Новинки » 2021 » Сентябрь » 21 » Александр Харников. Максим Дынин. Между львом и лилией
23:12

Александр Харников. Максим Дынин. Между львом и лилией

Александр Харников. Максим Дынин. Между львом и лилией

Александр Харников. Максим Дынин

Между львом и лилией

новинка
25.09.21 (369) 315 р.Скидка 15%
код Скоро

 
Группа спецназа ГРУ из XXI века попадает в июнь 1755 года на территорию Северной Америки в район Великих озер....

Автор: Харников Александр Петрович, Дынин Максим
Редакция: Ленинград
Серия: Военная боевая фантастика
ISBN: 978-5-17-133659-2
Переплет: Твердый

Александр Харников. Максим Дынин. Между львом и лилией

 
Между львом и лилией
 Пролог

Где-то в горах Ингушетии. Весна 2018 года.


Капитан 3-го ранга ССО Хасим Хасханов, позывной «Самум».

– Халидыч! – в палатку просунулось лицо Волги – тебя Мотоциклист вызывает.

Хасим нехотя оторвался от книги, которую читал, лежа на спальнике, подложив под голову тактический разгрузочный пояс вместо подушки, и посмотрел на своего пулеметчика.

– Что там?

– Не знаю. Наверно задача какая нарисовалась… Он с НШ в штабном домике сидит.

Хасим задумался. Читать он любил, а вот когда его отвлекали от этого занятия – не очень. Но Мотоциклист был известен крутостью нрава и лишний раз злить его не стоило. Да и засиделись они здесь… Точнее, залежались.

Группа «Студенческого СтройОтряда» занималась самым тяжелым делом в жизни каждого настоящего военного. А именно, отдыхала и наповал убивала время. В конце прошлого года их отряд был выведен из Сирии, где они полностью выполнили поставленные перед ними задачи, умудрившись при этом отправить в «Страну Вечной Охоты» одного уважаемого шейха, прибывшего проинспектировать местное крыло ИГИЛ, и захватить вместе с местным Мухабарратом двух полевых командиров. Командировка выдалась тяжелой, отряд привез нескольких раненых, в том числе пару тяжелых. После реабилитации в одном из крымских санаториев и небольшого месячного отпуска группа была отправлена на «отдых» в Ингушетию.

Командировка эта особого восторга не вызвала, поскольку на Кавказе давно и плотно сидело ФСБ, и к армии там относились по принципу: «принеси, подай, иди нахрен, не мешай». В лучшем случае, инфа давалась левая и устаревшая. В худшем же случае – подобно москвичу-лимитчику, у которого приезжий спросил дорогу на Красную площадь – указывалось прямо противоположное направление. Причем, беспокоясь за здоровье и сохранность жизни военнослужащих, «фэйсы» отправляли их как можно дальше от истинного места обнаружения НВФ, а, переживая за физическую подготовленность, старались проложить маршрут как можно протяженнее и сложнее. Вот и наматывали товарищи офицеры десятки километров зеленой тайги на подошвы своих армейских ботинок.

Исключение составляли те редкие случаи, когда собственные опера умудрялись раскопать какую-то информацию. Тогда, с целью ее оперативной реализации, группы отправлялись в поиск либо «засаживать»[1], а «коллег» извещали о районе действия групп, попутно объясняя, что не успели, мол, предупредить, согласовать, известить, испросить разрешения и т. п. Пудрить мозги – это особый вид оперативного искусства, которому обучают, начиная с военных училищ и заканчивая академией ГШ, и опыт в котором армией накоплен веками.

Собственно, так на этот раз и произошло. Опера по своим каналам добыли инфу, охренели от ее масштаба, и наскоро проверили ее по другим источникам. Получив невнятное подтверждение, они подумали и доложили начальнику разведки отряда. Зам по разведке тоже немного подумал и доложил командиру. А тот долго думать не стал и приказал готовить группу для ее проверки. Ничего этого Хасим пока еще не знал. Он отложил книгу, сунул ноги в тактические ботинки и побрел к штабному зданию.

У штаба ему повстречался Рустам Жумашев, оперативный офицер закрепленный за их группой. С Руссо – такой позывной был у Рустама – они дружили. Он был выходцем из «окопного быдла»[2], по ранению списанный в оперативный состав. Кроме того, Рустам обладал весьма ценным качеством для оперативного – он ходил практически на все выходы со своими группами, и никогда не лез в решения командира, не мешая ему «рулить» подразделением. Они хлопнули ладонями, и Хас поинтересовался:

– Ну, что у нас плохого?

– Не знаю… – Рустам пожал плечами. – Вроде задача для вас есть.

– Опять поиск? Или что поинтереснее?

– Вроде засада.

– Ого, – Хас оживился. «Засада» говорила о том, что опера действительно что-то нарыли.

– А где именно?

– Не знаю. Мотоциклист сейчас все скажет. Меня самого только что вызвали.

Они подошли к входу в штабной домик. Хас постучал, приоткрыл дверь и просунул голову.

– Прошу добро, товарищ командир?

– А, Хасханов! – полковник Мотовилин оторвался от карты, над которой он склонился с начальником штаба, подполковником Восьмеркиным, – заходи. Где Жумашев?

– Тут он, со мной.

– Давай, заходите быстрее.

Офицеры зашли и присели за стол, на которой была расстелена карта местности.

– Итак, товарищи офицеры, – Мотовилин взял в руки карандаш вместо указки. – По данным разведки в одно из сел должен пожаловать эмиссар Аль-Каиды на Северном Кавказе. Его позывной «Турок» – карандаш указал точку на карте километрах в ста двадцати от тактического значка, обозначавшего базу отряда. – По предварительным данным, цель его появления– передача денег местным главарям джамаатов на джихад, а также сбор флэшек с отчетами о проделанной работе. Появиться он должен ориентировочно через 3–4 дня. С ним будет человек десять сопровождения. Задача: выдвинуться группой в указанный район, забазироваться, пронаблюдаться. При появлении «Турка» – уничтожить его. Постараться собрать флэшки с отчетами, доставить сюда, на базу. Их уже будут наши опера крутить. Вопросы?

– Товарищ полковник, – поднял руку Рустам, – способ выдвижения группы?

– На ваше усмотрение. Постараемся всем обеспечить. Еще вопросы есть?

– Ориентировочный срок выполнения задачи?

– Рассчитывайте на три-четыре дня.

– Количество человек на встрече?

– Количество неизвестно, – Мотовилин начал потихоньку повышать голос. Видно было, что скудность полученной информации его тоже нервирует, – Сколько главарей, и сколько с ним будет людей – неизвестно. Но вряд ли много. Это не нейтралка в Сирии. Они на нашей земле, и большое количество народа привлечет к себе внимание. Так что вряд ли их будет много. Еще вопросы?

– У меня есть, – поднял руку Хасим. – С главарями-то что делать?

– По возможности уничтожить. Но главное – это «Турок». Уничтожите главарей и «Турка», или хотя бы одного «Турка» завалите – можешь готовить дырочку.

– Товарищ полковник, – Хасим был сама Серьезность, – что у вас за методы такие? Чуть что – так сразу готовь дырочку?

– Хасханов! – Мотовилин начал понемногу закипать, – ты что, шибко умный стал? Тебя с гор за солью спустили, а ты умудрился потеряться на бескрайних просторах Красной площади. А сейчас, когда ты, наконец, понял что Карл, Маркс, Фридрих, Энгельс, это не четыре человека, а всего два, а Слава ВДВ – вообще не человек, ты поумничать решил? Еще вопросы?!

– Связь?

– Возьмете центровой «Арахис»[3].

– Из «тяжелого»[4] что-нибудь берем?

– А оно тебе надо? Как ты его в горы с собой потащишь? Если что-то надо – то бери. Но понесешь по себе. Ещё вопросы есть?

Офицеры синхронно покачали головами.

– Сергей Витальевич, ты что-нибудь добавишь? – спросил Мотоциклист у своего начальнику штаба.

Тот посмотрел на офицеров и сказал.

– Спланируйте выезд на рекогносцировку. Лучше завтра с утра. Прокатитесь, посмотрите, что к чему. Завтра к вечеру у меня должен быть замысел и решение командира. Готовность группы к выдвижению – завтра вечер, тире, послезавтра утро. Времени на раскачку нет. Вопросы?

– Никак нет, – офицеры поднялись из-за стола, – Добро на выход?

– Добро.

Откланявшись, группник[5] с оперативным убыли в свое расположение.

Хасим расстался с Рустамом возле палатки оперативных. Зайдя в свое хозяйство, он увидел сидящего у входа в палатку и курившего Стаса Анопко.

– Апач, свистать всех наверх, – скомандовал он. – Сбор группы через четверть часа в кают-компании.

Потом зашел в палатку, взял карту, канцелярские принадлежности, блокнот и вышел к месту сбора. Кают-компанией называлось место, оборудованное возле палатки из подручного материала: досок, снарядных ящиков и ящиков из-под ПТУРов, которое представляло собой грубо сколоченные длинные стол и лавки. Место служило для «сиесты» группы, вечернего отдохновения, совещаний и т. д. Через пятнадцать минут он уже наблюдал перед собой своих парней, смотревших на него настороженно и с интересом.

– Товарищи офицеры! – начал он. – То, чего мы с вами так долго ждали, наконец, свершилось. Начальство вспомнило, что мы слишком долго отдыхаем. Короче: группе суточная готовность к выходу. Выдвигаемся на три-четыре дня с задачей распетушить залетного орла и его сопровождающих. Поскольку встречать его будут местные орлы, то по возможности отпетушить и их. Но залетного – обязательно. Завтра утром выезд на рекогносцировку. Еду я, Леня, – он посмотрел на своего «замка»[6] и Леня кивнул ему в ответ, – Север, и Мастер. С нами еще Руссо. Выезд завтра в 6:00. Вопросы?

Посыпались стандартные вопросы: в какой район выход, что брать, какой тип засады, и тому подобное. Хасим отвечал, понимая, что в принципе, завтрашняя рекогносцировка ничего не решит. Он уже прикидывал, с чем пойдет его группа, как, что с собой брать, и как примерно он будет выполнять эту задачу. Основной вопрос – брать с собой «тяжелое» или нет? С одной стороны, это хорошее подспорье, особенно когда точно не знаешь силы противника, и возможны всякие варианты. С другой – оно существенно замедлит группу, и снизит ее мобильность. Это Хас решил отложить до проведения рекогносцировки.

Закончив экспресс-совещание, он распустил группу и пошел готовить снаряжение к завтрашнему выезду. Ну, и отдохнуть по возможности. У палатки его отловил Леха Каширин, мичман из его группы, который на этой командировке был в составе отряда тяжелого вооружения, где он формально и числился. На лице Лехи было выражение вселенской тоски, и он напоминал собаку, которую хозяин в лютый мороз выгоняет на улицу. Хасим не удивился – сарафанное радио уже сработало.

Леха переминался с ноги на ногу, жалобно поскуливал, и его очень хотелось накормить и обогреть.

– Командир… Так че там?… Едем завтра куда или нет?

– МЫ, едем, Леха, – мягко сказал Хас. – А вот ВЫ пока никуда не едете.

– А че, ты «тяжелое» не берешь с собой?

– Пока еще не решил. Скорее всего, нет. Пойдем пешком, все придется тащить на себе. Куда нам еще «тяжелое»?

– Так это… командир… у нас там «тридцать четвертый»[7] находится на боевой апробации, можем взять с собой… Он же как раз в носимом варианте. Мы его с Магой и потараканили бы.

Для подкрепления собственных слов Леха постарался сделать лицо, как у актрисы Елены Воробей в известном монологе на тему «ну возьмите меня…».

Хас задумался. Откровенно говоря, «тяжелое» ему бы совсем не помешало. Очень много неизвестных в его уравнении. С другой стороны, ему не помешал бы и сам Леха. Леха начал свой путь разведчиком-срочником во Псковской бригаде спецназа в 1999 году. Там же остался на контракт, получил прапорщика, был замком, потом отучился на снайпера, причем дошел до инструктора. Кроме того, у него боевого опыта было на троих и бойцом он был отменным.

– Хорошо, – наконец произнес Хас. – Но «улитки»[8] потащите сами. Нам и так дохрена на себе переть.

Леха просиял, как человек, который внезапно узнал, что стал долларовым мультимиллионером, и на рысях умчался в свое расположение, готовить АГС и Магу к выходу.

Рекогносцировка особых данных не добавила. Мастер, старший снайперского расчета, прикинул дальности и возможные позиции, Хас, Рустам и Леня осмотрели район выполнения боевой задачи. Ясно было одно – успехом операции может стать только скрытность вывода группы в район. Местные жители, жившие, как завещал Владимир Семенович: «Послушай, Зин, не трогай шурина. Какой ни есть, а все ж родня», при обнаружении группы немедленно известили бы старейшин села. Это поставило бы под угрозу сам факт появления «Турка».

Поэтому выбора нет – придётся крайние 15–20 км до точки базирования пройти пешком. Причем, как минимум половину маршрута – по горам. И не порожняком, а с грузом и не малым. Хас печально вздохнул, представив, как заблеет его группа, узнав, что ей предстоит.

Понимая сложность ситуации, и посоветовавшись с Руссо и Удавом, Хас заложил на вывод группы в район двое суток. Этого было достаточно, чтобы группа в спокойном темпе прошла требуемое расстояние. К вечеру Хас «решился»[9] и утвердил замысел и решение у Руссо и Мотоциклиста.

Едва начало светать, группа была построена и готова к выходу. В виду того, что выводиться и базироваться предстояло в горно-лесистой местности, группа была одета в британский DPM, который наряду с немецким «флектарном» был одним из самых эффективных паттернов для леса; в патрульном рюкзаке у каждого лежал запасной боевой комплект в цвете мультикам.

Основной и запасной связисты группы качнули связь с Центром, проверили «Арахисы», группа включилась в канал и проверила портативные радиостанции. Связь исправно работала. На левом фланге группы стоял расчет тяжелого вооружения в лице командира, старшего мичмана Каширина, и его второго номера, лейтенанта Исаева. АГС-34 в походном положении лежал у их ног.

Рустам официально зачитал приказ на выполнение боевой задачи. Окончив, он посмотрел на Хасима. Тот, сделав шаг вперед, довел порядок выдвижения, расстояния между подгруппами, порядок действий при внезапном нападении, основную и запасную точки сбора, то есть все, что обычно доводится в подобных случаях. Закончил монолог он своей традиционной фразой:

– Джентльмены, каждый из вас знает, что ему делать. Давайте пойдем и немного поработаем…

Группа, по команде, разбилась на подгруппы и разошлась к своим транспортным средствам. Половина группа выдвигалась верхом на БТРе, половина – в КАМАЗе-бронекапсуле. Обеспечивала вывод еще одна группа их отряда на двух «Тиграх» и БТРе.

Проверив загрузку своих на технику, Хасим пошел к кабине КамАЗа. У самой кабины, уже открыв дверь, Хасим посмотрел в сторону гор, куда они выдвигались. Он увидел, рваные сгустки тумана, собирающиеся ближе к вершинам. Постоял, прислушиваясь к себе, потом качнул головой и полез в кабину. Включил станцию, проверил связь в колонне, и дал команду на выдвижение. Тонкая змея колонны начала движение навстречу своей судьбе…
* * *

Где-то в Ингушетии. Весна 2018 года.

Капитан-лейтенант Леонид Зинченков.

Леня сидел на броне, рядом с открытым люком командира машины, свесив в него длинные ноги. Сам командир бэтэра сидел между своим люком и люком мехвода, держась за пушку. Машина споро ехала по грунтовке, и ветер неслабо задувал в лицо. Выручали тактические очки-пыльники и бафф, натянутый на лицо под самые очки. В группе Леня был одним из ветеранов, как по возрасту, так и по опыту. Старше его были только Самум и Мастер. Да и то на годок всего. При росте в 187 см и весе 90 кг, Леня был достаточно проворным, а в борьбе – очень вязким, за что и получил свой позывной «Удав». До прихода в Студенческий СтройОтряд Леня сам был группником в Балтийском МРП. Но то другая группа и другой контингент: матросы-срочники. Потом их постепенно стали вытеснять контрактники, но все равно, это были матросы, со всеми отсюда вытекающими менталитетом и привычками.

С Хасимом он сработался сразу. Два моряка (Хасим пришел с Тихоокеанского МРП), одинаково любящие море, водолазную службу, жизнь, войну и женщин, не могли не сработаться. Даже то, что Леня учился в Калининградском военно-морском, а не в Ленинградском[10], не могло повлиять на это.

Сейчас Леня ехал на броне и молча думал о чем-то своем, не забывая посматривать вперед и по сторонам, и держа руки на «семьдесят четвертом» с примкнутым подствольником.

Наконец машины дошли до крайней точки своего маршрута. Дальше предстояло двигаться пешком. Леня дал команду спешиться, и спрыгнул с брони. Потом он подошел к люку десанта и доставал свой рюкзак из чрева бэтэра. К этому моменту вторая часть группы под руководством Хасима тоже спешилась и активно вытаскивала свое имущество из бронекапсулы.

Наконец, все вещи были извлечены и машины, утробно урча, развернулись для следования обратно, в ПВД. Парни пожали руки экипажам БТР, парням из группы, обеспечивающей их вывод (эта же группа будет сидеть дежурной в ПВД на случай, если они вдруг вкиснут, либо если возникнут иные нештатные ситуации), и построились по подгруппам. Колонна ушла, а Хасим еще раз довел порядок движения подгрупп, интервалы-дистанцию; группа качнула связь, и связист вышел на ОДСэ и сообщил в штаб отряда о начале второй фазы вывода.

Хас дал команду, группа навьючила на себя рюкзаки, проверила оружие и построилась в походный порядок. Леня вывел свой головняк вперед, занял место в боевом порядке подгруппы и хлопнул впереди стоящего офицера, давая команду на выдвижение. Группа начала втягиваться в зеленку…
* * *

Где-то в предгорьях Ингушетии. Весна 2018 года.

Старший лейтенант Наиль Хурамшин, позывной «Салават».

Наиль в группе был инженером, да еще и в головняке[11], поэтому занимал первое место в боевом порядке подгруппы. Ходить в головняке – почетная и скорбная обязанность. Может быть, кто-то задумывался когда-нибудь, почему головняк водит, как правило, сам замок? Парням, которые ходят в головняке, выпадает честь первыми обнаружить врага, принять бой и, если не повезет, встретить свою смерть. Потому замок и водит головняк. Его полномочий, опыта и мастерства хватает для того, чтобы быстро сориентироваться, правильно оценить обстановку, и принять верное решение: вступать в бой или пропустить противника, подтягивать к себе группу или, наоборот, упереться и дать группе отойти. Головняк действует в достаточно большом отрыве от остальной группы. Головняк первым заходит на местность и досматривает ее, они торят проход в минном поле. Они первыми обнаруживают либо попадают в засаду. Потому и ходят в головняке матерые рэксы[12], которые не боятся ни черта, ни Бога. Наиль не мог похвастаться особым боевым опытом, но было в нем что-то такое, что подкупило Леню, и он взял Салавата к себе в подгруппу. Хасим не возражал.

Когда замок дал команду на выдвижение, Наиль проверил висящий спереди на разгрузке джипер[13], тронулся вперед и набрал привычный темп, цепко осматривая местность впереди себя и с боков, на предмет обнаружения растяжек и признаков минирования.

Группа медленно ползла по зеленке, периодически останавливаясь и слушая лес. Поскольку все были навьючены, темп движения был практически черепаший. Наиль, в чьи обязанности также водило выбирать и траекторию движения группы в рамках маршрута, ненадолго замирал, осматривая местность перед собой и прикидывая возможны векторы движения, с учетом того, что в группе были пулеметчики, которые были гораздо габаритнее своих товарищей и не через все кусты могли продраться, а также с учетом АГС, который нес на себе расчет тяжелого вооружения, идущий в ядре.

Остановившись в очередной раз, Наиль заметил, что они практически подошли к началу тумана. Издали он казался гораздо разреженнее, но вблизи напоминал дымчатую стенку. Наиль остановился, сделав рукой условный жест, и давая команду на остановку всей группы. После обернулся, нашел глазами Удава, и знаками показал ему, что они входят в туман. Удав также знаками передал информацию далее по цепочке. Когда инфа дошла до Хасима, тот передал по подгруппам, чтобы сократили дистанцию и усилили бдительность, и дал команду следовать дальше. В группе сразу же все подтянулись друг к другу и начали движение…
Узнать больше Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста). После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения. Купить бумажную книгу
5.0/1
Категория: Военная боевая фантастика | Просмотров: 525 | Добавил: admin | Теги: Максим Дынин, Между львом и лилией, Александр Харников
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх