Новинки » 2022 » Ноябрь » 21 » Андрей Земляной. Командор Советского Союза
10:24

Андрей Земляной. Командор Советского Союза

Андрей Земляной, Командор Советского Союза

Андрей Земляной

Командор Советского Союза


Орден Красной Звезды 3
 
  21.11.22  667 487 р.  -27%
 
Командор Советского Союза
  -27% серия  

Фантастический боевик. Новая эра

  -27% автор

 Земляной Андрей Борисович

23.11.22 (545) 447р. -18%

 
Мир, переживший рукотворную эпидемию, восстанавливается. Но в СССР нарастают процессы саморазрушения. Живущий уже третью жизнь Александр Мечников знаток не только бытовой техники и одежды. Он очень хорошо умеет отправлять врагов на тот свет.
Продолжение приключений Путника в техномагическом СССР.

М.: АСТ, СПб.: Издательский дом «Ленинград», 2022 г.
Серия: Фантастический боевик. Новая эра
Тираж: 3000 экз.
ISBN: 978-5-17-151999-5
Страниц: 352    
Выпуск 26. Третий роман цикла «Орден Красной Звезды».
Иллюстрация на обложке И. Хивренко.

Командор Советского Союза
Содержание цикла Орден Красной Звезды на сайте Попаданец



1. Орден Красной Звезды (2021)  
2. Шаг вверх (2021)
3. Командор Советского Союза (2022)  
 
Командор Советского Союза

Глава 1

Мир переживший чудовищную эпидемию быстро восстанавливается. Большинство стран обошлись некритическими потерями в населении и промышленном потенциале. Даже США, которые и были центром распространения Чёрной Чумы, потеряли две трети населения, в основном чёрного и мексиканского, которые, видя, что с улиц исчезли полицейские, кинулись грабить магазины и дома. И если в домах их очень часто встречали пулей, то магазины, особенно алкогольные, никто не защищал.

Белое население серьёзно восприняв предупреждения по радио не высовываться. Они дисциплинированно сидели по домам, и очень часто организовывались в общины, где питались из одного котла, и посменно несли дежурство с оружием. К ним и прибыла в первую очередь помощь военных взявших власть в США, тогда как чёрные анклавы часто брались армией в блокаду, и не выпускали людей, до окончания эпидемии, обрекая людей на смерть.

Сильнее всех пострадала Британия. До девяноста процентов населения погибло в результате заболевания и беспорядков. Так же тяжело пострадала вся Африка, где и до эпидемии численность населения была относительно невелика, и страны средиземноморья, где население не смогло преодолеть свою неорганизованность. В целом из трёх миллиардов жителей Земли, погиб каждый третий, что на наш взгляд весьма неплохой результат, учитывая заразность заболевания и стопроцентную смертность.

Лишь Советский Союз, Китайская Народная Республика и Швейцария, войдя в режим абсолютного карантина, вышли из эпидемии без значимых потерь. В России были отдельные смерти среди врачей — эпидемиологов и микробиологов, создававших вакцину, а у китайцев в основном пограничники, принявшие на себя первый удар толп беженцев и разнообразных банд.

Из доклада преподобного отца Морлиона «Pro Deo»[1] Ватикан. 1964 год.

 

СССР, Москва.

Май 1964 года выдался по-летнему жарким, словно солнце извинялось за длинную и холодную зиму и позднюю затяжную весну.

Александр Мечников, заместитель министра точного машиностроения и радиоэлектронной промышленности, несмотря на строгий дресс-код в среде советских управленцев, шляпу не носил, а всем костюмам предпочитал свободные модели от Лейзера. Именно к нему, он и ехал в этот субботний день, для того чтобы вновь сменить пиджак ставший тесноватым. Осип Лейзер недавно переехал в новое здание на Котельнической набережной, где сделали красивый и качественный ремонт. В старом здании оставалось детское ателье, магазин готовой одежды, и собственно ателье, где её шили, а в новом трёхэтажном корпусе спроектированном в мастерской архитектора Щусева, зал для показа мод, рабочие места швей и раскройщиц, склады и кабинет самого Лейзера, где было отлично оборудованное рабочее место с новенькой швейной машинкой Строчка, производства МинТочМаша. Выпущенная пилотной серией машинка разошлась по ателье Союза, чтобы собрать все положительные и отрицательные отзывы, и раз попробовав аппарат в деле, Осип без разговоров забрал машинку к себе. А секрет машинки был прост. Её детали имели высочайшее качество обработки поверхностей, и вполне часовую точность.

В ателье Мечникова встречали как самого дорогого гостя, только что не раскатывая ковровую дорожку.

— И куда вы так растёте! — Воскликнул маэстро ножниц и иголки обмеряя Александра. — Я же помню вас тонким изящным юношей, а сейчас ваши плечи, как у биндюжника!

— Ну что делать, Осип Наумович. — Мечников вздохнул. — Здоровое питание и физкультура творят чудеса. Но мне и нельзя быть тонким и изящным. Очень многие понимают только тогда, когда стукнешь по столу так, что чернильница лопается. Зато меня теперь совсем незаметно среди охраны. Теряюсь как лист в лесу.

— И сколько их у вас сейчас? — Мастер, у которого давно лежал скроенный «на вырост» костюм для Мечникова, который он сейчас и подгонял, чуть отодвинулся чтобы как он говорил «схватить силуэт». Удовлетворённый снял смётанный на живую нитку пиджак, и нажав кнопку звонка, отдал заготовку своей лучшей швее. — Ниночка, я вас не гоню, но поторопитесь.

— Всё сделаю, Осип Наумович. — Швея мелко закивала и опрометью кинулась к своей машинке.

— Я их уже перестал считать. — Мечников усмехнулся, и стал снимать ордена со старого пиджака. Костяк, это ещё те, кто меня принял с самого начала. Гриша Янаев и Вася Котряну. Гриша вроде уже даже подполковника получил. Они там как-то меняются, чтобы не замыливался глаз. Но я уже этот процесс не контролирую. — Он посмотрел на Осипа, и улыбнулся мастеру. — Кстати, завод воздушных холодильников, через неделю обещает первую продукцию, и я один такой агрегат зарезервировал для вашего дома моды.

— Хорошо конечно. Осип кивнул. Он знал, что такое «Воздушный холодильник» потому что такие аппараты периодически попадали на прилавки столичных магазинов. — Но боюсь нам один холодильник не поможет. Нужно как минимум десяток.

— Нет, Осип Наумович. — Александр рассмеялся. — Там такой агрегат, хватит чтобы все стены вашего заведения льдом покрылись. Будут ставить на крыше, а по помещениям разведут тонкие трубки с охлаждающей жидкостью. Будет в каждом помещении свой блок, где можно будет регулировать температуру. Делали-то его для больших помещений, типа торговых центров, спортивных залов и так далее. Так что для вашего Театра моды, такой кондиционер даже избыточен. Но решили, что в первую партию пойдёт именно такой, мощный аппарат, а те что послабее, пойдут вторым и третьим конвейером.

Он благодарно кивнул высокой стройной девушке, которая принесла кофейный прибор, расставив чашки, налила кофе, и ушла, крутанувшись так, что взлетевшая юбка показала пару стройных ножек.

Осип только вздохнул, увидев этот микроспектакль.

— Манекенщицы. Пока нет показа, занимаются всякой работой по дому. И вот. — Он развёл руками.

— Да ладно. — Александр рассмеялся. — Это даже забавно. У них же это на уровне инстинктов. Найти хорошего производителя, спариться с ним, произвести потомство, и сделать так, чтобы самец защищал потомство как можно дольше.

— И вас это не обижает? — Мастер удивлённо снял очки.

— А почему меня должно это обижать? — В свою очередь удивился Мечников. — Мы же не инфузории — туфельки. В какой-то из своих ипостасей мы работники, в какой-то защитники страны, а в какой-то самцы — производители. Чем человек интереснее, тем больше у него таких граней. Вы то насколько я знаю, не только с иголкой и ножницами возитесь, но и у себя дома мелкую ювелирку мастерите. Кстати… — Он сделал небольшую паузу. — Мне тут звонил один из руководителей нашего московского БХСС, и просил вам передать, что если вы-таки начали торговать вашими изделиями, то следует вести этот источник дохода в декларацию.

— Вот ведь! — Осип от избытка чувств всплеснул руками.

— А вы как хотели? — Мечников рассмеялся. — Вокруг нас сотни и тысячи глаз, и не все из них доброжелательны. И стоит нам хоть раз ошибиться, то наша ошибка станет причиной пересудов, и досужей болтовни. Конечно мы не можем совсем не ошибаться, но уж по таким поводам…

— Так я же только один раз! — Воскликнул модельер.

— Вот именно поэтому генерал Васильев не стал звонить вам, и не стал давать ход делу, а позвонил мне, так как в московском обществе прекрасно знают кто и чей покровитель. Дикость конечно, но в России всегда было патерналистское общество.

— Я таки слушаю вас, и опять мине страшно. — Как всегда, когда Осип волновался, он переходил на родной одесский говор. — Ви опять учите старого еврея как жить, и это опять золотые слова, к которым нельзя не прислушаться. Словно вашими устами говорит наш Ребе, Исаак, пусть будут бесконечными его дни.

— Ребе учит, опираясь на память прошлого, Осип Наумович. — Александр подлил себе из кофейника, и ещё чуть плеснул сливок. — А я советую вам, опираясь на картины будущего. Так что давайте будем чтить уголовный кодекс как нам и завещал Великий Комбинатор.

 

От Осипа Лейзера Александр вышел напившемся кофе до изумления, но в новом костюме, и с уверениями самого Лейзера, что все новые костюмы, рубашки и прочее будут уже завтра доставлены на московский адрес.

Мечников уделял много внимания своему внешнему виду. Всегда подтянутый, отлично одетый и пахнущий приятным парфюмом, он бывало очень выделялся из когорты советских управленцев, среди которых, где-то было даже принято, нарочитая неряшливость. Но на глазах ситуация стала меняться, как только люди, в смысле широкие массы стали тянуться к аккуратной и красивой одежде. Стиль «я из рабочих» потерял актуальность и смысл, и пришлось ответработникам срочно осваивать непростое искусство носить костюм и не выглядеть при этом как малая пехотная лопатка в брезентовом чехле.

 

Другие изменения были не так видны, но куда более существенны. Если раньше абсолютной необходимостью было упоминание кстати и некстати основателей Советского государства и марксизм — ленинизм, то сейчас подобного славословия было намного меньше. В предисловиях к художественной, и прочей литературе перестали расписывать как относился к пролетариату Ленин, и что писал о классовой борьбе Маркс, даже если книга рассказывает о жизни насекомых острова Суматра. Вот это совершенно лишнее и постоянное идеологическое давление, которое у большинства людей вызывало только кривую усмешку, стало уходить, и на его место возвращаться разговор по существу. Ибо ни к чему обсуждать пролетариат Суматры, которого вообще-то не существует в природе.

На эту тему состоялся настоящий бой на одном из пленумов ЦК, когда Александр доказывал, что в жизни советского труженика и так хватает борьбы, а нет самого элементарного уюта и тепла. И что партийные органы вместо того, чтобы заниматься делом, а именно народным хозяйством, занимаются политической борьбой причём в основном с собственным народом.

Тогда ни Берия, ни Сталин демонстративно не стали вступать в дискуссию, давая выступить всем желающим, и в обсуждение ворвался первый секретарь Уральского обкома Андрей Павлович Кириленко, который долго и многословно рассказывал о необходимости классовой борьбы, и о скрытых врагах, и ещё очень много громких и трескучих слов. Когда он закончил, Александр вновь попросил слова, и пройдя к трибуне, дал команду оператору начать демонстрацию слайдов на огромном экране, который стоял вдоль стены. Он был готов к подобному исходу и на пять самых рьяных любителей марксизма-ленинизма у него было заготовлено внушительное досье и самое главное — много фотографий отличного качества.

— Оператор, третий пакет пожалуйста. — Он вышел на трибуну и улыбнулся. — Что-ж. Андрей Павлович, тут очень убедительно нам рассказывал о необходимости борьбы с буржуазными предрассудками, и о роли партии в этой важной борьбе. Сейчас на экране вы можете видеть обычное утро крупного города Уральск. Люди штурмуют автобусы, и троллейбусы. Нехватка общественного транспорта по оценкам специалистов из НАМИ — сорок процентов. А вот вы видите, очередь в Собес того-же города. Там тоже нехватка, но уже сотрудников. И это понятно, потому что зарплата в Собесе ниже чем зарплата учителей, а их в стране никогда не баловали. Я бы мог перечислять очень многое что не в порядке в Уральском хозяйстве, но суть не в этом. Нет сейчас хозяйства, где всё было бы в полном порядке. Но вот вопрос, а куда деваются деньги, которые остаются в области и которые вроде бы должны расходоваться на улучшение жизни людей? Так и есть товарищи. Они так и расходуются. Только не всех людей, а видимо самых избранных. На кадрах, которые вы сейчас видите, резиденция первого секретаря Уральского Обкома товарища Кириленко. Красное дерево, мрамор, хрусталь, резная мебель и лифт в трёхэтажном здании. А следом нам показывают уже резиденцию второго секретаря, и секретаря отдела промышленности. И это при том, что область хронически не выполняет план.

Кириленко что-то попытался выкрикнуть с места, но Александр сразу заткнул его.

— Я вам не мешал, рассказывать всякий бред, вот и вы не мешайте мне рассказывать правду. Теперь, на кадрах — дом отдыха уральских коммунистов на Исетском озере, где как вы сами понимаете, принимают только лучших из лучших, а именно областную партийную верхушку. Обычных людей пансионат просто не может принять физически, потому что там всего восемь номеров класса суперлюкс. Могу показать также пансионат Заря на черноморском побережье, и многие другие уголки для приятного отдыха областной элиты, а также магазины в которых есть буквально всё. — Александр обвёл всех присутствующих долгим взглядом. Кириленко уже не пытался что-то сказать, а просто потел, покрываясь красными пятнами. От власти отлучали и за меньшее, а тут вот так, на пленуме Центрального комитета, да ещё в присутствии Хозяина, и Лаврентия Берии…

— Как вы только что сказали? — Александр усмехнулся. — Наносить точные, выверенные удары по буржуазной идеологии, мздоимству и стяжательству? А не расскажете, за какие достижения, вы внутренним распоряжением изменили ГОСТ 36-877 регламентирующий качество укладки дорожного покрытия? И теперь предприятия Уральской области перекладывают асфальт каждый год, рапортуя о трудовых успехах.

— У вас всё, товарищ Мечников? — Нейтральным тоном поинтересовался Берия уже успевший поймать укоризненный взгляд Самого. Ну как же. Теперь он главный над партией и это его персональный косяк, что допустил в одном из ключевых обкомов страны такое.

— Так точно, товарищ генеральный секретарь. — Александр чётко, по-военному кивнул, и собрав документы в папку вернулся на своё место.

— Так. Предлагаю, принять пункт в редакции товарища Мечникова. — Берия взял со стола бумагу, где записывал тезисы. — Меньше заниматься идеологической болтовнёй сместив приоритет на решение насущных проблем регионов. Так же предлагаю внести в протокол решения ЦеКа, поручение Центральной Контрольной Комиссии, расследование фактов, изложенных в выступлении товарища Мечникова, и вынесение по результатам расследования на обсуждение политбюро персонального дела товарища Кириленко. — Он поднял голову и обвёл зал взглядом. — Единогласно. — Берия кивнул. — Спасибо товарищи. На этом позвольте закончить работу внеочередного пленума Центрального Комитета Коммунистической Партии Советского Союза.

 

Тот пленум наделал много шума в среде советских чиновников. Как партийных, так и хозяйственников всех рангов. Никто естественно не поверил, что выступление было инициативой самого Мечникова, так как его числили в неформальном клане «старых большевиков» к которому даже не пушечный выстрел подходить не стоило. Сталин, Берия, Крупская, Фадеев, Горький, Рокоссовский… одно перечисление фамилий могло вызвать желание спрятаться поглубже, а уж влезать с ними в свару… упаси Ленин.

Поэтому против Мечникова не стали затевать никакие подковёрные игры. Просто сделали себе заметку, что при малейшей оплошности постараются утопить, но вот так, кидаться как Кириленко, никто не станет. Но аппаратный вес Мечникова ещё подрос, так как снести одним ударом вполне благополучного первого секретаря области, это было очень серьёзно. Но в целом партийные генералы не слишком сильно переживали. Баланс интересов в стране был выстроен достаточно основательно, и потерю одного бойца отряд не заметил. Люди, закалённые в партийных схватках тридцатых годов, пережившие послевоенное восстановление были действительно сильными управленцами, и понимали, что заменить их очень тяжело. А учитывая их связи и способность решить многие проблемы буквально одним звонком, то и просто некем.

Это они так считали. Александр был совсем другого мнения, он вообще полагал, что командир войсковой части может быть полной посредственностью. Важно кто у неё начальник штаба, начальник разведки, и замы по тылу и боевой подготовке. Именно руководители второго эшелона определяют качество большого коллектива. И вообще первое лицо областного обкома партии вовсе не ключевой персонаж. Есть ещё и хозяйственный актив, и в конце концов правительство области, которое и занимается непосредственно управлением.

Александр давно понял, что Сталин и Берия, хотят понизить значимость партийных органов, так, чтобы они были одним из рычагов власти. Важным, но не главным и уж тем более не единственным. Но к его удивлению, далеко не вся элита это поняла, а те, кто поняли не приняли. Потому что партийные чиновники никак не хотели расставаться с привилегиями. Вот и пробовали, на зуб прочность нового курса то тут, то там.

 

На улице солнце палило как в последний раз, поэтому Мечников надел тёмные очки, которые стали делать в паре московских кооперативов, под руководством Гурама Матуа. Гурам — старший брат Вазгена работавшего в ресторане Тбилиси, и Арама Матуа, который наконец оставил работу в вагоне — ресторане на Горьковской железной дороге, и занял место шеф-повара в кооперативном ресторане Волна, на Москва-реке. Это Вазген попросил Мечникова придумать дело для их старшего брата, который никак не мог найти себя после увольнения из армии. Закончивший танковое училище в Казани, Гурам честно оттоптал свои двадцать пять календарей, и получил приличную пенсию, но в гражданской жизни никак не мог устроиться. Александр предложил ему выпускать солнечные очки. Но не просто с тёмными стёклами, а с поляризационными, которые производил один из оптико-механических заводов. Брака плёнки у них было хоть отбавляй, а для бытовых целей, крошечные сколы и микронные царапины, были не важны. Таким образом завод сбывал брак, бывший танкист получал сырьё, а граждане страны советов — отличные тёмные очки, которые ещё нужно было суметь купить. Ибо два кооператива на всю страну это просто капля в море. Но для Мечникова, Гурам каждый месяц привозил десяток оправ, так что и он, и его секретариат, и охрана, щеголяли в модных солнечных очках. А для руководителей страны, специально сделали ограниченную серию с титановыми оправами, и тонкими стёклами которые Александр раздал всем вместе с коробкой, где на донышке значилось скромно: «Кооператив «Солнце» Гурам Матуа». Подарок оказался тем кстати, что и у Сталина и у Булганина от яркого солнца болели глаза, а Берия вообще любил носить очки, несмотря на стопроцентное зрение.

 

— Александр Леонидович. — Григорий встречавший его у машины, открыл дверь. — Виктория Семёновна звонила. У неё не очень срочное что-то но говорит важное.

— Я понял. Спасибо Григорий Николаевич. — Так как Григорий категорически отказался называть Александра просто по имени, то и Мечников был вынужден перейти в общении с главой своей охраны на официальную форму.

Машина тронулась, а Александр поднял трубку радиотелефонного аппарата.

— Виктория Семёновна?

— Александр Леонидович, звонили от Булганина. Просили подъехать как вы освободитесь.

— Спасибо, Виктория Семёновна. Свяжитесь с ними, сообщите что я буду через двадцать минут.

Деловой этикет советской партийно-хозяйственной верхушки частично был заимствован из времён дореволюционных, но позже претерпел весьма серьёзные изменения. Вот и сейчас, в ответ на срочный вызов, было хорошим тоном сообщить что вызываемый уже едет, и будет через указанное время.

Для прохода автоколонн по центру московских улиц была выделена осевая полоса, и главной проблемой было не сойтись лоб в лоб с другим таким же кортежем, спешащим в противоположном направлении. Но госавтоинспекция зорко следила за тем чтобы подобное не случалось, и ЗИС 111 Мечникова вовремя прибыл к зданию на Краснопресненской набережной, куда правительство переехало из Кремля, когда по решению Сталина, Кремль освободили от всех административных и партийных учреждений.

Аппарат главы правительства вместе с секретарями и референтами занимал половину этажа, вторую половину которого занимали кабинеты заместителей и руководителей отдельных структурных подразделений в системе Совмина.

Александр поднялся на лифте на верхний этаж, и пройдя по коридору, вошёл в большую приёмную, где могло поместиться человек пятьдесят.

— Товарищ Мечников, вас ждут. — Произнёс мужчина за столом, и нажав скрытую кнопку, разблокировал двери.

— Привет, товарищ Мечников! — Рядом с Булганиным за низким круглым столиком сидел улыбающийся Берия.

— Здравствуйте товарищ Берия, — Александр склонил голову в поклоне. — Здравствуйте товарищ Булганин.

— Садись, Александр Леонидович. Разговор будет долгим. — Булганин показал на третье кресло. — Может хочешь чего? Чай, кофе?

— Спасибо, но, пожалуй, откажусь. Пока сидел ждал подгонки костюма, наверное, выпил недельную норму.

— Это как раз ответ, на твой вопрос. — Усмехнулся Берия, обращаясь к Булганину. — Как выглядеть на все сто, в любой ситуации. — И снова повернувшись к Александру, продолжил: — Я решил с тобой встретиться здесь, чтобы не подсвечивать тебя раньше времени. Тут понимаешь, такая проблема нарисовалась, товарищ Саша. В общем убивать тебя хотят. И мы не можем выстрелить в них раньше. Источник информации уж больно критичный для нас. Если заранее меры примем, вычислят они его. А вот этого нам бы не хотелось.

— Так давайте я к ним наведаюсь. — Мечников усмехнулся. — Я мог получить информацию откуда угодно. У меня информаторы буквально везде. От Минторга и Минпищепрома, до отряда космонавтов. Наведаюсь, да поинтересуюсь кто там такой смелый. Или вам нужно взять их именно на покушении?

— А ты сможешь? — Берия пытливо взглянул на Александра. Там конечно охрана не очень серьёзная, но пяток парней будет, да сам хозяин, стрелять горазд. Можно конечно с тобой послать пару волкодавов, из моих парней…

— Это всё равно утечка. — Возразил Александр. — А я так понимаю, что ставки весьма высоки?

— Очень. — Берия улыбнулся. — Тогда на Пленуме, ты нам сильно помог. Сам того не зная, что повышает ценность помощи в несколько раз. Наши люди пошли по цепочке, но немного не успевают.

— Сделаю, товарищ маршал. — Александр кивнул. — Вам интересанта живьём, или как?

— И тебе даже не интересно кого именно тебе придётся актировать? — Берия усмехнулся.

— И кого-же?

— Есть у нас такой. Генерал — полковник Власов Андрей Андреевич.

 

[1] «Pro Deo» (Именем божьим) разведка Ватикана.

Глава 2

В ситуации полного разрушения систем контроля за грузо и пассажиропотоками, на всех транзитных коридорах критически возросло количество пиратов, грабящих суда. Малаккский, Зондский, Пусанский проливы и ряд других стали настоящим рассадником морского пиратства. В результате морская торговля которая испытывает трудности восстановления после пандемии, оказалась под влиянием ещё одного депрессивного фактора.

Для решения возникших проблем Комитетом по безопасности, Международной морской организации, предложено привлечение военно-морских сил США, и Британии для патрулирования морских трасс, и ликвидации пиратства. Оказавшиеся фактически без дела, корабли и вооружённые силы, могут начать борьбу с пиратством на коммерческой основе, с выплатой вознаграждения руководству флотов и команд, в валютах прилегающих стран. Каждый торговец, внёсший охранительный взнос в кассу ММО, получает персональный позывной, с помощью которого он сможет запросить помощь, или получить место в охраняемом конвое, а также приоритет в погрузке-разгрузке в портах государств — членах Комитета.

Из Меморандума участникам совещания Международной морской организации. 5 мая 1964 года

 

Москва.

Готовясь к операции, Александр внимательно просмотрел статью из Большой Советской Энциклопедии о Власове. Здесь он не оказался один на один с вермахтом, во главе разбитой армии, и соответственно не стал явным предателем. Дослужив в качестве командира группы войск до конца войны, получил генерал-лейтенанта, и через десять лет вышел в отставку генерал-полковником. Преподавал в Академии генштаба, писал мемуары, и выступал перед пионерами в школе. Чего ему вдруг вздумалось затевать весьма опасные игры, Александр не знал, но полагал, что люди Шелепина легко узнают всю правду.

Всё необходимое было у него дома, поэтому дождавшись вечера, он вызвал Григория и передав ему очередной код, объяснил, что нужно сделать, чтобы прикрыть отсутствие охраняемого лица.

Переоделся в черный спортивный костюм, беговую куртку, лёгкие кожаные кеды и взял с собой удобный рюкзак, в котором уместилось всё необходимое. Под куртку надел широкий пояс с ремнями как у альпинистской системы, и кобуру скрытого ношения с бесшумным револьвером. В целом, выглядел конечно несколько необычно для Москвы шестидесятых, но в последнее время, в том числе и его трудами, люди в чём только не ходили.

В квартире был выход в московское подземелье, и предупредив Григория о том, что уходит, закрыл дверь к себе в кабинет, и сдвинул стеновую панель в сторону открывая проход на узкую металлическую лестницу.

Лестница проходила мимо таких же неприметных стальных дверок, ведущих в квартиры непростых московских жителей. Давно уже замечено, что московскому джентльмену совсем нелишне иметь незаметный выход из дома, а человеку участвующему во властных играх, просто обязательно.

Опустившись на уровень первого этажа, Мечников вошёл в щитовую огромного жилого дома, откуда через такой же незаметный проход, опустился на уровень подземных коммуникаций. Телефонные колодцы, вода, канализация и всё в чём нуждался большой город, переплетались между собой и разбегались во все стороны. Ещё ниже, находились тоннели Московского метрополитена и закрытой его части, прозванной москвичами Метро-2.

Но Александру и не нужно было туда. Просочившись в обычное метро, он сел в электричку, которая ехала до станции Речной Вокзал[1]. А выйдя вместе с празднично одетой толпой к самому вокзалу нашёл в расписании речной трамвайчик, который шёл в нужную сторону, и побродив по вокзалу в ожидании отправления, уже через полчаса любовался видами речных берегов, которые проплывали мимо.

Солнце уже зашло, и на Подмосковье стремительно накатывались сумерки. Люди постепенно сходили на своих остановках, сошёл и Александр.

Жил отставной генерал в просторном доме на окраине посёлка Водник на самом берегу канала имени Москвы.

Александр одетый в тёмную одежду быстро потерялся в тени заборов и света редких фонарей, и наконец вышел к дому генерала.

Трёхэтажный белокаменный особняк с огромным балконом — террасой и украшенный башенками, возвышался на набережной словно утёс. Вокруг шёл глухой, каменный забор, с широкими воротами, выходящими к набережной, и напротив ворот небольшой причал, где сейчас стоял пришвартованный небольшой катер типа «адмиральского», с поднятыми створками моторного отсека, и парой мужичков которые ковырялись в его внутренностях.

Вокруг на сто метров не было других домов, да и участок занимал не меньше гектара, так что лес, росший вокруг, смыкался с деревьями возле дома практически над забором.

Александр расстегнул куртку, повернул два регулятора на поясе, и чуть толкнув эфир в сложную маготехническую начинку пояса, почувствовал, как тот сначала слабо затем всё сильнее и сильнее потянул тело вверх, пока ноги не оторвались от земли, и он тихо и бесшумно вознёсся между двумя высокими соснами. Там найдя подходящую развилку, уселся поудобнее, и повесив рюкзак на ветку, стал доставать оттуда детали какого-то механизма и вставлять друг в друга пока в руках у него не оказался короткоствольный автомат с мощным глушителем, и барабанным магазином. Затем достал пистолет похожий на Стечкин, и тоже приладил к нему глушитель, и пристроил в подмышечную кобуру.

Всё это, и кое-что ещё, делали у него на отдельном участке третьего завода, радуя время от времени армейскую разведку и КГБ всякими интересными штучками. Например, очками ночного видения, или оружием с патронами замкнутого объёма, где пороховые газы запирались внутри гильзы. Таким образом оружие издавало звук лишь работы механики, который успешно гасили специальные прокладки, и звук попадания пули в мишень, с которым уже точно ничего сделать было нельзя.

К вечеру поднялся небольшой ветер, и Александр скользивший на антиграве между веток был совершенно незаметен. Также тихо зависнув над двускатной крышей, он подплыл к башенке, в которой были окна, и пусть и совсем узкая, но вполне функциональная лесенка вниз, на верхний этаж. Люди Шелепина или из Партконтроля, хорошо поработали, и у Мечникова была довольно подробная схема дома.

Самый верхний этаж использовался как жильё прислуги, и сейчас там было пусто. Вероятно, головорезы, исполнявшие функции охраны несли службу слоняясь по дому и участку. Всего бойцов должно быть пять человек, и все они по информации комитета госбезопасности — осуждённые на длительные сроки военные преступники вытащенные из мест лишения свободы. Так что можно было не стесняться в выборе средств.

Александр прошёлся до лестницы, и нагнувшись в лестничный проём, прислушался. На втором этаже, где располагались хозяйские апартаменты, беседовали двое. А по тому, как спокойно они это делали, ничуть не пытаясь приглушить голос, разговаривающие явно относились к категории хозяев.

Закрепив на стене диск миниатюрного техноэнергетического запоминателя «Жук», он подключил к запоминателю крошечный наушник и вставил в ухо. Голоса разговаривающих сразу стали чётче и громче.

— Что-то у меня сердце не на месте. — Говоривший которого Александр обозначил «Старик» имел голос скрипучий и чуть пришёптывающий.

— Не дёргайся. — отозвался другой, куда более молодой и энергичный. — Охрану я проверил, накрутил, так что сидим, ждём.

— Зря мы это затеяли. — Произнёс «старик». — они против нас все поднимутся. Армия, КГБ, даже ментов поднимут.

— Никто ничего не поднимет. Мы уже перехватили все линии связи, и везде наши люди. Да и не заметит никто. Мы же не собираемся восстанавливать монархию.

— Тогда зачем это всё?

— Психомасса населения СССР огромна. Даже первоначальный этап строительства социализма занял десятилетия. Но мы хотим всё оставить по-прежнему. Ну за исключением мелочей. Для начала, чуть перераспределим блага в пользу энергетиков, ну чуть прикрутим фитилёк у партийных. Чтобы не у них виллы и дома отдыха, а у нас. И чтобы не у них школы комсомольского актива с шустрыми комсомолками, а у нас. Но с годами постепенно будем растить новую элиту СССР. И они конечно не будут называться баронами там, или графами, но власти будут иметь не меньше, а то и больше. Уберём постепенно промышленность, чтобы все зависели от магии, и так далее. Нечего быдлу на звёзды смотреть. Пусть в земле ковыряются.

— А правду говорят, что это Сталин запретил изучать возможность третьего омоложения? — Спросил Старик, и в его голосе Александр явно различил дрожь.

— Правда. Этот старый пенёк решил, что так будет надёжнее обеспечиваться ротация кадров. Ты даже не представляешь себе, что мы сделали, для того, чтобы исследования не прекращались. И отвечая на твой незаданный вопрос, отвечу. Да, и тебе сделаем. Хотя ты, проигнорировал мои слова о том, что второе омоложение по старой методике самое короткое. Лет двадцать всего. Ну тридцать. А ты вон, как придурошный, кинулся во все тяжкие. — Молодой вздохнул. — Мы кстати не сами затеяли эту историю. Это партийные. У них всё не так и не эдак. А когда одного из их лидеров взял Комитет, не придумали ничего лучше чем начать подготовку к выступлению. Ну вот тут мы и вмешались. Без большого количества высокоранговых магов, их бы раскатали в тонкий блин. Ну а раз мы вмешались, значит всё будет в лучшем виде. Но как же некстати вся эта история с эпидемией. Будь Европа в порядке, они бы нам помогли и военной силой, и людьми.

— А зачем и кого мы ждём? — Вновь подал голос Старик.

— Самое лёгкое сейчас — просрать дело которое тысячи людей готовили почти пятьдесят лет. — Произнёс Молодой. — Поэтому двигаться будем лишь со стопроцентной гарантией. Ждём мы курьера, который привезёт нам нейротоксин, который поможет нам решить вопрос с рядом ответственных товарищей.

— Их…

— Ну что ты. — Молодой негромко рассмеялся. — Мы же не звери. Будут дышать лупать глазами и ходить под себя. Но при этом, всё чувствовать и всё понимать.

В тишине громко прозвучали звуки быстрых шагов.

— Товарищ Петровский, вам просили передать. Курьер отказался подниматься и сразу уехал.

— Отлично! Спасибо товарищ. Можете на сегодня быть свободны. Поезжайте, отдохните, но завтра с утра, чтобы как штык!

— Слушаюсь товарищ Петровский.

Звуки шагов ещё приблизились и мужчина, видимо один из охранников, стал подниматься по лестнице. Он не успел не то что сказать, а даже подумать, когда кулак Александра опустился на его темя.

Мечников подхватил мужчину, и аккуратно положив его на пол, быстро связал тонким, но чрезвычайно прочным шнуром. И поскольку счёт пошёл на минуты, спустился вниз, в роскошный холл, где у круглого стола, уставленного бутылками и закусками сидел седой мужчина в генеральской форме, а второй рассматривал нечто лежавшее в маленьком чемоданчике.

Справедливо полагая, что «Молодой» является энергетиком высокого уровня, Александр метнул тяжёлый куги-гата[2] целясь в голову, но попал в плечо. Но и так, тяжёлый заострённый стержень, отлитый из чистого коммуния, напрочь блокировал всю эфирную энергетику в теле. А вытащить такой гвоздь, было крайне непросто учитывая, что он имел чешуйки, которые начинали топорщится в стороны при обратном движении.

Генерал-полковнику Власову хватило одного удара в челюсть, и тот словно желе растёкся в кресле напрочь потеряв интерес к окружающему.

Тем временем «Молодому» становилось всё хуже и хуже. Он трясся в конвульсиях словно в припадке, но Александр достав из подсумка на поясе ещё один стержень из коммуния, с хрустом воткнул его в другое плечо, и завернув руки за спину накрепко связал верёвкой, прихватив шею одиночной петлёй словно удавкой и опустил в кресло. Также плотно связал генерала, и только убедившись, что оба заговорщика никуда не денутся, подошёл к футляру, который рассматривал молодой. Что-то вроде маленького чемоданчика, где в углублениях лежали десять ампул с кроваво-красной жидкостью.

Он осторожно закрыл крышку, спрятал футляр в рюкзак и прижав нерв на челюсти генерала привел того в чувство.

— Поговорим?

— Как же я вас мразей чекистских ненавижу. — Генерал усмехнулся и скосил взгляд через плечо Александра. — Вон, с ним поговори.

Мечников обернулся как раз в тот момент, когда связанное тело «молодого», начало на глазах пухнуть и раздуваться, выпучив глаза, которые едва не вываливались из черепа, и скрипя разрываемой в клочья одеждой. Алая дымка окутавшая тело начала собираться в ярко сверкавшие точки, и они словно по команде ринулись на Александра, который в последнее мгновение успел собрать конструкт поглощения, и с каким-то гулом и вибрацией втянул все искры, и уже почувствовав, что что голову застилает туман, оттолкнул кресло с генералом к стене, вскинул автомат к плечу, и почти в упор высадил тридцатипатронный магазин в голову того, что ещё недавно было человеком.

Череп существа разнесло в брызги, но это ничуть не повлияло на его бодрость. Тело всё так же продолжало пухнуть, а из туловища полезли ещё пара ног и тонкие розовые щупальца.

— Да сдохни уже! — Александр отклонился в сторону от выстрелившего из тела щупальца, и накрыл голема конструктом «разрушения», и не останавливаясь, «ледяным копьём» в которое влил почти треть резерва, чего голем конечно вынести не смог, превратившись в ком вымерзшей до звона плоти.

— Андрей Андреевич, у вас всё в порядке? — Раздался голос с лестницы и в холл вбежали двое крепких широкоплечих мужчин, с пистолетами в руках.

— Медленно положили стрелялки, легли на пол, раздвинув ноги и раскинув руки. — Александр уже успевший сменить магазин, стоял так, что одной очередью мог мгновенно завалить обоих, и понимая это охранники предпочли не дёргаться, и через несколько секунд замерли на ковре в позе звезды.

Мечников не стал их связывать, ограничившись «малым параличом», и наконец подошёл к генералу, который при падении в черепки разнёс головой большую напольную вазу, но тем не менее уже приходил в себя хлопая глазами и раскрывая рот.

И в этот момент откат наконец достал Александра, и он рухнул на колени, потом уткнулся лбом в ковёр, вдыхая въевшийся запах дыма и пыль.

Сколько он так стоял, не смог бы сказать, но почувствовав себя лучше, выдернул из кармашка в куртке небольшой бутылёк, и просто отломив горловину, влил содержимое себе в рот.

Волна лютого холода прокатилась по телу будто катком, но через пару секунд, он почувствовал, что его отпускает.

Он сделал шаг к генералу и встал на колено.

— Где документы? — Александр постучал пальцем по лбу генерала привлекая внимание.

— Да иди ты… — Власов отвернулся, но Александр чуть сдавив его горло, положил вторую руку на живот и генерала скрутило в сильнейшем болевом спазме. Глаза налились кровью, а рот открылся в немом крике. Подержав его так десять секунд, он остановил болевой импульс, и убрал руку с горла.

— Я плохо расслышал.

— В кабинете. — Прохрипел тот, очумело тряся головой.

 

«Я это не унесу». — Подумал Мечников глядя на груды бумаг, которые были везде. Тут явно была работа для целой бригады грузчиков, а не для одного налётчика.

У него была лишь одна мысль, как разрешить ситуацию, и шагнув вперёд он поднял трубку телефона и набрал по памяти номер.

— Дежурный узла связи прапорщик Галямов.

— Полковник Мечников учётный двадцать один восемнадцать четыреста тридцать восемь.

— Слушаю вас, товарищ полковник.

— Код «двойной рассвет». Срочный вызов восьмого.

— Двойной рассвет принят. — Тут же отозвался дежурный. — Имею полномочия обеспечить вам помощь и поддержку.

— Лишним не будет. Высылай. Это дом генерала Власова.

— Минуту… Посёлок Водник? Группа будет у вас в течение тридцати минут. Сигнал вызова восьмому отправлен.

Спецгруппе ГРУ, потребовалось всего двадцать пять минут чтобы высадиться с борта Ми-шестого, на дорогу перед особняком, и ещё через пару минут, взять под контроль дом и участок.

Последним из вертолёта, в штатском костюме вышел сам Судоплатов, и глянув на своих головорезов, занимавших позиции, вошёл в дом, и быстро сориентировавшись поднялся на второй этаж.

Там налицо были следы короткого боя, но в целом, всё не так плохо. Картину немного портила вымерзшая бесформенная картина чего-то очень похожего на голема мщения.

— Товарищ полковник? — Он вопросительно посмотрел на Мечникова, а тот в ответ протянул ему шайбу запоминателя.

Просмотровый аппарат нашёлся в кабинете, и десять минут Павел Анатольевич смотрел на экран, на котором был виден лишь край стола и широкие генеральские лампасы, и слушал разговор. Голос Власова он узнал сразу, а вот второго никак не мог припомнить.

— Ну и плевать. — Произнёс он в голос, и прихватив подмышку просмотровый аппарат вернулся в холл, где уже суетились вызванные из Управления военные энергетики и медики, которые упаковывали останки голема.

Дожидавшиеся только его ухода, армейские криминалисты принялись за осмотр кабинета, и поиск тайников, а старший группы боевых энергетиков, шагнул к Судоплатову и коротко козырнув представился.

— Боевой Советник[3], старший группы полковник Абашидзе.

— Слушаю вас, товарищ полковник.

— Тут важное кое-что. — Советник подошёл ещё ближе. — Полковник Мечников, когда приморозил этого, — энергетик качнул головой в сторону тела, — Он ободрал его. Ну в смысле поглотил суть. А было там по нашим замерам никак не меньше командора, а я уверен что там был архимагистр.

— И мальчишка его обнулил?! — Так же негромко произнёс Судоплатов.

— Если бы. — Полковник едва заметно усмехнулся. — Он его в буквальном смысле слова ободрал. До костей. В останках голема, энергии сущие крохи. В основном то, что фонит от гвоздей которые он как-то воткнул в тело архимагистра. Собственно, так он его и подломил. Сначала парой гвоздей из чистого коммуния почти заблокировал энергопотоки, а когда тот стал пытаться магичить прямо из источника, то сожрал его как котлету. Убить чёрного архимагистра… И у меня конечно есть вопросы. Откуда у него такое оружие, откуда стержни из чистого коммуния, откуда он узнал о том, что эти двое здесь соберутся…

— Ну молодец, чего. — Генерал поднял брови. — Интересная информация, но всё равно для меня бесполезная. Знаешь чей это человек? — Павел Анатольевич внимательно посмотрел в лицо энергетика. — Вижу, начинаешь догадываться. Поэтому я приказываю вам, товарищ полковник, все свои вопросы ссыпать в дальний чулан, а двери забить досками. Ибо ничего полезного из того не проистечёт, а лишь всякие неприятности.

 

Ещё на двух машинах подъехали специалисты из Министерства Обороны, и поскольку генерал поставил в известность генпрокурора, и министра внутренних дел, оперативные группы, и два взвода внутренних войск, которые приняли под охрану периметр.

Александр наблюдал за этим переполохом с умеренным интересом, листая найденную на полках у хозяина дома книгу Оружие и доспехи всех времен и народов Джорджа Кэмерона Стоуна в роскошном берлинском издании сорокового года.

Пододвинув кресло, Судоплатов сел напротив Мечникова.

— Я не спрашиваю, как ты узнал, что эти двое будут здесь, и не спрашиваю, как ты вообще смог завалить архимагистра. Но откуда у тебя спецучётка, и коды?

— Рубикон — Одними губами произнёс Александр, а генерал глубоко задумался. Рубикон был системой глубинного залегания на случай оккупации или всяких аварийных ситуаций типа всеобщей войны. Агенты Рубикона имели действующие армейские звания, и все атрибуты кроме естественно формы, и удостоверения личности офицера. Да и не нужно это было. В тех ситуациях в которых должны были действовать сотрудники Рубикона, уже было бы неважно какая там печать стоит на твоём документе, и какие погоны на плечах. И одно то, что для этой операции кто-то из руководителей страны вскрыл такого человека, говорило о многом.

— Я понял. — Судоплатов кивнул. — Давай сделаем так. Тебе подготовят коды и номера наших специалистов, чтобы не совался больше с особыми кодами если нужна будет помощь или силовая поддержка. — И видя, что Александр кивнул, спросил: — Тебя подвезти?

 

[1] В этой реальности станция открыта чуть раньше, чем в нашей.

[2] Куги-гата — сякен в форме гвоздя. Метательное оружие.

[3] Ранги магического мастерства принятые в СССР Ученик, — 10 эрговатт, Старший ученик, 50, Подмастерье, 250, Младший мастер, 500, Мастер второго ранга, 1000, Мастер первого ранга, 5000, Магистр, 10 000, Советник, 50К, Старший советник 100К, Командор, 250К, Архимагистр 500К, Архистратиг.1М.

Специализации — Воин, Аграрий, Техник, Строитель, Стихийник, Исследователь, Целитель.


Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить бумажную книгу Купить бумажную книгу
5.0/3
Категория: Фантастический боевик. Новая эра | Просмотров: 213 | Добавил: admin | Теги: Командор Советского Союза, Андрей Земляной, Орден Красной Звезды
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх