорию без предупреждения.

— На твоем месте я бы убралась отсюда побыстрее, — добавила она. — Волки тоже срисовали твою девочку. Она засвечена в базах.

— Не благодари. Я для своих людей стараюсь. А теперь — пока. У меня работы по горло…

Я вышел из медкома Приюта со смешанными чувствами. Суровая дама эта Розалия Чен, такая слов на ветер не бросает. Дел вести она с нами не захотела, по крайней мере, пока, но порекомендовала убраться со своей территории или вести себя тихо, как мыши.

И тем не менее она мне понравилась. Было в ней что-то искреннее, живое, говорящее, что Мама Роза — по сути своей хороший, добрый человек, положивший жизнь на алтарь помощи другим. И не стоило даже сомневаться, что ее люди преданы Приюту по гроб жизни и выполнят любой ее приказ.

— Фьюри, как долго ждать ответа? — спросил я у напарницы. — Здесь может быть небезопасно задерживаться.

— Понимаю, сэр. Но без кодов доступа мы не пройдем защитный рубеж. Нужно подождать… до вечера.

— Да. Лучше здесь, — она невесело усмехнулась. — В другом месте Либерти мы будем в большей опасности.

Не факт, далеко не факт… Меня не оставляли тревожные предчувствия. Три часа до прибытия подкрепления. Волк где-то готовится к визиту. Фьюри ждет ответа от Альфы. Мы с горсткой людей в чужом поселении, которое нельзя назвать дружелюбным, а наши планы трещат по швам.

Мы вернулись в «Последний Шанс» и заняли оборону.

Четверо — типа отдыхают в номере, двое — в зале, так, чтобы контролировать вход. Народу в заведении постепенно стало прибавляться — пришла компания мужчин-рудокопов со знаками Приюта, пара мутных личностей, явно соглядатаев, несколько девушек — судя по некоторым деталям, представительниц древнейшей профессии. Одна — яркая, как бабочка, брюнетка — подошла к нашему столику:

— Не желаете развлечься? Такой большой парень точно получит скидку, — она положила руку на плечо Грохота, но тот лишь лениво мотнул головой:

Мда. Значит, торговля своим телом тут в порядке вещей — впрочем, чего еще можно было ожидать? Эта профессия даже на Земле никогда не теряла актуальность. И все же такая откровенность немного покоробила — у нас во фригольде такого нельзя было представить, хотя при желании найти себе любовных приключений, хоть в «Виски», хоть еще где, не составляло никаких проблем…

Следующими подошли двое плечистых парней, судя по виду — наемники. На шевроне якорь с крыльями — некие Вольные, еще один клан Либерти. По информации, полученной от Фьюри, занимаются всем подряд, но в основном — внешними рейдами в поисках звездной материи и Рун.

— Эй! Вы те, с винтокрыла? Которые Змея отметелили?

— Красиво, — усмехнулся один. — Давно пора было этого ублюдка манерам научить. Не нанимаетесь?

— Жаль. Хорошая команда нам бы пригодилась. В Море работы — завались, и платят честно. Понадобится работа — спросите Капитана. Нам нужны толковые люди, да и Волки пасть разевать не будут…

Информация расходилась, как круги по воде. У меня создалось впечатление, что вся Либерти уже знает, где мы сидим, и вскоре придет поглазеть на дерзких новичков, кинувших камень в местное болото. Я считал часы, следил за обстановкой вокруг «Последнего Шанса», а Скай тем временем взламывала местные вокс-сети — информационные, развлекательные, наблюдательные и обеспечивающие безопасность. С ними тут тоже царил полный хаос — централизации не существовало, много серверов, много разных взаимопроникающих сетей. Повеселее, конечно, чем у нас, но паутина выглядела абсолютно дикой и не очень безопасной — примерно как на Земле в древности, пока в этой сфере не навели порядок… Тем не менее определенная польза имелась — мой когитор подключилась ко множеству камер и дронов, позволивших полностью контролировать окрестности Приюта. Кроме того, мы зафиксировали два общих оповещения — одно в сети Мамы Розы, другое — в неизвестной, но, возможно, принадлежащей Волкам. Оба были одинакового характера — мамо приказала усилить посты до особого распоряжения и внимательно наблюдать за «Шансом», а перехваченное в сети «Стая-3» Скай расшифровала так: «Сбор у Логова. Волк выходит на охоту».

Ну что ж, нам тоже стоило подготовиться к приему «охотников».

Я открыл Портал прямо в гостевой комнате. Шансы спалиться раньше времени — минимальны, бармен не был Восходящим, хотя в здании и имелось несколько звездных Предметов. Благодаря Навыкам (и умнице Скай) я контролировал приближение всех Восходящих примерно в радиусе сотни метров, так что устроить нам сюрприз будет сложно. Знал, что прямо сейчас за гостиницей наблюдали трое Восходящих, среди которых наверняка был слухач, и такое ощущение, что они принадлежали к трем разным группировкам.

За Порталом, в знакомой камере приемника, меня уже ждали полтора десятка вооруженных до зубов фригольдеров. Они мгновенно взяли меня на прицел — уверенные движения, холодные стволы, знакомые лица…

Ассоль вскинула руку в небрежном салюте, ухмыльнувшись так, будто мы встретились в баре после рейда:

— Кавалерия прибыла, мой серебряный капитан!

— Сигурд, — проворчал Динамит, и мы молча обнялись с бородатым здоровяком, хоть это было и трудновато — в «Варриоре», увешанном разгрузками, Дима напоминал квадратный бульдозер.

Я был очень рад видеть его снова в деле, тем более со своими старыми товарищами — Инь-Янем и Граем. Хотели они отсидеться во фригольде, да вот как судьба поворачивается… Вероника не обманула с усилением — кроме них, тут были два серебряных Восходящих: торговец Эдри и тот лохмач из Народа Леса, что был лишен памяти Азимандией. Сейчас он, вооруженный и экипированный, стоял рядом с Динамитом, неуловимо напоминая старого, нашего Лохмача. А Эдри, ничем, кроме статуса Восхождения, не отличающийся от рядового землянина, блеснул понимающей улыбкой:

— Удивлен, танаан? Рикс счел, что торговые связи с другим Кругом требуют… моего участия. Я принес Клятву. И, — он чуть склонил голову, — хочу закрыть долг спасения.

Я коротко кивнул и перевел взгляд на следующего человека в группе Динамита. О боже мой, она-то что здесь делает⁈

— Можно пару слов, мистер Морозов? — Элли Кардо жадно смотрела сквозь меня в синюю глубину Портала. — Там новое земное поселение? У них есть собственная пресс-служба или новостные выпуски? Независимые медиа?

— Мой новый скаут, — процедил Динамит без особого восторга. — Временно прикомандированный, надеюсь… Рикс приказал.

— Я предпочитаю термин «полевой корреспондент», — Кардо включила нагрудную камеру на запись. — И у меня есть несколько вопросов о текущей ситуации. Вы ведь понимаете, что контакт между независимыми земными колониями — это историческое событие, которое необходимо должным образом осветить? Свобода информации — основа…

Инь из-за ее спины страдальчески сморщился и провел ребром ладони по шее — похоже, это горюшко не мне одному пришлось поперек горла…

Цирк, чистый цирк! Хотя с учетом семерых парней Ассоль, один из которых был бронзовым Восходящим, пятнадцать вооруженных до зубов людей выглядели неплохим подкреплением. По крайней мере, со стороны — два серебра, четыре бронзы, да еще и Кардо — на месте Волка я бы серьезно подумал, прежде чем связываться…

— О, я уже люблю это место, — звонко рассмеялась Ассоль, а Динамит, наоборот, нахмурился:

— Хорошо бы. Я не планировал сюда надолго. Когда заходим?

После возвращения в Либерти Скай сообщила, что сетевая активность в сегментах «Стаи» выросла на триста сорок процентов, и отметила перемещение трех вооруженных групп в направлении Приюта. Общая численность — тридцать шесть человек, восемь Восходящих.

Серьезно, но они нас явно недооценивали. Судя по перемещениям, часть Волков собиралась оцепить периметр, а другая — группа из восьми человек — направлялась прямиком к гостинице, особо и не скрываясь. Видимо, среди них и находился тот самый Волк.

Нам оставалось только ждать. День пролетел незаметно, уже вечерело, на улицах появились первые тени. Фьюри сказала, что ответ от Альфы скоро будет… но похоже, что сперва нам придется познакомиться с Волком.

Между тем в «Последнем Шансе» закипела жизнь. Приходили новые посетители, заказывали выпивку, разговаривали, кто-то громко спорил, та брюнетка хохотала на коленях у бородатого Вольного… Крутилась старая земная музыка, гитара и хриплый голос, что-то про дорогу без конца и женщину, которая не дождалась. В голографическом столбе танцевала полуголая красивая певица — суперзвезда прежних времен, что остались на старой Земле. Во всем этом было своеобразное очарование фронтира и его обитателей, которые будто пытались не забыть, кто они и откуда, а также — что нужно брать от жизни все, потому что завтра может и не наступить.

А потом автодверь отъехала, и музыка будто стала тише.

Глава 23

Есть люди, которые не сомневаются, что мир должен уступать им дорогу, — и тем самым мгновенно притягивают взгляд, но совсем не хочется, чтобы они обратили на тебя ответное внимание. Потому что от них исходит холодная опасность, даже когда они спокойны, веселы или смеются.

Его не нужно было представлять. Лет сорока пяти, среднего роста и не особо внушительного сложения, но сразу выделяющийся среди своих компаньонов. Полностью седая шевелюра, темные брови и аккуратная бородка, черный «Вульф» — редкая экипировка офицеров планетарной безопасности, плащ будто из мокрой шкуры, отливающий золотым фреймом неопознанного Предмета. Серебряный Восходящий с титулом рикса клана «Волков» и позывным «Серый Волк». Скай мгновенно просканировала его Метку — о, какая интересная биография…

А рядом с ним, но чуть позади, двигалось не менее любопытное существо. Я уже видел много Народов Единства, но этот выглядел чрезвычайно экзотично. Настолько, что у меня даже не возникло сомнений насчет его нечеловеческой природы.

Очень высокий и тонкий гуманоид, одетый во что-то вроде черного хэлио с капюшоном. Голубая кожа — без малейших признаков растительности — покрыта странным рельефом, напоминающим фрактальный рисунок лед-кузнецов. А лицо… если это вообще можно назвать лицом, потому что форма черепа, острых скул и того, что заменяло челюсть, казалась неподвижной треугольной маской. Микроскопический нос, безгубый рот и огромные жуткие ярко-алые глаза безо всяких признаков зрачков. Но самое главное — его руки, потому что их было четыре! Две конечности росли из плеч, подобные человеческим, еще две, но покороче, находились пониже, и существо держало ими рукояти парных клинков, закрепленных на бедрах.

Этот монстр был серебряным Восходящим. Причем — отнюдь не слабеньким. Скай мгновенно выдала анализ, где подтвердила нечеловеческое строение существа, но я уже и сам понял — передо мной кайр’элисс, один из представителей Народа Льда, «ледяных демонов», о которых ходили жутковатые слухи по всему Заову. Кайр’элиссы владели обширными заснеженными территориями возле Ледяного Венца, одного из великих сапфировых Древ, и считались одними из самых опасных обитателей этого Круга.

Тем не менее абориген принадлежал к фригольду Волка. Изгой? Друг? Телохранитель?

Остальные шестеро, один за другим вошедшие в зал, не привлекли особого внимания. Обычные Волки, бронзовые Восходящие. Последним вошел Змей, уже без следов побоев на лице, и сразу же указал в нашу сторону.

Зал притих. Люди резко замолчали, пытаясь слиться со стенами, отодвинуться подальше, испуганно заткнулась смеющаяся жрица любви. Волков здесь знали. Их седой главарь медленно обвел равнодушным взглядом «Последний Шанс», будто пересчитывая имущество на складе, и уставился на нас.

Нехорошие, пустые глаза — как у змеи перед броском.

— Сигурд, — произнес он. — Я думал, ты постарше.

— Не угадал, — я скрестил руки на груди и тоже поднялся со стула.

Он подошел ближе. Кайр’элисс двигался следом — бесшумно, текуче, как ледяной ручей. По тому, как люди ходят, можно оценить, что они представляют собой в бою. Это был не человек, но я все равно понял, что голубокожий абориген очень опасен. Вероятно, даже опаснее самого Волка. Живое оружие, ни дать ни взять…

Остальные Волки рассредоточились по залу, не мешая испуганным людям покидать заведение. Оружие они подчеркнуто не трогали, но явно были наготове. Мои тоже не дремали — Грохот стоял сзади, небрежно придерживая турель, Кроу и Жабник появились из номера, Фьюри настороженно замерла у стойки.

— Ты кое-что наше забрал в Гавани, — сказал Волк, пристально изучая меня. — Не хочешь вернуть?

— Без проблем, — я кивнул Фьюри, и та, подойдя к столу, начала выкладывать на стол отобранные в Гавани стволы. Волк внимательно смотрел на нее и будто ухмылялся, а когда поверх оружия легли перевязи с ножами, произнес:

— Мы не знакомы, — ледяным тоном отрезала Фьюри.

— Но я-то тебя хорошо помню, — он снова усмехнулся. — Еще по Альфе. Опять работаешь… под прикрытием?

— Она со мной, — сказал я, делая Фьюри знак отойти. — Сейчас это Восходящая моего фригольда.

— Фригольд Скай, Круг Элтанир, — произнес Волк задумчиво. — Далековато… Но я знавал одного человека оттуда. Кнут Ларссон. Не слышал о таком?

— Слышал, — ответил я. — И даже видел, в прошлом цикле.

— Он тут с нами был, — по губам Волка скользнула усмешка. — Сильный был Восходящий. Сманил у меня пару парней для какого-то дела в вашем Круге. Что там с ним?

— Мертв, — коротко ответил я, не собираясь вдаваться в подробности.

— Долгая история. Ты ведь не за этим сюда пришел.

— Хм, — Волк небрежно кивнул, и Змей, метнувшись к столу, сгреб трофейное оружие. — А ты, я смотрю, не хочешь болтать попусту? Это мне нравится… Ну что ж, давай перейдем к делу.

— Ты и твои люди не заплатили пошлину в Гавани и нагрубили моим волчатам. Нехорошо, невежливо. Как будем решать?

Усмешка рикса Волков стала неприятной — как у человека, который знает, что держит все козыри.

— Можно решить по-плохому, а можно по-хорошему. По законам Восхождения ты должен нам виру. Волки готовы все замять, в Либерти всякое бывает… Но заплатить придется, и вирой будет — она.

Даже не видя, я ощутил, как за спиной напряглась Фьюри. Волк же, глядя только на меня, продолжил:

— Кристина Фальк, Ледяная Лилия. Она из Альфы, и она мне нужна.

— Ты не понял, Сигурд. Послушай… Во время последней заварушки Альфа забрала трех моих волчат. Я хочу вернуть их в обмен на твою девчонку. Простая сделка, все довольны. Волки забывают обиды, ты идешь куда хочешь, она возвращается в Альфу, мои ребята — в Либерти. Это будет по-хорошему.

— Война? — Волк снова усмехнулся. — С кем? Не переоценивай себя. В Либерти вы просто шестеро чужаков в моем районе. Вы же не будете сидеть в Приюте вечно. А как только высунетесь из-под крылышка Розы, вас найдут и накажут. Уже безо всяких разговоров.

— Нет, — спокойно и твердо ответил я. — Я уже сказал твоим в Гавани и повторю сейчас — Фьюри никто не отдаст.

— Ты уверен? — столь же спокойно спросил Волк. — Я даю тебе шанс передумать и выбраться из этого дерьма чистеньким… Один шанс.

Гуманоид за его плечом приподнял уголки губ, обнажив ярко-синие острые зубы. Было в этой улыбке что-то предвкушающе-зловещее.

— Всего один? — переспросил я. — Но ты кое-чего не учел.

Автодверь, ведущая из гостевых комнат, отъехала в сторону, и в главный зал «Последнего Шанса» вошли фригольдеры в полной боевой выкладке — двумя шеренгами, впереди Динамит, за ним — все остальные.

В обширном зале мгновенно стало тесно, а градус напряжения подлетел к критической отметке.

Кто-то из еще оставшихся посетителей завизжал, кто-то выронил стакан, кто-то полез под стол. Орава вооруженных парней не каждый день появляется из помещения, куда и трое-то едва влезут. Кайр’элисс шагнул вперед, загораживая Волка, тот открыл Скрижаль, волчата, матерясь, вскинули оружие, но в ответ на них глянули полтора десятка стволов.

И Скрижали шести Восходящих. Расклад моментально изменился не в пользу Волков, и их глава это мгновенно понял. Тут уже не отделаешься «наказанием», ставки поднимаются, тут дело пахнет полноценной, большой конфронтацией с кучей трупов. Я, правда, очень надеялся этого избежать — в первую очередь потому, что Волки не могли знать, что еще есть у нас в резерве…

— Добрый вечер, с вами Элли Кардо, «Голос Фригольда», — последней появилась наше главное оружие. — Мы ведем прямую трансляцию с исторической встречи представителей двух земных колоний, которая, как мы надеемся, положит начало новой эре сотрудничества между…

— Что, мать его, она такое несет? — прошипел один из спутников Волка. — Это что, новости⁈

— Проснешься звездой, епта! — мрачно пообещал ему Толя Грохот. — Если вообще, на, проснешься…

— Так, — сказал Волк, вновь взглянув на меня. — Сюрприз… А Мама Роза в курсе, что у нее на заднем дворе — долбаный Портал?

— Да никто не в курсе! И мы так не договаривались! — очнулся бармен, потянувшись к управлению своим «Трезубцем», но Скай взломала его часа полтора назад, и турель, вместо того, чтобы взять незваных пришельцев на прицел, лениво развернулась, уставившись в лоб побледневшему Глену.

— Тихо! — предупредил я, и весь зал услышал. — Не дергайтесь.

— Привет, Либерти, — пропела Ассоль, небрежно придерживая импульсную «Иглу» на сгибе локтя и окидывая взглядом стойку с бутылками позади застывшего Глена. — Что тут у вас есть выпить?

Ее фразочка как будто слегка разрядила обстановку. На лице Волка появилась кривая ухмылка, и он наконец задал правильный вопрос:

— Придет столько, сколько потребуется, — усмехнулся я. — Теперь послушай ты, Волк. Нам не нужна война, но и своих мы никому не отдадим. У меня есть предложение…

Ситуация, конечно, была взрывоопасная. Я уповал на авторитет Мамы Розы, запретившей беспорядки в Приюте, но у некоторых людей очень нервные пальцы. Один сорвется — и начнется пальба… Но этого, кажется, удалось избежать. Что касается Волка, то тут было все просто и просчитано заранее. Стратагемы легко разложили все по нужным полочкам. Главарь банды не мог уйти, ничего не получив, — он бы потерял лицо, и этого не простят свои же. Волк находился в цугцванге — при категорическом отказе ему не оставалось ничего, кроме как объявить нам войну, которая может превратиться в полномасштабный, не нужный никому конфликт. Поэтому ему нужно было дать выход, позволяющий сохранить лицо, — только так мы могли разойтись краями, сохранив вооруженный нейтралитет.

— Ты говорил о законах Восхождения! Согласно им, споры между фригольдами можно решить фионтаром. Волки хотят Фьюри? Она мой человек. И я готов сразиться с любым из Волков за нее.

Кайр’элисс за спиной Волка вновь шевельнулся. Его страшные глаза уставились на меня — так хищник изучает добычу, и по спине пробежал легкий холодок. Я понял, что, если Волки согласятся, их бойцом будет именно он…

— Фионтар, — задумчиво повторил Волк. — Предлагаешь решить все дракой?

— Я предлагаю решить все честно. Любой твой боец против меня. Если выиграю я — Волки забывают обиды, и мы расходимся миром. Если выиграет твой боец — забираешь ее для обмена.

— Надеешься на свои Руны? — понимающе улыбнулся Волк. — У нас в Приюте не принято использовать такое, тут, знаешь ли, новички, женщины, детишки… Роза может обидеться. Но она не будет против нормальной, честной драки. Да, Глен?

— Без Скрижалей и пушек, — проворчал бармен из-за стойки. — Кулаками махайте сколько влезет…

— Сэр! — предупреждающим тоном произнесла Фьюри. Да, я рассчитывал на Руны, но в данной ситуации останавливаться уже не имело смысла.

Голубокожий гуманоид издал странное шипение — будто произнес несколько слов на языке, которого я не знал. Волк с усмешкой перевел:

— Хель Раан говорит, что ты либо храбрец, либо глупец. Возможно, все вместе.

— Волки согласны, — сказал Волк. — Драться будете снаружи.

Мы вышли из «Последнего Шанса» двумя большими группами. Вокруг уже скопилась толпа — похоже, новости разлетались быстро. Силуэты людей на фоне золотого угасания Древа виднелись даже на крышах контейнеров. Бесплатное развлечение — я слышал, как местные уже делали ставки. В основном — против меня.

— Какого хрена вы тут устраиваете⁈ — афро с шевроном Приюта, тот самый, что приходил за мной днем, зло защелкнул кассету с жуками в приклад гаусс-винтовки. За ним стояла группа вооруженных «приютских». — Мамо…

— Спокойно, Пит! Просто драка, один на один! Нормальная драка! Без Рун. Без пушек! Чужак против Демона!

— Ладно… Но если начнутся фокусы — положим на хрен всех!

Мои ребята сомкнулись вокруг меня. Я ощутил на плече крепкую руку Динамита.

— Сигурд, ты нормальный? — спросил он. — Ты вообще видел эту тварь?

— Сэр, это кайр’элисс! — поддержала его бледная Фьюри. — Они крайне опасны! Вы не должны…

— Спокойно, все под контролем, — сказал я. — Я знаю, что делаю. Скажи, Фьюри, почему Волк назвал тебя другим именем?

Всего мгновение Фьюри колебалась. Она явно хотела ответить так, как велят ее должностные инструкции, но что-то изменилось, и она сказала правду:

— Лилия ван дер Саар — псевдоним для оперативной работы. Мое настоящее имя — Кристина Фальк… Сигурд, пожалуйста, послушай. Ты не должен рисковать, это того не стоит. Я могу пойти с ними, Альфа все равно…

Между нами вдруг вклинился Эдри. Торговец понизил голос до шепота:

— Танаан, мне знаком этот Народ. Есть вещи, которые и ты должен знать…

— Кайр’элиссы не люди. Они приемные дети Единства, прибывшие из гибнущих сфер. Их тело устроено по-иному и почти не имеет слабых мест, а руки подобны смертоносным кинжалам. Они не чувствуют боли. Их прикосновение может заморозить, а улыбка — ужаснуть.

— Да. Они ценят гармонию. Во всем. Если хочешь победить — используй это.

— Туловище покрыто броней, но конечности достаточно уязвимы, — добавила Фьюри. — В рекомендациях — стрелять по суставам…

Похоже, драка предстояла серьезная. Но у меня имелась пара козырей в рукаве — во-первых, рунные стимуляторы, а во-вторых, Скай. Когитор уже проанализировала и рассчитала вероятности — семьдесят на тридцать в мою пользу.

Я раскусил Пилюлю Несокрушимости, заранее превращенную в Предмет. Да, уловка, но и соперники не были честны, выставляя против меня бойца, многократно более опасного, чем обычный человек-Восходящий. Наверное, Волк не сомневался в победе…

Волна жара прокатилась по телу. Мышцы налились силой, по нервам будто пропустили ток. Пилюля поднимала физические Атрибуты до максимума серебряного ранга, позволяла экстремальные нагрузки и блокировала болевой шок. Пришло приятное, абсолютное спокойствие — я чувствовал себя так, будто мое тело отлили из стали. Не помешало бы догнаться Черным Надломом, для скорости, но этот микс оказался смертельным, так что придется обойтись тем, что есть, благо передо мной не Каменный Гром и не спятивший Сай’Рхос…

На другом стороне импровизированной арены кайр’элисс сбросил свой черный балахон, оставшись в чем-то вроде короткой голубой туники, отстегнул кинжалы и прочее оружие. Несмотря на антропоморфность, его тело имело нечеловеческие пропорции и было как будто покрыто защитными подкожными пластинами вроде внутреннего панциря. «Приемные дети Единства, прибывшие из гибнущих сфер»… Неужели настоящий инопланетянин, каким-то образом адаптированный к дайсон-сфере? Не так я представлял первый контакт с внеземной цивилизацией…

Я не стал снимать свой «Мангус» — подвижность он почти не ограничивал, скорее наоборот, синтетические мышцы обеспечивали дополнительное усилие и прыгучесть, а защита — защита мне сегодня точно не помешает. Хель Раан вскинул длинные костлявые руки, и я увидел его пальцы — по четыре на каждой руке, длинные, трехсуставные. И на каждом — здоровенный выдвижной коготь. Ярко-синий, длиной с мой палец. Тварь оказалась вооружена естественным образом — и явно была способна выпотрошить противника парой движений.

Толпа заревела, засвистела, заулюлюкала. Похоже, экзотический абориген пользовался здесь популярностью. Волк крикнул с другой стороны «арены»:

— Я хотела бы уточнить для наших зрителей — это точно честная драка без оружия? Потому что у него ножи из пальцев! Как вы оцениваете свои шансы, мистер Морозов? Помашите в камеру, если все под контролем!

— Сигурд, еще не поздно отказаться! Это безумие!

Я шагнул вперед, выходя на множество глаз, и удостоился лишь свиста с редкими криками поддержки. Скрижали на мгновение сомкнулись, и колокол Наблюдателя зафиксировал Клятву. Бой без оружия, ставка — Фьюри, она же Ледяная Лилия, она же Кристина Фальк… Стоящий напротив кайр’элисс что-то коротко прошипел, и Волк, который принимал Клятву, усмехнулся:

— Призрак говорит, что хочет посмотреть, что у тебя внутри.

Синие когти с громким треском распороли грудной сегмент моей полуброни! Я едва успел отпрыгнуть в сторону, рискуя в первые же секунды схватки остаться без головы — ибо кайр’элисс оказался быстр, очень быстр! Он не давал времени на размышления — атаковал, делая молниеносные выпады всеми четырьмя конечностями, и драться с ним врукопашную — все равно что боксеру выходить против врага, вооруженного шестнадцатью ножами!

В первую минуту я уклонялся, пытаясь держать дистанцию и не дать ему сблизиться, — потому что подобную многовекторную атаку просто невозможно заблокировать. К счастью, у меня была Скай, чей тактический анализ позволял предугадывать его движения, избегать опасных зон и двигаться по безопасной траектории, не давая загнать себя в угол или прижать к краю арены.

Наверное, со стороны это выглядело даже красиво. Молниеносно атакующий четырехрукий монстр и человек, столь же стремительно уходящий от его ударов, раз за разом рассекающих лишь воздух. Восходящий на золотом пороге в синергии с когитором — страшная штука, позволяющая проделывать нечеловеческие трюки, и, конечно, без Скай я был бы уже мертв. Да и любой другой Восходящий моего ранга уже лежал бы с распоротым животом.

Но и так он зацепил меня трижды. Бедро, грудь и плечо, каждый раз чуть-чуть не хватало, чтобы добраться до тела. Мы же со Скай — изучали его возможности, анализировали закономерности движений, пытаясь понять, каким образом провести удачную контратаку.

Толпа потрясенно молчала, множество глаз следили за нашим танцем, дрон Кардо описывал круги над площадкой. Хель Раан вдруг остановился, склонив треугольную голову набок. Его алые глаза смотрели на меня с чем-то, похожим на любопытство — вероятно, моя неуязвимость смогла его удивить. Выводы Скай же были неутешительны — рефлексы кайр’элисс значительно опережали человеческие, его тело защищал естественный панцирь, ударный радиус в полтора раза превышал мой. До головы просто не дотянуться, единственные слабые места — сочленения конечностей… Однако имелось и светлое пятно — «они ценят гармонию», сказал торговец Эдри, и оказался абсолютно прав — стиль боя Хель Раана имел особый рисунок, некий повторяющийся узор, который Скай смогла расшифровать. Стойки, отвлечения, выпады — повторялись, и после завершения нижней атаки имелось некоторое окно возможностей.

Новый раунд. Монстр действовал по прежнему алгоритму, видимо, пытаясь измотать меня, а вот мне пришлось импровизировать. После третьего круга я внезапно изменил тактику, быстро поднырнув под выпады противника. Когти разрезали воздух в опасной близости, но мне наконец удалось провести ответный удар — один-единственный, но какой! Усиленный Навыком Силы Десяти Воинов, он, наверное, свалил бы тауро — однако Хель Раан лишь слегка дрогнул, жесткий, как бетонный столб.

Несмотря на это, сам факт моего удара вызывал у толпы изумленный вздох. Не ждали?

Будто почуяв, что я подобрал к нему ключик, монстр творчески изменил рисунок своих атак. Это произошло слишком быстро, я оказался не готов, и кайр’элисс смог наконец хорошенько достать меня — буквально через десять секунд после пропущенного выпада.

Нижняя конечность впечаталась мне в бок, когти пробили «Мангус» и вошли в плоть — но благодаря Несокрушимости неглубоко, не больше сантиметра. В тело хлынул жуткий, пронизывающий холод — похоже, когти этой твари имели свойства, схожие с клыками ледозуба, однако Морозная Закалка, полученная в Эргиале, позволила пережить этот удар. Наоборот, он открывал мне огромные возможности, потому что мы вошли в клинч. Я зафиксировал его руку, и этим мгновением стоило воспользоваться по полной.

Свободные руки кайр’элисс метнулись ко мне, но я был слишком близко, практически у него под мышкой, очень неудобный угол. «Дайте мне рычаг, и я переверну весь мир», сказал кто-то из земных философов, и я применил земную мудрость, использовав самого себя как опору, а нижнюю руку Хель Раана — как тот самый рычаг.

Методички Альфы не соврали. Сустав кайр’элисс сломался с ледяным треском, и половина конечности бессильно повисла. Толпа взревела, а я со всей доступной скоростью откатился в сторону, пытаясь избежать вихря ответных ударов.

Хель Раан посмотрел на свою сломанную руку, потом на меня, придерживающегося за раненый бок. И улыбнулся, обнажив два ряда ярко-синих острых, как у акулы, зубов. Его глаза пульсировали алым — а разум транслировал волну ужаса, древний, первобытный страх, кричащий «БЕГИ» на частоте, которую невозможно игнорировать.

Я слышал, как в толпе кто-то завизжал. Слышал шум шагов и испуганные крики сзади. Но мне, благодаря подарку Хитрейшего, давно было плевать на такие трюки — золотой Аграф надежно блокировал любые ментальные воздействия. Навык, Предмет, расовая способность — плевать! Я оторвал ладонь от бока — крови было немного и ничего не болело. Никто не просил снять артефакты перед боем, и Кристалл Странника уже послал телу целительный заряд.

Хель Раан снова ринулся в атаку. Но благодаря поврежденной руке его стиль уже не был столь совершенным, он сломался — и я не преминул этим воспользоваться.

Два пропущенных удара в то, что заменяло монстру коленную чашечку, заставили его ощутимо захромать. Я тоже получил свое — четыре борозды распахали бедро до кости, такая рана быстро бы доконала любого, не выручи снова Кристалл Странника. Сдаваться никто из нас не собирался — так что третий раунд начался с того, что кайр’элисс ухитрился схватить меня за плечи, и поднять в воздух, а я, припомнив уроки Белого Дьявола, проявил чудеса акробатики и впечатал ему с обеих ног прямо в уродливую физиономию. Он был уже медленнее, гораздо уязвимее, чем в начале схватки, — и наконец появилось ощущение, что я смогу выиграть этот бой. Очень, очень опасный противник — почти смертельный для любого, кто не обладает моими преимуществами…

Скай безжалостно отмечала прорехи, возникающие в его обороне. Я раз за разом пытался подобраться к противнику с ослабленной стороны, и наконец это удалось. Заблокировав верхнюю конечность — справиться с одной было проще, — ухитрился снова пробить в ходильный сустав. Вышло хорошо, с треском, тварь наконец-то припала на одно колено, и, зайдя сзади, я мощнейшим пинком в спину свалил его наземь, заставив пропахать треугольной мордой поверхность арены. Мои собственные руки и ноги хрустели от этих ударов, и, конечно, без Силы Десяти Воинов тут нельзя было обойтись. Этот монстр не из тех, кого проймет обычный кулак…

Хель Раан медленно поднялся. Одна его рука была сломана, нижняя конечность ощутимо дрожала. Он сделал шаг вперед, потерял равновесие и снова упал, наконец издав первый звук за весь бой — нечто вроде злого пронзительного верещания. Взглянул на меня, опять попытался встать… наверное, хотел продолжить поединок, но, увы, я этого уже не узнал, потому что мир неожиданно изменился.

Мои звездные чувства погасли — резко, как будто кто-то нажал кнопку выключателя. Скрижаль, Навыки, Атрибуты — все оказалось недоступно. Это произошло не только со мной — я видел тревожные лица и слышал возгласы других Восходящих, потому что целую область внезапно накрыло то, что обитатели Единства называли Абсолютной Пустотой, а земляне…

Скай: Внимание, критическая угроза! Обнаружена активация L-поля мощностью золото-пять! Все источники А-энергии заблокированы, рунная активность подавлена в неизвестном радиусе! Обнаружено приближение… неизвестного объекта!

— Что за? — я расслышал рык Толи Грохота, а затем перекрывший его крик кого-то из Восходящих Либерти:

И тут стало ясно, что означала «встреча на корабле».

Прямо над нами в небе над Приютом материализовался огромный хищный силуэт, сбрасывающий гост-маскировку. Почти треугольный и угольно-черный, с горящей серебром литерой «альфа» на борту. Сложно было не узнать боевой флаинг Звездного Флота типа «Кондор» в десантной модификации, потому что сквозь открывшиеся люки на землю посыпались фигуры в угловатых кидо первого-второго поколения. Взревел усилитель голоса, явно выкрученный на предельную мощность:

— ВНИМАНИЕ, ГОВОРИТ КОЛОНИЯ АЛЬФА! ВЫ НАХОДИТЕСЬ В ЗОНЕ СПЕЦИАЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ! ПРИКАЗЫВАЮ ВСЕМ НЕМЕДЛЕННО СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ И ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ! ЛЮБОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ БУДЕТ ПОДАВЛЕНО! ПОВТОРЯЮ: ВСЕМ СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ И ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ!

Вокруг мгновенно воцарился хаос. Толпа бросилась в разные стороны, загремели разрозненные выстрелы. Кто-то пальнул из плазменной винтовки по медленно опускающейся громадине, в ответ с флаинга рыкнули непередаваемо мощным, оглушающим, сбивающим с ног инфразвуком, а вокруг начали рваться гранаты, источающие клубы ядовито-зеленого и невероятно вонючего дыма.

Возле меня оказались Динамит, Грохот и Фьюри.

— Десант, на! — выдохнул Толя, глядя на падающие с неба фигуры, и это действительно напоминало высадку десантного подразделения, пытающегося отсечь некий периметр и задержать всех, кто находится внутри. И действовали они весьма профессионально…

— Не стреляйте, это наши! — выдохнула Фьюри, неотрывно глядя вверх, но при этом напряженная, как струна. — Они нас вытащат!

— Что делаем, Сигурд? — крикнул Динамит. — Круговая оборона?

— Нет, прорываемся в «Шанс»! — принял решение я. — К Порталу! Ассоль там?

Началась беспорядочная стрельба — обитатели Либерти явно не собирались встречать незваных гостей хлебом-солью. Внутри жилмодуля, превращенного в гостиницу, гораздо проще не угодить под случайную пулю. К тому же не стоило забывать, что там — наш Портал, который нужно охранять и через который в случае необходимости можно отступить. Руны не работают здесь, но с той стороны…

Я видел, как ребята один за другим заскакивают в распахнутые автодвери. Но уйти нам не дали — в клубах дыма замелькали силуэты в черной кибернетической броне, вооруженные длинными цилиндрическими ружьями, в которых Скай опознала нелетальное оружие. На груди пришельцев сияла та же латинская «альфа», что и на борту десантного бота. Я дернул вниз ствол турели Грохота и показал бойцам Альфы открытые руки, в ответ нас раскрасили сканирующей сеткой, а затем… выстрелили.

Резкая боль в шее и щеке. Я мгновенно выдернул из кожи небольшой дротик, явно содержащий ампулу с чем-то… очень нехорошим, потому что сознание почти сразу помутилось, а руки и ноги налились неприятной тяжестью.

Скай: Внимание, обнаружено воздействие нейролептика специального назначени…

Какого именно назначения, узнать не удалось, потому что препарат подействовал, погасив мое сознание.

Эпилог
Колония Альфа

Живая, пульсирующая, наполненная образами и голосами. Я не в первый раз плыл сквозь нее, на грани забытья и яви, цепляясь за всплывающие из темной бездны обрывки видений.

Травинка. Ее лицо, родные черты, упрямый взгляд неземных нефритовых глаз — и губы, шепчущие что-то не в такт звукам. Голос же был совсем чужим, женским и незнакомым, в нем звучали холодные нотки исследователя, препарирующего добычу…

— … наличие А-симбионта! Вероятный класс — «онтоприон». Системных протоколов не обнаружено…

Лицо Травинки растаяло, сменившись другим. Белый Дьявол, Пламени Подобный, смотрел на меня глазами Марка Кассиди и жестоко улыбался — так, как улыбался моими губами врагам перед началом поединка.

— … конструкция стигмата не соответствует стандартам Восхождения и, вероятно, является имитирующей рунной матрицей…

Скай всплыла следующей, отдала воинской салют и прижала палец к губам, будто призывая хранить молчание.

— … энцефалограмма подтверждает устойчивую активность нейрокогитора.

Вместо лиц передо мной расплылась внутренняя поверхность дайсон-сферы, видимая как будто с космической высоты — так, что даже изгиб горизонта был слегка заметен. Она уходила во все стороны, где-то угольно-черная, а где-то усеянная разноцветными ореолами Кругов и пронизанная золотыми нитями. Невероятное зрелище, будто с мостика парящего где-то во внутреннем пространстве корабля.

— … обнаружены неопознанные нейропломбы, интегрированные нестандартным способом…

Черный шар, сфера в звездной глубине космоса, перечеркнутая алым перекрестием прицела, неразборчивые красные строки аналитики. Голоса становились четче, ближе, будто я всплывал на поверхность, пробиваясь сквозь мутную глубину забытья.

— … немедленно прекратить глубинное сканирование!

Белый, яркий, безжалостный, пробивающийся даже сквозь сомкнутые веки. Я попытался поднять руку, чтобы прикрыть глаза, — и не смог.

Я заморгал, пытаясь привыкнуть к свету. Сквозь радужные круги рассмотрел огромную конструкцию над собой — нечто вроде подвижной диафрагмы с голубым зрачком и кучей зондов, технологичное устройство, медленно отъезжающее в потолочную нишу. Вспомнил, что видел нечто подобное у Миноса — в той лаборатории, что скрывалась за табличкой «А-монитор»…

Небольшая белая комната, похожая на операционную. Стены, потолок, пол — все белое, сливающееся, почти без швов. Я лежал на чем-то вроде медицинской койки. Руки, ноги и, кажется, пояс и шея плотно прихвачены браслетами из пластали. Аккуратно, не грубо — но пошевелиться почти невозможно. Так пристегивают буйного пациента. Или пленника?

Тишина. Когитор молчала. Не было ее присутствия в сознании, ставшего уже привычным. Я попытался открыть Скрижаль — и понял, что все еще нахожусь в L-поле. Или его аналоге типа рунных оков, потому что система Восхождения отсутствовала, Руны и Навыки не работали, я снова был обычным человеком, намертво пристегнутым к койке.

Какого черта? Где я вообще? Меня вытащили из Либерти и притащили сюда? А где остальные? Динамит, Грохот, Фьюри? Что с Порталом?

— Эй! — подал я голос. — Есть здесь кто-нибудь?

Легкое гудение. Прямо передо мной в паре метров от койки вспыхнул голографический столб, внутри которого мгновенно сгустилось изображение. Земная технология видеосвязи, позволяющая передавать не только вокс-сигнал, но и собственный аватар на огромные расстояния.

Человек. В форменном комбинезоне с логотипом «Космо» — черном с серебряными вставками. Я видел такой лишь один раз — на Авроре Мартинс, — потому что черные комбинезоны предназначались исключительно для элиты проекта — координаторов «Космо».

Мужчина лет тридцати-тридцати пяти на вид. Короткие темные волосы с ранней проседью на висках, прямой нос, внимательные карие глаза. Типичный моно с обыкновенной, не особо примечательной внешностью, если бы не одно «но».

Я его уже видел. Или кого-то, очень на него похожего. В другом месте, в другой одежде, в совершенно ином антураже, но…

Голос тоже оказался знакомым. Чуть другим, однако перепутать невозможно.

Я медленно прикрыл веки. Нет, этого просто не может быть!

— Прошу извинения за методы… доставки, но, учитывая обстоятельства, у нас не было другого выхода.

Мой взгляд скользнул ниже серебряной эмблемы с литерой «Альфа», правее стреловидного контура проекта «Космо», и остановился на нашивке с именем и фамилией на правой половине груди.

— Понимаю, у тебя много вопросов, — сказал брат-близнец земного аватара Хитрейшего. — Мы обязательно все обсудим. А пока…

25 октября 2025 — 14 января 2026, Нижний Новгород

От автора

Ну что, дорогие мои читатели, десятый том «Звездной Крови» подошел к своему концу. Я закончил его там, где и планировал, завершая большое путешествие Сигурда, хоть для этого и пришлось написать на несколько глав больше — так уж получилось.

По объему эта книга почти 15 авторских листов и самая большая в серии, за исключением «Тинга», так что я не обижусь, если вы кинете в нее лайком, комментом или, чем черт не шутит, небольшой наградой. Лично мне кажется, что книга получилась яркая, увлекательная, интересная и раскрыла вам много новых граней мира Единства. Да и написалась она за рекордный для меня срок — меньше трех месяцев.

Традиционно благодарю всех, кто был со мной все это время, читал, покупал, награждал и поддерживал в комментариях. В особенности — людей, которые в меру сил помогали сделать книгу лучше: Дмитрия, благодаря которому я еще не окончательно запутался в Рунах, Навыках и Атрибутах героев, Jee Host, делающего редактуру, и Вомбата, приложившего руку к художественной части. Спасибо!

Скорее всего (но это не точно), продолжение истории Сигурда опять будет выходить параллельно с четвертой книгой «Тысячи Братьев». Там вы узнаете, что происходило в Круге Элтанир, пока Сигурд пытался добраться до Альфы. Этот цикл, рассказывающий о приключениях Белого Дьявола.

Говорят, что земляне вне иерархий этого мира.

Говорят, что у предтеч великое предназначение – ведь не просто так владыки Небесного Трона перенесли наш ковчег сквозь бездну времени и пространства.

Сюда, в Единство, великую дайсон-сферу, построенную вокруг черной дыры на месте давно погасшего Солнца. Небесные господа играют нами в свои таинственные игры, чья цель – заполучить давно потерянный Исток.

Мы можем только догадываться, чем или кем он был. Мы лишь начинаем понимать, почему за ним так яростно охотятся и какую власть обретет тот, кто его заполучит.

А Псы уже в нашем Круге, за ними придут Черви, и времени на подготовку почти не остается.

Я, Сигурд Морозов, колонист и пилот, Восходящий и Истинный, должен найти тех, кто способен создать Исток. И для этого мне придется оставить свой новый дом и вступить на Прозрачные Дороги…

Title Info
Genres	sf_etc sf_technofantasy sf_realrpg
Author	Роман Прокофьев
Title	Звездная Кровь-10. Прозрачные Дороги
Date	2026-01-23 09:36
Language	ru
Document Info
Author	Цокольный этаж
Program used	Elib2Ebook, PureFB2 4.12, FictionBook Editor Release 2.6.7
Date	2026-01-23 09:49
Source URL	https://author.today/work/504500
ID	5B918B65-692F-4EEB-906F-D25CCB2F36A6
Version	1.0
Custom Info
donated	false
status	fulltext
convert-images	true