Новинки » 2021 » Январь » 21 » Константин Калбазов. Пилигрим 3
14:08

Константин Калбазов. Пилигрим 3

Константин Калбазов. Пилигрим 3

Константин Калбазов

Пилигрим 3


Жанр: Альтернативная история, Боевая фантастика, Попаданцы

Единое информационное поле Земли. Как выяснилось на счастье Михаила, оно существует. В своем мире он всего лишь безнадежный больной. В этом, полон сил, задора и жажды действий. И пусть на дворе всего лишь одиннадцатый век. Какое это имеет значение!
За сравнительно короткий срок попаданец сумел обзавестись друзьями, подняться от холопа до воеводы, построить город. Этот мир научил его многому тому, о чем он не имел представления. Но и он готов одарить человечество тем, что знает сам.
Вот только жить на особицу заручившись поддержкой союзников не получится. Чужое богатство всегда манит жадных до поживы. Так уж вышло, что его городок Пограничный, превратился в желанную добычу. И что теперь? Сидеть и ждать откуда прилетит горячий привет? Вот уж дудки! Потому как лучший способ обороны, это нападение.


Автор: Калбазов Константин Георгиевич
 

Константин Калбазов

Пилигрим. Кентарх

новинка уже вышла

Жанр. Альтернативная история, Боевая фантастика
  книга 1

  23.11.20 (474) 356 р.Скидка 25%
 
  -25% Серия

 Фантастический боевик

  -25% автор

Калбазов Константин Георгиевич

Дата последнего обновления: 30 июля 2020г.  готовность 100%


Ему осталось каких-то жалких несколько месяцев. Но есть возможность прожить… нет, не вечность, но хотя бы не одну, а несколько полноценных жизней. Правда, не среди близких, а в далекой средневековой Руси параллельного мира.
Путешествие «из варяг в греки». Днепр Славутич с его плавной величавостью и необузданностью порогов. Богатство, великолепие, блеск и нищета Царьграда.
Согласен ли он на такой поворот?

Калбазов К.Г. Пилигрим. Кентарх: Фантастический роман / Рис. на переплете И.Воронина — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2020. — 283 с.:ил. — (Фантастический боевик-1246)
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 2 500 экз.
ISBN 978-5-9922-3169-4

Содержание цикла:

1. Пилигрим Кентарх (2020)  

2. Пилигрим 2 (2020)

 
Пилигрим 3
Глава 1
Речной патруль




— Ох и скучное же лето выдалось, — тяжко вздохнув произнес Андрей, глядя на левый берег Славутича.

Несмотря на то, что в этом месте он был пологим, дальше полусотни метров от кромки воды ничего не видно. Необъятная степь сразу же теряется за изломом. Иное дело наблюдатель в вороньем гнезде на мачте. Вот у кого обзор большой.

Впрочем… На что смотреть-то? На монотонную картину разнотравья, которое уже теряет краски, и приобретает желтовато-серые цвета. Такие места. Весной пестрит в глазах от обилия красок, к концу июня уже не за что зацепиться глазу.

А тут еще и жара, вкупе с ничегонеделаньем. Время от времени полусотник конечно устраивает учения. То бой на корабле отрабатывают, то к берегу пристанут, тренируясь десантироваться и сразу в бой. Потому как речной патруль ежеминутно должен быть готов к бою.

Случается и из пушки пальнут. Это самое ненавистное. Понятно, что пушкарям оттачивать свои навыки тоже нужно. Только после этого приходится разыскивать пущенные ими стрелы. И за каждую не найденную спрос серьезный. А с чего, если на них даже наконечники не железные, а костяные. Хорошо хоть у них ярко-красное оперение. Но это если трава невысокая.

А случается, так ни с того ни с сего звучит команда полный ход. И тогда воины занимают места на гребных скамейках да вспенивают воду гребными колесами. При ходе под парусом, они серьезная помеха, но как только начинают работать вороты, то никаким веслам с ними не сравниться. А гребут при том всего-то десяток человек.

— Ничего, Андрюха. Тебе этой осенью срок выходит. Вот и пойдешь на вольные хлеба. Как любит говорить воевода, поднимать народное хозяйство, — хохотнул один из воинов.

— Типун тебе на язык, — лениво отмахнулся парень. — Я буду проситься на постоянную службу.

— Так, ты же вроде и до призыва был при воеводе. Теперь вот станешь настоящим оруженосцем. Или в его гвардейскую полусотню войдешь.

— И чего я там не видел? Михаил Федорович уж не тот. Он град покидает только если с визитом каким или коли какой серьезный поход. А когда такой в последний раз был? Года полтора уж минуло. Не. Не желаю ни в гвардию, ни в линейные полк.

— Опять станешь проситься в особую сотню?

— Буду. Вот где кровь по жилам можно разогнать. Эти в граде не сиживают. Все больше степняков за их воровство наказывают. Не то что мы. Ждем не дождемся, чтобы на реку в патруль выйти. А как выйдем, так и не поймем, где скука крепче, в граде или на реке.

Хандра это дело такое. Нельзя ей дать завладеть умами бойцов. Случается она от безделья. И средство от нее только одно. Нужно выбить из головы все дурные мысли. А как этого добиться?

— Полусотня, учебная тревога! Вражеское судно прямо по курсу! Дистанция один километр! Приготовиться к бою! Орудие к стрельбе учебным зарядом изготовить!

И тут же палуба взорвалась кипучей деятельностью. Послышались отрывистые команды десятников и командира орудийного расчета. Не обошлось и без едва различимых матерков, утопающих в общей какофонии звуков. Воздух наполнился топотом, глухим бряцаньем надеваемого на тело металла, учащенным дыханием.

Не прошло и пары минут, как экипаж боевой колесной ладьи полностью изготовился к бою. Воин наблюдавший за происходящим из вороньего гнезда, с сочувствием покачал головой. После чего с нарочито серьезным видом вооружился подзорной трубой, и начал осматривать окрестности. Вот так, вроде бы и не был рад, когда его загнали на верхотуру, но получилось очень даже вовремя.

К слову, полусотник не больно-то и соврал. Впереди и впрямь виден караван из шести торговых ладей. Он прошел мимо них, когда они устроили дневную стоянку на берегу. Там вроде как приметили суету на борту пограничников и сами засуетились. Нормальная реакция, чего уж там.

— Первый, второй десятки на греблю! Враг пустился в бега! Развить самый полный ход! Настигнуть супостата! — начал раздавать команды полусотник. — третий десяток в оборону! Четвертый и пятый абордаж!

— Твою ж мать, — в сердцах произнес Андрей, перехватывая поудобнее древко короткого легкого копья с тупым наконечником.

И тут же последовала атака. В обороняющихся полетели деревянные молотки, имитирующие боевые топоры. Хлопнули арбалеты, посылая тупоконечные болты. С такого расстояния если прилетит в голову, сразу же оглоушит. И никакой шлем не спасет. Вернее, без него, и вовсе череп проломит. Помнится Андрею попало вскользь и челюсть набок свернуло. Хорошо хоть лекарь сумел вправить.

Дробный перестук метаемого дерева сменился надсадным боевым кличем «ура» и два десятка навалились на один, вставший поперек палубы. Андрей отбил атаку таким же коротким копьем, но ударил не нападавшего, а в наседавшего на стоящего рядом. Бил в полную силу. Потому что, если тот не почувствует удар значит и в бою его сбережет доспех. Ничего так получилось, ловко. Наконечник угодил в стык доспеха на боку. Антон хекнул, и отвалился в сторону.

Когда ладья нагнала караван, всполошившаяся было охрана купца, с интересом наблюдала за тем, как лихо мутузят друг друга воины из Пограничного учебным оружием. Послышались даже подбадривающие крики и улюлюканья. Правда, пробавлялся этим только мододняк. Те, что постарше взирали на происходящее с уважением, отмечая хорошую выучку и слаженность действий.

Бой вышел как всегда скоротечным. Выучка у воинов равная. Численное превосходство, одних, компенсировалась дракой от обороны других. Абордаж завершился победой нападавших, которая далась им ой как не просто. Большинство воинов разминали ссадины и синяки, потому как прилетало неслабо, от все широкой души. Болезненные всхлипы, сопровождались надсадным дыханием.

— Конец учебной тревоги! Разоблачиться! Оправиться! Привести себя в порядок! Пушкари, разряжай орудие! — наконец послышалась команда полусотника.

И тут же ладья ощутимо потеряла в ходе, так как гребные колеса прекратили молотить плицами по воде, придавая ей ход. Теперь они всего лишь плавно проворачивались набегающим потоком воды, чтобы не особо тормозить ход под парусами.

— Ну что Греков, не скучно тебе? — окинув Андрея взглядом, поинтересовался командир.

— Никак нет, господин полусотник, — гаркнул в ответ боец.

— Это хорошо, — удовлетворенно кивнул командир, и направился на корму, под свой полог, полагающийся лицу начальствующему.

Три года назад, Большой совет Пограничного рассмотрел предложение воеводы о ведении фамилий, от которых поведут свое начало новые роды. Делать это надлежало на основе уже существующих семей, или же закрепить в списках воеводства старые.

Так как матушка Андрея вышла за муж за Зосиму, а за ним не имелось рода как такового, то по предложению Романова, он стал прозываться Грековым. А за главой семейство и все его дети с пасынками.

К тому же, согласно нового закона, помимо фамилии теперь каждый должен был писаться еще и по отчеству. Оно и раньше конечно было, но то больше в общении. Бывало соседи и знать не знали, что сосед их прозывается Перваком, а не Богданычем. Именовать-то могли как пожелается, разве только по православию, а вот в записях уже обязательно уже обязательно в официальной форме.

— Андрюха, вот оно тебе надо было? — потирая бок, возмутился Антон.

— Да как-то не подумал, — почесав в затылке, произнес Андрей, и тут же спохватился, — Тоха, ты-то как? Не сильно я тебя?

— Дышать слава богу не больно, значит ребра целы. Но ты мог бы и не злобствовать так-то.

— Это чтобы Дорофей Тарасович от себя добавил?

— Угу. Господин полусотник может. Ничего. Мы с тобой еще посчитаемся.

— Заметано, — улыбнувшись в тридцать два зуба, произнес парень.

— Вижу дым! — вдруг послышалось из вороньего гнезда.

— Что за дым? — тут же уточнил командир, вышедший из под полога.

— Похоже жилье горит и не одно.

— Боевая тревога! Пятый десяток на греблю! Крейсерская скорость! Пушку к бою изготовить! Иметь в готовности заряд картечи и стрел! Шевелись братцы.

— Не иначе как в Верхней слободе горит. До них уж недалече, — предположил Григорий.

— Хорошо, как просто полыхнул пожар, а не половцы в гости пожаловали, — согласился с ним Андрей

Только вот чего в его голосе больше непонятно. С одной стороны, вроде как и не желает, чтобы поселение пострадало от нападения. С другой, хочется, чтобы это было именно так. Еще и по телу пробежался зуд нетерпения, окончательно угнездившись меж лопаток и не желая оставлять тело.

Вскоре из-за очередного поворота появилась объятая пламенем Верхняя слобода. Первая перед порогами, откуда либо шел сплав, в высокую воду, либо начинался волок. У полыхающих стен видны всадники, сбивающие в колонну полонянников.

— Четвертый и третий десяток сменить на гребле пятый. Самый полный вперед. Еразм, попадете в половцев?

— Так точно, господин сотник. Только разброс будет большим, можем и в своих попасть, — отозвался командир орудийного расчета.

— То как Господь решит. А попадете, может оно и лучше, чем в неволе-то, — произнес Дорофей Тарасович, который и сам успел хлебнуть неволи полной мерой.

— Слушаюсь. Стрелами, заряжай. Прицел двадцать. Целься во всадника на белом коне, что правее полоняников.

— Ага. Вижу, — вращая маховиками, отозвался наводчик.

Командир расчета выждал несколько секунд, выжидая выхода на рубеж открытия огня. Прикинул, что-то там и отдал команду. Раздался громкий хлопок и пучок стрел умчался в сторону вражеских всадников. Обслуга поспешила перезарядить орудие, а Еразм вскинул к глазу подзорную трубу.

Выстрел оказался удачным. В своих не попали. Зато ссадили сразу пятерых всадников. Правда под троими всего лишь побило лошадей. Но все одно знатно вышло. На такой-то дистанции, при таком разбросе и относительно небольшой плотности противника. Внес поправку в прицел. Опять выждал подходящий момент, и очередной выстрел. И опять не в пустоту.

Правда, эта пальба сыграла злую шутку с сумевшими избежать полона. Когда стало ясно, что слободу не удержать, ее жители загнали детей при нескольких бабах в подземный ход, что выходил к поросшему камышом берегу Славутича. Вот там-то они и отсиживались, пока не услышали устроенную пальбу.

Гадать кто там пожаловал не приходилось. Это могли быть только пограничники, что гоняли на реке степных разбойников. Вот и побежали бабы на открытое место, увлекая с собой детвору. Да только на беду, это приметили и половцы, которые тут же бросились за убегающей добычей.

— От, дуры бабы! Еразм, отсеки погоню.

— Попробую. Цель группа скачущих всадников. Прицел десять, упреждение шестьдесят. Пали!

— Первый десяток арбалеты, пятый второй, луки. К бою! — пока пущенные пушкой стрелы шуршали по направлении цели, приказал полусотник.

Пушка ударила довольно удачно. Нанесли урон и стрелы с болтами, пущенные дружинниками. Ну и кочевники не остались в долгу, послав своих вестниц смерти. Только били они не в воинов, а в беглецов. Что было более, чем необычно.

Не бывало прежде подобной бессмысленной жестокости. Если полон не удавалось увести, его просто бросали. Если беглецов не выходило настигнуть, за ними прекращали гнаться. Но никогда не лили кровь просто так. А тут вдруг такое. И ведь попали в двоих. В молодуху и девочку лет шести.

В ответ дружинники послали стрелы и болты. Повторно хлопнула пушка. И половцы предпочли уйти за урез берега, выходя из под обстрела, оставив в покое беглецов. Попытка действовать скрытно не принесла успеха, так как они оставались в поле зрения наблюдателя в вороньем гнезде.

Порядка трех десятков детей, да трое молодок. Вот и все, кому удалось сбежать из разграбленной и уничтоженной слободы. Впрочем, не так уж и мало. Вед могло быть и куда хуже. Помочь остальным пограничники не могли. Силенки не те. Тут хорошо уже то, что сумели погрузить спасшихся, да убраться подобру-поздорову. Они наблюдали не менее трех сотен всадников. И это наверняка не все.

— Слушай сюда братцы. Сейчас мы отойдем к заставе Немого, чтобы отправить весть в пограничное о нападении. Но воеводе понадобятся подробности. Так что, нужно выяснить, что сталось со Средней и Нижней слободами. Выстояли они или их так же спалили. Феодосий, пойдешь вниз через пороги.

— Понял, — ответил бывалый воин.

Спокоен, словно это и не ему предстоит сплавляться через пороги на легкой берестяной лодке. Да еще и при условии, что по берегам сжатого русла могут быть кочевники, которые не упустят случая пустить стрелу. Не любят пограничников в этих краях. Ох не любят.

— С собой возьмешь четверых добровольцев, — уточнил полусотник.

— Кто со мной? — поинтересовался десятник.

— Я, — тут же отозвался Андрей, пока кто другой не успел влезть, в столь увлекательное предприятие.

— И я, — подхватился Антон, товарищ из соседнего десятка.

Но желающих особо и не было. Мало, что рисковое предприятие. Так еще и тяжко придется. Туда-то они прокатятся с ветерком. Обратно же считай восемьдесят километров своими ножками, да еще и лодку тащить на горбу.

Она конечно легкая. Каркас из жердей, оклеенный берестой. Можно нести четверым за ручки с боков, или одному, водрузив поперечную перекладину на плечи. Четыре широких весла, при добрых гребцах, позволяют набирать серьезную скорость, даже вверх по течению. Правда, не на порогах.

— Ты, и ты, — ткнув в двух бойцов, поставил точку в вопросе демократии, полусотник.

— Антоха, лук не бери. Чай не скопом бить. Прихвати арбалет, — распорядился десятник.

— Слушаюсь, — покраснев, отозвался парень.

Формируя линейный полк, Романов исходил из того, что она должна по максимуму использовать дальнобойное оружие. И основная ставка делалась на короткий лук кочевников. Изделие достаточно сложное, не отнять, зато легкое и относительно компактное.

Стать хорошим лучником, задача непростая. Но если нужно послать тучу стрел, чтобы накрыть определенную площадь, в особых умениях надобности нет. Зато это реальный шанс если не сбить атакующий порыв той же конницы, то как минимум нанести кое-какие потери еще до соприкосновения с противником.

Кроме того, в каждой полусотне первый десяток неизменно вооружен арбалетами. Они должны поддерживать товарищей точной стрельбой. Тактический прием привнесенный воеводой, и уже неоднократно показывавший свою эффективность. Кроме того, на каждой боевой ладье, имелся арсенал в котором кроме всего прочего, находился и десяток арбалетов.

— Вот что сынки, снимайте доспехи. Мечи за спину. На поясах только ножи и кошель с принадлежностями. Все остальное увязать в тюки, и на дно лодки.

— А если половцы случатся на берегу? — усомнился Андрей.

— Значит будем крутиться как детский волчок. Да быстрое течение нам в помощь. А вот если наша лодочка где зацепится за каменюку, тут-то ей и конец. А в железе не выплыть никому.

— Так крепкая вроде лодка, — поддержал друга Антон, которому не хотелось оставаться без защиты.

— Крепкая она на волне, а не против камня или топляка. И я ваше мнение не спрашивал. Долой броню.

Все. Больше прикословить ни у кого желания не возникло. А то ведь и по уху огрести можно. У Феодосия Дмитриевича это мигом.

Управившись с имуществом налегли на весла. Лодка споро вышла на стремнину, и благодаря четырем гребцам набрала быстрый ход. На берегу все еще кружились половцы. Но пускать в лодку стрелы не стали. Слишком далеко, так как они держались правого берега.

Вскоре пожарище осталось позади, а течении реки усилилось. В воздухе повис рокот воды прорывающейся сквозь теснины порогов. Бойцы перестали грести ускоряя бег лодки, и теперь выполняли команды десятника, если тому требовалась помощь в управлении.

На первом же перекате, им пришлось еще и против течения выгребать, причем делать это на пределе сил. Стремясь держаться как можно дальше от левого берега, они слишком отдалились от основной стремнины. Теперь их несло на гранитные клыки, чего они всеми силами старались избежать.

А тут еще и десяток половецких всадников, с заводными лошадьми, двинувшиеся параллельно лодке. Стоят на бережку и поджидают, либо река заберет пограничников, либо они приблизятся на дистанцию уверенного выстрела. И ведь никакой возможности прикрыться щитами. Они у них пехотные, громоздкие настолько, что место им только на дне лодки. И свободных рук, чтобы прикрыть товарищей, так же не имеется.

Лодку, усилиями гребцов удерживаемую относительно берега на одном месте, постепенно сносило к левому берегу и свободному проходу стремнины. Еще немного и можно будет развернувшись скользнуть в ревущую впадину, между двумя подводными скалами. Вот только, кто же даст им это время. Кочевники уже вскинули луки. Наверняка еще и об заклад побились.

И в этот момент, наблюдавший за ними краем глаза Андрей вдруг увидел, как весь десяток вдруг повалился на траву. В некоторых из них н еще успел рассмотреть торчащие стрелы. И что бы это значило? Выжил кто-то из слободчан? Или из нижних слобод подошла подмога.

Но ответ нашелся довольно скоро. Едва расстреляв противника из кустов выбежали лохматые образины. Не знай парнишка о том, что подобные одеяния используют для маскировки заставские, из которых набирают разведчиков и бойцов особой сотни, то глядишь еще и испугался бы, приняв их за каких-нибудь лешаков.

Пока остальные лохматые проводили контроль, один подошел к самой кромке воды и начал призывно махать. При этом он указывал на берег ниже по течению. Там оно конечно тоже быстрое, но вода куда спокойнее, чем вот на этом перекате. Сжавший губы в тонкую линию, и напряженно управляясь с рулевым веслом, десятник явственно кивнул, давая понять, что понял.

— Справа табань! — наконец отдал он приказ.

Андрей вогнал широкое весло в воду и начал грести в обратную сторону. Лодку развернуло на месте волчком.

— Всем грести! Быстрее братцы! — вновь прозвучала команда.

Утлую посудину и так несло с большой скоростью, а тут еще и гребцы наддали. Так что над сходящимся и низвергающимся потоком они едва ли не взлетели, во всяком случае прошли едва касаясь днищем. А потом грузно приземлились в водяной поток, на что лодка ответила угрожающим скрипом, но не развалилась и даже не выдала течь.

— Ну в-вы и рисковые! — не скрывая своего восхищения, произнес подошедший к ним парень, с измазанным сажей лицом.

— Служба такая, — просто ответил десятник.

— Не признал, Феодосий Дмитрич?

— Да как тебя узнать, коли ты как порося измазался.

— Лука, десятник с Гранитной.

— Ага. Теперь узнаю. Спасибо, Лука. Выручили.

— Да какие мелочи, Феодосий Дмитриевич. Вы с чем на пороги-то сунулись?

— Полусотник велел вызнать, что со Средней и Нижней слободками.

— То же, что и с Верхней. Боняк, чтобы ему пусто было, разом на три слободы обрушился. Так что, нет волока. Если только на свой страх и риск, и своими силами купцы захотят. Но то, что вас отправили, это хорошо.

— И чем же? — вздернул бровь десятник.

— Во-первых, у меня теперь голова не будет болеть, как передать весть воеводе. А во-вторых, мы с вами отправим нашу добычу. Страсть как не хочется терять добытое. Но и тащить с собой не с руки.

— И с чего ты взял, что нам это интересно?

— С того, что мне торговаться не с руки. Сколько затребуете, столько и получите. Нам ведь или на ваши условия соглашаться, или все терять.

— Резонно. Но я хотел бы сначала услышать, сколько ты готов уступить.

— Треть от всего, если доставите до заставы Немого.

— А чего же не половина?

— Того, что до Пограничного вы добычу все одно не доведете. Потому как ладья вас наверняка будет дожидаться на заставе. А Браин задарма приглядывать за чужим добром не станет.

— Поди зубы сводит от того, что приходится так-то щедро делиться.

— Ох, не дави на мозоль, Феодосий Дмитрич. И так болит.

— Ладно. Уговорились Ну чего встали, взяли лодочку и понесли, поди казенная, за нее еще и ответ держать, — обращаясь уже к своим подчиненным приказал десятник.
Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить бумажную книгу
3.7/3
Категория: Черновик | Просмотров: 2835 | Добавил: admin | Теги: Константин Калбазов, Пилигрим 3
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх